Annotation

Молодой человек волею случая и исполнительности одного молодого стажера попадает в странный и необычный мир, где на каждом шагу его ждут новые открытия и приключения. Где каждый может оказаться либо другом, либо врагом. Где помощь может прийти отовсюду, от маленького и смешного зверька, до таинственного помощника или огромного костяного демона. Мир, где магия плотно вошла в жизнь окружающих ее существ, вплелась в структуру этого нового и таинственного мира. Мира находящегося за границами нашей реальности, и лежащего в глубине неизведанного пространства, куда забросила судьба нашего соотечественника.

СОДЕРЖАНИЕ:

1.Где-то там...

2.Город древних.

3.Нейтральные миры.

4.Мастер Лута.

Константин Николаевич Муравьёв

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Константин Муравьёв

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Константин Муравьёв

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Эпилог

Константин Муравьёв

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Эпилог

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

Константин Николаевич Муравьёв
Где-то там…

Пролог

– Как прошла смена, стажёр? – бодро спросил начальник отдела обеспечения операций по заброске агентов, влетевший в кабинет и заставший заспанное лицо своего нового подопечного.

– Никаких происшествий, начальник Рафт, – отрапортовал паренёк, только вчера прибывший на свою первую практику.

Это была действительно первая практика курсанта Флика за всё время его недолгой, но плодотворной учёбы. И сразу боевое дежурство. Гордость и ответственность за хорошо отработанную смену читалась сейчас на его хоть и немного сонном, но счастливом лице.

Этот поток в училище внешней разведки был набран для обучения по ускоренной и значительно укороченной программе. Поэтому на практику студентов отправляли уже после трёх месяцев обучения.

Такие меры мобилизации человеческих ресурсов потребовались в связи с ожесточённой войной, развязанной с расой терхов, внезапно объявившейся на задворках Звёздного Содружества.

Пока начальник вспоминал причину появления здесь этого не к месту упомянутого казуса, то ли курсанта, то ли напавшего на Содружество врага, стажёр продолжал свой доклад, хотя, по идее, он должен был закончиться уже на первых словах.

– Все работы проводились в порядке графика, утверждённого вами вчера и переданного мне по смене, – закончил он и стал, подражая бывалым военным, тянуться в струнку и поедать своего начальника глазами, правда, выглядело это настолько комично и неестественно, что начальник усмехнулся.

Но, вникнув в смысл сказанного, ему несколько поплохело.

«Какой к тарку график?» – подумал он.

В это время у Рафта непроизвольно начался нервный тик с лёгким подергиванием правого глаза.

Заметив такую неоднозначную реакцию руководителя на свой небольшой и, как ему казалось, удовлетворительный и даже, можно сказать, хороший доклад, стажёр непроизвольно плюхнулся на стул.

– Какое распоряжение и какой график? – повторил начальник уже свою мысль вслух, желая разобраться в произошедшем и понять, что вообще здесь происходит.

Нехорошее предчувствие незаметно подкралось к многоопытному комбинатору и кольнуло в сердце старого и ответственного вояки маленькой иголочкой больших неприятностей. Он никогда бы по собственной воле не оставил этому мальчишке, не знающему, с какой стороны настраивается инвариантный телепорт или как выглядит ментопрограмматор, никакого ответственного задания. Тем более он бы не привлёк его для работ с контролем графика переброски агентов из одной точки в другую.

«А тут нате, получите и распишитесь, работы в порядке графика», – проворчал про себя Рафт и повернулся к пареньку, чтобы получить от него более полный ответ и уточнить несколько деталей.

– Ну, давай рассказывай, что за работы в порядке графика я тебе оставил? Как они прошли, и что ты вообще проделал, и как?

Поняв, что первая волна неприятностей миновала, Флик начал свой неторопливый, захватывающий и увлекательный рассказ о перипетиях, казалось бы, спокойной работы обычного ночного сторожа, которым он и должен был пробыть всё время своей практики, по хитроумной задумке начальника Рафта.

Но как бы не так.

* * *

Смена Флика началась с дружеской встречи с его новыми сослуживцами, Смешем и Триком. Хорошие, весёлые ребята. Предложили отметить вступление в должность и первое ночное дежурство стажёра. Даже согласились рассказать, что здесь и как, помочь ему немного на первый раз и посидеть с ним пару часиков, если он, так сказать, проставится за встречу.

Флик, наслушавшись баек, которые травили ещё в училище старшекурсники, смекнул, что ему представился хороший способ влиться в коллектив, и решил не упустить такой возможности и не терять времени даром.

Быстренько сбегав за едой в круглосуточный буфет и притащив из своей комнаты на станции тайком пронесённую на этот секретный объект бутылку убойного пойла, он организовал небольшой стол для себя и своих новых знакомых.

Флик старался не налегать на спиртное, помня, что ему ещё выполнять свой долг перед Содружеством и нести бдительную вахту по охране его рубежей. Однако его более крепкие товарищи смогли даже тем малым количеством выпивки, что досталась стажёру, ввести его в состояние нирваны и не сильно большого опьянения, которое тем не менее сыграло большую роль в его дальнейших действиях.

– Совсем забыл, – вдруг воскликнул Смеш, – Трик, ты не помнишь, куда я положил распоряжение начальника Рафта на проведение ночных работ?

– Ох, точно, как это мы?.. – отозвался дружок. – Вон оно на столе лежит. – И указал рукой в направлении планшета головизора.

О нём Флик только знал. Это была последняя разработка, которая строит трёхмерные модели и позволяет проводить с ними всевозможные операции, управляя ею как на тактильном уровне, так и мысленными усилиями. До этого он работал только с моделями, которые были у них в училище, но это был гораздо более навороченный экземпляр виртуального эмулятора.

Боязливо подойдя к столу, Флик аккуратно взял в руки это произведение инженерного и менто-магического гения Содружества и империи Аграф. Его мечта. Он часто рассматривал рекламу этого планшета перед сном. Как многое мог бы он сделать, имея такой аппарат для работы телепортоператора[1] ещё во время учёбы! Какие шутки и приколы смог бы он устроить!

От мечтаний его отвлёк голос Трика.

– Просмотри расписание. Там в полночь должен состояться перенос агента с кодовым именем Ржач?

– Да, нашёл, – сказал Флик, быстро просмотрев список заданий на сегодня.

– Тогда ознакомься с сопроводительной документацией и комплектом метапрограмм, которые нужно ему загрузить во время переноса.

– Хорошо, сделаю, – довольно ответил Флик.

«Вот оно, моё первое задание, и уже отработка заброски полевого агента в боевых условиях. Будет чем похвастаться, когда вернусь. А то старшекурсники все говорили: мол, дальше мытья толчков нас не пустят. Это их не пускали. А нам оказывают больше доверия, чем им. Знают, что мы лучше подготовлены», – радостно думал Флик.

В полупьяном сознании паренька не закрадывалось даже мысли, что по уставу, который он должен был вызубрить перед вступлением на вахту, он как минимум должен доложить о начале проведения операции своему непосредственному руководителю.

Между тем Смеш подошёл к сейфу, находящемуся у стены в кабинете, и извлёк оттуда инфокристалл.

– На, возьми, – протянул он его Флику, – здесь координаты точки приёма и места отправки полевого агента.

Стажёр осторожно взял в руки инфокристалл и высветил на экран нужные координаты. Посмотрев на них, он спросил:

– Ребята, может, вы останетесь и поможете мне? – Флик только сейчас понял, что это не розыгрыш, а настоящее боевое дежурство и ему самостоятельно придётся выполнять переброску агента.

Такой опыт у него был только теоретический, как бы ни бахвалились курсанты перед собой. Единственный раз, когда он выполнял данную операцию и то в тренировочном режиме, он её провалил. Благо она проводилась на виртуальном тренажёре.

И вот теперь от его действий зависела жизнь человека. Неудивительно, что он струхнул.

Но винные пары и увещевания товарищей сделали своё дело.

Трик начал ему объяснять:

– Нет, нам нельзя тебе помогать. Это твой пропуск в привилегированную касту телепортеров. Это твоё первое самостоятельное задание покажет, насколько ты готов к дальнейшему прохождению службы в нашем ведомстве. И именно на основании его результатов строится основная характеристика стажёра.

Масла в огонь подлил ещё и Смеш.

– Но главным является то, что от того, как ты проведёшь своё первое дежурство, будет зависеть отношение к тебе нашего начальника.

– Я понял, – сказал, несколько успокоившись, Флик.

А приняв на дорожку и за удачную смену последний, роковой стаканчик пойла, вообще поверил в свои силы и счастливую звезду и в нетерпении стал дожидаться нужного времени.

Когда его товарищи ушли, ему хватило силы воли и капелек оставшегося ума не завалиться спать, а начать изучать выданную ему документацию.

Первым делом Флик просмотрел полученные бинокулярные тетрайдные коды места привязки. Когда он вывел картинку с трёхмерной матрицей, то задумчиво посмотрел на неё и пробормотал:

– А нам говорили, что анализом координат занимается автономный искин и в программатор заносит их самостоятельно, а мы должны осуществлять только контроль выполнения операций. А тут смотри-ка, всё приходится делать вручную.

Но тут его озарила гениальная идея: «Ведь это испытание и проверка моих знаний! Поэтому мне и выдали только этот мощнейший планшет и координаты. Все расчёты и действия я должен проводить самостоятельно».

И, окрылённый пониманием сути происходящего, он резво приступил к выполнению поставленной перед ним задачи.

После беглого просмотра матрицы координат Флик понял, что они составлены в соответствии со стандартной системой исчислений и поэтому обработать и ввести заранее их в программатор телепорта для него не составит труда. Только не нужно торопиться. Нельзя ошибиться даже в мелочах.

Сообразив, что ему выдали не слишком сложный расчёт, он обрадованно ввёл нужные данные и, довольно потерев руки, решил приступить к изучению сопроводительной документации.

«Так вот в чём засада…» – подумал Флик, вчитываясь в переданное ему задание и проверяя коды доступа к необходимым ему ментообучающим программам.

Ментопрограммы, которые следовало внедрить агенту, теоретически были совершенно несовместимы.

«Но если мне дали такое поручение, значит, это возможно», – решил молодой стажёр и принялся изучать структурное строение каждого внедряемого агенту модуля.

Флику повезло, его отец как раз был разработчиком и создателем ряда ментомодулей гражданской направленности, а сын, наблюдая за ним, и сам втянулся в это занятие, которое постепенно переросло в серьёзное увлечение. Но сейчас весь накопленный опыт, его и отца, которому он позвонил, чтобы проконсультироваться по некоторым вопросам, бился о непробиваемую стену абсолютно нестыкуемых модулей.

Флик взглянул на время и понял, что не успевает, переброска должна была начаться через несколько минут. Он быстренько скинул все модули в программатор и начал поспешно укладывать их хоть в какое-то подобие последовательной структуры. Кое-как разместив большую часть из них, он получил хоть и не стройную, но целостную картину. Но три ментопрограммы никак не вписывались в то нагромождение связанных структур, что создал стажёр. Оно больше напоминало кучу мусора, чем структурированный объём информации, который рано или поздно достанется какому-то человеку.

Резко повернувшись в сторону таймера отсчёта времени, Флик увидел, что до открытия портала осталось меньше двух минут, тогда он в состоянии бурлящего коктейля, состоящего из отчаяния, аффекта или гениального озарения, просто впихнул упирающиеся структуры в свою конструкцию и каким-то беспорядочным набором команд закрепил их в ней.

И у него получилось. Буквально в последнее мгновение он понял, что та ментоконструкция, которую он должен был собрать, приобрела свою целостность и законченность. Резко надавив на кнопку записи процесса, он успел засечь момент стабилизации портала и вплетение в него запрограммированного ментомодуля.

Но счастье длилось недолго. Точка привязки портала оказалась в нестабильной зоне ментоактивного и магического полей.

«Этого ещё не хватало». Этот эффект был очень редок, и срабатывание портала в таком месте было практически невозможно, так как якорь телепорта не мог зацепиться за местность и создать фиксированную точку привязки.

Но Флик не растерялся. Выведя на свой планшет виртуальную модель образующегося портала (нужно же использовать всю ту мощь, что попала тебе в руки), он вручную стал производить корректировку точки привязки, ориентируясь на показания, передаваемые портальным зеркалом с той стороны канала.

Флик уже устал. У него путались мысли, и руки не успевали за глазами. Но агента всё не было. В который раз за сегодня кляня такой неудачный день, он наконец засёк перемещение в пределах видимости портала живого объекта, по параметрам подходящего под представителя доминирующей расы Звёздного Содружества.

Агент, видимо, был ранен, ментосигнал его разума был еле уловим датчиками оборудования, и Флику буквально на лету приходилось производить корректировки по управлению портальным контуром на той стороне.

«Тяжело приходится ему там», – подумал стажёр и для надёжности влил в контур телепорта максимум энергии, если у агента не хватит внутреннего запаса, чтобы выполнить перемещение.

Вот на очередном смещении объекта слежения произошло его совмещение с аркой межмирового телепорта. Флик уже хотел расслабиться, посчитав своё дело выполненным, как вдруг портальный канал стал прокачивать через себя такую уйму энергии, что через пару мгновений её потребление перешло в красную зону. Стажёр уже потянул руку к подключению резервного источника питания, когда потребление энергии неожиданно прекратилось. Но телепортационный канал всё ещё продолжал прокладывать себе путь к назначенной точке выхода.

«Ну и далеко же тебя забросили, парень», – подумал Флик, он почему-то был уверен, что портальной аркой воспользовался его сверстник, может, даже на год-другой младше. Интуиция, вероятно, сработала.

А через несколько минут пришло сообщение о корректно сработавшем портале.

– Ну вот, когда я удостоверился, что телепортация проведена успешно, я ещё раз проверил начальную и конечную точки портального канала, время прохождения переноса, потребление энергии на построение канала, прикрепил к отчёту финальный снимок созданной ментоструктуры и внёс зафиксированные текущие параметры объекта переноса. После этого завизировал время ведения протокола и посчитал работу согласно выданным инструкциям успешно выполненной.

После своего рассказа стажёр увидел, как расслабилось лицо начальника.

– Понятно, – сказал Рафт. – Задержись на полчасика, кое-что выясним, и пойдёшь отдыхать, – уже вполне спокойно закончил он.

Рафт действительно понял, в чём тут дело. Известные шутники и местные баламуты Смеш и Трик, как только узнали о появлении в их ведомстве новичка, решили не упускать такой случай и разыграть его и даже провели ряд подготовительных работ. «Смеш даже свой любимый планшет не пожалел, – подумал начальник Флика, смотря на удерживаемый стажёром навороченный виртуальный эмулятор, – лишь бы устроить очередную шуточку».

Рафт, успокоившись, стал ожидать появления на рабочих местах этих двух олухов. Их бы давно вытурили с работы и дали волчий билет, но их одержимость плохими шутками уступала только их профессионализму и усердию в работе.

– Явились не запылились, – сказал начальник, едва заметив ввалившуюся в кабинет парочку.

– Начальник Рафт, доброе утро. Как отдыхалось, спалось? Как у вас настроение? Что думаете о вчерашнем сообщении, в котором говорилось, что знаменитая певица Рукена опять вышла замуж? Уже в сто второй раз? – Но, видя молчаливого Рафта, Смеш сказал: – Видимо, светские сплетни вас не очень интересуют.

– Верно замечено, не интересуют. – И, постояв несколько мгновений молча, продолжил: – А вызывает мой жгучий интерес, какое же это распоряжение я оставил стажёру Флику в его первую рабочую смену. Давайте рассказывайте, что это за агент? Кого вы ещё привлекли к своей авантюре и куда его отправили за государственный счёт?

Искреннее удивление поселилось на лицах обоих шутников.

– Шеф, какой агент, кого привлекли? Вы о чём? – удивлённо спросил Трик.

– Верно, кого мы и куда отправили? Вы вообще про что? – вторил за дружком Смеш.

Совершенно ничего не понимая, Рафт оглянулся на Флика и, видя его не менее растерянную физиономию, уже с нажимом и нотками угрозы в голосе повторил:

– Поясняю для тугодумов: назовите мне имя того человека, которого отправил стажёр по выданным вами координатам. И куда он в конце концов его заслал.

Тут что-то стало доходить и до вошедших в комнату молодых людей.

– Шеф, вы видели координаты, которые мы выдали Флику для отправки, – почувствовав, что запахло жареным, уже вполне серьёзно заговорил Смеш.

– Да, посмотрите координаты и список ментопрограмм, – добавил Трик.

Взглянув на замершего на стуле в углу кабинета новенького, Рафт махнул ему рукой и сказал:

– Неси-ка сюда планшет и все записи да отчёты, что ты сделал. Будем разбираться в произошедшем, – и, уже обратившись к неудавшимся шутникам, отдал им приказ: – Комнату изолировать, включить глушилки. – Заметив, как подобрались парни, рыкнул: – Выполнять.

Трик резво подскочил к консоли управления и запустил разработанную им же самим систему – постановщик помех, не позволяющую вести прослушку из локально взятого объёма пространства, оставляя при этом все типы жучков в их полной работоспособности. Главным же преимуществом этого устройства было то, что, основываясь на свойствах одного редкого биологического материала, это устройство создавало и менто-магические помехи, спасая одновременно и от ментального прослушивания.

Смеш занялся дверями и окнами, превратив их небольшую комнатку в такой маленький бункер, с автономным существованием, рассчитанным лет эдак на двести.

Флик же просто остался сидеть на месте, его ума хватило на то, чтобы не отсвечивать и не путаться под ногами. Как он понимал, ему и так достанется всё основное внимание в этом разборе ситуации, чего он всеми силами хотел бы избежать.

– Ну, давайте начнём, – сказал Рафт, строгим и серьёзным взглядом окинув всех присутствующих в кабинете. – Вы говорите, первыми нужно посмотреть координаты? Сейчас посмотрим.

– Верно, – подтвердил Смеш, он был лучшим навигатором-наводчиком в управлении, и выбранные координаты скорее всего его рук дело.

Просматривая переданные Флику координаты, начальник этих молодых траков всё больше хмурился и мрачнел.

– Так я и думал, – сказал он. – Вы хоть перепроверили выданные этому недорослю данные?

– Обижаешь, начальник. Естественно. Мы проверили обе точки. Там ничего не должно было быть. Я подключался и туда, и туда визором.

– Странно, действительно пустота. Нет даже пересечения с орбитами каких-либо планет и крупных космических объектов, – согласился Рафт, перепроверив слова навигатора со своей рабочей консоли и отстраняясь от устройства контроля и визора пространственного и подпространственного видеонаблюдения.

Он взял в руки планшет и ещё раз сверился с введёнными координатами. В месте отправной точки была пустота.

– Флик, подойди сюда и покажи, где ты здесь нашёл хоть какую-то планету?

Паренёк подошёл к своему начальнику и тупо уставился в пустоту отображаемого пространства.

– Но ночью она тут была, я в этом уверен, – ответил он. – Не могло же мне всё это присниться. У меня и запись переноса есть.

– Верно, если бы не она, я тебе и не поверил бы. Жаль, конечно, что ты не догадался запустить её с самого начала.

– Простите, в первые мгновения я просто об этом забыл, – покаялся стажёр.

И вдруг его взгляд зацепился за что-то на экране визора, и он радостно вскричал:

– Это же не те координаты!!!

– Как не те? – удивились все присутствующие в комнате.

– Ну, не те, и всё тут. Мне ночью показывал другие.

– Как тебе мог показывать другие, если начальник только что ввёл то, что записано в файле? – постарался не срываться на крик Смеш. Он выхватил из рук начальника планшет и сунул его под нос стажёру. – Как не те, а это что?

– Координаты, но у меня были совершенно другие, – попытался убедить его Флик.

Закрыв файл, Смеш спросил:

– Ты открывал этот файл и вводил эти значения?

– Да, – ответил Флик, – файл этот, но значения были другими, – продолжал настаивать он.

– Ну покажи, покажи, как такое возможно! – потребовал Смеш, сунув ему в руки планшет.

Тот, с опаской косясь на всех, взял планшет поудобнее, провёл рукой и открыл файл.

На экране горели совершенно другие координаты.

– Это они! – радостно воскликнул Флик.

Смеш с непониманием смотрел на планшет и ничего не мог сказать: стажёр при нём открыл именно нужный файл, но тот показывал совершенно другие координаты.

Пока Рафт следил за стажёром, какая-то мысль всё время крутилась у него в голове, но он никак не мог ухватить её.

– Флик, закрой и открой файл снова, – попросил он.

Тот послушно закрыл файл, потом что-то поделал левой рукой в планшете и ею же ткнул иконку для открытия файла.

«Левой, левой рукой», – вдруг подумал Рафт, и, как озарение, в голове всё-таки сформировалась та ускользающая от него мысль.

– Флик, ты левша? – спросил начальник у стажёра.

– Да, а что.

– Я, кажется, нашёл причину. Смеш, открой файл левой рукой, – попросил он молодого человека.

Тот непонимающе посмотрел на него, но, пожав плечами, выполнил его просьбу.

На экране горели координаты, о которых говорил Флик.

– Я не понимаю, – сказал Смеш.

– Посмотри на координаты внимательнее, – ответил ему Трик, он лучше разбирался в математике, чем его друг, – они получены на основе инвертированных значений матрицы координат. Вот в результате и получается такая последовательность значений.

– Но почему? – спросил Смеш.

– Никогда особо не доверял планшетам этой фирмы, – ответил ему Трик. – Я и тебя от покупки отговаривал.

Первые модели у них всегда особенно сырые и собирают наибольшее число глюков. Это, как я понимаю, один из них. Другого сказать сейчас не сможет никто. – Немного помолчав, Трик уточнил: – Ты посмотрел матрицу координат? Помощь в понимании нужна?

Взглянув на полученные цифры с такой немного извращённой точки зрения, Смеш убедился в правильности выводов своего друга.

– Нет, спасибо. Принцип мне понятен, – ответил тому навигатор.

Прослушав этот разговор двух друзей, в него вклинился их начальник:

– Тогда садись за приборы и смотри, что за место является точкой начала координат. После того как проверишь место отправки, по тому же принципу получи координаты места назначения и проверь, куда же мы отправили нашего случайного переселенца. Надеюсь, теперь никто не сомневается, что переход состоялся? – под конец спросил Рафт у всей разношёрстной компании.

– Нет, – за всех ответил Смеш.

– Ладно, с этим более-менее понятно, а теперь поясни мне свою фразу о списке ментопрограмм, – обратился он к их штатному аналитику Трику.

– Да вы сами посмотрите, и все вопросы отпадут сами собой. – Трик протянул Рафту свой планшет, не такой навороченный, как у друга, но, что вероятно, значительно более надёжный.

Взглянув в предоставленный список, Рафт понял, о чём говорил Трик. Список ментомодулей и программ представлял собой безобразную неструктурированную систему, куда друзья умудрились запихать всё, до чего смогли дотянуться их загребущие руки и больная фантазия. А так как она у них была буйная и хорошо развита, то в списке попадались совершенно несовместимые по своей направленности базы, которые никоим образом не могли уложиться в единую конструкцию. Шутники перемешали все доступные им базы, а дотянуться они могли до многого, ведь работали друзья в центре подготовки полевых агентов, и различных новых и старых, надёжных и не очень, проверенных и только созданных ментопрограмм и ментомодулей здесь было в избытке. Они взяли обычные бытовые базы, такие как, например, вполне мирная ментопрограмма по ускоренному изучению любых языков, имеющих хоть какую-то смысловую нагрузку, основанная на её интуитивном понимании и использующая для своей адаптации и возможности работы как менто-магические способности человека, так и его психо-физические составляющие. Примешали к ним всевозможные боевые ментопрограммы и ментомодули по тренировкам, выживанию в различных условиях, ускоренному перестроению своего тела под оптимальные нагрузки и условия, а также многое-многое другое. Но главным было то, что в список они накидали такое большое количество ментопрограмм по развитию и изучению неимоверного количества ментальных и магических дисциплин и школ, что Рафта удивило такое их число в местном доступе. Он не знал, что их в принципе существует такое большое количество. Тут встречались ментомодули, которые проводят как простейшие преобразования ментального поля человека, чтобы, например, поставить постоянный блок от прослушивания его мыслей, до сложнейших комбинационных модулей, позволяющих, например, развить своё менто-магическое поле до уровня какого-нибудь пресловутого мага высшей категории (он не сильно хорошо разбирался в их иерархии, закрытая каста, белая кость, что с них возьмёшь, одно слово – маги), или необходимое каждому агенту ускорение времени, или его замедление, которое встраивалось на уровень свойства самого объекта воздействия. Были здесь и простые базы по развитию тех или иных способностей или по изучению и работе с той или иной техникой и направлением магии или ментала. Много чего запихнули туда эти два олуха.

«Умудрились даже ментопрограммы из сферы некроса впихнуть», – заметил Рафт запрещённые к распространению ментомодули и гипнопрограммы.

Внимательно просмотрев весь список баз, Рафт мог сказать только одно: при установке всего этого одному человеку, если найдётся такой сумасшедший, шансов выжить у него будет один ну, например, к… «никогда», скорее всего.

Ведь если структура нестабильная и неоднородная, она просто не сможет адаптироваться под сознание и разум человека, что обязательно приведёт к его гибели. А из той каши, что намешала эта парочка клоунов, стабильную конструкцию ментомодулей собрать невозможно.

Было невозможно.

Но вон в углу сейчас сидит паренёк, который, судя по всему, смог это сделать. И справился на удивление неплохо. А та довольно красивая и целостная структура, которую он собрал, позволяла этому гипотетическому сумасшедшему повысить его шанс на выживание с «никогда» на… ну, к примеру, «не в этой жизни».

«Нужно к нему присмотреться повнимательнее, – подумал Рафт. – Такими кадрами разбрасываться нельзя».

И сказал Трику:

– К моему глубокому сожалению, должен тебя разочаровать. Из той мешанины можно было кое-что собрать. И вон сидит автор этого творения. – И, уже обращаясь к стажёру, попросил: – Покажи Трику снимок получившейся ментоструктуры.

Флик встал с кресла и передал планшет с открытым в отчёте, составленном ночью, снимком.

Трик несколько минут рассматривал полученную картинку, но потом, так и не сумев понять, в чём же её разгадка, обратился к стажёру:

– Ты сможешь повторить последовательность правильного составления этой конструкции?

– Вряд ли. Я уже сейчас не помню даже, как её начинал собирать, но попробовать могу.

– Идеально сдублировать её не получится, – начал говорить уже Трик, – часть ментопрограмм существовала только в единственном экземпляре. Но даже из того, что есть, если мы сможем скомпоновать несколько рабочих комбинаций, опираясь на полученную тобой схему, то на этом можно неплохо заработать. Ведь это верно, господин Рафт? – решил уточнить у своего руководителя пришедшую ему в голову вполне очевидную идею их математический гений.

– Верно, но поговорим мы об этом позже. А сейчас меня интересует анализ воздействия полученной ментоструктуры на сознание и здоровье получившего её человека.

– А что тут думать. Очень сложное построение всей конструкции требует такой же сложной настройки её размещения в контуре телепорта и не менее простого процесса настройки её внедрения в реципиента, чего, как я понимаю, Флик просто не успевал сделать. Я даже не знаю, кто бы справился с такой задачей. Лично я за неё не взялся бы ни в коем случае. Отсюда простой вывод: человек скорее всего или уже умер, или сошёл с ума.

– Но я точно видел, что первые мгновения после перехода, пока закрывался портал, человек ещё был жив, – возразил Флик.

– Это точно? Может, он в конвульсии замер на месте или его мозг медленно превращался в своеобразную кашу, а тело ещё не успело отреагировать на это? Как тебе такой вариант? – спросил стажёра Трик.

– Не знаю, – удручённо ответил тот.

– Понятно. Шансов у него практически нет, я прав? – откликнулся уже у самого аналитика Рафт.

– Нет, – сказал тот, но, немного подумав, добавил: – Вернее, теоретически есть один вариант, когда такая структура сможет прижиться в человеке без постороннего вмешательства.

– И когда же?

– Человек должен быть неинициированным магом с полностью пустым резервом, но такое физически невозможно. Если человек – маг, даже неинициированный, то пополняет свой резерв на интуитивном уровне. И хоть капля ментоэнергии в его запасе всегда есть. Я не знаю способа оставить мага без внутреннего запаса энергии.

– Я тоже, – согласился Рафт, – видимо, придётся писать докладную. Это уже серьёзно.

– Подождите, – вдруг раздалось со стороны пульта, за которым сидел навигатор.

Все с недоумением и с тайной надеждой посмотрели в его сторону.

– Кажется, я только что узнал один из таких способов, – сказал Смеш, уставившись в визор. – Идите сюда. Посмотрите.

Будто перед ними бомба, сотрудники небольшого отдела Рафта медленно подошли к головизору и посмотрели в него. Потом переглянулись и ещё раз взглянули на пустой экран.

Нервы Рафта не выдержали, и он, уже не сдерживаясь, наорал на Смеша:

– Что за шуточки, ты нам хотел показать пустоту?! Идиот! – И, развернувшись, собирался уйти и сесть за свой стол.

– Нет, вы не поняли, это реальные координаты того места, откуда производилась переброска, – постарался пояснить увиденное Смеш.

– Но там же опять ничего нет, – с обидой в голосе сказал Флик, – там точно была планета. Я ничего не понимаю.

– Не расстраивайся, стажёр, – поддержал его Рафт, – не один ты ничего не понимаешь. – И обратился к Смешу: – Рассказывай, что ты там понял.

Тот не заставил себя упрашивать, дело и так из обычной шутки переросло в почти прямое нарушение устава и уголовное правонарушение. Поэтому на сегодня различные приколы были закончены.

– Полученные координаты указывают именно на эту точку пространства, но с небольшой погрешностью. Однако если учесть эту погрешность, образуется какой-то странный неустойчивый канал. – И он ввёл с пульта управления необходимые значения.

– Флику, видимо, просто повезло, когда он случайно учёл это небольшое упреждение. В итоге смог установить портал на какой-то неизвестной планете. – И он начал корректировать значения параметров, чтобы удержать стабильность узла привязки.

– Точно, это она! – радостно воскликнул Флик. – Я проводил те же манипуляции для удержания портальной арки в стабильном состоянии.

– Вижу. Но я не понял главного: что это за планета и что в ней такого необычного? – сказал Рафт.

– Вы не понимаете? – спросил Смеш, обернувшись, и, увидев отрицательное покачивание головы, попробовал объяснить: – Её нет. На том месте, куда указывают координаты в нашем пространстве, ничего нет. Там абсолютная пустота, до ближайшей планеты как минимум несколько секторов, и та окажется необитаемой.

– Ты хочешь сказать… – начал что-то понимать его товарищ.

– Да, если её нет в нашем пространстве, но по тем координатам она есть, значит, планета находится в каком-то другом измерении, где по тем координатам она есть. И учёт тех погрешностей позволяет провести локальный прокол как в самом пространстве, так и между измерениями.

– И стабильность канала нарушают не какие-то помехи в менто-магических полях, а их полное отсутствие в месте привязки. Вот почему точку не удаётся удерживать на одном месте. Её просто растворяет поле планеты и размазывает по всей своей площади.

– Если бы ты рассказал нам сейчас что-то более правдоподобное, я бы тебе не поверил, – ответил на слова навигатора Рафт, – но именно этот невероятный бред, который не придёт даже в голову сумасшедшего, имеет право на жизнь, и именно ему я готов поверить. Нет, представьте себе, существует планета, где отсутствует менто-магическое поле. Конечно, откуда там взяться инициированным магам, если их резерву даже нечем и неоткуда заполниться.

– Правильно. А кроме того, это идеальное место для внедрения любого типа ментоструктур. Ведь никаких внешних наведённых помех не будет, и конструкции лягут и проведут адаптацию с наибольшей возможной точностью. Тем более не придумаешь лучших условий для внедрения полученной Фликом ментоструктуры, – поделился своими размышлениями Трик. – Правда, пользоваться большей частью из того, что встроили в структуру, там не получится. Только используя свои жизненные силы и жизненную энергию. А этого не хватит даже на активацию многих простейших ментопрограмм.

– Ты прав. Но это и хорошо, значит, мы своим поступком не повредили человеку. Ну дали мы ему лишку знаний и умений, которые ему не предназначались, но воспользоваться-то ими он не сможет, – с облегчением сказал Смеш, отворачиваясь от консоли управления телепортом.

– Не совсем так, – возразил Рафт. – Ты смотрел вторые координаты? Есть у меня чувство, что с ними будет ещё менее понятно, чем с предыдущими.

– Забыл, – отозвался Смеш, – отвлёкся на первые и совсем забыл о вторых. – И на несколько минут погрузился в вычисления и настройки.

Когда прошло некоторое время и навигатор получил первые результаты, то нахмурился и с ещё большей ожесточённостью стал вводить какие-то новые данные. Промучившись уже больше получаса, он наконец сдался и повернулся к остальным, с нетерпением ожидающих его решения.

– Ну что? – спросил Рафт, хотя было заметно, что ответ, который может дать Смеш, он предвидит.

– Как вы догадались, шеф? – обратился к начальнику, вместо ответа, навигатор. – После инвертирования они приняли невозможную к реализации форму, и я не могу определить точное место назначения.

– Практически сразу, после того как увидел в координатах точки приёмника значение бесконечности по одной из осей.

– Точно, как я сам не обратил на это внимания? Тогда получается, что мы отправили кого-то по одной из координат в направлении вечности. Канал не мог установиться без второй точки привязки. Но как я понял, всё прошло успешно?

– Да, – подтвердил мысли навигатора Флик. – Правда, для его стабилизации мне пришлось значительно повысить потребление энергии на поддержание канала телепортации. Но в конце концов произошла стабилизация, потребление энергии телепортационным контуром прекратилось. А ещё через несколько минут пришло сообщение об успешно законченной процедуре переноса.

– Что? – удивлённо спросил Рафт. – В отчёте о повышении уровня энергии не было ни строчки.

– Как и о том, что стабилизация канала и процесс телепортации завершились в разное время, – добавил Смеш.

– Точно. – И оба уставились на Флика.

– Я, честно говоря, просто забыл, – признался стажёр.

– О’кей, будем считать это первым уроком, а теперь поподробнее расскажи об энергии и времени срабатывания портала, – велел начальник.

– Ну, если вообще говорить про использование энергии, то я её ещё для усиления и более лучшего удержания приёмной арки влил немного. Кроме того, ментосигнал человека был настолько плохо уловим, что я подумал: этот человек, возможно, ранен и лишняя помощь ему при переходе через портал не помешает, – начал рассказывать Флик, поёжившись под слишком уж «ласковым» взглядом Рафта.

– Естественно, – перебил того Трик, – что плохо уловим. Удивительно, что вообще хоть что-то смогли засечь на планете без менто-магического поля. Как они там живут?

– Да вот умудряются. Человек вообще тварь живучая, сколько уже тому примеров и подтверждений, – сказал Рафт, а потом спросил у стажёра: – Но и про это мы тоже первый раз слышим. Вас разве правильному составлению отчёта по проведению работ не обучали?

– Нет. Я только тут узнал о необходимости его составления, поискал примеры и ничего не нашёл, пришлось использовать тот шаблон, что был прикреплён к должностным обязанностям. И в соответствии с ним я всё и заполнил.

– Странно, нужно будет с этим разобраться, как с тем, почему присылают курсантов, которые даже отчёт написать не могут, так и с тем, кто теперь составит нам все виды отчётов под каждый из типов работ. – И Рафт посмотрел на Смеша.

– А что, это не я. Шаблон создал Трик, – сдал своего товарища с потрохами навигатор.

– Я знаю, – ответил начальник, – но главным был назначен ты, значит, и спрос с тебя. – Ещё раз, хмуро посмотрев на навигатора, покачал головой и обратился к стажёру: – Продолжай, Флик.

– Ну… после того, как теперь я понимаю, портал сам затянул того человека, я запустил процесс переноса по заданным координатам. Сначала всё было замечательно, но потом уровень потребления стал резко расти, почти дойдя до середины уровня красной зоны. – Увидев большие и круглые глаза окружающих, он поспешно продолжил: – Я готов был переключиться на резервный ввод, если того потребуют обстоятельства. Я даже снял с него пломбу и приготовился к его запуску.

Однако большие и круглые глаза смотрели на всё большего идиота-везунчика.

– Работа в красной зоне запрещена, каналы не успевают переработать такой огромный объём энергии, происходит её накопление в портальном устройстве, и как финал – взрыв через несколько секунд, – сказал Рафт.

– А то, с чего ты снял пломбу, – это устройство самоуничтожения телепортационного контура на случай захвата базы, а подключение резервного контура осуществляется вот с этой консоли. – И Смеш показал на пульт управления стоящий около стены.

Тут и до Флика дошло, что он прошёл по краю бездны и умудрился не свалиться туда.

– Но накопления энергии в канале телепортации не происходило, – как оправдание сказал он, – я знаю, что нужно следить за этим, на лекциях нам это объясняли, и поэтому я контролировал этот параметр.

– Тебе повезло, – ответил ему Трик, – нельзя наполнить бесконечность, а так и случилось с одной из направляющих координат.

– Да, но непонятно другое. Энергия поступать прекратила, и перенос состоялся. Правда, опять же странно: прекращение поступления энергии совпадает с моментом телепортации. А тут она, по словам Флика, закончилась несколько раньше, чем произошёл перенос, – сказал Рафт, – но, думаю, ответить мы вряд ли сможем, что же произошло в этом случае.

– Знаете, а у меня есть одна идея. Если мы предположили, что коли в том месте, где в нашем пространстве нет планеты, в другом измерении она есть, то почему не предположить, что в каком-то из измерений эта координата не является бесконечностью? – спросил Флик.

– Тогда куда же мы его отправили? – удивлённо спросил Трик.

– Если предположить, что где-то существует реальность с планетой, находящейся по этим самым координатам и что её менто-магическое поле обладает просто чудовищным потенциалом, для того чтобы канал смог самостоятельно зафиксировать точку привязки, то гипотеза Флика имеет право на существование. И тогда получается, как сказал Флик, мы выдернули этого человека из одного измерения, протащили сквозь наше пространство и заслали в неизвестные дали, где канал всё-таки смог найти какую-то точку привязки, – сказал Смеш.

Рафт быстро смекнул, о чём говорил сейчас Смеш, и обратился уже ко всем:

– Вы понимаете, что о том, что тут произошло, никто никогда не должен узнать. Если станет известно хоть о гипотетической, нереальной, но единожды проделанной возможности ходить в другие измерения, нас всех запрут глубоко и надолго, – жёстко уставился на своих подопечных Рафт.

– А как же ментоструктура? – вдруг вспомнил о созданной Фликом конструкции Трик.

– Забудь. По крайней мере на время, и скорее всего долгое, – сказал он аналитику и, повернувшись к уже бывшему стажёру, продолжил: – Ну а ты, стажёр, понимаешь, что досрочно прошёл практику и принят в наш небольшой коллектив с его маленькими тайнами?

– Да, – ответил тот и кивком подтвердил понимание ситуации.

Все на время замолчали, думая каждый о своём, как вдруг Флик встрепенулся и спросил:

– И где же он сейчас?

Никому не потребовалось объяснять, о ком говорит их новый сотрудник.

– Где-то там, – ответил Рафт, неопределённо махнув рукой.

– Где-то там, – повторил бывший стажёр, остекленевшим взглядом проследив за указанным направлением своего, теперь уже постоянного начальника.

А где-то там, в глубинах мироздания, на тёмном каменном алтаре, в разрушенном храме давно уже вымершей планеты на чашу весов упала небольшая и практически невесомая былинка, принесённая неизвестно откуда пронесшимся порывом ветра.

И весы, которые до этого миллиарды лет стояли в равновесии, стали клониться в одну из сторон.

И от этого, казалось бы, незначительного движения начала меняться физическая составляющая мира вокруг, менялась сама его суть. Сдвигались пласты реальностей. Перемешивались измерения. Волнами эти изменения растекались в окружающее пространство. Они происходили с фантастической скоростью. Но вот неожиданно наступило затишье, и тайфун нахлынувших изменений, корёживших реальность, прекратился. А наступило это, когда очередная волна искажений внезапно наткнулась на мчащийся в бесконечность сгусток энергии.

Именно в это мгновение в другом времени и пространстве прекратился поток энергии, который вливался в созданный нерадивым стажёром канал телепортации.

Глава 1

«И куда это я, интересно, попал?» – подумал я, оглядываясь вокруг.

А то, что я куда-то попал, не вызывало никаких сомнений. Вот представьте, идёт человек хорошо знакомой дорогой от своей любимой работы (не удивляйтесь, бывает и такое) до не менее милого и любимого дома. Смотрит вокруг, рассматривает симпатичных девушек, проходящих мимо него и спешащих куда-то по своим женским и не понятным мужикам делам. Поворачивает к виднеющемуся в сорока метрах впереди родному и такому знакомому подъезду, делает очередной шаг и…

…и его нога опускается в какую-то чавкающую жижу. Человек смотрит себе под ноги, а там грязь.

«Откуда такая лужа этой булькающей слизи посреди сухого асфальта?» – думает он. И оглядывается вокруг.

Но в том-то и дело, что никакого сухого асфальта там нет и в помине. А окружает этого беднягу какое-то коричнево-зелёное месиво, очень смахивающее на грязное и не слишком приятное болото.

И тянется это болото до тех пор, пока взгляд не упирается в деревья, стоящие на разных его участках.

Нет, не так. В Деревья. Именно с большой буквы.

Я даже представить не могу, где растут такие гиганты.

«Хотя почему не могу, тут и растут, вот они, перед глазами стоят», – подумал я.

Но больше почему-то поразило не это.

Угнетающе давила какая-то мёртвая тишина и зелёный сумрак, что стелется вокруг.

«На любом болоте есть хоть какая-то жизнь, мошкара, насекомые, слышатся постоянные скрипы и шорохи, непрерывные шелест и шебуршание. Царевны в образе лягушек ищут своих принцев по кочкам. Крокодилы выглядывают из-под поверхности и прочее… – думал я. – Но тут ничего этого не было!»

Серая хмарь в зелёном сумраке с нечёткими силуэтами деревьев вокруг. И всё.

Я поднимаю глаза к небу, чтобы хоть там увидеть солнце, которое даёт такой странный свет, а его нет. Ни солнца, ни неба. Сверху надо мной видится только сплошное переплетение ветвей, лиан и листьев.

«Где это я? Что за странный лес кругом?» – ещё раз попытался я задать себе вопросы, на которые у меня не было ответа.

Но он пришёл, вернее, я его уже знал, будто он всегда был в моей голове.

«Гигантский реликтовый лесной массив. Тип особого древнего девственного леса, сохраняющегося на протяжении длительного периода времени и незатронутого деятельностью цивилизации. Характеризуется наличием крупных как живых, так и отмерших деревьев, повышенной затенённостью, несколькими возрастными уровнями растительности и несколькими горизонтальными уровнями вегетации. Возможна частичная или полная заболоченность местности произрастания ареала деревьев. Такой тип лесного массива характерен для малоисследованных или неисследованных планет. Крайне опасен для неподготовленного путешественника. Следует остерегаться хищных и неизвестных форм жизни».

«Вот это да!.. – удивлённо подумал я. – Какие-то планеты, хищные, а главное, неизвестные формы жизни…»

Я немного растерянно огляделся вокруг, пытаясь разглядеть упомянутые «формы жизни».

Но вообще-то да, даже по смыслу среди таких гигантов должен бродить кто-то не менее большой. И не факт, что он питается травкой и листиками, которых у основания стволов этих исполинских деревьев в принципе видно не было.

А вот под сомнение ставить то, что здесь кто-то есть, крайне глупо и неразумно, а значит, они как раз и питаются такими не слишком удачливыми личностями, которые имеют глупость тут разгуливать.

Верно сказано: «Крайне опасен для путешественников».

Я снова осмотрелся, мой взгляд немного адаптировался к царящему здесь царству сумрака, и я разглядел какие-то более тёмные, чем обычная поверхность, проплешины, виднеющиеся на глади болота. А через несколько мгновений, пока я осмысливал то определение, что родилось у меня в голове, и рассматривал местные достопримечательности, мне пришло понимание ещё кое-каких интересных фактов.

«Для уменьшения степени опасности нужно провести ряд обязательных мероприятий:

1. Необходимо переместиться на нижний или средний ярус деревьев.

2. Необходимо провести экстренную активацию чувства интуиции и запуск развития интуитивных способностей.

3. Необходимо провести активацию чувства интуитивной реакции на опасность.

4. Необходимо провести активацию способности вероятностно-интуитивного прогнозирования событий.

5. Необходимо провести активацию точного чувства ориентации и направления.

6. Необходимо подключить чувство ментального поиска, для определения наличия ближайшего излучения мозговой активности.

7. Необходимо изготовить простейшее оружие».

«Это что, интересно, такое? Откуда это во мне?» – удивлённо почесал я затылок, хотя советы были вполне дельные, по крайней мере те из них, которые не касались непонятных активаций и подключений, однако и их общий смысл был мне примерно понятен.

Правда, после того, как я оказался неизвестно где и неизвестно как, а сомневаться в том, что это не бред, не имеет смысла, так как в противном случае я бессилен, то я склонен воспринимать всё происходящее как должное. Тем более это даже теоретически должно помочь мне разобраться в текущей ситуации или, по крайней мере, протянуть до того момента, когда я смогу это сделать сам или с помощью кого-либо.

Сложно рассуждать адекватно, оказавшись в такой ситуации, поэтому я был удивлён той логичности рекомендаций, прозвучавших у меня в голове. Это были явно не мои мысли.

«Но чьи они?» – задался я вопросом.

А потом подумал, что и сейчас я достаточно спокойно рассуждаю над этой ситуацией, хотя это для меня было не слишком типично. По жизни я суетливый холерик и только в спокойной обстановке могу родить что-то гениальное. Но текущая ситуация, по идее, никак не должна была содействовать моему душевному спокойствию. Однако в голове ощущается непонятная кристальность, чёткость и ясность мысли.

«А мне это нравится…» – понял я.

Поэтому, доверившись первому дельному совету, полученному сегодня, я, так размышляя, одновременно стал осматриваться, подыскивая дерево, на которое было бы удобнее забираться, и увидел очень подходящее, кряжистое. Правда, мне хотелось, чтобы оно было несколько выше рядом стоящих и чтобы ветви начинались пониже и были потолще, но что-то меня привлекло именно в этом лесном гиганте.

Подойдя к нему поближе, я понял, что расстояние до дерева от того места, где я стоял, сгладило некоторые не очень приятные подробности. Задрав голову, я только сейчас смог увидеть и оценить, что первые его ветки начинали простираться как минимум в пятидесяти – шестидесяти метрах надо мной. Однако при этом ствол, кроме того, что был необъятным и вполне мог спрятать внутри себя десяток-другой автобусов, обладал такими морщинами и трещинами, что их спокойно можно было использовать как ступени лестницы.

«Главное, чтобы кора этого гиганта не начала крошиться или скользить у меня в руках», – подумал я, осторожно подходя к нему и аккуратно огибая замеченные мной ранее подозрительные, изредка булькающие тёмные проплешины.

Почти подойдя к основанию дерева, я услышал какой-то странный шелестящий звук. Если бы это был я прежний, тот, который ещё не слышал странного голоса у себя в голове, то я остановился бы и обернулся посмотреть, что там такое шелестит позади. Но сейчас голос, уже как команда, прозвучал внутри меня:

«Повышенная степень опасности.

Ускорить движение».

И я, почему-то поверив ему, ломанулся вперёд и как сумасшедший на одном дыхании взлетел метров на пять вверх по стволу. Только тогда остановился и посмотрел вниз.

Та же вода, те же стволы деревьев кругом. Но вдруг в одну из проплешин, практически мгновенно преодолев расстояние от дерева до неё, ушла какая-то длинная лента. Очень длинная. И широкая. «Видимо, это что-то или кто-то, похожий на змею, правда, плоский. По крайней мере, мне так показалось сверху. Но как она двигается, это что-то уму непостижимое, – поражённо подумал я. – Если бы я не находился уже так близко от дерева, то далеко не факт, что успел бы до него добраться и влезть, – решил я, рассматривая то множество потенциально опасных участков с проплешинами, которые гораздо лучше виделись мне теперь сверху. – А ведь это какие-то колодцы или норы, заполненные то ли водой, то ли грязью, и в каждом таком месте может притаиться такой вот подарочек», – сделал я простой вывод, карабкаясь выше по дереву, желая побыстрее добраться до ветвей, но при этом стараясь не спешить, соблюдая осторожность.

Как оказалось, в складках коры дерева рос какой-то непонятный мох, который при нажиме выделял очень много резко пахнущей скользкой жидкости, которая и не давала мне расслабиться, всё время напоминая о возможности соскользнуть, сорваться и ухнуть вниз.

Кроме того, через некоторое время у меня начался нестерпимый зуд в руках, который вызывал сильное чувство дискомфорта и очень сильное раздражение из-за моей невозможности пока что-то сделать с ним. Я старался отстраниться от жжения, которое не давало сосредоточиться на подъёме, и уделял всё своё внимание только выбору нового места хвата. Здоровье дороже, но падать с такой высоты как-то меня не прельщало.

К тому же, хотя я и чувствовал, что там, куда я старался добраться, должно быть более безопасно, чем внизу, но более безопасно не означало, что там можно будет разгуливать как у себя дома, просто степень опасности, грозящей мне в этом случае, гораздо понизится.

Так что я лез очень аккуратно, высматривая удобные зацепы. «Торопиться мне некуда», – решил я.

По дороге как-то незаметно я переключился на обдумывание той ситуации, в которой оказался, и событий, которые происходили вокруг меня. И тут до меня дошло. А как я вообще смог услышать какое-то шуршание? И так быстро отреагировать? Только сейчас я посмотрел на то расстояние, что преодолел за несколько мгновений, когда получил приказ голоса в голове, и оно оказалось не таким уж и маленьким, как я оценил в первые мгновения.

Да и что-то больно спокойно и рационально я сейчас смотрю на вещи, произошедшие со мной. «Хотя нет, этот вопрос уже возникал у меня в голове. Но всё равно мне непонятно, почему я так предельно собран, несуетлив, расчётлив и до безобразия осторожен. Всё это на меня не похоже. Но, видимо, именно таким должен быть или стать человек, чтобы выжить в такой среде. Первобытный охотник, хищник».

На этом я немного отключился и на автомате продолжал лезть выше. Никогда не думал, что взбираться вверх по лестнице так тяжело. «Жаль, я никогда альпинизмом не занимался», – подумал я на очередном хвате, и в этот момент у меня сорвалась, соскользнула мокрая от пота и от раздавленного и перетёртого, как оказалось, какого-то особенно скользкого мха, растущего на коре дерева, рука.

Я даже испугаться не успел, как заскользил вдоль ствола этого исполина вниз. Вернее, никакого испуга я в принципе не испытывал. В момент падения я занимался тем, что высматривал удобную складку коры дерева, за которую могу прочно зацепиться.

Резкий рывок – и я вишу на одной руке, ощущая в ней нестерпимую боль, которая маленьким взрывом родилась в моём плече и начала растекаться по телу.

«Растяжение связок и небольшой вывих плеча. Опасности не представляет. Полное восстановление через пять часов»,

– прозвучала новая мысль у меня в голове.

Преодолев боль, я покрепче обосновался на стволе дерева и посмотрел, сколько пролетел. Оказалось, не так и много, метра три-четыре, не больше. «Ловко у меня получилось», – удивлённо оценив это расстояние, подумал я.

Однако потом вспомнил, что, пока падал, я успел рассмотреть очень большое количество трещин и морщин в коре на дереве, и из них мне приходилось выбирать наиболее удобные и ухватистые, отсеивая те, что, как я теперь понимал, при их хвате дадут наибольшую нагрузку на мою руку, для выбора оставляя все более-менее подходящие. В конце концов я выбрал одну из самых удобных и дающих наименьшую нагрузку при рывке трещин, схватился именно за неё и под строго выверенным углом и в наиболее оптимальный для этого момент.

Но такая работа по анализу поверхности дерева ну никак не могла уложиться в те доли секунды, что я летел вдоль его ствола. «Что-то не то с моим то ли восприятием, то ли организмом в целом, – понял я, – ведь и от той змеи я ускользнул необычайно быстро. Значит, тут не только восприятие, но и тело. Точно, то, как я схватился за небольшой выступ в коре во время падения, – это что-то за гранью фантастики. – Поняв всё это, я сделал вполне логичный вывод: – Я стал несколько быстрее, реакция у меня изменилась, скорее всего улучшилась и ловкость в целом. – Обдумав это, я ещё немного постоял, отдохнул. – Ну, всё это неплохо и делает меня только сильнее, а значит, и шансов разобраться в обстановке и выжить здесь у меня становится больше, – всё-таки решил я. – Но сверхчеловеком я, судя по всему, так и не стал», – подумал я, рассматривая свои зудящие и покрасневшие ладони.

И полез дальше.

На этот раз я очень осторожно прокладывал себе маршрут дальнейшего движения. Я всегда хорошо учился на ошибках, особенно своих, и поэтому сейчас прощупывал, просматривал и проверял каждый выступ, за который хотел ухватиться или куда собирался поставить ногу.

Вероятно, поэтому второй заход у меня прошёл более удачно, и уже через двадцать минут я добрался до самой нижней ветви дерева. Она по своей толщине ничем не уступала немаленькой дороге, была такой же кряжистой и морщинистой, как и сам ствол дерева, поросшей мхом даже ещё больше, но абсолютно никакой листвы видно не было.

«По крайней мере под ногами перестала хлюпать жидкая грязь, что простиралась у подножия дерева», – решил я.

Осмотревшись и сделав несколько шагов вдоль ветки дерева и едва не поскользнувшись пару раз, задумался: «И что делать? Лезть дальше или обосноваться пока здесь?» Хотя оставаться в царстве скользкого и полувлажного мха, куда попал я сейчас, мне не очень хотелось.

Но голос внутри меня опять дал небольшую подсказку:

«Нижний уровень крон гигантских деревьев с большой долей вероятности является ареалом обитания наиболее опасных хищников, живущих здесь».

«Видимо, придётся лезть выше. Интересно, какова действительная высота этих гигантов?» – подумал я и начал подъём дальше.

Я решил не останавливаться на нескольких первых ветках и, когда всё же залез выше тринадцатой или четырнадцатой по счёту, окончательно выбился из сил и подумал сделать привал и отдохнуть.

Я вышел из монотонного транса, в котором карабкался вверх, и осмотрелся. Здесь оказалось уже значительно светлее, не тот сумрак, что стоял внизу. Кроме того, сейчас вокруг меня не было той гнетущей тишины, которая сопровождала меня во время подъёма, и единственным посторонним звуком, услышанным до этого, было то странное шуршание. Теперь окружающий мир полнился какофонией звуков. Кругом раздавались какие-то щебет, скрипы, шуршание, шелест. Сновали большие и маленькие насекомые, мошкара. На подступах к кроне и в её листве угадывались какие-то небольшие птички, возможно, прятались и перебегали с места на место мелкие животные или кто-то очень похожий на них.

Но услышал это движение жизни я почему-то только сейчас, или обратил внимание на него.

И ещё здесь всюду чувствовалась какая-то непонятная энергия, я кожей ощущал её присутствие и движение её токов. Правда, никак не мог понять, что же это такое. Но это точно было.

Я нашёл какое-то подобие небольшого дупла в стволе дерева у основания ветки и, расслабившись от этого ощущения жизни и энергии вокруг, устроился в нём. Встать в полный рост у меня там не получилось, но сесть или лечь, не особенно выставляя ноги, я мог вполне спокойно. Немного поворочавшись, я хотел уже закрыть глаза и отдохнуть, так как усталость давила непомерным грузом, но в голове практически мгновенно прозвучал знакомый и, можно сказать, уже привычный голос:

«Необходимо завершение начатого ряда обязательных мероприятий для снижения общей степени риска».

Смотри-ка, а я как-то и забыл о том, что у меня был хоть какой-то примерный план действий, а вот мой внутренний голос этого, похоже, не забыл.

– И что мне делать? – пробормотал я себе под нос.

«В соответствии с выставленными приоритетами необходимо провести последовательную активацию взаимосвязанных способностей. Проведение части из них обязательно в сознательном состоянии оператора. Выполнение остальных возможно в бессознательном».

«Что от меня требуется?» – мысленно спросил я у себя, как-то сидеть и бормотать себе под нос вопросы – это уже тянет на явный признак сумасшествия. А лежать и спокойно узнавать, что мне надо делать для активации кучи способностей, стало даже интересно. Ведь из всего списка я знал примерно, как выполнить первый пункт, то есть залезть на дерево, и понимал, что нужно будет раздобыть какое-то оружие, палку там, дубинку или копье соорудить, но как выполнять другие пункты, мог только догадываться, фантазировать, но точно – не знать.

И вообще, странное какое-то у меня состояние, некая апатия и одновременная заинтересованность. Решив всё-таки разобраться, что порекомендует мне сделать этот непонятный голос у меня в голове, я с нетерпением ожидал ответ на свой вопрос.

«Во-первых, интересно же, – прокомментировал я своё же желание, – а во-вторых, хотя я и далёк от разной фантастики и прочего, но понимаю, что то, что должно произойти, явно отдаёт каким-то непонятным фэнтези, магией и прочим».

Поэтому ответ, который я услышал, меня вполне устраивал.

«Для активации способностей необходим запуск гипнопрограмм. Произвести?»

– Да, – просто отозвался я, ожидая всего, чего угодно.

Но никаких необычных ощущений я не почувствовал, как к себе не прислушивался. Поэтому следующая фраза несколько озадачила меня.

«Оператор обладает повышенными уровнями пси– и ментопотенциалов. Рекомендуется провести активацию развития этих способностей. Запустить?»

– Да, – уже более заинтересованно пробормотал я.

Точно помню, в списке было что-то про интуицию, но вот ни про какие пси– и ментоспособности речи не шло, хотя нет, что-то о ментальном поиске прозвучало, но мне кажется, это вещи в принципе разного порядка.

«А я, однако, маг». Я впервые улыбнулся в этой ситуации, если я, конечно, верно уловил суть проводимого действия.

Но состояние веселья длилось недолго, явно до того момента, как программа, видимо, всерьёз взялась за мой разум, до этого она, похоже, просто разогревалась. Следующие два часа двенадцать минут, а время я почему-то стал ощущать чётко и точно, правда, непонятно, относительно чего идёт отсчёт, мне запомнились как непрерывный, нескончаемый марафон боли, безумной и нереальной. В последние мгновения я даже стал отдыхать при переключении одного типа раскалённых игл, жгущих мой организм, на не менее обжигающие лезвия, как будто разрубающие меня на множество мизерных частиц.

«Ещё бы удовольствие от этого получать, – подумал я с усмешкой (я ещё могу шутить, не всё потеряно для меня, оказывается). – Так и рождаются мазохисты».

Как раз на этом моём замечании адская боль схлынула, и наступило нереальное состояние эйфории. Как ни странно, но за всё время проведения экзекуции я ни разу не потерял сознания или не отключился и всё время ощущал те переливы ломки моего разума и организма, что переделывали меня.

«Процесс активации пси-, меню– и интуитивно-вероятностных способностей проведён успешно. Получены текущие и максимально возможные параметры оператора. Запущено ускоренное развитие способностей и интуиции в соответствии с оптимальными алгоритмами, вычисленными на их основе. Активировано интуитивное чувство реакции на опасность. Первый этап по выполнению обязательных мероприятий завершён на сто процентов. Проведение последующих этапов рекомендовано совместить с фазой отдыха оператора. Оптимальная длительность отдыха на данном этапе развития способностей оператора составляет шесть часов. Активировать фазу отдыха?!»

«Стой! – всполошился я. – У меня есть несколько вопросов».

Видимо, моя команда «стой» подействовала, так как для меня не наступила некая «фаза отдыха оператора» (оператор – это, похоже, я), но никакой другой реакции вслед за этим тоже не последовало.

Немного подумав, я решил, что со мной говорит явно какое-то сознание, существо, машина, виртуальная личность, искусственный интеллект или что-то в этом роде. Я понял, если этому непонятно чему не задать хоть какого-то более-менее точного вопроса, то и ответа можно ждать годами. А поэтому спросил:

«Какие пси-, менто– и интуитивные способности активированы?»

«На данном этапе активирована единственная способность, основывающаяся на сочетании ментального и вероятностного развития оператора».

«Не понял, как единственная? Говорилось ведь о пси, менто и интуиции?»

«Всё верно. Оператору провели активацию закрытых зон сознания и разума, перестроили часть нейронных цепочек в головном мозге, для того чтобы он получил возможность доступа к ним и использования скрытых в нём способностей, а также для дальнейшего развития своего потенциала. Первоначально частичное изменение структуры нейронных цепей оператор претерпел, вероятно, ещё в момент переноса при воссоздании его ментоэнергетической структуры».

«Что за перенос?» – зацепился я за оговорку.

«Телепортация – перенос материального объекта при помощи наведённой телепортационной арки из одной физической точки координат в другую».

А чего я ещё хотел ожидать, что у нас на планете растут такие деревья и вообще есть что-то похожее на окружающее меня место? «Надеюсь, у меня не шизофрения, – подумал я и продолжил расспросы: – Известно точное или примерное место моего нахождения?» – в надежде затаил я дыхание, а вдруг всё-таки это нечто сидящее у меня в голове знает о той дыре, куда я попал, или произойдёт ещё какое-нибудь чудо.

Но чуда не произошло.

«Недостаточно данных для определения точного местоположения».

Ну, хоть надежда и теплилась, но именно такой ответ и был наиболее предсказуем. Надо хоть узнать, что это за голос у меня в голове, а то и правда больше на шизофрению смахивает.

«Кто передаёт мне информацию и общается со мной?» – как же глупо звучит, по виду, так это из оперы чокнутых, похищенных пришельцами или общающихся с духами предков через пьяный дурман или разные травы. «Кто сидел на моей кровати? Кто ел из моей чашки?» – или это ближе к: «Я слышу тебя, мой маленький брат», – опять понесло меня в истеричный сарказм. Нужно с этим завязывать, а то и до маленькой комнатки с мягкими стенами не далеко. Правда, заведение мне с такой комнатой здесь ещё придётся поискать, но главное, чтобы оно было. Может, не все здесь примут меня за больного?

Кстати, а где всё-таки это здесь? Но более важно: есть ли здесь эти все и кто они?

Пока я предавался этим невесёлым мыслям, получил ответ на свой не очень внятный вопрос. Как ни странно, меня поняли и ответили.

«Оператору установлен ментоинтерфейс по работе с гипно– или ментомодулями и программами. Поиск необходимой информации проводится по каталогу гипнопрограмм».

«Так, что за ментоинтерфейс?» – услышал я новое название.

Кстати, состояние сонливости и усталости несколько притупилось, вернее, даже не так, я ощущал, что оно проходит. Хотя я и не спал, но чувствовал, что посиди я так ещё минут сорок, то смог бы вполне бодро продолжить путь. Однако понимание того, что сейчас это не имело большого смысла, удерживало меня на месте и от поспешных действий. Неизвестно, куда идти и как переход в принципе совершить.

Зато проснулись заинтересованность и любопытство, которые и удовлетворял сейчас своими ответами мой внутренний голос.

«Установлен ментоинтерфейс серии „Искатель-1”, разработка для полевых агентов глубокого внедрения»,

– ответили мне такой же «понятной» фразой, как и несколько мгновений ранее. Правда, если немного пошевелить извилинами и вспомнить многочисленные примеры нашей родины, то сказали мне вполне достаточно.

Агенты – это, насколько я знаю, резиденты иностранных разведок в стане врага; полевые, стало быть, – это, я так понимаю, действующие; ну а глубокого внедрения, как видно из названия, – они так хорошо окопались, что сами уже давно забыли, чьей резидентурной сетью они являются и на кого работают.

«Смотри-ка, как я всё разложил, никогда не замечал за собой страсти к шпионским приключениям, а тут, видимо, полный комплект начинающего шпиона-любителя получил. Теперь бы выяснить, на кого я предположительно работаю или должен работать. Ведь просто так столько бонусов простому человеку вряд ли выдадут». Как-то не верилось мне в бардак, который может твориться у столь могущественного кого-то, того, кто имеет возможности в мгновение ока закинуть человека из одного места в другое и при этом снабдить его какими-то пока не слишком понятными подарочками.

«Не родина же наша, там, в конце концов, – решил я, – а стало быть, со мной должны эти непонятные хозяева рано или поздно связаться. Только когда – это большой вопрос. Правда, следует исходить из наихудшего варианта, что про меня не знают, со мной никогда не свяжутся и я здесь, возможно, застрял навсегда. – После этой мысли на душе как-то совсем грустно стало. – Но если когда-нибудь что-то из моих предсказаний не сбудется, это будет хоть каким-то относительно приятным сюрпризом для меня. – Подумав так, я немного приободрился и уже не так упаднически посмотрел на окружающую меня действительность. – Это ведь огромный новый мир, не просто огромный – гигантский, судя по обступающим меня исполинам. И я могу заняться его изучением. Всё равно делать больше нечего. Теперь моими главными лозунгами и целями станут выживание, осторожность и любопытство. Правда, они не очень совместимы, осторожность и любопытство, но иначе я тут уже в первый день от тоски, страха и отчаяния загибаться начну. А так у меня есть цель и смысл. Тем более что интерес уже начал высовывать свой носик и поднимать голову, несмотря на то что я и не авантюрист по складу характера, но, может, во мне какой-нибудь древний ген наших предков – скифов там, русичей или варягов проснулся, а то они ведь были знатные бродяги и исследователи. Ну и по ходу дела придётся много чему учиться. – Погладив неожиданно заурчавший живот, добавил: – Например, есть мясо сырым. Огня нет, получить его пока не знаю как, вернее, несколько способов мне известно, но выйдет у меня или нет их воспроизвести, даже предположить не могу, но буду надеяться на лучшее. Да и охотник из меня никакой, за всю жизнь только на рыбалке бывал пару раз, а тут вообще с голыми руками. Ну, будет день – будет пища. А пока затяну поясок и постараюсь подольше не вспоминать о хлебе насущном».

А забыть о чём-то, можно только переключившись на нечто другое. И поэтому я решил продолжить расспросы Искателя (для простоты буду использовать его название).

«Каковы основные функции ментоинтерфейса?» – спросил я.

«Обеспечение взаимодействия оператора и загруженных ему в сознание ментомодулей и ментопрограмм. Адаптация под строение ментополя и физического тела оператора ментомодулей, их активация и дальнейшее развитие. Загрузка напрямую в сознание и память оператора гипнопрограмм. Проведение ускоренного поверхностного поиска затребованной информации по загруженным гипнопрограммам. Самостоятельное развёртывание упрощённых ментоструктур».

«Как-то слишком много для простого интерфейса, больше похоже на искусственный интеллект какой-то», – подумалось мне.

Вероятно, мою мысль уловил Искатель, так как дал свой комментарий:

«Ментоинтерфейс построен на основе искусственно созданного эмулятора сознания эталонного оператора».

«Интересно, что это за эталонный оператор такой?» – отвлечённо подумал я, но ответа на эту мою мысль не последовало.

И тут я подумал: коли мне отвечают, и достаточно подробно, то, может, есть ответ и на то, как мне вернуться домой, а поэтому я постарался сосредоточиться и спросил, оформив свой вопрос в достаточно компактную форму.

«Искатель, есть информация, как совершить обратный перенос?» – поинтересовался я у ментоинтерфейса. Может, сам процесс известен, и я когда-нибудь, не обязательно сейчас, смогу его повторить.

Но и тут меня ждало разочарование.

«Необходимо провести активацию нормальной или инвертированной портальной арки для совершения обратного перехода».

«Известно, как провести какую-либо из данных операций?» – уточнил я, а то прошлый ответ ничего особо нового мне не дал, о чём бы я и сам не догадывался, но мне-то были нужны описания конкретных действий или дальнейших шагов, которые я смог бы выполнить.

«Нормальную портальную арку на оператора может навести только сотрудник из центра телепортации»,

– услышал я ответ.

«Значит, если они про меня не знают, то и рассчитывать на них в этом случае не приходится», – понял я, отметая первый из вариантов.

«Инвертированную арку-портал может создать сам оператор, но для её проведения необходимо выполнение нескольких условий. Первое: знание точных координат места назначения и места отправки. Второе: достаточное количество энергии, доступной оператору из внутреннего или внешнего источника и необходимой для открытия стационарного портала, удержания его в стабильном состоянии и построения маршрута следования. Третье: адаптация энергоструктуры оператора для работы с большими объёмами энергии. Четвертое: адаптация ментального тела оператора для работы с ментальными структурами десятого уровня. Пятое: развитие возможностей разума оператора до его способности осознать, понять, удержать и обработать ментоструктуру нужного уровня. Шестое: найти или разработать самостоятельно ментоструктуру инвертированного портала».

На этом Искатель закончил перечень того, что необходимо сделать, чтобы вернуться назад.

«Чёрт, с последнего нужно было и начинать. Получается, тебе не известна нужная ментоструктура, которая позволяет строить порталы?»

«Нет. Необходима ментоструктура для построения именно инвертированных порталов»,

– поправил меня дотошный ментоинтерфейс.

«Но хорошо, может, мне повезет, и эту структуру я найду, создам или узнаю, но на всё остальное-то сколько уйдёт времени? А координаты? А уже испробованные на мне адаптация и развитие? А источник? Где всё это находится? И как скоро я смогу это найти, развить или изучить? Нереальная затея», – оценил я прослушанный список.

«Предыдущие координаты места отправки оператора зафиксированы при совершении начала переноса, текущие нет возможности вычислить из-за отсутствия относительной (родительской) точки отсчёта, – сообщил мне Искатель. – Развитие энергоструктуры и внутреннего накопителя под необходимый объём энергии потребует от пяти до семи лет. Адаптация ментального тела оператора потребует три-четыре года. Развитие разума и сознания оператора для выполнения нужного перечня работ составит от шести до пятнадцати месяцев в зависимости от интенсивности тренировок».

«То есть, даже если я всё найду под соседним кустом, мне как минимум потребуется не меньше пяти лет, а возможно, и больше, – подвёл я итог. – Правда, это хоть и мизерный, но всё-таки шанс для меня, так что и его упускать нельзя».

Поэтому я немного подумал и спросил у Искателя:

«Что необходимо сделать для запуска и развития этих способностей?»

«Установить их приоритет, присвоить очерёдность активации ментомодулей, отвечающих за их развитие, и провести запуск непосредственно самого процесса их роста и совершенствования. Выполнение этих операций рекомендую отложить на срок после окончательного завершения обязательных мероприятий. Выполнение возможно осуществлять как фоновый процесс или в неактивном состоянии оператора во время прохождения фазы сна или отдыха».

«Ладно, с этим всё понятно, отложить так отложить. Когда закончишь с тем, что уже запланировано на сегодня, приступай к новому пункту, а сейчас просто внеси его в список мероприятий, назначенных на скорое выполнение», – отдал я распоряжение.

Искатель между тем ответил:

«Основные этапы подготовки оператора к созданию ментоструктуры инвертированного телепорта занесены в ближайший план активации ментомодулей и помечены как ожидающие выполнения».

Выслушав этот ответ, мне в голову пришла мысль, что больно уж далеко мы с ментоинтерфейсом отклонились от основной темы разговора.

Ведь началось всё с того, как я попытался узнать, что ещё должен проделать Искатель сегодня для моего дальнейшего выживания, а сам ушёл в такие дебри, что стал планировать уже своё возвращение.

Однако до этого счастливого момента надо хотя бы дожить. А потому нужно отложить разные второстепенные мысли подальше и приниматься за разбор того, что необходимо выполнить в первую очередь.

«Мы остановились на пси-, менто– и интуитивных способностях, – вспомнил я, – и том, что активирована пока всего одна. Та единственная способность, это я так понимаю, чувство интуитивной реакции на опасность? Всё верно?»

«Да», – кратко подтвердил Искатель.

«А другие способности есть? Какие они?» Мне стало интересно, чем одарили меня неизвестные доброжелатели.

«Список составляет более десяти тысяч наименований. Перечислить?»

«Сколько?» Моему удивлению не было предела, я ожидал услышать любое число, но чтобы оно было настолько огромным, это ведь не копейки, которые в таком контексте составят всего десять рублей, а знания и умения, которые в перспективе могут стать моими. Это впечатляло.

«Десять тысяч восемьсот сорок семь»,

– уточнил Искатель, восприняв моё удивлённое восклицание за прямой вопрос.

«Нет, перечислять не надо. Всё равно я всего не запомню. Думаю, стоит сообщать мне о той или иной имеющейся возможности по мере возникновения потребности в ней. Так и я не буду засорять голову неизвестными и ненужными мне сейчас знаниями и смогу последовательно осваивать оставленное мне неизвестными доброжелателями наследство. Как такой вариант?»

«Принято к выполнению».

«Замечательно. А теперь для начала расскажи мне о тех способностях, что уже активированы, или тех, чьё развитие ты собираешься принудительно запустить в ближайшее время», – попросил я.

«На текущий момент у пользователя запущено формирование и рост четырёх основных направлений развития».

«Так, не понял, откуда четыре-то?» – удивился я.

«Первым приступил к работе ментомодуль, внедрённый в структуру физической и ментальной матрицы тела оператора в момент начала переноса.

– Искатель не обратил внимания на мой вопрос и продолжил свой рассказ:

– Его деятельность заключается в корневом двунаправленном развитии соответственно физической оболочки и информационно-ментального поля оператора. На физическом уровне происходит постепенное общее укрепление тела оператора, ускорение реакции, повышение регенерации, развитие и укрепление костной и мышечной структур тела. Длительность начального адаптационного периода физического развития оператора колеблется в пределах одного-двух месяцев. На информационно-ментальном уровне происходит общее развитие и стабилизация ментального поля оператора, увеличение его плотности за счёт уменьшения занимаемого объёма. Дополнительное закукливание менто-информационного поля оператора ведёт к его естественной маскировке, что теоретически не должно выделять его на общем фоне (для большей незаметности и маскировки рекомендовано изучить гипнопрограмму „скрыта”). Ментомодулем производится более оптимальное выстраивание каналов прохождения энергии, расширение внутреннего резерва для её накопления, улучшение алгоритмов и принципов распределения и использования энергии. Последовательно происходит встраивание в общую структуру поля оператора управляющих интерфейсов для дальнейшего подключения загруженных оператору ментомодулей и гипнопрограмм. Помимо этого идёт поиск неявных, скрытых или невыявленных способностей оператора, их соотнесение с каталогом доступных ментомодулей и гипнопрограмм, выстраивание их в единую систему для дальнейшего последовательного подключения и использования. При этом происходит естественный минимальный толчковый процесс развития обнаруженных способностей, который начинается без дополнительного ускорения в их прогрессе, обеспечиваемого ментомодулями или гипнопрограммами. Также на этом уровне происходит общее развитие мыслительных способностей оператора, улучшение его памяти, уменьшение времени прохождения сигнала по нейронной цепочке в головном мозге. Помимо этого на данном уровне происходит построение дополнительных нейронитей в головном мозге оператора для более оптимальной и производительной его работы. Это всё приводит к значительному увеличению скорости обработки поступающей информации».

На этом интересном месте до меня донёсся какой-то громкий, но непонятный звук, напоминающий одновременно рык, урчание и попискивание, который заставил меня испуганно вздрогнуть и отвлечься. Сильно удивившись его внезапному появлению, я боязливо выглянул из своего временного убежища и замер, вглядываясь в стену леса, возвышающуюся передо мной, пытаясь рассмотреть хозяина такого внушительного и громкого рыка.

В тот момент, когда я, уже немного успокоившись, хотел снова разлечься в своём небольшом ложе, рык повторился снова и так близко, что я ощутил на себе волну оглушающего звука, ударившую по барабанным перепонкам. Отдохнув на несколько секунд, я забился в самый дальний угол своего маленького мирка, до которого сжалась моя небольшая древесная обитель.

И даже сквозь глухоту я услышал этот чудовищный рык, раздавшийся в третий раз, и он прогремел прямо у входа в моё дупло. Не зная, куда спрятаться от обладателя столь грозного и мощного рыка, я прижался к дальней стенке, спешно снял куртку и обмотал ею одну из рук, слепо выставив её перед собой.

Прождав долгие пять секунд, я всё-таки осмелился открыть глаза и осмотреться. Пещерка, созданная природой в кроне дерева, была пуста. Никого не было рядом со мной. Я ещё раз взглянул на такой близкий вход и, всё-таки решив, что не такая я уж тварь дрожащая, выглянул наружу.

– Мама моя, лучше уж оставаться тварью! – пробормотал я, уткнувшись лицом прямо в оскаленную пасть стоящего напротив меня чудовища и медленно отползая обратно.

Но тут этот громогласный рык повторился вновь. Прозвучавшей волной меня подбросило. Я ничего не понимал, звук шёл прямо из-под меня.

Затравленно наклонив голову, я посмотрел вниз. Как раз между моими ладонями на задних лапах сидело небольшое животное, внешним видом напоминающее простую полевую мышь.

«Это что, оно так рычит?» Моему удивлению не было предела, я даже про стоящего напротив меня монстра сумел забыть на время.

Но сделал я это зря, так как он, монстр, видимо, про меня забывать не хотел, и поэтому доказательство моих мыслей о происхождении рыка последовало мгновенно. Как только громадный зверь, что стоял напротив, попытался сделать движение в нашу с мышью сторону, меня опять сотряс этот громогласный рыкающий звук, и издавал его определённо не монстр.

Уже немного придя в себя от этой каверзы явно неземной природы, я посмотрел на громадное существо, которое после звуковой волны, направленной прямо ему в морду, очумело трясло головой.

«И неудивительно, я бы тоже ей с удовольствием потряс, если бы так не боялся привлечь к себе внимание», – подумал я, уже полностью забравшись в своё дупло, служившее мне неким, хоть и эфемерным, убежищем. Вслед за мной на пороге пещерки появилось это маленькое животное, немного покрутилось у входа и резво юркнуло в одну из незамеченных мной ранее щелей. А я остался ждать, что предпримет монстр, который сейчас должен был находиться снаружи. Но монстр не появлялся.

Прошло более десяти минут, и я набрался смелости вновь выглянуть. За стенами моей обители никого не было.

«В этот раз мне повезло, – с облегчением вздохнул я. – Видимо, заработав сотрясение мозга от того звукового взрыва, что обеспечила нам обоим эта мышь, чудовище ушло, решив немного оклематься, восстановить здоровье и расшатавшиеся нервишки, а отдохнув как следует, оно может и вернуться, как я понимаю».

«Вероятность возвращения хищной формы жизни в ближайшие несколько суток равняется тридцати процентам»,

– подсказал мне Искатель.

«Почему?» – удивился я, мне, наоборот, казалось, что оно должно, как только придёт в себя, появиться на пороге моего приюта.

«Данное убежище является местом обитания и постоянного проживания естественного природного врага встреченного хищника. Получив отпор на этой территории, хищник будет считать это охотничьими угодьями другой хищной формы жизни, обитающей здесь, и, проиграв противостояние, он сместит ареал своего обитания и охотничьи угодья на другую территорию».

«То есть мне повезло с соседом, и если эта малютка сама не окажется прожорливым монстром, я могу остаться здесь на некоторое время».

«Утверждение оператора верно. В дополнение. Обитающее здесь животное, исходя из строения его тела, передних резцов и факта отсутствия клыков, является мелким хищником, питающимся насекомыми и растительной пищей».

«Но голосок-то у него какой внушительный!» – с долей восхищения подумал я.

«Защитный механизм. Он основан на звуковом низкочастотном и ультразвуковом воздействии на нервную систему природных врагов в среде обитания обнаруженного животного».

«Всё это хорошо. Жаль только, что с таким соседом я и сам скоро оглохну и биться головой об стену начну», – с грустью подумал я, такой заманчивый вариант на первое время обосноваться в незнакомом месте меня бы устроил. Относительно безопасный с собственным защитником под боком.

Но как бы я смог сосуществовать с таким громогласным сожителем в одном маленьком убежище, не представляю.

Но тут Искатель предложил одно решение, которое может помочь частично обойти возникшее у меня затруднение.

«Для нейтрализации негативных последствий звуковой волны можно воспользоваться искусственным фильтром».

«Что это такое?» – поинтересовался я.

«Возможностей оператора после активации ментоспособностей должно хватить на создание и удержание ментоструктуры простого защитного поля первого и, возможно, второго уровней».

«Что даёт это поле?» Хотя мне и из названия было понятно, что оно должно меня от чего-то защитить, но уточнить всё-таки стоит.

«Ментоструктура защитного поля относится к группе простейших защитных средств и представляет собой ментальную плёнку, окутывающую оператора по всей поверхности его тела. В основные функции этой ментоструктуры входит снижение физического воздействия на тело оператора. Величина понижающего коэффициента зависит от вида внешнего физического воздействия, энергетического наполнения ментоструктуры защитного поля и умения оператора поддерживать его стабильность и целостность».

«И это поле сможет мне помочь?»

«Да, защитное поле в некотором роде может выступить акустическим фильтром, который значительно снизит воздействие звуковой волны на органы слуха и нервную систему оператора».

«Неплохо придумано. Как можно создать это поле?» – спросил я.

«Оператору необходимо изучить гипнопрограмму по созданию этой ментоструктуры, но предварительно следует провести активацию ментоспособностей оператора».

«Всё понятно. Значит, пока идём дальше по плану, но после обязательных пунктов осваиваем ментоструктуру защитного поля, – отдал я распоряжение. И тут до меня дошло. – А можно ли эту ментоструктуру использовать при столкновении с хищниками?» – спросил я у Искателя.

«Защита от любых видов физического нападения и является основным свойством этой ментоструктуры».

«Так у тебя должны быть и другие простейшие структуры по нападению и защите?» – уточнил я.

«Да».

«Какие?»

«Двадцать пять защитных и сорок три атакующих ментоструктуры. Перечислить?»

«Я смотрю, кто-то не мелочился, когда снабжал меня багажом знаний. Пока не нужно. Все их я смогу применить только после активации ментоспособностей?»

«Да».

«Понятно. Значит, сначала закончим с обязательными мероприятиями. Только нужно внести в список ещё и какую-нибудь атакующую ментоструктуру. Есть что-то с наименьшими затратами энергии и минимальным временем создания?»

«Структура „Ментальный удар”. Оператор через созданную структуру может произвести толчковое или ударное воздействие на физическую оболочку любого живого или неживого объекта. Сила и дальность воздействия варьируется в зависимости от энергии, вложенной в структуру. При минимальном воздействии сила удара будет соответствовать несильному толчку, при максимальном – может достигать нескольких десятков тонн на квадратный метр».

«Подойдёт. Также добавить изучение этой ментоструктуры на ближайшее время, – отдал распоряжение я и задумался. – Ведь буквально некоторое время назад я готовился употреблять найденную пищу в сыром виде. А теперь я могу это попытаться исправить. Так, это нужно уточнить. Искатель, есть ли какая-нибудь простейшая ментоструктура по созданию огня или выделению тепловой энергии?»

«Три простейшие структуры. Две относятся к атакующей сфере, и одна имеет условно-бытовую направленность».

«Что это за структуры?»

«Первая. Структура „Термический удар”. Оператор через созданную структуру может произвести термическое и тепловое воздействие на физическую оболочку любого живого или неживого объекта. Сила и дальность воздействия варьируется в зависимости от энергии, вложенной в структуру. При минимальном воздействии величина повреждений будет соответствовать несильному ожогу, при максимальном – нагрев поверхности достигает нескольких тысяч градусов.

Вторая. Структура „Огненный шар”. Оператор создаёт автономную ментальноуправляемую структуру высокотермичной плазмы. Степень воздействия одинакова. Затраты энергии на создание структуры дозированы и разделены на три типа структур: малая, средняя, большая.

Различия – в диаметре образованного шара плазмы: пятнадцать миллиметров, тридцать и сто. Дальность действия полёта зависит от ментального уровня развития оператора. К простейшим относится только структура с малым объёмом потребления энергии.

Третья. Условно-бытовая структура „Огонь путешественника”. Оператор создаёт локальную структуру процесса ускоренного движения молекул газа в локально заданном объёме пространства. Дальность воздействия – не более двух метров, объём воздействия – не более пяти сантиметров. Сила воздействия одинакова».

«Последнее то, что мне нужно, – понял я, – ведь насколько я помню школьную физику, это и есть процесс горения. Да и две другие способности тоже пригодятся. Вторая структура – вылитый файербол, – подумал я и отдал приказ ментоинтерфейсу: – Искатель, добавить перечисленные ментоструктуры в список предназначенных для изучения».

«Принято».

Пока я переживал эпопею со встреченным чудовищем и размышлял над тем, что же мне делать дальше, какими возможностями я, оказывается, обладаю и как мне их использовать, в лесу начал сгущаться сумрак.

«Похоже, наступает вечер», – решил я.

Произошедшее приключение несколько взбодрило меня, и желание свалиться и уснуть отошло на второй план. Хотя, возможно, это было вызвано тем, что, несмотря ни на что, я всё-таки успел немного отдохнуть.

«Странно, что я не так сильно хочу есть и пить», – подумал я, ведь последний мой обед был ещё дома и с того времени прошло уже больше пятнадцати часов.

«Жизненный цикл и метаболизм оператора переведены в режим минимизации потребления энергии»,

– удивил меня ещё одним фактом из самостоятельной жизни моего тела Искатель.

Ну, если пока есть я не хочу, а идти и исследовать окрестности в моём положении – это то же самое, что искать приключения на свою голову, в этом случае лучше я продолжу узнавать те способности, которыми меня одарили при переносе сюда.

Решено – сделано. С этими мыслями я обратился к Искателю для продолжения его увлекательного рассказа.

* * *

«В прошлый раз мы остановились на первичном ментомодуле, по-моему, – напомнил я Искателю, хотя был уверен, что ему это и не особо-то нужно. – Что там дальше?» – спросил я у него.

«Ранее был перечислен общий список основных выполняемых работ первого активированного ментомодуля. Именно на этом шаге оператору предоставляется возможность произвести непосредственное подключение к встроенному в общую структуру первичного ментомодуля активированному ментоинтерфейсу. Деятельность первичного ментомодуля осуществляет основные изменения в менто-информационной и физической матрице оператора. Длительность его работ не регламентирована и продолжается всё время, обеспечивая постоянное совершенствование структуры менто-информационной и физической матрицы, чей рост непосредственно зависит и в итоге ограничен максимально возможными параметрами развития оператора».

«Получается, я буду совершенствовать своё тело и дух до тех пор, пока не достигну этих пресловутых параметров? Верно?»

«Да».

«И сколько времени мне на это потребуется?»

«Недостаточно данных для построения прогноза».

«Ну да ладно, всё равно это перспектива далёкого будущего. Но делает этот ментомодуль немало, – подумал я. – И главное, это всё мне? И модуль этот первый в цепочке других доставшихся мне подарков. Правда, как мне кажется, он основополагающий, но зато более мелких дополнений должна быть целая куча. Хотя за такие бонусы должны и спросить в конце концов сторицей», – решил, посмотрел куда-то вверх, где могли обосноваться эти самые «концы», никого и ничего не увидел, ещё раз осмотрелся, уселся поудобнее и приготовился слушать дальше.

Искатель продолжил свой рассказ:

«Первая активация послужила основным толчком в общем развитии и укреплении структуры матрицы оператора, тем самым дав возможность проводить дальнейшие доступные оператору изменения».

«С этим в общем-то понятно, ни с того ни с сего ничего не получается, и именно какой-то стартовый капитал мне и выдали», – пришло мне понимание той невнятной кучи неразобранного материала, что обосновался у меня в голове.

«Вторым был активирован ментомодуль, отвечающий за эволюцию и рост ментальных способностей. Он задал основное направление по развитию ментального потенциала оператора. Эта способность даёт оператору возможность создания и управления ментоструктурами. От развития этой способности зависит сложность построения ментоструктур. Уровень влияния на ментоструктуры определяется уровнем доступной оператору энергии и точностью управления ею. Именно после подключения этой способности оператору станет доступно изучение гипнопрограмм по созданию различных ментоструктур».

«Это значит, что на этом этапе можно изучить структуры защитного поля и ментального удара?» – спросил я у ментоинтерфейса.

«Верно, но данная практика не приветствуется, так как на запоминание и изучение ментоструктур сразу после активации ментоспособностей потребуется гораздо больше времени, чем на обучение применению этих же структур после минимального периода адаптации».

«Ясно, тогда не буду нарушать составленный тобой более оптимальный график обучения», – решил я и приготовился слушать дальше.

Мне уже стало понятно, что без этих знаний и возможностей мне тут не прожить, особенно после недавней встречи с большезубым монстром. Первое осознанное знакомство с местной фауной я пережил как-то более спокойно, вероятно, змея или кто-то на неё похожий, пока я не встретился с ней нос к носу, меня не очень впечатлила.

А главное, мне стало действительно интересно, чем же меня одарили мои неизвестные доброжелатели и как сильно «благодарить» мне их при встрече, буде такая состоится.

Искатель, не получив от меня больше никаких комментариев, продолжил рассказывать:

«Третьим был активирован модуль, отвечающий за развитие интуиции и вероятностного прогнозирования. По сути, это направление является эволюционным смешением ментальных и пси-способностей в развитии оператора. Это единственная способность, которая не требует периода адаптации и начинает работать на максимально возможном для текущего оператора уровне. Её совершенствование заключается в дополнительных возможностях, которые постепенно сможет осваивать оператор. Данное направление не являются приоритетным, но есть несколько областей деятельности, где оно необходимо. Интуитивное и вероятностное прогнозирование является основой всех комплексов и программ по повышению шанса на выживание оператора. Поэтому следующим модулем будет подключено чувство интуитивного ощущения опасности и реакции на неё».

«Так, значит, я стал неким интуитом и немного пророком, если я прав в плане вероятностного прогнозирования. Интересно, как у меня теперь с азартными играми? Хотя я и не любитель, но нужно будет и этот аспект проверить, в жизни всё может пригодиться».

Искатель же продолжил:

«Как и было запланировано, четвёртым активировали упомянутый выше ментомодуль, отвечающий за развитие чувства интуитивного реагирования на опасность и правильной реакции на неё. Он позволяет на уровне ощущений определить степень опасности при нахождении в том или ином месте, угрозу, исходящую от тех или иных существ, сможет подсказать правильный шаг в критической ситуации, поможет выстроить последовательность необходимых действий, чтобы максимально нейтрализовать обнаруженную угрозу. Одним из главных достоинств этой способности является интуитивное чувство наиболее уязвимых точек противника и наименее защищённых участков оператора, что даёт неоспоримое преимущество в бою. Кроме того, это чувство прививает оператору способность прислушиваться к общему окружающему фону и улавливать направление векторов опасности, угрозы, интереса или тревоги, исходящие от мыслящих существ, обитающих вокруг. Для правильной отработки и своевременной реакции на опасность требуется постоянное совершенствование, использование и развитие этой способности».

Ну, с этим всё относительно понятно, полезные качества, тем более в сложившейся неопределённой ситуации, в сомнительных перспективах на будущее и очень уж наглядных примерах сурового настоящего.

«Только почему я не почувствовал того монстра?» – заинтересовался я и адресовал вопрос Искателю.

«Он не представлял непосредственной угрозы»,

– ответил Искатель.

– Чего?! Ты бы видел его размеры, а зубки! Не представлял угрозы… – пробормотал я.

«Чувство опасности оценило степень угрозы хищника, выявило, что он не представлял непосредственной угрозы, так как оператор находился под временной защитой ещё одного обитателя этого древесного дупла, и не сработало. Дополнительно понижающим фактором срабатывания интуиции послужил высокий эмоциональный накал оператора, в котором он находился на тот момент. Это временное явление, и оно пройдёт со стабилизацией менто-информационного поля».

«Получается, несмотря ни на что, я, как бы ещё не зная всего, что происходит снаружи, смог оценить степень опасности?» – уточнил я.

«Да».

«Понятно. И что там осталось по последнему направлению?» – спросил я об оставшемся неосвещённым ментоинтерфейсом активированном модуле.

«Следующим сегодня должен быть активирован ментомодуль, отвечающий за развитие пси-способностей. Эта способность позволят оператору с помощью прямого влияния его сознания производить различные манипуляции над менто-информационными полями».

«Так, поясни, я что-то не понял?» – попросил я у Искателя, так как на самом деле не очень понимал, чем эта способность отличается от ментоспособностей.

«При работе через ментал воздействие как на самого оператора, так и на окружающий мир производится через созданные оператором ментоструктуры. При работе через пси оператор силой своего сознания непосредственно воздействует напрямую на менто-информационные поля, окружающие оператора».

«Теперь понял. Во втором случае не нужны структуры. Но тогда должны существовать какие-то отличные от ментальных возможностей способности?»

«Да. Например, способность, рекомендованная к изучению в первую очередь. Это смысловая мыслеречь. Она позволяет наладить простые способы общения с любыми существами, обладающими менто-информационным полем. Она работает на уровне прямой передачи смысловых мыслеобразов в ментальную структуру поля собеседника. Кроме того, она в кратчайшие сроки позволяет изучить необходимый язык общения или наладить контакт с любым существом, обладающим разумом».

«Согласен с тобой, полезная способность. Ставь её в очередь на изучение, – отдал очередное распоряжение я. – Так, но это ведь ещё не всё», – вспомнил я о ещё нескольких неупомянутых модификациях, которые должны были провестись.

«Неозвученными остались две способности из обязательного к изучению списка и три дополнительно добавленные к изучению способности, необходимые для построения инвертированной телепортационной арки».

«Хорошо, рассказывай. Хотя с тем, что необходимо для построения арки, более-менее понятно, это развитие энергоструктуры тела, ментального поля и разума. Я прав?»

«Да. Только есть несколько уточнений. Развитие энергоструктуры относится к физическому становлению оператора и потребует от него выполнения ряда упражнений и техник физического укрепления и совершенствования тела. Их изучение возможно через прямую загрузку информации о них из гипнопрограмм в мышечную память оператора, что значительно сократит время на их освоение».

«Это возможно выполнить сегодня?» – спросил я.

«Выполнение данного типа операций возможно в любое время, единственное, что для этого нужно, – это состояние медитативного покоя на время инсталляции гипнопрограммы».

«Ясно. Что там дальше?»

«Развитие ментополя происходит постоянно и уже запущено. Эта опция является одной из основополагающих в первичном ментомодуле, внедрённом оператору. Способность развития возможностей разума напрямую зависит от развития пси-способностей и уже прошла процесс своей активации. Для её развития необходимо проводить ряд медитативных упражнений, техника выполнения которых будет установлена оператору вместе с активацией пси-способности».

«Значит, с этим разобрались, просто так всё не даётся и придётся выполнять ряд необходимых упражнений для совершенствования активированных мне способностей», – решил я.

«Выводы оператора верны,

– подтвердил моё умозаключение Искатель и продолжил:

– Далее будет проведена активация ментомодуля, отвечающего за развитие чувства точного определения направления и ориентации. Эта способность относится к классу интуитивных, когда оператор на чувственном уровне будет знать место нахождения и вектор направления к нужной ему точке или объекту в пространстве. Чувство начнёт действовать сразу после инициации и будет зависеть от максимально возможного развития интуитивных способностей оператора».

Здесь всё было относительно ясно, и поэтому я стал ожидать продолжения.

«Последней из обязательного списка проходит активацию одна из важнейших способностей исследователя и путешественника. Комплексным ментомодулем, задействующим уже подключённые на предыдущих этапах способности, будет инициировано чувство ментального набора структур, позволяющих определять наличие любой мозговой активности на всём диапазоне своего действия. Радиус поиска полностью зависит от способностей оператора и доступной ему энергии. Эта способность позволяет также определять и находить как одиночные, так и групповые или массовые излучения мозговой деятельности или скопления разумных существ. Например, города и села. Чем большее излучение, тем больший радиус поиска его источника доступен оператору».

«Интересно, даже очень. Но у меня возникает вполне закономерный вопрос: как мы всё это успеем проделать за какие-то шесть часов моего отдыха?» – заинтересовался я.

«Полная активация не потребуется, – ответил Искатель, – необходим только первоначальный толчок для её автономного запуска и работы».

«Ну, если так, то давай приступать. План активации и список способностей у нас уже есть, осталось только его реализовать, – констатировал я и подумал, что уже достаточно устал, пора бы немного отдохнуть. Поэтому начал уже в который раз за сегодня устраиваться спать. – А то глаза вон уже слипаются», – заметил я и непроизвольно закрыл их, и меня стал накрывать беспробудный сон усталого путника.

Но неутомимый Искатель напомнил, что часть из перечисленных способностей ещё не активирована и работу над их инициацией необходимо совместить с фазой отдыха.

«Что от меня для этого нужно?» – утомлённо спросил я.

«Нужно формальное согласие оператора на начало проведения процедуры активации способностей»,

– ответил ментоинтерфейс.

«Тогда я согласен», – пробормотал я и провалился в крепкий сон. Начисто забыв о том, что нужно было подумать о том, что у меня могут быть ночные гости, приход которых в общем-то нежелателен.

Но об этом подумало ещё одно существо.

Высунувшись из своей норки, обыкновенный лесной рыкун посмотрел на беспечно уснувшее в глубине дупла его дерева большое, но не опасное животное и уже хотел вернуться обратно, но что-то его заставило остановиться.

Покрутившись у входа и понюхав воздух, рыкун по большой окружности обежал животное, поселившееся в его дупле, осмотрел его ещё раз и подумал о беспечности этого молодого детёныша. Ведь взрослый зверь всегда досконально обследует место своей будущей ночёвки и не станет спать там, где ему может угрожать опасность. А себя рыкун считал очень опасным.

Поэтому, сделав ещё один почётный круг, он решил помочь детёнышу и, усевшись у входа в дупло, стал следить за окружающим теперь уже не только его жилище лесом.

Глава 2

Ментоинтерфейс серии «Искатель-1» пребывал в логическом затруднении. Данный оператор не подпадал ни под один из известных ему шаблонов. Стартовая серия установок и параметров не соответствовала ни одной из настроечных таблиц. Набор закачанных ему ментомодулей и гипнопрограмм превосходил текущие возможности обработки и оперативного использования как самого оператора, так и инициированного ментоинтерфейса.

Проведя повторное исследование, ментоинтерфейс составил новую настроечную таблицу индивидуально под данного оператора. Вычисленные и зафиксированные параметры принципиально не годились для проведения любого типа работ, но к этому времени первичный ментомодуль уже вступил в действие, и его остановка привела бы к фатальным результатам для оператора. Поэтому прохождение процесса изменений, вносимых им, нуждалось в постоянном контроле и корректировке.

Выявив основную составляющую происходящих модификаций, Искатель всё-таки смог стабилизировать работу первичного ментомодуля, настроив его под индивидуальные параметры оператора. Неожиданно налаженный процесс стал с геометрической прогрессией увеличивать скорость своей работы. Но, несмотря на это, он проходил, не выбиваясь за рамки установленных погрешностей, правда, очень неравномерно относительно каждого из направлений развития.

И здесь начиналось то, чего ментоинтерфейс понять не мог. Эта ситуация являлась противоречащей сути теории развития, на основании которой Искатель проводил все свои расчёты и которая являлась базовым постулатом его собственных установок и настроек.

Первичный ментомодуль должен был определить наиболее сильное и оптимальное направление развития оператора и инициировать только нужный диапазон способностей. Здесь же работа проходила не только в двух направлениях, как первоначально зафиксировал ментоинтерфейс, но и ещё в нескольких, информации по которым у Искателя не было, но он фиксировал наличие разнонаправленных векторов, процесс проталкивания которых проявился в последнее время. И это развитие циклически повторяло свои попытки активации определённого типа способностей, которых изначально у оператора не было, но по мере многократного повторения серии обращений первичного ментомодуля они проявлялись и начинали развиваться самостоятельно.

Однако главным было то, что Искатель не мог предсказать, когда действие ментомодуля по поиску и запуску неизвестных векторов развития оператора прекратится.

Решив самостоятельно не проводить никаких действий для экстренного торможения работы ментомодуля, так как он функционировал в рамках допустимых погрешностей, Искатель наметил поставить в известность оператора и уже потом согласовать с ним план своих дальнейших работ по необходимости прекращения действия первичного ментомодуля.

Перепроверив все полученные результаты, Искатель убедился, что проведению обязательных мероприятий, помеченных на текущее выполнение, эта необычная работа первичного ментомодуля нисколько не помешает. Поэтому переключился на следующие шаги, обязательные к реализации, предварительно в логах работы отразив факт необычного поведения первичного ментомодуля.

Несмотря на то что параллельное проведение работ не должно было повлиять друг на друга, ментоинтерфейс в своих алгоритмах построения и инсталляции структур и гипнопрограмм учёл все возможные помехи, вызванные совместным и таким странным процессом их прохождения.

Проверив всё ещё раз и удостоверившись в правильности своих выводов, ментоинтерфейс приступил к запланированным действиям. Последовательно запустив установку и развёртывание необходимых ментомодулей, он стал проводить параллельную обработку и подготовку к последующим инсталляциям ментомодулей и гипнопрограмм, обязательных для прохождения всех этапов запланированных мероприятий.

Составив необходимую последовательность действий и автоматизировав её своевременное дальнейшее выполнение, он снова проверил очерёдность активации ментомодулей и гипнопрограмм и, убедившись в её положительном результате, переключился в режим мониторинга и оперативного контроля.

Через некоторое время выяснилось, что разум оператора пока не был подготовлен к оперативной обработке того массива информации, который предполагался для выполнения ряда текущих модификаций. Не хватало памяти для размещения нескольких ментоструктур.

Искатель, просмотрев наличную базу данных, смог найти один из простейших вариантов решения. Для временного развёртывания структур, необходимых в процессе активации, на непродолжительный срок их можно было размещать напрямую в выделенном участке мозга оператора, отвечающем за кратковременную или долгосрочную память. Приняв данную рекомендацию к исполнению, ментоинтерфейс выделил необходимый участок памяти, найдя последний целостный кусок воспоминаний оператора, заархивировал его и временно поместил в своё собственное хранилище. Обратно он рассчитывал вернуть этот объём воспоминаний уже после завершения всего процесса запланированных инсталляций.

Убедившись в успешности применённого решения, Искатель перешёл в режим мониторинга.

На очередном переключении ментомодулей, отследив ряд вносимых модификаций, ментоинтерфейс заметил, что сознание оператора самостоятельно, без его помощи, поглощает простейшие гипнопрограммы. Решив разобраться в неправомерности такого способа обработки информации, он переключился на вновь обнаруженную проблему.

Выделив необходимый участок сознания оператора, Искатель постарался подключиться к нему напрямую, но у него из этого ничего не вышло. Начав исследовать обнаруженную аномалию, ментоинтерфейс не обратил внимания на то, что эта странная область сознания постепенно начала опутывать его поле неким коконом ментальных нитей, которые всё плотнее вплетались в его структуру, постепенно вытягивая из ментоинтерфейса энергию и поглощая его менто-информационное поле.

Искатель слишком поздно заметил это паразитическое влияние, оказываемое на него этой странной областью сознания оператора, и уже не мог ничего сделать, бессильно наблюдая, как его структуру всё быстрее и быстрее поглощает непонятная аномалия, образовавшаяся в разуме оператора. А уже через несколько минут от ментоинтерфейса универсального серии «Искатель-1» ничего не осталось.

Обнаруженная аномалия после полного поглощения Искателя претерпела достаточно сильные преобразования и приобрела некоторые его черты, но чуть позже вновь вернулась к своему первоначальному виду и остановила свой рост. Поглощение гипнопрограмм аномалия не прекратила, но сейчас это были уже не только простейшие из них.

Первые мгновения она всё так же находилась в той же области сознания, где и была обнаружена. Но по прошествии нескольких минут переместилась в одну из зон, активированных первичным ментомодулем, и была она как раз из тех, информации о которых у Искателя не было.

Работа же, начатая ментоинтерфейсом, продолжалась в автоматическом режиме, ничем не прерываемая.

* * *

Поднялся я как по будильнику, проспав ровно шесть часов – точное знание времени прочно засело у меня в голове, – отдохнувший, выспавшийся и полностью восстановивший силы.

«Как заново родился», – пронеслась мысль в моей голове.

Немного понежившись на своём несколько твёрдом ложе, я постарался понять, что же произошло такого, что мне всю ночь снились настолько необычные сны, воспоминания о которых уже испарились, но оставили о себе какой-то след загадочности и неизвестности.

«Вроде не пил». Воспоминания прошлого вечера упорно не хотели выстраиваться в последовательную цепь событий.

Полежав ещё немного, я понял, что мне всё же нужно открыть глаза и посмотреть вправо, так как меня не покидало ощущение настойчивого взгляда, идущего оттуда.

«Неужели я вчера кого-то подцепил? Когда успел? Ведь ясно помню, что дошёл практически до дома. Правда, дальше – звенящая пустота. Видимо, сосед угостил? Но тогда, кто это на меня смотрит? Значит, кого-то нашёл, кого потом пригласил к себе. А у нас во дворе я вряд ли с кем-то смог бы зацепиться, и так всех знаю, а они знают меня. Ничего бы не получилось. Или… Не может же быть, что это Лена?»

Другую девушку мне сложно было представить. Моя подруга – единственная, которая спокойно могла прийти в мою холостяцкую квартиру и остаться на ночь. Никогда не мог понять, что же нас объединяет и какие нас с ней связывают отношения. Вернее, связывали. До прошлой недели. А потом она сказала, что я не тот, кто ей, оказывается, нужен. И теперь нам действительно стоит остаться просто друзьями.

«Видимо, и остались. Или я чего-то не понимаю. – Придя к такой мысли, мне всё-таки удалось открыть глаза и посмотреть вверх. – Что это у меня с потолком? – Над головой была явно сделанная под древесный срез поверхность. – Или это не у меня? – запоздало пришла вполне логичная мысль. – Но тогда у кого я? Это точно не квартира Лены или соседа Степана. Где это я нахожусь? – И уже более осмысленно, а также всё быстрее приходя в себя, осмотрелся кругом. – Что-то не сильно обстановка смахивает на чью-то квартиру. Скорее, какую-то пещеру напоминает или большую нору. Не знаю, что-то мучают меня какие-то дурные предчувствия».

Додумав эту свою мысль до такого вот логического заключения, я повернул голову и справа увидел большой вход. Направленный на меня заинтересованный взгляд явственно чувствовался именно с этого направления. Немного задумавшись, от кого и откуда он может исходить, я как будто увидел перед собой голубоватую полупрозрачную линию, упирающуюся в небольшой бугорок у входа.

– Ничего не понимаю, – пробормотал я и сделал движение, чтобы пододвинуться поближе и рассмотреть всё получше.

Неожиданно бугорок ожил и, сев на задние лапы, посмотрел на меня бусинками глаз на удлинённой мордочке.

– Ты кто? – глупо спросил его я.

Но потом до меня дошла вся нелепость ситуации. Сидит человек и разговаривает с мышью.

Ещё раз посмотрев на мелкого грызуна, так и не сдвинувшегося с места, я наконец смог поднять взгляд выше и только тут заметил в проёме пещеры расстилающийся за её пределами лес. Или джунгли. Было не очень понятно. Но то, что он дикий, было видно даже отсюда. И какой-то странный. Но в чём заключается эта странность, я разобрать не мог. Какая-то деталь всё время ускользала от моего внимания.

«Откуда тут лес? Да ещё такой непонятный?»

В нашем пригороде только одни хвойные, это я знал наверняка, приходилось по паре раз в год выезжать на шашлыки. А так я сугубо городской житель, и как меня могло занести в такую гущу, даже представить не мог.

«Так, нужно понять, что вчера произошло», – решил я и постарался воспроизвести по секундам весь предыдущий день и всю цепочку событий, его сопровождающих.

Но они обрывались на том моменте, когда я увидел подъезд своего дома.

Ещё раз осмотревшись вокруг в надежде заметить хоть какую-то зацепку, я вновь остановил свой взгляд на спокойно сидящем на задних лапках зверьке у входа.

«Видимо, ты единственный, кто может рассказать мне, что же здесь происходит», – подумал я, смотря на него.

«Детёныш пришёл, потом спал, я охранял», – прозвучало у меня в голове.

«Понятно, детёныш спал, я охранял», – несколько заторможенно повторил я про себя эту родившуюся в моём сознании фразу.

Но потом до меня дошло. Какой детёныш? Кто охранял? Что вообще происходит? Где я?

У меня всё ещё не получалось сосредоточиться и сообразить, где я всё же нахожусь и что происходит. Почему я здесь и где оно, это здесь?

Решившись, я поднялся и хотел пролезть к выходу. Но тут опять в моей голове проступили слова:

«Рыкун спать, детёныш охранять».

И маленький зверёк шмыгнул в какую-то небольшую норку у входа в…

А собственно, что это?

И я выглянул наружу.

«Лес. Лес кругом. А я в какой-то пещерке».

Оперевшись на руки, я почувствовал, что поверхность под ними не напоминает ни землю, ни асфальт, ни камень.

«Тёмного цвета, больше похоже на необожжённую глину». Приглядевшись, я понял, что всё-таки ошибся и это не глина. Но тогда что?

Выбравшись полностью, я встал на достаточно свободную и просторную площадку или опушку у подножия той горы, где располагалась пещерка, в которой произошло моё побуждение. Здесь было гораздо светлее. Сквозь кроны пробивался немного сумрачный зеленоватый свет.

Я огляделся. Впереди, метрах в пятидесяти, и по бокам, примерно на таком же расстоянии, располагался какой-то странноватый непроглядный лес.

«Что за Беловежская пуща?»

Странный какой-то лес, никакого слоя листьев, хвои и сушняка под ногами. Ну, хоть птички поют, и то хорошо.

Я стоял и как заведённый вертел головой, пытаясь понять, что же меня смущает в окружающем буйстве зелени.

И тут, присмотревшись к ближайшему дереву, понял: оно цельное. Нет ни ветвей, ни отдельных листьев. Есть только толстый ствол и мясистое полотно его кроны.

«Действительно, необычно», – подумал я, приблизившись.

Дерево походило на огромный вытянутый шпиль и было очень высоким, метров сорок или около того, и не являлось самым высоким в этом лесу, дальше угадывались ещё большие гиганты. Несколько смущало направление их роста, казалось, что с удалением они растут как бы расходясь в стороны, но ещё дальше появлялись деревья, имеющие уже совершенно другой наклон и размер.

«Что за странный лес? – уже в который раз подумал я, оглядывая близрастущего лесного гиганта. – Нет, вы точно больше на странные листья походите, чем на деревья». Мысленно сказав это расположившемуся напротив меня представителю лесной братии, я развернулся в сторону пещеры и пошёл обратно, чтобы рассмотреть скалу, в которой располагалась моя пещерка.

Вся её поверхность была испещрена какими-то наростами, трещинами и маленькими уступчиками.

«Как-то мне представлялись скалы совершенно по-другому. По крайней мере, те, что я в кино и по телевизору видел», – рассматривая эту прямую и отвесную стену, раздумывал я.

Заметив, как по одной из трещин пробирается какой-то необычный жук, я, отслеживая его движение, поднял глаза кверху, да так и замер.

– Это что ещё такое? – удивлённо пробормотал я, рассматривая нависшую надо мной скалу. Снизу было не очень понятно, что за массив расстилается надо мной в пятидесяти или шестидесяти метрах.

Странно, что я не обратил на это внимания сразу. Но тут могло сказаться то, что я в тот момент сосредоточился на деревьях перед собой и прошёл к ним. А у самой скалы даже как следует не осмотрелся.

«Я что, под мостом?» – постарался выдвинуть я хоть одну более-менее достоверную версию. Но в это верилось достаточно слабо. Слишком невероятно это выглядело.

Захотев разобраться в увиденном получше, я решил отойти немного в сторону деревьев, росших справа, и оттуда уже посмотреть, что делается вверху.

Двигаясь несколько торопливо – мне всё-таки было интересно, что это за огромный мост или гряда простирается надо мной, – я быстро добрался до леса. Войдя в него, я стал пробираться вперёд. В лесу оказалось почему-то несколько светлее, чем у скалы, хотя, по идее, под деревьями теоретически должна была присутствовать тень.

Оглядываясь назад и периодически поднимая голову вверх, чтобы увидеть край той поверхности, что проходила надо мной, я все шёл и шёл. И вдруг неожиданно, перепрыгивая очередной овражек, а они стали периодически попадаться на моём пути, я наткнулся взглядом на ясно различимый обрыв.

«Так я что, на плато? – удивлённо подумал я. – Но что тогда такое сверху?» И я поднял взгляд вверх.

Неподвижная поверхность так и замерла на месте, никуда не девшись.

«Не понимаю, – констатировал я и осторожно подошёл к краю обрыва. – А это и не край, а пологий спуск». Увидев продолжение пути, я двинулся дальше.

Но, сделав несколько шагов, замер и осторожно отступил назад. Передо мной простиралась бездна, упирающаяся в какой-то туман внизу.

«Высоко падать», – понял я, оценив расстояние от моего места до царившего внизу сумрака, и не факт, что там конец пути, а не продолжится долгое падение.

И тут мои глаза выделили так долго недостающие детали головоломки, которая всё не могла сложиться у меня в голове.

«Это дерево», – тупо констатировал я.

Всё сходилось. Просто оно было так огромно, что, находясь на нём, я не мог оценить его реальные размеры. Но, посмотрев в эту бездну, я увидел то, чего мне так не хватало. Я увидел перспективу. Длинные тёмные отростки, отходящие от исполинского ствола, скала же, располагающаяся сверху, – ещё одна ветвь этого гигантского дерева. А тот лес, что я видел у входа, – это всего лишь малые ветви дерева и его листья.

В изумлении сделав несколько шагов назад, я уже новым взглядом осмотрел всё кругом. С края этой громадной ветки открывался прекрасный вид на переплетение исполинских деревьев и их гигантских ветвей, образующих целый надземный мир. Не наш мир. На Земле такого леса быть не может.

«Теперь я точно могу сказать: я точно не на Земле, – как-то слишком спокойно констатировал я. Никакой паники или упаднического настроения. – Мои друзья так пошутить не смогли бы. – Невольная шутка вырвалась у меня – простое принятие этого факта как уже доказанного и состоявшегося события. И никаких сомнений. – Надо возвращаться назад, неизвестно, что меня может поджидать под каждым кустом, хотя кустов здесь в общем-то и не видно, – решил я и направился к тому месту, где пришёл в себя. – Необходимо осмыслить положение, в котором я оказался, и подумать, что делать дальше. И вообще, есть ли у меня хоть небольшой шанс до этого „дальше” дожить. Но почему и нет, ведь сколько-то я тут уже пробыл, и пока ничего, лишь только на этого маленького грызуна наткнулся. Да, а не болен ли я? А то какие-то явно не мои мысли в голове. Может, это шизофрения, и я сейчас в виде одного из растений, пускающего слюни, лежу в какой-нибудь уютной палате? – Эта мысль даже заставила меня остановиться. Но, постояв немного, я осознал, что это сейчас не имеет принципиального значения. – Да даже если и так, – решил я, – то тогда мне уже точно всё равно, из состояния глубокого замещения личности, насколько я знаю, ещё не научились выводить пациентов. – Пройдя ещё немного, подумал: – Как же странно размышлять о своём сумасшествии!..»

В этот момент я дошёл до своего пристанища и присел на кору толстенной ветки у входа в небольшое дупло в стволе этого древесного гиганта.

– Надо принять всё это за данность, – задумчиво сказал я, рассматривая ближайшее дерево – всего лишь обычный (ага, самый обычный такой) древесный листик.

Но в душе всё ещё жило сомнение и неимоверное удивление.

«Это невероятно», – наконец дошёл до меня весь смысл того положения, в котором я оказался.

Один, неизвестно где и когда. Без оружия, в полном опасностей и ловушек гигантском, нет, даже исполинском лесу. С призрачными и неясными надеждами и перспективами на будущее. Полная неизвестность.

И одиночество. Я сугубо социальный тип, работа в небольшом коллективе, друзья и товарищи, знакомые и родственники. Постоянная информационная подпитка в виде телевизора, компьютера и Интернета. Но тут никого и ничего подобного не было, разве что этот небольшой грызун, встреченный после пробуждения.

Что делать? – встал передо мной извечный вопрос, беспокоивший наших предков. Как обеспечить своё существование, питание, проживание? Что мне для этого нужно?

«Почему я раньше не увлекался какой-нибудь бредятиной типа экстремального туризма или не был из тех робинзонов, что с голыми руками уходили в тайгу, чтобы поближе, видите ли, быть к природе. Зато теперь у меня есть все шансы окунуться в эту экзотику с головой, – посокрушавшись, пошутил я над собой. – Правда, есть и несколько плюсов. Вставать рано не надо, отдыхай когда хочешь, делай что хочешь. Живи как хочешь. Ну или по крайней мере уж точно как сможешь. Это ведь полная свобода. Только что с ней делать, пока не очень понятно».

Я прикрыл глаза, хотел посидеть так и собраться с мыслями, но как только сосредоточился, мне предстала странная и необычная картина. Всё пространство вокруг расцвело множеством разноцветных красок и линий, струящихся по всем направлениям и находящихся абсолютно везде.

Встряхнув головой в надежде, что эта какофония цвета пропадёт, я только добавил новых подробностей. Мне стали видны не только какие-то непонятные разноцветные и однотонные линии, каналы, потоки и небольшие или большие озёра, но и множество крупных и мелких пятен, в громадном количестве окружающих меня.

«Ну вот, уже какие-то цветовые галлюцинации начались», – даже не пошевельнувшись, достаточно спокойно констатировал я этот факт и открыл глаза.

Меня окружал по-прежнему всё тот же никуда не девшийся лес.

«Хотя – нет. Тогда что это?»

Я снова прикрыл глаза и постарался сосредоточиться. Мгновение – и мир опять обрёл всю палитру цветов.

«Непонятно, это я что-то вижу или как-то представляю что-то, чего не вижу обычным зрением. Всё непонятнее и непонятнее. Совсем запутался».

И вдруг мне вспомнилась одна деталь, на которую я не обратил внимания в момент своего пробуждения. Когда я почувствовал взгляд со стороны и стал искать его источник, то от меня к тому грызуну пролегала светлая голубоватая линия. И появилась она в тот момент, когда я захотел найти того, кто на меня смотрит.

«Это что, мне нужно просто захотеть увидеть?» Осознав эту простую истину, я решил поэкспериментировать. Открыв глаза и оглядевшись вокруг, я удостоверился, что всё ещё нахожусь на этой огромной ветке перед входом в пещерку один. Сконцентрировав взгляд в одной точке и сосредоточившись, я постарался воспроизвести то состояние, когда у меня получалось увидеть это множество невидимых цветов, окружающих меня.

Ничего не выходило. Как я ни старался, с открытыми глазами я не мог увидеть ту вторую картину мира, но, закрыв их, я без труда мог это сделать.

«Ясно, я что-то делаю не так. Утром голубой лучик точно был. Чёткий и хорошо видимый, хотя и полупрозрачный».

И тут я понял, что тогда, забывшись, просто сидел, расфокусировав взгляд, и старался осознать, что произошло и где я, а не думал о том, чтобы найти источник взглядом. Это чуть позже, когда уже увидел линию, я захотел разобраться с этим. Поэтому и сейчас постарался расфокусировать взгляд и при этом, не особенно напрягаясь, затрузил свою голову посторонней задачей. Для начала стал в уме повторять таблицу умножения, затем расчёт различных тригонометрических функций, а потом, увлёкшись и совершенно отстранившись от окружающего мира, стал разрабатывать алгоритм работы одного поискового запроса, над которым как раз трудился в тот последний день.

И вот именно в этот момент, когда я совершенно не думал о том, что происходит вокруг, а моё сознание было где-то в стороне, мир расцвёл тем соцветием красок, которые появлялись, когда я закрывал глаза.

Проявившись, этот раскрашенный мир не желал уходить. Я сосредоточился на нём, рассмотрел во всех ракурсах, закрывал и открывал глаза, но всё время видел его.

Та пестрота, что стала царить вокруг, не давала сосредоточиться. Слишком ярко. У меня разбегались глаза, я не мог выделить одно на фоне другого. Такой взгляд на мир сделал всё только хуже, чем было до того, пока я не видел этих скрытых красок мира.

«Увидеть их я смог, теперь бы нужно уменьшить их интенсивность», – понял я, ведь это было наилучшим решением возникшей проблемы.

И только я этого захотел, как интенсивность красок заметно спала, так что стала не особенно выделяться на фоне окружающего мира, а гармонично вплелась в его структуру.

«Смотри-ка, а тут пожелание сработало: только захотел, и стало как надо, идеально подошло – и не мешает, и всегда присутствует».

Подумав об этом, я решил проверить и обратный эффект.

Мир опять приобрёл аляповатость красок и пестроту.

Поняв принцип, я поигрался несколько раз со своей способностью видения мира. В итоге выяснил, что у меня получалось регулировать интенсивность видения этой цветной структуры мира, но полностью я от них избавиться теперь не мог.

Оставив то гармоничное сочетание, что у меня получилось в первый раз, я уже новым взглядом осмотрел пространство, простилающееся передо мной.

Широкий изумрудно-зелёный канал шёл от меня и дальше в направлении ветви, расходясь более тонкими линиями по направлению отростков и листьев. Обернувшись, я понял, что этот канал является оттоком от ещё более полноводной реки тёмно-изумрудного цвета, идущего внутри ствола всего дерева.

«Если следовать канонам изредка читаемого фэнтези, то это, видимо, какой-то вид энергии. И коли она струится в теле лесного гиганта, то, скорее всего, относится к какому-то природному её типу. Вроде по аналогии её называли энергией жизни. Не помню точно, но пусть будет так. Хотя я бы её назвал природной».

Проследив этот зелёный поток, уходящий вдаль, я заметил множество цветных и однотонных как единичных вкраплений, так и целых инородных линий или потоков, пробегающих в различных направлениях.

Решив проверить одно предположение, я посмотрел на себя.

«Так я и думал». Моё тело виделось переплетением множества разноцветных линий и небольших пятен той или иной раскраски. В районе груди, приблизительно напротив сердца, эта структура сплеталась в ещё больший клубок, деталей которого разобрать не удавалось, но под ним проглядывало некое образование, похожее на светящийся белый шар.

«Жаль, голову не видно», – подумал я, было интересно, как выглядела бы она со стороны.

В целом же структура моего тела напомнила некий неравномерный кокон из переплетения линий, которые не обязательно шли вдоль тела или внутри его, но и как бы охватывали его вокруг.

«Похоже, это какое-то поле, и я таким образом могу его видеть как разнородную структуру плотно сплетённых линий», – решил я.

Ещё раз, оглядевшись, я сопоставил только что увиденное и понял, что те разноцветные вкрапления, которые попадаются мне на глаза, скорее всего, какие-то существа или по крайней мере что-то, имеющее свою собственную структуру.

Вспомнив о самом первом встреченном тут существе, я обернулся в сторону пещерки и увидел, во-первых, что она расположена в каком-то более тёмном и интенсивно светящемся изумрудном пятне на фоне той реки, что протекала позади неё, и во-вторых – грызуна. Сейчас он сидел около входа и, как и утром, смотрел на меня. Я обнаружил, что и он является неким смешением разноцветного переплетения линий и пятен.

«Значит, всё-таки существа, – подтвердилось моё предположение наглядным примером. – А что за однородные образования или линии и потоки другого цвета?» – заинтересовавшись, подумал я и, оглядевшись, поискал глазами ближайшие ко мне.

Совсем недалеко, буквально в нескольких шагах, угадывалось какое-то однородное вкрапление, и я хотел направиться к нему, чтобы рассмотреть поближе.

Но как только я поднялся, у меня в голове появилась чужая мысль:

«Детёныш хорошо охранял. Рыкун отдохнул. Рыкун на охоту. Детёныш не уходи далеко от норы».

Я обернулся и успел заметить, как маленький грызун скрылся где-то среди дальних листьев.

«Быстро он двигается, – подумал я, и только потом до меня дошло: – Так это его мысли? И почему дётеныш? Я в несколько раз больше его». Удивляться сил уже не было, что общается со мной небольшой грызун.

А что в этом необычного на фоне огромных деревьев, по одному из которых я разгуливаю? Или в моей способности видеть невидимое (это я про линии и потоки энергии, как их понимаю)?

Ничего.

Не став откладывать задуманное, я встряхнулся, ещё раз посмотрел в направлении той части дерева, где скрылся Рыкун, по всей видимости, так он себя называет, не увидел его и прошёл несколько шагов, чтобы понять, что же даёт такой оранжевый однотонный и равномерный цвет. Подойдя поближе, я наклонился, но тот предмет, что давал эту засветку, вероятно, был чем-то засыпан.

Поворошив рукой какую-то труху и слой небольших то ли камешков, то ли непонятного спрессованного мусора, я заметил, как откинул в сторону то, что отдавало однотонным оранжевым тоном. Проследив взглядом за упавшим предметом, я разглядел какой-то белый кусочек. Подняв его, понял, что это небольшая кость какого-то не слишком крупного животного.

Повертев её и прикинув, что это может быть за часть тела, в голове я получил сложившуюся виртуальную картинку разломанной на несколько частей цельной косточки, по виду напоминающей плечевую или бедерную.

«Получается, в этом лесу в скелете всех или, возможно, некоторых животных тоже может накапливаться энергия, или они её создают и выделяют самостоятельно. А то, что я вижу, – это простое остаточное излучение. Но кость, по всей видимости, уже давно тут лежит и, значит, сохраняет энергию очень хорошо, конечно, потери при хранении неизвестны, но то, что я её заметил на остальном фоне, говорит о её хороших аккумулирующих и сохраняющих энергию свойствах. – Ещё немного порассматривав косточку и покрутив её в руках, я положил находку в карман. – Интересно, что означает этот оранжевый цвет?» – подумал я, но, решив, что это мне пока не понять, огляделся в надежде увидеть ещё что-то интересное.

Поблизости я смог рассмотреть только ещё несколько разноцветных вкраплений, но все они находились за пределами поляны. А у меня пока не было желания её покидать. Зато шагах в шести, у ближайшей ветви, я обнаружил тёмно-фиолетовую линию, идущую вдоль всего листа, и направился к ней.

Подойдя, я не обнаружил ничего необычного. Та же бурая сморщенная кора ветви дерева, тот же тёмно-зелёный пирамидальный лист.

«Что это? – подумал я и обошёл ясно видимый фиолетовый водопад и лист, вдоль которого он струился. Приглядевшись, наконец заметил, что поток выходит из небольшой дырки у самого его основания. – Интересно, но непонятно. Конечно, фиолетовый, синий, голубой у меня ассоциируются с морем или воздухом, но моря снизу точно нет – или есть? Неизвестно. Может, там реки, деревья, насколько я знаю, без влаги не могут, а таким гигантам её нужно неимоверное количество, так что, думаю, и воды здесь полно. А если я туда руку суну, что-то произойдёт? Это опасно?» – в итоге посетила меня исследовательская мысль.

Почему-то я был полностью уверен, что это совершенно безопасно, особенно если не наступит некоего состояния наполненности. Вот именно этого определения я не понимал, но при этом точно знал, что определить или узнать его смогу без особого труда.

Поэтому доверившись твёрдой уверенности в правильности своих действий, я осторожно поместил руку в этот поток. Сначала ничего не происходило, но постепенно я стал замечать, как одна из линий, составляющих структуру моего тела, начала приобретать сначала слабый, но постепенно усиливающийся фиолетовый оттенок. И эта линия постепенно превращалась из тонкой и незаметной в ясно видимый бурлящий канал, идущий от руки, расположенной в фиолетовом потоке, насквозь проходящий через всю структуру и заканчивающийся в том непонятном сплетении в моей груди. И шар, находящийся в центре этого сплетения-узла, также начал сверкать всё ярче и сильнее, пока интенсивность его свечения не приобрела равномерный абсолютно-белый оттенок. Я думал, что это и должно означать состояние наполненности, но почему-то ничего не почувствовал. Наоборот, обратил внимание, как уже от самого шара одновременно по всем исходящим от того сплетения нитям, в котором он находился, пошла волна, усиливающая яркость и интенсивность свечения каждой из них. И она охватывала всю структуру моего тела в целом. Каждая линия начала более ярко сиять уже именно своим цветом, а не только тем фиолетовым.

«Это я что, наполнил своё тело энергией, вроде как из этого источника?» Осознание случившегося пришло неожиданно быстро. И снова посмотрел на всё усиливающую своё сияние структуру.

Я так увлёкся этой картиной, что не обратил внимания, как вся структура, составляющая некий каркас для моего тела, расцвела соцветием красок. Каждая отдельная линия на всём своём протяжении в ней начала сверкать своим неподражаемым оттенком и цветом. И все цвета приобрели совершенно однородную окраску на протяжении каждой линии для всей структуры в целом.

«Вот оно, насыщение», – понял я и несколько поспешно выдернул руку из фиолетового потока.

Это движение вызвало странную реакцию во всём теле. Во-первых, я почувствовал необычайную лёгкость, бодрость и свежесть. Ничего не болело, не натирало, и было так хорошо и комфортно, что я даже проверил, а на месте ли моя одежда, так как её присутствие на теле вовсе не чувствовалось. Полностью пропало уже начавшее проступать чувство голода. Ушла усталость. И во-вторых, появилось ощущение силы, бурлившей во мне. Мне стало казаться, что я могу всё. Все проблемы отошли на задний план. Я уже не боялся неизвестности, в голове поселилась твёрдая уверенность, что я со всем справлюсь.

Только вот всё ещё оставался вопрос: с чем мне предстоит справляться?

– Но и с этим разберусь, – пробормотал я тихонечко и наконец отошёл от оказавшегося таким полезным места.

Развернувшись, я встал и задумался, чем себя занять. Пойти проверять остальные видимые потоки и вкрапления в общий зелёный фон или обследовать прилегающие окрестности?

«Да о пропитании следует подумать, – пришла своевременная мысль. – Я так понял, меня сейчас напитала энергия, но вечно на ней не прожить. Нужно, вероятно, и белковое наполнение моего желудка, чтобы получать материал для роста новых клеток в замену отмерших. Но главное, у меня появился запас времени. Правда, воду мне нужно найти обязательно, без неё-то не протянешь. Решено, займусь поиском источника воды, а заодно осмотрюсь. Да и что-то типа копья или дубинки нужно найти. Неизвестно, кто тут живёт рядом. Но то, что живности полно, я вижу уже сейчас, ориентируясь просто по структурам. Хорошо хоть, все небольшие животные, больше обычной кошки, судя по всему, не видел ещё».

В этот момент пришло понимание, что нет, видел, и перед глазами предстала оскаленная огромная морда. Только вместе с этим я точно знал, что этого монстра пока опасаться не стоит.

«Интересно, откуда я это знаю? Где я его мог видеть?»

Доверившись своим инстинктам, вероятно получившим значительный толчок для своего пробуждения и развития, я пошёл в обход пустого пространства, образовавшегося у ствола дерева. Рассматривая всё, что попадалось мне на пути, я пытался понять: «А что вообще из того, что я вижу, можно есть и где, спрашивается, искать воду на дереве?»

Обычные приметы здесь не подходят, типа где трава в лесу растёт, возможно, ручей там есть. Может, как в Африке или Америке, воду из деревьев или листьев добывать, вроде такой способ тоже есть, правда, она в этом случае очень неприятна на вкус, помнится, бывает, но на безрыбье и рак сойдёт. Однако, подойдя к первому же попавшемуся листу, понял, что для того, чтобы проковырять в этой монолитной поверхности хоть какую-то приемлемую выемку для скапливания в ней сока, одних моих пальцев будет маловато. Я всё-таки не какой-нибудь киногерой, который пальцем может пробить железо или камень, хотя это умение мне сейчас очень пригодилось бы. Поэтому вопрос об орудиях труда незаметно переместился на первый план.

Но и с этим мне пока не везло, единственное, что я до сих пор нашёл, был, как ни странно, ещё один скелет, и достаточно крупного животного, почему-то я подумал, что это, должно быть, была большая ящерица. Кстати, никакие его косточки не светились остаточной энергией, да и очень хрупкими были, буквально крошились в руке. Тогда как тот кусочек, что я нашёл первым, по прочности не уступал камню.

«Видимо, не все животные здесь могут накапливать энергию в своих костях или других органах. Отсюда можно сделать вывод, что и способностями они могут обладать необычными. Удивляться ничему не стоит, – решил я и пошёл дальше. – Так где же здесь вода? – думал я. И вдруг почувствовал, что к воде нужно идти в определённом направлении. – Странно всё это, но проверить стоит». Решившись, я двинулся в сторону небольшого скопления листьев, державшегося некоторым особняком.

Приближаясь к ним, я понял, что вместе с этим приближаюсь к очередному пятну светло-голубого цвета, из которого отходила тонкая голубая линия дальше по ходу моего движения.

Пробравшись сквозь очень уж плотно растущие листья-деревья этого своеобразного леса, я оказался на берегу практически идеально круглого небольшого озерца, из которого вытекал небольшой ручеёк и пропадал среди стволов деревьев по другую его сторону.

«Смотри-ка, а интуиция или инстинкты-то работают. Видать, кровь предков проснулась и заговорила во мне. Ведь я пошёл сюда, доверившись своим чувствам. Получается, как видимое отсутствие элементарной прослойки в виде общества между человеком и дикой природой влияет на него, вернее, меня. Стоит больше следовать своим инстинктам. Они, похоже, стали обострённее в последнее время и, видимо, знают гораздо больше, чем я. По крайней мере здесь я не ошибся, и стало понятно, что это маленькое озерцо совпадает с тем голубым пятном, что я видел» – такая вот цепочка рассуждений получилась у меня.

А вот линия, в него входящая, совершенно не совпадала с направлением вытекающего ручейка. И это было странно.

«Хотя если предположить, что эти гиганты имеют внутреннюю систему водяных сосудов, а-ля капилляров, то почему одному из них не иметь выхода на поверхность именно в этом месте? – подумал я. – Вполне может так быть. Вот только теперь вопрос: а можно ли пить эту воду?»

Вглядевшись в лежащее у моих ног озеро, рассмотрел его абсолютно чистое дно, где почему-то не было совершенно никакого мусора, как и на самой его поверхности.

«Можно. Она явно чище той, что текла у меня дома из крана».

Правда, несколько смущал этот её голубоватый равномерный фон, который, по всей видимости, как я понял, должен означать наличие некоего количества накопленной в этом озере энергии определённого типа. И как она должна повлиять на меня, я не знал.

Обойдя вокруг это озерцо, я подошёл к небольшому ручейку, вытекающему из него. Вот уже в нём угадывались какие-то мелкие камешки, веточки и прочий мусор, и то он начинался не сразу у озера, а где-то через пару метров, как раз на том расстоянии, где находился край голубоватого пятна, несколько сместившего свою границу в сторону вытекающего из него ручейка.

«Ну, простую последовательность я заметил: есть поле – нет никакого мусора, нет поля – и мусор появился. Видимо, есть у этой воды какие-то неизвестные свойства. Надеюсь только, они не связаны с растворением всего и вся или с простой очисткой этого озера от разного рода мелкого и крупного хлама».

Пока я размышлял, дошёл до небольшого порожка в ручейке. Именно в этом месте угадывались какие-то инородные вкрапления тёмно-алого цвета. И их было достаточно много, порядка двадцати. Наклонившись к вполне обычной, как я понимаю, воде, я постарался рассмотреть, что же это такое. На дне ручейка лежали какие-то кристаллоподобные камешки тёмно-красного цвета.

«Янтарь или гранат?» – завертелось у меня в голове.

Недолго думая я протянул руку в воду и взял ближайший из них. Камешек хоть и был небольшим, но, на удивление, оказался тяжёлым. Я, конечно, никогда не брал в руки неогранённый гранат, но, по-моему, они должны быть гораздо легче. И что означает их такой тёмно-алый цвет в энергетическом диапазоне видения? Ведь явно он не просто так существует.

Решив разобраться с этим несколько попозже, я собрал все замеченные камешки. По моим ощущениям, карманы куртки стало оттягивать не меньше, чем на килограмм. Особенно выделялся из находок напоминающий почти идеальный шарик размером порядка пяти сантиметров в диаметре и имеющий небольшое сквозное отверстие у края.

Уже убирая последний камешек в карман, я случайно отвлёкся на какой-то посторонний звук, и он выскользнул у меня из руки и упал под ноги. Поверхность подо мной ощутимо тряхнуло.

«Ничего себе. – Пронаблюдав такой необычный эффект, я, снова подняв упавший камешек, заметил, что равномерное свечение несколько поблекло. – Падение, маленькое локальное „земле”трясение, потеря или выделение энергии при этом. А камешки-то с подвохом. Вот и первое оружие нашёл. Неплохие снаряды для пращи выйдут, – сообразил я. – Если смогу её сделать, да и просто бросив их в кого-либо, результат должен стать неплохим. Кстати, а тот круглый нужно будет как-то приспособить для кистеня. Вроде тоже достаточно опасное оружие было. Только обращаться с ним я, конечно, хорошо и сразу вряд ли смогу. Если из пращи когда-то в детстве камешки кидал, то о втором оружии только из кино да книжек знаю, – уже начал я рассматривать свою находку с практической точки зрения, а потом подумал: – Интересно, я снова их потом энергией зарядить смогу? Вроде такая алая линия в моей структуре есть. – И я оглядел себя, разыскивая её. – Точно, вот она. – Канал с таким типом энергии присутствовал в том переплетении линий, что составляло структуру моего тела. Вот только как связать её и камешки, я пока не понимал. – Ну, это не к спеху, пока небольшой запас снарядов у меня есть, осталось только изготовить само оружие, хотя простейшее – рука для метания камня – у меня с рождения присутствует».

Продумав всё таким образом, я решил пройтись ещё немного вдоль ручья и после этого возвращаться. Для меня всё ещё оставались нерешёнными вопросы: что за вода в том озерке и какое влияние она окажет на мой организм? Да и для изготовления оружия, о котором я думал, нужен как минимум какой-то режущий предмет.

Обшарив карманы, я в который раз уже сожалел о том, что не ушёл с работы в своей спецовке с кучей карманов, заполненных большим количеством различных предметов, многие из которых пригодились бы мне теперь. В одежде, что была надета на меня сейчас, самыми твёрдыми и крепкими предметами оказались железные замочки на куртке. Кроме них у меня с собой был кошелёк с несколькими бумажными купюрами и парой пластиковых и дисконтных карточек. Кстати, если постараться их наточить, то и появится хоть какая-то режущая кромка. Особые надежды я возлагал на связку ключей, но почему-то у меня их не было. То ли выронил где-то, то ли забыл на работе.

Именно поэтому я с ещё большим вниманием стал оглядываться, так как с удалением от основного ствола дерева под ногами начало попадаться гораздо больше различных мелких и крупных предметов. Я даже нашёл несколько длинных палок, но, подняв их, понял, что их вряд ли можно использовать как копьё, слишком уж они сухие и ломкие. Но чтобы не оставаться совершенно с пустыми руками, захватил одну из них с собой. Пригодится.

Так я прошёл ещё пару десятков метров в глубь этого своеобразного леса.

Неожиданно впереди я заметил тёмную как ночь проплешину. От неё несло такой опасностью, что волосы на голове у меня встали дыбом. Но я почему-то знал, попасть туда я должен обязательно, там я найду нечто интересное и весьма полезное для меня. А так как я решил доверять своей интуиции, то пошёл дальше.

Двигаясь вперёд, я уже на физическом уровне стал ощущать ауру угрозы того места, которое и являлось конечной точкой моего маршрута. Но у меня возникло некое двойственное ощущение: с одной стороны – опасность, с другой – то, что ко мне она совершенно не относится, особенно если я буду осторожен. И кроме того, мне нужно туда, там есть что-то интересующее меня.

Продвинувшись ещё на несколько метров, я заметил достаточно крупный белёсый предмет, выглядывающий из коры дерева. Именно он и источал чёрную ауру опасности.

Подойдя к нему поближе, я понял, что это опять часть чьей-то кости, торчащая из поверхности. И достаточно большая. Приглядевшись повнимательнее, я осознал, что это не просто кость, а такой нехилый зубик размером в две трети моей руки.

«Какой же должен быть хозяин у этого зубика?» – разглядывая это торчащее из поверхности дерева чудо, раздумывал я.

Этот зуб своим остриём был воткнут в кору ветки, а его обломанный конец, видимо корень зуба, торчал кверху и не отдавал никакой тёмной аурой или цветом, по одной же из боковых сторон он имел бритвенной остроты кромку. И именно эта кромка и остриё зуба светились тёмным фоном угрозы.

Явно зуб этот будет мне полезен, если корень обмотать какой-нибудь тряпкой, получится неплохая рукоятка, но опасностью от него так и прёт. И не оторвет ли мне руку, если я хоть на мгновение прикоснусь к этой не слишком приветливо выглядящей штуке?

Я снял с себя куртку, стянул рубаху и, оставшись в одной футболке, оторвал от рубашки рукава. Куртку я решил не трогать, так как не знал, что меня ждёт дальше и в каких условиях мне придётся жить, а достаточно плотная и толстая куртка – это хоть какая-то защита от холода. Кстати, хоть здесь и достаточно тепло, но я только сейчас обнаружил, что в куртке и рубашке чувствовал себя вполне комфортно, не страдал от жары, а сейчас, сняв всё это, сначала ощутил прохладу и дискомфорт, но потом опять всё стабилизировалось, и я снова почувствовал себя вполне хорошо.

Обмотав корень зуба рукавами рубашки и затянув их потуже, я решился вытащить будущий кинжал из коры.

Хвала не знаю кому, но руку мне не оторвало!

В итоге у меня получилось что-то похожее на достаточно большой костяной ножичек. Правда, не очень понятны свойства его режущей кромки, но они явно не могут быть очень хорошими, имея такой цвет ауры с ореолом опасности.

Осмотрев получившееся оружие, я, рисуясь, помахал им перед собой, но неожиданно в моей голове щёлкнул переключатель, и я замер – по мне будто какие-то волны прокатывались, а в голове то взрывалась, а потом обратно схлопывалась в мизерную точку огромная бомба.

Простоял я так несколько минут. Самое странное было в том, что всё это время я точно знал, что происходит вокруг меня, и если бы мне грозила какая-то опасность, то это состояние прекратилось бы.

Когда всё закончилось, я очнулся, так и замерший на очередном замахе, и по инерции продолжил его, но теперь это совершенно не выглядело дурачеством и беспорядочным маханием. Мои дёрганые движения слились в некую плавную систему, имитирующую один из вариантов боя с тенью. И чем больше я делал повторений и совершал осмысленных движений, тем чётче и увереннее у меня получалось управляться с моим кинжалом.

– Ничего себе подарок… – пробормотал я.

Ведь было ясно, что у человека, который ножом орудовал только на кухне и то не всегда слишком ловко, никаких подобных навыков обращения с холодным оружием, обладающим коротким (до сорока сантиметров) прямым или изогнутым клинком, заточенным с одной или двух сторон, быть не может.

«Чего? – изумился я только что прозвучавшему у меня в голове определению. – Какой клинок до сорока сантиметров? Хотя вроде на взгляд так и есть. Откуда я это знаю? – Но, постояв и подумав пару мгновений, понял: – Видимо, оттуда, где и обращаться с ним научился».

Уже не удивляясь – пора бы привыкнуть к тому, что коль скоро человек оказался незнамо где и неизвестно как, то ему должны дать хотя бы минимальный шанс на выживание, – я на автопилоте прошёл несколько шагов вперёд. И упёрся в очередное вкрапление, которое не замечал до этого, потому что оно имело тот же тёмно-зелёный цвет, что составлял и окружающий меня фон. И только подойдя к нему практически в упор, смог отделить этот предмет от общего фона.

Не поверив своим глазам, я наклонился к тому, что лежало на земле.

«Это что, плащ?» – удивился я, разглядывая явно рукотворное изделие, отдалённо напоминающее обычную плащ-палатку времён Великой Отечественной войны. Я отлично знаю, как она выглядит, так как мне в наследство от деда досталась одна такая прошедшая с ним всю войну.

Плащ, что лежал у меня под ногами, немного смялся, но всё равно было понятно, что носил его кто-то чуть большей комплекции, чем я.

«Зато меня он укроет полностью», – сразу присвоив эту вещь, без зазрения совести решил я. И потянулся к нему.

Подняв найденный предмет одежды, я заметил, что он здесь не один. Под ним лежал порванный пояс с прикреплённым к нему кинжалом. И тот и другой после того, как я стянул с них плащ, вспыхнули и засверкали каждый своей уникальной разноцветной структурой. Подобрав эти предметы, я задумался.

«Теперь, по крайней мере, отпадает вопрос, единственный ли разумный я на этой планете, – рассматривая находки, подумал я. – Только вот это не книга и ручка, а оружие, и явно утерянное не просто так, а, похоже, сорванное или сознательно брошенное здесь. Но почему? И где его обладатель?»

И опять мне подсказала интуиция, что где-то справа. Пройдя несколько десятков метров в сторону ощущаемого направления, я приблизился к краю ветки и посмотрел вниз. Интуиция явно указывала, что обладатель найденных предметов находится там, внизу, и я был почему-то на сто процентов уверен, что он уже несколько дней мёртв.

Поэтому, прекратив поиски, я решил, что на сегодня исследования окрестностей хватает, тем более и Рыкун просил далеко не уходить, а что в его понятии «далеко», мне неизвестно, и я направился в сторону озерка, а от него задумал вернуться к дуплу в стволе дерева.

По дороге я размышлял над предметами, которые нашёл. Первым анализу подвергся местный аналог плащ-палатки.

С одним из его свойств я разобрался достаточно быстро: любой укрытый им предмет переставал быть виден в энергетическом диапазоне. Кроме того, он оказался очень прочен, правда, плащ не выглядел новым, но если присмотреться, то создавалось впечатление, что он буквально минуту назад вычищен и выстиран. На его внутренней стороне была куча кармашков (прямо как я люблю), правда, они все почему-то оказались пусты, только в одном я, к своей радости, нашёл небольшую серебряную монетку.

Радость я испытал потому, что если есть деньги, то есть и те, кто их придумал и ими пользуется.

«Явно не кустарное изделие. Чеканка. Значит, где-то здесь есть цивилизация», – решил я так потому, что монетка была как новая, однако хотелось надеяться, что это не одно из свойств плаща, хранить всё в идеальном состоянии, а то тогда станет неизвестно, сколько пролежали здесь эти предметы. Но моя интуиция про их бывшего владельца говорила, что не больше нескольких дней. Так что есть шанс, и достаточно большой, что здесь кто-то живёт.

А вот с поясом из какого-то странного материала и кинжалом вышла небольшая заминка. Они не обладали никаким определённым тоном, а имели структуру, похожую на мою, но слишком упрощённую.

«Первое, что приходит в голову, – предметы зачарованы», – пошёл я стандартными фэнтезийными шаблонами.

Но что могут означать те структуры, что мне были видны, я так и не понял.

Моя интуиция тоже молчала в этом отношении, единственное, что она подсказала, – это то, что все три найденных предмета для меня безопасны. Поэтому я перекинул плащ через руку и решил обвязаться поясом, но как только соединил его оборванные концы друг с другом, он превратился в цельную полосу, опоясывающую меня. Никаких разрывов, швов и застёжек. Сплошной непонятный материал.

«По крайней мере хоть что-то стало понятно», – подумал я, пытаясь снять его. Но поясок оказался с секретом и никак не хотел покидать моё тело. Уже отчаявшись что-либо сделать, я в сердцах буркнул:

– Отвали от меня. – И – о чудо! – пояс распался и свалился к ногам.

Первое о чём я подумал, – нужна словесная команда. Но в это верилось с трудом. Не факт, что русский – это межгалактический язык общения. А вот острое и чётко сформулированное пожелание его снять может являться именно тем принципом, что позволяет работать с этим предметом.

Подняв пояс, я надел его вновь и чётко оформил своё мысленное желание снять. Секунда – и пояс лежит у моих ног. Я опять не успел его подхватить. Но зато выяснил одну из его функциональных возможностей.

«С этим понятно», – решил я, снова опоясался и переключил своё внимание на найденный кинжал. Его лезвие не превышало десяти сантиметров. Такой приличный хлеборез под рукой всегда мог пригодиться. Потянув его из ножен, я заметил, что по его лезвию пробегает какая-то структура, но когда нож был полностью извлечён, оказалось, что на нём самом никакой структуры нет, она была сосредоточена на ножнах, прикреплённых к поясу.

«Видимо, простая заточка и очистка лезвия», – подумал я, так как больше ничего реального пока сказать о его свойствах не мог.

Повертев его в руках, я понял, что кинжал очень хорошо сбалансирован, будто был предназначен не только для удержания в руке, но и для броска, сделан из примесей железа и каких-то укрепляющих его свойства материалов. Внутри лезвия была явная полость со смещённым к носу клинка центром тяжести.

«Вот только откуда я это знаю? – И сам себе же и ответил: – Похоже, всё из того же источника, что и умение с ним обращаться. Кстати, а как у меня получится с этим клинком в руках?» – задумался я и попытался провести несколько ударов.

Невнятное желание попробовать переросло в точно и чётко проделанную цепочку действий, после которых я совершенно ясно представлял все нюансы работы с этим кинжалом. Завершающим аккордом стало его метание в ближащую ветвь. Мало того что я не промахнулся, хотя никогда не страдал такой болезнью, как меткость, так ещё и кинжал воткнулся именно в то место, куда я и хотел попасть.

После этого оружие действительно стало им не только по названию, но и чувствовалось как продолжение моей руки. Подобного ощущения при моём предыдущем опыте работы с клыком почему-то не возникало.

Мне стало интересно почему, и, вложив клинок в ножны, я обернулся на отложенный в сторону клык.

«Даже не заметил, как положил оружие», – изумлённо и немного подозрительно подумал я.

Поднимая его с земли, я совершенно точно представлял, какой комплекс упражнений нужно выполнить, чтобы полностью познакомиться с оружием и изучить все особенности владения им. Уже осознанно, но немного медленно я начал выполнять их по очереди, постепенно ускоряясь и вытягивая из своего сознания всё больший комплекс взаимосвязанных движений.

Выполняя очередной ложный или обходной выпад, я узнавал одну за другой характеристики опаснейшего клинка, которым стал Клык. Именно так я и решил его назвать. С каждым движением мне открывалась очередная особенность его использования и управления им.

В обращении он оказался гораздо сложнее и опаснее кинжала, и после всего комплекса упражнений мне в память будто впечатывали все тайны и особенности этого типа оружия. В первый раз, в том месте, где я нашёл Клык, я просто научился правильно держать его и не пораниться при замахе, сейчас же у меня возникло стойкое убеждение, что в моих руках Клык превратится в действительно смертоносное оружие.

Завершив последний замах и отведя руку немного вперёд и вниз, я полюбовался на Клык, который перестал казаться только обломанным длинным зубом, а приобрёл вид настоящего оружия в моих глазах.

Я по какому-то наитию определённым образом поднёс клык к поясу и прижал его. И случилось невероятное. Длинный зуб сначала прикипел к поясу, а потом постепенно стал обрастать некоей субстанцией. Не прошло и минуты, как вокруг его лезвия образовались ножны, похожие по своей структуре и внешнему виду на те, что уже были прикреплены к поясу.

«Вот и новое свойство пояска. Оказывается, ножны – это его рук дело. И все свойства они получают из создавшего их пояса», – подвёл я итог своим наблюдениям.

Аура опасности и тёмный фон, источаемые Клыком, исчезли в тот момент, когда он оказался полностью помещён в ножны, за исключением торчащей из них рукоятки. И под плащ в этот момент он не попадал.

«Значит, и пояс обладает маскирующим воздействием, если оружие поместить в ножны», – понял очевидное я.

Определившись с найденными предметами и сподручнее пристроив их на бёдрах, я подумал, что более удобно было бы поместить Клык за спину, так он не цеплялся бы за ноги при ходьбе, и рукоятка торчала бы аккуратно за плечом.

Не успел я до конца додумать эту мысль, как почувствовал движение на уровне пояса. Посмотрев вниз, я увидел, что он разделился с одного края на две части и одна из них обвисла. Поняв невысказанный намёк, я поднял обвисшую часть пояса и перекинул её через плечо, она оказалась немного длинновата, но как только я это заметил, полоска кожи натянулась и плотно обхватила моё тело. Повернув голову, я увидел, что рукоять Клыка торчит у меня из-за плеча.

«А поясок-то действительно не так прост. Интересно, сколько ещё на него всего можно навесить?» На этой обрадовавшей и заинтриговавшей меня мысли я сделал очередной шаг и оказался лицом к лицу с большой серой кошкой, ну или кем-то очень на неё похожим.

Почему в этот раз не сработало чувство опасности, но зверь, стоящий передо мной, явно был опасен. Чем-то эта огромная кошечка напоминала пантеру, но увеличенную в полтора раза. И странный её цвет мне не давал покоя. А ещё какой-то постоянный металлический тихий звон.

И тут до меня дошло:

«Звон издаёт шерсть кошки, когда она движется».

А она двигалась, вернее, мелко дрожала. Сначала я не понял, что с ней, но, заметив, как напряжены её передние лапы, догадался, что она сдерживается из последних сил.

Стараясь не делать резких движений, чтобы не раздражать этого зверя, я хотел отойти назад за тот лист, из-за которого так неудачно вывернул, но в этот момент силы оставили эту большую кошку, её лапы подломились, и она неловко упала на бок. И мне стала понятна причина её такого странного поведения: тот бок, что не был мне виден, оказался разодран до позвоночника, и из раны струилась кровь тёмно-алого цвета.

«Этот зверь был мне точно не опасен. Он бы не стал нападать. Поэтому о нём и не предупредила интуиция», – понял я.

Не зная, как быть и что предпринять, я уже хотел было обойти её по большой дуге, как ясно услышал чужую мысль в голове:

«Помоги».

Не поняв, от кого может исходить это послание, я первым делом поискал Рыкуна, но, не увидев его поблизости, предположил, что посылать мне мысленное сообщение может не только маленький грызун. Да и мысль звучала как-то по-иному.

Посмотрев на лежащую передо мной кошку, я постарался чётко сформулировать мысль.

«Как?»

«Отнеси к хорошей воде», – пришло ответное послание.

«Хорошая вода – это, наверное, озеро, иначе она сказала бы просто „к воде”, у которой, кстати, и так её морда лежит».

И это была правда, голова кошки лежала буквально в нескольких сантиметрах от ручья.

Держа руку на клинке, в любой момент готовый его выхватить и отскочить назад, я максимально осторожно приблизился к раненому животному. Кошка смотрела на меня спокойными и какими-то всё понимающими глазами. И когда случайно хрустнувшая ветка напугала меня и моя рука непроизвольно схватилась за рукоять Клыка, я заметил, что кошка, лишь тяжело вздохнув, закрыла глаза.

«Такое нельзя подделать, тем более зверю», – решил я и уже достаточно уверенно подошёл к ней.

Осмотрев её рану, я подхватил её под лапы и потащил в сторону того небольшого озерца. Хоть она и была не особенно крупным животным, но оказалась гораздо тяжелее, чем я предполагал, поэтому это были трудные сорок метров. И на ощупь её шерсть казалась не менее металлической, чем тот звон, что услышал я, когда только её встретил.

Последние метры я сам уже буквально валился с ног, но всё-таки дотянул свою ношу до озера и осторожно положил её голову кончиком морды в воду. Кошка начала лакать, этим она ничем не отличалась от тех пушистых охотников на мышей, что жили у нас в доме.

Посидев и отдохнув, я заметил, что оставил плащ на том месте, где встретил кошку. Не желая терять такой нужный трофей, я поднялся и побрёл туда, думая о том, что надо бы подзарядиться энергией в том фиолетовом луче, что проходил недалеко от ствола дерева.

Подобрав плащ, я, чтобы повторно не выронить, повязал его на плечи – на нём оказалась очень удобная застёжка, которую я при прошлом осмотре не заметил просто потому, что она проявлялась только в момент, когда плащ был надет.

Проверив, хорошо ли он сидит, я развернулся и не поверил глазам. Напротив меня опять стояла кошка, но на этот раз она не выглядела измождённой. Жизнь так и струилась из её тёмно-серых глаз.

Постояв и посмотрев на меня, кошка развернулась и медленно скрылась за соседним древо-листом (как стал именовать я эти огромные листья).

«Вот тебе и спасибо, – подумал я, смотря вслед удаляющемуся лесному хищнику. – Водичка-то лечебная, по-видимому. И даже очень. Если, конечно, это не свойства организма самой кошечки».

И если я прав в своём первом предположении насчёт озера, то это может оказаться очень хорошей новостью для меня, ведь никогда не знаешь, где подвернёшь или распорешь ногу, а врачей тут нет.

«Хоть будет у меня эликсир исцеления», – подумал я, повторно выходя к берегу озера. Сейчас я решил сделать небольшой глоток, так как нужно было проверить воду, да и пить мне хотелось уже достаточно давно.

Осторожно наклонившись к озеру и зачерпнув небольшую пригоршню, я сделал маленький глоточек.

«Обычная вода», – так показалось мне сначала, но потом пришло ощущение лёгкости и некоторой свежести. Натруженные мышцы перестали болеть. Но самое интересное, что в голове наступила такая ясность, которую мне ни разу не приходилось за собой замечать.

Сделав ещё несколько глотков, я решил, что для эксперимента достаточно, поднялся, осмотрелся кругом и направился к своему новому дому в виде небольшого дупла-пещерки.

Дошёл без приключений. По дороге, правда, сделал небольшой крюк и рассмотрел ещё одну, ранее пропущенную мной проплешину, оказавшуюся обыкновенным цветком, растущим у основания одного из листьев. Его я не стал срывать, а прошёл дальше в сторону своей опушки.

Так как мне нечего было пока делать, а я почему-то был уверен, что ходить больше никуда сегодня не нужно, я решил потренироваться с выхватыванием Клыка и рассмотреть вариант боя двумя руками.

С первым у меня не возникло никаких проблем, а вот с двуручным боем вышла промашка. Как я ни старался, ничего не получалось. Не выходило у меня выделить какую-то систему, чтобы начинать с ней работать. Были разрозненные связки, но они никак не походили на стройную последовательность действий, которая, как я чувствовал, должна была существовать.

«Видимо, то, чем меня снабдили, не подразумевало такой техники боя», – сделал я вывод и решил испробовать последнюю идею: начал представлять, как бы я стал действовать, чтобы все мои движения были наиболее оптимальны и экономичны. И в тот момент, когда я начал повторять за отработанными в сознании действиями распланированные шаги очередной связки, меня опять вырубило.

На сей раз очнулся я уже глубокой ночью. На это указывал сумрак, царящий кругом. Всё тело затекло и не хотело шевелиться. Когда же я всё-таки смог соображать и подумал о том, сколько же я здесь простоял, то в сознании всплыла цифра – тридцать семь часов.

«Ничего себе!» – изумился я.

Тут меня снова накрыло, но в этот раз я не выпал из реальности, потому что меня накрыло безумным валом сильнейшей боли. Всё тело горело огнём. Его разрывало и кололо. Было такое ощущение, что каждый мой мускул перекручивают и растягивают, стараясь вычислить тот бесконечный предел нагрузок, который он сможет выдержать. Каждую косточку стараются раздробить и собрать вновь. Каждое сухожилие перетирали в студенистое желе и заставляли опять обретать упругость. Для каждого нерва вычисляют тот предел возбуждения, после которого я терял чувствительность или снова обретал её. И это продолжалось долгие два часа.

Когда всё закончилось, я без сил свалился на то место, где стоял. Но я знал, если мне не удастся добраться до живой воды из того небольшого озерца, то следующие несколько часов мне не пережить. Поэтому, пересилив желание лечь и умереть, я, цепляясь за каждый следующий сантиметр поверхности, пополз вперёд.

Впервые с того момента, как я очнулся в своём маленьком дупле, чувство времени отказало мне, и я не знал, сколько длился этот бесконечный путь в две сотни метров.

В конце концов я добрался-таки до озерка и по наитию, еле стянув с себя одежду, скатился в воду.

Так и уснул, находясь в живительной влаге маленького лесного озера.

Пробуждение было необыкновенно бодрым. Я чувствовал себя превосходно, даже не верилось в то, что произошло…

Когда?

«Я спал стандартные шесть часов», – пришло понимание времени, прошедшего с момента моего падения в озеро.

Понежившись в приятной и, как ни странно, тёплой воде ещё несколько минут, я начал выбираться из неё и протянул руку за своей одеждой.

В этот момент с того места, куда я её положил, вылетел маленький верещащий комочек и начал что-то грозно попискивать в мою сторону. Сначала я ничего не понимал, но, сосредоточившись, уловил: Рыкун сердит, и очень.

«Детёныш глупый. Спал на открытом месте. Потом проснулся. Ушёл пить. И заснул. Спал в хорошей воде. Рыкун охранял. Рыкун смелый и сильный. Рыкун отгонял других зверей. Рыкун не спал. Детёныш глупый! – На несколько мгновений писк остановился, но потом возобновился с новой силой. – Приходила прасва. Прасва опасная. Рыкун не хотел умирать. Но Рыкун не ушёл. Он защищал. Но прасва не убила. Она принесла еду. Рыкун удивлён. Прасва всегда убивать Рыкунов. Но эта сказала, что детёныш её. Сказала, детёныш, когда проснётся, захочет есть. И ушла. Потом Рыкун охранял детёныша и еду».

На этом месте осмысленный писк прекратился окончательно, или я просто перестал понимать его. Но вот то, что Рыкун или эта неизвестная прасва правы насчёт еды, я убедился по сильнейшему чувству голода.

Одевшись, я осмотрелся, ища то, что грызун мог назвать едой, но не видел ничего кроме какой-то непонятной кучи.

«Не может же она быть едой?» – задался вопросом я.

Но, подойдя ближе, с удивлением рассмотрел несколько сложенных кучкой рыбин, засыпанных какой-то трухой. О том, что рыбу едят сырой, я, конечно, знал, но сам никогда не пробовал.

«Зато теперь у меня появился такой шанс», – подумал я, рассматривая лежащих передо мной представителей речной или морской фауны.

То, что они для меня безопасны, я понял, только взглянув на них, но вот где они водятся, мне стало любопытно. Ведь рыба водится только в достаточно больших водных массивах, тем более такая крупная, как эта. Ну, это для меня она казалась крупной. Вероятно, тут есть экземпляры и побольше, типа наших китов или кашалотов. А может, и кто-то ещё крупнее. Главное, значит, здесь где-то есть достаточно большие реки, озёра, моря или океаны.

«Интересно где?» – подумал я.

И пришло понимание, что нужно идти достаточно далеко, куда-то налево.

Последняя моя мысль не могла не радовать. Она значила, что здесь не сплошные леса и можно добраться до этой большой воды. Только возникли вопросы: откуда я мог знать кого-то, кто путешествует так далеко? И что это за прасва такая? И можно ли пообщаться с ней? Ведь из тех, кого я здесь встречал, были только Рыкун да та кошка. Может, это она и есть прасва? Но тогда почему она назвала меня своим детёнышем и откуда узнала, что я захочу есть? Как бы это уточнить и у кого?

Осмотревшись, я заметил только свернувшегося на моей куртке Рыкуна.

«Попытка – не пытка», – решил я и, представив виденную у озера кошку, отправил мысль Рыкуну.

То, как он подпрыгнул, и огласивший окрестности рёв ясно дали понять, что я если и ошибаюсь, то ненамного. Звон в ушах стоял ещё долгих пять минут. Ну и ещё раз двести я услышал: «Глупый детёныш прасвы!»

Пока я разбирался и думал над этим неизвестным рыболовом, мои руки на автомате почистили и нарезали на тонкие ломтики одну из рыбин. Не откладывая надолго эксперимент, так как живот уже сводили спазматические судороги, а рот захлёбывался слюной, я решил попробовать.

«Ну, с богом!» Я зажмурился и съел первый кусочек. Оказалось, не так и противно. Вернее, вполне приемлемо. Ливерная колбаса, которой меня периодически в детстве пыталась кормить моя бабушка, вызывала у меня большее отвращение.

Уже не так напрягаясь и жмурясь, я съел остаток первой рыбины и как-то вполне естественно взял в руки и стал чистить вторую.

«Смотри-ка, быстро приспособился, и сырая рыбка понравилась», – подумал я, доедая вторую рыбину и почему-то совершенно не чувствуя насыщения.

Неожиданно послышался возмущённый писк. Прислушавшись к себе, понял, что Рыкун возмущён, что изничтожение такой вкусной еды проходит без его скромного участия. Делиться, в общем, нужно. Я сразу же отдал последний несъёденный кусок рыбины, как я думал, грызуну. Но то, как он быстро начал расправляться с кусочками, ясно указывало, что это мелкое животное вполне хищный зверёк.

Так мы и сидели на берегу озера, наслаждаясь вкусным подарком спасённой мной Прасвы. Большой глупый детёныш из рода людей и его маленький смелый защитник из рода Рыкунов.

Глава 3

Насытившись, мы с Рыкуном ещё немного посидели на берегу озера. Но наш совместный отдых продолжался недолго. Рыкун, это неугомонное существо, немного покрутившись, подошёл к остаткам выпотрошенной из рыбин требухи, поворошил её лапой и, что-то недовольно пискнув, пошёл в направлении опушки у ствола дерева, на прощание, сказав мне: «Рыкун давно не спать. Устал. Поел и пошёл в нору. Теперь охранять детёныш. – И, посмотрев на меня оценивающим взглядом, добавил: – Глупый детёныш не уходить далеко».

Пока этот маленький комочек меха и команд не убежал, я решил попытаться узнать: а «далеко» – это по его понятиям докуда? Только вот как это можно сделать – не понимал, а потому пошёл самым простым путём и задал прямой вопрос, постаравшись сформулировать его в некоей абстрактной мысли, которую смог бы понять грызун.

«До какого места мне можно ходить? Что там есть? Как мне его узнать?»

И сам вдруг неожиданно понял, что территория наших с Рыкуном владений не такая уж и большая. Дальняя граница проходила как раз по центру той поляны, где я нашёл Клык. Примерно столько же принадлежало нам на соседней и верхней ветках. Дальше шли уже не наши владения, и там на меня могли напасть местные хозяева.

То же самое мне секунду спустя сообщил и Рыкун, но, кроме того, он мне решил поведать и о ближайшем нашем соседе, правда, весьма своеобразно: «Детёныш не ходить на опасное открытое место. Нельзя. Умереть. Место пахнет хныгой. Рыкун туда не ходить».

И у меня в голове возникло изображение приснопамятной опушки с ясно заметным торчащим предметом по её центру, но перспектива обзора видимого пространства была такая, будто кто-то смотрел на неё всего с нескольких сантиметров от поверхности.

Прикинув рост Рыкуна, когда он сидит на задних лапах, стало понятно, что он передал мне то, что видел сам. Поэтому я поспешил его обрадовать:

«Место больше не опасное, – и не зная, как объяснить, что я забрал Клык себе, передал: – Запах хныги теперь мой». И я достал из ножен Клык.

Рыкун так не бегал, не рычал и не прыгал, даже когда я ему образ спасённой кошки передал.

Быстренько убрав Клык обратно в ножны, я постарался успокоить продолжавшего верещать Рыкуна. Как ни странно, в этот раз никаких особых последствий от его грозного рыка я почему-то не испытывал. Только громкий звук и всё, никакого сверхъестественного воздействия. Но и кроме всего прочего, когда на меня перестал воздействовать его рык, я смог понять, вернее, увидеть, как он у него получается.

Именно получается. Основой рыка служила какая-то структура энергий, которая возникала перед мордочкой Рыкуна и через которую проходил его обычный писк, преобразуясь в грозное рычание.

Что необычно: едва заметив и рассмотрев схему, я её практически мгновенно запомнил и теперь мог в любой момент воспроизвести в своей памяти.

«Никогда не обладал феноменальной памятью», – разглядывая и досконально изучая подсмотренную схему, подумал я.

Еле-еле я всё-таки ухитрился остановить Рыкуна и сказал:

«Никакого хныги здесь нет».

Рыкун всё ещё недоверчиво обошёл меня, как мне казалось, понюхал воздух, но на самом деле, видимо, проделал то же, что и я, только я энергии вижу, а он, похоже, ощущает. Потом осторожно подошёл ко мне и спросил:

«А куда ушёл хныга?»

Решив пошутить, я ответил:

«Рыкун так грозно верещал, что он испугался и убежал. И теперь на открытом месте и тут его больше нет».

«Надо проверить», – пришла мне ответная мысль, и маленький боец рванул в сторону той опушки.

Подбежав к ней, он опасливо выглянул из-за дерева и снова принюхался. Тёмный фон и аура опасности, раньше плотно окружающие эту поляну, уже практически исчезли.

«Хныга ушёл?» Удивлению маленького зверька не было предела, такая растерянность читалась на его мордочке.

«Да», – подтвердил я его слова.

И тут я впервые уверился в практической сметке маленького лесного хищника.

«Надо идти дальше. Пока тут ещё нет хозяина. Взять это место себе» – так упрощённо интерпретировал я тот поток верещания, что издавал Рыкун.

И, не останавливаясь, зверёк ринулся на поляну, уже совершенно ничего не боясь. Только слышался его довольный писк:

«Хорошо. Тут ещё никого не было. Сейчас помечу территорию. Посплю и пойду проверять дальше. Детёныш, охраняй. Не ходи далеко. Если опасность – беги к норе».

Обежав опушку и прилегающие к ней территории несколько раз, Рыкун выбрался на середину поляны.

«Рыкун хорошо», – слышалась его мысль.

И лучащийся довольством комочек меха гордо прошествовал мимо меня. Гордость за прогнанного хныгу так и сквозила в каждом его маленьком шаге.

«Иди отдыхай. Я присмотрю», – подумал я ему вслед и ещё раз оглядел окрестности. Не заметив поблизости ничего интересного, я решил вернуться к озеру и немного прибраться там. Да и оставленными вещами не стоило разбрасываться, ведь это те немногие сокровища, что теперь были у меня.

Подойдя к озеру, я заметил, как растворяется в воде случайно попавшая туда требуха одной из рыбин, и мутная вода озера приобретает свою былую кристальную чистоту.

«Так вот почему в нём нет никакого мусора, – сообразил я о ещё одном свойстве озера. – Но тогда почему я смог спокойно пролежать там и достаточно долго? Непонятно».

Решив не заморачиваться этой проблемой, я приступил к уборке берега. Незачем сюда привлекать лишнее внимание, да и загаживать его не хотелось, тем более такая утилизационная система под боком.

Я хотел уже было отнести оставленный мной мусор и остатки рыбы на тот край озера, что переходил в небольшой ручеёк, как почувствовал чужую мысль:

«Дай».

Обернувшись, я заметил светящиеся глаза какого-то странного существа, похожего на небольшого ленивца, чья структура в энергетическом диапазоне тяготела к зелёно-оранжевому цвету, но была таким же плотным переплетением энергетических линий, как и моя собственная.

Особенную плотность узлов его структура приобретала в области головы и верхней половины живота. Интересно то, что в районе второго узла наблюдался такой же равномерный шар энергий, где происходило её преобразование и накопление, очень похожий на мой. Только в несколько раз меньше того, что я мог наблюдать у себя, и был он не белого, а светло-зелёного цвета.

«Смотри-ка, очень похоже, что около сердца и у этого животного есть некоторый накопитель энергии, а про голову я могу сказать только то, что и там достаточно сложная структура», – отметил я, рассматривая существо.

Но главное, что я понял, – оно должно обладать какими-то способностями, основанными на наличии у него внутренней энергетической структуры.

От него совершенно не веяло опасностью или какой-то угрозой, даже больше, создавалось впечатление, что это чей-то домашний питомец, такой он был ухоженный, аккуратный и одновременно потерянный.

Так как требуха мне совершенно не была нужна, я выбрал её всю из получившейся кучи мусора и, стараясь не делать резких движений, положил на поверхность ветви дерева, а затем отошёл на несколько шагов.

Зверь осторожно сделал несколько шагов по направлению к остаткам рыбы и замер, не дойдя до неё буквально пары сантиметров.

«Опасность», – загорелась мысль у меня в голове, а зверь уставился куда-то у меня за спину.

Я ещё ничего не чувствовал, но, обернувшись, заметил, что по направлению от края дерева в мою сторону по поверхности ветки стелется какой-то туман. Ничего не понимая, я постарался разглядеть хоть что-то сквозь его непроницаемую пелену, но этот туман буквально скрадывал любой участок поверхности, по которой проходил. И он не был похож на обычного предвестника утра. Его серая пелена клубилась какими-то жуткими и будто живущими своей жизнью завихрениями.

И вдруг я почувствовал, что опасность представляет не сам туман, а то, что находится внутри его. И это непонятное что-то сейчас учуяло меня.

Вглядываясь в туман и стараясь понять, что же скрывается за его пеленой, я стал усиливать свою способность видеть энергии, здраво рассудив, что только она сможет мне хоть как-то помочь. Уже практически выйдя на самый максимум, я разглядел серые неживые нити и порядка десятка непонятных узлов среди них. Именно от них исходила опасность.

И тут, когда я определился со своими потенциальными противниками и опасными врагами, произошло странное. Я осознал, что нужно поразить не сами сплетения узлов и серых нитей, видимые в тумане, а как бы загоревшиеся и подсветившиеся внутренним светом более мелкие точки узелков в каждом из них. Но понял я и другое: нельзя не то что входить в зону действия тумана, но даже подходить к нему ближе чем на несколько шагов.

И тогда, уже не особо раздумывая, я вытащил из кармана куртки подобранные мной огненного цвета агаты со странными ударными свойствами. Мне просто нужно было бросить первый камень в ближайшую цель, и моя рука пошла по какой-то странной и несколько необычной вращательной траектории.

Не помню, как в детстве у меня получалось кидать камни из пращи, но сейчас камень, по моему субъективному мнению, вылетел ничуть не хуже. А уж удар был точно гораздо впечатлительнее. Раздался такой грохот, что уши у меня заложило не хуже, чем от рыка моего маленького приятеля.

Посмотрев в направлении приближающегося тумана, я заметил, что он значительно ускорил своё движение. Правда, и непонятных структур стало на одну меньше.

Изготовившись, я швырнул второй камень. Раздался повторный грохот. Убедившись в успехе броска, я, уже не останавливаясь, стал отправлять камни в направлении видимых структур.

У меня осталось всего два камня, когда погасла последняя моя цель в сером тумане. И именно в этот момент раздался оглушающий рёв со стороны края дерева, и туман стал стремительно отступать.

Стараясь рассмотреть, что же это было такое, я хотел направиться следом, но в голове прозвучало:

«Стой. Нельзя. Опасность».

Обернувшись, я заметил, что странный зверёк, предупредивший меня, сейчас спокойненько сидит и уминает требуху.

«Видимо, и правда опасность миновала здесь, а вот туда ходить нельзя», – подумал я, восприняв предостережение Ленивца.

Но внезапно почувствовал сильнейшее давление на голову и увидел, как от леса в мою сторону тянется какое-то непонятное серое щупальце. Его структуру из-за боли в голове разглядеть у меня практически не получалось, но, собрав все свои силы и сосредоточившись, я смог выделить нужную мне точку в сплетении еле видимых нитей и метнул самый большой свой камень в неё.

Рёв, какой после этого был издан, свалил меня наземь, но зато я теперь прекрасно видел это странное существо, похожее на сухопутного осьминога, только очень уж большого размера.

«А что я хотел? На таких древесных-то гигантах и животные могут быть достаточно большие», – сделал я зарубку себе на память.

После того как камень влетел в подставленное под удар щупальце, все внешние структуры существа развалились, туман, окружающий его, окончательно исчез, а само оно поспешно понеслось к краю дерева.

«Надо убить», – пришла запоздалая мысль, и я понял, что Ленивец прав, такого соседа оставлять рядом нельзя, а потому бросился следом за удирающим осьминогом.

Но я не успел, вернее, успел, но к самой развязке. Первой до этого туманного монстра добралась какая-то фиолетовая змея со странной шипованной головой и раздвоенной второй половиной тела, метнувшаяся на него откуда-то сверху. Справилась она с ним в мгновение ока. Непонятно, правда, что она сделала, но осьминог буквально через секунду уже лежал мёртвый, в этом я был полностью уверен. И змее он, похоже, был совершенно не нужен. Она, сделав круг вокруг него, поползла в мою сторону, как-то необычно плавно перебирая своим раздвоенным телом.

Я уже собрался бежать, как и ранее советовал мне Рыкун, вспомнив его последнее напутствие…

«Почему это такая здравая мысль не пришла мне в голову раньше?» – удивленно подумал я.

…Но не успел. Змея сначала свернулась в некое подобие пружины, а потом, резко распрямившись, метнулась в мою сторону длинным и стремительным прыжком-полётом. При этом её раздвоенный хвост расправился и превратился в подобие крыльев, позволяющих змее парить над поверхностью.

Я сделал шаг в сторону от этого необычного и странного летящего на меня змея, плавно выхватил Клык на одном непрерывном и каком-то тягучем движении и в точно выверенный момент рубанул змею где-то позади головы, точно там, где почувствовал средоточие её жизни, в самое уязвимое место.

В этот момент окружающая жизнь нагнала меня, и я услышал щебет каких-то птиц, падение пролетевшего мимо меня тела и осознал, что те движения, совершённые мной, уложились всего в несколько долей секунды. И самое главное, я проделал всё это так быстро, на таком автомате и с таким точным расчётом, что сам себе поразился: «Не может такого быть». Но, посмотрев под ноги, сказал:

– Хотя – нет, может.

И тут ко мне пришла мысль выглянувшего из-за моей левой ноги Ленивца: «Хорошая еда». И он обошёл вокруг лежащей на коре змеюки.

Я тоже последовал его примеру и обошёл эту лесную рептилию. Правда, рептилия ли это, ещё оставалось под вопросом, летающих змей я, если честно, не видел. Большая и толстая при жизни, сейчас она представляла собой огромную распластавшуюся тряпку. Что меня очень заинтересовало, так это её шкура, на вид прочная и эластичная.

«Хорошо бы её снять и хоть как-то выделать. Много на что тогда можно будет использовать полученный материал. Да и с едой Ленивец прав. Вроде не чувствую того, что она для меня как-то опасна».

Обдумав всё таким образом, я пока оставил змею здесь и пошёл посмотреть на того осьминога.

Едва подойдя к нему, я заметил сильнейший энергетический фон тёмно-серого цвета, того же, что был и у тумана, наступавшего на меня. Исходил он от пластин, расположенных вокруг туловища этого небольшого монстра. Рассмотрев их получше, я понял, что они покрыты небольшими шипами, которые и создают этот фон.

Я насчитал девятнадцать пластин, правда, две из них были треснуты посередине, а одна полностью разбита в мелкую крошку. Свойства этих костяных штуковин были не очень понятны, но, сопоставив их с количеством бросков, сделанных мной у озера, я понял, что попадал именно в эти места и раздробленная пластина, скорее всего, последняя, та, в которую я запустил самый большой камень.

На что их можно использовать, я сразу не придумал, но про костяные доспехи когда-то слышал, и почему-то именно эта идея засела у меня в голове.

Больше с этого странного животного, или не животного, мне снимать ничего не хотелось. Было какое-то гадостное ощущение от мысли, что придётся прикасаться к нему. Но конкретно пластины никаких негативных чувств не вызывали, поэтому, переборов себя, я сел на корточки и стал аккуратно вырезать их из туши.

Потратив на это около часа, я сложил их одна на другую и понёс в сторону озерца. Подойдя к нему, я увидел, что из него пьёт воду какая-то большая птица, которая, заметив меня, подняла голову, встряхнулась, что-то проклокотала, расправила крылья и улетела, оставив на берегу достаточно большое, отливающее зеленью перо с лёгким голубым энергетическим фоном.

Я решил не мусорить около озера и спустился немного вниз по вытекающему из него ручью, вспомнив удобное место, как раз у найденного недавно порожка, и обосновался там. В этом месте была небольшая удобная заводь, в которую я и сгрузил все пластины, оставив их промываться под проточной водой.

Помывшись сам и постирав испачкавшуюся одежду, я натянул её влажную на себя и вспомнил, что ещё хотел заняться змеёй, и, тяжело вздохнув, потопал за ползуче-летучим лесным монстром.

– Зря только мылся. Сейчас опять весь измажусь, – бурчал я себе под нос, бредя за вторым своим охотничьим трофеем.

Ленивца я обнаружил тут же, он сидел у шипастой головы змеи. Увидев меня, он встал, подошёл ко мне и сообщил:

«Охранял еду. Никто не приходил».

«Молодец, – похвалил я его и подумал: – А чего он, собственно, мне помогает?

«Ты как хозяин», – пришла ответная мысль.

«Кто твой хозяин?» – постарался выяснить я.

«Ты» – такой простой ответ и никакого понимания, почему это я.

Было у меня подозрение, что всё это, может, как-то связано с бывшим владельцем пояса, плаща и кинжала, и поэтому я спросил:

«Эти вещи принадлежали ему», – и последовательно указал на каждый предмет.

«Да».

Понятно, видимо, всё-таки это питомец того погибшего товарища, что оставил мне это наследство. Вот к нему добавился ещё и Ленивец.

Разобравшись с этой практически альтруистической помощью, я подхватил змею в том месте, где она начинала раздваиваться, и потащил в то же место, куда положил и пластины.

Дойдя до заводи, я оставил на берегу труп рептилии, который собирался распотрошить несколько позже, и оглядел пространство вокруг. К тому месту, где я стоял, стала подтягиваться различная мелкая живность, её хорошо было видно в энергетическом плане.

«Чувствуют, что здесь можно будет поживиться», – усмехнулся я.

Я не ощущал от них никакой опасности. Наоборот, ясно чувствовал их опасение и признание меня хозяином этой территории, и даже несколько большей, так как и соседних хищников я уже укокошил. И местный «люд» признал меня их владетелем.

Пока я раздумывал над этим, пришла мысль, что коль скоро это теперь моя земля, то и следить за ней придётся мне.

Вспомнив о той неаппетитной туше, оставшейся от осьминога, я понял, что от неё нужно избавляться: во-первых, она мне не нравится, а во-вторых, может привлечь внимание каких-нибудь специфических падальщиков, которые на неё позарятся, и ладно, если это будут мелкие и безобидные зверюшки. Но что-то в последнее время мне в это слабо верится. Видимо, в первые дни кто-то умный и могущественный дал мне некоторое время на небольшую адаптацию и привыкание, а теперь лимит везения закончился, и я начал знакомиться с истинными хозяевами этого леса.

Решив, что лишняя шумиха и известность мне ни к чему, я, вздохнув, уже в который раз направился в сторону лесной чащи. Дойдя до места, где лежали останки осьминога, я посмотрел на его громадную тушу и, решив, что вряд ли смогу дотянуть её до края ветки целой, несколькими точными ударами Клыка разделал на несколько частей. Что меня удивило, брезгливость отошла куда-то на второй план, и хотя раньше я разделкой туш никогда не занимался, но больно ловко это у меня получилось сейчас.

Отнеся своё умение к обретённой способности обращения с холодным оружием, я подхватил ближайший лежащий ко мне кусок туши и потянул его к той пропасти, что начиналась от края ветви, благо осьминог не успел доползти до неё всего метров двадцать. Так, по частям, я сбросил тушу в пропасть.

Сейчас, когда уже явно наступил день, внизу не было тумана и угадывалась то ли какая-то грязь, то ли болото. Правда, до него было относительно далеко.

«Может, спуститься потом вниз и поискать хозяина плаща? Ведь ясно чувствую направление, куда нужно идти. На месте его гибели может быть ещё что-то полезное. Правда, надо помнить, что там находится и тот, кто его убил».

Сделав себе такую заметочку на память, пока решил заняться текущими делам. Их и так было море.

Я вспомнил, что не собрал до сих пор так выручившие меня камни, и опять отправился в направлении озера. Там я стал оглядывать поляну, усилив свою способность видеть энергии. Это дало мне возможность достаточно быстро обнаружить все девятнадцать камешков.

Собрав снаряды, я, к своему сожалению, убедился, что свечение многих из них значительно ослабло, но их мощности ещё на один-два броска должно хватить. Я сложил их обратно в карман куртки и посмотрел на чистую, привлекательную и такую манящую водную гладь озера.

«Нужно искупаться и помыться, коль нахожусь здесь», – пришло в мою голову вполне своевременное решение, так как я снова был достаточно сильно изгваздан.

Скинув одежду и аккуратно сложив её на берегу, я забрался в воду и, на каком-то интуитивном уровне погрузившись в неё с головой, провалился в своеобразный медитативный транс.

Три минуты – и я выхожу на берег совершенно обновлённым и здоровым человеком.

«Неплохой это способ отдохнуть и снять усталость», – понял я и решил почаще принимать такие ванны. Тем более я залезал не в само озеро, а в исток ручейка, который тоже на небольшом своём протяжении обладал очищающими свойствами, такими как и вода в озере, а его я замусоривать не хотел.

«Всё-таки мне из него пить, другой воды-то я не нашёл, да и вряд ли найду такую целебную. Хотя, если что, можно путешествовать вдоль отходящей от озера линии энергии. Она может ещё раз где-то к поверхности выйти. А ведь это нормальная идея, если мне нужно будет уходить отсюда куда-то в другое место», – решил я.

Сполоснув одежду, я её, как смог, выжал и ещё влажную натянул на себя. Закончив с помывочно-стиральными процедурами, я вспомнил о своём желании разобраться с пластинами и освежевать и разделать змею, а потому отправился к заводи, которую про себя уже стал именовать мастерской.

Первым делом я хотел заняться змеёй, так как, мне казалось, подумать о пропитании сейчас важнее, чем тратить время на какие-то гипотетические костяные доспехи. Скинув куртку, рубаху и оставшись в одной футболке, я аккуратно надрезал шкуру и осторожно, подгибая её и разрезая удерживающие её волокна, плавно и равномерно стянул змеиную кожу, как чулок, начиная от головы и в сторону раздвоенного хвоста.

Получилось это у меня на удивление легко, и если умение разделывать туши можно было ещё как-то отнести на изучение способности владения клинком, то свежевание змей явно не подпадало под эти навыки.

«Похоже, умений у меня несколько больше, чем до моего пробуждения здесь, или этому я обучился примерно так же, как и владению клинком, но так как этот навык достаточно простой и не требует большой практики, то и изучил его я незаметно для себя», – состроил я такую вполне показавшуюся мне логичной цепочку рассуждений и на этом успокоился.

Я вычистил шкуру с внутренней стороны, положил сушиться в тени ближайшего дерева и занялся разделкой мяса. У змеи оказались очень крепкие рёберные кости, поэтому я постарался аккуратно вырезать её позвоночник, решив, что и рёбра могут в дальнейшем пригодиться.

«Прямо какой-то первобытный охотник», – пошутил я над собой и, рассудив, что, по сути, так оно и есть, продолжил работу.

Отделяя мясо от костей, я обратил внимание на его слабый энергетический фон. Это навело меня на мысль, что мне необходимо развить в себе умение как-то определять различные свойства тех или иных веществ, предметов или жидкостей, которые встречаются на моём пути. Оно мне очень пригодилось бы. А то в текущей ситуации я буду есть это мясо, только доверяясь своей интуиции, но не зная точных его качеств и влияния, которое оно окажет на мой организм, если такое проявится. Хотя наличие энергетического фона уже свидетельствует о каких-то непонятных мне свойствах мяса змеи.

Задумавшись над данной темой, я параллельно не прекращал заниматься продовольственным вопросом: положив промываться вырезанные и очищенные от остатков мяса и сухожилий кости в ручей, я принялся за разделку мяса. Промывать его не стал, так как во мне сидело знание, что от этого оно может быстро испортиться. Пожертвовав остатками рубашки, я сложил в неё нарезанные куски.

Внутренние органы я отнёс в сторонку, сосредоточился и мысленно сказал:

«В этом месте лежит еда. Кого она интересует, подходите и ешьте».

Вернувшись на поляну и осмотревшись, стал решать, что можно сделать с мясом, чтобы оно подольше хранилось? Единственное, что пришло на ум, – это завялить и высушить, тогда срок его хранения смог бы исчисляться месяцами. В моей голове тут же сами собой всплыли знания, как будто они всегда были со мной, что мясо необходимо очистить от всех плёнок, сухожилий и жира, нарезать на тонкие полоски от трёх до пяти сантиметров и вывесить вялиться в прохладное и проветриваемое место, и чем более место будет соответствовать этим требованиям, тем быстрее будет готово мясо.

Я задумался:

«Где я могу здесь найти такое место?»

И сразу почувствовал сильное желание пройтись в определённом направлении вдоль протекающего ручейка.

Проверив расстеленную шкуру и убедившись, что она ещё не высохла, я решил пока и дальше заниматься пропитанием, а потому начал нарезать мясо тонкими ленточками по двадцать сантиметров в длину и три в ширину.

Закончив с заготовкой продукта для вяления, я оставил себе, Рыкуну и Ленивцу на пару приёмов пищи, а остальное снова сложил в рубашку.

«Охраняй», – дал я распоряжение Ленивцу, указав на разложенные предметы.

Сам же, облачившись в куртку и нацепив Клык за спину, кинжал на пояс, а камешки равномерно распределив по карманам куртки, отправился в ощущаемом мной направлении.

Пробирался я недалеко. Отойдя от примечательной запруды на пару десятков метров, я почувствовал жуткий сквозняк. Осмотревшись, понял, что стою в каком-то небольшом ущелье, образовавшемся среди листьев на ветви дерева. Посмотрев направо, я почувствовал, что ветер дует оттуда. Между несколькими переплетёнными и поваленными листьями шёл достаточно большой туннель, в нём царили сумрак, прохлада и ощущалась сильная тяга, которая и создавала непрекращающийся ветер, гуляющий там.

«Как раз то, что мне необходимо», – оглядываясь и решая, куда прицепить края верёвки, которую придётся сделать из многострадальной рубашки, подумал я о найденном месте.

Я вернулся к мясу, переложил его на камень, нарезал лоскутья из рубишки и связал верёвку. Проверив её на прочность и убедившись, что она выдерживает вес предназначенного для сушки мяса, нанизал его. После этого я снова прошёл к ущелью, растянул веревку на нескольких зацепах, вырезанных на ветках, и, проверив, что растяжка сидит достаточно крепко и не обвалится от сильного ветра, оставил мясо вялиться.

«Теперь бы придумать, как сделать так, чтобы его не растащили, пока оно тут висит», – подумал я, обходя место заготовки мяса и осматривая окрестности.

И увидел куст, который рос неподалёку. Он напоминал даже больше не куст, а некий вариант степного перекати-поля, только гораздо более плотный и состоящий из жгутов переплетения ветвей с колючками. Как раз это мне и подходило больше всего в качестве защиты туннеля от несанкционированного вторжения мелких и крупных хищников. Поискав вокруг, я обнаружил второй и третий такие кусты.

Срезав их все, я оттащил эти клубки к туннелю и заткнул двумя из них вход со стороны ручья, а последним выход со стороны леса. Посмотрев на дело своих рук и прикинув, что пробраться через эти кусты не сможет даже Рыкун, я успокоился и отправился обратно к порожку у ручейка.

Подойдя к лужайке, я застал забавную картину. Ленивец и Рыкун топтались друг напротив друга и верещали. Мелкий лесной хищник, по-видимому, пытался прорваться к мясу, оставленному на попечение Ленивца, а тот его отважно защищал, отпихивая лапой мелкого разбойника от лакомых кусочков, но делал это так осторожно, будто обращается с маленьким детёнышем.

Когда и тот и другой увидели меня, оба бросились в мою сторону. Из разрозненного гвалта, порыкивания, попискивания и верещания я выделил две основные мысли.

Рыкун: «Рыкун проснулся. Хочет есть. Там еда. Еда детёныша. Еда Рыкуна. Пришёл. Увидел клатра. Клатр не ест и не пускает Рыкуна. Клатр говорить, что это еда его хозяина».

Ленивец: «Пришёл маленький лесной зверь и хочет съесть припасы хозяина. Я его не пускал. Не прогонял. Так как это зверь хозяина».

Улыбнувшись роящимся в моей голове мыслям животных, я подошёл к оставленному запасу мяса и, взяв один из кусочков, отдал Рыкуну. Подобрав второй, я передал его Ленивцу-клатру со словами:

«Молодец, хорошо охранял, – и, обратившись к ним обоим, сказал: – Мы вместе. Не драться. Помогать друг другу».

На что Ленивец вполне покладисто согласился:

«Я буду присматривать и за маленьким лесным зверем, – и, посмотрев на него, добавил: – Хоть он мне и не нравится».

«Смотри-ка какой! Не нравится ему, видите ли. И ещё странно: Ленивца я понимаю гораздо лучше, чем Рыкуна. Отчего бы это? Уж не от того ли, что структура энергетических линий в области его головы гораздо более сложная, чем у Рыкуна?»

Внимательнее разглядывая того и другого, я обратил внимание, что энергоструктура Ленивца гораздо более насыщенная и плотная, чем у Рыкуна, особенно сложной она была в области головы животного.

«А не означает ли это более высокую ступеньку развития одного относительно другого? Видимо, да. И не означает ли это ко всему прочему, что Ленивец гораздо разумнее, чем хочет казаться. Нужно к нему присмотреться повнимательнее. Интересно, как выглядит структура другого разумного существа, человека или кого-то на него похожего? Чтобы было с чем сравнивать». Я задумчиво посмотрел на своего нового знакомого, открывшегося мне с такой необычной стороны.

Пока я рассуждал, Рыкун тоже отметился в нашем разговоре.

«Стая – это хорошо. Рыкун всегда жил один. Было трудно. Клатр хорошо следить. Лучше Рыкуна или детёныша. Хорошая стая».

Рыкун подошёл к кучке мяса и, выбрав из неё ещё один кусок, отнёс его Ленивцу, признавая его членство в нашей маленькой группе. И я понял, что верещащего гвалта, который несколько минут терзал мои уши, уже больше не будет.

Сам я есть ещё не хотел, хотя времени прошло с предыдущего моего обеда уже достаточно. Поэтому с едой я решил повременить, оставив мясо лежать на камне.

Разрешив вопрос своего пропитания, я перешёл к выделке кожи змеи. Первым делом я проверил, высохла ли она. Убедившись в недостаточности этого, насобирал и наскоблил с коры ветви сухой древесной трухи и засыпал ею внутреннюю сторону просыхающей кожи. По идее, как я понял, она должна была вытянуть остатки влаги из неё. Далее мне останется только хорошенько отскоблить и размять кожу, и всё – это большее, что я мог сделать с нею в настоящих условиях.

Откуда во мне все эти знания, умения и навыки, я перестал задавать себе этот вопрос уже давно, приняв их как данность.

Разложив кожу на земле и натянув её на вбитые в кору колышки, я оставил её просыхать дальше.

И у меня остался последний незадействованный трофей.

Вытянув костяные пластины из воды, я достаточно быстро очистил их до блеска от остатков студенистой массы, что была раньше мясом непонятного осьминога. Пластины были очень крепкие и при этом достаточно лёгкие. Непонятный серый отсвет небольших шипов с наружной их стороны, не дававший мне покоя, всё ещё присутствовал, но он не вызывал у меня никаких опасений.

Рассматривая эти пластинки, вычищенные и блестящие, я понял, что достаточно просто сделать в них по две дырки и кожаными ремешками внахлёст навязать на мою куртку, как она приобретёт вид простейшего доспеха. Правда, куртка в этом случае превратится в решето, но если сделать всё правильно, то вода, по идее, будет стекать по пластинам и не сможет попадать внутрь. Тем более у меня ещё есть плащ, который, судя по виду, от дождя и холода защитит меня ничуть не хуже моей куртки, а возможно, и гораздо лучше.

Решив начать работы, я снял свою пережившую уже несколько сезонов куртку, чтобы сделать из неё лёгкий пластинчатый костяной доспех.

Разложив аккуратно пластины, я с радостью обнаружил, что смогу прикрыть ими не только грудь и спину, но хватит и на рукава, а также на небольшую юбочку, но для неё необходимо будет костяные пластинки просто привязать к поясу.

Осталось только дождаться, пока в достаточной мере высохнет кожа змеи.

Посмотрев вокруг, я обнаружил только сидящего рядом со мной Ленивца, а Рыкун куда-то исчез.

«И где он, интересно, сейчас?» – ощутил я лёгкое чувство беспокойства.

«Зверёк ушёл разведывать новые владения. Я ему рассказал о том, что хозяин убил старых владетелей прилегающих к нам территорий, и он, обрадовавшись, сорвался проверять верхний ярус», – доложил мне Ленивец.

А я поразился связанности его речи, так как даже сам не всегда мог так стройно строить свои предложения.

«Не прост этот маленький пушистик, ох не прост», – подумал я, стараясь закрыть свои мысли от эфемерной возможности их услышать.

Как только у меня в голове возникло такое желание, мне представился некий кокон, образовавшийся вокруг моего тела и постепенно начавший сжиматься до состояния плотной и упругой горошины, поместившейся в моём сознании. И создалось впечатление, что все внешние сигналы попадают внутрь этой горошины, но наружу из неё ровным счётом ничего не выходит.

«Вот, похоже, и ментальная защита получилась», – понял я.

Видеть энергии я хуже при этом не стал, чего подспудно опасался, так как уже достаточно сильно привык к этой своей способности и не знал, как смогу обходиться в дальнейшем без неё. К хорошему, как говорится, быстро привыкают.

Поудивлявшись этим своим новоприобретённым способностям, я развернулся и хотел уже направиться к пластинкам, лежащим у ручья, как мой взгляд наткнулся на оставленную голову змеи.

«А она довольно-таки большая», – оценив её размеры, прикинул я.

В энергетическом плане вся лобная доля и височные части головы виделись мне сплетением тёмно-коричневых, скорее даже бурых линий. В пасти же, наоборот, проглядывали четыре вкрапления жёлто-зелёного цвета.

Подойдя и постучав по лбу змеи рукоятью кинжала, я уверился, что кость очень крепкая и толстая, при этом голова была не слишком тяжёлой, весь основной вес составляли её внутренности.

На глаз оценив размеры верхней части черепа, я понял, что он практически идеально ляжет на мою голову, вот только странный окрас его поля не давал мне покоя. Было какое-то смутное предчувствие, что с этим может оказаться не всё так просто, но опасности от него я всё же не ощущал. Поэтому отказываться от такого практически идеального шлема мне очень не хотелось.

И я поднёс голову к ручейку.

Первым делом я постарался понять, что это были за странные жёлто-зелёные вкрапления. Ими оказались четыре клыка змеи, которые излучали явную угрозу. На них прямо так и читалось – яд. Поэтому, осторожно выломав и выковыряв их из челюсти змеи, я собрал упавшие небольшие клычки лоскутком ткани и, аккуратно завернув в него же, положил в один из многочисленных карманов плаща.

Далее я хотел очистить череп от кожи. Но не тут-то было. Нижняя челюсть и ошмётки отошли очень легко, но с границы, где начиналась бурая энергетическая поверхность поля, на лобной и височной кости черепа, абсолютно ничего не сходило, мне даже поцарапать кожу в этом месте не удалось.

Я оглядел, что же у меня получилось: верхняя часть головы змеи с ноздрями и закрытым глазами. Решив, что в таком виде этот варварский шлем имеет ещё большую силу какой-то дикой ярости и угрозы, я оставил всё как есть.

После того как я закончил с его промыванием и положил сушиться возле шкуры змеи, занятий на ближайшее время у меня не осталось.

Ещё раз осмотревшись и не найдя пока себе новой работы, я аккуратно сложил пластины здесь же у камня, снова надел свою куртку, поверх накинув плащ, и дал распоряжение Ленивцу охранять мои припасы и найденные вещи, а сам отправился снова вдоль по ручью. Мне было интересно посмотреть, что там за территория, да и место, где проходит граница наших новых владений, я отлично чувствовал и не собирался его нарушать.

Продвигаясь от ствола дальше по ветви дерева, я стал замечать возрастающее количество каналов энергии, протекающих снизу вверх, голубого, синего или тёмно-фиолетового цветов. Было также несколько странных тёмных, коричневых и серых нитей. Но меня заинтересовала ясно видимая ало-бордовая нить, идущая, судя по всему, несколько в стороне от ветви дерева. Но я почему-то хотел подойти именно к ней и посмотреть, что же это всё-таки тут такое интересное образовалось.

Подбираясь к краю ветки и видя перед собой обрыв, я заметил, как алая линия уходит вниз и теряется где-то в опять образовавшемся тумане, среди которого угадывались какие-то неясные конструкции.

«Похоже на здания, но не слишком хорошо видно, что это. Вот и ещё одна цель, которую мне бы хотелось посетить», – сделал я себе заметку на будущее.

Поняв, что больше сложно что-либо увидеть, не спустившись, я повторно осмотрелся.

Теперь я решил опять позаниматься собирательством, так как поблизости видел очень много различных разноцветных энергетических вкраплений.

«Интересно, что это? Почему именно с удалением от ствола дерева увеличивается количество различных непонятных артефактов? – подумал я о видимых мной предметах. – Хотя чего думать, сейчас пройдусь и соберу, а со временем, может, и ответ найду».

Побродив немного по округе, я понял, что не все видимые мной предметы лежат на поверхности, первая пара вкраплений оказалась глубоко в коре дерева, и чтобы её вытащить, пришлось бы неплохо потрудиться. Но, не зная, стоят ли эти находки моих усилий, я не стал напрягаться и стараться добраться до них, просто констатировав факт их существования.

«Как же мне пригодилось бы умение распознавать свойства!» – снова закрутилась в моей голове уже однажды озвученная мысль. Это произошло в тот момент, когда я поднял из кучи трухи и веток какой-то камень, отдающий жёлтым цветом в энергетическом видении.

Задумавшись о его возможных свойствах, я абстрагировался от реальности и погрузился в некое состояние транса, стараясь пробиться внутрь его простой структуры. Как оказалось, даже у такого несложного предмета, как обычный камень, она присутствовала, но состояла из линий одного спектра, и, чтобы её увидеть, необходимо было усилить свою способность видения энергетических линий до максимума.

Настроившись на полученную структуру камня и стараясь вникнуть в её суть, я вдруг провалился в какой-то бесконечный колодец из мельтешащих образов. И в этот момент на меня опять накатило такое же состояние, что и тогда, у пещерки, когда я старался добиться хоть каких-то успехов в двуручном бою. Я потерял ощущение времени и пространства, замерев в центре какого-то водоворота и стараясь уцепиться хоть за что-то стабильное и материальное. Долгое время у меня ничего не получалось, всё, на чём останавливалось моё внимание, ускользало от меня и растворялось в том водовороте, что окружал моё сознание.

Но вот случайно мелькнул какой-то яркий луч, и хоть моё внимание всё так же не могло уцепиться за него, он, попав в водоворот, не растворялся в нем, а продолжал держаться на поверхности.

«Это шанс», – догадался я каким-то непонятным образом и стал с маниакальным упорством выискивать этот островок стабильности в окружающем водовороте хаоса, и как только мой взгляд соскальзывал с него, я снова приступал к своему поиску. И хоть я всё так же терял его из виду, но с каждым разом разыскивал этот необычный клочок стабильного света всё быстрее и быстрее, пока цепочка потеря – поиск не превратилась в сплошной поток, со стороны напоминающий единое действие.

И только тогда я смог стойко удерживать взгляд на этом непонятном островке стабильности. А после этого случилось нереальное событие. Хаос водоворота, окружающий меня, приобрёл стабильность и упорядоченность. Я и в нём стал улавливать островки спокойствия и мог без затруднений удерживать их в области своего внимания.

А сам водоворот из сплошной мельтешащей разрозненными структурами стены превратился в гармоничный и предсказуемый хоровод отдельных объектов различной величины.

Как только я осознал это, пришло понимание, что нужно только потянуться к любому из них и он окажется у меня в руках или, если понадобится, объект сам приблизится ко мне. Что это за объекты, я не мог разобраться, но как только осознал свою власть над ними, то моё странное полутрансовое состояние прекратилось. И я, как и в предыдущий раз, повалился на кору дерева. Мышцы совершенно одеревенели и не слушались меня. Постепенно по телу разливалась чувствительность, а вслед за ней приходили боль и судороги.

«Лучше уж было ничего не ощущать», – подумал я, когда моё тело в очередной раз выгнуло дугой от прокатившейся по телу волны боли.

Но всё когда-нибудь кончается, закончилась и моя расплата болью за что-то пока непонятное мне. И сейчас, лежа на спине, я ощущал настоящее блаженство. Но чувству гармонии и счастья, как обычно, помешали.

В этот раз, даже не удивившись возмущённому попискиванию о «глупом детёныше прасве», раздающемуся где-то рядом со мной, я, повернув голову, увидел Рыкуна, сидящего слева от моей головы. Рядом с ним лежали яйца, видимо, какой-то птицы.

Не спрашивая разрешения, я потянулся к одному из них и, разбив кончик найденным камнем, который продолжал сжимать в руке, выпил его. Та же участь постигла и другие шесть штук. Голод, проснувшийся во мне вместе с моим пробуждением, отступил. Стало значительно легче и комфортнее, но ощущалась жуткая жажда.

«Сколько же я был в отключке? – проползла ленивая мысль в моём сознании, на что оно само же достаточно чётко и ответило: – Сорок девять часов».

Осознав цифру, которая была даже больше предыдущего раза, я, собрав силы и не приглядываясь к окружающему миру, потопал в чётко ощущаемом направлении живительного озера, на автомате обходя попадающиеся мне на пути листья. Сделав несколько шагов, я так же, не придав этому значения, отмахнулся Клыком от бросившейся на меня помеси жабы и паука, спустившейся откуда-то сверху, и продолжил путь.

Дойдя до озера и кое-как стянув с себя одежду, по уже заведённой традиции, я повалился в воду, да так и заснул, только положив голову на край берега.

Прошло шесть часов – и я снова полностью обновлённый и здоровый. Энергия так и плещет через край.

Встряхнувшись, посвежевший и полный сил, я вышел на берег. Но у самой кромки воды меня посетила не очень приятная мысль.

«Нужно что-то делать с такими моими выпадениями из реальности. То, что я ещё жив, можно списать только на моё неимоверное везение, но продолжаться вечно оно не будет. А поэтому необходимо что-то придумать».

И тут же, не откладывая в долгий ящик, посчитав это одной из самых первостепенных задач, так как не знаю, когда меня прижмёт в следующий раз, сел у озера и стал размышлять над возникшей у меня проблемой.

«Возникает это состояние, когда изучение тех или иных умений или усвоение знаний требует кардинальных изменений в моём организме. Это бесспорно. Но вот как предугадать, какие всплывающие из моего подсознания знания должны усваиваться и изучаться без каких-то последствий для моего организма и состояния, а что из этого потребует продолжительной работы и внутренних преобразований? – На этой мысли я остановился, но потом всё-таки решил:

– Не может быть такого, чтобы механизм контроля не был предусмотрен. Ведь не один же я попадал в такие ситуации. – И тут я понял, вернее, даже вспомнил, что такой механизм есть, но у меня он почему-то сейчас отключён. – Нужно вернуть его в работу, – пришла вполне здравая мысль, – но как?»

Хотя чего гадать, по сути, до сего момента все мои желания выполнялись, если такая возможность существовала. Так почему не захотеть получить и контроль над этой функцией или процедурой управления?

Решив всё таким образом, я сосредоточился и постарался чётко сформулировать своё пожелание по передаче мне дальнейшего контроля по управлению и развитию того списка умений, что мне достался от неизвестных доброжелателей.

Некоторое время ничего не происходило, и я решил уже, что ничего из этого не вышло, как у меня в мозгу (сознании) загорелся некий слегка тускловатый интерфейс какой-то явно предназначенной для ввода команд или запросов консоли, со своей практической админской точки зрения догадался я.

«Вот мне и выдали инструмент управления, – пришло простое осознание увиденного факта. Только как им пользоваться, остаётся под большим вопросом. – Ну, с работой методом научного тыка я быстро разберусь, – не расстроился я незнакомой форме достаточно сложной консоли, главное, у меня теперь есть возможность для осуществления хоть какого-то контроля того, что происходит со мной, и у меня реально появилась способность управлять этими своими не слишком понятными изменениями. Но кроме этого, ещё одна мысль не давала мне покоя: – Кто дал мне доступ к интерфейсу сейчас?»

Как мысленно я ни задавал себе этот вопрос, ответ на него мной так и не был получен.

Оставив его решение на то время, когда у меня появится больше информации о происходящем как со мной, так и вокруг меня, я постарался хоть приблизительно понять, как работать с выданной мне консолью управления некоего виртуального компьютера. Почему-то именно такое стойкое впечатление у меня создавалось, когда я обращал на неё внимание, – это некий логический аппарат, внедрённый мне в сознание.

«Ясно, что управление мысленное. – Но, сколько я ни пытался направлять вопросы в глубь себя, интерфейс на них так никак и не прореагировал. – Я что-то делаю не так», – в который уже раз я остекленевшим взглядом уставился на гладь озера.

Мне нужно что-то, я стараюсь об этом подумать, и если есть возможность мне это дать, то должно работать – по идее, всё выглядело просто. Но на практике этого не было.

Зациклившись на этой мысли и войдя в некий транс, я впал в какое-то состояние контролируемой медитации и начал пошагово анализировать всю последовательность действий, которые совершал до того, как впадал в то состояние ступора, во время которого во мне происходили нужные изменения и преобразования и после которого проявлялись необходимые знания.

И тут я понял. Основой служило не моё желание что-то узнать или сделать. Основа – это начало совершаемого действия, которое, видимо, и являлось толчком процесса, а уж только потом во мне рождалось понимание того, как и что делать или выполнять.

Так было и с умением работать с кинжалом и Клыком. Или когда метал камни очень своеобразным и нетипичным для меня способом в того осьминога. Так было и когда я попытался воссоздать систему двуручного боя. Это же со мной произошло и в последний раз, когда я постарался определить свойства того жёлтого камешка.

Видимо, аналогичные действия выполнялись мной и во всех предыдущих случаях, но там я не могу этого точно утверждать из-за того, что тогда процесс освоения новых знаний не требовал много времени и проходил на лету.

И тут я почувствовал – вот оно! Именно это и являлось базовым импульсом для изучения новых знаний и овладения новыми умениями. Но главное, я понял, что это не основная функция того интерфейса, что высвечивался у меня в сознании. Это только малая часть его возможностей. И мне жизненно необходимо раскрыть весь его потенциал. И только по какой-то нелепой случайности или ошибке мне неосознанно предоставили к нему полный доступ, и забрать его обратно уже не было никакой возможности. Так как, единожды получив его, я в любой момент мог им воспользоваться, воссоздав его в своём сознании.

«С этим более-менее разобрались, – констатировал я. – Нужно будет попробовать воспользоваться интерфейсом, но что-то прямо сейчас ничего в голову сразу не приходит».

Уже более осмысленно посмотрев на гладь озера, до меня наконец дошло, что я всё ещё сижу на берегу, в одних плавках, с тех пор как, отдохнув, покинул его гостеприимные воды. Именно сейчас я и ощутил жуткий голод и дикие спазмы в желудке. Но, немного оценив своё состояние, понял: пить не хочу. Но вот перекусить, и основательно, я бы не отказался.

В подтверждение моих мыслей живот издал такую руладу, что услышать её, казалось, могли на другом конце леса.

«Мясо змеи, то, что я оставил на берегу у запруды, или съедено, или испортилось, – рассудил я. – Придётся идти смотреть на заготовленные мной запасы».

Рыкун мирно спал, пригревшись на моей куртке. И я, решив, что до места хранения провизии можно дойти и без неё, начал натягивать на себя остальную одежду и только тут обратил внимание на камень, зажатый в руке и отдающий жёлтым отсветом энергии.

«С тебя-то всё и началось, – подумал я. – Но на главный вопрос ответа всё равно нет. Твои свойства для меня так и остались загадкой».

И только я об этом подумал, как в голове у меня возникло определение, одновременно продублированное на консоли интерфейса, правда, несколько странное и, видимо, адаптированное под моё понимание сути предмета:

«Описание: камень, песчаник обыкновенный, имеющий в своей основе ментоактивную структуру.

Свойства структуры: увеличение прочности материала, попадающего под воздействие структуры артефакта на двадцать процентов.

Восполнение энергии артефакта осуществляется оператором из внешнего источника».

Кроме того, после выяснения свойств камешка на консоли интерфейса появился запрос:

«Дополнить базу знаний новым пакетом данных?»

И варианты ответа:

«Да. Нет.

Проводить наполнение базы в автоматическом режиме?»

Вот и ещё одна особенность этого интерфейса. Он служит консолью доступа к некоей базе знаний, дальнейшее наполнение которой может производиться пользователем по мере поступления новой информации.

На инстинктивном уровне опытного пользователя компьютеров различных уровней с многолетним стажем я согласился на заполнение базы знаний в автоматическом режиме. После этого, с некоторым недоумением покрутив головой и свыкаясь с осознанием того, что где-то в моей голове всё-таки поселился небольшой компьютер, я поглядел на камень.

И тут до меня дошёл смысл услышанной фразы.

«Я только что узнал его общие свойства и теперь могу с большей долей вероятности определить, для чего его можно использовать. – И, немного подумав, констатировал: – Значит, увеличение прочности, – прокрутил в уме я полученную информацию. – Как бы это проверить?» И огляделся.

На берегу валялась только старая палка, подобранная мной где-то в лиственном лесу.

«А почему нет?» – решил я и поднял её.

Сломав эту не слишком толстую деревяшку пополам, я постарался запомнить то ощущение усилий, которое приложил для выполнения этого действия.

«Ну и как же поместить остаток палки под воздействие структуры камня?» – задал я себе вопрос и в следующую же секунду увидел интерфейс из моего сознания в действии. Хоть это и не было полноценное обучение, но алгоритм действия, как я понимаю, был общим для всего процесса.

Сначала я краем сознания зафиксировал активацию консоли, затем её наполнение какой-то формой запросов, отправленных на обработку, и через доли мгновений полученный результат в виде блока рассортированной, отфильтрованной и сжатой информации, выданный на выходе.

А в следующее мгновение ответ на заданный самому себе вопрос был уже у меня, и вместе с этим у меня создалось такое впечатление, будто я его всегда знал, а сейчас только освежил свои воспоминания по данной теме. Даже больше: практически мгновенно, как будто выполнял это не одну сотню раз, сделал то, что для этого требовалось. Ножиком вырезал в палке небольшое углубление определённой формы, расположенное по линии прохождения волокон и с трудом видимых энергетических линий, пролегающих внутри древесной структуры, куда и поместил камень, обмотав всё это какой-то непонятной тряпкой, завалявшейся в одном из карманов брюк.

– Начнём второй этап эксперимента, – пробурчал я и повторно решил сломать палку. Но не тут-то было.

Не знаю, что имелось в виду под увеличением прочности на двадцать процентов, о которых было сказано в полученном мной описании, но после того, как я поместил камешек в это деревянное поленце, я не то что его сломать или погнуть не мог, но и ножом поцарапать не получалось. Единственное, что оказало на него какое-то воздействие, – это удар Клыка, уж он-то меня не подвел и разрубил палку с лёгкостью.

В связи с этим напрашивается два вывода: основное свойство определяется или идентифицируется у предмета примерно точно, а вот величина его воздействия полностью не совпадает с реальным результатом. И получается, что за основу взята некая эталонная табличка, относительно которой идёт расчёт, но её значения очень сильно занижены.

И как-то совсем неутешительно выглядит второй вывод из этой теории. Если эту таблицу готовили для какой-то определённой системы или местности, а здесь она очень сильно не соответствует действительности и тем коэффициентам, что в неё должны были быть забиты, то и я оказался далеко не там, куда должен был изначально попасть.

Правда, существовал ещё один вариант, что это я такой особенный: всё работает как надо, но у меня всё получается гораздо лучше. Но в данном случае я никакого непосредственного воздействия не прилагал, так что и эта теория имеет не слишком много шансов на существование.

Я решил, что в принципе для моего положения это не имеет особого значения, только придётся учитывать в несколько раз большую силу воздействия, определённую при идентификации.

Сразу вслед за этими мыслями в моём сознании ожил интерфейс, и я услышал, осознал, увидел заданный им вопрос:

«Косвенно и эмпирически вычисленные свойства объекта не соответствуют данным, полученным экспериментальным путём. Провести соотнесение теоретических и практических результатов исследования?»

И видимо, стал ожидать моего решения. На виртуальной консоли в моём сознании красовался этот вопрос. С чем я, естественно, согласился и получил такой ответ:

«Теоретически полученные результаты исследования имеют величину воздействия в пятнадцать раз меньшую, чем зафиксированный набор параметров при проведении практического эксперимента».

И мгновенно продолжил:

«Принять новый коэффициент за значение по умолчанию при проведении дальнейших операций?»

«Естественно», – подумал я, так как второй результат гораздо больше походил на правду.

И получил ответ:

«Принято к исполнению. Обновить сохранённые данные по последнему объекту исследования?»

«Да», – разрешил я.

На этом моё общение с интерфейсом закончилось, и он опять впал в своё состояние безмятежного ожидания и наблюдения.

Разобравшись с этой особенностью работы виртуальной консоли, я снова обратил внимание на камень. Свечение его, после того как я его вытащил, заметно поубавилось, видимо, от удара Клыком, но не исчезло полностью, что не могло не радовать, а вот остальные мои манипуляции, похоже, не произвели на него никакого влияния. Либо энергии тратится не слишком много, либо она тратится только на сопротивление разрушающему воздействию, чего не наблюдалось до того момента, пока я не вытащил свой «маленький», но острый костяной кинжальчик.

Пока я так размышлял, краем своего восприятия заметил, что часть той информации, которая рождалась в результате моих мыслей, обрабатывается интерфейсом и вносится в уже упомянутую базу знаний. А понял я всё потому, что как только обратил на это внимание, то сразу же мне предстало новое описание свойств жёлтого камня с исправленными данными по его воздействию на материалы и примерными затратами накопленной в нём энергии при его активации и использовании.

Просмотрев и повторно обдумав полученное описание камешка, я хотел положить его в карман куртки, благо Рыкун уже ушёл, но, подняв её, заметил на ней небольшую дырку. И эта маленькая неприятность направила мои мысли в определённую сторону.

«Вот бы собрать ещё десяток таких укрепителей, очень бы они мне пригодились», – задумался я, но понял, что на первое время мне хватит трёх-четырёх, чтобы увеличить прочность моей обуви и, по возможности, брюк, а то как-то не готов я пока рассекать здесь в одежде Адама.

Окрылённый такой идеей, я стал оглядываться, но не заметил поблизости никаких жёлтых вкраплений, видимых в энергетическом спектре. Нужно будет прогуляться дальше вдоль ветви дерева и поискать там, может, найду ещё что-то полезное.

Я вспомнил о камешках, лежащих в кармане куртки, и забытом мной на берегу пере встреченной тут птицы, отдающем голубым цветом, и сообразил, что теперь у меня есть возможность гораздо лучше изучить найденные и освоенные артефакты. Я вынул один из красных рубинов и задумался: а как, собственно, проходит сам процесс идентификации? Что мне для этого нужно?

Вспомнив свой предыдущий опыт и переложив его на текущую ситуацию, я решил, что предмет не обязательно брать в руки, так как это слишком ограничивает возможности опознания, а вот вариант прикосновения или простого внимания к объекту идентификации был бы вполне уместен. Возможно, это как-то связано с пересечением энергетических линий, которое возникает в такие моменты.

Обдумав и построив показавшуюся такой стройной теорию, я прежде всего решил опробовать удалённый способ опознания и поэтому, положив камень, сел от него в паре шагов.

Сосредоточив на нём внимание, я сам себе задал вопрос о его свойствах, но ничего не произошло.

«Что-то не так», – понял я и повторно, по шагам разложил своё предыдущее опознание свойств предмета.

На определённом шаге я вспомнил, что в прошлый раз, перед тем как пришло понимание сути свойств объекта, я увидел его структуру. Поэтому повторение я начал с того, что постарался увидеть хоть и слабую и однородную, но всё-таки присутствующую в камне структуру. А после того как смог точно её выделить на общем фоне, задался вопросом о её свойствах.

И вот в этом случае получил определённый результат, правда, несколько не тот, которого ожидал. Во-первых, я заметил, как снова ожил интерфейс и начал проводить какие-то манипуляции с поступающими данными, а кроме того, чётко зафиксировал момент, когда копия увиденной мной структуры была воспроизведена на консоли интерфейса и передана куда-то на обработку. Во-вторых, получил краткое описание свойств камня.

«Описание: полудрагоценный камень, кристаллическое образование, предположительно агат, имеющий в своей основе ментоактивную структуру.

Свойства структуры: увеличение силы ударного воздействия.

Восполнение энергии артефакта – нет информации».

Странно, но в прошлый раз информации было несколько больше. Но тогда и предмет был у меня в руках. Решив довести эксперимент до конца, я подсел к камню и прикоснулся к нему указательным пальцем. После чего повторил процедуру опознания его свойств. И вот теперь получил именно тот результат, на который рассчитывал.

«Описание: полудрагоценный камень, кристаллическое образование, предположительно агат, имеющий в своей основе ментоактивную структуру.

Свойства структуры: увеличение силы ударного воздействия в девять раз.

Заполнение энергией: двадцать процентов.

Восполнение энергии артефакта осуществляется оператором из внешнего источника».

Поняв основную суть процесса идентификации, я уже просто из академического интереса вынул из кармана куртки самый большой красноватый камень и приступил к его опознанию.

«Описание: полудрагоценный камень, кристаллическое образование, предположительно агат, имеющий в своей основе ментоактивную структуру.

Свойства структуры: увеличение силы ударного воздействия в тридцать два раза.

Заполнение энергией: тридцать семь процентов.

Наличие слабого внутреннего источника энергии. Восполнение энергии артефакта осуществляется из внутреннего источника и оператором из внешнего».

Неплохо, по свойствам этот камень немного отличается от остальных, хотя внешне выделялся только размерами.

«Так, а что у нас тут есть ещё из простого? – Я огляделся. – Хм. Перо птицы. Значит, его и посмотрим».

Повторив и проделав всю процедуру опознания предмета, я получил следующий результат.

«Описание: перьевое оперение неизвестного вида птиц, имеющее в своей основе ментоактивную структуру.

Свойства структуры: уменьшение общего веса объектов, попадающих в сферу воздействия структуры пера, на сто десять процентов.

Заполнение энергией: девяносто шесть процентов.

Восполнение энергии артефакта осуществляется оператором из внешнего источника».

Получается достаточно доступная схема по созданию зачарованных предметов – буду относиться к ним так, – которую я могу реализовать очень легко. Например, чтобы воспользоваться свойствами этого пера, как я понимаю, мне необходимо поместить его в какую-либо сумку, и тогда её вес уменьшится минимум на обещанные сто десять процентов, но, возможно, и на большее значение.

Будет возможность, проверю всё на практике, а пока можно осмотреть то, что у меня есть ещё. К примеру, пояс, у него уже сравнительно сложная структура по отношению к предметам с простой и однородной схемой протекания внутренних энергий, которые я до этого успел опознать.

Приложив руку к поясу, я сосредоточился на нём, увидел его энергетическую проекцию и озадачился вопросом о сути его свойств.

Как только я выделил чёткую структуру, ожил ментоинтерфейс, и мне стало заметно, как на консоли появилась энергетическая модель пояса, которая стала разбиваться на некие составляющие, по каждому из которых идёт определённая работа по идентификации свойств, внесению и наполнению базы знаний. Но кроме всего прочего я заметил, что интерфейс из уже готовой модели структуры пытается получить и другие варианты её реализации или альтернативного использования всех известных типов структур, как по отдельности, так и с помощью объединения их группами в разные составные модели.

Через некоторое время, на несколько минут большее, чем при опознании камней, имеющих в своей основе простую однородную структуру с едиными свойствами, я получил описание свойств пояса.

«Описание: пояс обыкновенный, универсальный. Материал изготовления неизвестен, органического происхождения. Основу ментального тела составляет сплетение девяти различных ментоактивных структур.

Свойства структур: адаптация под владельца, восстановление своей целостности, создание специализированных контейнеров под хранение определённого типа объектов, сокрытие ментальных и физических свойств, помещённых в контейнеры объектов, частичное восстановление и поддержание целостности помещённых в контейнеры объектов, увеличение прочности материала на сто пять процентов, увеличение реакции владельца на внешние раздражители на семьдесят три процента, единичное свойство полного или частичного восстановления физических или ментальных повреждений владельца пояса, используется не чаще одного раза в семьдесят часов, последнее возможно только при индивидуальной привязке к владельцу.

Заполнение энергией: девяносто девять процентов.

Восполнение энергии артефакта осуществляется оператором из внешнего источника».

Так, что имеем. Основную часть свойств пояса я уже выяснил самостоятельно, но есть несколько из названных, чьё описание мне не очень понятно. Вернее, то, что они делают, в общем-то из описания понятно, но как получить доступ к этим свойствам – не менее занятный вопрос, чем просто узнать об их существовании.

Но с этим разберусь несколько позже, а то так и не закончу с тем опознанием предметов, что уже начал.

Следующим «на плаху» лёг плащ. Пройдя ту же очередь операций, что и пояс, мне было выдано описание его свойств. Однако по нему абсолютно ничего нового узнать не удалось, в его описании присутствовало всё то, что мне было известно и до этого, кроме увеличения уровня владения способностью «скрыта» на двадцать два процента.

Ну и последним был мой Клык. С ним оказалось всё гораздо интереснее.

«Описание: костяной малый меч, создан из клыка неизвестного животного. По одной из граней меча располагается стабильная ментоактивная структура.

Свойства структуры: ментоструктура разложения вещества.

Восполнение энергии артефакта не требуется».

Это что за чудовище здесь лазает с такими атомными зубками, которые не просто прокусывают, а полностью разрушают молекулы, составляющие твою сущность? По возможности лучше с ним не встречаться, а ещё надёжнее, если я буду обходить хозяина своего Клыка десятой дорогой или за пару сотен километров.

Осмотрев и проверив свои артефакты, я обратил внимание, что Рыкун давно уже просто сидит и смотрит на меня. Когда я посмотрел на него, он пропищал что-то насчёт того, что он настоящий охотник, а не какой-то там гмых-воспитатель и, пока он будет в лесу, я должен постараться не влипать ни в какие истории. Но если я всё-таки его ослушаюсь, то чтобы не делал из себя совсем мёртвого героя, а звал его разобраться и помочь.

На этом Рыкун закончил свою экспрессивную речь с маханием лапами и спонтанными прыжками на месте, развернулся и направился в сторону леса, но, видимо что-то вспомнив, подошёл к ближайшей лиане и по ней забрался на следующий ярус.

Посмотрев вслед грозному воспитателю, я направился наконец в место заготовки запасов мяса.

Придя к ущелью, я убедился, что всё в порядке и тот, кто пытался штурмовать оставленные мной заслоны, сделал это весьма неудачно, так как на одной из ветвей я заметил капельки буроватой подсохшей крови, всё ещё отдающей зелёным цветом энергии в моём зрении.

Параллельно, практически мгновенно интерфейс постарался провести распознание свойств обнаруженной крови по остаточному энергетическому следу, который я смог зафиксировать. Но многого он узнать не смог.

«Описание: органическое вещество животного происхождения. Основу составляет однородная сложная ментоструктура.

Свойства структуры: с вероятностью семьдесят девять процентов ментоструктура обладает регенерационными свойствами. Для точной идентификации необходим более крупный фрагмент обнаруженной энергетической модели».

Правда, и это сказало мне уже о том, что тут есть какие-то животные, чью кровь, возможно, получится использовать как некое мобильное лекарство от всех болезней.

Запомнив этот факт, я полез в свою заготовочную мастерскую, где сейчас хранился запас моей провизии.

Когда я залез внутрь, то понял, что мясо, оставленное мной, практически готово. Сняв несколько наиболее тонких сухих ломтиков, я попытался разжевать один из них.

«Что ж, покрышка и есть покрышка, но есть всё-таки можно».

Тут пришло понимание, видимо подсказанное интерфейсом, что лучше этот кусок размочить в воде или заварить и тогда он примет свой частичный прежний объём и по вкусу станет значительно приятнее, да и меньше будет напоминать непрожаренную резину.

Повторно заблокировав вход в туннель, я направился к порожку, у которого оставил все свои прежние заготовки и где должен был обитаться Ленивец.

Там я его и нашёл. Он стоял, замерев каменным изваянием посреди поляны, и издавал какие-то странные звуки. Прислушавшись, я уловил чёткий и довольно приятный ритм. Чем-то его покрикивание и одновременное попискивание напоминало птичьи трели.

«Он что, поёт?» – удивился я и продублировал, прокричал эту мысль буквально вслух.

На неё и отреагировал этот лесной исполнитель необычных арий и в ответ сказал мне:

«Просто стоять было скучно, и я решил попытать счастья и познакомиться с кем-нибудь из своего народа, если они есть где-то поблизости. Но никого не было, – с грустью закончил он. – Я давно уже никого не встречал».

А я вынес из его речи совсем другое:

«Его народа. Это не просто Ленивец, это мыслящее существо, хоть и такое необычное».

Но, видимо, ожидая чего-то подобного, я как-то не сильно поразился этой новости. Концерт Ленивца удивил меня намного больше.

«То, что он гораздо разумнее Рыкуна, я сразу заметил, а сейчас выяснилось, что он, возможно, так же разумен, как и некоторые прямоходящие потомки обезьян».

«А где живет твой народ?» – поинтересовался я.

«Не знаю, я с щенячества рос у хозяина. Но он говорил, что здесь, вдали от того места, где мы жили, таких свободных, как я, должно быть очень много. Ведь это моя родина. Правда, до сих пор я не встречал ни одного из них. Но и по-настоящему в самую гущу леса я ещё не попадал. Так, только по его окраине ходил. Там дальше в глубине очень опасно, и я это чувствую».

«Стой, так это только окраина леса?» – появился ещё один важный факт в географии этого мира и понимании того, где я всё-таки оказался.

«Да, на закат через несколько дней полёта будет большая вода, а там лесов и деревьев нет. Вернее, есть на берегу у воды, но они маленькие. Хозяин там и жил. Там много кто живёт, есть и похожие на него или тебя».

«А я похож на хозяина?» В моей голове уже давно сложилась мысль, что владелец найденных мной вещей и хозяин Ленивца относится к моему виду.

«Нет, он был другой, но я видел таких, как и ты. Все они жили в одном большом месте. Там было много разных существ, похожих и не похожих на тебя», – ответил Ленивец.

«Значит, есть как похожие на меня, так и другие», – задумался я над тем, что мне повезло, и люди (или как они себя тут называют?) есть на этой планете, и я не один такой особенный и, если мне улыбнётся удача, не буду выделяться в толпе как белая ворона.

«А другие? Где живут они? Там же, где жил и твой прежний хозяин? – Это тоже интересовало меня не в последнюю очередь. – Как они относятся к таким, как я?»

«Не знаю. Я не выбирался за пределы дома, пока не оказался тут».

«А что вы вообще тут делали?» – проснулся во мне запоздалый интерес нахождения непонятного хозяина и Ленивца именно в этом месте.

«Хозяин искал тут какую-то вещь и говорил, что почти нашёл ее, но потом на нас напал большой и страшный, и хозяина не стало. А я остался здесь, так как рууку, на котором мы прилетели, большой и страшный съел, и я не смог вернуться домой».

«Ах да, забыл, что вы сюда каким-то образом прилетели. Руук – это животное, как я понимаю, предназначенное для полётов?»

«Да. Хозяин его очень любил и говорил, что быстрее его никого нет. Но большой оказался быстрее».

Понятно, значит, на закат несколько дней полёта, это, я так понимаю, месяц-полтора пешего перехода по деревьям.

Зато у меня теперь появилась не просто цель выжить, но и выйти к людям. Ведь, может, там я смогу узнать нечто большее о том, что со мной произошло и почему я оказался здесь.

Решив для себя этот геополитический вопрос таким образом, я неожиданно заметил, какими голодными глазами смотрит Ленивец на те куски сушёного мяса, что были заготовлены и принесены мной.

«Угощайся», – сказал я ему, подавая одну из полосок вяленого мяса.

«Я охранял и не уходил охотиться, – извинился Ленивец. – Хотел попросить поохотиться или поохранять маленького зверя хозяина, но он не появлялся здесь».

«Молодец! Хорошо выполнил поручение. А Рыкун был со мной и охранял мою бездыханную тушку, пока я был без сознания».

Довольный похвалой Ленивец подошёл, аккуратно взял выданный ему кусочек мяса и стал неторопливо его пережёвывать, довольно урча.

Пару кусков мяса я оставил про запас, вдруг у нашего бесстрашного охотника будет не сильно удачный день, и он вернётся обратно пустым и голодным. Тогда ему будет чем заморить червячка.

Угостив Ленивца, я вернулся к прерванному мной занятию по выделке трофеев.

Если честно, я думал, что кожа змеи пересохнет и потеряет свою эластичность, слишком долго она была на просушке, но когда я снял её с растяжек, то оказалось, что она ощущается как совершенно живая и абсолютно новая. Я даже поверил бы, не ожила ли она. Но нет. Качество кожи, даже без дополнительной выделки, которую я и так не мог здесь провести, было на высоте.

Рассмотрев её, я приступил к тому, что хотел из неё сделать. Первое: мне нужны были ремешки на закреплении пластин на моей куртке. Второе: мне нужен был длинный и прочный ремешок для создания кистеня, и ещё один, чтобы сделать приличную рукоять для Клыка. Третье: я хотел сделать себе какой-нибудь вариант заплечной сумы или рюкзака. И последнее: я понимал, что добытая шкурка не бесконечная, но хотел сделать из остатков какое-то подобие штанов или шорт, чтобы надеть их поверх своих не сильно прочных брюк и тем самым увеличить их износостойкость.

А главное, теперь у меня появилось столь много целей, которые я хотел реализовать, что тщательная подготовка моей экипировки к дальнейшим путешествиям не помешает.

Сев на какой-то нарост на коре дерева, я отрезал заготовку для шести максимально длинных ремешков под создание верёвки для крепления гирьки кистеня и плотной обмотки рукояти своего костяного меча. Из них косичкой сплёл два длинных ремешка, каждый порядка двух метров.

У того, что предназначался для кистеня, я сделал с одного края затягивающуюся петлю, ограниченную узелком, чтобы невзначай не перетянуть или не повредить себе руку. А ко второму концу ремешка привязал крупный агат с непонятным отверстием у поверхности. Оружие получилось тяжеловатое. Но на руку наматывалось и пряталось в рукаве куртки идеально. В том, что убойность его будет впечатляющая, я был уверен, но долго ли он прослужит и не сломается, вызывало сомнения.

«Поживём – увидим», – решил я и, отложив кистень в сторону, осторожно вынул из ножен Клык и воткнул его перед собой.

Размотав тряпку на его верхнем конце, я, придерживая его одной рукой, плотно в два ряда обмотал кожаным ремешком рукоять меча. Получилось вполне прилично, рука не соскальзывала, даже если была мокрой и скользкой от пота. Она как будто прилипала к клинку.

«Удобно и смертоносно». Взмахнув приобретшим совершенно другой вид Клыком, я убрал его в ножны.

Ударный труд разбудил во мне аппетит, но я, не желая прерываться, разрезал один из ломтей мяса на кусочки и, закидывая их по одному в рот, продолжил своё занятие.

Далее мне необходимо было нарезать кожаные жгутики в палец толщиной и длиной сантиметров по пятнадцать.

Получив нужное количество кожаных верёвочек, я, сняв куртку, разметил расположение отмытых и просохших пластин на её внешней поверхности. Располагать их я старался так, чтобы пластинки заходили одна на другую. Такой вариант оказался затратным, пластин едва хватало на саму куртку, в результате от задумки сделать ещё и защитную юбку пришлось отказаться. Оставил я только костяную пластину для обеспечения безопасности паховой области, а то не хочется что-то получить чем-нибудь в причинное место. Да и крепилась она здесь достаточно удобно. При этом совершенно не стесняя или не мешая движениям.

Уже навязав все пластины к куртке, я понял, что вес для нее получился достаточно большой и она его может просто не выдержать и разойтись по швам. А поэтому сделал ещё и внутренний каркас, из дополнительных ремешков связав между собой пластины в некое подобие жилета, закреплённого на кожаной сбруе.

Как ни удивительно, получившаяся конструкция оказалась достаточно крепкой. Хоть и не слишком удобной в носке. Под неё следовало надевать кроме футболки что-нибудь ещё, правда, у меня больше ничего не было. Но уже сейчас получился достаточно приличный лёгкий и удобный доспех, не стесняющий движений.

Надев его и попрыгав, я понял, что путешествовать, не снимая его, я смогу достаточно долго, что меня волне устраивало. А вот как он покажет себя в боевых условиях, проверять не сильно хотелось, но, я думаю, мы это рано или поздно узнаем.

Последним из обязательного списка осталось создать рюкзак. Здесь я поступил достаточно просто, разрезав остатки кожи несколько выше раздвоённого хвоста змеи. В итоге у меня получились две большие сумки, к которым требовалось приделать только ручки. Я, по примеру армейского рюкзака, вырезал одну достаточно широкую полосу и, проделав небольшие отверстия в кончике хвоста, связал её концы. Получился вполне вместительный рюкзак, состоящий из двух отделений, чья горловина завязывалась общим шнуром.

Осмотревшись, я понял, что остатка шкуры ну никак не хватит на создание штанин. А вот на лямочку для пращи, о которой я забыл, материала вполне хватит.

Закончив с последним своим оружием и собрав все остатки неиспользованного материала в одно из отделений сумок, я решил облачиться в свой небольшой доспех полностью.

И тут мой взгляд наткнулся на заготовленный в качестве шлема череп змеи, оставленный недалеко от места просушки пластин для изготовления доспеха. О нём я как-то за суматохой забыл. И поэтому только сейчас подумал, что и его нужно тоже приспособить к постоянной эксплуатации. А потому, подойдя к нему, взял его в руки и стал разглядывать.

«Как же организовать крепления для его удержания на моей голове?»

Однако никаких идей не приходило, кроме как проделать два отверстия в районе челюстей. Но именно нарушать его целостность мне почему-то не хотелось. Очень уж странно и органично выглядело то переплетение энергетических линий, что я фиксировал, смотря на него. И главное, интерфейс не смог идентифицировать его свойства, когда я попытался это сделать.

Это был первый раз, когда компьютер (или что там расположилось у меня в голове) дал сбой. Единственное, что я мог сказать, основываясь на подсказках своей интуиции, – этот шлем не будет представлять для меня опасность и окажется несколько необычным, но что это за странные свойства, понять я не смог. А поэтому я пока отложил решение этого вопроса на будущее и убрал шлем в одно из отделений своего нового рюкзака.

Пройдясь по площадке перед ручьем, я вспомнил о промытом скелете змеи и, свернув его, поместил в то же отделение сумки. В другую часть я положил недоеденные куски мяса. После этого, накинув рюкзак на плечи, я попрыгал, соотнеся его вес и удобство при ходьбе, и вспомнил о ещё одном артефакте, найденном недавно, – зеленоватом пере неизвестной птицы, облегчающем вес. Найдя его в одном из карманов куртки, я поместил его в сумку.

И так небольшой вес моего рюкзака стал практически незаметен.

Повторно накинув его на плечи, я удобнее разместил рюкзак за спиной и уже потом поверх надел свой зелёный плащ.

«Ну, вот к походу и приключениям готов», – пришло понимание того, что первый этап моего пребывания в этом мире завершён, и если я не сдвинусь вперёд сам, то мне с этим живенько так помогут.

Поэтому, надев всё своё движимое имущество, я постарался представить, как выгляжу со стороны. И вот что мне пришло в голову.

На тёмной коре дерева посреди сумрачного леса стоит молодой человек, примерно ста восьмидесяти сантиметров роста, одетый в куртку, отливающую белизной костяного панциря, с тёмной рукоятью меча, торчащего из-за плеча, на его поясе висит достаточно большой нож, а вокруг его пояса намотан верёвкой пояс. Всё это укрывает большой плащ тёмно-зелёного цвета.

«Первобытный дикарь» – единственное определение, которое я смог озвучить, взглянув на себя со стороны.

Ну что ж, спать я пока не хочу. Перекусить успел. Попью воды и пойду поищу камни нужного мне цвета для придания предметам тех свойств, которые мне необходимы. Может, повезёт и встречу ещё что-то полезное. А завтра постараюсь найти место гибели бывшего владельца плаща и пояса, посмотрю, что же произошло и можно ли чем-то там поживиться.

На этой жизнеутверждающей ноте я развернулся и пошёл в противоположную сторону от ствола дерева, туда, где я в прошлый раз видел россыпи энергетических вкраплений.

А вслед уходящему человеку глядело две пары глаз, Ленивца и Рыкуна.

«Рыкун хороший учитель. Детёныш быстро растёт, – смотря на мелькнувшую среди листьев тень, подумал небольшой лесной хищник. – Даже я так незаметно не двигаюсь. И охотник он хороший, весь в меня. – Гордый своим воспитанником Рыкун посмотрел на сверкнувшие среди листвы справа от него глаза клатра. – И этот уже здесь…» – подумал он и, недовольно что-то проверещав, скрылся за стволом дерева.

Мысли второго существа (уж точно не животного) были более напряжённы. Он пытался понять, подходит ли встреченный разумный под ту миссию, что возложил на Ленивца прежний хозяин.

Хотя странным было уже то, что тут вообще Ленивцу удалось кого-то встретить. Он не верил, что сможет здесь выжить сам и уж тем более выполнить поручение хозяина.

Но тут он наткнулся на этого разумного, который, казалось, совершенно не опасается окружающего леса, как бы стараясь вписаться и вжиться в него. И у него это прекрасно получается. За их недолгое знакомство Ленивец сам был свидетелем того, что этот разумный не так беззащитен, как показался ему в первый момент их встречи.

Но он никак не мог разобраться в своём отношении к встреченному. Разумный не знал абсолютно ничего о нём, и поэтому Ленивцу было достаточно просто действовать, так как разумный совершенно его не опасался, хотя многие другие встреченные им поступали совсем наоборот.

Этот странный разумный вообще мало чего боялся, например, поселился в одной пещере с Рыкуном или ходил спокойно по территории ползучего млата, которого потом, правда, сам и убил. И ещё много непонятного замечал Ленивец: то, как этот разумный находил и точно определял места и потоки силы или заряженные магией предметы. Как он это делал, Ленивец не знал. Но это говорило о том, что в нём есть дар и талант, только какой, оставалось под вопросом. И это не могло не обнадёживать.

Но главному условию пока этот встреченный не соответствовал. Ленивец не раз пытался подтолкнуть и раскрыть это направление в развитии разумного, но у него ничего не получалось. И это было странно, так как мыслеречью разумный владел, иначе они не могли бы общаться.

И вот однажды, когда Ленивец случайно от отчаяния раскрылся гораздо больше, чем хотел, произошло то, чего он ждал. Но и тут этот разумный повёл себя по-своему.

Первоначально Ленивец мог легко читать его мысли и поэтому был в курсе желаний разумного, но с недавних пор разумный научился закрывать свои мысли так, что лучший маг факультета разума Академии магии из племени малых корнолов не мог пробиться к ним. Однако уже только это говорило о том, что разумный как раз то, что ему было нужно.

Ленивец нашёл наследника для своего погибшего хозяина.

Глава 4

Сбор артефактов прошёл более чем удачно. Хотя полудрагоценными камнями не был устлан каждый мой шаг, но я насобирал их достаточное количество. Тем более мне попались не только камни, но и ещё пара интересных и полезных артефактов.

Начал я с того, что решил идти вдоль ручья и обследовать ближайшие территории наших новых охотничьих угодий, хозяином которых я, по всей видимости, стал.

Пройдя вдоль ветви до новой границы наших с Рыкуном владений и обратно, я нашёл несколько типов камешков, которые в основном, похоже, и встречались в этой местности.

Зайдя немного дальше вдоль ручейка, чем в предыдущий раз, я подобрал ещё пару агатов, с которыми мне примерно всё было ясно ещё из той, первой партии, ничего нового опознание не показало.

Да и энергетическая структура внутри камней была похожа на предыдущую. Раньше я этого не замечал или не мог рассмотреть, не знаю, но, видимо, сейчас, когда к работе подключался компьютер, или что там в моём сознании, вполне отчётливо мог разобрать каждый её элемент. Поэтому я могу с большой долей вероятности утверждать об их идентичности или, по крайней мере, очень большой схожести. Тем более это подтверждалось выводами, сделанными интерфейсом, когда он предложил классифицировать схожие артефакты как элементы одной более крупной группы, что значительно упрощало как саму идентификацию, так и время её проведения. В этом случае требовалось проводить анализ не всей структуры объекта, а только тех её элементов, которые имели какие-то свои индивидуальные черты и выбивались из обобщённых для всей группы параметров и условий идентификации.

«По всей видимости, мой дар видения энергетических структур мира постепенно развивается, – сделал я вывод, – и не последнюю роль в этом играет доступ к этому странному виртуальному компьютеру, расположившемуся у меня в голове».

Подобрав агаты и распихав их по карманам куртки и плаща таким образом, чтобы было удобно и я мог быстро их вытащить и воспользоваться в случае надобности (как об этом я раньше не подумал?), я от границы развернулся назад и отправился обследовать правый берег ручья.

Везение меня не покинуло, и по пути мне встретилась целая россыпь из песчаника, среди которой нашлось семь камней, отдающих жёлтым цветом в энергетическом спектре. Это было как раз то, что нужно для укрепления основных моих вещей, чем я сразу воспользовался, занявшись модернизацией моей одежды, так как её сохранность в последнее время стала меня достаточно сильно беспокоить.

Усевшись тут же на кору дерева, я аккуратно вставил камни в свои башмаки. Хорошо, что я был в обычных туристических бутсах на шнуровке (по нашему городку в дождливую погоду они или резиновые сапоги – лучший вид сезонной обуви), в которых имелись специальные маленькие кармашки поверху голенища, вот ими я и воспользовался. Ещё по два камешка я положил в карманы брюк, куртки и плаща. Последнюю пару поместил в два отделения рюкзака. Таким образом моя экипировка была полностью зачарована и укреплена, что подтвердил и процесс опознания одежды. До этого я попробовал тот же способ опознания использовать и на своих обычных вещах, но он почему-то не сработал. Подозреваю, что отсутствие внутренней энергетической структуры сильно влияет на возможность проведения идентификации и выявления свойств предмета. Но после того, как я поместил в свою одежду камни, в ней появилась хоть и еле просматриваемая, но чёткая структура энергетических линий.

Я решил проверить экипировку ещё раз и не прогадал, теперь у меня была кое-какая информация и о ней.

По сути, вся одежда определилась как зачарованные предметы первого и второго уровней. Видимо, моё подсознание таким образом пыталось адаптировать для меня ту информацию, что получалось извлекать при опознании предметов. Хотя, что странно, при идентификации того же плаща или пояса она предоставлялась несколько в ином виде.

«Может, это потому, что там энергетическая структура своя собственная, а тут заимствованная», – сделал я простой вывод.

Но факт остаётся фактом, и поэтому я получил примерно такое описание для обуви и брюк.

Штаны.

«Описание: зачарованный предмет второго уровня, имеющий в своей основе ментоактивную структуру.

Свойства структуры: увеличение прочности + 2.

Заполнение энергией: девяносто девять процентов.

Восполнение энергии зачарованного предмета осуществляется оператором из внешнего источника».

Для ботинок отличие описания состояло в том, что это были предметы первого уровня и увеличение прочности – + 1.

С рюкзаком же было несколько сложнее.

«Описание: зачарованный предмет второго уровня, имеющий в своей основе смешанную ментоактивную структуру.

Свойства структуры: увеличение прочности + 2, уменьшение веса переносимых предметов на сто десять процентов.

Заполнение энергией: девяносто семь процентов.

Восполнение энергии зачарованного предмета осуществляется оператором из внешнего источника».

В описании же свойств плаща появилась фраза, что это зачарованный предмет второго уровня, и добавилась дополнительная ментоструктура со свойством – увеличение прочности + 2.

Самое же необычное описание мне досталось, когда я проверял свою куртку-доспех.

«Описание: зачарованный предмет третьего уровня, имеющий в своей основе сложную неоднородную смешанную ментоактивную структуру.

Свойства структуры: увеличение прочности + 2 (постоянное свойство). Создание ментополя, вызывающего сильное чувство страха и ужаса, создание морока плотного туманного облака, скрытие носителя при активации морока (доступно при активации). Ослабление (на десять процентов) и отражение (сорок семь процентов) направленного ментального и физического воздействия в обратную сторону (постоянное свойство). Поглощение и передача энергии (пять процентов) по внутреннему каналу в собственный накопитель оператора (постоянное свойство). Необходимо провести процедуру привязки для инициации свойств составного артефакта. Активация производится по ментальному сигналу.

Заполнение энергией: общее заполнение – семь процентов.

Восполнение энергии зачарованного предмета осуществляется оператором при непосредственном контакте из собственного источника. При инициации возможна жёсткая привязка с образованием внутреннего канала передачи энергии».

Что-то больно сложное. И все эти свойства, по сути, достались куртке от костяных пластин. Понять бы, как провести активацию и привязку, и вообще было бы замечательно.

В этот момент ожил интерфейс, и я понял, что активацию нужно проводить, когда объект заполнен энергией полностью. Далее в объекте необходимо выделить его собственную ментоструктуру и провести максимально возможное слияние и переплетение энергетической структуры объекта привязки и оператора. И чем плотнее и однороднее получится новое плетение, тем более плотная будет привязка, и тем большее количество свойств отойдёт владельцу, и тем меньше будет потерь энергии при активации и работе артефакта.

При этом с большой долей вероятности как объект, так и оператор могут приобрести новые свойства и способности, вызванные изменением личной ментальной системы и собственным током энергетических линий.

Нужно будет зарядить все свои артефакты полностью энергией. Видимо, это можно сделать аналогично тому, как я сам тогда подпитался из фиолетового канала энергии, что проходит у ствола дерева.

Обдумав полученные сведения, я удовлетворённо хмыкнул:

«Неплохого осьминога я завалил, полезного. Вернее, даже не я. Змейка молодец, всю основную работу сделала. Кстати, может, и череп змеи повторно попробовать опознать? Вдруг сейчас больше информации будет?»

И как ни странно, кое-что у меня получилось.

«Описание: зачарованный предмет седьмого уровня, имеющий в своей основе сложную неоднородную смешанную ментоактивную структуру.

Свойства структуры: неизвестны. Необходима инициация и привязка.

Заполнение энергией: два процента.

Способ восполнения энергии в артефакте неизвестен».

Ну, это уже кое-что. До этого было вообще ничего не известно, ни что это такое, ни с чем его едят. А сейчас я понял, что череп змеи – один из самых мощных артефактов, которые я пока нашёл.

Вероятно, если его заполнить энергией, то я смогу получить больше информации о нём. Правда, странная фраза о неизвестном способе её восполнения меня несколько смутила, но попробую стандартный вариант, о котором уже думал, а если не получится, буду соображать дальше.

Однако при всём при этом мне следовало учесть ещё и тот факт, что с определением параметров воздействия, которое оказывали активные ментоструктуры артефактов на предметы, не всё так просто и они могут быть неверны. Поэтому надо не забыть, что реальные изменения могут оказаться несколько больше, хотя в принципе по своему воздействию не должны сильно отличаться от идентифицированных свойств объектов. В чём я уже несколько раз убеждался, к примеру, при эксперименте с тем жёлтым камнем и палкой.

Но главное, у меня хоть что-то получилось, и я этому был рад.

«Посмотрим, насколько это удлинит срок службы всей экипировки в целом и каждого предмета по отдельности. Или вообще как это будет работать в жизни и будет ли работать вообще, – осмыслив полученные сведения и результаты своих исследований, подумал я, – а то в таких условиях, когда неизвестно, смогу ли я найти замену своей одежде в ближайшее время и прочей экипировке, все вещи приобретают особую ценность. А знание сущности и свойств вещей становится принципиально важным аспектом их использования».

Такие простые дела и факты, а как сильно они влияют на мироощущение.

Как-то только после этих своих экспериментов с созданием зачарованных предметов, получивших хоть какую-то внутреннюю структуру при помощи манипуляций, проведённых мной с камнями, я стал верить в магию, ту магию, что ощущается вокруг.

Хотя она окружала меня с момента моего появления здесь, но проходила мимо моего сознания. Пользуясь ею, я воспринимал её как должное, как часть этого мира, где оказался. Появилась и появилась. И только теперь понял, что владею и управляю ею и, главное, что у меня есть определённые способности к магии – хотя раньше во мне ничего подобного не было, – и они могут помочь мне выжить здесь.

«Теперь необходимо разобраться с их развитием и с тем, как ими пользоваться осознанно», – пришла здравая мысль в мою голову.

После небольшого отдыха, который получился у меня, пока я модернизировал свою экипировку и размышлял над свойствами предметов, я поднялся и направился в сторону ствола дерева, сориентировался там по направлению течения ручья и пошёл исследовать левый его берег.

По пути я нашёл несколько неизвестных мне камешков, видимых в энергетическом плане как вкрапления голубого, зелёного и практически чёрного цветов (хотя на самом деле последний камень в реальности больше походил на прозрачный стеклянный шар). Собирая их, я сразу определял их свойства.

Про зелёный я понял, что это камень лечения.

«Описание: драгоценный камень, кристаллическое образование, предположительно изумруд, имеющий в своей основе ментоактивную структуру.

Свойства структуры: увеличение скорости регенерации органических и неорганических объектов, попавших в сферу действия поля камня. Радиус действия поля – сорок сантиметров.

Заполнение энергией: девяносто девять процентов.

Восполнение энергии артефакта осуществляется оператором из внешнего источника».

Значит, камень не просто необходимо носить с собой, а приложить к повреждённому участку, и тогда можно будет наблюдать эффект ускоренного выздоровления.

Единственное, мне не очень понятно о регенерации неживых предметов, но будет случай – проверю на практике.

«Неужели может восстановить сломанный меч, к примеру?» – стало интересно мне. Но я переборол своё желание тут же поэкспериментировать с этим полезным камнем, оставив это дело на действительно необходимый случай. Правда, всё-таки не удержался и для интереса поприкладовал его к различным участкам на теле, но, к своему разочарованию, не заметил никаких особых изменений и убрал его в свою сумку.

Голубой камень оказался неким аналогам фильтра.

«Описание: драгоценный камень, кристаллическое образование, предположительно сапфир, имеющий в своей основе ментоактивную структуру.

Свойства структуры: абсорбция и выведение вредных веществ из любой жидкости, попавшей в его поле действия.

Заполнение энергией: сорок два процента.

Восполнение энергии артефакта осуществляется оператором из внешнего источника».

«Полезно, теперь можно не опасаться за то, что пьёшь, так как есть такой нужный камень, который умеет очищать воду от всяких гадостей и примесей, пей хоть из лужи. С ним не страшно и путешествовать. Но неплохо бы проверить эти выводы».

Обдумав таким образом сферу применения этой находки, я также убрал её в свою новую заплечную сумку, решив, что его действие в любом случае придётся проверять, чтобы быть уверенным в его работе на все сто процентов.

Последним я постарался опознать прозрачный небольшой шарик, видимый в энергетическом спектре миниатюрной копией чёрной дыры, притягивающей взгляд и заманивающей в свою непонятную и непознаваемую суть.

«Описание: кристаллическое образование, неизвестный материал. Внутренняя ментоструктура не просматривается.

Свойства структуры: неизвестны.

Общие свойства: предположительно по признаку поглощения энергии артефакт является разновидностью накопителя (аккумулятора) ментоэнергии.

Степень заполнения энергией: неизвестна.

Наполнение энергией осуществляется самостоятельно».

Да, совершенно непонятный артефакт со смутным определением свойств. Именно на нём интерфейс запнулся на продолжительное время. Я уже думал, что он вообще по нему не сможет сообщить ничего полезного. Но всё-таки какую-то информацию из модели его структуры компьютер смог извлечь. И это было вторым случаем, когда мой виртуальный помощник оказался бессилен перед найденными артефактами.

«А я уже уверился в непогрешимости и абсолютном эмпирическом знании своего метода опознания и виртуального интерфейса, – про себя прокомментировал я сей не слишком утешительный факт. – Но это всё равно лучше, чем ничего, – сделал я вывод и успокоился. – Буду пользоваться тем, что есть».

На одном из листьев-деревьев я приметил несколько голубых вкраплений. Залезть на него оказалось гораздо проще, чем казалось, и, вскарабкавшись, я снял застрявшие там пёрышки, целых четыре штуки.

У ручья мне встретилось несколько необычных цветков, растущих на каком-то вьюнке, отдающем зелёным цветом, но их я трогать не стал, хотя понял уже, что они помогают снять усталость или даже излечить повреждения малой степени тяжести.

Но срезал странную лиану, которая отдавала тёмно-фиолетовым и зелёным цветами и обладала замечательными свойствами. Она не рвалась, выдерживала нереально большой вес. И главное, после того, как я её срезал, она стала меня слушаться, вернее, выполнять простые команды, к примеру «зацепись там-то» или «свернись в моток», к тому же места она стала занимать гораздо меньше, чем пока висела. Эта находка меня очень обрадовала, ведь верёвка даёт гораздо больше возможностей в мобильности, теперь я смогу перемещаться вверх или вниз не только по стволу дерева, но и там, где достанет лиана.

В общем, своё обследование близлежащих территорий я посчитал вполне удавшимся и со спокойной душой направился обратно к дуплу в стволе дерева, по дороге завернув к озеру, где напился и съел ещё один ломоть вяленого мяса.

На берегу меня поджидал Ленивец, который при моём приближении почему-то очень подозрительно посмотрел в мою сторону.

«Ну что, пойдём, я на ночь собираюсь устраиваться», – сообщил я Ленивцу, так как хотел привлечь его к охранным функциям, с которыми он, по-моему, уже один раз справился и, думаю, не откажется выполнять их и в дальнейшем.

«Хорошо, – согласился он и пошёл за мной, но почему-то на некотором расстоянии. – Как поиск?» – вдруг спросил он.

«Да так, – уклончиво ответил я, уж больно он непонятным „товарищем” оказался, – нашёл несколько полезных вещичек».

«Змеиный стебель тоже результат поиска?» – уточнило это необычное существо.

«Что?» – не сразу дошёл до меня смысл вопроса.

«То, что обмотано у тебя вокруг тела», – пояснил он.

Я сначала подумал о праще, но неожиданно понял, что Ленивец говорит о странном стебле, который я перестал чувствовать на своём теле уже довольно давно, и напоминанием о нём был только сам факт того, что я его намотал себе на пояс.

«Да, нашёл», – подтвердил я, не понимая, к чему он клонит.

Ленивец немного подумал о чём-то и сказал:

«Это очень редкое растение, даже, скорее, некое полуразумное живое существо, его трудно найти. Оно очень ценится в том месте, откуда пришёл мой хозяин. Но я никогда не видел, чтобы его переносили таким странным образом».

Он обошёл меня по достаточно большой дуге, всё ещё опасливо рассматривая лиану. А меня посетила одна запоздалая мысль. Хотя я сам и не чувствовал опасности, которая может грозить мне от этого змеиного стебля, но, судя по реакции Ленивца, он является довольно-таки опасным предметом, если его, даже когда тот, казалось бы, мирно покоится на моём поясе, обходят стороной за несколько метров.

Когда мы подошли к дуплу, у его входа нас встретил радостный визг Рыкуна.

«Рыкун давно ждал! Рыкуну понравилась еда, которую дал детёныш. Я принёс ещё мяса. Сделай такую еду», – пропищал он.

«Не получится. Её долго делать, – ответил я, но, заметив, как расстроился маленький охотник, добавил: – Но я припас для тебя и Ленивца пару кусочков, сейчас достану».

Я сел у ствола дерева и полез в свою сумку.

Как-то так получилось, что, пока я гулял по окрестностям, мясо, взятое про запас, завалилось в самую глубь одного из карманов сумки, а сверху его накрыли мои находки, хотя их было не так и много. Но для того чтобы его вытащить, мне пришлось сначала извлечь на свет божий скелет змеи, потом её череп, найденные камни, и только потом я вынул последние три полоски мяса.

Подняв глаза, я замер в удивлении.

«Он точно разумнее всех остальных, кого я встречал, возможно, и меня самого», – подумал я, смотря на Ленивца, который спешно лапой выводил какие-то непонятные руны между мной и им.

Что самое странное, руны, после того как это необычное существо заканчивало рисовать их, проявлялись на поверхности ветви дерева и начинали сверкать в энергетическом плане коричневым цветом, который стекал из лапы Ленивца в изображённый символ.

Совершенно не ощущая опасности, исходящей от Ленивца или действий, им проводимых, я решил дождаться окончания этого приступа экзерцизма или рунной магии (с ходу и не определишь, но изгонять, похоже, собираются меня). И поэтому, не отвлекая нашего странного знакомца, протянул так и зажатые в моей руке ломти мяса сидящему рядом со мной Рыкуну, так же с любопытством наблюдающему за проводимым Ленивцем действом.

«Он совсем болен», – пришла озабоченная мысль от маленького охотника.

«Нет, не думаю», – ответил ему я.

«Ну, тогда, если ему помощь не нужна, я пошёл спать».

Рыкун хотел было направиться в свою норку у входа в дупло, когда вспомнил, зачем он ждал меня тут:

«Рыкун стареет, Рыкун забыл про хорошую еду», – и, метнувшись куда-то в сторону, скрылся за стволом дерева.

Через пару минут зверёк притащил кого-то, отдалённо напоминающего нашего зайца, но с внушительной зубастой пастью на немного удлинённой морде. Что самое любопытное, этот небольшой монстр был раза в три-четыре больше Рыкуна, и как он его убил, а потом дотащил сюда, было для меня полной загадкой.

«Вот еда, очень хорошая и редкая, но Рыкун молодец, он её поймал и убил. Долго охотился, еда чуть не съела его, но Рыкун оказался хитрее, – доложил Рыкун. – Сделай её вкусной, как ту, что ты мне дал», – и, посчитав свою миссию выполненной, отправился спать.

Проводив взглядом храброго грызуна, я вновь посмотрел на Ленивца, планомерно расписывающего рунами разложенные на поверхности предметы, а заодно и меня вместе с ними. Понимая, что нужно дождаться завершения странных действий Ленивца, я решил скоротать время за подготовкой мяса к вялению. Поэтому приступил к привычному для каждого первобытного и не очень охотника делу – разделке добычи.

Освежевав и осмотрев внутренности этого собакозайца, я заметил, что часть его органов светится фиолетовым и зелёным цветами, а два самых больших клыка уходят в грязно-бурую палитру цветов. То, что органы полностью безопасны, я понял сразу и поэтому смело вытащил их из этого зубастика. Но при взгляде на его клыки возникало стойкое ощущение угрозы, и поэтому прикасаться к ним голыми руками мне не позволило чувство самосохранения. Поэтому, аккуратно выломав сразу всю челюсть, я разложил всё извлечённое на шкуре животного и первым делом постарался исследовать опасные предметы.

Почему же меня так насторожили клыки этого животного?

«Описание: костная органическая структура. Наличие сильного ментополя. Наличие внутренней ментоструктуры.

Свойства структуры: нейропаралитическое воздействие.

Свойства поля: в зависимости от длительности воздействия меняется и степень воздействия поля, от паралича на тридцать – сорок минут до летального исхода.

Общие свойства: воздействие начинается при тактильном контакте с полем артефакта, радиус воздействия поля – два сантиметра.

Заполнение энергией: тринадцать процентов.

Наполнение энергией осуществляется оператором из внутреннего источника».

Осмотрев разложенные на шкурке зубки этого хищника, я подумал:

«Ничего себе зайчики тут ходят, что же за волки тогда должны на них охотиться? Правда, один из этих „волков” пару минут назад спать ушёл, так что здесь могут быть вполне необычные волки и другие хищники», – решил я и пододвинул к себе отдающий зеленью энергетических линий орган, по-видимому, печень этого существа.

Ожидая уже достаточно предсказуемого результата – пояснения о ещё одном лекарственном препарате, я опять ошибся, и довольно сильно. Хотя направленность моих мыслей была в верном направлении.

«Описание: белковая органика. Структура ДНК имеет отличное от стандартной строение. Состоит из двадцати девяти аминокислот. Наличие внутренней ментоструктуры.

Свойства структуры: природный преобразователь и катализатор.

Общие свойства: при использовании артефакта происходит преобразование и развитие под определённые параметры внутренней ментальной структуры подвергшегося воздействию объекта.

Параметр воздействия: способность клеточной регенерации. Прогнозируемое ускорение регенерации на восемнадцать процентов».

«Это что, интересно, такое? – озадачился я. – Получается, что если я эту штуку использую, то моя регенерация ускорится? А использовать её я вижу только одним способом – съесть, другого с ходу что-то не придумывается».

Постаравшись разглядеть в этом невзрачном кусочке плоти, который сейчас лежал передо мной, те блага, что обещало мне умение опознания, интерфейс и молчащая интуиция, я понял: данный кусочек мяса никакого эстетического или психологического отторжения у меня не вызывает. А поэтому съесть его сырым для меня сейчас не составляло абсолютно никакой проблемы. Тем более моя интуиция на опасность от всей этой процедуры не указывала.

Последним моего внимания удостоился какой-то непонятный орган, располагавшийся, пока не был мной извлечён, рядом с сердцем животного, – у наших земных животных, насколько помню анатомию, таких аналогов я что-то не видел, и напоминал он некий полураспустившийся бутон. Его фиолетовый цвет в энергетическом спектре был похож на цвет той первой линии (потока) энергии, куда я засунул руку и от которой первый раз зарядился. Поэтому я спроецировал те свои ощущения на этот цвет спектра и постарался угадать, что же это такое.

«Описание: белковая органика. Структура ДНК имеет отличное от стандартной строение. Состоит из двадцати девяти аминокислот. Наличие внутренней ментоструктуры.

Свойства структуры: природный преобразователь и катализатор.

Общие свойства: при использовании артефакта происходит преобразование и развитие под определённые параметры внутренней ментальной структуры подвергшегося воздействию объекта.

Параметр воздействия: перестроение синоптических связей. Прогнозируемое ускорение прохождения сигнала по нейронным нитям до шестидесяти двух процентов».

Обдумав полученное определение, я пришёл к единственному выводу:

«Буду быстрее думать или что-то около того, может, реакция ускорится. Тоже неплохой бонус».

Как же быть: сейчас употребить эти два лакомых кусочка или оставить на потом? Вот в чём вопрос. Ведь ясно чувствую, что это затягивать нельзя, ливер может испортиться, хотя если поместить его в карманы плаща, то должен сохраниться подольше. С другой стороны, предполагаемые глобальные изменения в организме не могут пройти тихо и спокойно, особенно если они достаточно быстрые, ну, по крайней мере, мне так кажется, правда, по длительности прохождения процедур нигде ничего сказано не было, но я в этом вопросе доверюсь своему предчувствию. Трясти меня, даже если подумать логически, должно вполне прилично, и сейчас я к этому не готов.

Однако интуиция упорно говорила, что если я не хочу упустить такую возможность, то надо использовать эти органы немедленно. Поэтому, доверившись ей, я выбрал сначала то, что напоминало обычную печень, и съел. По вкусу орган, кстати, печень и напоминал, и что самое странное, уже хорошо прожаренную, даже вкуса крови почему-то не чувствовалось. Неудивительно, что неприятных ощущений её употребление не вызвало.

Подождав немного и не почувствовав в себе никаких ощутимых изменений, я взял второй орган – преобразователь. Он по вкусу напоминал уже какой-то десерт, а не мясное блюдо. Но тоже достаточно вкусный, мне даже понравилось.

«И почему это я никогда раньше мясо сырым не ел? Скорее всего, это только некоторые особенные вкусняшки, которые можно встретить у необычных зверей или существ, – посетила меня мысль, – ведь мясо змеи или та рыба, что я ел на берегу озера, хотя и достаточно вкусные, но ничего необычного в них не было. А значит, в будущем нужно будет смотреть внимательнее на предметы охоты, может, ещё что любопытное и необычное попадётся, а то вон, когда разделывал змею, ливер и не подумал проверить».

Съев органы, которые представляли собой стимуляторы развития и преобразователи способностей, что были обнаружены мной в животном, я не ощутил никаких сиюминутных изменений в себе и потому, немного успокоившись, решил обратить внимание на происходящее вокруг и, наконец, понять, что же делает Ленивец и вообще кто он такой и что здесь происходит.

А тот как раз дорисовал торопливыми, но отточенными, казалось, многолетней практикой и выверенными движениями последнюю руну, которая замкнула круг, и теперь обходит творение своих лап, внимательно его осматривая. Похоже, момент поговорить с ним серьёзно вполне подходящий, тем более он уже раскрылся этими своими нетипичными для простого животного действиями дальше некуда.

Вглядевшись в наскальное, вернее, напольное творение Ленивца, я увидел, что созданная им энергетическая структура напоминает некую виртуальную мелкоячеистую трубу. От каждой руны отходила своя энергетическая нить, они переплетались друг с другом, создавая единую и достаточно элегантную систему, стоящую своим основанием как раз по внутренней стороне окружности, образованной нанесёнными символами, центром которой являлось место моего расположения.

«Забавную структуру он создал. Теперь ему многое придётся объяснить», – подумал я, смотря на Ленивца.

«Так, может, расскажешь, что ты делаешь, вернее, сделал?» – спросил я у него для начала.

«Рисую защитный круг седьмого уровня», – ответил он.

Общий смысл этого словосочетания хотя и был понятен, но от меня почему-то ускользала его текущая практическая реализация. Какой круг? Защита от чего или от кого? Как он его построил? Что он будет делать, когда заработает? Какова реализация принципов его работы? Родилось сразу множество вопросов, на которые мне захотелось получить ответы, и всё это от другого вопроса, который, по идее, должен был разъяснить мне ситуацию.

Обратил я внимание и на другое, на то, что этот круг седьмого уровня похож на тот артефакт, что получился из головы змеи и свойств которого я пока не смог определить.

Помимо всего прочего я точно знал, что увиденный рунный круг теперь смогу воспроизвести в любой момент и структуру, которая образовывается при помощи его, смогу опознать также без особого труда. А всё потому, что интерфейс сделал его точную копию, попутно разложив на более мелкие элементы, его составляющие.

Поэтому я пока спросил самое главное, что для меня сейчас имело первостепенное значение.

«Защитный круг от чего? В нём, кроме меня, никого нет».

«Не от тебя, от того артефакта, что ты принёс».

«Эта лиана, что ли?» – удивился я, показывая на обмотанную вокруг моего пояса верёвку, хотя нет, увидел он её значительно раньше, чем стал проводить свой странный ритуал, значит, это что-то из того, что я вытащил из рюкзака.

И оказался прав.

«Она тоже очень опасное существо, – сказал Ленивец о змеином стебле, как он его назвал ранее, – но защита от другого артефакта, который есть у тебя», – добавил он через пару мгновений.

Рассматривая разложенные на земле предметы, я не видел ничего опасного в них.

«Так что это?» – спросил я, решив не тратить попытки на разгадку этой тайны.

«Этот артефакт называется Слеза утренней звезды, так как в основном они попадали на нашу планету из атмосферы строго на восходе светила, во время специфического звёздного дождя. Очень редкое явление и очень редкий артефакт, и сейчас он находится у тебя».

«Этот камень?» Я сразу догадался, о чём говорит Ленивец, показывая ему прозрачный самоцвет с темнотой внутри, единственный, за что зацепился мой взгляд.

«Да».

«И чем же он опасен?» – уточнил я, ведь никакого чувства опасности или тревоги у меня по отношению к этому камешку не возникало.

«Ничем, кроме того, что по всем законам магии мы должны быть давно уже мертвы. Этот артефакт является очень сильным накопителем магической энергии. До момента своей активации и привязки он обладает опасным свойством бесконтрольно поглощать все типы энергии, которая находится вокруг него. До тех пор пока не произойдёт его внутреннего перенасыщения, которое вызывает сильнейший взрыв, сопровождающийся при этом локальным выбросом огромного количества сырой магической энергии. Всё это приводит к различным магическим катаклизмам, таким как магические бури или зоны с нестабильным магическим полем».

«И что? Наш вроде не поглощает ничего, не вижу никакого похожего на этот процесс явления вокруг артефакта», – решил разобраться в проблеме более досконально я.

«В том-то и дело, – согласился Ленивец, – а это возможно только в одном случае». И он многозначительно замолчал, давая мне прочувствовать момент истины.

«Он заполнен», – понял я.

«Да, артефакт находится в режиме своего максимального насыщения. Но не это главное. Судя по всему, у нас осталось очень мало времени. Не знаю, по какой причине так долго не было выброса энергии, хоть своего насыщения он уже достиг довольно давно. Но сейчас, если всмотреться в структуру поля кристалла, правда, я не знаю, можешь ли ты её видеть, стало заметно разрастание внутреннего ядра энергий. И как только оно столкнётся с границей энергетической структуры камня и разорвет её, то произойдёт взрыв. На это потребуется не слишком много времени. За то время, что я строил защитный круг и сейчас говорил с тобой, разрастание площади ядра составило уже более двух третей всего объёма кристалла». Ленивец замолчал.

А ведь и правда, я как-то не обратил на это внимания, но темнота внутри кристалла разрасталась и заняла уже значительную его внутреннюю часть.

Поэтому я спросил то главное, что сейчас интересовало меня больше всего.

«Сколько у нас осталось времени и что делать? Ведь, судя по всему, какой-то выход есть, коли ты знаешь об этом артефакте. Значит, кто-то их уже находил, и сам артефакт, и выход?»

«К сожалению, точно я ничего не знаю. Нас уже не должно существовать, но мы есть. Это противоречит всем законам, которые я знал до этого, – сказал Ленивец. – Времени у нас осталось очень мало. Во всех источниках, что попадались мне, говорилось о минутах, которые требовались на разрастание ядра энергии, максимум упоминался период в десять минут. Это всё, что я знаю».

«Но прошло уже несколько больше этого времени с момента, как я нашёл камень», – возразил ему я.

«Да, я это прекрасно понимаю, и именно это меня и смущает. Единственное объяснение, которое у меня есть, – кристалл, найденный тобой, намного больше всех тех, что описывались ранее, и, видимо, от его размера также должна быть какая-либо зависимость, которую мы сейчас и наблюдаем. Правда, об этом ранее нигде не упоминалось. Но это даёт небольшую надежду, что время у нас всё-таки ещё есть, хоть и остаться должно его немного, не больше семидесяти минут».

«Хорошо. Понял. Теперь о том, что делать? Есть какая-то надежда? Или мне сесть и начать молиться?» – не ощущая никакого волнения, предельно спокойно и даже несколько отстранённо спросил я.

«Помолиться не помешает, – сказал Ленивец. – В тех книгах, что я читал, мне попадалось несколько разрозненных отрывков о том, как можно приручить данный артефакт. Но сведения настолько скудные и отрывочные, что я не уверен в их достоверности и точности. Меня никогда особо не интересовал этот вопрос, да и уровень доступа к закрытым ресурсам библиотеки у меня ограничен, но основную суть я примерно уловил. Необходимо провести ритуал именной привязки артефакта, и, по сути, всё. Однако я не знаю, сможешь ли ты им воспользоваться. Например, я не могу», – как-то даже огорчённо сказал Ленивец.

«Почему?» – удивился я.

«У нас своеобразное строение ментального поля. Мой народ – хорошие маги разума, но посредственные маги в любом другом направлении развития. Энергопроводящие каналы в нашем поле не способны пропускать через себя достаточно большие объёмы любых типов энергии, отличные от чистой ментальной и частично природной. Тогда как многие маги других рас способны на это. Это и является основной причиной того, что именная привязка достаточно мощных артефактов для нас противопоказана», – ответил Ленивец.

«Понятно. Но у меня-то с этим, видимо, проблем быть не должно?»

«Нет. Но у тебя есть другое препятствие, которое преодолеть можно только годами упорных занятий. Твоё поле не готово для работы с такими объёмами энергии. Ты очень слабый маг с несколькими специфическими способностями, и твоё поле не выдержит такого напора энергии», – постарался объяснить мне суть проблемы зверёк.

Но я не видел в этом никаких ограничений, поэтому сказал:

«Но выбора-то у меня, как я понимаю, нет. Так и так результат будет один. Но, попытавшись привязать артефакт, я даю себе хоть какой-то шанс. Что нужно делать, что за выход?» – невольное указание на очевидные факты сорвалось у меня.

Ленивец пару секунд рассматривал меня, казалось стараясь увидеть что-то в самой глубине моего существа.

«У тебя нет ни одного шанса», – наконец сделал вывод он, рассмотрев, вернее, наоборот, не увидев этого чего-то во мне.

Но меня такой ответ не устраивал. Понимание того, что я оказался в нешуточной опасности, несколько противоречило моим ощущениям. Хотя непосредственной угрозы я почему-то так и не ощущал. Я был спокоен и умиротворён, и казалось, даже немедленный конец света и неминуемая смерть не смогут как-то поколебать мою собственную уверенность в своих силах и возможностях.

«У меня получится, – решил я. А потом подумал: – Почему, интересно, я так в этом уверен?»

Но именно эта вера в свои силы заставила меня повторно задать вопрос:

«Что необходимо сделать?» Не знаю, что во мне изменилось, но голос, которым был задан этот вопрос, заставил Ленивца выпрямиться и уже новым взглядом посмотреть на меня.

В нём появилась какая-то немыслимая, нереальная тень надежды. Мимолётная вера в чудо. И он начал говорить:

«Практически из этой ситуации нет выхода. Но теоретически нужно провести процедуру привязки и активации артефакта к магическому телу носителя. А для этого нет никаких особых ограничений, кроме одного: объект должен обладать развитым магическим полем. Не знаю, повезло нам или нет, но для самого артефакта это самый благоприятный момент для привязки и последующей его активации, – рассуждал Ленивец. – В обычных условиях, как я понимаю, проводят контролируемое наполнение артефакта энергией и при наступлении некоторого значения начинают процесс активации. В нашем же случае этот камень почему-то застрял на стадии своего самостоятельного максимального насыщения и находится в этом состоянии уже довольно давно, как минимум несколько лет».

«Почему ты так решил?» Услышав второй раз о том, что камень был стабилен довольно давно, я решил узнать, почему Ленивец сделал такой вывод, и поэтому перебил рассказчика.

«Артефакт находился здесь, – пояснил Ленивец, – ты просто не видел места, где совершались аналогичные находки ранее. Я же читал об одном таком месте. Ни грана магической энергии на сотни километров вокруг. Здесь же поле уже приняло свою вполне нормальную плотность. А ощущаемое равномерное наполнение и стабилизация окружающего фона смогли бы восстановиться самостоятельно естественным путём только за несколько десятков, если не сотен лет. Поэтому я и сделал такой вывод – очень давно. – И он снова перешёл к прерванному рассказу: – Как следствие, артефакт с такой степенью насыщения нельзя привязать, так как процесс невозможно контролировать. Но это, повторяю, только теория. На практике никто такой операции не проводил, так как такой степени насыщения кристалла до сих пор, судя по всему, добиваться не удавалось. И кроме того, найденный тобой камень в несколько раз больше самого крупного известного мне. Вот мы и подошли к сути проблемы. Если не выполнить активацию артефакта, то мы не успеем покинуть зону его поражения в случае взрыва, но даже если мы переживём первую волну разрушающего воздействия, это нам мало поможет, нас нагонит постэффект магического катаклизма, который доделает то, что не успел сделать с нами взрыв, только мучиться мы в этом случае будем гораздо дольше. Но и привязка его невозможна, так как я не могу определить точный объём накопленной в артефакте энергии. А так как неизвестен объём, невозможно определить степень развития энергоструктуры объекта привязки для успешного проведения ритуала привязки. Но даже если бы это был объём энергии в тысячи раз меньше, например, как в тех кристаллах, описание которых я видел, то и он разорвал бы твоё магическое поле на клочки. – Помолчав, он добавил: – Поэтому выбор останется за тобой».

И это маленькое существо присело напротив меня, ожидая ответа.

А ответ мне давать пока очень уж не хотелось, но и времени, судя по всему, не было. Поэтому, хотя в моей голове крутилось множество вопросов, которые так и хотели сорваться с языка, я решил не переводить разговор на другую тему и не тратить такие драгоценные сейчас мгновения, утекающие сквозь пальцы. И только сказал Ленивцу:

«Знаешь, мой просвещённый и очень таинственный друг, потом у меня будет к тебе очень долгий и обстоятельный разговор».

«Понимаю, – согласился Ленивец, – потом. – Ленивец выделил это слово. – Если у тебя всё получится, я отвечу на все твои вопросы».

Под фразой «Если у тебя всё получится» это существо, видимо, подразумевало «Если тебе повезёт и ты останешься жив», ну и ладно, терять-то мне в общем нечего.

«Хорошо. А сейчас расскажи, как провести эту привязку и активацию артефакта», – попросил я.

«На самом деле это не привязка в прямом смысле этого слова, а более сложный и более индивидуальный ритуал. Привязку используют для обычных и достаточно простых артефактов, но не для таких уникальных вещей. В этом случае происходит некое слияние энергоструктур артефакта и объекта привязки. Как результат, такой тип связи даёт большую степень доступа к возможностям артефакта и его управлению», – внёс некоторые пояснения Ленивец.

«И как происходит это слияние?» В душе я давно уже со всем согласился.

Выбора-то особого не было: или погибнуть сразу, или помучиться немного. Я всегда предпочитал второй вариант, а поэтому и сейчас не отступил от своих принципов.

«В физическом плане артефакт нужно всего лишь поместить в центр сосредоточения силы существа, и всё. В магическом же потребуется несколько больше действий. Структуру артефакта необходимо вплести в структуру магического поля объекта, или, иначе говоря, провести слияние с основной структурой внутреннего источника. И это откроет магу-носителю доступ к уже накопленной в артефакте энергии, правда, большая её часть уйдёт на процесс привязки и подчинения его же. После этого необходимо настроить процесс циркуляции магической энергии по объединённой структуре и на этом ритуал заканчивается. Останется ждать только стабилизации системы».

Смотри-ка, точь-в-точь как и подсказанный моим виртуальным компьютером процесс активации, который он рекомендовал ранее. А так как поступление информации произошло из совершенно разных источников, то и уровень её достоверности повышается. Не то чтобы я не доверял Ленивцу, но очень уж он странное существо.

Ожидая моего ответа, Ленивец уставился на меня далеко не глупыми глазами, которые никак не могут принадлежать обычному представителю животного мира и за которыми проглядывался недюжинный ум.

«И как это я раньше не замечал такого его взгляда? – И понял: раньше его не было, Ленивец очень хорошо прикидывался этаким простым домашним животным. – Зачем ему это, интересно, нужно было? Надо будет узнать», – взял себе на заметку я очередную подмеченную мной странность этого разумного существа. К этому моменту их уже скопилось вагон и маленькая тележка, как больших, так и не очень.

Ну что, откладывать времени совсем не остаётся, я это уже почти физически ощущаю, так что нужно постараться воплотить в жизнь то, о чём сейчас рассказал мне Ленивец.

«Я согласен, – дал своё практически официальное согласие я и увидел, как ушло какое-то напряжение, буквально витавшее вокруг зверька. – А ведь ты ждал этого ответа, – пришло ко мне понимание момента, но ничего менять я не стал. – Проясни только пару моментов. Что ты имеешь в виду под словами „артефакт нужно поместить в центр сосредоточения силы существа”?»

«Ну, это просто, – ответил Ленивец. – Нужно кристалл физически разместить в точку средоточия энергии в твоём теле. Правда, где находится она у тебя, я сказать не могу, так как ты очень слабый маг и она сливается с общим фоном. Но обычно у представителей твоего вида она расположена где-то в груди».

«Ага, всего-то. Как я понимаю, надо вскрыть себе грудную клетку и разместить там кристалл? – съязвил я, в принципе понимая, что это необходимо сделать, хотя полевая хирургия на собственном теле как-то не сильно прельщала меня. Но, видимо, другого выхода нет. – А по-другому нельзя?» – решил уточнить я.

«Насколько я знаю, нет. Вернее, это тот единственный способ, что мне известен», – не слишком успокоил меня Ленивец.

«Ладно, с этим ясно. А следующая часть? Поточнее. Каков процесс слияния? Как его провести?» Я приготовился прослушать достаточно длинную лекцию о чём-то магическом и жутко нереальном, но ответ, как всегда, был несколько не тот, что я ожидал.

«Не знаю», – просто и тихо ответило маленькое существо.

«Как так?» Моему удивлению и возмущению не было предела: мне предложили что-то, о чём даже рассказать точно не могут.

Видя моё состояние, Ленивец поспешил с объяснением:

«Понимаешь, нам, вернее, моему народу это не нужно, для нас эти знания бесполезны. Мы не пользуемся артефактами. Среди нас нет мастеров по их созданию и использованию. Мне же эта информация в руки попала совершенно случайно, в связи с некоторой моей особенностью. Я рунный маг. А рунология напрямую связана с артефактостроением. Но я их не создаю, мой предел – это простейшие свитки заклинаний и рунная магия, вот как созданный мной рунный магический круг. – И он грустно посмотрел на меня. – Тебе самому придётся найти ту верную последовательность действий, которая поможет пройти ритуалу слияния».

«С каждой минутой всё хуже и хуже, – констатировал я. – Что, у тебя даже намёка нет, как она должна проходить?»

«Основу я рассказал ранее. Больше мне, собственно, добавить нечего. Разве что, видимо, это каким-то образом должно быть связано с перестройкой и созданием энергоканалов. Могу порекомендовать тебе постараться разобраться в сплетении энергонитей, отходящих от артефакта, и каким-либо образом попробовать подключить их к своей энергоструктуре».

«Пойди туда – не знаю куда, принеси то – не знаю что». Эта фраза очень хорошо описывает моё текущее положение, подумал я.

И снова обратился к этому странному существу:

«Знаешь, как-то это всё очень подозрительно. Но я почему-то уверен, что ты говоришь правду, и сейчас мне грозит нешуточная опасность. А потому я постараюсь сделать то, о чём ты говорил». И я стал снимать с себя одежду.

Сложив всё аккуратной стопкой у рюкзака, я поискал взглядом нож. Но вместо него рука сама потянулась к рукояти Клыка. Хоть он и был несколько длиннее, но я чувствовал, что выбрал верное оружие для проведения этого ритуала.

Ложиться и вскрывать себе грудь на голой поверхности дерева мне не хотелось, поэтому, помня о необычных свойствах плаща, я расстелил его на коре.

«Ну, всё готово, – оглядевшись, понял я, растянулся поудобнее на плаще, несколько раз глубоко вздохнул, зажмурился и приставил меч к груди напротив сердца. – Остался последний шаг», – почувствовав легкий укол в кожу, решил я.

Но именно в этот момент я вспомнил, что хотел задать ещё один важный вопрос Ленивцу, и, чтобы оттянуть ещё капельку времени до проведения ритуала, решил напоследок уточнить перспективы того, что будет, если мне не повезёт.

«А если у меня не получится?»

«Как я уже говорил, ты умрёшь», – просто и спокойно ответил мне он.

«Да, это я уже усвоил. Но что будет с тобой, Рыкуном, окружающими меня джунглями и их обитателями», – пояснил я свой вопрос.

«Все они погибнут, а самые сильные и выносливые под таким объёмом магического воздействия мутируют в каких-то неизвестных ранее существ, но далеко не факт, что это будет лучше их текущего существования».

«И им никак нельзя помочь?» – почему-то захотел узнать я.

«На этот случай основное я уже сделал, – ответил Ленивец, – создал вокруг тебя и вещей магическую защитную структуру в виде рунного круга от возможного взрыва».

«А круг-то этот зачем? Разве он сможет помочь? Если ты сам говорил, что мы в любом случае не успели бы уйти за границу взрыва. И уж тем более этого не успеют все местные животные», – постарался я найти подвох в словах Ленивца.

Но это странное существо, посмотрев на меня долгим изучающим взглядом, всё-таки ответило:

«Он должен задержать волну магии на несколько дней. Это даст мне и другим хоть небольшой шанс».

Понятно, Ленивец, похоже, прикрывает тылы, во взрывном круге-то нахожусь я один.

«Вполне разумный шаг», – ответил я.

Молчание затянулось, я всё никак не мог вонзить меч себе в грудь, но и говорить о чём-то ещё мне не хотелось.

Ленивец же просто сидел напротив меня. Потом встал, развернулся и пошёл прочь от ствола дерева.

«Стой. Ты куда?» Не знаю, откуда во мне возникло столько страха.

Ленивец обернулся, посмотрел на меня своими огромными глазами, а затем сказал:

«Мне нужно уйти».

«Но почему?»

«Насколько я понимаю, даже созданный мной защитный круг не может полностью оградить от магических возмущений и выбросов, а потому на время проведения ритуала, чтобы сохранить в целостности свою энергоструктуру, я уйду», – обрадовал он меня последней новостью.

«Что, даже не будешь поддерживать меня добрым словом и контролировать процесс прохождения слияния хотя бы удалённо?» – постарался съязвить я, но моя нервная речь не возымела на Ленивца никакого действия.

«Не переживай. Я почувствую, что ритуал закончен, и вернусь сюда».

Видимо, Ленивец хотел сказать что-то ещё, но именно сейчас, в этот самый момент раздался жуткий треск. Создалось впечатление, что рвётся реальность.

И я понял. Время пришло. Если я не сделаю этого сейчас, то никакого «потом» у меня не будет.

И уже совершенно ничего не замечая вокруг и ни о чём не думая, я воткнул меч себе между рёбер в грудь, остановившись буквально на волосок от сердца. Не понимаю, откуда во мне родилось это знание, но я чувствовал, ощущал, что и как нужно сделать. В какой момент необходимо остановиться, а в какой продолжить прерванное движение и в каком месте.

Поэтому, надавив на клинок, я подвинул его на несколько сантиметров вниз, рассекая мешающее ребро. Боли почему-то не было. Хотя её я и опасался не меньше всего остального.

После этого я выдернул клинок и вместо того, чтобы бросить его рядом, почему-то положил себе на грудь вдоль туловища рядом с только что проделанным разрезом. Не понимаю, что руководило мной в эти минуты, но я выполнял всё как на автомате, совершенно не отдавая себе отчёта в действиях.

Следующее, что я сделал, – это протянул руку к лежащему недалеко от меня черепу змеи, правда, не помню уже, как вытаскивал его из рюкзака, и, медленно приподняв голову, надел, как шлем. И опять опустился на плащ.

Силы ощутимо утекали куда-то. В теле поселилась неимоверная вялость и апатия. Желание жить уходило от меня.

Полежав немного и пересилив себя и своё так быстро сдающееся внутреннее «я», я только на одном упрямстве, собрав все силы и волю в кулак, правой рукой раздвинул края разреза и вложил туда зажатый в ней ещё с момента разговора камень.

И потерял сознание.

Очнуться меня заставила дикая, разрывающая грудь боль, уже буквально в следующее мгновение прокатившаяся по всему телу.

«Нагнала всё-таки, а я так надеялся обойтись без тебя», – удерживаясь на краю сознания от действия безумной мясорубки, терзавшей моё тело, подумал я.

И понял, что боль и не думает уходить, а только с каждым мгновением всё разрастается и разрастается. А центром её служит как раз то место, куда сейчас был вложен камень. Но что странно, было и ещё два очага боли, не такие сильные на общем фоне, но тоже вносившие своё небольшое влияние.

Один ощущался в голове и на висках, а второй проходил вдоль всего позвоночника.

«Шлем и меч, – запоздало пришла догадка. – Но я опять отвлёкся. Нужно спешить. Сейчас боль помогает, но пройдёт немного времени, и вместо того, чтобы удерживать меня в сознании, она начнёт его сжигать. И чем дольше я лежу, тем больше у неё на это шансов. – Слишком спокойное течение мыслей в моём положении почему-то совершенно не удивило меня. – Необходимо понять, что же от меня требуется в энергетическом плане, – подумал я и постарался решить, что мне нужно делать дальше. – Так. Увидеть энергетическую структуру свою и артефакта», – началось перечисление того, что мне уже было известно.

Подумав об этом, я усилил свою способность видеть энергии до максимума и стал досконально рассматривать свою систему, то ядро энергий, что крутилось у меня в груди, а также структуру кристалла, расположившегося там же.

Моя система претерпела немного изменений с предыдущего раза, я даже удивился, что сумел их обнаружить, ведь в тот, первый раз я рассматривал своё энергополе очень недолго, но, как оказалось, смог всё запомнить до мельчайших подробностей. И именно эта способность дала возможность сейчас выделить произошедшие в системе изменения. Ядро внутри системы стало несколько плотнее, и его оплела некая защитная сеть из множества силовых линий, также образовалось несколько плотных каналов, проходящих по всей системе. И главное, в области головы стал заметен ещё один узел пересечения энергоканалов.

Разглядев всё это, я обратил внимание на три расположенные рядом со мной структуры. Первая и самая заметная шла вдоль моего позвоночника. Она состояла из переплетения тёмных, серых и тёмно-коричневых с небольшим вкраплением тёмно-бурых каналов. Посмотрев на неё, я ясно ощутил исходившую от структуры нешуточную опасность.

«Клык», – понял я и позвал его. И он откликнулся. От его структуры в мою сторону протянулось несколько ответвлений, тонких нитей энергии. Они, казалось, начали ощупывать мою собственную энергетическую оболочку. Не поняв, что происходит, я хотел оттолкнуть одну из нитей, которая в этот момент как раз нащупала один из энергетических узлов, но вместо этого по какому-то наитию, наоборот, постарался прижать, прилепить найденную нить к этой точке своей структуры. Когда я обхватил своим энергополем полученную связку узла и нити, то стал обращать внимание, как постепенно они сливаются в некую однородную структуру.

«Так вот оно, слияние», – понял я, рассматривая получившийся результат.

Пока я занимался первой точкой слияния, как про себя стал именовать я эти места привязки артефакта, и моей структуры, ещё одна из нитей структуры Клыка стала притягиваться к следующей точке.

Повторив процедуру уже гораздо быстрее, я снова осмотрелся и не увидел следующей подходящей нити. Поэтому, не став дожидаться, когда это мини-слияние и поиск пройдут естественным образом, постарался подхватить ближайшую нить и потянул её к очередному узлу пересечения каналов энергии. Но, только поднеся к нему нить, понял: «Не то. Нужна другая». Захотев её найти, увидел в одном из удалённых уголков структуры ещё одну нить. Притянув её к узлу, я смог провести процедуру слияния.

«Так, не каждая точка подходит», – пришёл в мою голову очевидный вывод, и, осмотревшись, я понял, что количество нитей уже не растёт, их число стабилизировалось где-то в районе пятидесяти – пятидесяти двух.

«Хм. Своим ходом этот процесс может затянуться на часы, если не дни, – решил я, – нужно помочь себе самому», – понял я и стал выделять определённую нить, соотносить с ней какой-нибудь узел и подтягивать её к нему.

С этого момента работа заспорилась. Достаточно быстро я смог привязать все обнаруженные нити.

Посмотрев на дело рук своих, я понял, что чего-то не хватает. Хотя структура и стала единой, было заметно, что она не приобрела некоей законченной целостности. Но что с этим делать, я пока не понимал.

Оставив решение этого вопроса на потом, я выделил структуру второго артефакта, расположенную у меня на голове. Хоть внешне она состояла из каналов коричневого цвета, но основу каркаса её составляла серо-стальная структура с ярко-синими и зелёными областями.

Не зная, как вызвать тот же отклик этой энергоструктуры, что был дан мне Клыком, я просто потянулся к ней, стараясь своим желанием выделить те нити, что должны были участвовать в слиянии. И они не так быстро, но появились, а главное, их уже было порядка двухсот.

Выделив нити и точки слияния, я, как по накатанной, провёл процедуру привязки. По её окончании я почувствовал ту же незавершённость, что и в случае с Клыком.

Последним я принялся за процесс привязки-слияния с кристаллом. Его структура оказалась самой сложной и самой запутанной. Но ко всему прочему она ещё и постоянно развивалась, увеличивалась и изменялась, меняя цвет основных своих составляющих от ярко светящегося белого до различных тёмных оттенков, чей спектр был чернее самой глубокой тьмы. В промежутки можно было уловить переливы всех остальных цветов палитры красок и энергий.

Здесь я столкнулся с новой трудностью. У меня не получалось выделить нити, требующие слияния. Их просто не было. Так я думал первые несколько мгновений, пока случайно не заметил, как из определённой точки структуры кристалла вылетает тончайшая и практически прозрачная нить, соединяется с моей структурой и, продержавшись долю секунды, разрывается в месте крепления с небольшим выбросом энергии.

Дальше я уже целенаправленно старался зафиксировать все места этих всплесков энергии.

Поняв принцип и сосчитав выделенные всплески, до меня дошла вся сложность предстоящей работы. Суть проблемы состояла в том, что я насчитал как минимум полторы тысячи нитей и все они были нестабильны, появляясь в различные промежутки времени и в совершенно случайных частях энергоструктуры кристалла.

Пронаблюдав за происходящими изменениями, я порадовался только тому факту, что новые нити не появлялись, их количество остановилось на одной цифре. Осталось решить, как же закрепить и стабилизировать саму систему структур кристалла и мою собственную.

Я предположил, что принцип должен быть примерно одинаков, и стал подлавливать следующую точку слияния узла и нити. Задумавшись над этой проблемой и несколько отстранившись от реальности (как это, интересно, возможно, когда всё и так происходит в сознании?), я неожиданно увидел трёхмерную модель всей системы структур с переливом каких-то точек. Быстро сориентировавшись и посмотрев в нужную точку реальной энергоструктуры, которая на модели только что загорелась, я, кроме неё, сначала ничего не увидел. И подумал, что в моих домыслах есть какая-то ошибка. Но как раз в момент, когда я хотел переключиться для проверки на следующую точку, возник всплеск энергии.

«Это карта будущих узловых точек слияния», – дошло до меня.

Переведя взгляд на следующую точку, я смог отловить первую нить энергии и постарался зафиксировать её в узловой точке. Через несколько мгновений, как мне показалось, произошло слияние, но как только я переключил своё внимание на очередную точку, в только что оставленной произошёл всплеск энергии и разрыв связи.

Так, пока я удерживал нить, фиксируя её на узле, всё было в порядке, но как только моё внимание переключалось на другую точку, происходил разрыв связи.

Решив постараться удерживать под контролем каждую новую точку слияния, я приступил к работе.

Первое время всё было в порядке. Количество контролируемых мной точек перевалило за первую сотню, и я ощутил, что попытайся я сейчас сосредоточиться на следующей точке, то потеряю контроль над всеми предыдущими и связь с ними оборвётся.

«Что-то я делаю не так, – понял я, – должно быть более простое в реализации решение».

Но ничего в голову не приходило.

Отвлёкшись на обдумывание ситуации, я почувствовал, что всё же происходит разрыв связей сразу в нескольких местах. И, поспешив, постарался сосредоточиться на точках разрыва, но, как говорится, спешка к добру не приводит, и вместо того, чтобы зафиксировать своё внимание на определённых точках, я взял под контроль целые области своей структуры.

И вот эта моя ошибка дала любопытный результат. Все нити, которые были подключены к этой области, стабилизировались, но, кроме всего прочего, только что образуемые энергетические слияния сразу же создавали устойчивую связь.

Поняв, что держать под контролем определённую область энергетической структуры гораздо проще, чем единичные узлы слияния, я достаточно быстро разделил своё сознание между различными областями и взял их под контроль.

После этого слияние со структурой кристалла произошло практически мгновенно. И как только последняя нить получила свою точку привязки, из недр энергетического ядра кристалла в нашу теперь уже смешанную систему, состоящую из четырёх структур, потекли океаны энергии.

До этого я думал, что больно мне было в начале ритуала, после того как я разместил внутри груди кристалл. Но теперь понял, что ошибся. Тот шквал боли, что начал растекаться, казалось, по самой сути моей души, перемалывал и уничтожал меня.

И в этот момент в моём сознании включился в работу интерфейс. Я не слишком понимал суть его работы, но какие-то манипуляции он всё-таки проводил, по крайней мере, боль или её ощущение отступили на второй план.

«Понять бы ещё, что происходит», – подумал я.

И как ответ на мою просьбу в сознании параллельно с одним из окон интерфейса, в котором шла уже запущенная работа, открылось ещё одно, где начали мелькать какие-то символы и руны, остановившиеся на явном запросе подтверждения, как подсказала мне интуиция.

Согласившись с заданным вопросом, моё сознание на мгновение как бы расфокусировалось, а уже через пару секунд всё нормализовалось.

Не понимая, что произошло, я вновь посмотрел на окно интерфейса, чтобы попытаться разобраться в нём более досконально, и только тут до меня дошло, что я прекрасно разбираю смысл написанного там.

«Провести подключение лингво-синтактического и смыслового анализатора?

Да. Нет. Поставить в очередь на выполнение».

Видимо, первый пункт я и выбрал. Теперь, по крайней мере, понятно, что произошло. Я захотел разобраться с тем, что пишет интерфейс, и получил такую возможность.

«Да, кстати, коль скоро появилась такая возможность, то нужно посмотреть, что же происходит на первом окне интерфейса».

И только об этом подумал, как окно с последним запросом свернулось и моему вниманию предстала первая интерфейсная страница, которую я видел постоянно.

Всмотревшись в неё, я понял, что это всего лишь лог работы менто-интеллектуального интерфейса «Искатель-1». Название интерфейса мной было узнано из заглавия окна лога.

Проверка лога дала понимание того, что он ведётся с момента предоставления мне доступа к интерфейсу. Быстренько просмотрев его, я понял, что туда попадают основные операции, проводимые интерфейсом. Остановившись на этом и оставив подробный разбор лога на другое время, я вернулся к текущим проблемам.

Отмотав Искатель на последнюю страницу и переключившись на несколько последних записей, я постарался разобраться в написанном и вникнуть в смысл выполняемых действий.

Анализируя записи, мне предстала такая картина.

«Обнаружено несанкционированное подключение дополнительных неизвестных ментомодулей.

Обнаружен дополнительный накопитель и источник ментоэнергии. Предположительно один из модулей является дополнительным расширением внутреннего ментонакопителя энергии.

Обнаружено дестабилизирующее подключение внешнего источника энергии.

Начата перекачка ментоэнергии и заполнение внутренней ментоструктуры из внешнего источника.

Превышение пропускной способности каналов передачи энергии на 9847 процентов.

Превышение прочности каналов внутренней структуры в сорок семь раз.

Общее увеличение объёма ментоструктуры на девяносто процентов.

Превышение внутреннего объёма накопителя ментоэнергии в 39 980 раз.

Необходимо подключение внешнего накопителя и источника ментоэнергии с наибольшей степенью взаимосвязи. Выполнено.

Необходимо перенаправление каналов поступления и накопления энергии и перераспределение нагрузки в соответствии с подключением нового накопителя и источника ментоэнергии. Выполнено.

Необходимо проведение операции по укреплению стенок каналов ментоэнергии. Запущено.

Необходимо проведение операции по расширению каналов и полосы пропускания ментоэнергии. Запущено.

Подключение дополнительных ментомодулей. Выполнено. Рекомендация: провести полный анализ инсталлированных модулей.

Необходимо перераспределение каналов протекания энергии по новой расширенной модели ментоструктуры. Выполнено.

Необходима стабилизация протекания ментоэнергии от источника к потребителям. Запущено.

Необходимо выстраивание новых маскирующих потоков протекания энергии. Выполнено.

Ожидание завершения стабилизации системы. Примерное время выполнения 369 минут».

На этой записи лог прерывался.

Получается, моя структура сейчас претерпевает глобальные изменения в связи с проведённым слиянием, которое ментоинтерфейс посчитал несанкционированным подключением дополнительных ментомодулей. И вероятно, кристалл он посчитал внешним накопителем и источником ментоэнергии.

Боль отступила. И что мне сейчас делать?

И как только этот вопрос возник в моей голове, на экране ментоинтерфейса загорелась надпись:

«Перегрузка нервной системы оператора через тридцать девять минут. Рекомендация: перевести оператора в неактивную фазу существования. Да. Нет».

Прочитав это, я понял, что интерфейс, похоже, предлагает мне отдохнуть, чтобы сохранить мою нервную систему в здоровом состоянии.

Не найдя никакой разумной альтернативы живительному и здоровому сну, я согласился с предложением интерфейса.

И мгновенно отключился сном без сновидений.

Ленивец уже несколько часов ожидал окончания ритуала.

Что-то явно шло не так, слияние должно проходить в период от нескольких минут до часа, но он точно чувствовал магические выбросы, прорывавшиеся сквозь построенный им защитный круг. А значит, оно не закончилось и даже не клонилось к завершению, так как интенсивность выбросов и не думала снижаться, а иногда даже возрастала.

«Что же там происходит?» – думал он.

Ленивец хоть особо и не любил представителей расы хуманов, но именно этот экземпляр не вызывал у него никаких негативных ощущений, и даже более того, он ощущал по отношению к этому юноше неподдельную симпатию.

И было из-за чего. Никто бы не согласился на ритуал привязки без поддержки опытного мага, тем более на такой непонятный. Лучше рискнуть жизнью и постараться бежать от возможного взрыва, и то будет больше шансов. А этот хуман даже не пытался рассматривать этот вариант, хотя об артефактах знал не понаслышке. Вон как ловко собирал простейшие составные артефакты на основе заимствованных структур. А значит, хоть какое-то представление должен был иметь о предложенной процедуре.

«Правда, непонятно, почему он притворился, что слышит о ритуале впервые? Про слияние он мог вполне и не знать, но о простом ритуале привязки артефакта к носителю знает каждый маг или ученик. Без этого никак. Может, он проверял меня?» – размышляло это странное существо.

Кроме всего прочего, Ленивца смущала слабая магическая активность парня. На уровне слабейшего из магов. Были, конечно, у хумана свои особые способности, о которых тот, видимо, не хотел сильно распространяться, но Ленивец понял, что встреченный, похоже, средненький интуит-поисковик. Что тоже давало свои плюсы.

Таких существ, как он, обычно с превеликим удовольствием брали в поисковые экспедиции за артефактами. Они могли находить их гораздо проще и быстрее, особенно сильные или хорошо заряженные магией предметы.

И вот найденный артефакт и проводимый ритуал опять спутал все вероятные пути развития, просчитанные Ленивцем. Вернее, стало всего два пути: или у юноши всё получится, и тогда он сможет исполнить волю хозяина, или он погибнет. Второй вариант Ленивцу рассматривать совершенно не хотелось. Но он был наиболее сильным и перетягивал все видимые нити судьбы в свою сторону, так как с таким слаборазвитым магическим полем, как у парня, не было никакого шанса провести этот магический ритуал успешно.

И вопреки разуму рассудка и своему дару видения, Ленивец сидел на дальнем конце поляны, у лесного озера, смотря в направлении ствола гигантского дерева и ожидая невероятного.

«Пусть судьба будет на твоей стороне», – в который уже раз повторял он.

* * *

На поляну, где в рунном круге неподвижно лежало тело молодого хумана, с верхней ветки дерева спустилось стремительное серо-стальное тело.

Обойдя круг по небольшой дуге, существо, отдалённо напоминающее пантеру, но стального цвета, подошло к границе круга и осторожно провело лапой по внешней её поверхности.

Убедившись в безопасности находившегося внутри защитной структуры хумана, большая и сильная кошка одним мощным прыжком преодолела расстояние, отделявшее её от верхней ветви дерева. Повозившись и походив там немного, она выбрала место поудобнее, откуда хорошо просматривался лежащий в круге хуман, и, замерев на несколько мгновений, растворилась в воздухе.

Проснувшись, маленький лесной охотник с гордым именем Рыкун выбрался из своей норки. Заметив распростёртое у ствола дерева тело, он сначала хотел начать верещать и клясть в беспечности этого молодого и глупого детёныша, когда уловил отзвуки бушевавшей внутри защитного поля бури.

Подойдя к границе защитного поля, он немного постоял, что-то обдумывая, и, приняв решение, сел у границы круга и молча уставился на лежащего в нём.

«Рыкун в ответе за детёныша. Детёныш и Рыкун из одной стаи. Детёнышу грозит смерть. Рыкун не оставит стаю. Рыкун будет охранять. Борись. Твоя стая с тобой, детёныш» – это была единственная мысль, которая крутилась сейчас в голове маленького охотника.

А по небу высоко над кронами деревьев пролетел ослепительно-белый пегас, стараясь унести свою бессознательную наездницу подальше от погони. Из последних сил взмахивая ранеными крыльями, он постарался совершить манёвр и скрыться под сенью крон, когда тёмный разряд молнии настиг его. И силы оставили благородного скакуна. Он, беспорядочно кружась, рухнул в районе развалин старинного города древних.

Четыре крупных грифона устремились вслед за упавшими. Темнокожие всадники начали высматривать свою беглянку.

Но рука судьбы была на стороне неизвестной. Ей повезло, она свалилась в старинный склеп, потолок которого от удара сверху рассыпался и провалился внутрь помещения.

Нарушив многовековой баланс покоя и тихой смерти этого забытого города, в его границы попало первое за несколько тысяч лет живое существо.

От падения девушка на мгновение пришла в себя, посмотрела в зелёный свод над своей головой, как-то слабо вздохнула и опять потеряла сознание.

Именно в этот момент на одной из ветвей дерева очнулся молодой хуман.

Глава 5

В этот раз моё пробуждение не сопровождалось чувством лёгкости, расслабленности и ощущением полностью отдохнувшего человека. Всё тело было средоточием жуткой боли и разбитости. Я хоть и не привык ещё спать на камнях, но и особого неудобства от отсутствия нежной перины до сих пор не испытывал. Но сейчас каждая точка на моём теле выла от боли. Каждый сантиметр моей многострадальной тушки обрабатывала назойливая и упорная мясорубка, перетирающая в мелкий фарш даже самую последнюю его клеточку. Она не оставила живым и здоровым ни одного даже самого маленького участочка. Сильнейшая боль, которая, было похоже, с каждым мгновением только усиливается, и дикая слабость никак не отпускала меня. Казалось, я выжат как лимон.

Тело растеклось по поверхности плаща, как желеобразная масса. Я и ощущал себя ею. Некоей безумной материей, без малейшего проблеска мыслей в голове, которая сама по себе являлась очагом и средоточием боли. Мысли разбегались и не могли задержаться ни на одном чётком образе.

Но внезапно в моё сознание пробилось некое чувство, будто костлявая старуха с косой уже взмахнула ею и опускает на мою голову. И это чувство возродило во мне протест и негодование.

«Не хочу!» Я действительно понял, что не готов ещё уйти из этого, хоть и такого странного мира в любой иной, особенно таким не очень приятным способом.

И чтобы этого не произошло, чтобы уклониться от уже коснувшейся моей шеи косы, я должен захотеть. Захотеть жить. И начать жить, перестать быть тем безвольным желе, что сейчас растекалось на коре тысячелетнего гиганта, который был средоточием жизни. А для этого я должен очнуться от своего забытья и всё вспомнить.

И я потянулся за тем, что было в моей голове и что являлось моей памятью. Череда образов поплыла у меня перед глазами. Как ни странно, это действие или даже некое желание принесло небольшое облегчение. Я стал соображать более связно.

Последним моим воспоминанием, на котором получалось сосредоточиться, было то, что интерфейс предложил мне целительный сон в качестве альтернативы расшатанным нервам и после моего согласия погрузил в него.

«Ничего себе целительный, – содрогнулся я. – После такого исцеления никакие болезни не страшны, так как они по сравнению с ним покажутся манной небесной».

Как бы я ни ворчал, стоило признать, что со мной в этот период происходили некие изменения, но какие, мне приходится только догадываться. А судя по моему внешнему виду и общему состоянию, проделано за прошедшее время было немало.

«Но как же не хочется шевелиться… – оценив своё физическое и психическое здоровье после пробуждения, подумал я, – так бы и умер здесь».

Но этому воспрепятствовал интерфейс, выведя в окно логирования следующее предупреждение:

«Зарегистрирован низкий уровень энергетической ёмкости в структуре объекта контроля. Ёмкость структуры менее одного процента. Ёмкость системы внутренних накопителей энергии – ноль процентов. Рекомендация: провести срочное восполнение энергетической ёмкости структуры и внутреннего накопителя».

«Это на что же ушла такая прорва энергии?! – удивило меня осознание невероятной величины ушедшей неизвестно куда энергии. – Ведь, со слов Ленивца, в кристалле её должно было плескаться целое море!»

Послушавшись рекомендации интерфейса, я пошевелился и ползком стал аккуратно выбираться из круга, еле переставляя руки и ноги.

Единственный наиболее быстрый, пришедший мне в голову способ наполнить свою структуру энергией – это подзарядиться от той фиолетовой линии, что проходила недалеко от ствола дерева. Подзарядка в волшебном озере тоже, скорее всего, подошла бы, но эту идею мне пришлось отклонить, так как моих сил просто не хватило бы просто до него добраться. Поэтому я направился к видневшемуся неподалеку фиолетовому потоку.

Дорога в десяток шагов далась мне не сказать, чтобы нереально сложно. Полз я, видимо, на одном чувстве упрямства и самосохранения. И поэтому её я в принципе не помнил. Ни как полз, ни как свалился в нужном месте, окунув руку в канал энергии.

«Регистрирую источник поступления энергии. Выполняю подключение структуры к внешнему каналу энергии. Произвожу наполнение структуры».

Через некоторое время интерфейс, оценив заполнение структуры энергией, пришёл к выводу, что общая ёмкость наполнения структуры оператора достигла своего оптимального состояния. Поэтому непрекращающийся поток поступления энергии был перенаправлен на заполнение системы внутренних накопителей.

Сначала потребление энергии было пропорционально выдаваемому потоком, но постепенно, по мере заполнения накопителей, скорость закачки энергии начала возрастать, и вот наступил момент, когда скорость приёма превысила скорость подачи, и энергия начала тянуться накопителями уже самостоятельно.

«Ослабление генерации энергией источником на девяносто процентов. Восстановление полноценной выработки энергии через одиннадцать часов».

А ещё через несколько минут интерфейс остановил закачку, посчитав, что опустошать и уничтожать доступный источник энергии не имеет смысла, тем более такой необходимый ресурс в будущем в пределах досягаемости может всегда оказаться полезен.

На этом, остановившись, интерфейс произвёл закукливание структуры своего оператора и перевёл его в неактивный режим функционирования с восстановлением работы организма и ревизией всех его основных функций.

– Развязка недалеко, – пробормотало странное существо в тот момент, когда после особенно сильного выброса, прорвавшегося сквозь магическую защиту, колебания общего магического поля прекратились полностью.

И в этот момент с ветви дерева на опушку спрыгнула серо-стальная пантера. Бросила прощальный взгляд на лежащего в круге хумана, прислушалась к его дыханию и произнесла:

– Вставай, брат.

После чего лежащий в круге пошевелился и открыл глаза.

Ленивец почувствовал ослабление бурлившей где-то на поляне магической бури ещё пару часов назад, но из чувства природной осторожности, да и просто соблюдая элементарнейшие правила безопасности, решил не спешить и не пошёл проверять сразу результаты такого сомнительного и опасного ритуала.

Он не сказал хуману главного. Он не встречал ни одного упоминания того, что данный ритуал смог провести представитель вида его нового знакомого. Но странное его течение, непонятная продолжительность и особенно сильный выброс магической энергии в конце ритуала не вызывали сомнений в том, что какой-то результат всё-таки достигнут. Только какой? И главное, смог ли выдержать хуман тот последний магический всплеск, Ленивец не знал.

Но он почувствовал другое, о чём ранее не находил совершенно никакой информации. Он не знал, является ли это прямым следствием ритуала или его побочным эффектом, но на месте его проведения ясно чувствовалось зарождение хоть и слабого, но совершенно нового источника магии. Или места силы, как их называли по-другому.

Его ощущения подсказывали, что источник ещё пуст, но достаточно скоро он наберёт мощь и будет вырабатывать магическую энергию.

И это знание заинтересовало его больше всего, он не мог определиться с пониманием того, как мог зародиться постоянный источник магической энергии. Может, это была особенность найденного молодым хуманом кристалла, тогда эта новость мало кого могла бы заинтересовать, разве что только с академической точки зрения, ведь кристаллов с одинаковыми свойствами практически невозможно найти. Но была и вторая возможность, что этим свойством или особенностью по созданию мест силы при проведении подобного ритуала обладает сам хуман. И тогда ему грозит нешуточная опасность, ведь обладать личным источником, даже не очень сильным, захотят многие. А поэтому это знание должно умереть вместе с ним и Ленивцем. И хуман должен будет об этом узнать.

Ещё Ленивца беспокоил достаточно утилитарный вопрос. Он не представлял, насколько может измениться магическая структура любого существа под воздействием такого огромного количества неуправляемой и бесконтрольной (дикой) сырой магической энергии. И как следствие, меняется и материя, зависимая от внутренней структуры, а значит, и физические особенности существа. Он готов был увидеть многое: от мутанта с непомерно раздутым магическим полем и исковерканной внешностью до эфирного существа, живущего только за счёт своей энергетической составляющей.

Единственное, что он точно мог сказать, – это коренные изменения, которые должно претерпеть магическое поле объекта воздействия ритуала. Знания, почерпнутые им, давали небольшой ответ на этот вопрос. Магическая структура любого существа, прошедшего подобное слияние с кристаллом, должна как минимум вырасти в несколько раз. И даже такой слабый маг, как встреченный им хуман, которого не приняли бы на общих основаниях в Академию магии из-за его слабых способностей, должен приобрести способности по управлению и контролю магической энергии на уровне не ниже магистра или даже архимагистра магии.

«Хотя нет, с его бывшей структурой и способностями это максимум уровень магистра первой степени. Но и это уже много для него. А ведь теперь выполнению миссии, возложенной на меня хозяином, ничего воспрепятствовать не должно. Если раньше под вопросом были его магические способности, то теперь и этот вопрос снят. И он полностью подходит для возложения миссии на него».

И обрадованный Ленивец перешагнул неизвестно откуда взявшийся на грубой и обветренной тысячелетиями ветке молодой и зелёный побег. Решив для себя вопрос с будущими магическими возможностями встреченного молодого хумана, разумное существо как-то упустило из виду образование странной магической аномалии в месте проведения ритуала. Поэтому сейчас осторожно пробиралось в направлении нового пятна силы, в центре которого должен был находиться молодой хуман.

Пройдя оставшееся до поляны расстояние, Ленивец в первые мгновения даже растерялся. Магический круг был пуст.

«Неужели эфирное тело?» – потрясённо подумал представитель странного маленького пушистого народца.

Но, присмотревшись внимательнее и для большей уверенности воспользовавшись заклинаниями «Опознание» и «Магическое око», понял, что в защитной структуре никого нет, и мало того, она полностью разряжена и отсутствует, будто её никогда и не было.

Хотя, как такое могло произойти в месте, с такой огромной концентрацией магической энергии, Ленивец представить себе не мог.

«Что же тут произошло? – задумался он и только сейчас до него дошло. – Так никакой защиты от ритуала не было! Защитная структура должна была распасться очень давно, ведь даже следов не осталось. – Осознав ту тонкую ниточку, на которой колебалась его жизнь всё последнее время, Ленивец в растерянности присел на задние лапы и отчуждённо уставился в одну точку. – Где этот странный хуман? Куда он подевался из защитного круга? Как смог прийти в себя? И вообще, как такое возможно в принципе? – множились у него вопросы. – Ведь это одно из самых стабильных и надёжных рунных заклятий, рассчитанное на огромнейшие потоки энергии. Его невозможно разрушить, и никто не смог бы покинуть границы его действия, пока оно действует. А снять его можно только снаружи. И так капитально и чисто снести его могло только в одном случае: если нагрузка как внешняя, так и внутренняя в несколько раз превысила максимально возможную величину, заложенную в защитную структуру. Но я боюсь даже представить такой невероятный объём энергии. Да и откуда ему тут взяться, снаружи-то круга, ведь второго такого кристалла здесь в окрестностях не лежало? И куда делся весь этот объём энергии? Куда он весь вылился? И где всё же мой непутёвый подопечный?»

Ленивец огляделся, казалось стараясь рассмотреть этот океан энергии, испарившийся в неизвестном направлении, и одновременно разыскивая пропавшего хумана. Но на поляне не чувствовалось ничего, кроме повышенного фона магической энергии, зарождающегося места силы, центром которой как раз и была граница начерченного им рунного круга. Источник этот уже начал оживать. Поле вокруг него необычайно быстро стало приобретать определённую форму и стабилизироваться. Ещё не была понятна полярность источника и его предрасположенность, но странные молодые побеги, прораставшие строго по границе рунного круга, ясно указывали на будущую направленность этого места природной силы магической энергии.

«Источник магии жизни или смерти, – понял Ленивец, рассматривая развивающиеся и тут же гибнущие и затухающие под натиском своих соседей побеги. – Постоянный круговорот, который нельзя остановить, жизнь порождает смерть, из смерти возрождается жизнь».

И вдруг до Ленивца дошёл смысл только что пришедшей в его голову мысли, казалось нашёптанной ему кем-то извне.

– Источник бессмертия, – благоговейно прошептал он.

Сделав несколько шагов в его направлении, он ощутил явное сопротивление окружающего его поля. Он не видел никакой защитной структуры, но его явно что-то сдерживало.

«Так вот куда вылились те океаны энергии, что должны были бушевать на этой поляне. Источник и абсолютный щит». И ничего удивительного. Эти два типа природного феномена всегда сосуществовали вместе.

Источник бессмертия, неизвестная природная аномалия, которая раз в несколько тысяч лет отдаёт своему обладателю всю накопленную и собранную магическую силу и энергию. И разумный замирает. Застывает во времени. Излечивается. Омолаживается. Он не становится бессмертным богом. Его также могут убить, или его погубит его собственная глупость, но никакие естественные причины для него не станут фатальны. Он не умрёт от болезни, его раны затянутся очень быстро. Но источник даёт существу то единственное, что каждый другой теряет безвозвратно, – время.

Однако у этого благоприобретения есть и обратная сторона. Эта энергия заканчивается. Её даётся ровно столько, сколько потребуется источнику, чтобы накопить новую порцию. Она употребляется на лечение, омоложение и многое другое. И если слишком часто использовать её, то можно просто не дождаться следующего всплеска. И тогда заёмная энергия берёт своё. Она за секунды сжигает неразумное существо. Говорят, в такие моменты от криков мук и боли сходят с ума даже просто услышавшие их, а не только сам «счастливец».

Абсолютный же щит появлялся вокруг источника с момента его рождения. И преодолеть его могло только то единственное живое существо, которое этот полуразумный феномен признавал своим владетелем. И то подойти к нему, насколько он знал, получалось не всегда, а только в те небольшие периоды времени, когда источник был полностью наполнен магической энергией. Именно в это время можно было взять силу бессмертия себе. Потом источник опять затухал и становился закрыт на тысячелетия.

Такие феномены всегда являлись предметом споров, войн и конфликтов. Во все века и эпохи были цари и императоры, маги и простые люди, гении или сумасшедшие, горящие желанием обладать этой силой. Она была точкой раздора и камнем преткновения интересов. Той силой, что сносила империи и порождала новые.

Сейчас два крупнейших государства на их планете построены вокруг владетелей таких источников.

Хотя на самом деле Ленивец слышал о существовании как минимум трёх источников (может, есть и другие, но он о них ничего не знал).

Один был в столице их империи под дворцом императора в городе Парне. Сейчас империей правил один из потомков первого императора Парна Прародителя – Лекарт Седьмой драконойд. А сам первый император до сих пор является хранителем этого источника. Вот уже четыре тысячи лет.

Вторым владела королевская семья эльфаров. Где находился их источник и как давно они владеют им, никто не знает, но то, что он существует и ещё со времён древних магов находится в их руках, доподлинно известно как раз из найденных манускриптов древних. А это как минимум девять тысяч лет.

Третьим источником, по слухам, владели тёмные грахты, отколовшаяся ветвь тёмных эльфаров. Это всё, что было известно о нём.

И вот он сейчас своими глазами видит ещё один такой источник. И как он должен поступить и что делать в этом случае, Ленивец не знал.

По праву владения источник принадлежал первому нашедшему и принявшему его силу, но, судя по всему, первым нашедшим являлся тот самый хуман, так как источник сейчас пуст и в ближайшее время, видимо, никого к себе не подпустит. Только смерть этого счастливчика позволит прибрать источник к рукам.

Теперь из-за этого хуман оказался в ещё большей опасности, чем ранее.

«Кстати, где же он?» За невероятностью произошедшего Ленивец забыл о первоначальной цели своего появления здесь.

И он снова посмотрел на место, где должно было лежать тело, но там было пусто, только несколько вещей, принадлежащих хуману, были раскиданы на плаще в пределах защитного круга.

По большой дуге обойдя зарождающийся и формирующийся источник, Ленивец осмотрел поляну с другой стороны, скрытой от него побегами в её центре. И увидел распростёртое у края поляны скрюченное тело юноши. Тот лежал не шевелясь и не подавая признаков жизни.

Перепугавшись за жизнь своего подопечного, Ленивец ринулся вперёд. Подскочив к нему, он понял, что хуман просто спит. Дыхание его было ровным и спокойным. И ещё маленький учёный обратил внимание на странную вещь: в хумане не произошло практически никаких изменений, насколько он мог судить.

«Что же ты за странный хуман такой, всё у тебя не как у всех? Ритуал прошёл не так. Тебя не коснулись совершенно никакие изменения…»

И это было невероятно, странно и необычно. Так не должно было быть. Хоть какие-то остаточные явления от проведения ритуала должны отразиться на магическом или физическом состоянии юноши. Но ничего этого не было.

Ладно, не изменилось физическое тело. Это, наоборот, даже хорошо. Так спокойнее. Но не было практически никакого изменения и в структуре магического поля. Единственно – оно стало чуть больше, чем с момента их встречи.

«И это всё? – разочаровался увиденным Ленивец. – Хотя теперь его спокойно примут в академию, ведь поступать туда придётся, и не нужно будет заботиться об этом в связи с его небольшими способностями. Теперь всё пойдёт своим ходом, – уже спокойнее решил он. – Зато он не будет ничем выделяться на фоне всех остальных».

Но тут он вспомнил об оставшемся за спиной источнике и, посмотрев на распростёршееся перед ним тело, подумал: «А не будет ли?..» И перед его глазами прошла история зарождения их империи. Парном звали никому не известного молодого драконойда-наёмника, пришедшего из маленькой охотничьей деревни с окраины гигантского леса в столицу тогда ещё крошечного королевства Ларгот.

* * *

Разбудило меня ясное ощущение взгляда, направленного в мою сторону. Я очнулся, и мгновенно окружающая действительность оформилась в чёткие образы всех живых существ, растений и предметов, содержащих хоть мизерную крупицу энергии и находящихся в неких точно очерченных пределах доступного этому виртуальному видению пространства.

Сфера моего такого необычного обзора составляла в диаметре где-то метров пятьдесят. И эта зона была полностью подконтрольна мне. В её пределах я знал всё и обо всём. Эти знания странным образом проявлялись в моей голове, стоило только мне сконцентрировать своё внимание на чём-то. Ничего подобного я раньше не ощущал, хоть у меня до этого с первого моего пробуждения в этом мире уже было некое обострённое чувство окружающего пространства, но такой полноты информации о том, что творится вокруг, у меня никогда не было.

«Что это такое произошло? Неужели слияние даёт такие необычные побочные эффекты?» – задумался я.

И, отвечая на мои вопросы, в окне интерфейса и одновременно у меня в голове прозвучало:

«Регистрирую подключение и активацию неопознанного модуля. Произвожу тестирование и оценку его влияния на структуру оператора».

Я почувствовал, как где-то внутри моего сознания завертелся некий аппарат. Как он стал касаться каких-то внутренних нитей, составляющих основу моего существования, сутью которой являлась моя многострадальная энергоструктура. И как этот аппарат своими своеобразными действиями с определённой последовательностью прохождения тестовых сигналов расширяет и так немаленькие возможности моего внутреннего мира и той конструкции, которая являлась моей энергетической структурой.

Через пару минут мне был выдан результат проведённого тестирования. В виде некоего описательного пояснения и более подробной информации, которая регистрировалась и пробегала в дополнительно возникшем окошке интерфейса.

«Анализ завершён. Зафиксированы и обновлены параметры ментально-информационного поля оператора.

Плотность поля увеличена в тринадцать раз. Оптимизирована работа поля под ментальные структуры вплоть до двенадцатого уровня. Достигнут максимальный уровень управления ментальными структурами для менто-информационного поля данного типа».

При этом в окошке интерфейса заполнялась некая не совсем понятная для меня таблица, где удалялись те или иные значения и на их место заносились новые. Видимо, в таком виде интерфейс и производил корректировку параметров.

«Пропускная способность каналов расширена для возможности работать с четвёртым и пятым уровнями энергетических потоков. Достигнут максимальный уровень энергетического развития для менто-информационного поля данного типа».

«Точно, вон опять что-то исправил в таблице», – подтвердил я своё предположение.

«Расширена ёмкость внутреннего накопителя оператора. Минимальный объём увеличен в двенадцать тысяч раз. Теоретически максимальный объём внутреннего накопителя ментальной энергии оператора не достигнут. Заполнение измеренного объёма накопителя составляет семь десятых процента.

Обнаружен слабый источник ментальной энергии. Генерация энергии – одна десятитысячная зафиксированного объёма внутреннего накопителя ментальной энергии в час.

Завершена настройка организма оператора под оптимальное потребление энергии для его максимально эффективного функционирования.

Произведена оптимизация модуля интуитивного реагирования на опасность. Увеличена чувствительность и точность определения степени воздействия на оператора за счёт подключения ранее неизвестного типа модулей.

Произведена оптимизация модуля, отвечающего за развитие чувства точного определения направления и ориентации. Увеличена чувствительность и точность определения степени воздействия на оператора за счёт подключения ранее неизвестного типа модулей.

Произведена оптимизация модуля, определяющего наличие мозговой активности, за счёт подключения нового, ранее неизвестного типа ментомодуля. Расширен диапазон поступающих и обрабатываемых ментальных и энергетических сигналов. Перестроена работа основного ментомодуля. В текущей конфигурации настроек модуля для обнаружения доступны любые проявления ментальной, энергетической или псиактивности. Радиус максимальной чувствительности ментального модуля по обнаружению и идентификации сигналов – пятьдесят пять метров. Максимальный радиус обнаружения активности не определён.

Зафиксирована активация и перевод в рабочий режим ментомодулей „Защитный кокон”, „Ментальный удар”, „Термический удар”, „Огненный шар”, „Огонь путешественника” и „Смысловая мыслеречь”».

Я уже хотел задать вопрос: а что же это за ментомодули, о которых идёт речь? Но тут выяснилось, что я о них прекрасно знаю и никакого пояснения о том, что это такое и как примерно работает, мне не требуется. Кроме того, у меня создалось впечатление, что это мои реальные воспоминания, а не переданные интерфейсом описания названных ментомодулей.

«Странно всё это. Откуда у меня могли появиться нужные знания? Ведь я точно помню, что ничем подобным ранее не интересовался».

Но чёткое ощущение того, что это моё и я уже когда-то это всё знал, поселилось в моей голове.

«Обнаружена нестандартная активация трёх неопознанных ментомодулей».

В этот момент интерфейс повёл себя несколько необычно, и вместо окна с дотированием его работы передо мной предстала схематическая модель человека, окружённого разноцветной неравномерной областью с нечётко очерченными краями. При этом три участка неясной сферы начали моргать.

Открылось ещё одно, дополнительное окно интерфейса, где также стали проходить какие-то действия, тоже остававшиеся не слишком понятными мне.

Меня же удивило другое, совершенно не относящееся к тому, что сообщал мне интерфейс.

«Как это открывается столько окон, вроде как каждое поверх другого, но я всё равно прекрасно вижу и знаю, что отображается на каждом из них, даже на тех, что, казалось бы, должны находиться на заднем плане» – такие вот посторонние мысли гуляли у меня в голове в этот момент.

Интерфейс же продолжал свой отчёт:

«Первый – усилитель и преобразователь сигналов и внешних раздражителей».

Подмаргивание одного из участков, как раз расположенного в области височных долей головы, несколько усилилось.

«Работа данного ментомодуля обусловила внесение изменений в работу упомянутых ранее модулей», – закончил интерфейс о первом упомянутом нестандартно активированном модуле.

«Что-то мне это напоминает», – подумал я и постарался сосредоточиться и ухватить ускользающую ассоциацию, которая у меня возникла в этот момент. Но ничего не получилось.

Между тем интерфейс перешёл к следующему пункту своего отчёта:

«Второй – укрепление костной ткани черепа. Проведено непосредственное внедрение в костную ткань ментально-физического защитного модуля шестого уровня».

В этот момент заморгала уже область, окружающая всю мою голову.

«Точного влияния внедрения ментомодуля предсказать не удаётся, но зарегистрировано два основных направления защитного воздействия. Физическое и ментально-психическое».

Ассоциативная мысль стала проглядывать уже более явно, она всё время крутилась в моей голове, но я опять никак не мог ухватить её, хотя и чувствовалось, что вот она, лежит на поверхности.

«Третий – ментомодуль аннигилятора вещества. Известная аналогичная разработка запрещена к распространению на территории Содружества, но её КПД в несколько раз меньше активированного модуля. Начинает действовать при мысленном обращении. Зона действия возникает в точке внешней активации, совмещённой с зоной непосредственного контакта с областью наложения сферы действия модуля, но на удалении от неё не более чем на семьдесят сантиметров».

На схематической модели сначала заморгала некая удлинённая область где-то в середине отображаемого человека, а потом от неё протянулись несколько нитей, закончившихся примерно в районе центра ладоней, от края которых разошлись эллипсоподобные области.

Когда я увидел последнее представление, то наконец смог поймать ту ускользающую мысль, что не давала мне покоя с тех пор, как интерфейс стал отчитываться о последних трёх модулях.

«Так это же череп змеи и Клык! – дошло до меня. – Но почему модуля три? Ведь артефактов было два?»

Видимо, череп обладал двумя типами свойств, и поэтому его разбило на два внедрённых модуля. Почему-то именно такое решение пришло мне в голову в первую очередь.

И как я раньше об этом не догадался, ведь сразу было понятно!

Вспомнив об артефактах, которые я последний раз видел до ритуала, рука непроизвольно потянулась к тому месту, где должен был находиться Клык, как-то забыв о том, что от места, где происходило основное действие, я давно отполз. И естественно, ничего похожего на остро заточенный костяной меч она не нащупала. Но вместо этого на груди я обнаружил какой-то слипшийся и приставший к телу непонятный порошок, рассыпавшийся от прикосновения.

«Странно всё это».

Чтобы удостовериться в правильности своей догадки, потрогал голову. Вместо шлема и там я нащупал этот непонятный порошок.

«Точно, они. Но что произошло? – Задумавшись, я автоматически стряхнул порошок с головы и груди. – Видимо, эти артефакты каким-то образом передали свои свойства мне и, как я понимаю, теперь будут всегда со мной и являются теми самыми нестандартно активированными ментомодулями, о которых говорил интерфейс. Интересно, а у других артефактов их свойства можно перенять таким способом и для этого обязательно повторить ритуал слияния с похожим кристаллом или будет достаточно некоей укороченной версии, например, сплести наши структуры в одно целое и наполнить их энергией? Надо при случае проверить, да и узнать об этом побольше не помешает».

Разобравшись с этим, я только сейчас заметил, что интерфейс, закончив действовать, опять свернул все окна, которые создавал во время своей работы и отчёта, оставил только одно основное окно лога проведения текущих операций и перешёл, похоже, в режим ожидания.

Последняя надпись в логе гласила:

«Анализ менто-информационного поля оператора завершён. Внесены изменения в индивидуальную таблицу параметров оператора».

Прочитав это, я решил, что уж если интерфейс закончил со своими делами, то и мне пора приступать к своим. И пошевелился, решив вставать.

В этот раз я не чувствовал никакой разбитости или недомогания, только здоровое чувство голода, которое возникает у меня при каждом пробуждении, сообщило, что неплохо бы подкрепиться.

Тут я сообразил, что о еде как таковой мой желудок не напоминал уже очень давно. Последнее время я ел не по необходимости, а, скорее, по привычке, так как считал, что это нужно делать.

«Вероятно, что-то и с метаболизмом стало, и мне не требуется столько еды, как раньше, – как-то отстранённо пропустил я эту мысль. – Не зря было сказано в отчёте об оптимальном использовании энергии, еда – это своего рода её поставщик для моего организма».

Я уже более осмысленно сел, ощущая какую-то уж больно непривычную лёгкость во всем теле.

И в этот момент опять этот сторонний взгляд, что разбудил меня, коснулся моего сознания. Я ясно почувствовал направление и точку, откуда он исходит. Но также ощутил, что ничего важного этот взгляд не узнал, он скользнул по верхнему, каркасному слою моего менто-информационного поля и стёк по его поверхности в сторону.

Состояние сонливости и некоей заторможенности, которое до сих пор не полностью покинуло меня, мгновенно слетело. Я очень чётко почувствовал чьё-то присутствие примерно метрах в пяти от моего тела, как раз там, где и находился источник этого странного взгляда. И эти две точки совместились в моём сознании.

Виртуально осмотревшись, я понял, что вызываю интерес только у этого существа. Все остальные ментальные сущности в пределах видимости не обращают на меня никакого внимания. А вот тот, кто находится недалеко от меня, является кем-то непонятным. Я ясно чувствовал, что это очень старое и необычайно сильное и опасное создание, которое не испытывало ко мне никакого негатива. Оно для меня не несло угрозы, и даже больше, мне с ним было более безопасно. Я видел его развитую энергетическую, как я теперь понимаю, некую ментально-информационную структуру, покрытую наносным флёром и создающую впечатление её гораздо более скромных размеров.

«Видимо, что-то типа маскировки», – дошло до меня.

Только появившаяся обострившаяся новая способность дала возможность рассмотреть именно внутреннюю структуру, а не ту видимую, что окутывала её. Посмотрев на этот вид маскировки и то, что должно было быть видимым, если смотреть только на неё, я понял, что мне всё это очень сильно кого-то напоминает.

«Ленивец», – всплыло имя, данное странному существу, встреченному мной.

И я повернул голову и встретился с пристальным и напряжённым взглядом маленького нелепого существа, похожего на обычного неуклюжего ленивца. В его глазах ничего звериного уже не осталось и в помине. Слишком мудрые и проницательные они теперь были, не скрывая и его несколько чуждого и необычного для меня образа.

– Я думаю, нам очень серьёзно нужно поговорить, – обратился я к нему.

– Я ждал этого, – ответил мне Ленивец и, поднявшись, пошёл в мою сторону.

В этот момент я увидел странное явление. Хотя глаза мои и видели маленькое и немного неуклюжее животное, но ощущения и новое видение окружающего упорно рисовали другое. Передо мной шло не маленькое и необычное существо, а кто-то, силуэтом напоминающий человека, только не слишком высокого, где-то полтора метра. Чувствовалось, что это очень ловкий, гибкий и быстрый гуманоидный вид существ. Ко мне приближался опытный и опасный воин. Смертоносное оружие на двух ногах. Движения его были плавными, перетекали одно в другое. И кроме всего прочего, этот кто-то таил в себе такую неимоверную ментальную мощь и силу, что казалось, под ним должно прогибаться пространство и растекаться воздух.

– Что за чертовщина? – пробормотал я себе под нос в обалдении и снова всмотрелся в Ленивца.

Картинка не поменялась: глаза видят одно, ощущения и ментовидение рисуют другое.

Тот всё так же приближался ко мне. И похоже, не знал, что я вижу всё в таком странном контексте.

Подойдя, Ленивец сел напротив меня, прислонившись спиной к растущему рядом дереву. Между тем я увидел, как на корточки у этого же самого дерева присел видимый мной силуэт человекоподобного существа. И, не удержавшись, посмотрел не в те огромные глаза Ленивца, которые были обращены в мою сторону, а в область призрачной головы силуэта, откуда чувствовался пристальный, направленный на меня взгляд.

– Так кто ты? – спросил я его на каком-то странном наречии, своим звучанием не напоминающем ни один из знакомых мне языков моего родного мира. Но я его прекрасно знал и, значит, говорил на нём. Плохо или хорошо, мне неизвестно, но говорил.

Ленивец сначала на автомате начал отвечать какую-то белиберду о хозяине и его питомце, даже не задумавшись, что свой вопрос я задал не мысленно, а вслух.

Однако, похоже, всё-таки что-то почувствовав, замолчал и как-то по-особенному на меня взглянул.

При этом мой интерфейс сообщил:

«Обнаружено несанкционированное сканирование менто-информационного поля. Произвожу подмену информационной составляющей по методу замещения личности. Использую слепок менто-информационного поля неинициированного одарённого слабого уровня».

Как следствие, скользнув по мне тем самым странным пронзительным взглядом, который, правда, без всякой видимой пользы стёк с моей структуры, он на том же певучем языке спросил, вернее, констатировал:

– Ты меня видишь!

Я понял, что в ответ нужно говорить правду и только её, если не всю, то хотя бы часть, тогда и на свои вопросы я смогу услышать хоть часть той невероятной, но правдивой истории, что здесь происходит.

– Да, я вижу какой-то размытый силуэт, очертаниями напоминающий невысокого хумана, – решился я на такую трактовку своего видения.

«Похоже, хуман – это человек», – сам себе продублировал я в мыслях непонятное обозначение увиденного существа, хотя хотел его отнести как раз к человеческой расе.

– Это гораздо больше, чем могут многие, – задумчиво ответил мне Ленивец.

Вдруг сидящий передо мной образ безобидного и немного неуклюжего животного начал плавиться, покрылся какой-то рябью и постепенно стал перетекать в непонятный, но удлинённый призрак, который стремился занять всё пространство того силуэта, что виделся мне. Процесс завершился, когда силуэт полностью заполнился странной клубящейся субстанцией и приобрёл объём. А ещё через пару мгновений объём перетёк в фактуру и налился присущей только ему цветовой палитрой.

«Фиксирую изменение информационно-ментального поля, находящегося в полутора метрах от объекта, – ожил интерфейс. – Произвожу запись происходящих изменений. Начинаю анализ используемых для проведения изменений ментомодулей и алгоритмов их применения. Снимаю общую структуру целостного ментомодуля в начальной и конечной стадиях процесса изменения поля. Результаты анализа будут готовы через тридцать часов».

«Это ещё что такое? Интерфейс смог зафиксировать часть проходящих изменений и теперь пытается провести их анализ? То есть, видимо, в перспективе база знаний того агрегата, что сидит в моей голове, может пополниться возможностью превращения меня в какое-то существо типа того же ленивца или ещё кого-нибудь интересного?»

Между тем передо мной уже стоит не маленький Ленивец, а невысокий, стройный, но крепко сбитый, правда, не слишком толстый в кости человек. Вернее, не совсем человек. Тонкие черты лица, немного заострённые уши, необычайно большие глаза, привыкшие к сумраку тёмно-зелёного леса. И главное, его кожа покрыта короткой, шелковистой на вид шерстью. Серовато-стальной шерстью.

Одето это существо было в некий комбинезон тёмно-коричневого цвета с зелёными вставками и нашивками, а также с большим количеством лоскутков, плотно нацепленных на всю поверхность комбинезона. Со стороны он был очень похож на костюм разведчика. Но был сделан более элегантно. Эффект получался такой, что я никак не мог сосредоточить на Ленивце взгляд, хотя хуман стоял передо мной. Глаза постоянно выхватывали что-то рядом с ним находящееся.

В энергетическом плане его костюм представлялся мне некоей накинутой на тело Ленивца сплошной сетью, состоящей из нитей зелёного и светло-фиолетового цветов.

Как только я подумал об этом, интерфейс выдал мне информацию:

«Описание: зачарованный предмет третьего уровня, имеющий в своей основе две встроенные ментоактивные структуры.

Свойства структуры: встроенная ментоактивная структура „Скрытие”, увеличение незаметности предмета на тридцать пять процентов; встроенная структура „Хамелеон”, увеличение маскировочных особенностей предмета на тридцать процентов.

Заполнение энергией: девяносто процентов.

Восполнение энергии зачарованного предмета осуществляется оператором из внутреннего или внешнего источника».

В дополнение это существо было вооружено. У него из-за плеча выглядывал тул со стрелами и, видимо, разобранный лук, слишком уж предполагаемый его размер был мал. На поясе висели средней длины прямой меч, который для его руки был явно длинным, и обычный кинжал, который в тесноте помещений или чаще леса было использовать гораздо удобнее, чем меч. На груди, уходя под левую руку, висела перевязь с семью метательными ножами. Что самое странное, в энергетическом плане всё вооружение Ленивца выглядело нейтрально и не было зачаровано.

«Или магическое оружие настолько дорого, или оно ему не нужно», – отметив этот факт, решил я.

Рассмотрев представшего передо мной незнакомца получше, я почему-то подумал:

«Ну, теперь полностью отпали вопросы о его человеческих корнях. Хоть что-то гуманоидное в нём и есть, но, кажется, его предками были не те же самые обезьяны, что и у меня, если они в принципе являются нашими корнями, а кто-то, похожий на того ленивца, в которого он превращался, уж больно схожесть большая».

Мои рассуждения крутились вокруг только что увиденного превращения-преобразования, но как-то никаких особых эмоций это у меня не вызвало. Видимо, пообвыкся уже, да, было интересно, непонятно, но никакого страха или удивления, обычная обыденная реальность.

«Как будто на каждом шагу встречаю местный аналог оборотней. Только не в волков обращаются, а в кого-то другого».

Когда превращение завершилось и передо мной предстал уже оборотень гуманоидного вида, Ленивец (хотя теперь под вопросом, Ленивец ли он?) произнёс:

– Ну что ж, рад представиться в своём истинном облике. А то ты не представляешь, как надоело мне строить из себя это не слишком разумное животное и постоянно находиться в его теле.

– Догадываюсь, – пробурчал я себе под нос. «А, собственно, кто он? Не человеком же его называть, может не так понять и обидеться». – Так кто же ты? – повторил я свой вопрос.

– Это долгая история, – ответил Ленивец. – Но, к сожалению, так сложились обстоятельства, что времени у нас осталось маловато. А успеть сделать нам нужно очень многое.

– Не понимаю, – ответил я, – ведь ещё до ритуала ты никуда не спешил. А сейчас сообщаешь, что нет времени? – с некоторым подозрением спросил я.

– Верно, но причина в другом… – Он замялся и через пару мгновений продолжил, будто подбирая правильные слова для ответа: – Ритуал имел один невероятно странный побочный эффект, и именно поэтому у нас появилась острая проблема с нехваткой времени.

– Что за эффект? – переключился я, так как почувствовал, что это напрямую связано со мной любимым.

– Обещаю рассказать всё по дороге, а сейчас нам необходимо собраться и как можно скорее покинуть эту местность, а затем желательно спрятаться в месте с нестабильным магическим фоном, – удивил меня новыми подробностями Ленивец.

Новость о том, что необходимо срочно куда-то срываться, меня совершенно не пугала. Внутренне я уже и сам был готов на этот шаг и не сегодня завтра покинул бы эту гостеприимную ветку. Но тут обстоятельства сложились по-другому, и я не стал противиться им, так как они не противоречили моим планам на будущее, только несколько ускорили ход событий.

Душа и так рвалась в путь-дорогу, окружающая действительность, поляна стали давить на меня. Так что уйти отсюда я был не против. Жаль только если Рыкун со мной не пойдёт, я к нему уже, как оказалось, привык.

Правда, теперь покинуть мой гостеприимный дом на этой ветке придётся по более объективным причинам, о которых, я так понимаю, прямо «горит желанием» поведать Ленивец.

Странное ощущение для человека, который даже из родного города никогда не выбирался и страсти к путешествиям не испытывал в принципе.

«Похоже, это новые проявления моей немного необычной сейчас личности» – именно так объяснил я для себя эти странности.

Попутно немного пофилософствовал, а что надо сделать и как, чтобы развитие прошло гармонично и оптимально, но остановился, так как опять ушёл от главного в сторону.

Вернувшись в конструктивное русло, я принялся активно действовать.

– Ну что ж, я готов. – Эти спокойные слова моего согласия утверждающе слетели с моих губ. – Только соберу свои вещи – и в путь.

И как-то незаметно после этих слов во мне забурлил вулкан энергии – живой и дерзкой, неспокойной и буйной.

Я, резко поднявшись, чтобы вырвать себя из непонятного состояния апатии, охватившей моё тело, начал собирать разбросанные кругом вещи. Благо их накопилось у меня не так и много.

Обойдя круг, где проходил ритуал, я остановился. В нём осталось много важных вещей, от камней до плаща и прочей мелочовки.

Оглядевшись, я сделал последний шаг в сторону круга и на мгновение почувствовал небольшое сопротивление, будто достаточно сильный ветер подул мне в лицо.

Одновременно с этим прозвучали слова Ленивца:

– Туда не пройти.

Но я услышал его, уже оказавшись в рунном круге, и остановился, чтобы узнать, в чём, собственно, дело. А обернувшись, чтобы сказать ему, что я уже тут, имел счастье лицезреть такую неимоверную степень удивления на его лице и два огромных тёмно-зелёных блюдца, что подумал: «Раньше вроде у Ленивца глаза были совсем небольшие, даже маленькие».

– Так в чём дело? – уточнил я.

– Уже ни в чём, – достаточно быстро справившись с собой, ответил он.

«Слишком много ты скрываешь, дорогой мой незнакомец. Простым и относительно понятным Ленивцем ты мне нравился гораздо больше», – пронеслась у меня мысль.

Я на автомате собрал разложенные в круге вещи и стал надевать доспехи. Задев рукой перевязь, на которой раньше крепился Клык, я почувствовал себя не очень удобно. Как-то привык уже к нему.

Вообще странно всё это: воспользовавшись многими вещами всего пару раз, манипуляции с ними уже проходили на уровне моторики и рефлексов, отложившись в моей подкорке, и казалось, будто опыт обращения с ними у меня исчисляется не одним десятилетием. Часто простые и обыденные вещи ощущались неким продолжением меня самого. Например, действия с мечом и Клыком были из этой же оперы.

Облачившись в свои доспехи, натянув плащ, прицепив к поясу клинок и накинув лямки рюкзака, я почувствовал, будто опять оделся в свою вторую кожу. Так привычно и удобно на мне всё это сидело и ощущалось.

Попрыгав и не услышав различного бряканья, я с сарказмом подумал: «Хотя чему звенеть, если ничего металлического у меня, кроме ножа, нет». Но почему-то на уровне подсознания знал, что всё равно так нужно поступить, так как лес не простит мне никаких оплошностей, если я допущу их по своему недосмотру.

«Параноики в этом случае живут гораздо дольше», – усмехнулся я и сказал Ленивцу:

– Я готов, можно уходить. Только сначала я поговорю с Рыкуном и заберу заготовленные припасы, думаю, в пути они нам пригодятся.

– Хорошо, – согласился со мной он, и мы вместе направились к нашему дуплу.

По дороге я стал задавать вопросы, которые копились, как снежный ком, и на которые у меня не было ответа.

– Давай-ка расскажи мне пока немного о себе и том, почему ты здесь оказался, и по возможности начни с самого начала.

– Ну, у меня к тебе тоже будут свои вопросы, – ответил Ленивец, – но я готов их задать несколько позже.

– Хорошо, я постараюсь ответить на твои вопросы, – пробормотал я, а сам подумал, что всю правду всё равно ему не стану говорить, по крайней мере пока, особенно о том, что я, видимо, из другого мира.

– Замечательно, твоего обещания мне достаточно, – кивнул он и начал свой рассказ.

– Ну, особо скрываться уже не имеет смысла, ты, похоже, и так уже многое понял. Особенно судя по тому, что мы общаемся с тобой на моём родном диалекте – кирайна (название лесного диалекта упрощённого эльфара), и говоришь ты на нём очень чисто и правильно, даже лучше, чем мой погибший наниматель и друг. – Он немного помолчал. – Зовут меня Лениавес Рыжий из племени малых корнолов. Я выпускник факультетов разума, рунологии и артефакторики Академии магии империи Ларгот. Свободный боевой маг, специализируюсь на фортификационных заклинаниях и их взломе. Ну и по совместительству я действительный член совета магов империи Ларгот. Периодически также читаю углублённые лекции по рунологии в академии, когда меня об этом просят. До того как стать свободным магом, я по контракту, как плата за своё обучение, несколько десятилетий, с момента моего выпуска из академии, служил доверенным помощником и штатным магом хранителем по направлению от академии в семье лордов драконойдов Лересских.

Так представился Ленивец (буду называть его так и дальше, мне так проще, и на его имя смахивает) этим небольшим рассказом о себе.

«А имя-то созвучно с моим прозвищем», – заметил я про себя, но спросил о другом:

– А почему Рыжий? У тебя же серая окраска шерсти, извини, если обидел. Но это первое, что бросается в глаза, – постарался я смягчить свой явно несколько грубоватый вопрос, заметив, как поморщился Ленивец.

– Ну, – смутилось это существо, – в моей семье все были рыжими, и только я имею такой необычный окрас шерсти. Но именно он и определил мою судьбу, у нас это один из основных признаков наличия редких для нашего племени магических способностей.

– Скажем, в это я поверил, – всё ещё с некоторой долей скепсиса проговорил я, – но зачем было устраивать весь этот спектакль? – Мне всё-таки требовались какие-то более точные ответы.

– У меня были на то свои причины, разреши мне сейчас о них не говорить. Да и сама наша встреча настолько невероятна, что я решил сначала понять хоть немного – кто ты? И можно ли тебе довериться?

– Ну и как, понял? – с усмешкой спросил я, хотя в душе заскребли кошки, но, как мне казалось, внешне я не подал и виду, что его слова меня очень заинтересовали.

– Не очень, – достаточно честно признался Ленивец.

– И что не так? – настороженно спросил я, стараясь не выдать своего волнения.

– Не знаю, кто тебя воспитывал и где, но ты не знаешь вполне обычных вещей. Однако это тебе совершенно не мешает существовать в этих опасных условиях и чувствовать себя здесь вполне спокойно и комфортно. Я это ощущаю. Ты полностью справляешься с теми неприятностями, что могут здесь тебя поджидать, и, судя по всему, уже достаточно давно это делаешь.

«Сказал бы я ему, как давно я здесь нахожусь, вот он удивился бы».

– Но не это главное, почему я присматривался к тебе, – продолжил он, – и как раз это является одной из причин, о которых я обещал сказать чуть позже. Перед своей смертью мой друг, с которым я был здесь, попросил меня об одной услуге. Даже не так. Это скорее было его последним желанием, и я дал ему клятву, что приложу все свои силы для её выполнения. А для этого я должен был найти разумного с определёнными способностями. Но эта последняя воля умирающего лорда была практически невыполнима в этой местности. И вдруг я встречаю тебя. Того, кто может помочь снять с меня бремя последнего желания. Невероятное стечение обстоятельств. Но ещё большим везением оказалось то, что в тебе был талант к овладению магией, так нужный мне. Правда, твои небольшие способности вряд ли смогли бы сделать из тебя даже просто сильного мага, не говоря уже о магистрах магии или архимагах. Но суть в том, что теперь у меня появлялся хоть какой-то шанс. И то, что ты не знал ничего обо мне и о том, кем я являюсь, только помогло мне быстрее выявить многие твои способности и разобраться в тебе. В противном случае я сразу же представился бы и вступил с тобой в обычные переговоры.

«Как-то всё запутанно и не сильно правдоподобно», – подумал я, но потом вспомнил, что чем невероятнее истина, тем реальнее её воплощение в жизни, и решил принять слова Ленивца за правду, пока не подтвердится обратное.

– И что же ты во мне разглядел, а также что это за способность, которая вам нужна, и зачем в принципе она вам понадобилась? – задал я вопрос.

Но в этот момент мы дошли до нашего временного жилья, и сначала я решил поговорить с Рыкуном.

– Извини, давай продолжим чуть попозже, – сказал я Ленивцу.

– Конечно, – согласился тот и остался стоять у входа.

Я вошёл в дупло и огляделся. Энергетический комочек, которым в моём новом способе видения являлся Рыкун, сейчас находился несколько дальше в толще дерева. Но мне он был прекрасно заметен.

Потянувшись к этому пульсирующему живительной энергией сгустку, я представил, что поглаживаю его по шёрстке и зову к себе. От меня до структуры Рыкуна протянулась тоненькая нить энергии. И через несколько мгновений у меня в голове возникли слова этого маленького, но хищного зверька.

«Рыкун устал. Он отдыхать».

«Я должен уйти. Мне нельзя тут больше оставаться», – ответил я.

«Рыкун сильный. Рыкун сможет нас защитить».

«Боюсь, что нет».

«Тогда Рыкун идёт с тобой. Детёныш ещё глупый, одного отпускать нельзя».

Ни секунды на размышления, сразу принятие решения. Сказал и моментально сделал. Я увидел, как по направлению ко мне заспешил небольшой клубок энергий, через несколько секунд вынырнувший из отверстия где-то над моей головой и запрыгнувший мне на плечо.

«Рыкун готов. Идём».

«Быстро он собрался, – подумал я, – видать, тот ещё авантюрист, раз так легко сорвался с места».

Ещё раз осмотревшись, я выбрался наружу к поджидающему нас Ленивцу.

«Маленький клатр стал большим?» – спросил у меня Рыкун, увидев Ленивца.

Меня же удивило то, что он вообще определил, кто это, и смог его узнать. Хотя кто этих зачарованных магических зверюшек знает, возможно, они и могут многое из того, что другим не под силу.

Поэтому я просто ответил ему:

«Да».

«Это хорошо. Большой лучше маленького. На дольше отвлечь плохих сможет».

И мне в голову пришла картинка того, как на Ленивца накидывается какой-то огромный медведеподобный монстр, разрывает его на части и ест.

Видимо, каким-то краем этот же образ улетел и корнолу (про себя решил именовать его так, по названию его рода, пока не узнаю большего). Так как он в этот момент поперхнулся и с укоризной посмотрел в мою и Рыкуна сторону.

Я же понял, что у Рыкуна есть чувство юмора и это он так своеобразно подшутил над, как он называл Ленивца, клатром.

Чтобы не нагнетать обстановку, я сказал:

– Здесь мы всё уже закончили, осталось только сходить забрать припасы. А потом можем отправляться хоть на все четыре стороны.

Теперь уже на меня смотрели две пары удивлённых глаз.

«Рыкун не может пойти сразу на четыре стороны. Рыкун всего один».

– Знаешь, я не представляю, как это делали у вас, там, откуда ты пришёл, – ответил мне Ленивец, – но у нас, чтобы отправить магического голема сразу на все стороны света, нужно быть никак не ниже архимага. И то не всякого. Разве что воздуха или разума.

– Нет, вы не поняли, это просто такое выражение, – попытался объяснить я. – Оно означает – идти куда хочешь.

– Понятно, какое интересное выражение, нужно запомнить, – сказал Ленивец.

«Как хитро ты говоришь», – передал мне Рыкун.

На этой оптимистично-познавательной ноте мы отправились в сторону моего хранилища припасов на берегу ручья.

Однако, проходя мимо фиолетового канала энергии, я заметил, что его наполнение и структура уже немного стабилизировались, и решил, что неплохо бы подзарядить все свои артефакты, а то многие из них, особенно мои метательные снаряды, были разряжены после боя со странным осьминогом.

Но заряжать ничего не пришлось. Все камни, амуниция и прочие найденные мной артефакты оказались забиты энергией под завязку. Я, когда собирал их после проведения ритуала, как-то не обратил на это внимания и, только подойдя к каналу энергии и заглянув в свою сумку, понял это.

Порадовавшись, что теперь у меня на одну проблему меньше, я со спутниками продолжил путь. А так как идти было достаточно далеко, то решил возобновить прерванный с Ленивцем разговор.

– Ты хотел рассказать мне, что это за уникальная способность была вам нужна, – напомнил я ему, не прерывая движения и перешагивая непонятно откуда взявшийся молодой побег, проклюнувшийся недалеко от пещеры. – Кроме того, – продолжил я, – мне интересно, что ты разглядел во мне, самом обыкновенном хумане, особенного, – и обернулся, чтобы посмотреть на идущего рядом со мной корнола.

А он шёл рядом, и его несколько отрешённый вид говорил о том, что он старается подобрать правильные и понятные слова для своего рассказа. Но вдруг его лицо разгладилось, и создалось впечатление, что он принял какое-то решение и груз тяжких дум свалился с его плеч.

«Думаю, сейчас он расскажет мне гораздо больше, чем собирался первоначально», – почему-то решил я.

Но начал Ленивец немного с другого.

– Ну, во-первых, – ответил он, – это спросил у меня ты, ну а во-вторых, сейчас расскажу, тайны в этом у меня от тебя уже нет.

И стал рассказывать, перейдя на довольно деловой тон, чтобы обозначить серьёзность обсуждаемых вопросов и важность поднятой темы.

«Как это я всё, интересно, понял, если мы общаемся с ним не впервые, но раньше его интонации были для меня все на один звук?»

Через пару секунд до меня дошло, что нет, совершенно не одинаковы. Странные и необычные переливы незнакомой и своеобразной речи, кроме смысла самих слов и произносимых фраз, доносили до меня и некий глубинный, эфирный, что ли, или считываемый из энергетического поля смысл, раскрывающий всю суть, которую вкладывал собеседник в свой рассказ. И это понимание служило неким своеобразным детектором лжи, который говорил мне о произносимом и услышанном гораздо больше, чем хотел сказать даже сам говоривший.

«Да меня теперь и надуть будет сложновато», – догадался я, переварив только что пришедшую в голову мысль.

Между тем Ленивец рассказывал:

– В путешествие я отправился по просьбе своего хорошего друга. Мой старый знакомый и товарищ лорд Крайг драконойд Лересский попросил меня о помощи в одной опасной авантюре. Я не смог ему отказать, так как многим обязан его семье и ему самому. Но наша затея не увенчалась успехом. И в результате сейчас я иду рядом с тобой и рассказываю эту историю. Мой друг погиб. Он не всё просчитал и, видимо, не знал самого главного. Того, что у этого анклава есть свой хозяин, вернее, он тут появился недавно, об этом ещё никому не было известно, иначе до нас эта информация дошла бы тем или иным способом. Местный хозяин – это костяной демодрак (демон-дракон). При нашей неожиданной встрече с ним мы не смогли от него отбиться и сбежать, он нас нагнал недалеко отсюда. Я так понимаю, поляну, где произошла наша битва, ты нашёл. Если бы у нас было некоторое время, я бы смог создать защитную конструкцию, я, к сожалению, всего лишь простой рунный маг, и на любое творение мне нужно гораздо больше времени, чем обычному магу. Так как я боевой маг, у меня есть несколько постоянных заготовок, но ни одна из них не смогла помочь или как-то остановить демодрака. Время, которого мне не хватало, смог обеспечить Крайг. Он отвлёк чудовище на себя и дал так необходимые мне минуты, действительно, мне не хватало буквально двадцати минут. Я за это время построил абсолютный купол невидимости, единственное, что позволило бы мне остаться незамеченным этим монстром, и просидел под ним двое суток. Я не знаю, что происходило снаружи всё это время, но когда я выбрался из-под купола, в центре поляны был воткнут клык демодрака, которого ранее там не было. Следов же самого монстра я обнаружить не смог, видимо, он ушёл в свою реальность или то место, откуда появляется. Трупа Крайга или каких-то его вещей я тоже не обнаружил. Что было удивительно, хоть что-то должно было остаться. Именно поэтому я обратил на тебя внимание в тот первый раз, в момент нашей встречи, что ты был в его плаще. Я не могу сказать, были ли у тебя ещё какие-то его вещи, но то, что плащ был его, я уверен. Но давай вернёмся к тому, с чего я начал. Крайг понимал, что он не сможет самостоятельно справиться с этим чудовищем, а у меня есть шанс скрыться от него и затем выбраться из леса. Поэтому, перед тем как уйти, он попросил меня всего об одной вещи. Однако выполнить её, как я уже говорил, в той ситуации, в которой мы оказались, для меня не представлялось возможным. Но давай я начну свой рассказ несколько издалека, чтобы была понятна предыстория нашего появления здесь и суть той просьбы моего друга.

– Я согласен, время-то теперь у нас есть, и, думаю, рассказ должен быть интересен, – согласился я. – Но ты, главное, не тяни.

– Ну, насчёт времени я бы не был столь категоричен. Его-то как раз у нас сейчас не так и много, даже с учётом того, что ты уже решил покинуть эту ветвь малого анклава. Но давай я всё-таки начну.

– Понимаешь, мой погибший друг был последним представителем по мужской линии рода лордов драконойдов Лересских. Этот род является одним из древнейших в империи, за всю долгую историю были у них свои взлёты и падения. Но всегда, даже не знаю, как объяснить, чтобы ты всё понял правильно, но в общем, всегда кто-то из них представлял интересы их семьи в Палате лордов, Совете магов и внутреннем Малом совете империи. И вот сейчас, уже три поколения подряд, в Малом совете у них нет ни одного своего представителя, и так продолжается со времён их последнего знаменитого предка маршала Рупа Лересского Однорукого. Как ты понимаешь, суть прозвища отражала его физический недостаток, тогда ещё не умели приживлять или выращивать новые части тела, и он пользовался магическим протезом. Правда, и сейчас многие предпочитают именно их, они более функциональны. Особенно это относится к военным. Но я отвлёкся. Так вот, маршал, кроме того, что был очень хорошим военачальником, его именем сейчас названа Военная академия в столице, так ещё был магистром магии земли и адептом магии разума, что давало ему возможность представлять их род, как в Палате лордов или Совете магов, так и в Малом совете. Это был расцвет влияния их рода и всего клана в целом. Примерно четыреста лет назад произошла странная, какая-то тёмная история, в которой замешан и королевский род. Неизвестно, что тогда произошло, но в результате младшая дочь императора стала женой Рупа, но самое главное, как в роду драконойдов Лересских, так и в семье императора перестали рождаться мальчики со способностями к магии. Это необъяснимо, но все представители по мужской линии в их семьях стали полностью нейтральны к любому типу магических энергий. Проводили множество попыток разобраться в случившемся или как-то повлиять и исправить эту ситуацию, но так ничего и не смогли выяснить и сделать, и этот рок сопровождает эти два рода до сих пор. Но существует странное пророчество – не пророчество, но некое предсказание, оставленное маршалом, не знаю, откуда он его взял, и никто этого не может сказать, но оно передаётся из поколения в поколение, что в императорской семье, что в роду Лересских. В нём говорится, что оба рода вернут потерянное лишь с обретением новой силы. Что всё это означает, до сих пор непонятно, но это дословное толкование, я в этом уверен, так как слышал его от первоисточника, самого маршала, когда начинал служить ещё под его началом. Императорская семья относится к этому предсказанию достаточно скептически, причина их холодности непонятна, но можно точно сказать, что у них есть на это причины и император или кто-то из его семьи явно знает гораздо больше, чем известно мне. А я как близкий друг лорда знал практически всё, что было известно самим Лересским. Императорская семья особо никогда не тяготела к магии, так что для них это не стало большой утратой, тем более все девочки и женщины по-прежнему были магически активны. А вот род лордов Лересских с тех пор стал постепенно угасать и терять своё былое влияние. При жизни Рупа и его сына, деда моего компаньона, это было ещё не так заметно, но теперь…

На этом месте Ленивец на несколько мгновений прервал свой рассказ, как будто самолично переживал все перипетии произошедших событий.

– Что-то я не понял, к чему ты всё это рассказываешь? – спросил я. – Уж больно далеко ты заглянул в своём повествовании.

– Хм. Похоже, для большего понимания стоит упомянуть немного об устройстве нашего государства, – задумчиво проговорил корнол и подумал: «Хотя довольно странно, что ты этого не знаешь». Видимо, эта мысль не предназначалась мне, но я её уловил. – В общих чертах, в обычные времена наш государственный аппарат состоит из верховной власти в лице императора и двух вспомогательных управляющих органов. Палата лордов – это светская власть, которая существует в империи. Она исполняет представительские обязанности и имеет право выдвигать на рассмотрение императора ряд вопросов, которые не требуют немедленного решения. Существует, конечно, куча полномочий, но есть также множество ограничений, и главными из них являются ограничения на рассмотрение в Палате лордов вопросов обороноспособности государства, ими единолично ведает император, и полностью исключаются все вопросы, касающиеся магического потенциала империи. Отсюда следует второй орган – это Совет магов империи. Он, соответственно, отвечает за духовную и магическую составляющую жизни государства. В совет входят как маги, так с недавних пор и жрецы, достигшие или превзошедшие магистерские степени в своей иерархии. Есть и третий негласный орган управления. Он функционирует постоянно, но в особенно трудные времена вся полнота власти в империи переходит именно в руки этого совета, где на равных правах выступают десять представителей древнейших родов империи и сам император. По сути, все судьбоносные решения в жизни и истории нашего государства принимались именно им. Сейчас мы говорим о Малом совете. В него могут входить не только маги, но это большая редкость. Есть ряд условий, которым должен соответствовать член Малого совета. Это единственный орган управления государством, который может оспорить единоличное решение императора. Место в этом совете передаётся из поколения в поколение. Но обязательным условием для представителя рода в совещаниях совета, для всех, кроме императора, является природная или искусственно установленная защита мыслей и разума. А этого способны добиться только адепты магии разума. И что самое плохое для Крайга и его семьи, если род не выдвигает своего представителя в течение шести пропущенных совещаний, или трёхсот лет, то их место передаётся следующему по списку роду империи. А это как потеря репутации, так и огромнейшая потеря влияния на возможное развитие как государства, так и мировой политики в целом.

Ленивец немного помолчал и продолжил:

– Сейчас род драконойдов Лересских переживает не лучшие времена, вернее, даже, насколько мне известно, несколько последних лет были тяжёлыми для Крайга и его семьи. У Крайга не было никакой реальной возможности удержать место в совете, и он об этом знал. Триста лет со смерти маршала Рула должно наступить через полтора года, и их место должны будут передать другому роду. Крайг бы не стал возражать против своего преемника, так как он понимал, что их род потерял это место уже три поколения назад, но совсем недавно он узнал, что правопреемниками их рода должна стать семья Сейист, их кровные враги. Они принесли огромное горе в семью лорда. По неподтверждённым данным, именно они убили сына Крайга. Тогда он не смог найти никаких доказательств этого. Однако несколько месяцев назад была попытка нападения на него самого. Неудачная, сам он выжил, но были убиты его жена и старшая дочь. Крайгу повезло, что его младшая дочь на тот момент была не дома, а в Академии магии. Она учится на втором курсе. Из нападавших был захвачен один наёмник. После допроса удалось выяснить, что им был дан приказ уничтожить именно самого Крайга, и с его слов выходило, что нанял их один из Сейистов. Крайг впал в депрессию, и если бы не выжившая дочь, не знаю, как бы он закончил. С тех пор он стал прикладывать все силы, чтобы место их рода в совете не перешло к Сейистам. Он стал собирать на них компромат, объявив им негласную войну. Но они, похоже, спрогнозировали подобную реакцию, потому что на Крайга вылился неожиданно ряд проблем, который отвлекал его от задуманного. Было несколько сорванных нападений, и частота их увеличилась. Ему даже пришлось обратиться в гильдию правосудия с просьбой обеспечения безопасности для своей дочери. За себя он не переживал. И параллельно, несмотря ни на что, он копал под Сейистов. Тогда-то он и обратился ко мне. До меня доходили слухи о связях Сейистов с работорговцами и наёмными убийцами, о шантаже и вымогательствах, да много всего. Не всё, конечно, правда, но и того, что подтвердилось в результате расследования, было достаточно, чтобы закрыть им дорогу в совет. И кроме всего прочего, в результате своих изысканий Крайг наткнулся на какую-то информацию, которая заставила его действовать ещё более агрессивно. Он запретил дочери покидать территорию академии. А мне именно тогда он сказал, что у Сейистов теперь не будет никакого шанса войти в Малый совет, пока жива его дочь. А уж о её безопасности он позаботится. Все его чаяния были связаны с ней. Она подаёт хорошие надежды. Ей прогнозируют как минимум магистерское звание в магии воздуха, и к тому же она является адептом магии воды, как и её покойная мать и старшая сестра. Так вот, похоже, Крайг всё-таки нашёл какой-то способ, если и не сделать из Лейлы адепта магии разума, то установить ей надёжнейшую защиту на разум. И именно для этого ему понадобились деньги, большие деньги. А быстро необходимую огромную сумму можно заработать только на продаже артефактов из Леса. По крайней мере, именно такую версию мы распространяли, когда отправились сюда. Он же при нашей последней встрече попросил меня довериться ему и о нашей истинной цели хотел рассказать уже на месте. На территории города древних. Но ничего рассказать мне, как ты понимаешь, не успел. Хотя теперь у меня есть некоторые догадки, зачем мы здесь были.

– Ты говоришь о Слезе?

– Да, ты правильно догадался, – подтвердил мою версию Ленивец.

– И чем же был ценен для него этот артефакт? – спросил я.

– Ты так и не понял? – посмотрел на меня корнол. – В неактивированном и непривязанном состоянии он бесценный. Как для магов любых направлений, так и для жрецов. И именно теперь я более чем уверен, что являлось нашей истинной целью прибытия сюда. Мой компаньон искал одну из Слёз. Не знаю, как к нему попала информация о её местонахождении. Но сейчас, сопоставив все известные мне факты, я уверен, мы тут точно были из-за неё.

– Что за факты? – уточнил я.

– Ну, как я понимаю, во-первых, в последнее время у моего друга было очень много деловых встреч с главой магической гильдии и ректором университета. Во-вторых, сама эта странная экспедиция: без подготовки, без сопровождения, втайне от всех. Большой риск. Он даже не захотел привлекать никого из профессиональных следопытов, которые знают этот анклав Леса, хотя среди них у него были свои знакомые и доверенные люди. Он явно опасался предательства. И последнее. Было у нас с собой несколько специфических артефактов и свитков заклинаний, которые я приобретал перед отбытием через одного знакомого в гильдии. Как я понимаю, они должны были помочь в поисках. И именно поэтому он отправился не один, а взял меня с собой. Теперь-то я это понял. Без меня он просто не смог бы её обнаружить.

– Но он ведь не был магом, так зачем же ему Слеза, ради перепродажи? Ты говорил, что ему понадобились быстро большие деньги? Или в этом есть что-то ещё и это как-то может быть связано с его дочерью? У тебя нет никакой версии, зачем ему понадобилось искать этот камень, да ещё и так скрытно, если, конечно, ты всё-таки не ошибаешься?

Но я каким-то шестым чувством понимал, что нет, не ошибается, здесь они были из-за этого кристалла.

И корнол частично подтвердил моё предположение:

– Непосредственно для него этот артефакт был полностью бесполезен, он не маг и не жрец и сам бы им воспользоваться никак не мог. Однако для его дочери, к примеру, или на продажу он вполне мог пригодиться, особенно во втором случае. На это указывают и его встречи с магической верхушкой города. Только они были способны купить этот камень. Ведь, как я уже говорил, в последнее время, после того как он практически открыто объявил войну роду Сейистов, дела у моего друга пошли очень плохо. Непосредственно всё началось после провала последней его сделки по перепродаже магических камней. Их он выкупал у следопытов, которые жили на его землях и уходили с них в ближайшие анклавы Леса, прилегающие к границам его владений. Уже перед самыми торгами у него украли самую большую партию магических кристаллов и прочих артефактов, добытых в Лесу. Осталась лишь малая часть, которая непосредственно была у него на руках, но она не покрывала и десятой части всех расходов. После этого внезапно оживились все кредиторы, до сего времени не раз дававшие отсрочку, и стали выдавливать из моего друга последнее. Он даже вынужден был продать все фамильные драгоценности и артефакты – оставил лишь самое ценное для своей дочери, – чтобы покрыть задолженности по самым срочным кредитам. Но и первый вариант, что он хотел с помощью кристалла каким-то способом для Лейлы создать защиту на разум, не стоит отбрасывать. Слишком уж необычную деятельность развернул Крайг за последние три месяца, может, в первое время это и была просто подготовка к экспедиции за Слезой, но потом у него состоялись слишком уж странные и необычные встречи. И этого не объяснишь простым сбором информации, он явно копал гораздо глубже. Даже через мои знакомства проходил несколько раз в библиотеку академии и пытался попасть в закрытое Имперское книгохранилище, но там его ждала неудача. В общем, многое непонятно в подоплёке к подготовке и проведению этой экспедиции, но начать её так неожиданно его подтолкнули явно какие-то произошедшие события, досконально о которых мне ничего не известно. Лично моё мнение, что поход сюда был неким последним этапом, на который Крайг поставил всё. Ему очень нужен был этот поход, для него было важно сохранить место в совете, и ему просто позарез нужны были деньги на возврат долгов, на учёбу дочери в академии и содержание поместья и дома в городе. Правда, я не считал, что мы сюда направились просто как следопыты и искатели артефактов, я догадывался, что нам было нужно что-то ещё. Но мы сообщили всем перед своим отбытием, что идём за артефактами, даже Лейле. И если бы мы не нашли ничего того, что являлось истинной целью экспедиции, то и найденных при помощи того оборудования, что у нас было с собой, артефактов было бы достаточно. На их продаже потом можно было бы неплохо заработать. Правда, по-видимому, у него была точная информация, где необходимо производить поиски. А так как он хотел попасть именно в этот район анклава, несмотря на то что он так далеко находится от обычно посещаемых искателями и следопытами областей Леса, подтверждало мои догадки о желании Крайга найти что-то определённое. Но мы не знали, что тут обитает костяной демодрак. Теперь я понял, что если бы мы нашли Слезу и вернулись домой, то мой товарищ был бы обеспечен до конца своих дней, и немного бы на детей и внуков оставил, этак поколений на пять-шесть, даже если не сильно экономить. Однако, как оказалось, есть два небольших таких но, артефакт на такой стадии насыщения никому не нужен, и вышло так, что мой хозяин мёртв. Демодрака мы встретили раньше, чем успели найти кристалл. По сути, вот и вся история. Хоть она и получилась несколько запутанной и скомканной, но я рассказал всё, что мне известно из её предыстории.

Да, интересный получился рассказ, и ведь чувствую, что большая его часть правдива, но и не договаривает корнол очень многое.

Пока он рассказывал, мы как раз дошли до места хранения и заготовки моих припасов. Как ни странно, в этот раз путь прошёл совершенно без происшествий. Хотя вокруг я и замечал движение той или иной живности, но никто к нам не приближался. И я чувствовал, что дело здесь не в том, что они боятся идущего рядом со мной Ленивца, вся мелкая живность в округе почему-то сторонилась именно меня.

Я принялся заворачивать припасы в небольшой кусочек, оставшийся от шкуры змеи, его как раз хватило на все заготовленные мной полоски вяленого мяса. Уложив свёрток в одно из отделений рюкзака, я закинул его на плечи. Немного поправил лямки, чтобы он сидел поудобнее и не мешал в пути. Пару раз подпрыгнул – так и не понял, что должно было у меня греметь, но оценил, что в ногах ничего не путается и на плечи не давит.

– Ну всё, теперь я полностью готов к путешествию. – Я посмотрел на ожидающего меня Ленивца.

– Тогда нечего задерживаться, этот анклав нам необходимо покинуть как можно скорее, – ответил он.

– Конечно, я помню, ты говорил это. Но куда нам идти? Ты что-то упоминал, что знаешь.

– Да, чтобы был шанс скрыться, нам необходима область с повышенной концентрацией магической энергии. Я знаю, где она находится.

– Где? – непроизвольно вырвалось у меня. Правда, я практически был уверен, что он укажет в сторону развалин, виденных мной, и столба энергии, находящегося где-то в их центре. И оказался прав.

– Там, внизу, – Ленивец неопределённо махнул рукой куда-то себе под ноги, – находятся развалины города древних. Туда будет лежать наш путь.

Ну вот, будьте осторожны в своих желаниях, ведь я хотел посмотреть и на развалины, и на хозяина плаща и кинжала, и теперь у меня появился реальный шанс это сделать. А ведь этот корнол не знает, что труп лорда Крайга тоже где-то там. Но на месте разберёмся.

Мы направились, как это ни странно, не к стволу дерева, чтобы спуститься по нему, а пошли куда-то дальше вдоль ветви.

Заметив моё удивление, Ленивец пояснил:

– Там дальше лианы. По ним легче спуститься. И тем более мы окажемся сразу на окраине развалин.

Я, конечно, не понял, почему по лианам спускаться легче, чем по стволу, но доверился в этом Ленивцу, так как он знал местность гораздо лучше. Да и интуиция подтвердила правоту его слов.

– Понятно, – согласился я и, припомнив весь его рассказ и то, с чего он начался, сказал: – Теперь мне известна причина вашего появления здесь, но для меня так и осталась загадкой та просьба, о которой попросил тебя лорд.

– Да, а я подумал, что ты догадался, – почему-то постарался схитрить Ленивец.

– Нет. Была у меня мысль, что он попросит помочь его дочери, но я вряд ли могу быть в этом полезен. А ты сказал, что именно я подошёл для выполнения возложенной на тебя миссии. И у меня осталась единственная версия, что это как-то связано с тем Малым советом, о котором ты упоминал.

Я остановился, чтобы посмотреть на реакцию корнола. И она не заставила себя долго ждать. Он тоже остановился, повернулся ко мне, осмотрел меня с ног до головы и ответил:

– А ведь я не ошибся в тебе. До сих пор удивляюсь, как судьба могла свести наши дороги в этот странный миг.

Отвернулся и пошёл дальше.

«Не понял, а где же ответ? Или он его уже дал? Но я хочу услышать его от этого странного Лениавеса».

Я впервые назвал его по имени, хотя и мысленно. И это как-то подтолкнуло мою мысль в нужную сторону, и странная догадка завертелась в моей голове.

Нужно было подтверждение моей внезапно вспыхнувшей мысли. Поэтому я кинул ему вслед:

– Так о чём же попросил тебя лорд Крайг?

Корнол, не оборачиваясь, произнёс:

– Я чувствую, ты всё-таки догадался, – и, помолчав пару мгновений, добавил: – Ему нужен преемник. И я выбрал тебя.

Глава 6

– Преемник? Не понял. Это же, как мне помнится, должен быть какой-то родственник погибшего? Как такое возможно? Кто меня признает? Да и какие я смогу предъявить доказательства того, что я не самозванец? – всё ещё не доходил до меня смысл последних слов Лениавеса.

То, что корнол выбрал меня, сразу воспринялось мной как должное, будто к этому всё и шло с момента нашей встречи. И у меня даже сложилось впечатление, будто я знал об этом ещё до того, как Лениавес раскрылся передо мной, и даже до того момента, как я его встретил, чуть ли не с того времени, как осознал себя находящимся в этом Лесу. Но это, конечно, был бред, я точно не мог предсказать такого странного развития событий.

– И да и нет, – ответил мне корнол, – всё и несколько проще, и в то же время сложнее. Ты прав, что этого никто не видел и никто, кроме меня, этого не знает. Но этого и не нужно. Во-первых, любой маг крови сможет подтвердить правоту твоих слов, что ты истинный наследник лорда Крайга, что он сделал тебя своим преемником и что теперь ты являешься одним из членов их семьи и главой их небольшого рода. Я не могу объяснить всех тонкостей, но сам процесс преемственности каким-то образом завязан на передачу магической и жизненной энергии от одного существа другому и затрагивает некие изменения в ауре, которые происходят в такой момент. У магов же этот процесс сопровождается также и передачей части дара по управлению магическими энергиями. Именно поэтому в древних родах с каждым поколением магическая сила и чувствительность к магической энергии возрастают в той или иной степени. Во-вторых, и это самое главное, само место в совете является неким индикатором преемственности и наследственности, и не признанный родом наследник просто не сможет занять положенное другому место. В этом случае как раз всё и завязано на ту индивидуальную черту рода, передающуюся из поколения в поколение в эфирном виде вместе с частью энергии, вливаемой в ауру преемника. И именно поэтому процедура преемственности является более глубоким подтверждением наследственных прав того или иного существа. А так как у лорда не осталось других прямых наследников, кроме дочери, то и оспорить твои слова, кроме неё, будет некому.

Лейла поверит мне на слово, так как мы знакомы с её детского возраста и она знает, что я являюсь доверенным лицом её отца. Так что с ней проблем не должно быть никаких. Я это предполагал ещё с момента нашей встречи, а потому как только смог убедиться, что ты подходишь для той роли, о которой говорилось, то передал тебе частицу духа лорда, которую он оставил мне для своего будущего преемника.

Пройдя немного вдоль ветви и задумавшись над тем, что всё получается как-то достаточно просто, я решил, что до сих пор никак не могу привыкнуть к тому, что это мир магии. А вот всех её возможностей я не знаю и даже примерно не догадываюсь, что же она мне может дать. Вон, к примеру, какая-то магия крови вырисовалась. Что это, интересно, такое?

В этот момент ожил интерфейс и выдал некое разъяснение, не слишком похожее на определение, правда, я так и не понял, имеет ли оно хоть какое-то отношение к той магии крови, о которой говорил Лениавес, но это всё равно хоть что-то.

«Магия крови в своём историческом развитии практически никогда не менялась, а лишь дополнялась и местами искажалась. Магия крови сначала непрерывно взаимодействовала с магией смерти и была неотделима от неё. Кровавые жертвоприношения и даже первобытные ритуальные нападения на животных включали в себя частичные обряды кровопролития. Также магия крови была неотделима от первобытного каннибализма, где, к примеру, съедалось сердце врага, чтобы иметь его храбрость и дерзость, мозг мудреца и так далее. В ритуалах же, связанных с охотой, в кровавую лужу вбивался шип или подобие гвоздя, чтобы призрак убитой твари не явился к тем, кто его убил.

Сама по себе магия крови отделилась в самодостаточное направление магии лишь с приходом вампиризма, который являлся ритуальной частью естественного каннибализма. При этом произошло смешение двух направление: магии крови и более сложной в исполнении магии – ноктурнизма».

«Вот ещё что-то появилось непонятное, нужно будет попытаться выяснить, что это за ноктурнизм. – С каждым новым пояснением появляются и новые вопросы. – Интересно, а Лениавес знает, что это за второй тип магии?»

Интерфейс же продолжал выдавать данные по той теме, по которой, как я понимаю, получил запрос на поиск информации, при этом приводя её в некий краткий и структурированный вид.

«А база знаний у него большая?» – сам себе задал я вопрос, осмысливая полученную информацию.

«Исторически изучение крови шло как и изучение строения человеческого существа. В древнем мире анатомия была всегда оккультной наукой, неразрывно связанной с глобальными вселенскими законами. Уже изначально оккультисты выделили два центра жизнедеятельности – сердце и мозг и то, что всё функционирует лишь за счёт притоков крови. Все вещества растворяются в крови и переносятся с током крови ко всем органам. Кровь есть жизнь всего организма».

«Ну, это всё понятно и в некоторой степени было мне известно и так, или я об этом мог бы догадаться самостоятельно, если бы посидел и подумал, благо аналитические способности всегда были и будут со мной. Но всё же, похоже, это не та информация, что мне нужна», – с огорчением вздохнул я.

Но как ни странно, видимо уловив моё недовольство полученными данными, интерфейс выдал ещё один блок информации:

«Есть версия, что магия крови с энергетической точки зрения основана на особых свойствах крови живых существ. Кровь сама по себе содержит жизненно необходимую информацию, несёт в себе различные частицы и обладает уникальными типами энергий на тонком уровне. По этой же теории кровь обладает самой большой энергетикой из всех элементов, находящихся в теле живого индивида. Было зафиксировано, что при кровопролитии выделяются огромные потоки энергии колоссальной силы, вызывая довольно сильные эффекты и изменения в окружающем мире при правильном использовании, но ещё большие изменения наблюдались при различных ошибках, возникающих в результате ритуалов. На текущий момент данная теория находится на стадии разработки, упорядочивания и подтверждения найденных закономерностей. Данный тип магии полностью ритуальный, так как невозможно проведение ни одного действа без необходимой составляющей живой крови существа».

«А вот это уже гораздо интереснее. Как раз то, что нужно, – обрадовался я. – Странно, что те, кто снабдил меня этой информацией, утверждают, что магия крови находится только на стадии изучения, а Лениавес говорит о ней как о вполне самодостаточной и уже законченной дисциплине магии, даже утверждает, что у неё есть свои адепты. Непонятно. Неужели тут продвинулись в изучении различных направлений магии как отдельных разделов науки гораздо дальше?»

А интерфейс выдал последнее сообщение:

«На текущий период изучение различных направлений использования магии крови не завершено, но уже сейчас доступно проведение нескольких простых ритуалов с предсказуемыми результатами их действия».

«О, и о ритуалах интересно», – пришла мысль в голову, но, увидев, что интерфейс тут же начал выводить дополнительную, доступную ему информацию о проведении этих самых ритуалов, я попросил его предоставить только список с доступными ритуалами и их краткое описание.

Список оказался не очень большой. Всего четыре пункта.

«Ритуал поиска по крови. Основан на неразрывной информационно-энергетической связи частицы и целого. Проводится по небольшому объёму крови разыскиваемого существа. В каплю крови внедряется напрямую или в результате проводимого ритуала ментоактивный модуль поиска, который через стремление части к объединению в целостную структуру настраивает ритуалиста или ментооператора на необходимый след информационной матрицы в астрале и производит привязку астрального тела к его физическому воплощению. В результате ритуала у проводящего его возникает видение места нахождения разыскиваемого существа и образуется некая астральная нить, на основании которой по силе её натяжения (воздействия) можно определить правильное направление при поиске того или иного существа. В наличии есть как описание ритуала поиска, так и структура построения с алгоритмом внедрения ментального модуля».

«Так, это может в будущем пригодиться. Для ритуала, как я понимаю, в принципе ничего не нужно, кроме капли крови разыскиваемого существа. Интересно, а ограничения какие-то есть, а то про них что-то ничего сказано не было».

«Для проведения ритуала требуется определённая подготовка, но при этом на его реализацию необходимо минимальное количество энергии. Внедрение ментального модуля не требует большого времени, оно тратится лишь на формирование его структуры и вливания в неё нужного количества энергии. Время проведения ритуала, как и внедрения ментального модуля, ограничено шестью часами с момента взятия крови у её владельца».

«Теперь с этим всё стало полностью понятно», – разобрал я первый доступный мне ритуал, мельком взглянув на схему внедряемого ментомодуля и описания проведения ритуала, и перешёл ко второму пункту.

«Защита от существ, основанная на магии крови. Опирается на тот же принцип взаимосвязи частицы и целого. При помощи специального ментомодуля из полученной капли крови извлекают информацию о менто-информационном и энергетическом поле родительского существа и уже на основе полученной информации производят внедрение в построение любой защитной структуры ментального модуля, который производит или разрушающее, или дестабилизирующее воздействие на необходимый вид полей. Все три схемы ментальных модулей есть в базе знаний. Ритуала для проведения аналогичной операции не разработано».

«Смотри-ка, а всё, оказывается, не так и просто. Вот встретилось то, что без помощи некоего магического действия не произведёшь. Наверное, данный тип защиты работает на более сложном уровне, чем простое непрямое воздействие, вроде того же защитного поля. Тут будет ещё и в какой-то степени или разрушение поля нападавшего, или… интересно, а к чему ведёт дестабилизация поля?»

«Дестабилизация менто-информационного поля – это нарушение (обычно целенаправленное) стабильности поля. Приводит к потере способностей, основанных на наличии менто-информационного поля, у индивидуума. В редких случаях ведёт к спонтанным и непредсказуемым результатам проявления работы таких способностей».

«Понятно. Был маг и не стало мага, или маг-то остался, но вот как его заклинания будут работать, не сможет предсказать уже никто. Тоже полезно», – решил я, вновь просмотрел все три структуры и перешёл к следующему пункту.

«Уничтожение ментального следа. Ритуал-антагонист ритуалу поиска. Предназначен для разрыва связи частицы (утерянной крови) и целого (индивида). Посредством ритуала и внедрением ментомодуля производится разрыв связи с утерянными частицами. В наличии как описание ритуала, так и структура ментомодуля. Есть несколько пояснений. Разрыв связи с помощью ментомодулей необходимо проводить для каждой частицы отдельно. Выполнение ритуала требуется единожды для каждого индивида».

«Тут всё гораздо интереснее. Провёл однажды ритуал – и всё, по твоей крови тебя уже не обнаружат. Очень даже неплохо».

Но, просмотрев повнимательнее описание ритуала, понял, что если хочется пожить, и желательно подольше, то лучше о нём и не помышлять. Это тот шаг, когда действительно нужно исчезнуть, а у врага есть твоя кровь, и в большом количестве, другого события, когда бы я согласился на этот ритуал, мне в голову не приходило. Так как аккуратно воткнуть ритуальный нож в своё сердце я как-то ещё психологически не готов. Тем более структура, которую нужно внедрять в каплю своей крови при разрыве связи, была до изумления проста. Я даже её запомнил с первого раза. Правда, непонятно, что подразумевает под собой понятие «внедрять», и вообще, как это происходит, я не знал, но то, что смогу воспроизвести её в любое время, был полностью уверен.

И вот дошло дело до последнего пункта. Тут было что-то странное.

«Привязка. Это ритуал внедрения специального ментомодуля, производящего объединение ментальной структуры неживого (это слово выделено) предмета с ментальным полем любого разумного существа. Ритуал проводится через внедрение объединяющего ментомодуля в ментальную структуру предмета и некоторого объёма крови (таблица и формула расчёта необходимого объёма крови прилагается), взятого у проводящего ритуал привязки. Как результат проведения ритуала происходит слияние ментополей предмета и существа в единое менто-информационное поле. Структура внедряемого ментомодуля прилагается. Ограничение: вес предмета не должен превышать пяти процентов от массы существа».

До меня не доходил смысл, как это, например, какая-то вещь стала частью моего поля и что это даёт?

Но ответа от интерфейса не последовало. Видимо, данный пункт оставался также не до конца исследованным неизвестными мне учёными.

«Ну и ладно. Зато я обогатился необычайно большим багажом знаний, – решил я, продолжая идти. – То ли ещё будет!»

Мысли, что моя жизнь в этом странном мире только началась и ещё целый ворох таких неожиданных и ценных знаний свалится на мою голову, настроили меня на оптимистичный лад, хотя и так настроение моё было хорошим ещё с того момента, как я очнулся на поляне.

Оглядевшись, я понял, что двигаемся мы всё дальше вдоль ветви дерева и сейчас вокруг не такое запустение, как у его ствола. Окружающая местность стала больше напоминать какие-то странные заросшие джунгли, появилось большое количество мха, лиан, под ногами был перегной или что-то его напоминающее. Как ни странно, здесь росли и настоящие деревья или кусты более привычного вида.

«Деревья растут на деревьях», – с улыбкой пройдя мимо очередного небольшого деревца, напоминающего молодой ясень, подумал я.

Ну ладно, я отвлёкся, помнится, что-то ещё в информации, предоставленной интерфейсом, заинтересовало меня.

«Ах да, это непонятное слово „ноктурнизм”, что это?»

«Ноктурнизм – это умение управлять энергиями тьмы, полуразумной сущности, власть которой идёт от небытия (подпространства). В знания ноктурнизма входит искусство повелевать людьми, животными и духами, искусство демонизма и дисбаланса. Исследования в этом направлении запрещены. Из данной области известен только ритуал открытия врат и ритуал призыва».

Заинтересовавшись, особенно тем, что связано с открытием врат, я просмотрел описание ритуалов, и даже от прочтения мне уже стало не по себе.

«Это точно не моё, – решил я. – Но вот мне интересно, а какая же сволочь от науки проводила, конспектировала и анализировала проведение даже двух этих ритуалов? Встречу – прибью. Хоть я и не злой в общем-то человек».

Решив на этом закончить с разбором рассказа Лениавеса и его ответом на мои вопросы, которые, в свою очередь, предоставили мне самому немало дополнительных сведений, я наконец обратил внимание, что идём мы с ним в молчании уже достаточно давно. И поэтому я сказал:

– Я обдумал твой рассказ и по сути уже выполненное поручение. Но всё-таки формально, как я понимаю, ты хотел бы получить моё согласие, хотя ни разу и не упомянул об этом.

– Да, это верно, – ответил он.

– Тогда, считай, ты его получил. – И, немного помолчав, спросил: – Так что же нам делать дальше?

– А дальше мне интересно: кто же всё-таки такой ты? – Остановившись, корнол посмотрел мне в глаза.

И вот здесь я задумался. Мысль, что придётся кому-то рассказывать о себе правду, приходила мне в голову несколько раз, но я упорно откладывал обдумывание своей истории. Правду о себе мне говорить не хотелось категорически. Но и солгать этому корнолу я вряд ли смогу, это чувствовалось. Достоверную легенду мне придумать не удалось, так как информации об окружающем меня мире было катастрофически мало. Надеяться на одну только интуицию при составлении своей истории тоже достаточно глупо. Именно поэтому я решил сказать часть правды, умолчав лишь самую малость. О том, что моя родина находится не в этом мире. Ну и о своих странных возможностях я пока тоже решил не говорить.

Но перед этим я решил уточнить у Лениавеса, а что он сам думает обо мне. Мне было просто интересно, а главное, от этого можно будет плясать при моём рассказе.

– Извини, Лениавес, я знаю, что отвечать вопросом на вопрос невежливо, но не мог бы ты сказать, что сам думаешь обо мне и нашей с тобой встрече? Ведь должна же была сложиться у тебя какая-то версия всего этого?

– Ты что-то хитришь, друг мой, – ответил корнол, рассматривая меня, – и складывается впечатление, что просто не хочешь говорить о себе всего. Расскажи то, что посчитаешь необходимым. А остальное поведаешь, когда посчитаешь нужным. Но если ты хочешь, давай начнём с моих рассуждений о тебе.

– Да, так будет лучше. Я, если честно, не хочу тебе лгать, но и рассказать всего не могу. Правда, если ты сам угадаешь главное, то отрицать этого я уже не буду. А поэтому я с нетерпением слушаю тебя.

– Знаешь, мне даже стало любопытно. Но ответь хотя бы на один вопрос.

– Да, конечно, – сразу согласился я.

– Как тебя зовут? Понимаешь, как-то непривычно разговаривать с кем-то продолжительное время и даже мысленно величать его хуман.

– Прости, моя вина, – повинился я, – вылетело из головы. Меня зовут Артур Лесной, но друзья меня прозвали просто Баг, за всё время сыплющиеся на меня мелкие неприятности и умение найти приключение на своё мягкое место на ровном месте.

– Хм. Баг. Странное прозвище для хумана. Хотя у вас там чего только не бывает. Тем более ты всё-таки дворянин, как я и думал. Правда, рода Лесных я не знаю, но это и неудивительно, вы, хуманы, живёте во многих государствах. Поэтому твоё второе имя действительно может тебе подходить.

– А что в нём не так? – поинтересовался я.

– Ну, насколько я знаю, у троллей так называют тех, кто идёт впереди строя во время штурма, и переводится это слово как «преодолевающий».

– Да, странно, – удивился я. – Не знал, если честно.

– Бывает, – ответил корнол, – многие не понимают, что означают их вторые имена. Хотя при этом многие и верят в силу имени.

– Понятно. А с чего ты взял, что я дворянин? – Моё дворянское происхождение, определённое Лениавесом, также кольнуло слух, и я хотел разобраться в том, что же вызвало его такие выводы, после того как он услышал моё имя.

Мне в будущем это самому могло пригодиться. Должен же я знать, откуда ждать подвоха. А липовое дворянство, которое определяется даже на слух, – это опасно. Могут и не поверить, потребовав доказательств.

Хотя бабушка и говорила, что когда-то у нас кто-то и был, но это было так давно, что и не проследишь, поэтому я себя к дворянам, особенно новым, не относил. Видимо, дворянская кровь всё же чувствуется, иначе как бы смог Лениавес понять, что она во мне есть. Но и отрицать я, конечно, такого не буду, хотя если здесь и правда есть какие-то Лесные, то тогда объясниться с ними будет очень сложно. Но стоит рискнуть. Дворянину легче внедриться и продвигаться в обществе, чем простому и мало кому известному крестьянину. И если ты дворянин, многих странностей объяснять не нужно, просто говоришь, что меня так воспитали или что меня так учили, и этому, по идее, должны верить.

Но я не думал, что мои дворянские корни так выпирают, правда, рода Лесных он не знает, то есть фамилия тут ни при чём, но про то, что я дворянин, он сказал, как только я представился, а значит, дело или в имени, или в составном именовании. Ведь наличие фамилии само по себе – это принадлежность к какой-то семье или роду.

Так что его ответ для меня был очень интересен. Пока раздумывал над этим, чуть не пропустил слова Лениавеса, а он между тем сказал:

– Приставка «Ар’» указывает, что ты откуда-то с севера. Я прав?

«Так он разбил имя на две части, – пришло понимание в мою голову. – Значит, теперь я – Ар’Тур из рода Лесных. А что, неплохо звучит. Вот сам себя в дворяне и произвёл. Тем более это правда, что в нашей стране девять месяцев холода и полгода снег лежит, так что я точно с севера, особенно если судить относительно местного климата».

– Да, с севера, – ответил я и, доверившись интуиции, махнул куда-то в сторону.

– Знаешь, я так и подумал при нашей встрече. Лишь у вас не все знакомы с лесными корнолами. И именно поэтому ты меня не узнал. Ну и у вас на севере никогда не было особо сильных магов, зато это страна сплошных шептунов, заклинателей да скаутов и следопытов. Так что твой талант поисковика и искателя не удивителен, на севере таких, как ты, особенно много, гораздо больше, чем в центральной и южной частях материка.

– Наверное, мне это неизвестно, если честно, – не стал отрицать я очевидного.

– Но я так и не понял причины твоего появления здесь. Мы с тобой встретились очень далеко от ваших исконных территорий. Между нашими землями лежит две трети континента, покрытого несколькими тысячами километров Леса, в глубь которого вообще никто не ходит пешком, а только добирается по воздуху. Но ты, как ни странно, здесь. Первоначально я принял тебя за отбившегося от группы или потерпевшего здесь крушение следопыта. Тем более твой талант искателя и поисковика сложно было не заметить. Но, присмотревшись к тебе, я понял, что это не так. Было странно увидеть здесь не подготовленного к походу скаута. С собой у тебя ничего не было. Даже неопытные и самоуверенные следопыты берут минимальный запас продуктов и необходимых вещей, не говоря уже об истинных профессионалах, а с «набором выживания», как они его называют, следопыты не расстаются даже во сне. А при тебе был только кинжал. Ты первоначально вёл себя как абсолютный новичок, но достаточно быстро адаптировался к жизни в Лесу и даже смог создать для себя приемлемые условия существования, сделать достаточно примитивную, но при этом не менее эффективную экипировку. Добыл провизию и заготовил её на будущее, что сможет сделать далеко не каждый. И самое главное, ты совершенно не боишься Леса. Это чувствуется. Но здесь есть объяснение: видимо, твой род – это потомственные скауты, и вы живете на границе с Лесом, именно поэтому вас именуют Лесными. Ну что ты на это скажешь?

Я задумался над своим ответом. Как чувствовал, лгать по какой-то причине нельзя. Но и сказать всей правды не могу. Здесь главное во фразе слова «всей правды». Поэтому мой рассказ ему должен был прозвучать как полуправда… но не прозвучал.

Глава 7

Граф Старс Ра’Горт эр Сомер, ректор Академии магии империи Ларгот, с интересом смотрел во двор через большое панорамное окно своего кабинета.

Его внимание привлекла нездоровая суета у здания факультета магов-преобразователей, или, как их называли в народе, да и сами студенты академии, живодёров, за способность этих магов работать с живыми существами на уровне преобразований их сущности и физического воплощения, которые выливались в умение создания из обычных животных различных магических тварей и химер. Была, правда, у них ещё одна особенность. Все они, ну или по крайней мере большая их часть, были способны перекидываться в ту или иную форму своей второй ипостаси, поскольку преобразовывать они могли не только чужую, но и свою собственную сущность. И поэтому иногда ещё их называли оборотнями, хотя до представителей этой расы им было очень далеко, особенно до истинных её представителей. Ведь магам их оборот не давал никаких особых преимуществ и способностей, а только позволял сменить одну форму физического воплощения своего духа и физической сущности в материальном мире на другую. Правда, отсюда следовала и обратная зависимость: все настоящие оборотни были прекрасными магами-преобразователями и чаще всего, за редким исключением, поступали в академию, чтобы учиться именно на этом факультете. Уж слишком хорошо они осуществляли и контролировали процесс изменения и преобразования одних видов материи и энергии в другие.

Хотя на самом деле Старс не приветствовал такие клички или народные именования, но название «живодёры» прижилось благодаря одному языкастому студенту, и теперь избавиться от него никак не получалось. И что самое странное, практически ни у кого оно не вызывало отрицательных эмоций, многие студенты и преподаватели факультета относились к нему с юмором.

«Но это всё лирика, – одёрнул себя ректор, так как отвлёкся от основной цели своего интереса. – Да что там происходит?» – пытался разобраться он в увиденном.

Азартно бегающие студенты, несколько молодых преподавателей и сам декан факультета, дающий какие-то, вероятно, очень ценные и о чём-то говорящие им всем советы.

Но вот кто-то из молодых магов что-то обнаружил или заметил и указал рукой в направлении стрельчатого окна соседнего с родным зданием их факультета строения. В то же мгновение примерно в ту сторону устремилось сразу несколько магических плетений, являющих собой несколько различных вариаций на тему «Ловчей сети», как удалось разглядеть ректору, воспользовавшемуся в этот момент упрощённым плетением «Магическое око».

Однако никакого результата этот магический залп загонщикам не принёс. В том месте, куда было устремлено большинство плетений, уже никого не было, или изначально оно было пустым.

«Опять у них кто-то сбежал, – догадался Старс, распознав используемые плетения. – Видимо, слишком удачный экземпляр или не слишком удачный эксперимент, если это непонятно что умудрилось оказаться на свободе и до сих пор не поймано».

Червячок любопытства уже проснулся в нём, поэтому, заинтересовавшись происходящим во дворе и решив разобраться подробнее в случившемся, ведь не каждый день сам декан одного из факультетов принимает участие в таком развлечении, он послал магический зов своему старому приятелю ещё со времён своего обучения в академии. Этот эльфар являлся и одним из сильнейших магов-преобразователей и занимал уже несколько десятков лет должность декана соответствующего факультета.

«Лерак, привет. Что-то много суеты вы создали. Не хочешь поделиться, что же там у вас произошло?»

«С удовольствием, – ответил тот. – Заодно пожалуюсь на одного своего ученичка. Не догадываешься, о ком идёт речь?»

Такого ехидства даже при мысленном общении можно было ожидать, если его знакомый говорил только об одном из студентов этого факультета.

«Сомр», – со вздохом подумал Старс.

Хотя Лерак и не услышал ответа на свой вопрос, но был уверен, что граф знает виновного, и подтвердил:

«Угу, ты правильно догадался, это мой крестник».

«И что он натворил в этот раз?» – смирившись с очередной выходкой своего сына, спросил ректор академии.

«Расскажу при встрече. Сейчас нужно расхлёбывать последствия его очередной шалости и поймать наконец эту гадину».

И тут Старс услышал, как Лерак кричит своим студентам:

– Бестолочи, это фантом! Он по крыше добрался уже до здания главного корпуса! Ищите его там! Балбесы малолетние.

После этих добрых и вдохновляющих на подвиги слов толпа магов, студентов и преподавателей ринулась к зданию ректората и факультета общей магии.

«Интересно, а наши учителя тоже для него бестолочи и балбесы малолетние? Надо будет поинтересоваться при случае. Хотя лучше не нужно, а то и мне достанется, чувствую, к какой-то из этих категорий местной научной элиты могут отнести и меня».

Все знали характер его друга, и, как ни странно, такие характеристики его учеников и были наилучшими рекомендациями, ведь тех, кто, по мнению Лерака, были настоящими и действительными бездарями, он в упор не замечал, просто не обращал на них внимания.

Поэтому Старс не стал расстраиваться из-за предстоящего разговора: уж если Хиляк, как они называли Лерака во время своей учёбы в стенах этого здания, стал ругаться, значит, его сын сделал что-то действительно достойное внимания.

С момента, как он начал следить за всем этим представлением, толпа загонщиков разрослась практически в два раза, и теперь в травле странного животного принимало участие чуть ли не сорок магов разного возраста и умений.

«Уже не только одни живодёры здесь, – отметил ректор. – Вот ракшас, – и чертыхнулся про себя, – маги-преобразователи и кто это у нас там ещё? – Он пригляделся к толпе. – Пара магов жизни, один смертник. Опять ракшас. Маг смерти… – стал перечислять распознанных студентов Старс. Различать их было достаточно просто по выделяющимся эмблемам на одежде. – Некромант и пятеро тёмных, ну это и неудивительно, этим только дай повод. Вижу ещё нескольких стихийников, у этих сейчас как раз перемена. Нет ни одного мага земли, однако тут всё правильно, те, кто занимается землёй, не будут участвовать в таком развлечении, не тот склад ума и характер. Так, стихийники, правда, узкую специализацию разобрать не могу. Хотя, откуда она у них, это же младшие курсы. Тройка магов крови. Кто-то из разумников, похоже, всё. Весёлая у них компания собралась».

Ректор хотел уже было переключиться на место предполагаемого нахождения разыскиваемого объекта, как обратил внимание на несколько приотставшего от основной группы молодого хумана.

«И кто ты у нас такой? И что, интересно, там делаешь? – Посмотрев на него, Старс с ходу не смог определить специализацию мага. Поэтому, воспроизведя повторно плетение „Магическое око”, ректор по внешнему строению ауры и магических полей, окружающих этого индивида, постарался понять, кто же это находится во дворе. – О, артефактор и, похоже, с какого-то из начальных курсов, но что необычно, уже и защита органично вплетена в структуру поля, и потоки распределены оптимальным образом, хотя аура и говорит о не слишком больших его способностях. Почему я его не помню и ни разу не видел? – задался вопросом ректор. – Такие кадры всегда нужно держать в поле зрения. Особенно в связи с бедственным положением на их факультете. Ему-то что там нужно, среди этой толпы? – удивился граф. – Ведь ничем помочь им он не сможет. Хотя…» И маг повнимательнее вгляделся в парня, стоящего позади неорганизованно и увлечённо носящихся по двору студентов.

Тем временем хуман что-то поднёс к своему лицу.

Не поняв, что за манипуляции проводит артефактор, маг решил воспользоваться одной магической игрушкой, оказавшейся очень полезным изобретением, которое было недавней разработкой некоего талантливого молодого магистра с факультета рунологии и артефакторики и названо им дальнозором.

Основу артефакта составляла заготовка, выполненная из материала, имеющего в своей основе любую кристаллическую структуру, – обычно использовалась простая стеклянная призма с помещённым в неё несколько изменённым одним из простейших начальных плетений второго уровня магии воздуха «Орлиный глаз». Чем крепче и прозрачнее материал изготовления физической основы, тем дольше и качественнее работал получившийся артефакт. Лучше всего подходили специально обработанные природные кристаллы, но обычное стекло было изготовить и достать гораздо проще и легче. Да и по качеству полученной иллюзии оно не сильно уступало тому же горному хрусталю. А далее получившийся магический конструкт необходимо было наполнить энергией.

Взяв артефакт в руки, его следовало активировать простым нажатием на нанесённую точку включения и выключения, тут же присутствовал указатель на остаток заполнения артефакта энергией. А затем просто навести прибор на нужный объект. Артефакт начинал действовать как активированное плетение «Орлиный глаз», и перед взором того, кто им воспользовался, на его внешней стороне появлялась картинка того, на что он был направлен. Управление полученной магической иллюзией осуществлялось мысленно. Картинку можно приблизить или отдалить, рассмотреть сверху и с боков. Правда, не было возможности завести глаз за объект, как при использовании самостоятельного оригинального плетения, но и того, что он позволял, было достаточно.

Пользу магической безделушки, изобретённой молодым магистром, практически сразу оценили в гильдии магов города Парны и купили у него права на его изготовление и продажу. С тех пор этот артефакт стал очень распространён, особенно среди военных и моряков, и теперь практически у каждого из них была та или иная его модификация. Сейчас многие могли найти себе такую безделушку, которая будет им по карману.

Сначала, как это обычно и происходит, появление такого артефакта, который в большей степени заменил работу слабых магов воздуха, в основном как раз и нанимающихся для несения дозора, вызвало огромное количество протестов и негодования с их стороны. Но потом оказалось, что прибор не может работать вечно, его требуется подзаряжать энергией и делать это надо достаточно часто и регулярно. А мнимая свобода, которую якобы получили жители империи от её магов, в услугах которых они теперь вроде как перестали нуждаться, была только на руку гильдии.

Сами же маги тоже довольно быстро поняли преимущество этого небольшого артефакта и были не против его использования – зачем тратить энергию и всё время держать наготове одно заклинание, хотя и достаточно простое, когда можно использовать то, что уже готово, заряжено и лежит в кармане? Тем более не все могли создать определённое плетение – не тот тип энергии используется, или не хватает сил или умений. Но уж наполнить энергией накопитель нужного кристалла в состоянии был каждый маг или даже простой одарённый, хоть немного развивший свои способности. К примеру, те же рейнджеры или поисковики могли делать это без особых проблем.

Это и было основой артефактостроения и частично рунологии: размещение плетения или группы плетений в материальный носитель, будь то свиток, какой-либо амулет, кольцо или различные прочие материальные носители. И чем прочнее была основа, тем дольше служил артефакт. Свитки уничтожались сразу после применения, деревянных изделий хватало на пять – десять раз, костяные можно было использовать до полусотни раз. Дальше шли каменные заготовки, железо, драгоценные металлы, камни и кристаллы. Но из всего есть свои исключения, например, кость дракона или других магических животных или древесина железного или каменного дерева по своей прочности могли соперничать с мифрилом гномов. Однако самый ценный материал – это звёздный металл, он – наилучшая основа для артефактов, которые в результате могут служить тысячелетиями. Именно из него древние создавали свои изделия, и именно поэтому их артефакты всё ещё действуют, хотя прошло уже больше пятидесяти тысяч лет.

Государство Ларгот как раз и живёт за счёт рейнджеров и поисковиков, которые выносят из Леса, в том числе и из развалин городов, скрытых в его чаще, различные диковинки, странные и непонятные древние артефакты и информационные кристаллы, которые тоже, в свою очередь, являются неплохой основой для создания уже новых артефактов. Это основное, что пытаются раздобыть в развалинах.

Но всё же главной ценностью являются те крупицы знаний, которые удаётся извлечь из попадающих к ним в руки находок.

«Но я опять отвлёкся», – оторвался от размышлений граф и протянул руку к лежащему тут же, у окна, дальнозору.

Взяв артефакт и направив на заинтересовавшего его студента, ректор увидел, что молодой маг осматривает двор и соседние здания с помощью такого же или похожего магического прибора, каким воспользовался и он сам.

«Зачем ему это? Ведь химера точно или невидима, или накрыта каким-то магическим полем, не позволяющим однозначно определить её местонахождение, коли её до сих пор найти не могут. А так он обнаружит только те фантомы, о которых кричал Лерак. Глупо. Слабоваты пошли у нас артефакторы, да и рунные маги тоже, – с огорчением подумал он, вспоминая предыдущие выпуски. – Раньше это были в основном интеллектуалы. Ведь боёвки данным господам давался самый минимум. Зато теории – выше крыши, даже пришлось немного изменить курс для увеличения практических занятий и физического развития. И всё равно туда особо никто не рвался, а сейчас тем более нет желающих поступить на этот факультет. В последний же год вообще никого не было. Ведь к той же магии огня ученики будут подготовлены на приличном уровне примерно через три года. И можно в бой, вернее, в мир выпускать готового среднего специалиста. Никто не хочет учиться на несколько лет дольше, а как результат – сидеть всё время в своей мастерской-лаборатории и что-то изобретать да создавать. Это специальность для очень неторопливых и размеренных. Мало кто из них действующий практик. Тем более боевой маг. Но молодым и резвым подавай более динамичный и практичный факультет, им нужны романтика и приключения, магические битвы и дуэли, истребление чудовищ и создание химер, в крови у них играют гормоны и чувства. А зубрить сутками напролёт теорию им кажется скучным и унылым, и они идут туда, где, по их мнению, этого будет гораздо меньше. Поэтому и процветают факультеты с практической направленностью, те же стихийники или тёмные маги. Только никто не думает о том, что если есть время, то эти теоретики, особенно рунные маги, фору дадут многим, но, к сожалению, в скоротечной стычке именно времени может и не быть. Рунные маги, да и артефакторы сильны, пока у них в запасе есть свитки и заготовки, но когда они закончатся, то эти маги становятся беззащитны, как дети. Именно это и решило их судьбу. Правда, при этом никто не задумывается и о том, что именно эти теоретики и двигают магическую науку вперёд, совершают большинство открытий, изобретают и составляют новые плетения, переводят их с истинного рунного наречия в вербально-жестовую форму, которой потом пользуются все остальные маги, подготавливают необходимые ритуалы и решают множество других нетривиальных задач… Жаль, – печаль и огорчение поселились в груди опытного мага, который не просто гордился своим учебным заведением, но и переживал за его будущее, – у нас это один из сильнейших факультетов, и, возможно, не только на нашем континенте, но, скорее всего, и во всем мире, ведь основной поток знаний идёт через нас и оседает именно в наших хранилищах. Надеюсь, в этом году наберётся хоть пол-группы, для них даже входной параметр по уровню силы снизили до рейнджеров в надежде, что не очень сильные магически, но неглупые представители разных рас захотят поступить туда».

Уже практически три сезона факультет рунологии и артефакторики не мог набрать учебного минимума.

«Нужно принимать меры». Воспоминания о былой силе и славе выпускников этого направления в обучении академии заставили ректора задуматься над решением проблемы нехватки студентов на данном факультете.

С этим годом в академии ректор связывал определённые надежды. Новый набор обещал быть одним из крупнейших. И он решил чуть ли не в принудительном порядке определить туда как минимум пятерых учеников. Пусть они не будут самыми сильными магами, но необходимо их найти.

Сложность заключалась в том, что артефакторы и рунные маги должны быть универсалами. Они должны одинаково управляться с любыми типами энергий и плетений. Универсалом считался маг, который мог управлять четырьмя и более типами энергий. Именно этим и обусловливался повышенный срок обучения на их факультете: маг должен был освоить все направления, подвластные ему. Академия не выпускала недоучек.

И в этом же была и главная проблема: универсальные маги попадались и сейчас, но они не желали осваивать все свои возможности, а развивали только одно или два наиболее сильных и перспективных направления. Поэтому они и шли на все остальные факультеты, хотя на этом они получили бы те же знания и даже больше, но никто этого не понимал или не хотел понимать. Всё решалось временем и желаниями самих студентов.

Ректор академии задумался: как же донести до абитуриентов эту простую мысль? Да и как вообще привлечь их к этому одному из сильнейших в учебном плане факультетов данного образовательного учреждения?

Как-то незаметно мысли Старса перескочили с дел факультета артефакторов на сложившееся положение в их академии и планирование процесса обучения в следующем учебном году. И он начал вспоминать, чем же будет интересен новый набор студентов, и заранее просчитывать возможность привлечения кандидатов для своей задумки.

Он стал размышлять над тем, что уже через пару месяцев должны начать съезжаться абитуриенты. Хуманы (люди) и прочие жители империи. Даже несколько гоблинов и огров с северных отрогов Гномьих гор должны пожаловать. Его об этом уже предупредили в канцелярии императора.

«Ну, это явные рейнджеры и маги воздуха, жизни или, возможно, духа, – решил он, продолжая размышлять. – Универсалов среди них нет и никогда не было, зато они сильны по какому-то одному направлению, особенно гоблины».

Огры не очень умны и очень слабы в магическом плане, но невероятно сильны физически и практически не поддаются внешнему магическому воздействию слабых плетений с первого по третий уровень. Поэтому все они и кандидаты в рейнджеры. Хотя, конечно, возможны и не очень сильные маги духа. Но в общем, если говорить о среднестатистическом представителе этой расы, им бы научиться управлять своим магическим полем, аурой, выстраивать каналы протекания энергии, наполнять свой резерв да пополнять простые накопители энергии в различных магических инструментах и конструктах, тех же артефактах, магических кольцах и прочих амулетах. Использовать свитки. Ну и, возможно, ещё они смогут освоить плетения первого, а наиболее одарённые и второго уровня из цикла общей магии и магии духа.

Огры идеальные воины для боя с простыми и не очень сильными магическими тварями. Это исконные, уже два тысячелетия, стражи границ империи, ещё со времён Парна Прародителя. Именно он заключил с несколькими племенами огров, обитающими на отрогах Мраморных (или, как их ещё теперь называют, Гномьих) гор, вечный мир и союз.

«Но это, к сожалению, не наш вариант, – оценил представленных этой расой жителей империи ректор, – слишком слабы они магически и очень уж идеально подходят на роль рейнджеров и искателей, нельзя государство лишать таких хороших бойцов. Лучше иметь одного великолепного рейнджера, чем пяток посредственных и слабых магов. Так что их не трогаем, они находятся на своём месте, и не нужно с этим ничего делать и ничего менять».

Мысленно вычеркнув этих кандидатов из списка, составленного у себя в голове, он перешёл к следующим представителям населения империи: «Гоблины. Что я могу сказать о них?»

Тут всё просто, с ограми придут их недавние соратники, целители и маги-шаманы – гоблины северных степей, которые присоединились к империи всего три столетия назад.

Невысокие и щуплые, но при этом невероятно хитрые, умные, быстрые и ловкие, к тому же поголовно обладающие слабыми способностями к магии жизни, вернее, небольшой её части. Периодически среди них встречаются достаточно сильные стихийники, склонные особенно сильно к магии сферы воздуха. Реже ими практикуются огонь и земля. Магов воды среди гоблинов практически нет, по крайней мере последние несколько десятилетий он о таких не слышал. Однако сами гоблины говорят, что раньше такие маги были и среди них.

Эта раса несколько веков подряд была для империи постоянным бичом и помехой, пока маршал Руп Лересский не победил их, но при этом не стал уничтожать и вырезать все племя на корню. Он заключил пакт о ненападении и совместной охране империи со стороны ледяных пустошей объединёнными отрядами гоблинов и огров, которые и жили в тех краях.

С тех пор этих жителей империи, которые являются потомственной стражей северных границ, уже никто не отделяет друг от друга. Одни – мышцы и сила, другие – ум, хитрость и магия.

«Из гоблинов может получиться неплохой артефактор, – задумался Старс. – Только есть одна проблема: среди них очень редки универсалы, и они, как правило, дети вождей. А такие по их законам должны быть лучшими из лучших, а это определяется только силой. Физической ли, магической – не имеет значения. Именно силой. И тут больше шансов у боевика. Но посмотрим, как получится, – решил ректор. – Если удастся, надо убедить их, а ещё лучше, если будет возможность, наглядно продемонстрировать, что магия поможет в несении службы на границе. Уж слишком они зациклены на своём долге перед империей и всегда, за редчайшим исключением, возвращаются обратно к себе в ледяные пустоши. И вот именно в случае личной заинтересованности мне удастся кого-либо из них привлечь на свою сторону».

В этом году, как и обычно, должна подойти очередная команда этих северных варваров – бойцов, шаманов и магов. Они не пропускают ни одного набора и всегда стараются прислать своих кандидатов на поступление в академию. И можно не особо волноваться за них и быть полностью уверенным в том, что это будут лучшие из тех, кого смогут отобрать для учёбы северные кланы. Тем более отбор там будет проходить чуть ли не жёстче, чем при поступлении в императорскую гвардию или полки драконьих рейнджеров. Среди них, конечно, будут и хуманы, куда же без них. Но основу делегации северных гостей академии составят всё же две эти расы. Уж слишком тяжёлы условия выживания в ледяных пустошах и отрогах Мраморных гор. Они примерно такие же, как и на границе Леса, не говоря уже о том, что никто не знает о творящемся в глубине пустошей, как и тёмной чаще Леса.

От этих мыслей ректор академии повеселел.

«Главное – план, – констатировал граф, – и он у меня уже начал вырисовываться, вот уже и первые намётки для решения нашей проблемы появились».

Старс знал, что его радость не имеет никаких веских оснований, и ещё ничего даже не начато, и уж тем более не пахнет хоть каким-то решением, но он почему-то был уверен, что сейчас находится на верном пути.

И даже более того: он чувствовал, что в этом году самый старый факультет их академии, тот, с которого когда-то и пошло их учебное заведение, вновь обретёт учеников.

На этой волне оптимизма ректор вспомнил недавний разговор с императором Декартом Седьмым, который состоялся с ним в тот же день, когда он посещал канцелярию. Тогда он узнал несколько очень важных новостей, способных изменить устоявшуюся жизнь в их академии, и теперь решил более взвешенно и детально обдумать их.

Первая новость касалась того, что, по договоренности с великим князем Элеем Третьим, из Лесного княжества к ним пришлют дюжину тёмных и светлых эльфаров из тех, что поспокойнее и посообразительнее, для обучения на факультетах тёмной магии, жизни и воздуха.

«Ну, эти сразу отпадают. Универсалов среди них быть не может, – вспомнил о текущей проблеме академии её ректор. – Светлые пойдут только на факультет жизни, в этом случае перед нами не стоит никакого выбора, они могут работать только с данным типом энергий. Но им этого вполне хватает, по своей силе в этом направлении магии им нет равных. Они признанные лидеры в магии жизни. Чему они могут у нас научиться, даже предположить не могу, ведь их Великая школа жизни – заведение, которое готовит лучших магов этой специализации. Но с ними должен прибыть и воспитатель (читайте – смотритель над этой толпой золотой молодёжи, которую хотят нам подсунуть), надеюсь, он сможет разъяснить более точно цель их визита. Жизни должны учить нас они, а не наоборот. Как бы банально это ни звучало, – усмехнулся Старс. – Опять же не исключается и другая цель. Возможно, среди них всё же есть те, кто может работать не только с жизнью, и именно их к нам отправляют. Хотя нет. Император говорил и о младшей дочери князя, которая вроде как инкогнито должна прибыть с этой группой, а в княжеской семье рождаются только маги жизни, причём одни из самых сильных. Так что тут что-то не сходится. Но с этим можно разобраться, когда они прибудут. Только вот особым жильём мы их обеспечить не сможем, по правилам академии они должны жить на её территории, на стандартных для всех студентов условиях. По двое разумных на одну жилую площадь. И я об этом предупредил Лекарта. На что он согласился и даже сообщил, что княжеская семья в курсе и не возражает против такого условия проживания одного из членов своей семьи. Хорошо. Значит, у нас будут проходить обучение светлые эльфары, – подвёл итог Старс. – Кто у нас там дальше?» И он задумался.

А следующими были кровные братья светлых эльфаров – их антиподы и тёмные родственники.

«Тёмные и светлые эльфары», – начал вспоминать ректор.

Вот же необычное разделение! Тёмные – это не определение их внешнего вида. Это их особенность в управлении энергиями. Светлые эльфары могут управлять упорядоченной энергией жизни. Тёмные управляют лишь энергией хаоса, энергией небытия, тьмы. Внешне их никак не отличишь друг от друга. Высокие, стройные, нереально прекрасные, иногда даже слишком, особенно женщины. Умны. Что неудивительно – с их-то продолжительностью жизни и долголетием это несложно, за всё это время даже не слишком выдающийся ум постепенно дополняется мудростью и огромнейшим жизненным опытом. А потому как те, так и другие очень опасны и хитры. Ловкие и на удивление сильные, что не скажешь по их внешнему виду, больно уж стройны и тонки в кости, конечно, они не такие атлеты, как тролли или те же огры, однако несколько сильнее большинства хуманов. Поголовно магически одарённые. Большая часть – на уровне среднего или сильного мага. Способности остальных ещё более впечатляющи. Они были бы властителями всей планеты, если бы не три сдерживающих их фактора. Если по порядку и по степени возрастания значимости, получается такой расклад.

Первой идёт демография эльфаров. Если бы не две другие причины, то, возможно, её смогли бы и преодолеть, но факт есть факт, и сейчас это одно из сдерживающих рост населения княжества обстоятельств. Дети у них могут родиться лишь раз в несколько столетий. И одна женщина за всю свою жизнь максимум родит только троих. Что даёт небольшой прирост численности населения. Однако так происходит не всегда. Некоторые могут так и не завести семью, или у кого-то может не быть вообще никакого потомства. Да, что немаловажно, они однолюбы, это тоже сказывается на их численности. Их совет домов и князь иногда в принудительном порядке проводят династические браки. Женят своих детей или холостых родственников. Они всеми силами стараются добиться процветания и хотя бы небольшого роста численности своей расы. Для этого даже создан специальный совет, который подбирает молодым или свободным эльфарам, у которых нет семьи, идеально подходящую им на генетическом уровне вторую половину. Поэтому эльфары часто прибегают к помощи нанятых со стороны магов крови.

Вообще так поступают и все остальные государства, и государственные органы. Слишком специфичны и часто незаменимы их умения, например, в определении чистоты крови или преемственности рода и наследственности, ну и определении совместимости разумных с наивысшей вероятностью рождения у них одарённых детей. А также многое другое, что подвластно только данным магам. Тот же поиск по крови или частице плоти разыскиваемого. А кроме всего прочего, этот тип магической энергии очень труден в управлении и освоении, как следствие – магов, специализирующихся на магической энергии крови, не так много, и в основном все они ритуалисты или применяют совмещённые типы воздействия на магические конструкты и плетения, ритуалистику и вербальную магию, так как способов прямого воздействия на данный тип энергии не сохранилось, хотя достоверно известно, что древние обходились без выстраивания и использования ритуалов. Это подтверждается и тем, что руны под управление этим типом энергии давно известны, возможно, что их не так много, как для стихийной магии или любого другого типа, но они есть. Однако перевести рунный язык с истинного наречия в чисто вербальные формулировки не получается. Вернее, это вполне возможно, но полученные звуковые конструкции не имеют в себе никакой виртуальной силы, в отличие от использования этих же формулировок, только оформленных рунным письмом во время проведения ритуала или создания магического конструкта, например свитка. Всё это верно для всех, за одним небольшим исключением. Есть существа на Ареане (самоназвание планеты), которые управляют магией крови на уровне прямого мысленного воздействия, правда, в очень узком диапазоне возможностей. Это своеобразная особенность их вида. И именно это подтверждает тот неоспоримый факт, что этим типом энергии возможно управлять напрямую, но способы пока не найдены.

Граф задумался над последней своей мыслью, что-то не давало ему покоя, какая-то идея кружила на заднем плане сознания, но он никак не мог ухватить её суть.

«Постараюсь проанализировать всё во время медитации», – решил он.

Магия крови ещё со времён собственной учёбы в академии интересовала ректора, и поэтому он часто мог отключиться и выпасть из реальности, задумавшись на данную тему.

Тут с улицы раздался очередной вскрик разгалдевшейся и разросшейся толпы студентов, молодых и даже не очень преподавателей. Ректор встрепенулся от прозвучавшего, влетевшего в приоткрытое окно звука и вернулся к своим прерванным мыслям.

«Это я сильно отвлёкся, – остановил он свои прежние размышления и вернулся к теме эльфаров. – На чём я закончил? Ах да», – вспомнил Старс.

Привлечение таких узконаправленных специалистов дало свой результат, и тот коллапс рождаемости, который наблюдался в княжестве несколько последних столетий, был преодолён. К тому же именно это и послужило одной из причин тесной связи академии в частности и империи Ларгот в целом с Лесным княжеством. Эльфарам нужны были маги, и академия предоставляла им данных специалистов. Кроме того, шёл постоянный обмен информацией, разработками и знаниями, у эльфаров за тысячелетия существования Лесного княжества, возможно, даже ещё со времён древних скопились огромные хранилища информационных кристаллов древних магов, и они хотя и не охотно, но всё же обменивали их на услуги или ответные знания и информацию. Самих эльфаров эти знания в общем-то интересовали только с теоретической точки зрения, кроме тех направлений в магии, которые они могли использовать практически. А уж эти свои секреты они не выдавали никому.

Однако контроль рождаемости и всяческое её повышение с привлечением сторонней помощи не стали панацеей для эльфаров. Так как здесь на сцену выходит второй сдерживающий их фактор. Тёмные и светлые эльфары магически несовместимы. Смешение таких разнородных энергий приводит практически к немедленной гибели плода ещё в период зачатия, а в исключительных случаях беременности – к гибели и матери, и дитя. И как следствие, тёмные и светлые эльфары не могут иметь совместного потомства. Даже больше, знаменитые маги жизни эльфаров не могут оказать помощь другому виду эльфаров, так как этим могут убить их. Энергия жизни вступает в конфликт с энергией хаоса. Правда, и тут долгоживущие хитрецы умудрились хотя бы частично обойти это ограничение и разработали для своих тёмных братьев с определённым типом способностей некий ритуал инициации, в результате которого их регенерация во много раз возрастает и уже практически не уступает той, что есть у оборотней. И что странно, ректору было достоверно известно, что в основе этого ритуала лежит использование энергии жизни, но как такое было возможно, он не понимал. Отсюда и произошло это странное разделение на тёмных и светлых эльфаров. Одни великие маги жизни, другие не менее сильные маги тьмы, хаоса, смерти. И параллельно некоторые из них – стражи и воины для первых и вторых с непонятно как развившимися (вернее, даже преобразовавшимися из способности к управлению энергией хаоса) в них слабыми стихийными способностями в сфере воздуха.

Удивительно также и их отношение друг к другу. Они не испытывают никакой неприязни или презрения, как можно было бы ожидать. Все эльфары, наоборот, считают себя одной единой расой и готовы порвать глотку любому за своих кровников. Этому способствует и ещё один не менее удивительный и необычный факт из их жизни. Иногда в семьях эльфаров бывают совершенно непонятные случаи, когда у тёмных родителей рождается светлый ребёнок или, наоборот, у светлых – тёмный. Таким будет и один из гостей, вернее, одна гостья в этом году. Это дочь главы Совета магов Лесного княжества. Светлые эльфары – отец и мать, у которых родилась тёмная дочь. Вот же странная история, в семье светлых магов родился ребёнок со способностью к управлению только энергиями хаоса. Он это знал потому, что его друг Лерак был, кроме всего прочего, ещё и старшим братом этой девушки. Чем обусловлен подобный феномен рождения у родителей детей с предрасположенностью к противоположному типу энергии, никто сказать не может. Но благодаря этому странному факту соотношение тёмных и светлых эльфаров всегда поддерживается примерно на одном уровне. Два светлых к одному тёмному.

Но даже это возможно было бы преодолеть, если бы не третье обстоятельство. Всемирное господство эльфаров упиралось в их ограниченность в управлении магическими энергиями. Им подвластно всего два типа энергии. Вернее, они могут управлять и третьим типом энергий, но он доступен только тем тёмным эльфарам, что пройдут их ритуал или обряд инициации. И то они никогда не смогут стать сильными стихийниками, оставаясь только на уровне среднего мага.

Хоть практически все эльфары сильные маги, но они сильны только в своей стихии. Жизни или смерти. Им нужен постоянный круговорот данных типов энергий. Те же хуманы могут быть сильны в любых условиях, на суше и на море, в жерле вулкана или болотистой чаще Леса, на кладбище или на поле боя, в центре битвы или уносясь куда-то на край ойкумены, в ледяные пустоши и горы. Среди них всегда будет необходимый им маг, в той или иной степени владеющий способностью к управлению необходимым типом энергии. Эльфары же сильны только там, где властвуют две превалирующие составляющие их энергетической основы. Жизнь или смерть. Воздушников во внимание принимать не стоит. Слишком их мало, и не очень они сильны, хотя со временем становятся достаточно виртуозны и искусны в своём мастерстве.

Все эти перечисленные факты в своей совокупности наводят на достаточно интересные выводы. Создаётся стойкое впечатление, что ограничения на расу эльфаров наложены искусственно. Но кто это сделал и зачем, неизвестно. Существует, конечно, несколько гипотез и мнений, но все они бездоказательны.

Некоторые думают, что это древние, но есть несколько подтверждённых фактов того, что и во времена древних магов эльфары уже были такими. И отсюда возникает закономерный вопрос: кто это мог сделать ещё до начала времён великих войн?

Тем более есть и другие странности, не относящиеся непосредственно к расе эльфаров. Например, хуманы. Казалось бы, самая слабая и незащищённая раса на всей планете. Нет силы троллей и огров, скорости и ловкости гоблинов, долголетия и мудрости эльфаров, живучести оборотней и вампиров, магической мощи и защиты драконов и их потомков. Но ко всеобщему удивлению, самой доминирующей расой на планете стали именно эти существа. А всё потому, что у них не было упомянутых выше ограничений, наложенных на другие расы. Они могут смешивать в себе различные типы энергий. Отсюда и появились универсалы (кстати, часто универсалы – это метисы, потомки смешения рас, например огры, потомки троллей и хуманов – когда и как появилась эта отдельная раса непонятно, даже представить себе сложно трёх-четырёхметровых камнеподобных троллей рядом с женщинами хуманов, но факт остаётся фактом). Они могут иметь детей от любой расы, даже от троллей и огров, но, что удивительно, и все остальные могут иметь детей от хуманов. Правда, здесь всё же играет ограничение родственных энергий, но опять же с небольшими отклонениями, это могут быть и просто смежные типы магических энергий. Главное, чтобы это были не энергии сфер антиподов: жизнь – смерть, земля – воздух, вода – огонь, разум (мыслю, существую) – небытие, свет – тьма, кровь – ртуть, туман (нематериальная, таинственная, мутная, обманчивая, воздушная, водяная взвесь) – кристалл (чёткое построение, прозрачность, твёрдость, уверенность) и прочие.

Среди хуманов есть представители, которые могут управлять любым типом энергий. То есть и это ограничение с них снято. Среди них можно найти магов любых специализаций и школ.

Ну и последнее – это рождаемость. Здесь цифры говорят сами за себя. Представителей расы хуманов больше, чем представителей любой другой расы, проживающей на Ареане. Это, конечно, не означает, что они сильнее всех, но то, что их больше, – это неопровержимый факт, и их численность постоянно растёт. Несмотря на непрекращающиеся стычки и войны, в которых они участвуют. Ведь помимо всего прочего, это и самая неугомонная и неспокойная раса разумных, расселившихся по планете.

Когда-то, ещё во времена войн древних магов, существовало поверье, вернее, предание, что все расы были единым народом. Но если уже тогда, пятьдесят тысяч лет назад, было разделение, то времена нашего единства – это седая старина, о которой сейчас уже никто и никогда не узнает.

И вот теперь весь этот большой, пестрый, насыщенный мир окружал ректора, и в нём должна была существовать и продолжать функционировать доверенная его заботам Советом магов империи Академия магии.

Опять увлёкшись размышлениями, Старс отдалился от первоначальных своих мыслей.

«Эльфары», – напомнил он себе.

Сколько будет тёмных и светлых эльфаров и кто именно приедет, ректору не сообщили, так как, похоже, и сами точно не знали. Но то, что в группе, прибывающей из Лесного княжества, будут и те и другие, не вызывало сомнений. И здесь тоже не обойдётся без высокородных. И как минимум среди них будут две девушки, дочери князя и главы их Совета магов. И это только те, о ком уже известно. В дополнение с ними наверняка приедут и другие.

А значит, вместе с этой компанией к нам прибудут и неприятности. Красивая девушка в обществе высокородных господ – это не так страшно. Но когда её будут окружать самодовольные безбашенные юнцы со взором горящим и без ума в голове, жди беды.

«Нужно готовиться к неприятностям и предупредить всех деканов и будущих кураторов групп о возможных эксцессах», – поставил себе галочку в памяти Старс.

Что плохо. Эльфары слишком горды, и оскорблением могут счесть сущую мелочь. Часто даже не поймёшь, за что тебя пришибли каким-нибудь особо хитрым и гадостным плетением или проткнули мечом, даже без предупреждения.

«Похоже, придётся напрячь Лерака, пусть он проведёт разъяснительную работу среди своих соплеменников, – добавил ректор ещё один пунктик к запланированным действиям. – Он-то в академии уже не первый год, – продолжил размышлять граф, – и сможет объяснить своим высокородным родственницам (ведь князь вроде его дядя) и их подружкам, если таковые будут, чего исключать нельзя, что возможная война между нашими государствами нежелательна, и обострять отношения, стараясь разрушить хрупкий мир, не стоит. Так что пусть одеваются менее вызывающе, поскромнее и понеприметнее, не так, как привыкли ходить у себя в княжестве, а то наши ловеласы, включая и моего сыночка, прохода им не дадут. Хотя, конечно, шила в мешке не утаишь, и с их-то внешностью спокойствия им, а главное, нам в ближайшее время не видать. Надеюсь, они это понимали, когда сюда собирались, и будут готовы к такому вниманию к их персонам, как девушки, так, кстати, и парни».

Представив, какой начнётся кавардак и нездоровый ажиотаж с приездом эльфаров, ректор горестно вздохнул, пожалел о том, что ничего изменить уже нельзя, и стал анализировать следующих кандидатов на обучение в академии.

«Те ещё подарочки», – вспомнил своё знакомство с ними Старс.

Их цель прибытия в академию тоже для него пока остаётся загадкой. Хотя официально был передан обычный запрос на поступление к ним в заведение десяти персон.

Но что они будут здесь изучать, на самом деле он не представлял. То, чему они могут тут научиться, любой из них знает с пелёнок, а сами они ничему обучать посторонних наверняка не будут.

«Хотя, кто его знает, – с надеждой в несбыточное подумал ректор, – чем крахт[2] не шутит, пока боги спят».

Мысли Старса сейчас крутились вокруг кандидатов из Подгорного царства. По договору, заключенному Декартом Седьмым с королём Рубом Вторым, кланы подгорных жителей должны прислать нескольких гномов-мастеров для обмена, так сказать, опытом на факультеты артефакторики и рунной магии.

Всё бы хорошо. Гномы как гномы, невысокие, кряжистые, не слишком широкие в плечах, но необычайно сильные и жилистые. Попробуй-ка несколько суток подряд простоять у горна и помахать молотом. Таковы их мужчины. Женщины не слишком отличаются от хуманов, только несколько ниже ростом. Но это не так сильно бросается в глаза. Они очень похожи на северянок. Ещё одни долгоживущие, но не такие, как эльфары. В основном серьёзны и основательны. По-другому у них нельзя.

Хоть их и называют подгорными жителями, но на самом деле в большинстве своём они живут на поверхности, у отрогов Мраморных, или Гномьих (понятно, откуда возникло название), гор, также им принадлежит Драконий перешеек и гряда Самоцветных гор. Там есть несколько десятков крупных городов, однако столица царства Грахм находится всё-таки в недрах Мраморных гор.

Кажется, что ничего необычного в них нет, кроме того, что это раса прирождённых артефакторов и рунных магов. Только магия их несколько отличается от общепринятой. Она во многом завязана на силу их рода. И энергию для инициации своих плетений они могут черпать не только в сфере подвластных им стихий, но и в своеобразном энергетическом поле, которое создавалось сотнями поколений их предков.

Поэтому тут вроде как всё хорошо, они идут именно туда, куда и хотелось бы их направить.

Однако читайте: «Направить мастеров». Прямо так и было указано. А звание мастера у этих вечно ворчащих любителей пива и кузни можно было получить, лишь закончив Подгорный университет ремёсел, и быть не просто хорошим ремесленником и мастером кузнечного дела, рудознатцем или строителем, но и как минимум магистром их странной и необычной гномьей магии.

Да, была и такая. Она представляла собой некий сплав магии огня, земли и духа. Многие её ещё называют Школой лавы.

«Огонь плавит землю и скрепляет её духом предков, которые жили на этой земле» – примерно так звучит один из постулатов их школы.

И как следствие, прибудут к нам готовые мастера, как минимум магистры магии.

– Да у меня не все преподаватели магистры, – пробурчал себе под нос Старс, – а тут десяток учеников, где самый слабый – уже готовый магистр магии, и не номинально, а с подтверждённой сертификацией в своём самом престижном учебном заведении.

Так, перейдём с учёбы, которой не будет, на обмен опытом. Возможно, их устроит такой тип обучения.

Но и здесь проявляются свои подводные камни. Специалистов по каждому отдельному типу энергий общего порядка в академии сколько угодно, но такого необычного их сплава не использует никто из магов академии.

«Так что с этим мы не сможем им никоим образом помочь, да, думаю, они в этой помощи особо и не нуждаются».

Тем более с их необычным способом инициации плетений, кроме самих гномов, никто не работает. Есть, конечно, что-то похожее в Школе магии духа и у шаманов племён гоблинов с Волчьих островов, но именно что прослеживается просто некая схожесть, а такого вот использования заимствованной энергии своих ушедших за грань предков нет ни у кого из известных ректору рас.

Однако, возможно, их заинтересует теория, разработанная нами по нужным им направлениям сфер стихийной магии, из школ огня и земли, ведь общеизвестно, что гномы – это прожжённые циники и практики, а поэтому двигать науку среди них находится очень мало желающих.

«Да, в этом плане у нас есть что им предложить», – обрадованно подумал один из главных магов академии, да и в общем-то всей империи.

А уж с рунным письмом точно никаких проблем быть не должно. Хоть гномы используют свой язык, несколько отличный от общепринятого истинного наречия, но, однако, он у них более упрощён и лаконичен. Как следствие, они не могут составлять сложных плетений, начиная с восьмого уровня, при этом их магические изделия отличаются наивысшей степенью надёжности и долголетием. И вот здесь уже наши специалисты могут поучиться у них. Нужно не упустить этого шанса и раскрутить их по максимуму. С их умением составления простых и надёжных магических конструктов необходимо ознакомиться и изучить основные концепции в работе и их наработки. По крайней мере те, которыми они захотят с нами поделиться.

Отсюда следует два вывода. Приедут как минимум сильные маги-артефакторы, и ничего существенного мы им предложить не сможем. Различный подход к обучению и управлению магическими энергиями. Свой специфичный тип магии. Своя теория артефактостроения и рунной письменности.

Но сами по себе эти разумные представляют повышенный интерес для нас.

«Есть у меня подозрение, что направляются они сюда не совсем для прохождения обучения в академии, а для заключения каких-то деловых договоров в обход своей гильдии кузнецов. И именно поэтому предприняты столь сложные манёвры, – заключил Старс. Но, проанализировав ситуацию, добавил себе: – Или существует какая-то совершенно иная причина, о которой я и не догадываюсь, но практически никак напрямую не связанная с учёбой в академии».

Именно поэтому в составе группы прибывающих «студентов» состоят одни мастера, которым, кровь из носа, необходимо повысить свой образовательный уровень в рамках нашего учебного заведения. И наверняка они для конфиденциального и жутко секретного разговора везут с собой что-то очень ценное и важное.

«Из всего этого следует, что для академии и учебного процесса проблем с их стороны ждать не приходится, у них будет куча своих дел, – догадался граф, – а кроме того, если нам повезёт, то и вытрясти из них, возможно, нам что-то удастся».

По договору они могут находиться при академии от года до трёх лет. А пребывая здесь, не отвертятся, им придётся передать нам хотя бы часть своих знаний и умений, ведь это официальное прикрытие для их делегации, обучение и обмен опытом.

«Значит, ну, приедут и приедут. Чем их занять, мы найдём, – решил ректор. – А скорее всего, эти господа займут себя сами и не будут отсвечивать у нас слишком часто. – Что-то ещё пробурчав себе под нос и выругавшись как раз таки на исконно горном наречии, ректор произнёс с презрением: – Политика!»

И решил оставить эту тему. Свою выгоду в данном положении вещей он уже нашёл, а большего ему на данном этапе не требовалось. Здесь совершенно левая операция, и было очевидно, что её проводят в рамках патроната Совета магов империи. Видимо, там есть очень сильно заинтересованные в этих гномах лица, что сумели через канцелярию императора и его самого продавить этот не слишком чистый на руку вариант внедрения прибывающих гномов в общество империи.

Оставив разбираться с политикой и, что более вероятно, деньгами совет и заваривший эту кашу, он перешёл к следующим кандидатам на поступление в академию.

Оборотни. Его особо предупредили, что в этом году им придётся уделить повышенное внимание. Связано это было с обострением отношений между империей Ларгот и Ирийским царством, которое в последнее время набрало небывалую силу и мощь, при этом постоянно стараясь расширить свои владения.

В сторону Леса продвижение для этого государства было бессмысленным. Войска, ушедшие туда, там и останутся. Уже не раз предпринимались попытки захвата хотя бы части его территорий и их облагораживанию. Но Лес как стоял, так и стоит по сей день. Тем более на эти территории никто и не претендует и сейчас. Но это Лес.

А перед ним раскинулась территория Приграничья. Это анклав свобод и вольностей, там невозможно навязывать свои правила и законы. Живущие там просто снимутся и уйдут дальше в глубь Леса или куда-нибудь вдоль его границы и будут сидеть и наблюдать, как изменённые твари расправляются с их преследователями или захватчиками, пока те обустраиваются на новой для себя территории и в новых условиях. Да и сами тамошние жители не подарок – рейнджеры, искатели да отчаянные и отверженные маги. Преступники. Искатели и любители приключений. И просто лихой народ. Все они варились в одном котле. Тот ещё контингент законопослушных и исполнительных граждан. Их опасаться нужно не меньше, чем чудовищ из чащи Леса, при этом и сопротивление они оказать могут ничуть не хуже, чем любые регулярные войска, причём неприятностей на своей территории доставить способны ещё больше.

Поэтому граница Леса и прилегающие к ней территории – это вольные земли. Смог закрепиться и выжить там – твоя удача, а не смог, значит, тебе там было не место.

Получилось удержать своё самопровозглашённое баронство или графство в приграничье – оно твоё. Хотя над тобой впоследствии и будет номинальная власть одного из ближайших к тебе государств или того, кого ты сам выберешь, и налоги будешь отчислять своему сюзерену, но фактически тебе на твоей земле никто не указ.

Экспедиционный корпус отправлять в приграничье для установления законности и порядка себе дороже, а карательный отряд весь там и ляжет, причём местные жители с невинным видом скажут: «Никто не приходил, никого не видели».

Конечно, бывали случаи, когда приходилось отступать от общепринятых правил, но тогда и местные сорвиголовы готовы были прибить того, кто вызвал всеобщее неудовольствие. Никто не желал терять своих вольностей, и даже намёк на их упразднение мог всколыхнуть всё приграничье Леса. Такие вот жёсткие законы и правила. Не право сильного, как можно подумать, а закон соседства. Живёшь сам – дай жить другим или, по крайней мере, не мешай. В противном случае помешают тебе.

Так случилось, что именно приграничье и пожелало подмять под себя Ирийское царство. Не только ту его часть, что граничила непосредственно с его собственной территорией, но и всё остальное пространство, практически вплоть до северных отрогов Мраморных гор.

Этого император Лекарт не мог допустить. Если новому воинственному соседу удастся их план, если этот узкий перешеек условно нейтральной земли постепенно отойдёт Ирийскому царству, то империя будет отрезана от основного своего поставщика знаний, богатств и ресурсов. От Леса. И окажется блокированной между Ирийским царством, Мраморными горами, Ледяными пустошами и океаном Спокойствия.

Поэтому империи нужны союзники в возможном предстоящем конфликте между Ирией и жителями приграничья. Хоть Старс и был уверен, что прямого вмешательства в дела соседнего государства их император не допустит. Но опосредованную помощь самым сильным и влиятельным жителям приграничья – кланам оборотней он оказать постарается. Оборотни, проживающие на границе империи и Ирийского царства, а также по всей территории приграничья, будут тем буфером, что сможет послужить прослойкой, в которой увязнут войска Ирии в случае военного конфликта, и дадут тот задел времени, который понадобится империи организовать военную кампанию.

В связи со всем этим приём в текущем году для них в академию был льготным. Единственное условие, которому должен был соответствовать кандидат, – это наличие магических способностей. А так как они поголовно метаморфы, то эти способности среди них есть с самого рождения у каждого.

Если говорить об оборотнях как об отдельной расе, то достоверно известно, что они – это один из исконных кланов некогда существовавших магов лесных эльфаров, которых в былые времена называли анимаги.

Как было известно, анимаги занимались в основном магией преобразований и превращений, работали с химерами и изменёнными животными, используя исключительно сферу магии жизни. И были в этом непревзойдёнными мастерами.

Сейчас же маги-преобразователи, гордо именующие себя последователями аниматов, не могут совершать и десятой доли тех изменений, что приписывали аниматам лесных эльфаров. Говорят, им требовалось только раз увидеть магическую структуру любого живого существа, как они могли преобразовать своё тело в подобное. И разницу невозможно было определить никакими способами. Про химер же и изменённых животных можно сказать лишь одно: многие существующие в дебрях Леса виды – это дело рук этих магов. И некоторые из созданных ими экземпляров сами размножаются и развиваются. При этом, как подтверждают некоторые факты и наблюдения, а также высказанные догадки, встречаются там и такие, которые с момента своего создания до сих пор живы и остались неизменными. И все эти загадочные существа скрываются в глубокой чаще, под сенью Леса. Длится же это уже более тридцати тысяч лет, как минимум, когда и был замечен последний анимат.

Сами новые лесные эльфары (оборотни), или, как они ещё именовали себя, малые и большие корнолы, – это отколовшаяся ветвь обычных светлых эльфаров, переселившаяся с окраины Леса в его глубь. Как и когда произошло это выделение в отдельный вид, точно неизвестно, но первые упоминания об оборотнях появились практически сразу же после войн древних.

Поэтому существовало не очень научное мнение, проливающее свет на их происхождение, в котором говорится, что они являются результатом каких-то экспериментов, которые проводили древние над эльфарами в надежде получить идеального солдата. Об этом говорит и появление большого разнообразия других рас как раз примерно в этот же период времени.

Из того же источника информации было известно ещё несколько интересных фактов происхождения оборотней.

Точно установлено, что был проведён некий массовый ритуал над более чем тремя тысячами лесных эльфаров, в результате которого преобразование в свою вторую звериную ипостась перевели на генный уровень. Но за каждым оборотнем закреплялась всего одна-единственная звериная сущность, которая подбиралась ему в момент инициации и наиболее идеально подходила к слиянию с его магическим полем. Также упоминалось, что причиной его проведения послужил какой-то глобальный катаклизм, о котором не удалось разыскать никакой информации. При этом многих интересовал вопрос, что могло быть воспринято древними как глобальный катаклизм в период войны всех против всех, которая разразилась как раз в то время и сама по себе являлась проблемой глобального масштаба, когда происходило уничтожение всего живого на планете. Об этом встречались разрозненные и не очень чёткие сведения и упоминания, но тем не менее они есть.

Так вот именно тогда и произошёл переход от лесных эльфаров к оборотням. Сам ритуал инициации нового оборотня также остался неизменен с тех давних времён. До своего совершеннолетия, а для оборотней это период, когда их магическое поле стабилизируется и перестает претерпевать различные изменения, они не могут совершать оборот в свою вторую ипостась.

Далее наступает первый этап ритуала инициации, его длительность может продолжаться от нескольких часов до нескольких лет. Клановые маг разума и маг крови совершают общий для всего их рода над инициируемым кандидатом обряд поиска близкой ему по возможности слияния магической сущности. Если простыми словами, то они совместно с будущим полноценным оборотнем ищут для него его же тотем. Чаще всего в роду это одни и те же клановые духи животных. Для клана медваров – это пещерные медвы, волаков – лесные волаки и так далее.

Но иногда случалось так, что кандидату родовой обряд не смог найти близкой по духу ипостаси, и тогда такой оборотень переходил в другой клан, и так до тех пор, пока ему не удавалось подобрать свой тотем. Таким образом и происходило связывание кланов оборотней родственными узами, а не через брачные обязательства, как у всех других рас. Оборотень переходил из клана, родного ему по крови, в клан, становившийся ему родным по духу.

Однако примерно раз в несколько сотен лет рождался кандидат, который не мог найти своего тотема среди существующих кланов. И тогда для него проводился большой ритуал призыва. О нём ничего не известно, кроме общего названия обряда. Это одна из основных тайн оборотней. При проведении этого ритуала оборотень или погибал, или выходил на свет уже с новым тотемом. Так появлялись новые кланы оборотней.

Императорская семья империи Ларгот как раз и была представителем одного из таких кланов драконойдов, в общем-то как и некоторая часть дворянства империи.

Особенностью некоторых из таких кланов, образованных ритуалом призыва, являлось то, что они не могли совершать полного преобразования, только частично перенимая черты своей второй ипостаси. Возможно, это было связано с тем, что призыв мог притянуть уже вымершие виды существ или обитающие в других планах реальности.

Так, к примеру, тех же драконойдов нельзя никоим образом связывать с драконами, так как, по описанию представителей этого клана оборотней, их тотем выглядел как некий прямоходящий ящер примерно трёхметрового роста. И он никак не походил на сорока– или пятидесятиметрового разумного летающего ящера, обитающего в Ледяных пустошах на их планете. При этом ничего похожего на описание оборотней из клана драконойдов на Ареане не было. Поэтому и был сделан вывод, что это или вымершие существа, или существа, обитающие где-то за пределами нашего мира.

Тем более и другие кланы призыва подтверждали эту теорию. Их тотемов на текущий момент на планете тоже не существовало или найдено не было.

Таким образом, первый этап и заключался в поиске второй сущности для будущего оборотня.

Считается, чем быстрее найдёт оборотень свой тотем, тем более качественное слияние у него произойдёт со своей второй ипостасью. И тем большую силу он получит от своей второй сущности.

Но и в этом случае были исключения. Возможности оборотней, получивших свою силу от ритуала призыва, были практически неопределимы. По отдельным параметрам они были более слабы, чем другие оборотни, но у них были и свои сильные стороны. В некоторых случаях оборотни призыва, как их называли все остальные, не имели даже возможности полного оборота, перенимая лишь часть присущих тотему черт. Однако именно у таких экземпляров, кроме всего прочего, видимо в компенсацию неполного оборота, проявлялись некие магические свойства, присущие только одному клану оборотней и их последующему потомству. Часть из них могла чувствовать опасность или магические проявления, другие были предрасположены к какому-то необычному типу магии, и затраты энергии на воспроизведение плетений данной школы для них были в несколько раз меньше, чем для остальных, или, наоборот, они были абсолютно иммунны к его проявлениям. Одни получали возможность ускорения в несколько раз на некоторое время. Или невиданную силу и мощь. У других при определённых условиях, например в темноте или под водой, появлялась возможность быть полностью невосприимчивыми к любым внешним воздействиям, как магическим, так и физическим. Разнообразие клановых способностей у таких оборотней было велико. И что важно, их способности никогда не повторялись. Как это регулировалось, отслеживалось и происходило, магам и самим оборотням было неизвестно.

Однако самое интересное заключалось в том, и это было задокументировано, – раньше никаких таких проявлений у ритуала призыва не наблюдалось. И по какой причине изменилось его действие, было непонятно, ведь сама процедура ритуала не претерпела за всё это время ни малейшего изменения.

А дальше, на втором этапе, эту ипостась привязывали к инициируемому.

Тут тоже было распространено несколько способов – от простого, используемого чаще всего, до невыполнимого, о котором было известно только из найденных косвенных упоминаний в летописях оборотней. Этот второй способ ещё ни разу не был проведён успешно, хотя Старс точно знал из достоверных источников, что такие попытки различными кланами оборотней осуществляются с завидным постоянством. Многие из них пытаются определить, какие же результаты должен дать этот второй невыполнимый ритуал, если даже частично используемые его элементы в стандартном действе давали поразительные свойства, такие как ускорение времени оборота, улучшение регенерации, повышение выносливости, скорости и силы оборотней. Повышалась сопротивляемость оборотней к различным магическим воздействиям. У оборотней призыва могло проявиться второе дополнительное магическое свойство, как, например, абсолютное ночное зрение или способность создавать магический щит или поле, или, наоборот, они обзаводились каким-либо средством нападения, таким как ментальный удар или огненный шар, которые практически не требовали затрат на их реализацию. Всё это совместно породило расу оборотней, разнообразную по своей второй сути, но единую в общих свойствах.

Получившаяся в результате проведённого ритуала раса утратила часть своих магических способностей, которые предположительно были доступны лесным эльфарам. В основном речь идёт о магии тьмы и жизни. Теперь они практически не могут использовать эту магию, кроме того, они стали ограниченны даже в косвенном применении магии земли и воздуха. Но при этом оборотни стали очень сильны в магии огня или воды, частично им подвластна магия крови, и нет лучших специалистов в магии разума. Почему произошло такое кардинальное перераспределение полюсов управления энергиями, до сих пор остаётся загадкой. В дополнение они лучшие маги-преобразователи, только с одним ограничением: работать они могут только со своим полем и структурой. Однако это компенсируется дополнительными специфическими способностями и качествами, которые эта раса приобрела, кардинально отделившими их от родительской ветви, которые и обеспечили им выживание в последующие тысячелетия. Их силе, скорости, регенерации и устойчивости к магическому воздействию могут позавидовать любые существа на планете.

Некоторые способности анимагов всё-таки проявляются и в оборотнях. Например, их идеальное перевоплощение во вторую ипостась, которого не могут добиться никакие магипреобразователи, и тем более они не могут получить те же физические характеристики для образовавшегося в результате слияния существа. Да и в обычном состоянии оборотни гораздо сильнее и быстрее любого человека или эльфара.

Конечно, было обидно, что оборотни бесследно утратили свои такие могучие способности, которые приписывали аниматам, но взамен ими было приобретено нечто новое и интересное.

«Н-да, – подумал ректор, – надеюсь, этих отмороженных прибудет немного, а то от академии камня на камне не останется с таким-то набором».

Но тут он вспомнил, какой сейчас год, и, сопоставив даты, прикинул, что как раз сейчас и нужно ожидать наплыва оборотней, ведь это начальный год их великого цикла, и поэтому среди них многие должны были достигнуть совершеннолетия.

«А надежды на тихий и спокойный период в жизни академии с каждой минутой становится всё меньше и меньше», – с неким даже предвкушением и каким-то давно забытым ощущением мандража грядущих событий подумал маг, перед которым оказался такой взрывоопасный коктейль.

Размышляя о расах, населяющих их планету, у Старса вырисовывалась что-то не слишком радостная картина. Когда начинаешь объективно оценивать свои силы, то получаешь, что не так мы и могучи. Эльфары сильнее в жизни и смерти, гномы – в создании сверхнадёжных артефактов, основанных на смешении магий земли и огня. Оборотни могучи и непобедимы как бойцы и маги-преобразователи. Огры и гоблины – великолепный тандем, который фору даст многим. К тому же есть ещё огромное число рас, про которых ректор не мог сказать так много, но которые также имели какие-то свои необычные особенности, помогающие им выживать. И лишь одни хуманы не могут похвастаться чем-то выдающимся, но зато они по-настоящему универсальны, настолько, что могут заниматься чем угодно и быть кем они хотят.

«Но, может, именно в том и есть их сила. Ведь, несмотря на все свои слабости, именно они являются доминирующей расой в мире», – задумался ректор.

От этих мыслей Старсу стало немного не по себе, он вытер вытащенным из кармана платком внезапно вспотевший лоб и вернулся к мыслям о предстоящем учебном годе.

«Тот ещё будет у нас набор, – подумал он. – А если учесть, что чуть ли не все постараются пропихнуть в этот раз своих высокородных родственников с наиболее сильными способностями, надеясь не ударить в грязь лицом перед всеми остальными и, главное, стараясь засветиться перед теми, кто тут может появиться… Ведь наверняка уже каждому заинтересованному известно, кто и кого отправит к нам на учёбу. Лишь одни мы всё узнаем, как обычно, последними. Прямо иди и вешайся. Хотя нет, не дождётесь, я хочу посмотреть на тот зоопарк, что скоро соберётся здесь у нас. – Улыбнувшись, ректор уже вполне серьёзно подумал: – А ведь это выход для меня и нашей проблемы, – и стал прикидывать: – Будет высокий конкурс, и все места на всех факультетах будут заняты, можно, думаю, немного поднять планку для поступления на преобладающие основные специальности и снизить для факультета артефакторики. В этом случае мы всё равно наберём необходимое количество учащихся. В дополнение если конкурс будет настолько большим, то для повышения рейтинга мы можем устроить практические упрощённые или неполные курсы для магов с небольшими способностями, где будет даваться тот теоретический и практический минимум, что мы преподносим рейнджерам. К тому же это позволит нам вполне существенно пополнить ряды хотя бы частично подготовленных магически одарённых граждан империи, что снизит неконтролируемое использование магии и увеличит более осознанное её применение».

Благо преподавателей по основным направлениям предостаточно, а если будет кого-то не хватать, то таких специалистов можно привлечь со стороны.

«Но это опять же общие и популярные направления. А вот с узкими специалистами может произойти напряг. Поэтому в этом году по редким и не слишком привлекательным предметам придётся расширить преподавательский состав, – задумался Старс. – Нужно срочно искать сумасшедших, согласных работать в будущем дурдоме, которым может стать академия в этом году. Очень жаль, что при странных обстоятельствах пару недель назад исчез один из старейших преподавателей нашей академии, хоть и внештатный, Лениавес Рыжий. И до сих пор о нём нет никаких известий», – вздохнул ректор.

Да и его друг, отец одной из студенток академии, лорд Крайг, пропал вместе с ним. Какая-то странная и непонятная история творилась вокруг этой семьи.

Примерно пару недель назад лорд обратился к нему с просьбой оставить на всё время обучения свою дочь в академии и обеспечить ей защиту до её окончания. Он авансом оплатил учёбу дочери, включая магистратуру и услуги двух магов телохранителей, на следующие пять лет.

В подробности тогда вдаваться маг не стал, не его это дело. Да и оскорбление это для рода, когда в их внутренние дела без просьбы о помощи лезут посторонние. Ректор только выполнил взятые на себя академией обязательства, обеспечив жильё и защиту девушки. Примерно тогда он потерял след как лорда, так и Лениавеса. И сейчас с сожалением подумал:

«Хороший маг и профессионал своего дела, очень жаль, если не удастся привлечь его к преподавательской работе в будущем учебном году».

В результате ему было необходимо найти замену на образовавшиеся вакантные места сразу двух преподавателей – рунолога и разумника.

Он твёрдо решил обеспечить всех студентов достойным уровнем образования и обучения. Тем более учеба в их заведении была недешёвым удовольствием, чтобы относиться к ней пренебрежительно.

«Поэтому не прошедших по конкурсу и недовольных у нас в этом году не будет, мы всем найдём применение, не отправлять же их к ирийцам», – усмехнулся ректор, а потом, видимо вспомнив какую-то смешную историю, рассмеялся в полный голос.

С Ирийским университетом магии у них шла многовековая борьба за право называться лучшим учебным заведением континента Харона (материка, на котором они сейчас находились).

Правда, Харон не был так плотно заселён, как другие три континента и несколько самых крупных островов на их планете. К примеру, Ленара, где государств было в несколько раз больше, а население составляло более нескольких миллионов существ.

Причиной такой небольшой численности населения, проживающего на Хароне, послужило то, что практически полностью, иногда даже спускаясь к самому океану, его территорию покрывал гигантский Лес. Это было наследие войн, которые бушевали десятки тысяч лет назад на их планете. Одной из воюющих сторон были древние маги. Но кем были их противники, так и осталось тайной, покрытой веками. Между тем последствия тех давних событий до сих пор напоминают о себе. И самым большим из них является Лес.

Везде есть небольшие осколки прошлого, но Лес был и остаётся самым опасным и таинственным местом на Ареане. Изменённые и магические животные, растения, живущие собственной непонятной жизнью, кристаллы и драгоценные камни, простые и заполненные магической энергией, развалины поселений и городов, артефакты древних и различные необъяснимые магические диковинки или необычные проявления – всё это можно было найти там в неисчислимом количестве.

На этом размышления ректора прервали – в его кабинет постучались, и почти тут же дверь распахнулась. Изобразив неугомонный вихрь, к нему влетел его старинный друг. При этом в на секунду образовавшемся проёме ректор заметил переминающегося в прихожей молодого хумана, того самого, на которого он обратил внимание, наблюдая за суетой во дворе.

Лерак по-свойски обосновался в кресле напротив ректорского стола и стал разливать по бокалам, бесцеремонно извлечённым с верхней полки шкафа, где, по идее, должны были лежать очень важные бумаги, дорогое керийское вино, бутылка которого неизвестно каким образом появилась у него в руке.

«Хотя что тут может удивлять, – напомнил себе Старс, – если это вино поставляют южные эльфары, а Лерак как раз оттуда родом. Скорее всего, у него есть свои источники, которые и поставляют ему этот дорогущий напиток».

Не заставляя себя ждать или приглашать дважды, ректор устроился в своём кресле, взял бокал в руку и, отсалютовав другу, отпил этот нектар богов.

– Ну, так что у вас там произошло? – спросил он у своего бывшего сокурсника.

– Ты представляешь, – ответил Хиляк, как называли его ещё во время учёбы, и это было не преуменьшение, Лерак был неимоверно худ и тонок в кости, даже для эльфара, но при этом все девушки сходили с ума именно по нему (и почему это?), – что учудил твой оболтус?

И он с задорным блеском в глазах загадочно посмотрел на приятеля.

– Давай не тяни, – поторопил его нахмурившийся ректор, – говори уж.

Не став держать паузу и нервировать приятеля, эльфар начал рассказывать:

– Они тут со своими дружками решили поэкспериментировать. И знаешь, кто у них получился в результате? – Театрально взмахнув руками, Лерак уставился на ректора в ожидании его реакции, но тот сидел за столом с каменным лицом. – Не узнаю тебя, где тот любопытный проныра, которого я знал раньше? – поддел ректора друг.

– В прошлом, Лерак, в прошлом. Обстоятельства навязывают другое, – пробормотал Старс.

– Ну ладно, чего тебя мучить и терзать ожиданиями, – всё ещё не мог успокоиться эльфар. – У них получилась живая химера. Ты представляешь? С полностью идентичными оригиналу свойствами, даже больше, он может создавать фантомы и перемещаться в пространстве на небольшие расстояния. Кроме всего прочего, по их задумке он должен был подчиняться мысленным командам, но наши гении что-то напутали в ритуале подчинения, и он сорвался с привязи. Теперь вот гуляет где-то по территории академии. Благо это совершенно безобидное существо и не представляет для студентов никакой опасности. Я, когда понял, в чём дело и что же у них получилось, попросил повторить или описать их свои действия при создании его, но они ничего толком сказать не смогли. И повторить результат во второй раз им не удалось.

Лерак хотел сказать что-то ещё, но тут ректор ухватил зацепившую его внимание мысль.

– Постой, – встрепенулся он, ему резанула слух одна фраза эльфара, – как это гуляет? Вы что, его до сих пор не поймали?

– Представляешь, нет. Но каковы юные гении!.. – чуть ли не с умилением воскликнул декан факультета магов-преобразователей. – Этот зверь совершенно не поддаётся внешнему паралитическому или останавливающему воздействию. Чуть что – сразу переносится в другое место, а вместо себя оставляет фантом. Убивать его не хотелось, а поймать так и не удалось.

– И что теперь, – поинтересовался Старс, – так и оставим бродить его по академии? А если эта зверюшка ушмыгнёт и пролезет в город? Совет магов нас по головке за такое не погладит.

– Да не переживай, – махнул рукой Хиляк, – я оставил вместо себя двух магистров, пусть побегают. Пообещал поймавшему зачёт досрочно. Так что это должно вдохновить их на подвиги и стимулировать природную смекалку. Хотя, по-моему, никто его не получит. Так что если говорить о текущем положении вещей, то химера всё ещё на свободе и будет оставаться там ещё очень долгое время.

– Не очень долго она там и пробудет, – урезонил Лерака ректор. – Скоро к нам прибудут твои соплеменники, а уж они обращаться с животными умеют. А я попрошу их оказать нам такую маленькую услугу.

– Вот ведь! Весь воспитательный процесс загубить мне хочешь. Да, кстати, мне сообщили о прибывающих гостях, – невзначай подтвердил слова ректора эльфар.

– Вот и я о том же. А мне пару слов шепнуть об этом было сложно? – спросил Старс у смутившегося друга.

– Прости, как-то не подумал, – виновато посмотрел на него Лерак.

В этом не было ничего удивительного, – эльфар всегда был не от мира сего и далёк от политики и всего, что с ней связано. А потому и не подумал, что такую новость необходимо бы передать своему товарищу, тем более сейчас они плыли в одной лодке, да и раньше у них не было особых тайн друг от друга. Вернее, у Лерака их не было. Тайны ректора были слишком опасными, чтобы подвергать ею ещё и своих друзей, родных и близких.

– Ну ладно, с этим понятно. А что ты за парня притащил с собой? – вспомнил Старс о переминающемся в приёмной артефакторе.

– О, тут интересное дело! – встрепенулся неугомонный маг. – Он единственный, кто точно определял местоположение химеры, когда её пытались поймать. Вот я и хотел поговорить с ним, чтобы понять, как он это делал. Расспросить его внизу я не успел. А поэтому прихватил с собой, чтобы поговорить. Правда, сначала зашёл пообщаться с тобой. Вроде всё.

«Как сложились обстоятельства, – несколько удивлённо подумал Старс, – интерес у нас обоих вызвал один и тот же студент».

– Зови его сюда, – сказал ректор, – мне это тоже интересно. Я сам обратил на него внимание, когда наблюдал за суетой внизу. Но подумал, что вам он помочь ничем не смог.

– Как раз наоборот, – возразил эльфар, – он единственный, от кого была хоть какая-то польза.

– Понятно, так зови, послушаем этого смышлёного юношу.

Лерак мгновенно, как живой метеорит, подскочил к двери, приоткрыл её и махнул кому-то. Затем, отойдя в сторону, пропустил в кабинет смущённого молодого хумана.

– Добрый день, – поздоровался явно неуютно себя чувствующий перед стоящими магами юноша. Вернее, напряжение и смущение вызывал у него лишь один из них, со вторым он достаточно вольно общался там, во дворе, это ректор прекрасно видел сам.

– Добрый, – поприветствовал его в ответ ректор. – Нас, как я понимаю, ты знаешь, и представляться нам не стоит, а вот твоё имя, по крайней мере, мне бы хотелось узнать.

– Простите, – ещё больше смутился тот, – Глен Рес из Парны. Я из ремесленников.

Это прозвучало, будто он оправдывался, и ректору стало понятно, что парнишка несколько стесняется своего происхождения. Что было достаточно странно, в академии ведь учились представители различных слоев населения. Тут были и ремесленники, и мастеровые, и они были не самыми последними представителями граждан империи, обучающимися в стенах этого учебного заведения.

Но потом вспомнил, как разглядывал его в окно, и повторно посмотрел на парня магическим взглядом, благодаря чему многое понял. У парнишки были очень слабые способности, хотя он и был явным универсалом по пяти направлениям. Именно поэтому он оказался на факультете артефакторики. А студенты этого факультета особо никогда не пользовались успехом.

«Особенно у женской половины учащихся, – с улыбкой заметил про себя ректор и посмотрел на молодого хумана уже новым взглядом. – Да и не так он богат, чтобы происхождением компенсировать свой не очень большой магический потенциал. Поэтому, видимо, его и шпыняют. Однако именно из таких разумных, как он, потом и выходят те, на ком держится сила и слава империи. Так что, парень, я мысленно с тобой», – подумал ректор и, не удержавшись, подбадривая, похлопал его по плечу.

На что получил удивлённый взгляд своего друга, но не обратил на это внимания и спросил:

– А теперь расскажи нам, что ты там делал и чем занимался?

– Ну, – ещё больше смутился парнишка, – я проверял работу одного из своих артефактов.

– Даже так, – изумился ректор, – ты ведь окончил только первый курс, судя по эмблеме на твоей куртке. Так о каком артефакте ты говоришь? Ничего сложного из плетений вам, насколько я знаю, давать не должны были. Да и артефакты вы, по-моему, простейшие начнёте создавать только с середины следующего курса.

– Вы правы, – согласился Глен и, уже совершенно стушевавшись, добавил: – Но это не из учебной программы. Я немного занимаюсь самостоятельно. И это одно из тех изделий, что я сделал сам. Поэтому у меня и не было возможности на практике проверить его работу.

«Самоучка, значит, но, судя по всему, у него что-то получается. Тем более и Хиляк сказал, что он оказался полезен», – подумал ректор.

Видимо, такие же мысли посетили и Лерака, потому как он прокомментировал слова молодого мага:

– Сам говоришь, это интересно, – и спросил хумана: – И что же у тебя получился за такой необычный магический прибор, который умудрялся сделать то, что не получалось у меня?

«Так вот, значит, в чём дело. Парень-то, оказывается, не промах, если смог уделать нашего умника. Послушаем, что он скажет», – заинтересовался Старс.

Студент же, посмотрев на них и глубоко вздохнув, начал свой рассказ:

– Ну, понимаете, я не слишком сильный маг и даже плетения второго уровня уже вызывают у меня трудности в применении, что уж говорить о плетениях более высокого порядка. Я понимаю, что четвёртый, возможно, некоторые плетения пятого уровня – это мой естественный потолок. И прямым путём его никак не обойдешь. Поэтому я задумался над тем, как можно облегчить себе работу в применении сложных или просто трудных для меня плетений. И тут естественно всплыл закономерный ответ: артефакты. Только для их создания необходимо не меньше сил, чем на простое применение данного плетения при его непосредственном исполнении и даже немного больше, так как внедрение плетений требует дополнительной энергии на закрепление его узловых точек в структуре артефакта.

– Молодой хуман, – остановил речь Глена неугомонный эльфар, – основы артефакторики нам известны и так. Не расскажете ли, что именно вы делали?

– Простите, но это важно, – не отступил от основной темы своего рассказа молодой маг. – Можно мне продолжить? – обратился он к ректору.

– Конечно, – ответил тот и, усмехнувшись, добавил, обращаясь к Лераку: – Вот так-то, – и взглядом указал на студента, стоящего перед ними. На его эту немую пантомиму сам Глен не обратил внимания, Лерак же просто пожал плечами и недоумённо покачал головой.

– Так вот. Сопоставив эти уже известные вам и мне факты, я понял, что создавать для меня артефакты будет так же затруднительно, как и применять плетения напрямую. Мне просто не хватит собственной магической силы. Но такой ответ меня не устроил, и я решил попробовать одну идею, вернее, гипотезу, о которой узнал на теоретических занятиях. Наш преподаватель, правда, лишь упоминал о такой теории и ничего конкретного не говорил, но для меня и этого было достаточно. Я пошёл в библиотеку и чуть ли не на полгода поселился в ней. Я искал любую информацию, факты, практические выкладки или даже малейшие упоминания об этом. И три месяца назад в одном старом фолианте мне попалась небольшая статья, как раз и описывающая принцип действия данной теории на примере одного простейшего плетения.

– Так, что за теория? – Было видно, что эльфара сейчас разорвёт от любопытства.

– Любое плетение – это не одно единое целое, плетения состоят из более мелких структур, – гордо сказал парень.

– Всё верно, – несколько разочаровавшись, пробормотал Лерак, – и в этом нет никакой большой тайны.

Старс же слова Глена никак комментировать не стал. Он видел, что тот ещё не закончил говорить, и не ошибся.

– Вы правы. Но я-то этого не знал, и мне пришлось искать эту информацию самостоятельно. Но главное не это, – возразил ему молодой хуман, между прочим, вполне обоснованно.

Он и правда нигде пока этого не мог узнать. Более серьёзную теорию дают студентам начиная только с третьего курса, и то не всем.

– Как раз разбирая этот пример, что мне удалось обнаружить, я понял: каждая узловая точка плетения соответствует смысловому центру составляющих её структур. А когда я это понял, то решил внедрять в артефакт не всё плетение целиком, а по частям, выделяя в нём только взаимосвязанные структуры. Сначала у меня ничего не получалось, но постепенно я разобрался, что привязка рун не всегда точно соответствует выделенному в плетении смысловому центру составляющих её структур. Во-первых, это натолкнуло меня на мысль, что не все руны необходимы для работы плетения, некоторые не несут в себе никакого смысла при создании общей структуры всего плетения, а лишь потребляют энергию на свою активацию. И второе – это значительно уменьшило саму структуру плетения, как энергетическую, так и смысловую. Ведь рун, образующих плетение, стало гораздо меньше.

– И что, – не скрывая своего удивления, спросил Старс, – эта теория работает?

Лерак же просто сидел и хлопал глазами, стараясь разобраться в только что сказанном этим молодым магом. Всё верно, этот студент только что сдал как минимум экзамен на первую магистерскую степень, хотя и отучился в академии всего лишь год.

– Да, – гордости парня не было пределов, – я решил попробовать её на одном не очень простом плетении, которое мне достаточно часто приходится реализовывать, тогда как его применение отнимает у меня много сил и энергии, а поэтому надолго меня не хватает. Оно четвёртого уровня. Однако если бы мне удалось его внедрить в артефакт, то необходимо было бы только поддерживать его энергетическую целостность, что не требовало бы от меня уже столь больших сил. Заполнить артефакт энергией труда не составляет.

«Смотри-ка, а ведь и этому их если и научили, то недавно. А для него это уже труда не составляет», – оценил слова Глена ректор.

– Таким вот образом я создал артефакт с внедрённым в него плетением «Магическое око». Правда, при этом выяснилось несколько интересных фактов. Само плетение стало гораздо компактнее и по энергетической наполненности теперь соответствовало третьему уровню. Обрадовавшись, ведь это снимало необходимость разработки артефакта, я постарался воспроизвести его самостоятельно напрямую. Но тут меня ждало большое разочарование. Структура плетения потеряла свою устойчивость и мгновенно распадалась при создании. Получается, те руны, что не несли никакой смысловой нагрузки, выступали в роли неких объединяющих структуру плетения элементов. Решив, что это тупик, я всё же постарался закончить работу над созданием артефакта, и каково же было моё удивление, когда сокращённая структура плетения после внедрения связанных структур, каждой по отдельности, и закрепления их в артефакте не распалась, как случалось до этого с его материальным применением. Оставалось только заполнить артефакт энергией и активировать его. И как и предполагалось, в этот раз для активации артефакта потребовалось примерно энергии как для активации плетения третьего уровня. После этого артефакт заработал. Закончил я работу только вчера, но проверить её было не на чем. А сегодня мне представился случай. И теперь я точно знаю, что и метод, и артефакт работают.

Парнишка замолчал, а ректор прикидывал: «Если он говорит правду, а это так, я это чувствую, то упускать его нельзя. Эта теория пока не должна выйти за пределы академии. Парнишку нужно взять под охрану. Это посильнее дальнозора будет. И оставить его в академии. Я даже готов обеспечить его учёбу из своего кармана и пристроить тут на ставку преподавателя. Всё равно пользы от него больше, чем от большинства светил наук, проживающих и работающих здесь».

– Упырь, – так, чтобы студент ничего не услышал, обратившись к Старсу, тихо прошептал Лерак, – я покрою все расходы на его обучение, только не упусти его.

– Да знаю, не дурак, – буркнул тот ему в ответ и обратился к Глену: – А знаешь, твоё изобретение нас заинтересовало, как оно само, так и твоя теория. Не хотел бы ты перейти в исследовательскую группу, которая будет заниматься разработкой этой твоей научной находки?

– А как же учёба? – удивился парнишка. – Понимаете, моя семья не очень богата, поэтому я хотел закончить этот и следующий курсы и пойти пока на вольные хлеба, немного подзаработать для продолжения обучения здесь. Но в планах у меня это будет только через год.

«Так, это уже лучше, парень бежать никуда не собирается», – решил Старс и ответил Глену:

– Не переживай. Все, кто участвуют в исследовательской программе, получают государственную стипендию и дотации на обучение. Поэтому финансовых вопросов возникнуть не должно.

– Тогда о чём разговор?! – радостно воскликнул молодой маг. – Я согласен.

– Хорошо. С тебя полный отчёт уже проведённых исследований и разработка плана по проведению дальнейшей работы. Кроме того, составь список необходимых тебе материалов и литературы. Если нужна помощь, мы предоставим помощников и различных сторонних специалистов. Твоим руководителем будет декан Лерак. Сейчас подойди в бухгалтерию, они оформят с тобой контракт на проведение работ, обучение, выделение ежемесячного денежного довольствия и пересмотрят условия твоего проживания. – Прикинув, всё ли сказал, Старк пробежался по значимым пунктам и, решив, что упомянул всё, что нужно, спросил: – Вопросы?

– Нет, – ошеломлённо помотал головой Глен, поразившись бурной деятельности, устроенной вокруг него ректором.

– Тогда иди, – отправил его Старс, но уже перед самым выходом тормознул его: – Прости, забыл. О твоём участии в исследовательской группе никто не должен знать. На вопросы о внезапном денежном благополучии отвечай, что нашёл покровителя, который согласился оплатить твоё обучение в счёт будущей работы на него по окончании академии. Понятно?

– Да, – ответил артефактор.

– Тогда всё. Иди. Приятного вечера, – попрощался с ним Старс.

– До свидания, – ответил всё ещё ошарашенный молодой хуман и вышел в приёмную.

Как только за ним закрылась дверь, Лерак спросил:

– Ну, что ты думаешь?

– А что тут думать? – тихо ответил вопросом на вопрос ректор, гладя в окно. – Это прорыв. Похожих открытий не было уже более трёхсот лет. Если сможем раскрутить эту теорию дальше и сохранить в тайне её суть, то тогда конкурентой в артефакторике у нас не будет. Только необходимо разработать маскирующее плетение, чтобы со стороны не было заметно реального состояния и структур плетений наших артефактов. И это на тебе.

– Я понял. Но тут лучше бы привлечь Лениавеса. В этом ему нет равных.

– Я бы привлёк, – с сожалением проговорил ректор, – но о нём не слышно последние две недели, куда-то пропал с одним из своих друзей.

– Понятно, – кивнул эльфар. – Тогда…

Он неожиданно замер, замолчав, потом вдруг побледнел и, вскочив с кресла, метнулся из кабинета. Но у двери всё же остановился и, обернувшись, объяснил:

– Я в посольство. На караван, следовавший из княжества в империю, было совершено нападение над нейтральной территорией Леса. Подробности неизвестны. – И совсем тихо добавил: – Среди них была Эрея.

И выскочил за дверь.

«Что произошло? Какое нападение? Кто и что хотел этим добиться? Почему нападение было совершено в Лесу?» – завалил шквал вопросов ректора.

Но главным для него сейчас всё же был тот, от которого во многом теперь могли зависеть судьба и будущее империи: «Жива ли младшая дочь князя эльфаров?»

Задумавшись над свалившимися на его голову новостями, Старс несколько отключился от реальности.

Через некоторое время очнувшись и решив, что больше его сегодня удивить нечем, он невзначай покосился на письменный стол и обратил внимание на непонятно как оказавшиеся там конверты с корреспонденцией, доставленной из канцелярии императора.

«Как я задумался, – удивившись, отметил он факт появления писем в своём рабочем кабинете, – даже не заметил, как секретарь входила ко мне и занесла документацию…»

Машинально разложив их на столе, он первым вытянул бросившийся в глаза конверт, опечатанный оттиском перстня императора и внедрёнными в печать слепками ауры Лекарта и ауры получателя. В данном случае им являлся сам Старс.

– Это ещё что такое? – пробормотал он, поднося руку к артефакту, в который превратили сургучовую печать, и создавая плетение для инициализации проверки слепков, внедрённого в печать и его собственного.

«Такие письма, как правило, касаются государственной безопасности или вопросов, её затрагивающих, – задумался ректор, он не мог вспомнить, когда последний раз получал подобные послания, находясь на данной должности, но, быстро перебрав все значимые события в своей памяти, понял: – Никогда не получал».

Но раньше ему приходилось иметь с ними дело, когда он работал совершенно в другом ведомстве.

«Что там?» Он, затаив дыхание и сломав печать после того, как плетение по уничтожению письма перешло в неактивное состояние, вскрыл конверт.

Из него выглянул специально оставленный край гербовой бумаги со сложным и своеобразным узором. Единственным применением этого листика служила проверка, попал ли конверт в нужные руки.

Ещё до того, как прочесть письмо, понял, о ком в нём речь. Информация могла касаться деятельности единственных существ, обитающих в империи, да и по всему остальному миру, которые подчинялись напрямую приказам только двух разумных во всей Ареане, и среди них, как это ни удивительно, не было ни одного монарха.

Старс осторожно вынул послание из конверта. В нём было всего две строчки. Письмо начиналось такими словами: «Мальчик мой». Ровный и такой знакомый подчерк заставил ректора оглядеться и поставить полог молчания, изолировать комнату от возможности внешнего проникновения и чужого любопытного взгляда.

«Помоги им. Благодарю».

И всё, больше на этом листе не было ничего. Ни подписи, ни каких-то дополнительных инструкций. Ничего.

Но этого и не требовалось. Старс знал и автора этого послания, и тех, о ком в нём шла речь. Но не понимал, в чём им могла понадобиться его помощь. И знал, что император в курсе того, о чём его просил написавший, ведь печать на конверте принадлежала ему.

Ректор академии вышел из кабинета в приёмную и спросил секретаря, миловидную девушку, несколько лет назад окончившую академию и ставшую специалистом в магии разума, да так тут и оставшуюся в качестве его личной помощницы и по совместительству одного из его главных советников, слишком уж неоднозначным и неординарным было мышление этой юной симпатичной особы:

– Реа, кто доставил этот пакет? – Он показал девушке распечатанный конверт.

– Молодой хуман, правда, не слишком похожий на курьера. Он передал мне все документы и вышел в коридор, – ответила она. – Что-то случилось?

– Не знаю, – нахмурился ректор. – Хотел кое-что у него уточнить. Видимо, придётся подождать.

– Секундочку, граф, – встрепенулась девушка, – по-моему, он всё ещё в коридоре, я не слышала, как хлопала входная дверь. – И она выскочила из приёмной.

Старс не успел сказать, что, если это тот, о ком он подумал, она бы ничего и не услышала.

«Странно, почему её не удивило, что и мыслей этого „курьера” она не слышала», – задумался он о своей помощнице, которая славилась своим любопытством и наблюдательностью.

Но потом решил, что так обычно и происходит с теми, кому они встречаются. Если у них нет на то желания, то их и не замечают.

Ректор всё больше убеждался в том, что конверт сюда доставил один из его бывших знакомых.

– Граф, он тут, – вбежав в приёмную, радостно сообщила девушка. – Пригласить?

– Да, – ответил ректор и стал с интересом ожидать, когда войдёт «курьер».

Дверь приоткрылась, и в комнату втёк плавно перемещающийся субъект, которого принять за обычного курьера мог только слепой.

«Чего, кстати, Реа и не сделала», – вспомнил он её слова.

– Так я и думал, – пробормотал ректор себе под нос, когда увидел вошедшего молодого хумана.

– Добрый день, мессир, – обратился тот к нему.

– Добрый, – не очень-то вежливо ответил Старс и кивнул в направлении двери в свой кабинет. Заметив засверкавшие любопытством глаза девушки, сидящей у стены за столом, шикнул на неё, проходя мимо: – Не смей!

– Да я и не думала, – пролепетала она, потупив глаза.

«Да, как же!» – прокомментировал про себя Старс слова секретаря, зная её характер.

Поэтому, как только дверь за ним закрылась, он поставил полог молчания, а потом, что-то прикинув, вообще включил полную защиту комнаты от визуального и магического наблюдения.

Неторопливо подойдя к своему креслу, он постоял несколько минут, глядя в окно на уже успокоившуюся толпу сейчас что-то обсуждающих студентов, один из которых очень бурно и увлечённо в этот момент что-то рассказывал одному из стихийников.

«Интересно, о чём у них идёт такой оживлённый спор», – отстранённо подумал он, стараясь отдалить момент предстоящего разговора.

И не потому, что ему был неприятен стоящий позади него хуман, нет. Он не хотел возвращаться к воспоминаниям, связанным с ним и таким, как он. Но приёмный отец попросил его о разговоре с ними, и отказать ему он не мог.

Ректор повернулся к своему гостю и спросил:

– Грах, не скажешь ли, почему глава одного из кланов вампиров и самый опасный убийца Лароса подрабатывает обычным курьером?

Старс не ошибся. Хотя хуман, стоящий перед ним, сейчас и не напоминал опасного вампира, но ректор точно знал, кто он. Слишком хорошо был знаком с этим конкретным вампиром в частности и воинами клана теней, лучшими убийцами континента, а возможно, и всего мира в целом. Он знал, куда и как необходимо смотреть. Их он узнал бы всегда. Слишком многое его связывало с ними, с его бывшими подчинёнными. Его случайно ставшим родным кланом.

Вампиры, такие, как стоящий сейчас в его кабинете, и совершенно другие. Похожие и не похожие на него. Простые, высшие и маги. Патриархи и бойцы. Обычные члены клана и его приёмные дети.

Странная и необычная раса. Одна из немногих, появившихся в мире самостоятельно, а не в результате экспериментов, проводимых древними. Раса, которая в результате неизвестного катаклизма была вынуждена кардинально изменить свою суть и сущность. Раса, научившаяся чувствовать энергию жизни и кровь живых существ. Раса, для своего выживания не нуждающаяся ни в слухе, ни в осязании, ни в зрении, ни в обонянии. Раса охотников. Раса убийц.

Кем они были раньше, неизвестно, но внешне они неотличимы отхуманов, особенно северян. Только несколько светлее. Сказывается привычка обитать во тьме и сумраке, привычка избегать солнечного света. Но это не из-за солнца как такового, оно для них не опасно, как думают многие, оно просто очень неприятно для их сверхчувствительных глаз.

Это была раса, любой потомок которой становится вампиром, независимо оттого, кем были его родители, главное, чтобы один из них нёс в себе изменённую кровь детей ночи, как их ещё иногда называли. И эта их черта была очень похожа на хуманов, которые тоже могут иметь потомство совместно с любой расой разумных, обитающих в мире.

Но, как у всех долгоживущих, дети рождались у них очень редко, даже реже, чем у эльфаров. Поэтому за воспитание и безопасность своего потомства ответственность нёс весь клан. Никто никогда не оставит ребёнка в беде, это Старс узнал на собственном опыте, и такое отношение к семье он впитал с тех пор, как начал осознавать себя, а возможно, и ещё раньше.

Их боялись и ненавидели. Их называли убийцами или убийцами магов, иногда о них говорили как о ликвидаторах, но за глаза всегда именовали кровососами. Правда, это было всеобщее заблуждение, о котором знали лишь избранные. Они не пили кровь. Они были магами, поголовно, магами крови. Сильными и слабыми. Это единственная школа, которой владели вампиры.

Кровь им необходима как источник энергии. И не важно, чья она будет. Хумана, эльфара, гнома или какого-то животного. Даже того же вампира. Ценность крови определялась вырабатываемой и получаемой на её основе энергией для создания и активации магических плетений и поддержания функционирования их особых свойств.

Мало кто догадывался, что по своей энергетической ценности кровь обычного домашнего хряка ценилась вампирами много больше, чем кровь того же хумана, например, но несколько её тонн могла заменить единственная капля крови дракона или некоторых магических тварей из Леса. Поэтому они были постоянными клиентами артелей рейнджеров и поисковиков, которые регулярно приносили трофеи из Леса, в том числе и живые.

Они также использовали простую пищу для восполнения обычной энергии тела, однако для применения своей сверхреакции и силы или использования магии и преобразований тела им нужна была особая энергия, которую они могли получить лишь из крови живых существ.

Единственное ограничение их магических качеств, что некоторые из них могут проделывать только определённый круг вещей, к примеру почувствовать врага или перейти в свой сверхускоренный режим. Кроме того, они пользовались некоторыми плетениями школ магии разума, но несколько извращёнными и необычными. Все они были тесно завязаны на реализации и использовании плетений магии крови. И данную извращённую магию с необычным конвертированием одного типа магической энергии в другой, кроме них, не могло практиковать ни одно существо на планете. Благодаря этому многие вампиры, достигшие определённого уровня мастерства, имеют идеальный ментальный щит, который могут поддерживать неограниченно долго за счёт ресурсов собственного тела и который невозможно взломать. Простые вампиры тоже могут реализовать некий аналог данного ментального щита, но его эффективность падает в зависимости от мастерства и умений вампира. Ко всему этому высшие вампиры и маги склонны к частичной трансформации своего тела и ограниченному использованию магии преобразований. Но они не могут принимать форму живых существ, к примеру превращаться в летучую мышь, о чём толкуют в простом народе, и преобразование в которую им обычно приписывают. Но зато наиболее сильные из них, чаще всего это очень сильные высшие вампиры и маги, могут преобразовываться в туманную форму, но и данное преобразование также тесно завязано на магии крови, а не на прямое внесение изменений в структуру сущностей. Использование данной формы ограничено лишь запасами энергии вампира, но нужно понимать то, что это одно из самых энергоёмких преобразований, на которые они способны. Поэтому и могут приступить к нему только набравшие силу и мощь вампиры. В этой полуматериальной форме они могут находиться не очень продолжительное время, пока у них не закончится энергия. Однако данная форма полностью иммунна к магическим и физическим воздействиям.

С возрастом, в отличие от всех остальных рас, сила вампира только растёт. И рано или поздно любой из них может стать высшим вампиром или невероятно сильным магом крови. Нужно только время. Для одних больше, для других меньше. К тому же многие вампиры рождались с разным уровнем способностей. Именно поэтому патриархи кланов – это не просто мудрость и разум клана, но и его сила.

Последнее время кланы вампиров не часто контактировали с правительствами и главами сопредельных государств. И тому было несколько причин, но основной из них служил страх. Их боялись.

Однако всегда, когда нужно было сделать что-то невыполнимое, обращались именно к ним.

Пока ректор перебирал в голове эти отрывочные сведения, которые были известны ему о стоящем напротив него вампире, тот ответил на его вопрос:

– Я всё расскажу, мессир. – Истинный вампир и остался стоять неподвижной статуей около его стола.

«Что же тебя привело ко мне?» – в который уже раз мысленно задал вопрос граф Старс Ра’Горт.

А вампир ждал его разрешения начать разговор, как младший перед старшим. И ректора это не удивляло, хотя Грах и был главой клана.

Посмотрев на застывшего воина, ректор кивнул ему на кресло и поудобнее устроился сам:

– Я слушаю тебя, сын.

– Здравствуй, отец, – неторопливо начал глава клана Ра’Горт, смотря в глаза сидящему напротив него магу, магу-вампиру.

Своему отцу.

Тот несколько секунд смотрел в его глаза, а потом кивнул в ответ.

– Здравствуй, сын, – сдержанно произнёс Старс. – Расскажи, что вынудило тебя нарушить клятву и обратиться ко мне.

Пару мгновений Трах рассматривал сидящего напротив него мага, потом сказал:

– Совет кланов просит владыку империи Ларгот принять их под свою власть. Они готовы принести ему свою присягу. Ему и всем следующим поколениям его потомков. Решение уже принято, и о нём донесли владыке.

– Если решение уже принято, что вы хотите от меня?

– Владыка согласен, но он озвучил совету единственное условие.

Старс почувствовал некий подвох, особенно если учесть письмо с мягкой просьбой помочь.

– Какое? – спросил он.

– Патриархом всех кланов должен стать мой отец, – гордо и с вызовом глядя в глаза ректору, проговорил Ерах.

– Раррррррррк!!! – выругался сквозь зубы Старс, такой подставы от своего приёмного отца он не ожидал.

Вампиры, конечно, примут отказ, но после этого все кланы, без исключения, даже самые захудалые, проживающие на отдалённых островах или в Ледяных пустошах, станут заклятыми врагами империи. Без малейшего шанса на перемирие.

– А теперь расскажи о том, почему принято такое решение? – спросил граф у сына.

Хоть ректор и не озвучил свой ответ, но было заметно, как разгладилось лицо Ераха, когда Старс задал этот свой вопрос.

– Странные вещи стали происходить во многих частях материка, особенно на севере и востоке, – начал рассказ глава клана теней. – Первые сообщения о нападениях новых изменённых тварей, невероятно сильных и опасных, стали поступать примерно полгода назад от северных кланов и тех, кто живёт за грядой в Ледяных пустошах. Было устроено несколько облав в попытке захватить их. Но как это ни невероятно звучит, мы не смогли захватить ни одной. Было несколько стычек, и точно известно, что среди них были раненые или даже убитые. Но после боя не было ни трупов, ни каких-то следов их пребывания. Можно было бы предположить, что это нежить, которая погибает и практически мгновенно разлагается, превращаясь в пыль, при разрушении основы её удерживающей в мире, или некоторые инфернальные твари, но это не они. Мы чувствуем присутствие жизни в них. И главное. Они разумны. И применяют магию.

– Странно. Почему мы об этом ничего не слышали? – удивился ректор.

– Они очень сильны, – ответил Грах. – Из девяти групп, отправленных на их поимку, семь полностью уничтожены. Три вампира, высший и маг – это состав каждой группы. До сих пор не было существ, способных противостоять «звезде». Я думаю, именно поэтому у вас нет сведений о них. Все, кто их встретил, мертвы.

– Понятно, – согласился с мнением сына Старс, однако потом добавил: – Но это не могло послужить поводом для принятия советом такого решения.

– Верно, – согласился Грах, – но это только начало. Не знаю, кому мы помешали так сильно, но после попыток перехватить этих новых тварей начались ответные нападения на кланы вампиров. Даже больше. Нас стали уничтожать. Практически полностью стёрт с лица земли клан Малойских островов, выжило только несколько детей, которых ценой своей жизни спас один из магов клана. Были нападения и на два других небольших клана. Отбить нападения позволяют только сильные маги, которые могут на некоторое время сдержать тварей, тогда как другие будут уничтожать их. На тварей практически не действует наша магия. Также они совершенно иммунны к любым стихийным проявлениям, это мы выяснили при помощи артефактов. Плохо, что более досконально их изучить не удаётся. Мы так и не смогли поймать ни одной из них.

– Это уже гораздо более серьёзно, – задумавшись, согласился с ним Старс.

– Да, – подтвердил его сын, – но и это ещё не всё.

Ректор вопросительно посмотрел на Граха, и тот продолжил:

– Буквально месяц назад поступил запрос о помощи от наших дружественных кланов с Ленары. У них на материке творится то же самое. Началось всё это гораздо раньше. И им повезло или не повезло больше, чем нам. Вырезано уже несколько кланов. Однако они случайно смогли получить иллюзию одного из нападавших, сделанную артефактом в одном из родовых замков, куда наведывалось это существо. Правда, его изображение первоначально мало что нам дало. Таких существ нет в нашем мире. Невероятно быстрые и сильные. Похожи на архидемонов с нижних планов. Но в каком мире может быть столько таких сильных существ? Кожа тёмно-медного цвета. Примерно трёх метров роста. Шесть рук. Крылья. Рога. На изображении вместо лица морда, будто не окончившаяся трансформация у оборотня. Постоянно носит маскировочное поле. Поэтому мы их и не можем обнаружить, поле спадает лишь на несколько мгновений в момент атаки. Это нам сообщили вампиры с Ленары. Очень опасные и сильные противники. В дополнение нам сообщили, что они каким-то образом связаны с отступниками. Но более точной информации нет. Когда пришло сообщение об отступниках, подняли полные летописи и архивы всех кланов вампиров и хранилища знаний дружественных народов. И у одного из захудалых даже не клана, а просто семейства гоблинов с Ледяных пустошей было найдено небольшое описание в летописях, хранимых ещё со времён войны древних, которое и вызвало последний совет кланов и принятое на нём решение.

– И что там было? – спросил Старс.

– Причина, – просто ответил Грах.

Вампир замолчал, опустив руку в сумку, висящую у него на поясе, достал из неё информационный кристалл.

– Здесь всё, что мы смогли найти и собрать по тем событиям, а также пересланная и полученная иллюзия с Ленары и оригинал найденной летописи.

Ректор повертел в руках кусочек горного хрусталя, информация в котором заставила изменить устоявшуюся жизнь целой расы, и спросил:

– Так что же это?

– Вторжение, – посмотрев в глаза отцу, ответил Трах.

– Вы передали эту информацию владыке? – спросил граф Ра’Горт.

– Нет. Теперь ты представляешь здесь наш голос, и только тебе решать, что и когда сообщать им, – ответил сын и развернулся к двери. – Мне пора идти, у нас есть ещё дела в столице. Мне поручили найти резиденцию для нас. Как только я подберу здание, сразу сообщу тебе. Совет хотел поговорить с тобой.

– Я понял, – тихо сказал Старс.

«Необходимо срочно попасть к императору», – решил он, но лучше сначала поговорить с отцом.

– Да, и ещё. – Трах развернулся и, кивнув куда-то в направлении окна, проговорил: – Не знаю, имеет ли это сейчас какое-то значение или нет, но уже после того, как совет принял решение, к нам поступил заказ на ликвидацию каравана эльфаров, следующего из их главного храма в столицу. Мы взяли заказчика и держим его у нас. Ничто не должно помешать нам войти в состав империи. Совет уверен, что только это даст нам шанс на выживание.

«Как странно, нападение-то было совершено», – подумал Старс, но им будет заниматься тот, кто и должен.

Поэтому он сказал сыну:

– Передашь его в тайную канцелярию императора. Это всё?

– Да, – ответил вампир, однако потом поправился: – Вернее, нет. Наши аналитики уверены, что была и вторая группа, но их цель нам неизвестна.

«А вот теперь всё понятно. Видимо, целью второй группы был караван, следовавший из столицы княжества, а первой тот, что должен был идти от их храмового комплекса», – догадался граф.

– Хорошо. Все выкладки по этому делу передадите туда же.

– Сделаем. – И Грах, развернувшись, пошёл к двери кабинета.

Но тут ректор вспомнил ещё кое-что и окликнул сына, который уже практически вышел в приёмную.

– Постой. А что совет запросил в ответ на выставленное условие владыки? – проговорил Старс.

Он понимал, что совет кланов если уж принял решение, то не пойдёт на попятный. Однако им навязали своего правителя, поэтому они должны были даже в таком положении воспользоваться данной ситуацией по максимуму и запросить у владыки многое, что, по-видимому, они и сделали. Но вот что?

– Официальное разрешение на учёбу в академии. – И, немного помолчав, вампир уже менее пафосно добавил: – С этого года. Совет отправит к вам группу магов. – И сказал ещё тише: – Там будет и моя дочь.

«М-да. Ну что тут сказать, этого и следовало ожидать».

И только ректор подумал об этом, как почувствовал мощнейший выброс магической энергии. И шёл он со стороны Леса.

Неужели началось?

Глава 8

Обстоятельства сложились так, что времени что-либо рассказать мне уже не дали. В тот момент, когда я собрался начать своё повествование, острое тревожное и необъяснимое чувство угрозы и опасности нахлынуло на меня буквально со всех сторон.

Это было странным, но казалось, будто то, что окружило нас и представляет собой для наших жизней непосредственную опасность, разбито на множество мелких и крупных частей, причём одновременно это непонятное и неизвестное нечто составляло единую общую угрозу не только нам самим, но и всему живому, окружающему нас.

И что странно, я был точно уверен: нечто приближающееся к нам разумно. Это чувствовалось всеми моими вмиг обострившимися способностями.

На пределе своих возможностей оглядевшись энергетическим, ну или магическим (только несколько не таким, как у всех местных, как я догадываюсь) зрением, я не смог выделить никакой активности вокруг нас. Исчезла даже самая мелкая живность. И это тоже было непонятно.

При этом присутствие жизни, хоть и несколько извращённой, чувствовалось мной на подсознательном уровне буквально везде, но я ничего не видел вокруг. Своему недавно проявившемуся новому чувству, или обострившейся интуиции, я уже привык доверять и поэтому насторожился, а значит, стал ещё более осторожен и осмотрителен, чем был до этого. Хотя беспечным человеком в этом Лесу я перестал себя ощущать с первых же мгновений пребывания в нём.

«Нельзя игнорировать так явно взбунтовавшиеся чувства, – подумал я и решил: – Что-то здесь не так, и очень. Нужно сказать об этом корнолу и постараться понять, что здесь происходит. Иначе мы пропадём».

Последняя моя мысль так и жгла сознание, слишком отчётливо мной прослеживалась связь между пониманием происходящего и нашим шансом на выживание.

Поэтому я решил незаметно обратиться к Ленивцу. Но когда посмотрел на него, то понял, что никакие сомнения его не тревожат. Лениавес шёл вполне спокойно и ничего не замечал кругом. Что, на мой взгляд, тоже выглядело несколько странновато. Он не похож на новичка или неопытного странника, чтобы не обратить внимания на разлитое ощущение опасности и угрозы в окружающем нас пространстве.

Именно поэтому, доверившись своему внутреннему голосу, я задействовал свою максимальную чувствительность видения энергий и присмотрелся к нему гораздо внимательнее. Буквально через несколько мгновений мне удалось заметить и выделить из общего энергетического фона некий еле заметный туманный полупрозрачный шар сероватых энергий, который окутал голову корнола.

При первом же взгляде на найденную энергетическую структуру во мне родилось стойкое ощущение, что это образование не принадлежит данному миру, хоть и полностью выполняет все заложенные в неё и пока неизвестные мне функции. Но что ещё более важно, что энергетический фон этой сферы полностью совпадал с энергетическим фоном того тумана, что окружал напавшего на меня осьминога. У меня вообще складывалось впечатление, что это были энергии одного порядка, только у осьминога она хоть и необычна, но вполне естественна для этой реальности и не вызывала такого ощущения чуждости этому миру, как обнаруженная мной структура на голове корнола.

Получалось, что их происхождение примерно одинаковое, но тот осьминог попал сюда давно и, видимо, как-то смог адаптироваться к этому миру и вплестись в его структурное энергетическое наполнение, а вот эта сфера всё ещё отвергалась его естественной сутью.

Вывод напрашивался только один: сфера появилась тут недавно. И это плохо. Ведь она не сама по себе тут образовалась, а кто-то её создал. И явно этот кто-то всё ещё здесь.

Но что действительно важно для меня в этой ситуации, что я примерно смог понять свойства этой сферы.

Как только я обратил внимание и осознал факт связи окутавшего голову Лениавеса энергетического шарообразного образования и того странного тумана, то ко мне пришло понимание, что этот неизвестный кто-то отводит глаза корнола от очевидных вещей и происходящих вокруг нас изменений.

Правда, в этот раз и я не был в этом полностью уверен, как часто со мной случалось в последнее время при определении или угадывании свойств встреченных мной энергетических структур или магических предметов и артефактов. При этом тот внутренний компьютер или интерфейс, что поселился где-то в моей голове, в отличие от обнаруженного тогда, на поляне тумана, в этот раз вообще никак не отреагировал на привлёкшие моё внимание и, возможно, происходящие вокруг нас события.

Но тем не менее в логе его работы я заметил, как происходит некий анализ обнаруженной мной вокруг головы корнола структуры, её постепенное дублирование, разбор на составляющие и сохранение сделанной копии в моей базе знаний. Параллельно интерфейсом проводились оценка и изучение её работы, комбинирование микроструктур, составляющих общую основу всего этого энергетического образования, и получение описания новых свойств образованных структурных объединений.

«Похоже, он на основе обнаруженного энергетического шара пытается разработать или составить другие рабочие комбинации структур из его более мелких элементов», – догадался я.

Помимо всего этого интерфейс параллельно регистрировал те данные, что я чувствовал на подсознательном уровне. И хотя никаких объективных и материально воплощённых проявлений замеченной мной угрозы не было, он всё равно пытался каким-либо образом интерпретировать полученные от меня данные.

В результате его работы мои неясные опасения вырисовались в некое полукольцо, центром находящееся примерно в полутора километрах на западе, дуги которого постепенно должны сойтись где-то в трёхстах метрах от нашего текущего местоположения.

По расчёту интерфейса, пока кольцо полностью не сомкнулось, у нас оставалось ещё минут сорок – пятьдесят. Но что плохо, одна из его дуг уже частично перекрыла путь нашего дальнейшего движения.

В какой-то мере свободным оставалось лишь направление в сторону развалин города, как раз к тому бьющему красным потоку энергий и туда, где, возможно, покоится тело бывшего хозяина моего плаща и кинжала. Но и оно обещало быть скоро перекрытым.

Решив, что о происходящем необходимо срочно предупредить Ленивца, тем более я давно понял, что параноики в этом мире выживают гораздо чаще различных не слишком осторожных и беспечных личностей, я огляделся и, повторно проанализировав ситуацию, сделал шаг в направлении корнола.

Стараясь не спровоцировать преждевременного нападения или какого-то иного ускорения и так слишком быстро происходящих событий и дать нам возможность хоть как-то подготовиться к нему, я, не сбиваясь с ритма и подстраиваясь под окружающий природный шум и фон леса, сказал идущему впереди корнолу:

– Лениавес. Опасность. Что-то окружает нас. Но я не могу понять, что именно. Ничего не видно, будто вокруг нас образовался купол безжизненного пустого пространства. Я чувствую, что из округи, в радиусе двух километров, исчезла вся обычная живность.

Я произнёс это на одном выдохе, надеясь, что мой не слишком громкий голос будет услышан сквозь энергетическое марево, окутавшее голову корнола.

Мне повезло, маг обратил внимание на моё предупреждение. Мгновенно отреагировав, он задал ответный вопрос, так же как и я подстраиваясь под мерный и естественный шумовой фон леса.

– Ты уверен? – уточнил он.

Было видно, как сразу подобрался корнол, умудрившись к тому же никак внешне не реагировать на моё известие и продолжая, так же как и раньше, вполне беспечно и расслабленно продвигаться по лесу.

В момент, когда моя фраза заставила его обратить внимание на происходящее вокруг, структура, окружающая его голову, распалась и мгновенно растворилась в воздухе.

– Да. Правда, я так и не понял, что это. И совершенно не могу определить, что же нам угрожает. Но это что-то непонятное присутствует практически везде вокруг. Оно будто разбито на множество частей или сегментов и одновременно едино в своём стремлении. При этом оно надвигается на нас с запада. Это что-то эфемерное. И у меня сложилось такое впечатление, что это нечто никак не связано с этим миром. По ощущениям оно уже где-то на расстоянии полутора километров, может, чуть ближе. И они берут нас в клещи. На текущий момент нам практически перекрыты все направления, куда мы можем пройти, не спускаясь с ветви дерева. Свободной осталась только дорога в город древних.

– Укажи поточнее направление, где ещё свободен путь, – с тревогой проговорил Ленивец, оглядываясь вокруг.

Стало заметно, что и он начал ощущать тревогу, как только с него слетела энергетическая пелена, застилавшая его сознание.

– Примерно в той стороне. – И я махнул рукой на бьющий откуда-то снизу столб энергии, видневшийся на востоке.

– Плохо, – проговорил корнол, почему-то посмотрев в обратную сторону, туда, откуда мы пришли и где недалеко от нашей пещеры сейчас концентрировалась опасность и напряжённость.

Так, постояв несколько секунд и будто стараясь разглядеть за кронами листьев-деревьев что-то невидимое, он проговорил:

– Ничего не чувствую. Значит, ты говоришь, что время у нас ещё есть. Да? – И уточнил: – Можешь сказать, как быстро эта опасность движется к нам?

Я немного подумал.

– Понимаешь, Лениавес. Этого я определить не могу. Но у меня складывается такое чувство, что не очень быстро. Не знаю, как тебе объяснить понятнее. – Я тряхнул головой. – По моим ощущениям, у нас есть примерно минут сорок.

Посмотрев на меня, корнол с каким-то задумчивым выражением в глазах сказал:

– Знаешь, в последнее время я что-то стал доверять твоим ощущениям гораздо больше, чем своим, тем более сейчас, когда о грядущей нам опасности ты сказать можешь много больше, чем чувствую и знаю я.

– Спасибо за доверие, – ответил я, даже как-то удивившись его откровению. Но решил принять его слова на веру и отталкиваться от того, что к моим предчувствиям он будет прислушиваться, хотя и не как я сам, но то, что учитывать их Лениавес будет, я знал точно. Поэтому, ещё чуток прислушавшись к себе, добавил: – И вообще, у меня сложилось такое впечатление, что не мы являемся главной целью. Просто мы находимся где-то по пути к ней или поблизости от неё. А сметёт нас просто из-за того, что мы топчемся здесь. – И только сейчас, когда я облёк свои неясные ощущения в слова, до меня дошло. – Лениавес, а не является ли причиной происходящего тут ритуал, проведённый мной?

– Возможно, – ответил тот. – Подожди-ка. – Он сделал несколько шагов в сторону и присел на корточки. – Не подходи ко мне, – заметив, что я собрался подойти к нему, остановил он, – ты будешь мешать.

Корнол, очистив перед собой небольшой участок поверхности, стянул со своего пояса маленькую сумочку и высыпал кучку каких-то костяшек. Вернее, разноцветных небольших фишек с начертанными на них знаками.

Присмотревшись, я понял, что на каждой из них написаны не просто какие-то символы, а знаки, напоминающие непонятные мне иероглифы или руны.

Было прекрасно видно, что в энергетическом плане каждая фишка обладала своим собственным слабым цветовым оттенком.

«Регистрирую слабые остаточные энергетические ментоизлучения направленного действия. Произвожу их анализ. Классифицирую полученные результаты. Вношу полученные данные в базу знаний оператора»,

– отчитался интерфейс, когда я присмотрелся к разбросанным на поверхности дерева костяшкам.

Что удивительно, сам я, не зная изображённых на каждой из костяных фишек рун, точно определял назначение каждой из них. И когда это знание приобретало в моём сознании своё особое смысловое значение, интерфейс старался использовать эти новые данные в своём анализе ранее имеющихся у меня в памяти (вернее, его собственной базе знаний, к которой у меня был доступ) или обнаруженных мной до настоящего времени энергетических структур. Поэтому, просматривая их, я параллельно получал некоторые комментарии от интерфейса по уже обработанным им на основании моих данных структурам и проведённому анализу.

«Элемент уплотнения энергетического потока,

– сообщил мне Искатель при концентрации внимания на руне, напоминающей сжатый кулак. – Плотность и насыщенность ментоэнергетического потока увеличивается на величину силы воздействия ментоактивного модуля от двух до шестнадцати раз, – продолжил докладывать мне он о выделенных свойствах выявленной и распознанной руны. – При превышении проходящим через модуль потоком энергии его пропускной способности более чем в три раза структура ментоактивного модуля начнёт разрушаться и потеряет свойство ментоэнергетического воздействия на ментальные энергетические поля и структуры».

На этом интерфейс завершил своё пояснение к руне «Кулак», как я её обозвал про себя.

Я переключился на другую костяшку и руну, изображённую на ней и напоминающую клин или железнодорожный костыль. «Гвоздь», – как сразу окрестил я её. Параллельно получил следующее пояснение:

«Ментоактивный модуль привязки и закрепления ментальных полей. Точка привязки энергетического потока образуется в месте приложения сил воздействия энергетической составляющей модуля. Требуется постоянная энергетическая константа ментального воздействия для воссоздания эффекта закрепления. Её величина неизвестна. Предположительно составляет от пяти до семи энеронов».

Прослушав этот комментарий, я встрепенулся:

«Энерон, это что?»

«Энерон – минимальная единица ментоэнергетического воздействия. Сила воздействия ментоактивных модулей и структур определяется значением этого параметра»,

– дал ответ интерфейс, но никаких дополнительных сведений я не получил.

Оставив более подробный разбор этого непонятного термина на будущее, я постарался разобраться с остальными рунами, сейчас в беспорядке лежащими перед Лениавесом. И у меня это всё вышло как нельзя лучше, даже сам от себя такого не ожидал.

Я смог уловить или понять суть всех сорока шести лежащих на коре дерева перед Ленивцем костяшек с выгравированными на них рунами. Единственное, что не по всем ним я смог получить столь полное описание свойств, как по первым двум рунам. Видимо, на них мне повезло больше всего, и я сразу попал на наиболее простые или легко определимые.

Разбросанные костяшки подразделялись мной на несколько групп с одинаковым изображением на них. Кроме двух первых было ещё четыре руны с достаточно подробным описанием их действия, и все они напрямую касались управления или организации движения ментоэнергетических потоков.

«Канал» – руна, изображающая две сходящиеся линии.

«Образование канала прохождения ментальных энергий. Создание и задание направления ментального потока энергий внутри канала. Затраты энергии на создание и поддержание канала неизвестны, но они зависят от его длины, пропускной способности и поддерживаемой скорости прохождения энергии внутри его».

Следующую руну, похожую на разорванную линию, я назвал «Стоп».

«Ментоактивный модуль принудительного прекращения подачи энергии в ментоактивную структуру или любой её компонент. Для активации требуется постоянная энергетическая составляющая в один энерон».

Что-то напоминающее молнию или зигзаг, названное мной «Переключатель».

«Переключение ментального воздействия между заданными точками привязки или маркерами приложения энергии».

Последняя руна напоминала небольшой кружок с точкой в центре и получила название «Цель».

«Маркер задания точки ментального воздействия. Для активации требуется постоянная энергетическая составляющая в семь энеронов».

Это были основные шесть групп рун, в каждой из которых было по шесть костяшек. Остальные десять костяных фишек составляли или отдельные руны, или группы из двух-трёх костяшек с одинаковым изображением на них.

Тут всё оказалось не так просто. Это были руны с примерно определимыми свойствами или выданным только общим направлением воздействия. Как, например, две фишки с руной, своим видом напоминающей лист дерева, по которому мы шли.

«Стабилизация воздействия».

Что, кого, где и как должно было стабилизировать её ментальное воздействие, мне было совершенно непонятно, но больше ничего толкового ментоинтерфейс по данной руне выдать не смог. Назвал я её «Стабилизатор».

Было и несколько других примеров, похожих на этот. Я получал только общую фразу, по которой о работе или воздействии данной руны можно было только догадываться.

Руна, похожая на облако. Костяшек с подобным изображением было три.

«Снижение степени воздействия».

Именоваться стала «Уменынитель».

Или ещё три фишки, с картинкой двойной стрелки.

«Ускорение».

Опять же что, где, как и когда? Непонятно. Название закрепилось за руной из того свойства, что мне удалось определить: «Ускорение».

И остались последние две руны, встречающиеся только в единственном экземпляре. Одна с изображением небольшого черепа (говорящая картинка). Назвал Format, по её свойствам интерфейс выдал:

«Ментоактивный модуль уничтожения энергетической структуры. Степень воздействия зависит от энергетического наполнения целевой структуры и силы степени воздействия используемого ментального образа. Величина потребления энергии неизвестна, но она зависит от силы воздействия ментоактивного модуля на целевую структуру».

Вторая руна похожа на маленького человечка.

«Зов».

Кого он должен вызвать, неясно. Поэтому её я тоже оставил как есть – «Зов».

Что было необычно: эти две последние костяшки содержали достаточно сложную, неоднородную энергетическую структуру внутри себя, в отличие от всех вышеперечисленных. Было похоже, что в них залито что-то уже готовое.

Но в общем, всё, что мне удалось выяснить, разбираясь с этими рунами, в значительной степени пополнило мой багаж знаний.

К тому же Искатель сообщил, что запустил переиндексацию и реорганизацию базы знаний в связи с получением новой теоретической и практической информации, затрагивающей основные постулаты использования теории ментального оперирования и воздействия. И уведомил, что на проведение обработки и реорганизации базы знаний в связи с новыми поступившими данными ему потребуется двенадцать часов. При этом он обрадовал тем, что прогнозируемый рост производительности используемых ментоструктур составит более десяти процентов. Точнее данных он предоставить не смог. Но при этом доложил, что полнота описания как уже зарегистрированных и известных ментальных структур, так и новых, выявленных в результате анализа возрастёт на пять – двенадцать процентов. И всё это благодаря данным по рассмотренным мной рунам.

«Понять бы ещё, как с ними работать, – подумал я. – Вырезать-то себе такой набор у меня получится без особого труда. Но ведь каждая руна содержит ещё и какой-то свой индивидуальный энергетический слепок, который помещён в фишку с её изображением. А вот это, похоже, самое трудное в их создании и есть. Хорошо, что ментоинтерфейс к каждой руне привязал её энергетическую структуру. Будет с чем сравнивать и анализировать. Но хоть общий принцип работы с ними понять очень хотелось бы. Пригодиться в жизни такое умение должно наверняка» – так решил я, глядя на уверенные, выверенные действия Ленивца.

Пока я размышлял, корнол ножом начертил на поверхности дерева небольшой квадрат и переложил в него все высыпанные из сумки костяшки с рунами.

Заметив мой явный интерес к его действиям и не отрываясь от сортировки костяшек, которую он стал делать, Лениавес параллельно пояснил мне свои манипуляции.

– Так быстрее составлять рунные заклинания, – сказал он, кивнув в направлении кучки лежащих фишек. – Правда, у меня заготовлены только несколько основных рун. Больно сильно усложняется процесс их применения с ростом количества используемых рун и уровнем воспроизводимых заклинаний. А это в свою очередь накладывает определённые ограничения. Их можно использовать только для составления заклинаний не выше третьего уровня. Ведь на самом деле рун истинного наречия гораздо больше, а не столько, сколько ты видишь сейчас. Это лишь минимальный базовый набор. – Он снова указал на лежащие перед ним костяные фишки. – Их большое разнообразие и позволяет составлять заклинания самого сложного порядка. К тому же нам доступны структуры двенадцатого и тринадцатого уровней, которые не могут быть использованы магами-вербалистами или теми, кто применяет ритуалистику. – Он немного подумал. – Однако реализация таких сильных заклинаний требует большого количества времени на подготовку и недюжинных знаний и умений.

Меня же в его рассказе заинтересовало как раз то, что мне было до крайности любопытно увидеть.

«Похоже, у меня сейчас будет шанс увидеть, как с этими рунами нужно обращаться», – обрадованно подумал я, наблюдая за приготовлениями корнола и даже как-то забыв об угрожающей нам опасности, и стал ещё внимательнее следить за действиями Ленивца.

Лениавес же, выбрав нужные костяшки, замер. Потом, видимо что-то просчитав в уме, убрал в сумку оставшиеся костяные фишки. Правда, немного подумав, вытащил обратно руну «Зов» и пару «Гвоздей». После чего, посидев немного и будто помедитировав, быстро принялся выкладывать руны перед собой в определённую комбинацию, на первый взгляд довольно беспорядочную.

Но как только он начал проводить свои манипуляции с рунами, мне стали заметны и те действия, которые сопровождали их в энергетическом плане. Понаблюдав дальше, я смог разобраться в принципе активации рун, проводимом Ленивцем.

Я чётко и ясно различил тот момент, когда Лениавес активировал руну, передавая ей необходимую порцию ментальной энергии через крохотный энергетический канал, скорее, даже нить, который он создавал между своей рукой и нужной руной. Вернее, даже не так: присмотревшись, я понял, что канал образовывался между его собственной энергетической структурой и той небольшой ментоактивной структурой, что размещалась в костяной заготовке, на которой была изображена руна. Именно по этому небольшому каналу в ментальную энергетическую структуру руны от корнола передавался небольшой объём энергии, видимый мной или крохотным сгустком, или тоненьким ручейком, проходящими по созданной нити в сторону ментоактивной структуры активируемой руны.

После того как ментоструктура руны полностью заполнялась энергией, она уже не нуждалась в дополнительной подпитке и самостоятельно начинала испускать определённые энергетические потоки, которые и выражали степень воздействия руны на создаваемую Лениавесом магическую структуру. И как ни странно, эта степень была ощутимо сильнее того энергетического воздействия, что оказывалось на саму руну для её непосредственной активации.

После того как активация внутренней структуры руны завершалась, он помещал её в строго определённое место некоей виртуальной схемы, целостный и законченный вид которой был пока только у него в голове. При последовательном объединении рун в некую фигуру над ними постепенно формировалась задуманная трёхмерная магическая структура.

Когда более шестидесяти процентов объёма виртуальной фигуры уже было создано, на неё отреагировал Искатель.

«Регистрирую нестандартную схему создания и активации ментального модуля распознания сущностей», – сообщил интерфейс.

«Видимо, целостная законченная энергетическая структура, созданная Лениавесом, и называлась интерфейсом ментальным модулем, – понял я и только потом обратил внимание на смысл переданного мне сообщения. – Ага, значит, вот, что именно он проделать старается. Интерфейс, зафиксируй всю ментоэнергетическую структуру, полную процедуру построения и последовательность расположения рун».

«Выполняю».

Через пару мгновений корнол закончил, и я смог рассмотреть полученную модель во всём её великолепии.

«Ментомодуль скопирован»,

– отчитался Искатель.

Через три секунды Лениавес махнул рукой и модель распалась.

Но что-то вертелось у меня в сознании и не давало покоя, когда я увидел уже законченную корнолом структурную модель его заклинания. Поэтому я повторно рассмотрел скопированную в ментоинтерфейс структуру и наконец понял, что цепляло моё внимание.

«Лишние детали».

В созданной корнолом модели присутствовали неактивные компоненты, которые не выполняли никаких функций, а в некоторых случаях даже усложняли общую структуру модели или дублировали работу некоторых других её элементов. Меня так и подмывало убрать пару рун, создающих два канала, по одному из которых энергия из модели просто уходила в пространство, что истощало её работу и практически всё время требовало подпитки созданной структуры из внешнего источника, которым в данный момент и являлся корнол. Второй же канал вообще был создан в центре модели и не имел на концах ни одной точки привязки.

При этом я видел и места, где эту модель можно было доработать. Например, если тот же канал, что перегонял энергию в никуда, замкнуть на одну из точек привязок, то энергия бы циркулировала в данной модели по замкнутому циклу. Правда, в этом случае необходимо было бы предусмотреть разрыв канала, но для этого, по идее, и служила руна «Стоп», которую можно было встроить вместо руны канала, не выполняющего никаких функций.

Кроме того, сейчас модуль, видимо использующий руну «Зов» как некий ретранслятор, подавал в неё постоянный объём энергии для поддержания её стабильной работоспособности. Но я видел, что за всё время существования этой магической структуры, созданной Лениавесом, энергетический отклик на неё пришёл лишь единожды и сразу после него корнол разрушил созданную структуру.

Получалось, что единовременный и мощный сигнал был предпочтительнее постоянно нарастающего и теряющего свою энергию со временем, а потому требующего постоянной подпитки сигнала. И если построить небольшой закольцованный канал, который будет передавать всю накопленную в нём энергию в ретранслятор, мы получим как раз необходимый нам эффект. К тому же этот модуль будет работать значительно быстрее. Сигнал в кратчайшее время наберёт необходимую силу и мощность. Не будет лишних утечек энергии на поддержание нефункциональных и неактивных элементов. Ретранслятор же в этот момент будет работать с наибольшей эффективностью.

«Это ведь дельная мысль. Жаль, что это лишь теория», – огорчился я, но тут в мои рассуждения вмешался Искатель:

«Улучшенная оператором структура ментального модуля имеет более оптимальную и гибкую конфигурацию. Незначительно возросла сложность её построения, требуется внедрение двух дополнительных элементов. При этом новый модуль будет более эффективен по сравнению с зафиксированной структурой или имеющимися в базе знаниями. Новая структура позволяет работать в большем диапазоне частот, значительно увеличен (более чем в два раза) радиус её работы и незначительно уменьшено (порядка трёх процентов) время создания. Значительно (по предварительным расчётам, на триста процентов) уменьшено потребление ментальной энергии как на построение модуля, так и на поддержание его работоспособности. Для детального анализа требуется построение математической модели. Длительность работ по моделированию процесса в фоновом режиме составит семь часов. Выполнить?»

Я, конечно, согласился. Во-первых, мне было интересно, что же это у меня такое получилось. И во-вторых, меня удивило то, что созданная мной структура оказалась более оптимальной, чем та, что хранилась в памяти самого Искателя.

Я почему-то считал, что мои «большие братья по разуму» в этом плане должны быть более продвинуты, коль смогли каким-то образом закинуть меня сюда или внедрить мне в голову ментоинтерфейс. Но это почему-то оказалось не так. По крайней мере, в отношении построения этого модуля и его оптимизации.

Отсюда было два практических вывода, на которые я должен обратить внимание и учитывать их в будущем.

Первый. У меня был ментальный модуль, что-то похожее на распознание сущностей, выполняющий аналогичные функции тем, что вложил в своё заклинание корнол. Только я не знал, как им воспользоваться. А значит, есть вероятность того, что в базе знаний интерфейса кроме этого есть и многие другие модули, о которых мне неизвестно. Тем более несколько из них мне, насколько я помню, каким-то образом активировали без моего на то непосредственного вмешательства, и как ими пользоваться, мне, наоборот, прекрасно известно. Я о них как-то не думал ранее, но эти модули есть, всё-таки не привык я ещё ко всем возможностям, которые появились у меня в этом мире. «Защитный кокон», «Ментальный удар», «Термический удар», «Огненный шар», «Огонь путешественника» и «Смысловая мыслеречь».

Поэтому, только вспомнив о них, я практически сразу воспроизвёл ментальный модуль под названием «Защитный кокон». И мгновенно обнаружил тонкую голубоватую мелкоячеистую плёнку, покрывшую всё моё тело, а потом сжавшуюся и внедрившуюся в моё менто-информационное поле, как я понимаю.

Посмотрев на корнола, я понял по его отсутствующему виду, что активацию и работу модуля «Защитный кокон» он не заметил. Хотя мне казалось, что если знать, куда смотреть, то его работу трудно не увидеть.

«Ну да ладно, – решил я, – это мой маленький бонус».

В дополнение я на всякий случай мысленно отработал вызов наименее заметного со стороны и быстрого в реализации «Ментального удара» и, как последний аргумент, закрепил в памяти два других ментальных модуля, или, как их называли тут, заклинания: «Термический удар» и «Огненный шар».

«Возможно, придётся ими пользоваться», – подумал я, и, к моему глубокому сожалению, интуиция ответила мне: «Да, придётся».

Вторым выводом из работы со структурой вырисовался ряд интересных вопросов. Почему такую простую и очевидную оптимизацию не смогли сделать те, кто и создал эти модули? Неужели только я обладаю таким своеобразным энергетическим (магическим) видением? Странно всё это. Ведь это зрение я получил благодаря ментоинтерфейсу, как я понимаю. Или нет?

Ответов на них у меня не было, и Искатель ничего мне не сказал.

«Кругом одни вопросы», – мысленно пробурчал я.

В этот момент корнол, видимо обдумавший или только сейчас разобравшийся с теми результатами, что он получил от работы своего заклинания, как-то задумчиво и изучающе посмотрел на меня и сказал с тревогой в голосе:

– Баг, не знаю, откуда ты такой взялся, что смог почувствовать такое. – Удивление так и сквозило в его голосе. – Видимо, в вашем роду были очень сильные призыватели или демонологи. Ну да ладно. Это так, к слову. А сейчас быстро собирайся. Нам нужно срочно покинуть эту местность. Это не шутки.

И, больше не задерживаясь и не говоря ни слова, Лениавес одним плавным движением собрал все оставшиеся костяные руны, до сих пор разложенные перед ним, положил их в свою небольшую сумочку и так же текуче и при этом невероятно быстро поднялся и направился в указанную мной сторону.

Вот он сидит – а вот он уже стремительно движется вперёд.

– Что застыл?! – крикнул он мне. – Быстрее! Время уходит! Нам нужно уйти отсюда как можно дальше!

– Да что происходит? – спросил я, догоняя корнола и пристраиваясь рядом. – Скажи, – попросил я его.

Он осмотрелся, ещё раз что-то прикинул в уме и сказал:

– Давай-ка пробежимся, а по пути я постараюсь ответить на твои вопросы. Ты только не отставай и не сбивайся с ритма.

И Лениавес припустил вперёд, да так, что не всякий спринтер смог бы его догнать. Он удалялся от меня, как заправский бегун. Но одновременно мне не было слышно ни его шагов, ни его тяжёлого дыхания. Будто бег не составлял для него абсолютно никакого труда.

– Конечно. Давай пробежимся. Я не против, – пробурчал я себе под нос, понимая, что мне, простому городскому жителю, не утруждающему себя бегом трусцой и все физические нагрузки выполняющего только в момент похода на кухню или в туалет, будет сложно угнаться за этой лесной тенью.

«Да я его даже догнать не смогу», – огорчённо подумал я, больше злясь, конечно, на себя.

Но всё же стараясь сильно не отставать, я побежал следом за ним.

Мы припустили вдоль ветви дерева в направлении мощного красного столба энергии, периодически мелькающего сквозь листья, растущие в кроне дерева.

«Бегом надо было с детства заниматься, – подумал я, – но кто же знал, что он мне сможет когда-нибудь пригодиться».

Однако, пробежав несколько метров, понял, что тело само каким-то странным образом приняло слегка полусогнутую форму и, совершенно не напрягаясь, двигается вслед за корнолом.

«Ты гляди-ка, у меня и бегать получается. Только не помню я, что где-то ранее мог наблюдать столь необычный стиль бега».

При этом данный способ перемещения совершенно не нагружал моих мышц, позволял свободно двигаться по поверхности дерева, и я был полностью уверен, что смогу передвигаться таким способом сутки напролёт.

Бег потихоньку начинал мне нравиться.

Поэтому, уже особо не переживая за свою дыхалку, но всё же стараясь говорить в такт своим шагам и произнося слова на выдохе, чтобы не сбить дыхание, я спросил:

– Лениавес, объясни всё-таки, что же тут происходит? От чего мы так стремительно стараемся унести ноги?

Ленивец, примерно так же, как и я, стараясь приспособить свою речь к нашему быстрому бегу, ответил мне:

– У нас проблемы, нам нужно отсюда как можно быстрее уходить.

Я хмыкнул в ответ на его слова.

– Будто это не понятно. Проблемы. Да они у нас вроде и раньше были, – проговорил я. – Мы вроде как этим и занимались – старались уйти отсюда как можно дальше. Чем текущая ситуация отличается от той, что была несколько минут назад?

Корнол даже приостановился на мгновение и посмотрел мне прямо в глаза. Видимо, пытаясь понять, дойдёт ли до меня вся та серьёзность ситуации, в которую мы попали, если мне постараться её объяснить. И похоже, стараясь донести её до меня, повторил ещё раз.

– Ты не понимаешь, сейчас у нас очень большие проблемы. Очень. Находиться здесь смертельно опасно. Смертельно. А поэтому не стой! – прикрикнул он и сам понесся дальше.

Мне не оставалось ничего другого, и я побежал за ним.

Между тем корнол продолжил говорить:

– Придётся нам пойти туда, где ты сказал, мы ещё сможем вырваться из кольца. Хоть там не менее опасно. Но через час здесь нам уже грозит только смерть. Поэтому тут без вариантов. А там у нас есть хоть какой-то шанс. Жаль, что свободно только то направление, – добавил он.

– Почему? – уточнил я.

– Там располагается центр города древних. Первоначально я не собирался заходить так далеко. Надеялся отсидеться где-то на его окраине.

– А что изменилось сейчас? Ну, центр? Ну, окраины? Невелика разница, – отреагировал я.

– В нашем случае и относительно именно этого города велика, – ответил он и добавил, увидев, что я так и не понимаю, о чём речь: – Там, как мне известно, находится всё ещё действующий источник магической энергии. А значит, все ловушки и охранные механизмы, големы и заклинания древних функционируют и отлично работают. В дополнение за прошедшие тысячелетия многие из них прошли многократные преобразования из-за переизбытка энергии и набрали небывалую мощь, а некоторые, кроме всего прочего, приобрели различные неизвестные нам магические и не очень свойства. А если нам совсем не повезёт, то там мы можем встретить и такие из них, что за всё это время развились и стали псевдоразумными сущностями. Но и это ещё не всё, – продолжал нагонять на меня жуть Лениавес. – Развалины – это анклав мёртвых, а значит, он полон различной нежити. Скелетоны, костяные гончие, костяные рыцари, зомби, мумии и многие другие. А так как это – город магов, то к тому же ещё и личи, и костяные драконы, и баныпи, и повелители нежити.

От услышанного я оторопел.

«Куда я попал? Какие-то сказки. Но вообще-то это жуть. Как-то не хочется верить в реальность этих монстров. Но верить в то, что я иду по кроне гигантского дерева, а рядом со мной топает эльф-оборотень, я могу? – спросил я у себя. – Могу. Но вот город древних. И мы туда сунемся? Да что мы там забыли? Не всё ли равно, где умирать?» – так и вертелись эти сумбурные и не всегда связанные вопросы у меня в голове.

А чуть позже я часть из них озвучил корнолу.

– И ты хочешь сказать, что там будет более безопасно, чем тут? – удивлённо спросил я у него. – Что-то в это слабо верится, особенно если твоё описание города полностью правдиво. А не доверять тебе у меня нет основания. Поэтому я не понимаю, почему это место представляет для нас такую серьёзную опасность?

И я, немного забежав вперёд, постарался посмотреть со стороны в его сосредоточенное лицо.

Но, что странно, прислушавшись к себе, я понял, что никакого опасения от похода в город не испытываю. Интуиция подсказывала, что корнол прав и мы там будем в относительной безопасности. К тому же в город мне нужно. Почему я так решил, не знаю. Но то, что город необходимо посетить, у меня сейчас не было никаких сомнений, и эта мысль билась в моей голове огненной молнией, пронзавшей время от времени мой мозг.

Корнол хотел сначала просто отговориться и сказать мне явно что-то другое, но потом, в очередной раз оглядевшись, вздохнул и, как-то странно понурив плечи, ответил:

– Прорыв инферно.

«И что?» – ничего не понял я из его ответа.

Возможно, кому-то это должно было сказать очень многое, но для меня это были практически пустой звук и сотрясение воздуха.

Я, конечно, примерно представляю, что такое инферно, помню, что это имеет какое-то отношение к аду, по-моему, это одно из его названий. Но больше ничего. Поэтому до меня доходил лишь общий смысл сказанного корнолом. Хотя практически мгновенно интерфейс выдал своё определение услышанной фразы:

«В данной области должно произойти открытие локального инвертированного портала (портальной арки) в соседнее измерение (другая реальность, нижние планы, ад, инферно). Предположительно в место обитания древней расы злобных сущностей, чаще всего именуемых исчадиями, извергами, демонами».

«Час от часу не легче», – изумлённо посмотрел я вокруг и ещё прибавил шагу.

Но ментоинтерфейс на этом не успокоился.

«Напоминание. Одна из приоритетных целей. Поиск ментоструктуры инвертированной портальной арки. Рекомендации. Обнаружение источника информации по созданию данной структуры».

«Это что, он предлагает мне пойти и тех демонов, что собираются сюда в гости прибыть, спросить: а как это они умудрились портал построить? Верно? Я что, на сумасшедшего похож?» – изумился последним словам Искателя я.

Даже мне было понятно, что встречу с разными демонами я могу и не пережить, особенно если их будет больше одного. А судя по тому что я чувствую множество сущностей и сущности эти злобные, а возможно, и очень злобные, как указал Искатель, то у меня есть шанс наткнуться на толпу кровожадных монстров, и этот шанс немаленький.

И только потом, когда я сделал уже пару шагов, до меня дошло:

«Какие такие приоритетные цели?»

Пара мгновений – и Искатель вывел у меня в сознании длинный список различных шагов, который для меня предстал последовательно-параллельным планом или даже неким алгоритмом выполнения различных работ, видимо запланированных ментоинтерфейсом к реализации. Многие из этапов этого плана уже были исполнены, и у них стоял символ, который я интерпретировал как статус «Выполнено».

К уже таким выполненным операциям было отнесено достаточно много пунктов, таких как «Расширение ёмкости внутреннего накопителя оператора», «Подключение источника ментальной энергии», «Перестройка ментального тела». Было завершено выполнение различных оптимизаций, модуля интуитивного реагирования на опасность, чувства направления и поиска мозговой активности. Изучены различные ментомодули и гипнопрограммы, которые были указаны в этом плане. К примеру, упоминания о которых я видел совсем недавно: «Защитный кокон», «Ментальный удар», «Термический удар», «Огненный шар», «Огонь путешественника» и «Смысловая мыслеречь», или совершенно другие, действие которых я прекрасно ощутил на себе ранее: «Рукопашный бой», «Выживание», «Боевое фехтование», «Спецтехника и моторика боя».

В планах было и многое другое. Например, уже несколько раз встречающееся мне определение «скрыта» было выражено в название пункта «Техника скрыта», и стояло оно с пометкой «Ожидание решения оператора».

Я решил, что раз его получилось увидеть, то и забывать о нём не стоит, и поэтому поставил его в график изучения, найдя под него небольшое незанятое окно.

Интерфейс на это ответил мне лишь надписью:

«Принято к исполнению».

Быстро проглядев весь список, я понял, что и у остальных этапов отмечалась какая-то определённая стадия выполнения пункта плана, или процент выполнения текущей стадии и всего реализуемого этапа. Некоторые пункты были переведены в режим «Ожидание». Как ранее замеченный мной пункт, касающийся «скрыта».

Однако из всего этого разнообразия приведённых в списке различных выполняемых или ждущих своего часа пунктов моё внимание привлекли подсвеченные интерфейсом несколько строчек.

«Вычисление точных координат места отправки оператора – не выполнено.

Вычисление точных координат места приёма оператора – выполнено, координаты зафиксированы в момент переноса.

Преобразование внутреннего источника оператора под хранение необходимого объёма энергии – выполнено.

Адаптация энергоструктуры и менто-информационного поля оператора – выполняется, процент выполнения – тридцать пять процентов.

Интеллектуальное развитие оператора – завершено.

Разработка структуры инвертированного портала – на стадии выполнения. Процент выполнения – полпроцента».

«Это что за пункты в плане?» – удивлённо подумал я.

«Пункты плана призваны обеспечить построение инвертированной портальной арки оператором»,

– отчитался интерфейс.

«Зачем?» – тупо спросил я сам у себя.

«Поставлена задача подготовить обратный перенос оператора в место отправки. Координаты прилагаются».

Все ещё мало соображая, так как этот пункт намекал на то, что шанс добраться домой у меня всё-таки есть, уточнил:

«Когда поставлена такая задача?»

«Распоряжение на мониторинг выполнения данных пунктов было получено сто пятьдесят два часа назад».

Я точно помню, что никаких мыслей насчёт возвращения домой за счёт разработки ментальной структуры портала у меня никогда не было. Я мог только догадываться о такой возможности, а не то что всерьёз старался обдумать её.

«Странно, – подумал я. Что-то не давало мне покоя в этой цифре, и только переведя её в дни, я изумился: – Так это же больше шести дней! Но я тут только шестые сутки. Как такое возможно? Видимо, данные инструкции вложили в ментоинтерфейс его создатели заранее», – решил я.

Ведь, по идее, никто другой так поступить не мог.

«И кто дал тебе эти инструкции?» – задал я вопрос Искателю.

Я надеялся узнать несколько больше о своих странных покровителях. Но и тут меня ждало разочарование. Да ещё какое! Искатель огорошил меня необычным и странным ответом.

«План составлен на основе пожеланий оператора, согласованных с ним»,

– обломал меня Искатель.

Когда я мог составить этот план, если меня здесь ещё не было и ничего со мной не произошло? Или всё-таки в этом мире я оказался несколько раньше? И за то время уже успел что-то сделать?

Вот почему иногда в моём сознании проскальзывают проблески воспоминаний, которых, казалось бы, быть не должно.

Но тогда возникает другой закономерный вопрос: что же со мной случилось, если эту память я потерял? Куда делись те мои воспоминания?

– Все непонятнее и непонятнее. И одни вопросы кругом. К тому же и задать их совершенно некому, – пробормотал я.

Рассуждая примерно таким образом, я понял, что сейчас мне эти мысли мало помогут, будут только мешать, и поэтому я постарался переключиться на действительно животрепещущую тему – то энергетическое образование, что не позволяло Лениавесу адекватно реагировать на происходящее, и тот странный туман, что испускал осьминог, напавший на меня. Ответы на эти вопросы были сейчас более полезны, чем чисто гипотетические знания о том, что же со мной произошло на самом деле и куда делась часть моих воспоминаний. Хотя вернуть бы их мне хотелось. Но каким образом это сделать, я пока не знаю. Поэтому я занялся тем, что мог решить и из чего мог извлечь практическую пользу в данный момент.

«Возможно, та структура, что окутала голову корнола, также принадлежит инфернальной реальности, что сейчас старается прорваться сюда. Но тогда у меня есть другой вопрос: откуда могла появиться у странного осьминога возможность управления аналогичными энергиями? И вообще, откуда он её мог получать, ведь я чувствую, что источники такого типа энергий не могут принадлежать этому миру. При этом тот осьминог со своим туманом был хоть и тёмной, и странной, но родной и принадлежащей этому миру частью, а та энергетическая структура однозначно не могла ему принадлежать. Её чуждость так и выпирала наружу. Но корнол её почему-то совершенно не замечал. А вот у меня её разглядеть получилось, хотя и с трудом. И что непонятно: почему к нему она прицепилась, а ко мне нет? – Такая вот мысль посетила меня, пока я обдумывал сведения, полученные от Искателя. И ещё один необычный вывод стал напрашиваться после всех этих размышлений: – Получается, что аналогичная энергия и источники её образующие попали в этот мир когда-то очень давно, так давно, что стали восприниматься его информационно-энергетическим полем (или что оно там есть) и общей сутью самой планеты и этим миром как нераздельная его часть. Но тогда сейчас в этот мир снова прорывается что-то похожее. Интересно, когда это происходило и что это были за события? Единственный вывод по слишком уж антагонистичной всему сущему энергии, которую я вижу, – это то, что тогда разразилась какая-то большая война, коль скоро её отголоски можно встретить даже сейчас. Другое что-то в голову не приходит».

Интуиция подсказывала, что мой вывод верен. Без различных допущений. Была война. Но когда и с кем, я не знал. Но почему-то был уверен, что врагами тогда были не те, кто построил этот портал сейчас.

Последняя мысль очень сильно заинтересовала и насторожила меня, ведь знание подробностей истории и тех непонятных событий, которые привели к подобным результатам, могло дать хоть какое-то понимание, чего же нам ожидать сейчас. Не хотелось бы встречаться с неизвестными врагами.

Но это были вопросы будущего, отвечать на них сейчас не было времени.

Однако я всё-таки решил уточнить у корнола, что же он понимает под этим своим выражением и чего нам можно ожидать от предсказанного им «прорыва инферно», и, как вариант, я хотел сравнить, насколько его толкование грядущих событий окажется верным относительно общего смысла моих рассуждений, а возможно, это прольёт свет и на часть моих вопросов. К тому же он, похоже, хоть и теоретически, разбирается в данном аспекте реалий этого мира гораздо лучше меня или интерфейса. Поэтому на ходу я снова обратился к нему.

– А поконкретнее можешь рассказать, что же тут должно произойти? – попросил я, при этом стараясь на бегу не упасть на очередном бугорке.

Но по закону пакости нога подвернулась в самый неудачный момент, запнувшись о какой-то странный тёмный с желтыми крапинками камень. И я чуть не полетел кубарем, только чудом удержав равновесие.

С раздражением развернувшись, я стал выискивать этого подлого «каменного лазутчика». Но, посмотрев на него, я наклонился и поднял этот так и искрящийся энергией булыжник. Уже продолжая прерванное движение, я на ходу положил эту килограммовую тепловатую на ощупь гирю к себе в рюкзак.

Лениавес же, посмотрев на меня как на сумасшедшего, пробормотал что-то похожее на: «Искатель и северянин – это страшная сила, вернее, большая жаба (ну, это я так разобрал, что упомянул земноводное животное с непомерно развитым хватательным рефлексом), которая кого угодно задавит» – и побежал дальше.

Но я так просто от него не отставал и, догнав, повторно спросил:

– Ну, так что?

Однако корнол, будто не понимая, что же здесь может быть непонятного и что я от него хочу, повторил:

– Прорыв инферно, – при этом скорчил такое выражение лица, что по нему явно читалось: «Куда уж конкретнее-то?» Но, повернувшись ко мне и увидев мой отсутствующий взгляд, он ещё раз осмотрелся и вздохнул: – Откуда же ты такой взялся-то? – И он снова подозрительно оглянулся на меня, но, опять же ничего, кроме моей невозмутимой физиономии, не увидев, хмыкнул и, продолжая бег, добавил: – Мы в большой и глубокой выгребной яме. И шанса выбраться отсюда у нас практически нет.

– Я всё равно не понимаю, – на очередном прыжке через небольшой овражек, сказал я. – Что ты понял такого, когда использовал своё заклинание, что навело тебя на такой нерадостный вывод?

Вырвавшийся немного вперёд Лениавес притормозил, подождал меня и дальше уже бежал в ногу со мной. Как это у него получалось так легко, быстро, незаметно и особо не напрягаясь перемещаться в пространстве, мне было непонятно. Он ниже, длина шага у него меньше, но он всё равно двигался гораздо быстрее и более плавно, чем я.

Правда, стало заметно, что всё-таки бег представляет для него определённую нагрузку, хотя это сразу и не бросалось в глаза, однако я прекрасно видел, как усталость постепенно овладевает им. Во время бега энергия, наполняющая его структуру, хоть и совсем мизерными порциями, но затрачивалась на поддержание работы его внутренних органов и функционирования его тела в целом. Тогда как я совершенно не чувствовал усталости и даже не ощущал её приближения.

Тем временем корнол, что-то решив про себя, спросил:

– Помнишь историю, как мы оказались здесь с лордом?

– Да, – ответил я.

– А помнишь мой рассказ о его смерти?

– Конечно. Его убило какое-то чудовище. По-моему, ты его назвал костяной демодрак.

– Верно. Так вот. Нас с лордом тогда крайне удивило его появление здесь. Такие существа просто так нигде не появляются, и о них обычно становится очень быстро известно. Даже если они обитают в такой глухой местности, как Лес. Но теперь мне известна причина такого странного стечения обстоятельств. – Корнол, пробежав ещё несколько метров, в который раз огляделся и продолжил: – Мы думали, его появление здесь случайно. Но получается, что он здесь находился далеко не просто так. Его, по-видимому, привязали к порталу в соседний нижний план реальности. Он был его стражем. И хранителем данной местности. Если бы это мне сказали несколько дней назад, то я ответил бы, что никакого смысла держать здесь такого мощного миньона нет. Но теперь у меня об этом совершенно другие мысли.

Я его внимательно слушал. А он в свою очередь только начал свой рассказ:

– Похоже, про Слезу утренней звезды знали не только мы. Но и кто-то в соседнем плане реальности смог отследить её примерное местонахождение. И этот кто-то построил тут стационарный портал. Ты правильно определил его расположение. Он находится где-то на западе. И видимо, хозяевами портала тут периодически проводились поиски артефакта. Другие мелочи они не собирали, зачем им это нужно. Но вот Слеза стоит любых затрат. И они это прекрасно знали. Как я понимаю, рыскали они тут не всё время, а с достаточно большими перерывами. Иначе бы и их самих, и этот портал давно нашли бы и отрезали от этого места, закрыв сюда доступ. Но они поступили гораздо умнее. Во-первых, появлялись здесь крайне редко и, скорее всего, небольшими группами. И во-вторых, оставили очень сильного стража, чтобы он не дал проводить поиски в этой местности никому другому и чтобы ни у кого специально не возникло желания уничтожить его или просто появиться тут поблизости. Параллельно этот монстр, естественно, охранял портал. Ведь даже для лорда архидемона будет непростой задачей построить второй такой портал, особенно если он хочет скрыть от всех остальных свои действия, не только в нашем срезе реальности.

– Прости, – прервал я Лениавеса, – а почему ты решил, что это именно лорд архидемон?

Мне действительно стало интересно, почему это не кто-то простой, а с приставкой «архи».

– Тут всё просто, – уже не став акцентировать внимание на моём незнании прописных истин, ответил корнол. – Построить стационарный портал сможет только очень сильный демон-маг, а они обычно все архидемоны. А иметь в подчинении такого слугу, как демодрак, может позволить себе лишь лорд или один из повелителей. Но тут орудует именно простой лорд, если бы это был повелитель, то мы бы уже были мертвы. Нам повезло, скорее всего, наш «друг» очень жаден и не захотел сообщить найденную информацию об артефакте своему повелителю. Только поэтому мы всё ещё можем говорить об этом, до сих пор живы и здоровы.

– Понятно, – сказал я, – а что ты говорил о портале? Его действительно так сложно построить?

Сей вопрос заинтересовал меня чисто с меркантильной точки зрения: если его могут построить демоны, это не значит, что его могут создавать и обычные маги. А если могут, то насколько сложно это сделать? Ведь мне для того, чтобы вернуться, тоже необходимо построить портал, который, как оказалось, в интерпретации ментоинтерфейса, как раз и является так необходимой мне инвертированной портальной аркой.

Видимо, мой интерес к данной теме так чётко и ясно прозвучал в заданном вопросе, что корнол не преминул прокомментировать мои слова.

– Что, заинтересовала тема? – спросил он. – Это и правда очень любопытный вопрос. И малоизученный. Сам я не большой эксперт. Но вот в академии у нас есть один престарелый профессор, который прямо помешан на этой теме. Кроме того что это сумасшедший и безбашенный дедок, он ещё и читает студентам академии курс «Прикладная теория перемещений в пространстве», попросту говоря, рассказывает учащимся о различных видах телепортаций и учит тому, как, кому и где её применять. Так что если не потеряешь интереса к этой теме в будущем, то могу с ним познакомить. Он мой старый учитель. Правда, для этого тебе придётся поступить в академию, но это тебе и так придётся сделать, чтобы получить официальный статус мага или хотя бы рейнджера. О причинах я тебе уже говорил. Иначе тебе нельзя будет занимать место в Совете магов империи. Но это разговор далёкого будущего, если мы до него доживём. – И, насторожившись, он поторопил: – А теперь поднажмём. Что-то не нравится мне это затишье. Даже насекомые и цикады прекратили свой извечный гул. А это очень нехороший знак.

Усмехнувшись, я посмотрел на него и сказал:

– И ты это только заметил, да я об этом тебе сказал ещё до того, как ты раскинул свои руны. Но вот что нужно поднажать, я не возражаю.

И мы припустили.

Впереди за листьями-деревьями стали проглядывать какие-то тёмные заросли.

– Почти ушли, – сообщил мне корнол и махнул рукой в направлении спускающихся откуда-то сверху так называемых лиан.

Только вот лианами эти толстенные столбы, похожие на немаленькие стволы деревьев с моей родной планеты, назвать у меня не поворачивался язык.

Тёмно-зелёные, с какими-то шипами и непонятными тонкими ворсинами, разрастающимися во все стороны, они мало походили на те лианы, что мне приходилось видеть на экране телевизора. Эти гиганты, как нельзя лучше подходившие под растущие в этом лесу деревья, напоминали толстенные швартовочные канаты. Их я видел как-то в далёком детстве в судоходном порту своей родины, они удерживали у пирса огромные ледоколы и другие гигантские суда, там тогда работал мой дядя.

И вот к ним сейчас мы и приближались.

Между тем, немного успокоившись, Лениавес, видимо вспомнив мой вопрос о портале, продолжил рассказывать:

– Ну а вообще местный портал должен быть достаточно большим. Ведь, судя по всему, через него проходит как минимум демодрак. А это значит, что и на его постройку должны были потратить уйму сил и времени. И исходя из этого, мы имеем очень сильного лорда архидемона, способного создать межмировой портал и подчинить демодрака. И это плохо. В прямом поединке с ним лучше нам не встречаться. К тому же моё заклинание распознало структуру портала и его естественный рабочий цикл, когда по нему возможно перемещение и наступает стабилизация создаваемого им канала или прохода между мирами без дополнительного постороннего вмешательства. И эта цикличность мне совершенно не нравится.

Корнол перескочил ещё один овраг, который перепрыгнул бы и я, если бы не брошенный вниз и взгляд и не моя жаба, задушившая северянина-искателя. На дне валялось ещё три красных агата, которые обладали ударным воздействием. Недолго думая – заряды-то на случай столкновения мне могут пригодиться, – я спрыгнул вниз и быстренько подобрал камни.

А вылезая из оврага, я заметил какой-то странный предмет, похожий на кольцо, вросший в кору дерева.

Вытащив нож, я за пару мгновений выковырял найденную диковинку.

«И правда кольцо, – удивился я, – только уж больно маленькое, мне ни на один палец не налезет. Что за изящная ручка должна быть, чтобы его носить? Или это ребёнка?»

Не став дальше разбираться с найденными предметами, не время и не место, я распихал их по карманам и посмотрел на порядком удалившуюся от меня спину ничего не заметившего корнола.

«Как шпарит! – поразился я скорости бега корнола. – Но и мне лучше не отставать», – подстегнул я себя.

И, прибавив скорости, быстро нагнал оторвавшегося уже достаточно далеко Ленивца.

– Так чем не понравилась тебе эта цикличность? – спросил я, огибая очередной ствол дерева, растущий у меня на пути.

Ленивец, как и я, начал маневрировать среди стволов-листьев, которых стало значительно больше встречаться на нашем пути. Я бы назвал это густой чащей, если бы речь шла об обычном лесе.

Но тут просто более густо начали расти не такие гигантские ветви и листья дерева. Как всё должно было выглядеть, когда мы окажемся в конце ветви, я даже представить себе не мог. Но, похоже, там будет сплошное и непролазное переплетение ветвей и листьев. Однако именно туда лежал наш путь.

Корнол двигался достаточно легко и плавно даже здесь. Понаблюдав за ним пару секунд, я постарался перенять его манеру передвижения в Лесу, лишь частично адаптировав её под свой немного больший рост и вес. И уже через пару минут это дало о себе знать. Я стал гораздо реже запинаться о разный мусор и хлам под ногами и врезаться в различные попадающиеся на пути мелкие веточки растущего здесь практически везде кустарника.

Лениавес, вылетев на небольшую поляну и осмотревшись, сказал:

– Вроде чисто. Пошли, – и продолжил отвечать на мой вопрос: – Естественный цикл этого портала порядка трёхсот-четырёхсот лет.

Но мне этот ответ ничего особого не дал.

«Циклическая последовательность, составляющая длительность от четырёхсот до пятисот лет и, вероятно, позволяющая использовать инвертированный портал с минимальными затратами энергии на поддержание его работы»,

– предположил Искатель.

Правда, я уже спросил об этом у Ленивца, хотя и понял, что интерфейс по большему счёту прав.

– Что за цикличность такая?

– Это период, – продублировал подсказку интерфейса корнол, – за который портал самостоятельно накапливает необходимый объём магической энергии и происходит его открытие за счёт естественного резонанса магических полей на строго определённый промежуток времени. В это время порталом можно безбоязненно пользоваться. Естественные порталы, в отличие от направленных и открываемых специально, очень сложно обнаружить. Но здесь есть один немаловажный нюанс. Такой портал можно и создать, но это очень сложно сделать. Даже не простой архидемон потратил бы на это кучу времени. Никак не меньше пары сотен лет. И отсюда у нас как минимум очень сильный демон-маг, которому не менее пятисот – шестисот лет, так как один цикл портала точно прошёл. И этот демон нашёл или унаследовал этот портал. И заметь, это наилучший для нас вариант. Может всё быть намного хуже. Тот демодрак, что напал на нас, был очень стар, а значит, силён. И покорить его мог лишь кто-то более могущественный, чем он. Это первое. Второе: сам демон и создал этот портал. Это по-настоящему сильный и могущественный маг. Опасный, но не всегда смертельный противник. Однако есть вариант, который означает нашу смерть даже в городе древних. – Корнол посмотрел мне в глаза. – Этот портал создан демоном. И этому порталу уже несколько тысяч лет. Тогда мы имеем дело с кем-то очень древним, могущественным и опасным. Противником такой демон может быть сильнейшим. В нашем случае непобедимым. Шансов в противостоянии с ним у нас нет. Но у меня есть только одна надежда, что столь древние архидемоны давно уже все повелители и не будут заниматься такими делами лично.

Ещё пробежав пару шагов и будто раздумывая над своими словами, корнол проговорил:

– И поэтому нам нужно затаиться так, чтобы нас не смогли заметить, даже если будут ходить по нашим головам, – и уже более будничным голосом продолжил: – А вообще, я понимаю, ситуация в целом здесь складывалась примерно так. Первоначально в нижнем плане смогли заметить значительное ослабление магического поля, которое было вызвано появлением в этой местности Слезы. Не став соваться сюда сразу же, так как был очень большой шанс не вернуться назад, демоны ждали стабилизации магического поля. Но когда попали, не смогли сразу обнаружить артефакт. И со временем их шансы найти его только уменьшались. Так продолжалось до тех пор, пока не появились мы с Крайгом. Это произошло примерно полторы недели назад, и демодрак вернулся к себе в реальность и доложил, что появились новые гости. А затем каким-то образом на сцене нарисовался ты. И нашёл артефакт. Хозяин, конечно, этого не знал. Но когда во время твоего ритуала родился новый источник, этого не заметить было очень сложно. Особенно если учесть те выбросы силы, что здесь наблюдались. Поэтому хозяин демодрака решил, если уж он не завладел Слезой, то нужно хотя бы попытаться захватить источник. Но тут у него тоже выйдет облом. Правда, он об этом пока не знает. Но вот когда узнает… Нам грозит смерть. В особенности тебе. Поэтому к тому моменту нам нужно уйти отсюда как можно дальше, желательно туда, где им нас будет затруднительно найти. А ближайшее такое место – только город древних. Мы бы смогли отсидеться и где-нибудь на его окраине, там много укромных местечек. Но, видимо, эту местность демоны знают не хуже нас, поэтому окраину города нам отсекли сразу же. Их хозяин просчитал этот наш шаг. А вот центр города они оставили без присмотра. Ведь даже они понимают, что туда может сунуться лишь полный безумец.

– Но ведь мы туда и идём.

– Всё верно, – улыбнулся и подмигнул мне Лениавес, похоже уже пришедший в себя от свалившегося на него «счастья» в виде толпы прорвавшихся в наш мир разъярённых демонов, – вот кому-то будет сюрприз…

И он, хохотнув, припустил ещё быстрее, свернув в сторону показавшихся вдали лиан, напоминающих жёсткие зеленовато-коричневые канаты, приходящие откуда-то сверху и уходящие куда-то в туман, расстилающийся внизу.

Я стал размышлять над услышанным. Не нравился мне весь этот расклад. Ох как не нравился.

Глава 9

И будто кто-то подслушал мои мысли.

– Стой, – тихо проговорил корнол, замирая и вглядываясь в уже такие близкие лианы, при этом перетягивая лук из-за спины и накладывая на него стрелу.

Вслед за его приготовлениями я тоже вытащил пару агатов, а один приготовил для немедленного броска.

«Накаркал», – стараясь разглядеть, что всё же насторожило Лениавеса, подумал я, сам при этом осматриваясь вокруг.

Но ничего подозрительного не видел. Странно, что и моё чувство опасности, или интуиция, уж не знаю, что это, молчало.

Между тем затылком ощущая нагнетание напряжения вокруг нас, я постарался добиться предельной чувствительности своего магического зрения и поэтому максимально усилил свою способность видения ментальных (как я теперь понимаю) энергий.

Мир расцвёл таким их разнообразием, переливом, невероятным смешением и нереальной россыпью цветов, что поначалу я даже несколько оторопел. Раньше ничего такого не было.

«Усиление эффекта производится за счёт внедрения нераспознанного ментального модуля»,

– успокоил меня Искатель.

Решив, что такая яркость и соцветие мне ни к чему, я уже хотел немного снизить свою чувствительность. Но, видимо, именно этот получившийся контраст и цветовой эффект практически мгновенно позволили мне обнаружить семь серых пятен, в менее чувствительном режиме оставшихся совершенно незаметными. Сейчас эти серые кляксы бросались в глаза своим дисгармоничным присутствием в этом фейерверке жизни и вносили в видимую картину какое-то отчуждённое присутствие, от которого хотелось избавиться всеми силами.

«Вот оно», – догадался я и поспешил сообщить о замеченных мной, похоже, замаскированных или скрытых от нас существах Лениавесу.

– Семеро, в тридцати шагах, прямо и немного налево, – тихонько передал, даже скорее прошептал одними губами я корнолу, – скрыты от нас каким-то полем, большего сказать не могу.

Тот кивнул и, повернувшись в ту сторону и напряжённо глядя перед собой, стал продвигаться вперёд, поводя луком из стороны в сторону. Не доходя до предполагаемой засады десяти шагов, он остановился и, развернувшись спиной к затаившимся невидимкам, чуть ли не демонстративно стал рассматривать заросли на противоположной от них стороне.

Поняв, что делает он это не зря, я, так же как и он, сделал несколько шагов и, подражая ему, выказывая напряжённое внимание, стал пристально разглядывать лианы и деревья с противоположной от засады стороны, пытаясь выискать в них что-нибудь, могущее меня заинтересовать.

И как это ни странно, я это увидел.

– Ещё трое справа, – «обрадовал» я корнола, – но они намного дальше. Метров сто.

И только тот успел кивнуть на мои слова, как события рванули вскачь. Не прошло и секунды, как меня из-за спины обдало надвигающимся чувством угрозы и опасности, страха и жажды убийства, ярости и ненависти.

«Кому же я так успел насолить?» – успел лишь подумать я, как все эти чувства сменило ещё одно. И намного более сильное и страшное.

Откуда-то со стороны нашей пещеры до меня донеслось всё пожирающее чувство голода. И одновременно с этим Ленивец, совершенно не оправдывая своего прозвища, мгновенно развернулся и выстрелил куда-то мне за спину. Я же практически на чистых рефлексах, доверившись какому-то непонятному чувству интуиции, указавшей мне наиболее безопасное сейчас место, отпрыгнул на пару шагов вперёд и в сторону.

Уже приземлившись и продолжая своё движение, немного присев и плавно поведя руками, разворачиваясь на ходу, я выбрал ближайшую цель и швырнул один из камней в осклабившуюся морду какого-то монстра, напоминающего огромную прямоходящую крысу. И эта тварь была разумна. Об этом ясно давали понять оружие, которым она размахивала, а также подобие одежды и доспехов, в которые она была облачена.

Как раз сейчас эта гигантская крыса, превышающая своим ростом три метра, неслась ко мне на толстенных крепких лапах, одетых в широкие короткие, замызганные чем-то коричневым штаны. Плешивая тушка с частично облезшей шерстью, буроватая кожа, проблёскивающая в проплешинах. Местами свисающая с боков и колышущаяся на ветру шкура, поверх которой был надет кожаный доспех, с похожими на дерево и кость нашлёпками, заменяющими пластины и призванными укрепить его и придать большую прочность.

На груди болтался какой-то амулет из связок мелких костяшек и небольших камешков, нанизанных на тонкую бечёвку, отсвечивающий непонятной структурой со странным ярко-красным цветом в энергетическом диапазоне. И поверх этого магического артефакта кустарного производства висело второе ожерелье, состоящее из отрезанных ушей различных существ. Большую часть явно составляли уши людей, но были среди них и чьи-то ещё.

Над ними на крепкой, практически незаметной шее сидела корявая и непропорционально большая голова с надетым на неё жёлтым шлемом-черепом какого-то животного. Из-под него высовывалась длинная морда с большой мерзкой пастью, острейшими, совсем не принадлежащими грызунам резцами и торчащими из-под верхней губы непропорционально огромными, похожими на волчьи клыками. Сейчас эта пасть была оскалена и издавала какой-то громкий то ли рык, то ли крик. И как последний штрих всё это венчали огненно-красные угольки крысиных глаз и копна грязных и свалявшихся рыже-бурых волос на голове, уложенных в некоторое подобие ирокеза.

Вот именно в эту оскаленную пасть я и запустил свой снаряд. После чего имел прекрасную возможность наблюдать всю тщетность своего броска. Камень с глухим хлопком врезался в голову крысы и словно мячик отскочил.

И вдруг моё зрение практически мгновенно самостоятельно переключилось в какой-то странный режим восприятия реальности, будто состоящей из нескольких слоёв, просвечивающих сквозь друг друга.

Проанализировав ситуацию и увиденное, я, будто провалившись на пару секунд назад и воссоздав у себя в голове своеобразную виртуальную модель окружающего пространства и происходящего здесь, приметил несколько не замеченных мной ранее вещей.

Первое. Как сверкнуло некое поле, напоминающее тончайшую голубоватую прозрачнейшую плёнку, возникшую прямо напротив лица твари, именно там, куда, по идее, и должен был ударить камень.

«Что-то похожее на мою защиту», – констатировал я, наращивая силу восприятия своего зрения до тех пор, пока мне не стало различимо это поле, что окутывало нападавших.

И второе. Очень сильно поблёкла яркость свечения пары камней в его амулете. Получалось, что мой бросок всё-таки оказал какое-то воздействие на защиту этой крысы. Было понятно, что она ослабла. Но вот насколько?

Быстро окинув его взглядом ещё раз, я заметил, что у нее в ожерелье с подобным спектром излучения остался всего один камешек.

«Хм, простая математика, да и моя интуиция говорит, что второго попадания ты не выдержишь. И ощутишь хоть и не всю силу ударного воздействия камня, но какую-то часть уж точно получишь», – рассудил я и запустил второй камень.

Я уже на всякий случай приготовил третий, когда со спины нахлынуло новой очень сильной волной опасности.

«Те трое, – вспомнил я, – но они должны быть ещё далеко».

Однако, доверяя своей интуиции, ведь в последнее время она меня не подводит, я совершил перекат и ушёл в сторону от того места, где только что находился. И это меня спасло. Я заметил там, где только что находилось моё тело, три небольших болта, медленно и плавно пролетевшие со стороны приближающейся тройки из второй группы нападающих. Они, вероятнее всего, были выпущены из арбалета, а не лука.

Собираясь предупредить Ленивца о внезапно возникшей дополнительной угрозе, я понял, что не успел. Корнол лежал на коре дерева с парой болтов, торчащих из его спины. Радовало, что он был жив. Я чётко видел его энергетические внутренние структуры и ментальное поле (я так понимаю, это то, что принято считать за ауру). Но к нему приближалась ещё одна крыса с занесённым сверкающим магической начинкой тесаком.

Что меня поразило, так это светящийся какой-то внутренней энергией меч, сделанный из необычной, отливающей мраком тёмной стали, который она держала. И этот меч явно был более утончённой и изящной работой, чем их грубая одежда или украшения. Да и не по руке он был этому гигантскому чудовищу. Меч смотрелся в ее лапе как большой и тонкий стилет и совсем не напоминал обоюдоострое опасное оружие. Всё скрадывали размеры этой твари. Он ковался точно не для этих монстров. А для кого-то примерно моего телосложения. Это благодаря своим новым знаниям я понял практически мгновенно.

Но положение это не меняло. Крыса хотела добить Лениавеса одним мощным, сильным ударом, разрубив его пополам. И то, что у неё это может получиться, у меня никаких сомнений не вызывало. Поэтому третий камень, зажатый в моей руке, я запустил ей прямо в голову. Мне повезло. Уже когда мой снаряд оказался в воздухе, я обратил внимание, что никакого защитного поля на этой твари не было. В результате агат попал как раз туда, куда и должен был, куда я и целился. Примерно в район виска крысы, чуть ниже границы шлема, что защищал голову твари, благо крыса стояла ко мне боком.

От сильнейшего удара, вызванного свойствами заряжённого магией камня, голову крысы разорвало, как перезрелый орех. Ошмётки кожи, крови, мозгов и костей разлетелись в противоположную от меня сторону, навстречу приближающимся и желающим пообщаться со мной в тесной обстановке задушевной беседы тварям.

Внезапная расправа над вырвавшейся вперёд крысой, похоже, несколько охладила пыл остальных, и они притормозили. Теперь они не неслись вперёд, а стали подступать ко мне, немного забирая в стороны и стараясь взять меня в кольцо.

Стало ясно, что непосредственно сейчас нападения не будет, крысы были не дураки и решили дождаться готовности своих стрелков. Чего допустить было никак нельзя. Бой на две стороны, да ещё когда одну из них я не смогу непосредственно достать, был заранее проигран. Поэтому нужно было их лишить преимущества атаки с расстояния. Это дало бы мне хоть небольшой шанс.

Ситуация оказалась хуже некуда. Я был один против двух групп крысотварей. Позади меня – стрелки, расстояние порядка пятидесяти метров. Вооружены чем-то наподобие арбалетов.

Быстро оценив положение, я прикинул, что твари, приближающиеся сзади, перезаряжают своё оружие, похожее на опять же не очень большие арбалеты. Точно я это понял, когда одна из них развернула его, и у меня мельком получилось рассмотреть то, что находилось у неё в лапах.

«Что интересно, – подумал я, – откуда у них всё же такое или похожее не очень большое и достаточно стильное оружие, в котором так и чувствуется рука мастера? Ведь видно, что это не они его делали».

Обдумав эту промелькнувшую в моей голове мысль, я обратил внимание и на то, что крысы не очень ловко обращаются с находящимся в их руках стрелковым оружием.

«А это хорошо, – понял я. – Значит, они будут не слишком опасны ближайшие несколько секунд».

Ещё мне показалось, будто арбалеты у них были сделаны тоже из того непонятного материала, что и меч, по крайней мере луки, прикреплённые к их рукояткам, и, кроме того, они были магазинные. Только вот на сколько болтов рассчитан магазин для арбалета, я не понял. Но и это было плохо. От серии выстрелов уйти гораздо сложнее.

«Что дальше?» – отсчитывал я.

Трое их собратьев впереди. Переключив на них своё внимание, я сразу выделил двух наиболее опасных крыс. Я, конечно, ничего не знаю об их бойцовских качествах, кроме огромного роста и, вероятно, огромной силы, да ещё и прыгают они далеко, это я тоже мог наблюдать. Однако среди приближающихся ко мне тварей я заметил двух монстров, на шеях которых были видны ожерелья, аналогичные тому, что было надето на вырубленной мной крысы.

В дополнение был живой, но выведенный из строя моим вторым броском ещё один недобитый крысёнок. Мне было неизвестно, когда он должен прийти в себя. Но интуиция упорно подсказывала, что уже очень скоро.

Радовало только то, что здесь, на поляне, и недалеко в Лесу валялось уже и три трупа тварей, а значит, иметь дело мне придётся не с десятью, как было на момент начала нападения, а шестью крысами, это если учитывать бессознательную тушку.

Двоих, пока не был ранен, успел вырубить корнол. Их остывающие тушки по ещё не исчезнувшему энергетическому следу угадывались в гуще леса, как раз там, где поджидала нас засадная команда. Одну упокоил я, и сейчас она привлекала меня лишь выпавшим из ее руки мечом, лежащим всего в паре шагов от меня.

Я был не готов к такому повороту событий, поэтому срочно необходимо было что-то придумать, и желательно сделать так, чтобы вся эта история была не последним моим делом.

Исходя из всего этого расклада напрашивался всего один вывод.

«Полная… – И неожиданно для себя подумал: – А мне тут начинает нравиться». После чего посмотрел на одну из приближающихся крыс и улыбнулся ей такой ласковой и доброй улыбкой, что тварь, подбирающаяся ко мне, споткнулась, замерла на месте и как-то неуверенно посмотрела на своих товарок.

Я же уже вполне спокойно и, можно сказать, даже как-то равнодушно стал прикидывать свои возможности.

«Так, что мы имеем? – Я окинул поверженные тела новым взглядом. – Видимо, два моих камня пробивают их защитное поле, но я не успеваю разобраться со всеми шестью тварями одновременно. Пока буду рубиться с передними, те, что сзади, нашпигуют меня болтами. А значит, нужно укрыться от стрелков».

Посмотрев на лежащую тушу крысы, я в уме прикинул её примерный вес и понял, что быстро поднять и удерживать её спиной, пока разбираюсь с теми, что впереди, не смогу. То есть от идеи живого или полуживого щита можно было отказаться.

Однако мне не давала покоя какая-то деталь.

Смотря на развалившуюся чуть позади Ленивца тушу, я обратил внимание, что тварюга как-то странно лежит. Приглядевшись, я понял, что тело её сместилось из-за того, что одна из её лап свесилась с края достаточно большого оврага.

И только сейчас я вспомнил, как мельком заметил тот длинный прыжок, что совершила крыса. Я-то подумал, что она хотела поближе подобраться к корнолу, но на самом деле она, похоже, перепрыгивала овраг. И судя по тому прыжку, он достаточно широкий.

Сделав небольшой шажок и заглядывая за спину развалившейся твари, я заметил какую-то непонятную трещину, видневшуюся несколько впереди, по ходу моего движения.

«Видимо, это и есть одна из стенок оврага», – догадался я.

И что важно, располагался он как раз со стороны нападающей на меня передней тройки, и было заметно, что тянется как минимум ещё шагов на двадцать влево.

«Похоже, овраг-то крутой», – подумал я.

Да и дна его видно не было.

«А ведь он глубокий и уходит куда-то в сторону, – ещё раз заглянув в него, понял я. – И что мне это даёт? – родился у меня вопрос. – Ничего хорошего, кроме того, что стрелять в меня смогут только в упор и преимущества удара с расстояния у них не будет. – Ещё раз прикинув свои шансы и поняв, что лучшего мне не представится, я решил: – Значит, будем использовать этот, хоть небольшой».

А раз так, я резко, уже больше не раздумывая, так как времени у меня практически не оставалось – крысы-стрелки стали наводить на меня своё оружие, – рванул вперёд. Уходя перекатом от первой волны выпущенных болтов, я мог наблюдать их несколько замедленный полёт. Но вот что удивило меня и немного напрягало: того многократного ускорения восприятия, что я испытывал во время боя с осьминогом или когда на меня напала змея, не было.

Правда, я при всём при том успел за пару мгновений столько обдумать и проанализировать, что сам удивился, но решил пока действовать на тех инстинктивных возможностях, что у меня были. А разбираться с ними буду уж в более спокойной обстановке. Сейчас самокопание и самоанализ очень не к месту.

Правда, и расстраиваться слишком не стоило, всё-таки я всё равно и по восприятию, и по скорости превосхожу крыс, хоть и не так сильно, как того хотелось бы.

«А значит, повоюем», – подумал я, выходя из кувырка.

Перекат под не очень выгодным углом был сделан мной специально. Уже скатываясь в овраг, я левой рукой ухватил рукоять выпавшего у крысы, хотевшей добить корнола, меча. А вот мне-то она была как раз по руке. И что непонятно. Сделана была явно под левую руку. Это я определил сразу, как только сжал её.

Уже на самом выходе из кувырка я, продолжая движение, швырнул выхваченный из кармана плаща очередной агат в незащищённого магией противника. И даже сам удивился произведённому эффекту. Голову твари разнесло на мелкие клочки, будто внутри её взорвалась очень мощная граната.

Не слишком аккуратно скатившись на дно оврага, я пробежал четыре шага и прислонился к противоположной его стенке. Оглядевшись и поняв, что никто не валится мне на голову, я быстро отбежал вдоль неё немного в сторону. Теперь я мог контролировать и тех двоих, что были сейчас у меня за спиной, и стрелков на противоположной стороне оврага.

И те и другие наверняка должны погнаться за мной вслед. Я на это очень надеялся. Работала психология хищника. Жертва убегает, старается скрыться. Значит, она слаба, и её нужно догнать. И мне это было на руку. Откуда я об этом знаю, сказать не могу. Может, слышал ещё дома, а может, и интерфейс подсказал.

Прижав меч к перевязи и закрепив его на ней образовавшимися у меня на бедре ножнами, я вытащил ещё четыре агата – по паре на каждую крысу, которые были сейчас у меня за спиной. Как раз сейчас они, по моим расчётам, и должны были пожаловать ко мне в гости.

И не ошибся: только я взял камни в руки, как с берега в овраг спрыгнула первая тварь, как раз в то место, куда я свалился сам. Тварь не успела даже ничего понять, как оба камня по очереди прилетели ей в голову.

Решил кидать в одно место, чтобы было наверняка. Первую тварь вырубил именно такими бросками. Этот раз тоже не стал исключением. Крыса, замерев и постояв пару мгновений, завалилась на бок.

Но порадоваться успеху я не успел. Вторая крыса прыгнула в овраг вслед за первой. Начав действовать по отработанной схеме, я вдруг понял, что энергетическое свечение амулета этой твари гораздо более сильное, чем у предыдущих.

«Защита мощнее», – догадался я.

И это подтвердили два отлетевших от неё агата.

Крыса поняла, что тут приготовлена горячая дружеская встреча, а потому с противным протяжным полурыком-полуписком резко развернулась и бросилась в мою сторону.

«Смотри-ка, близнец моего меча», – увидел я оружие, которым размахивала тварь, и сравнил его с присвоенным себе трофейным клинком.

Новый камень я достать не успевал, а вот левая рука уже давно сжимала рукоять меча.

То ли тварь была не очень хорошим фехтовальщиком, то ли была ещё какая-то причина, но она очень сильно замахнулась и открыла такое соблазнительное для удара брюхо, оголившееся из-за чуть задравшейся защитной куртки.

Резко рванув вперёд, я провёл длинный режущий удар как раз вдоль полосы оголившейся шкуры крысы, практически до позвоночника вспарывая ей брюхо. В какой-то момент я почувствовал непонятное сопротивление при ударе. Но оно практически сразу исчезло. Я сначала ничего не понял, но обратил внимание на резко погасшее свечение амулета на шее крысы и несколько поутихшее сверкание энергии внутри моего клинка.

«Так ты пробил его защиту, – догадался я, прикрепляя меч к перевязи, и перевёл взгляд на крысоподобную тварь. – Так вот на что ты надеялся… Хорошо, теперь те, что наверху, – быстро оценил обстановку я. – Все они с защитой, это я видел».

Двоих я вырубить успеваю, но третья… Она успеет выстрелить в меня.

«Вот же крыса, – ругнулся я и усмехнулся. – Так крыса и есть. – И уже спокойнее подумал: – Последнюю тварь надо как-то отвлечь на пару мгновений. – И как молния в голове пронеслось: – И я даже знаю, кто это может сделать».

И, обратившись к грызуну, всё время боя тихо сидевшему во внутреннем кармане куртки и даже ни разу не возмутившемуся и никак не комментирующему происходящее, мысленно сказал:

«Рычик, нужна твоя помощь».

Мой мелкий товарищ не заставил себя ждать и выбрался ко мне на плечо.

«Что сделать?»

«Напугать тварь».

«Это я могу, – гордо сказал зверёк. – Рыкун очень страшный, его все боятся».

«Хорошо. Тогда, когда я скажу, напугай. Сможешь?»

«А почему не сейчас?» – удивился тот.

«Так надо. Напугать нужно главаря», – придумал я аргумент, который бы смог убедить маленького хищника.

«Напугаю», – просто согласился он.

Я быстро снял его с плеча и посадил немного в сторону на выступающий из стенки оврага валун.

«Жди», – сказал я ему.

Тот лишь посмотрел на меня, и мне показалось, что проворчал что-то типа: «Кто-то слишком много командует и говорит».

Но мне могло и показаться.

Я же приготовил ещё четыре агата и два положил в карман. И только успел это сделать, как над краем оврага показалась голова одной из крыс, правда, несколько не там, где я ожидал увидеть. И я бы её не увидел, если бы не оглянулся посмотреть, как там Рыкун.

Практически одновременно мы с тварью заметили друг друга. Крыса что-то пропищала и хотела направить на меня арбалет, но я на мгновение опередил её и бросил камни в эту безобразную морду. В результате я был уверен полностью, на пробитие защиты двух камней было вполне достаточно. Вывод такой был сделан потому, что сияние магического амулета у крысы было меньше даже, чем у первой, с которой я столкнулся.

Крыса от удара начала заваливаться, но в этот момент в моём направлении полетел болт. Она таки успела выстрелить в меня.

Не знаю, как меч оказался у меня в руке, но болт я отбил прямо перед своим лицом и, не успев перепугаться, сделал длинный перекат к противоположной стене.

С другой стороны на меня дыхнуло волной опасности, ярости, злости, страха и ненависти. Даже не оглядываясь, я по очереди запустил ещё два камня прямо в сосредоточие источника этих эмоций, окативших меня. А затем быстро повернулся в ту сторону, – там оседала очередная тушка крысы. Над ней возвышалась последняя фигура стрелка с уже направленным на меня оружием.

«Рыкун, давай!» – мысленно заорал я, делая длинный прыжок под уже выпущенный болт.

Мне была чётко видна его траектория полёта, хотя раньше что-то подобной подробной схемы во время происходящего боя у меня не было. Она дала определённое преимущество, и сейчас я знал, куда нужно мне попасть.

Не успел я пролететь и половины того расстояния, куда прыгнул, как раздался противный и всё раздирающий в моей душе рык Рыкуна. Хотя я и был мысленно готов к нему, но и меня он застал врасплох. Тварь же вообще замерла. И это погубило её.

Ещё в полёте развернув тело в её сторону, я запустил в неё два очередных камня.

«Последняя тварь готова».

И как только в моей голове прозвучали эти слова, я наконец понял, что же меня смущало с того самого момента, как произошло нападение.

– А я ещё удивлялся, почему это у меня не сработало то ускорение восприятия и времени, что было раньше, – пробормотал я.

А дело было в том, что оно-то как раз и сработало. Всё происходило и работало, как и должно происходить и работать. Только за одним маленьким исключением.

Оказывается, пользоваться подобным ускорением мог не только я один. И Лениавес, и крысы тоже им воспользовались. Не знаю, за счёт каких ресурсов, но они существовали в том же ритме, что и я. Только, как я и заметил ещё во время боя, были несколько медленнее меня.

«То-то мне показались странными звуки, издаваемые крысами, какими-то тянущимися и замедленными…» На самом деле они, видимо, разговаривали между собой, а для меня то, что они произносили, было как в замедленной съёмке.

Интересно, как же их речь должна звучать в обычном темпе? Какой-то непрекращающийся нераздельный писк, по-видимому.

И только сейчас до меня дошло, насколько опасные это противники, если любой из них настолько быстрее простого человека и наверняка гораздо сильнее.

Кстати, Рыкун тоже не подвёл меня в этом отношении, и для него, мне кажется, было нетрудно общаться со мной, но и он несколько задержался со своим победным рыком. А значит, и он несколько отставал от меня в ускорении. Но главное, он был способен ускоряться.

«Что же за существа населяют этот мир, если, куда ни плюнь, такие вот странные особи попадаются?» – задал я себе риторический вопрос.

Осмотрев поле боя и поняв, что дела ещё не закончены, подтолкнул себя для следующих действий.

«Сначала враги. Их нужно добить. Потом Ленивец, нужно посмотреть, что с ним и как я смогу ему помочь. А дальше сбор трофеев. Это война, и они нам могу пригодиться. А дальше нужно валить отсюда, и как можно скорее. Какое-то нездоровое шевеление я чувствую там, откуда мы пришли», – не дал себе расслабиться я.

Итак, приступаем.

Первое. Нужно добить тех, что без сознания.

Как какой-то автомат, я прошёлся у всех тел, в которых ещё теплилось присутствие жизни, и в каждое из них вонзил тёмный клинок. И тут заметил одну странность. После смертей клинок будто пополнял свою энергию и производил ещё какие-то манипуляции со своей внутренней энергетической структурой, но пока я не стал разбираться в них, а просто отметил сей необычный факт.

Закончив с этим делом, я даже не ощутил никакого дискомфорта, будто добивать врагов было привычным и нормальным для меня делом. Хотя я даже был немного рад, что не стал мандражировать и пускать сопли о доброте и милосердии. Не то время и не то место.

«Потом как-нибудь порассуждаю о них. А сейчас наверх, – дал я себе очередной пинок. – Там Ленивец загибается».

Подумав о том, что сейчас меч было удобнее бы носить за плечом, чтобы он не путался у меня в ногах, я почувствовал, как перевязь начала изменяться, и через мгновение прицепленный к поясу меч оказался у меня на спине. Его рукоять теперь торчала за моим правым плечом.

«Удобно», – решил я.

Ножны с мечом очень плотно прилегали к спине, при этом никак не стесняя движений и совершенно не ощущаясь.

«Хорошо», – удовлетворённо кивнул я и выбрался из оврага.

Я подбежал к телу моего друга. Чего уж юлить, я его стал воспринимать так практически сразу. Не знаю, почему это произошло, но было именно так.

«Видимо, его врождённая харизма», – усмехнулся я.

Но вообще дела у моего друга были не очень. Посмотрев на его тело, я понял, что если ничего не предпринять, то жить ему останется совсем недолго. Одна стрела пробила ему лёгкое, а вторая, по-моему, вообще вошла в сердце. Как он ещё был жив, я не понимал. При этом его энергетическая структура пыталась самостоятельно восстановить свою целостность, но из-за болтов, торчащих в его теле, у неё это не получалось.

«А стрелы-то с секретом», – разглядел я в них остаток какой-то энергетической структуры.

«Артефакт содержит структуру, совмещающую в себе ментальный модуль, разрушающий защитные поля, за счёт поглощения их энергии в локальной точке воздействия и паразитический ментальный модуль неизвестного назначения. На текущий момент второй модуль пытается закрепиться в заражённой структуре, но она пока успешно пресекает данные попытки. Однако собственные запасы энергии параллельно растрачиваются ею на восстановление своей целостности и в скором времени должны иссякнуть».

Посмотрев на подсвеченные интерфейсом участки энергетической или ментальной (не знаю, как правильно, всё ещё не определился с этим) внутренней структуры корнола, я увидел, что часть его энергии как раз и уходит из его тела через разрывы в его структуре, образованные попавшими в него арбалетными болтами. Одновременно мне стало отчётливо видно и как действует паразитическая структура стрел, пронзивших Ленивца. Они разведали только что образовавшиеся внутренние ментально-энергетические связи и при этом как бы закупоривали каналы энергии, на которых успевали закрепиться, при этом сами в свою очередь подпитываясь от них. Корнолу приходилось не соединять уже разорванные каналы в структуре, а создавать новые, на что тратилось и больше времени, и больше сил и энергии. К тому же новые каналы, видимо, из-за своей неустойчивой связи практически мгновенно разрывались и захватывались паразитической структурой.

Нужно было остановить распространение этой заразы, и как только корнол сможет восстановить своё ментальное тело, так и практически мгновенно излечит свою физическую оболочку. Было у меня такое стойкое убеждение. Ведь всё-таки он оборотень, хотя и несколько странноватый. Но в целом этой расе приписывают очень много необычных способностей. Например, такие, как небывалая живучесть и регенерация.

Как лечить подобные ранения, я не знал. Но у меня было одно универсальное средство, которое обещало излечить всё, включая и абсолютно неживые предметы.

Глядя на действие паразитического модуля, я начал догадываться, как должен действовать тот найденный мной артефакт – камень лечения. Он помогает восстановить ментальное тело и ускоряет физическую регенерацию больного или раненого за счёт воздействия на его энергетическую структуру. Теперь у меня появилась возможность проверить свою теорию и испробовать камень в деле, как это ни цинично звучит. Но когда-либо это сделать пришлось бы.

Поэтому, скинув так и находившийся всё время боя за спиной рюкзак – как-то тогда я совершенно забыл о нём, – я стал рыться в его отделениях, выискивая зелёный камень лечения. Заодно вытащил и пару лент из кожи змеи, и пару каких-то небольших тряпочек, видимо оставшихся от моей некогда футболки. Бинтов-то у меня не было, одежды, которую я мог разорвать на них, тоже. А кожа была очень эластичной и должна надёжнее любого бинта перетянуть раны. Ею я и хотел воспользоваться.

Но сначала камень.

Как назло, он оказался на самом дне одного из отделений рюкзака. Вытащив его, я припомнил ту краткую инструкцию, что мне была известна, и понял, что, кроме фразы «приложить к повреждённому месту», ничего нет.

Больше не раздумывая, я вдохнул-выдохнул и на счёт «три» выдернул болт, который пробил сердце корнола, и в тот же миг приложил к ране камень.

Также рывком я извлёк вторую стрелу и протёр рану одной из тряпиц – воды-то у меня не было, – и также приложил к ней другой зелёный камешек. А потом обе раны перетянул лентами из кожи змеи. Получилось вполне надёжно: ничего нигде не болталось и не пыталось выпасть или распуститься.

Посмотрев на дело своих рук в энергетическом плане, я с облегчением заметил, как начал распадаться паразитический модуль, внесённый в тело корнола попавшими в него болтами, и на освобождённых местах начинает прорастать тонкий канал ментальной энергии собственной внутренней структуры Ленивца.

«Ну вот, друг. Всё, что могу», – подбодрил я Ленивца.

Нужно было отсюда убираться, и поскорее. Но просто так уходить я не стал. Оставалось ещё одно дело. Полянка вокруг меня была усыпана трупами врагов, а это значит, пора собирать трофеи.

Ничего предосудительного против мародерства я не испытывал. Во-первых, это ценности. Во-вторых, в хозяйстве кулака пулемёт не помеха. А арбалеты нужно забрать в первую очередь. Да и всё остальное, что найду, тоже может представлять какую-то ценность. Ведь нужно мне начинать жить на какие-то средства в этом новом для меня мире. Да ещё и в Академии магии местной учиться. А судя по всему, там должно быть недёшево. Правда, до того счастливого момента нужно ещё дожить.

Подробно разбираться с трофеями я решил позднее, так как чувствовал, что время нас поджимает. И собирал лишь то, что светилось ментальной энергией и, на мой не слишком профессионально-мародёрский взгляд, могло представлять хоть какую-то практическую или материальную ценность. Правда, с учётом того, что ещё пару дней назад у меня вообще ничего не было, ценность для меня представляла практически любая вещь. На этой оптимистичной ноте я и отправился на сбор трофеев.

Первыми на очереди были крысы-стрелки. У них я собрал арбалеты и снаряды к ним. Кстати, они все сверкали внутренней энергией, как болты, так и само оружие. Болты делились на два типа: аналогичные тем, что попали в корнола, и другие, которые интерфейс определил как разрывные снаряды. По идее, от их попадания нас должно было разорвать на кусочки, это если я правильно понял и перевёл те данные, что сообщил мне Искатель.

Анализ структуры, заложенный в арбалеты, я оставил на потом, так как она была значительно сложнее той, что в болтах. Ко всему прочему арбалеты оказались складными и в сложенном состоянии напоминали крупный средневековый пистоль. Сложив, я их вместе с болтами убрал в одно из отделений своего рюкзака, полностью забив его.

У каждой крысы было также по довольно большому ножу-кинжалу без какой-либо магической начинки. Их я тоже закинул в рюкзак.

А дальше собрал все их ожерелья – какая-никакая магия в них прослеживалась, да и защитными свойствами эти амулеты обладали неплохими. В дополнение у самой последней крысы я нашёл какое-то магическое кольцо, прицепленное к тому же ожерелью, и грубый, по-моему, золотой браслет. Несколько звеньев в нём также отсвечивало энергией.

Еще у каждой из них на поясе висело нечто, напоминающее кошель, в котором было по нескольку небольших золотых, серебряных и, похоже, медных монеток с непонятным изображением. У одной были и какие-то мелкие камешки и костяшки.

Я забросил все эти находки к себе в рюкзак.

Что странно, ни у кого из них не было с собой никаких съестных припасов. Либо они собирались сюда ненадолго, либо их выдернули в очень спешном порядке и должны были обеспечить провизией уже здесь. Ну или ею они должны были обеспечить себя сами.

Потом я перешёл к тем крысам, что лежали у оврага. Это первая напавшая на меня и та, что так любезно презентовала мне своё оружие.

Здесь ситуация повторилась. Ножи, одно ожерелье и кошелёк с монетами. Ничего нового, кроме ещё одного меча, мне найти не удалось. Только этот был не в пример моему, намного более грубым изделием.

Дальше я спустился в овраг.

А вот тут мне повезло. Наконец я взял в руки ещё один меч, точную копию или близнеца того, что сейчас висел за моей спиной. Только в нём было одно ощутимое отличие. Он был изготовлен под другую руку.

«Вот и под правую клинок нашёлся», – понял я, повертев удобно лежащее в ладони оружие и, так же как и первый, пристраивая его у себя за спиной.

Осматривая тело этой крысы, я обнаружил перевязь с метательными кинжалами из такого же материала, что и меч, и пару дротиков, спрятанных во внутреннем кармане некоей жилетки, надетой на этого монстра. Она выглядела более экипированной, и поэтому я решил, что это командир этого небольшого крысиного отряда.

Эту перевязь я тоже прицепил к себе на грудь, разместив так, чтобы ножи были всегда под рукой. Дротики закрепил в рукавах тоненькими бечёвками.

А потом шёл стандартный набор: ожерелье, кошелёк и четвёрка простых колец и перстней. Один из перстней был явной печаткой, и было очевидно, что им раньше часто пользовались.

Вторая крыса в овраге и та, что была наверху, не порадовали меня ничем новым. Два меча, два кошелька, одно ожерелье.

А вот пара трупов, лежащая в лесу, которую уговорил корнол, оказалась вооружена странными костяными луками, так и сверкающими магической энергией. Луки были относительно небольшими, где-то порядка метра, но необычайно упругими и тугими.

«Лично мне, похоже, с ним без длительной подготовки не справиться», – решил я, натягивая один из них.

Здесь же лежало два туда со стрелами. Тулы был необычные, разделённые на несколько секций. Одна – под лук, а три – для разных типов стрел. Все отделения были заполнены. И все типы стрел у этих стрелков были оснащены магической начинкой.

Я с большим трудом разрядил луки и разложил стрелы по предназначенным для них отделениям. После чего закинул эти трофеи за плечи. И тут же моя перевязь очень удобно и комфортно расположила оба туда со стрелами у меня за спиной поверх ножен с мечами. А рюкзак каким-то необъяснимым образом оказался надет сверху.

Дальше было ещё два ножа, пара кошельков и очень странный камень, который, казалось, был переполнен энергией. К тому же он постоянно выплескивал её в окружающее пространство. При этом его внутреннее наполнение совершенно не уменьшалось.

«Переносной персональный малый источник неизвестного типа ментальной энергии. Излучает только определённый и единственный тип неизвестного вида энергии. Мощность неизвестна. Генерируемый объём энергии неизвестен. Рекомендую организовать сбор излишков энергии через универсальный приёмник ментальной энергии и перенаправить её в собственный накопитель оператора с дальнейшим автоматическим пополнением артефактов нейтральной переработанной оператором энергией, – доложил интерфейс и вывел несколько запросов: – Активировать ментальный модуль универсального приемника различных типов энергии?

Перевести работу этого модуля в постоянный фоновый режим?

Вплести структуру ментомодуля универсального приёмника в менто-информационное поле оператора?

Построить каналы до внутренних накопителей оператора?

Инициализировать способность пополнения внутреннего накопителя оператора из внешних источников?»

«Как всего много, – подумал я. – Ну, общая суть всех этих запросов понятна, кроме одного».

«Что за „универсальный приёмник ментальной энергии”?»

«Секретная разработка Центра исследований Содружества. Специализированный модуль. Производит поглощение любого типа энергии и преобразует её в наиболее родственную энергию для менто-информационного поля оператора или полевого агента. Работа модуля распространяется и на полностью антагонистичные менто-информационному полю оператора типы энергии. Преобразование производится за счёт неизбежных потерь на процесс перевода одного типа энергии в другой. КПД модуля составляет от шестидесяти до ста десяти процентов».

«Это как так, больше ста процентов?» – удивился я.

«Наиболее родственные типы энергии поглощаются с повышенным коэффициентом преобразования. Этот процесс является следствием эффекта микрогенерации энергий».

«Что за эффект?» – уточнил я.

«Нет ответа»,

– сообщил Искатель.

Вообще-то суть предложений ментоинтерфейса была понятна. Нечего разбазаривать дармовую энергию, когда под боком есть её источник. Только тип генерируемой энергии не подходит для прямого поглощения через моё менто-информационное поле. Как результат, мне предложили воспользоваться каким-то хитрым модулем, который должен эту энергию преобразовать в родственный мне тип, и тогда я смогу поглотить её и направить в собственный накопитель, а затем смогу заряжать и опустошённые артефакты.

По сути, идея была неплохая и полезная. А потому я, естественно, согласился на её реализацию.

И практически мгновенно пожалел об этом, – ничему меня жизнь не учит.

Меня опять вырубило.

Не знаю, что происходило во мне самом в это время, единственное, что я помню, – это постоянное сверкание и мельтешение цветовых полей вокруг меня.

Однако времени прошло буквально пара минут. Поэтому я не стал особо расстраиваться. Ничего плохого и особо ужасного за это время произойти не успело. Но заметочку себе в памяти я поставил.

«Нужно что-то с этим вопросом решать».

Зато результаты увидел мгновенно, только посмотрев в направлении камня, всё так же зажатого в моей руке. Генерируемая им энергия, ранее растворявшаяся в воздухе и растекавшаяся по пространству вокруг нас, сейчас несколькими тоненькими ручейками соединялась с моей ментальной структурой и по выстроенным в ней каналам проходила в направлении того сияющего белого шара внутри моей груди.

Однако теперь это был не просто сияющий яркий шар. Сейчас его окружал некий тонкий слой энергетического поля, которое и являлось, видимо, тем модулем универсального приёмника ментальной энергии, о котором сообщил мне интерфейс. Такой вывод напрашивался сам, если заметить то действие, что оказывал модуль на поступающую к нему ментальную энергию.

При прохождении энергии через данный модуль поток на пару мгновений замирал, и уже на выходе я видел так знакомый мне белый переработанный поток энергии, аналогичный тому, что генерирует уже мой внутренний источник энергии, но сейчас данная энергия направлена не наружу, а внутрь его. И поступало её туда значительно меньше того объёма, что приходил на сам модуль приёмника. Это подтвердило и сообщение от ментоинтерфейса:

«Активация и настройка ментального модуля универсального приёмника энергии завершена. КПД преобразования данного типа энергии в её оптимальный вид составляет сорок шесть процентов».

«И это неплохо, – решил я. – А то приходилось бы постоянно подзаряжаться от энергетических линий самостоятельно».

Но только я подумал об этом, как заметил небольшой ручеек энергии, идущий не от камня, а откуда-то со стороны, который тоже поступал на приёмник. Посмотрев в направлении источника ручейка, я заметил, что берёт он своё начало в одной из тёмно-бурых энергетических линий, идущих где-то в паре десятков шагов от края поляны.

«Полезное качество. Это я смогу удалённо подпитываться энергией от любого близлежащего канала, ориентируясь только на коэффициент преобразования. Интересно, а процессом управлять можно?» – задал я вполне очевидный вопрос. На который практически мгновенно получил ответ:

«Доступна функция мысленного подключения и отключения внешних и внутренних источников энергии. Работа возможна в двух режимах: массовое автоматическое подключение/отключение всех доступных источников; ручное индивидуальное подключение/отключение выбранного генерирующего источника. В ручном режиме также возможен сбор свободной энергии.

– Не дожидаясь моего вопроса, что это такое, Искатель продолжил:

– К свободному виду энергии относятся энергетические скопления, отделённые от генерирующего источника. Это потери энергии неизбежные при использовании сильных ментальных модулей. Это виртуальный объём энергии, залитый для поддержания работы и активации ментального модуля. Это слабые меняльные сущности, не способные справиться с поглощающим воздействием модуля. Это и некоторые другие автономные энергетические образования. Обязательным условием является наличие канала или точки приложения сил, для подключения к энергетической структуре являющейся внешним источником энергии».

В общем-то всё достаточно понятно. Могу собирать всю энергию, которую найду, и в любом виде, главное, чтобы была возможность подключения к каналу, по которому она проходит.

Решив, что с этим разобрался достаточно плотно, я положил камень в один из внутренних карманов плаща, чтобы он энергетически не фонил наружу, выдавая моё местоположение, и ещё раз оглядел два крысиных трупа.

Больше ничего интересного ни у кого из нападавших не было. Поэтому я вернулся на поляну, собираясь уходить. Но, посмотрев на лежащего корнола, понял, что чуть не забыл о его вещах.

Подойдя к нему, я подобрал выпавший из его рук лук и стянул с Ленивца тул со стрелами. Их я тоже повесил на себя. А остальные его вещи сложил в свой рюкзак.

«Теперь вроде все», – подумал я.

Но тут вспомнил о своих разбросанных по поляне снарядах. И сделал ещё один небольшой круг. Найти их оказалось несложно. Некоторые камни всё ещё светились наполнявшей их энергией, а другие можно было обнаружить только по остаточному ментальному следу. Энергии в них уже не было.

Полностью опустошёнными оказались камни, которые я первыми бросал в защищённых энергетическим (магическим) коконом или полем крысотварей и которые попадали в щит первыми. Практически пустыми были агаты, что пробивали щит. И совсем незаметную потерю энергии можно было обнаружить в камнях, которые попадали в незащищённых магией крыс.

Получалось, что процесс разрушения щита требовал энергии чуть меньше, чем аккумулировали в себе два камня. Как я и посчитал ещё во время боя.

«Приятно осознавать, что некоторые мои выводы подтверждаются, – пришла ко мне несколько самодовольная мысль, но быстро забылась, когда я посмотрел на разбросанные вокруг меня трупы. – Интересно, а в каком виде происходит высвобождение энергии? – задал я себе вопрос, вроде во время соприкосновения поля и камня я ничего не видел. – Но это не так важно, разберусь позже», – решил я.

И ещё раз осмотрев место нашей стычки, не заметил ничего нового или интересного.

Когда я собирался вновь подойти к Ленивцу, то опять почувствовал странное чувство голода и ненависти, идущее откуда-то со стороны портала.

«Похоже, к нам идёт кто-то очень большой и опасный, – прикинул я, оценив мощность испытываемых кем-то эмоций и чувств. – Тогда топаем отсюда», – дал я себе очередной посыл к действию.

Подойдя к лежащему на коре корнолу, я увидел, что его структура уже практически восстановлена. Прикинув его вес и поняв, что долго его нести будет проблематично, я залез в свой рюкзак и вытащил оттуда пару перьев, облегчающих вес предметов.

После того как я изъял эти два пёрышка, вес рюкзака практически не изменился, но, вот засунув перья за пазуху Ленивцу, заметил, что он стал гораздо легче. Поэтому, подняв его на руки и позвав Рыкуна, двинулся к краю леса и, соответственно, ветви дерева.

По дороге передо мной встала ещё одна дилемма.

«Как спуститься с такой ношей на руках?» – бредя, думал я.

Хотя корнол и стал легче практически в два раза, но, как оказалось, этот небольшой и щуплый с виду индивид весил никак не меньше восьмидесяти килограммов, что совершенно не укладывалось у меня в голове. Поэтому, даже облегчённого артефактами, нести его оказалось немного сложнее, чем я ожидал. Но пока это не вызывало у меня особых неудобств. Правда, я уже сейчас мог предположить, как буду чувствовать себя примерно через час-полтора, и это меня не слишком радовало.

«А ещё нам предстоял спуск. Вроде я об этом уже упоминал», – подумал я, но проблема менее острой от этого не стала. И как с ней быть, решения у меня пока не было.

Лианы и край ветви, где они росли, были от меня уже в паре сотен шагов, когда я припомнил один способ, который видел как-то в кино. Не знаю, насколько он действенный и вообще практически применимый, но другого варианта мне в голову до сих пор не пришло. Правда, так переносили детей, но по росту корнол был чуть выше четырнадцати-летнего подростка, так что, думаю, способ должен был подойти и для него.

Взяв лиану, а точнее, тот змеиный стебель, который нашёл, я обвязал руки и ноги корнола, пропустив свою самодельную верёвку так, что у меня получилось две лямки, концами идущие от его плеч, охватывающие ноги в районе бедра и фиксирующиеся у него на груди. Можно было сделать фиксацию и на спине, но там были раны, поэтому я этого делать не стал, так как не знал, как это скажется на его здоровье и ранениях.

Лиана оказалась очень удобной в этом отношении. Она закреплялась только от прикосновения и мысленной команды, не затягивала узлы. И вообще у меня сложилось впечатление, что она действительно живая. При этом никакого разума в ней я ощутить не мог. Только некое подобие инстинктов и эмоций.

«Лениавес был прав, когда говорил о ней как о псевдоживом существе. Стебель такой и есть», – порадовался я, закрепляя очередную петлю на ноге корнола.

Осмотрев получившуюся конструкцию, я остался доволен, она была даже лучше, чем я ожидал. Передо мной сейчас находился такой своеобразный походный короб в виде живого корнола, которой я мог надеть себе на спину.

Пристроив его туда, я закрепил его руки у себя на плечах, а ноги постарался прижать так, чтобы они не болтались и не мешали ходьбе. Повертевшись на месте и сделав пару шагов, я понял, что лучшего добиться не смогу. Поэтому поверх корнола я надел свой собственный рюкзак с пожитками и ещё раз пошевелился, помахал руками и сделал небольшой круг почёта.

Двигаться было, конечно, не очень комфортно, но гораздо удобнее и легче, чем нести его на руках, а уж спускаться вниз будет точно сподручнее.

Решив, что с проблемой переноса своего друга справился наилучшим сейчас образом, я направился дальше. Пора было начинать спуск.

* * *

– И как он хотел спуститься туда? – пробормотал я, глядя в тёмную бездну у моих ног и иногда переводя взгляд на лежащего в паре шагов от меня бессознательного корнола.

Не знаю, что думал корнол о спуске в город с ветви дерева по растущим здесь лианам, но мне кажется, он мог ошибаться.

Вернее, не так. Он должен был ошибаться.

Эти лианы оказались вовсе не лианами. Издалека они и походили на толстые, примерно диаметром равные обычной сосне, вьющиеся растения. Но когда я подошёл к ним достаточно близко, чтобы оценить их реальные размеры, то оторопел. Я понял, насколько ошибался насчёт их толщины.

Передо мной находились гигантские, толщиной с вековой дуб, абсолютно гладкие столбы. Один конец этих живых вьюнов-исполинов был затерян в сером клубящемся мареве того загадочного нечто, что царствовало внизу. Другой стремился ввысь, терявшись в возвышающейся надо мной тёмно-зелёной кроне дерева. Два океана окружавшей меня бездны. Но главное, проходили эти лианы от края дерева никак не меньше чем в трёх-трёх с половиной метрах.

«И что мне делать», – кинув очередную ветку в то марево, что клубилось внизу, задумался я.

Что выход есть, я понял сразу, но он мне очень сильно не нравился. Правда, ничего другого я придумать не мог.

Однако мне и тут не дали особо рассусоливать. Со спины повеяло явной угрозой, не немедленной, конечно, но я чувствовал, что времени осталось у меня не так много. Поэтому, вздохнув, я приступил к безумному плану.

Вообще наше телевидение с его зрелищными моментами, оказывается, является огромным подспорьем в плане бредовых идей.

На вид лианы были слишком гладкими, чтобы была хоть какая-то возможность спуститься по ним, и поэтому мне необходимо было как-то закрепляться на них при спуске.

Подойдя к ближайшему листодереву, я вытащил один из трофейных ножей, найденных у крысотварей, ну или кто они там на самом деле, и ободрал с него несколько широких лент волокнистой коры, которые вполне могли заменить четвёрку мотков прочной верёвки.

Идея состояла в том, чтобы сделать некий вариант смеси ледоступов и кошек. И в качестве когтей я решил использовать трофейные ножи крыс. В том, что у меня получится, хоть и с трудом, вбивать их в поверхность лианы, я был уверен. Интуиция подсказывала, что я с этим справлюсь. Но вот каким образом закрепить ножи, я придумать не мог.

Два я собирался держать в руках, один оставить про запас и повесить на пояс. И по три примотать той верёвкой, что у меня получилась из волокон дерева, к подошве моих ботинок. Идеально было бы прикрепить ножи лезвием перпендикулярно подошве, так и в лиану не такое уж тонкое лезвие должно входить гораздо свободнее, ведь будет не перерезать волокна, а проходить между ними. Да и прочность в этом случае всей конструкции должна возрасти. Ведь мой с Ленивцем общий вес составлял сейчас никак не меньше полутора сотен килограммов, а с учётом скарба у меня за плечами и того больше.

Порезать или повредить ноги ножами я не опасался. Первое, что я проверил, – это сможет ли нож прорезать ботинки. И только убедившись в том, что он даже не оцарапал кожу, приступил к дальнейшему действию. Стал приматывать их к своей обуви.

Но как я и предполагал, в таком положении ножи не фиксировались, всё время норовя соскользнуть на свою более широкую сторону.

Я уже отчаялся что-то придумать, когда заметил небольшую, но толстую ветку кустарника. Быстренько настругав из неё по четыре дощечки на каждую ногу, я расположил между рукоятками ножей фиксирующие их положение перегородки и только после этого затянул и закрепил получившиеся когти кошки верёвками.

Немного поковыляв по поверхности дерева, я понял, что ходить и бегать с этой конструкцией на ногах будет не очень удобно, а вот карабкаться вверх или спускаться вниз она должна помогать очень неплохо.

Но оставался ещё один вопрос: «А как мне оказаться на ближайшей лиане?»

И вот тут-то выступали вперёд кадры из различных наших отечественных и зарубежных экстремальных боевиков и фильмов.

«Придётся прыгать».

И я представил себя парящим над бесконечной пропастью, уходящей в бездну, с размахнувшимися и разведёнными в сторону руками и ногами. С зажатыми в руках и прикреплёнными к ногам длинными и крепкими ножами. Изогнутым назад для нанесения максимально сильного удара телом. Как моё тело освещает последний лучик заходящего солнца. И как надо всем этим виднеется моё оскаленное лицо с гримасой неимоверного разочарования и немым вопросом в глазах: «Как же это я не допрыгнул? Ведь в кино всё так красиво и просто, а тут…»

И сразу следующим за ним кадр: «Да сколько же мне лететь?»

И последняя мысль: «Какая красивая получилась из меня лепёшка!»

Но, несмотря на всё безумие этой затеи, другого варианта перебраться туда я не видел.

По идее, ничего сложного не было. Перепрыгнуть три метра не составляет большого труда. По крайней мере, раньше для меня не составляло. Вроде я прыгал и дальше.

«В школе, – про себя добавил я, – и с разбега».

Вот именно: это было очень давно и, можно сказать, не правда.

Но тут дополнительно выступала пара обстоятельств, ещё больше ограничивающая мои возможности. Во-первых, это мой невольный пассажир. Во-вторых, наше движимое имущество, сейчас притороченное к моей спине. Ну и последнее и, может, самое главное: бегать в той конструкции, что сейчас была приделана к моим ногам, я в принципе не мог. Так сказать, когти мешались, цеплялись за землю.

Поэтому вариант был один – прыгать с места.

А вот с места, я не уверен, что смогу допрыгнуть до лиан даже без Лениавеса за плечами. Но так как оставлять его я тут не собирался, то нужна была идея.

И она у меня появилась, правда, была не менее бредовая.

Магии или ментальным модулям я всё ещё подспудно не доверял. Именно поэтому во время боя с крысами не воспользовался ни одной из уже изученных ментоструктур. Хотя они значительно бы облегчили мне жизнь. Но я пока оставался сугубо технократичный человек. И для того чтобы поверил в их реальность, мне нужна была некоторая практика. И это несмотря на то, что некоторые из новых своих способностей или возможностей я невольно использовал практически с момента своего появления здесь. Поэтому поверить в магию я ещё мог, но в её реальное применение и использование моё сознание отказывалось верить.

«Нужно практиковаться», – пнул я себя в нужном направлении.

Иначе такой огромный в применении практико-теоретический пласт знаний лежит практически без дела.

И вот это «пнул» и ранее прозвучавшее «парить» натолкнуло меня на мысль.

«Мне нужно ускорение или умение парить в воздухе. Про умение летать я и не говорю, хотя, может, есть что-то подобное».

И дал задание интерфейсу разыскать все ментомодули, соответствующие данным параметрам. Ускорение, умение парить или умение летать.

Через пару минут у меня был необходимый результат.

«Ментальный удар, идеально подходит для задания необходимого направления движения и ускорения объектов. Для задания собственного ускорения точку приложения сил необходимо перенести на самого оператора. Побочные эффекты при нестандартном использовании: повышенный уровень физического воздействия. Данный модуль уже изучен оператором. Рекомендация к использованию: дополнительно с применением данного модуля применять и какой-либо защитный модуль (оператором изучен и активирован ментальный модуль защитного поля второго уровня). Вывод: данный модуль рекомендован к использованию оператором в нестандартном применении».

«Это хорошо, – ответил я, – но ты, как мне показалось, говорил о нескольких оптимальных с твоей точки зрения модулях».

«Верно. Вторым модулем является упрощённый вариант понижающего вес модуля „Малый антиграв”. Очень простая к изучению и реализации структура ментомодуля, обеспечивающая уменьшение общего веса попавших в его поле действия объектов на восемнадцать процентов. Установка точки приложения сил на оператора делает его центром сферы действия данного модуля.

И последний, наиболее перспективный к изучению ментомодуль – „Прыжок”. Обеспечение локальной телепортации в пределах сил воздействия оператора (обычно не превышает поля зрения ментооператора и видимой границы окружающего пространства). Для облегчения и упрощения структуры модуля и увеличения скорости его активации и работы из него были убраны все защитные механизмы. Рекомендация к использованию: применять только в зоне чёткой видимости».

«Ну ничего себе! – подумал я, но потом вспомнил: – Постой, в том плане, что ты мне показывал, говорилось, что необходимо найти или разработать структуру модуля для телепортации в точку, откуда я сюда попал. А оказывается, модуль телепортации тебе известен?»

«Структура ментального модуля межмирового портала принципиально отличается от структуры модуля локальной телепортации».

«Почему?»

«В основу работы локальной телепортации заложена теория локального прокола пространства за счёт объединения двух точек пространства. В основе работы инвертированной портальной арки используются законы неевклидового пространственного сопряжения нескольких слоёв реальности».

Искатель замолчал. И на мой вопрос: «А что это?» – не выдал никаких пояснений.

В общем, суть его ответа я для себя примерно интерпретировал так: «Не лезь со своими глупыми вопросами, сказано же, что это разные ментомодули. Вот и поверь на слово. А если нужна теория, то вот её начало, больше, если не пропало желание, узнавай сам».

Но вообще-то всё это было весьма полезно и, главное, могло оказаться очень необходимо мне если не сейчас, то уж наверняка я бы нашёл этому применение в будущем.

Поэтому я уже готов был согласиться на инсталляцию модулей, когда кое о чём вспомнил и, наученный некоторым не слишком приятным опытом, уточнил:

«Процесс обучения потребует моего бессознательного состояния или я могу бодрствовать? И потребуется ли поеле него длительное восстановление организма и его функций?»

«Изучение модуля „Малый антиграв” возможно во время активной фазы функционирования оператора. Процесс изучения и первичной активации ментомодуля потребует от одного до пяти процентов объёма ментальной энергии внутреннего накопителя. Восстановительный период не потребуется. Предположительная длительность процесса обучения составит от пяти до семи минут».

Я прикинул, спросил свою интуицию и понял, что это время у меня ещё есть.

«Уже хорошо, – согласился я. – Тогда приступай к его изучению. Следующий модуль?»

«Проведение изучения ментомодуля локальной телепортации невозможно в период активного функционирования оператора. Причина: перестроение менто-информационного поля под оптимальное размещение данного модуля в его структуре. Оптимизация ментоструктуры оператора в связи с подключением дополнительного ментомодуля. Подключение постоянного канала передачи энергии от внутреннего накопителя оператора для поддержания работоспособности данного модуля. Подключение дополнительной функции управления ментомодулем „Прыжок” и другими телепортационными аномалиями. Активация узкоспециализированной способности поиска телепортационных аномалий, таких как существующие чревоточины, микрополя и проколы реальности с пониженной напряжённостью пространства, естественные порталы, активные, запечатанные и действующие портальные арки. Установка ментального модуля сканирования и анализатора телепортационных аномалий и портальных арок для получения их точных параметров. Активация интерфейса расчёта по напряжённости портального поля аномалии и её параметрам точки выхода из портала. Модуль определения степени воздействия телепортационной аномалии на оператора. Теория телепортации находится на стадии тестирования. Примерная длительность полного цикла процесса активации и инсталляции всех необходимых ментомодулей и гипнопрограмм составляет от четырёх до семи часов. Энергетическое истощение внутреннего накопителя оператора составит не более семидесяти процентов объёма накопленной энергии. Восстановительный период составит двенадцать часов».

Искатель закончил своё изложение. Большая часть сказанного мне была понятна, но некоторые вещи требовали уточнения.

«Для чего необходимо подключить столько дополнительных модулей и активировать сторонние способности?» – спросил я.

К общей сути их предназначения у меня вопросов не было, но для чего их подключать именно сейчас, я не понимал.

«Поиск телепортационных аномалий необходим для снижения затрат на создание локальных или межмировых порталов, сканер телепортационных аномалий необходим для расчёта точки привязки портала, модуль управления необходим для работы как с созданными локально телепортационными каналами, так и с управлением уже существующими телепортационными аномалиями. Модуль определения степени воздействия телепортационных аномалий необходим для установки уровня безопасности портального поля для жизнедеятельности и функционирования оператора»,

– достаточно подробно отчитался ментоинтерфейс.

«Понятно. – У меня действительно не осталось вопросов на этот счёт. – Поставь изучение данного модуля и всех сопутствующих ему компонент в первоочередной список задач и запланируй его запуск на ближайшую фазу отдыха», – поручил я Искателю, начиная уже общаться с ним на его языке.

«Фаза отдыха. Надо же, сказал бы просто – сон, так нет же…» – поворчал немного я.

«Выполнено»,

– доложил ментоинтерфейс.

«Хорошо. Но что мы имеем в итоге? Ведь всё это я запланировал только с одной целью – попасть на лианы».

Получалось, что сейчас у меня уже этот шанс есть, и неплохой. Осталось дождаться изучения модуля «Малый антиграв» и дуть отсюда в город. А то что-то у меня больно плохие предчувствия. Кажется мне, что в этот раз интуиция немного ошиблась и нет у меня пяти минут.

Не став терять время, я упаковался, взвалив на себя бессознательное тело корнола, наши вещи и трофейное имущество. Проверил, что мой маленький товарищ спокойно устроился в рюкзаке и давно спит.

А дальше начались эксперименты.

Создание структуры ментального модуля было реализовано достаточно просто. Требовалось только подумать о ней, как Искатель у меня в сознании выстраивал её объёмную трёхмерную динамическую модель. Если требовалось внести в неё какие-то изменения, они мгновенно отображались на полученной модели. Плюс дополнительно была возможность смоделировать процесс действия полученного или ранее существующего модуля.

Построение модели основывалось на выстраивании неких руноподобных иероглифов, выполняющих различные функции, в единый модуль за счёт объединения их в общую структуру взаимосвязанными каналами передачи энергии от одного рунного знака, являющегося узловой или промежуточной точкой фиксации или закрепления структуры модуля, к другому.

Кстати, руны, которые были у Лениавеса, имели примерно тот же внешний вид и некоторую определённую схожесть с теми, что были и в базе данных модулей, уже хранящихся в ментоинтерфейсе. Заметив это небольшое сходство, я попросил интерфейс вывести весь список рун с их описанием.

Рунный алфавит Искатель составить смог на основе уже собранной базы знаний. Но с описанием возникли проблемы. Их у него не было, и он мог только с определённой долей вероятности подобрать под каждую из рун описание её действий. В этом немного помогли те руны, которые мне удалось узнать и распознать, когда я наблюдал за действиями корнола. Но там, как ни странно, описания рун мне удалось получить каким-то иным образом, похоже никак не связанным с работой ментоинтерфейса.

«Интересно, откуда они были?»

Однако о рунах, выделенных Искателем, я ничего не мог сказать, только какие-то смутные догадки. Складывалось впечатление, что они очень сильно искажены и заметно отличаются от какого-то эталонного оригинала.

Руны же, что были использованы корнолом в его заклинаниях, не те, конечно, изображения которых я видел на внешней поверхности его костяшек, а их внутреннее содержание, были более близки к этому идеальному варианту их исполнения. И видимо, поэтому я смог откуда-то вытащить их примерное описание. По крайней мере, так мне говорила моя интуиция.

Проанализировав этот новый для меня аспект, я перешёл к разбору работы и использования непосредственно самих готовых ментомодулей. И тут меня ждал ещё один сюрприз.

Оказывается, для меня они делились на два типа. Модули постоянного действия и временные ментомодули.

Ментомодули постоянного действия интерфейс навсегда встраивал в моё менто-информационное поле. Мне не требовалось тратить усилий на их воспроизведение и создание их ментальной структуры. Она уже была готова. Даже восполнение их ментальной энергией происходило в автоматическом режиме. Мне оставалось только активировать их в нужный момент. А некоторые даже не требовали специальной активации, а функционировали всегда в фоновом режиме. Как, например, защитный ментомодуль «Защитный кокон» или модуль «Ментальный удар», который тоже оказался постоянным. К ним же, по идее, должен будет приписываться и добавленный в планы на изучение ментомодуль «Прыжок».

Остальные же ментомодули требовалось воссоздать в своём сознании, построив их в некую модель, провести их наполнение энергией, как бы материализуя их виртуальную структуру, и только потом проводить их активацию. К таким модулям относились «Термический удар», «Огненный шар» или «Огонь путешественника» и изучаемый сейчас «Малый антиграв».

Поняв это различие и прикинув основные принципы работы с ментомодулями, на которые раньше не обращал внимания, я понял, что, по идее, уже сейчас смог бы самостоятельно создать копии тех костяных рун, что были у корнола. Правда, зачем мне это нужно, если все те же операции, что требовались ему для работы с заклинаниями, я мог провести виртуально в своём сознании при помощи ментоинтерфейса и его искусственно созданной среды моделирования.

«Хотя нет, – понял я, – составлять ментомодули из реальных рун тоже нужно уметь».

Я так понимаю, именно таким образом создаются различные амулеты. Да и первичное построение уже известных местным магам заклинаний требует построения именно с помощью их рунной азбуки. И только когда ментомодуль будет готов и интерфейс его скопирует к себе в базу, я смогу воспроизвести его самостоятельно. А свои модули я могу создавать и в среде моделирования, запущенной Искателем, там их можно и оттестировать с определённой долей погрешности, которая, кстати, будет уменьшаться с количеством проведённых удачных и неудачных виртуальных экспериментов.

Поняв, что пришедшие мне в голову мысли открывают огромный простор для будущей деятельности, я решил всё-таки пока вернуться к насущным проблемам.

Я воспроизвёл в сознании и активировал структуру «Ментальный удар». Несколько раз сформировал её в голове, проверил идентичность полученного ментомодуля с тем, что был прошит в моём информационном поле, убедился в их полной идентичности и только после этого в первый раз воспроизвёл вживую, наполнив небольшой порцией энергии.

Переборщить я не боялся. Ментоинтерфейс следил за каналом энергии, подключённым к структуре ментомодуля. И отрубил его, как только она была заполнена до нужного для эксперимента уровня.

Оставалось только активировать её.

Первая подброшенная усилием мысли ветка меня впечатлила. Дальше я ещё пару десятков раз поигрался с этими своими возможностями, а потом постарался воспроизвести ту степень воздействия, которую хотел использовать во время прыжка.

Но когда я увидел вырванное из коры и улетевшее от моего удара метров на двадцать листодерево, я понял, что всё же немного переборщил с поступлением энергии в ментомодуль.

После недолгих экспериментов я опытным путём вычислил тот объём энергии, который придавал достаточное ускорение и позволял мне не расплющиться о лиану или не переломать мне все кости ещё в полёте.

Разобравшись с этим модулем и доведя его использование и исполнение до уверенного автоматизма, я переключился на следующий ментомодуль.

Его изучение только что завершилось.

«Малый антиграв» пошёл у меня легче, чем «Ментальный удар». Видимо, сказались мои первые попытки работать с ментальными структурами. Здесь я уже более уверенно строил структуру у себя в сознании и производил её наполнение ментальной энергией. Поэтому свой уменьшившийся вес я почувствовал уже пару минут назад.

Ну что ж, ждать больше не имело смысла. Всё было заготовлено и продумано.

Аккуратно подковыляв к краю ветви, за которым уже начинался крутой спуск вниз, я постоял пару минут, собираясь с духом. А потом, вспомнив слова нашего первого космонавта, скомандовал себе:

– Поехали.

И, максимально сильно оттолкнувшись, прыгнул вперёд.

В это же мгновение сработал заранее заготовленный мной модуль ментального удара с чётко выверенной и залитой в него порцией энергии.

«Я летяга», – было моей последней мыслью, прежде чем я с силой вогнал кинжалы в упругий стебель лианы.

«У меня получилось», – понял я.

Ну что ж. Нечего тут задерживаться. А то я как на открытой ладони.

И я ополз лиану и приготовился к спуску по противоположной от ветви стороне.

«Вот и начался мой долгий спуск вниз», – подумал я, воткнув один из кинжалов в поверхность лианы где-то в районе своего пояса, а потом вслед за ним освобождая копи кошки на ноге и втыкая их на пару десятков сантиметров ниже.

Как только тело странного безумца, летающего над пропастью, скрылось с глаз и уползло куда-то вдаль на другую сторону лианы, на поляне наступило странное затишье.

С неё совершенно не было заметно этого странного хумана, непонятно зачем оказавшегося здесь.

Но именно в это мгновение из-под сени деревьев, окружающих небольшую полянку и овраг в её центре, вышел странный отряд.

На крысотварей, первыми оказавшихся на этой поляне, эти воины совершенно не походили, но веяло от них какой-то странной и непонятной общностью с теми предыдущими тварями.

Эти существа, похожие на очень худых и очень высоких лысых хуманов, сейчас рассредоточились по поляне и рассматривали оставшиеся на ней следы.

– Что скажешь, Pox? – спросил, видимо, главарь стоящего на том берегу оврага отряда странных незнакомцев.

– Был бой, недавно. Не прошло и часа. Командир и ещё один человек выжили, хотя постойте. – И следопыт прошёлся по поляне ещё раз. – Их всего двое, и второй, похоже, ранен. Его несут на руках. Они не могли скрыться или уйти куда-то далеко.

– Нужно обыскать здесь всё, – отдал ему приказ командир.

– Понятно, выполняю. – И Рох убежал исполнять приказ своего босса.

Глава же этого небольшого отряда обратился к своему штатному, правда, не очень хорошему магу, стоящему от него в паре метров.

– Есть идеи? – спросил он у своего подчинённого.

– Вы ничего не найдете здесь, – сразу ответил тот.

– Почему ты так решил? – удивлённо уточнил у своего мага командир.

Тот никогда не выделялся особыми способностями, как магическими, так и умственными. В отряде он был лишь потому, что, как ни прискорбно это было признавать, он был его сыном.

Но на этот раз сын удивил его.

– А задумайся над тем, почему он шёл именно сюда? Ведь у него была прекрасная возможность свалить практически одновременно в несколько направлений, но он выбрал именно это, даже в обход логике и здравому смыслу. Ведь это тупик, – всё ещё не ответил ему этот прощелыга.

– Здесь ему что-то нужно, – догадался главарь, – но что?

«Может, у него ещё есть шанс?»

Уже с задумчивым видом главарь сначала посмотрел на своего сына-мага, а потом и вокруг.

– Посмотри туда. – И маг ткнул зажатым в кулаке посохом в направлении спускавшихся с верхних веток лиан. – Он там, – добавил через пару секунд его сын, – на краю ветви заметны ещё остаточные следы применения каких-то заклинаний. И, судя по всему, пока они всё ещё есть, то был он тут совсем недавно. Не больше часа. Иначе мы бы ничего не нашли. Он ушёл в развалины внизу.

То, что этот незнакомец сможет добраться туда, маг почему-то не сомневался.

– Понятно. – Командир кивнул на слова своего мага и уже хотел отдать какой-то приказ, как его отвлёк шорох за спиной.

– Босс, Реги прав. Он там. Только я не знал, как он попал на лианы. Слишком большой груз он несёт. Но если там была магия, то, может, это и решило бы некоторые его вопросы.

Обернувшись, командир увидел, что к нему вернулся Рох, но пришёл он не с той стороны, куда ушёл всего несколько минут назад.

– И знаешь, что странно, – сказал их лучший следопыт, – такое впечатление, что он ушёл куда-то вниз, просто спрыгнув с ветви, – и стал ожидать, что ответит ему командир их отряда.

– Возвращаемся, – принял решение тот. – То, что случилось с шайкой Рваного, мы выяснили. Вон все их трупы валяются. И знаем, где скрылся тот, кто всё это сделал. А вот преследовать его у меня нет никакого желания. Нам с ним не справиться. У Рваного была одна из самых сильных команд.

И командир, развернувшись, направился назад.

– Но, отец, а как же тот? – И маг показал рукой куда-то вниз.

– У него нет шансов. Кто-то из тех двоих нужен повелителю. А значит, в развалинах им не скрыться. За ними придут. Не сейчас, но скоро.

И, не останавливаясь, направился к недавно открывшемуся порталу.

На самом деле он знал об истинной причине, по которой завертелась вся эта карусель. И понимал, беглецам не уйти.

На кону стояло бессмертие.

И тот, кто поможет его получить, станет вечным фаворитом повелителя. А вот этого нельзя было упускать уже ему. И он этого делать не собирался.

«Бегите-бегите. Мы ещё встретимся», – подумал ларракт, младший демон и страж портала.

Константин Муравьёв
Город древних

Глава 1

Один из нижних планов реальности. Планета Аррах. Анклав Нураз. Дворец лорда-повелителя Нураза. Большой зал

– Повелитель, – очень тихо обратился младший демон-советник к лорду-повелителю Нуразу, боясь потревожить его одиночество и одновременно понимая, что, не передав полученные известия, он рискует не только своей жизнью, но и душой.

Лорд славился своей жестокостью и бессердечием и карал за любую, даже малейшую провинность.

Хотя чему удивляться, его подданные в этом не слишком отличались от своего повелителя. В том числе и демон, пришедший потревожить лорда Нураза.

«Как же всё плохо», – думал мелкий демон-чиновник.

– Повелитель, – ещё более тихо повторил он, сжавшись в маленький комок страха и гнили, которым, по сути, и являлся.

Это там, за стенами замка, мелкий демон мог пыжиться и вытирать ноги обо всех встречных, но на самом деле ему было известно, какое место отводил для него и ему подобным лорд. Выгребная яма – это тот максимум, на который они могли рассчитывать. Такие, как он, для повелителя были никем, исчезнут – и никто этого не заметит и горевать особо не будет, их места сразу же постараются занять сотни других.

«Тля» – так говорил о них лорд-повелитель своим приближённым вассалам, и сами младшие это знали, но всё равно не могли удержаться. Даже такая близость к лорду и его престолу давала свои преимущества. Ведь это власть, хоть маленькая, крошечная, но частичка власти, и они почти безнаказанно могли там, снаружи, за стенами замка, угнетать, оскорблять, насиловать и унижать тех, кому не так повезло в жизни, тех, кто оказался на ступеньку-две ниже их.

Особенно он ненавидел касту воинов, и ещё большую ненависть вызывали у него надменные маги.

Воины. Сильные, жестокие, кровожадные и безжалостные демоны, боевые церберы повелителя. Они ненавидели всех.

И все в ответ ненавидели и боялись их. Это было подспудное чувство.

Мелкий же демон всегда чувствовал их превосходство. Он боялся даже поднимать глаза в их присутствии.

Они были цепными псами повелителя. И они наслаждались тем чувством страха, что было разлито вокруг них, тем ужасом, что пропитывал воздух, которым они дышали. Это были настоящие демоны ненависти и ужаса. Огромные и сильные. Неуязвимые и беспощадные. Просто за косой взгляд они могли разорвать любого на части. Церберы были белой костью и карающей рукой повелителя. Они всегда смотрели свысока на жалкие попытки мелкого демона оказаться подле трона повелителя. Они презирали это ничтожество.

Они и маги. Но магов мелкий чиновник боялся ещё больше, хотя причин этого своего отношения к ним объяснить не мог. Страх, дикий и беспричинный. Он чувствовал, что от тех, кто был приближен к повелителю, веет такой смертью и тленом, что одно только мгновение, проведённое подле них, может развеять прахом всю твою жизнь и душу. А потому мелкий чиновник старался избегать как тех, так и других.

И однажды младший советник и самый мелкий и гадостный демон замка нашёл выход, как поступить. Он стал мстить им за это той же монетой. Мстил, как мог, как умел лучше всего. Подлостью, обманом и убийствами. Мстил, наслаждаясь самим процессом, невзирая ни на что.

Действующих стражей и магов он не трогал. Они были вне его досягаемости. Смерть или исчезновение любого из них в стенах города или за его пределами всегда расследовались силами внутренней стражи лорда, и не было ещё ни одного случая, чтобы эти ищейки не докопались до истины.

Радовало только то, что они занимались лишь вопросами, касающимися интересов лорда и его демонов-вассалов.

Но вот инвалидов, вдов и сирот стражей границ, отставных воинов и ушедших на покой или потерявших свои способности магов он не жалел. Из-за непрекращающихся войн, которые вёл повелитель в нескольких соседних планах реальности как нижних, так и срединных миров, недостатка в этом контингенте граждан у него никогда не было. И главное – он знал, что ответить они ему не смогут. Без помощи со стороны. А помощь им никто оказывать не будет. Их никто не защитит и не прикроет. Такова жизнь.

Уже несколько десятков семей отставных солдат и солдатских вдов, одного погибшего мага и пару колдуний он загнал в долговую яму, разорил и обманом отправил за черту бедности. Он подделывал их долговые расписки, выкупал их кредитные обязательства и требовал немедленного погашения задолженностей. А затем пускал с аукциона их имущество, выживая их из их же домов и переселяя в бедные кварталы.

И через какое-то время они оказывались полностью в его руках. Банда прихвостней из Гнилого района врывалась к ним посреди ночи, а иногда и днём и вытворяла там всё, о чём только могла мечтать больная фантазия мелкого и мстительного демона. Кого просто убивали и калечили. Считалось, что этим просто повезло. Их судьба решалась на месте, тут и сейчас. Остальных ждали дни и ночи боли, страха, мучений и ужаса.

Была у мелкого демона в услужении пара садистов-специалистов, которым их работа доставляла истинное удовольствие, и они никогда не отказывались проделать её вновь.

Сначала они разделяли мужчин и женщин. С демонами-мужчинами обращались чаще всего достаточно бережно, так как это был ценный товар, бракованным его брали очень редко. Из них делали воинов для батальонов смерти. Промывали мозги и помещали им в головы личность уже подготовленного заранее бойца. А потом отправляли в бой. Платили за них только в том случае, если такой боец переживал первую битву. Поэтому заранее их не калечили, никто не хотел терять своих барышей.

Гораздо хуже было тем, кого ждал плен у этой банды отморозков. А это были все остальные. Всех девушек, женщин и иногда маленьких мальчиков пускали по рукам. И это могло продолжаться от нескольких дней до нескольких месяцев. Ежедневные издевательства, унижения, побои и насилие, групповое, грубое и бессмысленное. Они не жалели никого.

Именно эти развлечения так полюбились младшему демону, советнику лорда. Особенно демон любил, когда к ним в руки попадали высокородные демонессы. Случалось это очень редко, но несколько таких пленниц у них было. Ему нравилось ломать этих ранее гордых и своенравных красавиц. Он даже не мстил им. За что можно мстить маленькой девочке, которая даже не видела тебя ни разу в жизни, калеча и отрезая ей ноги и руки на глазах у её вопящей и насилуемой матери. Ни за что. Ему нравилось мучить. Читать в их глазах страх. Видеть отчаяние. Он только в этом получал истинное, ни с чем не сравнимое удовольствие.

Но всё когда-нибудь заканчивается.

Потом тех, кто ещё после нескольких месяцев такой каторги представлял собой хоть какую-то ценность, тоже, как и мужчин, продавали в рабство. В бордели или на развлечение толпе в качестве кукол и игрушек для битья, на опыты магам или для создания магических кадавров, големов и химер.

Тех же, кто был совсем замучен пытками, они продавали на ингредиенты для магов и тёмных жрецов. Это оказалась неплохая статья дохода. В таком товаре всегда была необходимость. А то было время, когда они столько полезных и ценных трупов сбросили в ближайшие штольни или утопили в реке, избавляясь от них!

Естественно, никто из тех, кто хоть мельком мог видеть его, не выживал. Демон не хотел рисковать.

Так продолжалось уже несколько лет. Никто не мог связать эту банду отморозков, убийц и насильников с ним. И Клаку Рваное Ухо это доставляло огромную радость и, можно сказать, счастье. Он ощущал себя повелителем жизни, повелителем и главой бедных кварталов. А уж в Гнилом районе он чувствовал себя истинным королём. И ради своего статуса он готов был на всё: лгать, убивать, подставлять, хоть ноги лизать своему повелителю, лишь бы удержаться на своём месте.

И всё было хорошо до сегодняшнего дня.

Сейчас был не тот случай.

Его подставили. И он знал даже кто. Его многие ненавидели и в городе, и в замке, но не у всех хватило бы смекалки и ловкости направить гонца именно к нему. А потом распространить эту новость по замку. Рассказать нужным демонам о том, что тот прибыл с дурными вестями. И теперь Клаку не выкрутиться. Смерть гонца ничего не решит, слишком поздно что-то делать. Уже многие знают о том, что он здесь и что он говорил с ним. А главное, об этом наверняка уже доложили повелителю.

И сейчас он, младший советник канцелярии повелителя Клак Рваное Ухо, с этими смертельно опасными новостями должен стоять тут и ждать своей участи. А в ней он почему-то не сомневался.

Когда напряжение, охватившее мелкую падаль по имени Клак, уже достигло своей наивысшей точки, повелитель открыл глаза и обвёл мёртвым, тяжёлым взглядом тысячелетнего умертвия, которым, по сути, и являлся последнюю тысячу лет, тёмный и мрачный зал своего замка.

Заметив стоящего у входа переминающегося с ноги на ногу демона, он очень недовольно и с угрозой в голосе спросил:

– Что тебе?

Мрак и тлен повеяли на советника от этого абсолютно безжизненного голоса.

Мало кто мог предположить, что старый демон уже давно перешёл границу жизни и смерти. Уже несколько столетий он был умертвием. Безжизненным, безэмоциональным и равнодушным ко всему существующему. Кроме своих интересов, он ни на что не обращал внимания и не замечал ничего и никого. Всё, что стояло у него на пути, было лишь досадной помехой, которую нужно растоптать, уничтожить, стереть. И для поддержания этой своей псевдожизни лорду-демону нужны были живые души. Чем чище была душа живого существа, тем дольше она могла поддерживать существование этого полумёртвого демона.

Клак знал: в этом месяце старый демон не пил ещё душу живого существа, и поэтому его безжизненный, бесцветный голос заставлял трястись все его поджилки. Он не хотел, чтобы душой, которая должна утолить голод этого умертвия, была его собственная.

Он не раз имел счастье наблюдать, как мучается и корчится жертва старого демона в такие моменты, ведь это он сам их ему и поставлял в обычные дни.

Но не стоило злить лорда, и без того раздражённого тем, что его побеспокоили.

«Хотя как его не злить-то с такими-то новостями, – думал советник. – Выкручусь, я тебя на ленточки порежу, сволочь», – сам себе пообещал он добраться до виновника его нахождения сейчас здесь.

– Мой повелитель, прибыл гонец с Ареаны, – всё-таки выдавил из себя Клак. – У него для вас письмо. – Как же ему не хотелось передавать дальнейшее послание, но глаза лорда требовательно смотрели на него. – Повелитель, они не смогли захватить артефакт. Кто-то перехватил его раньше их, – пролепетал Клак.

– Что?!! – взревел лорд.

Мрак, застывший в глазах повелителя, стал растекаться по залу.

Страх сковал Клака, он даже дышать перестал, надеясь, что станет незаметнее и это может его уберечь от ярости лорда.

Но тот, будто забыв на несколько мгновений о нём, вдруг просто спросил:

– Кто упустил Слезу?

Хотя тьма и тлен не исчезли из голоса повелителя, но Клак впервые с момента своего появления сегодня в замке почувствовал надежду на будущее, на то, что он сможет прожить ещё один день.

И первой мыслью его были не слова благодарности богам или ещё кому-то. «Теперь ты не уйдёшь. Отомщу. – И злобная ухмылка появилась на лице советника. И только потом он понял другое: – Пронесло». И Клак, стараясь не выказывать всей своей радости, с облегчением назвал имя стража портала, который дежурил в тот день на границе планов, охраняя портальную арку:

– Ларракт Ссран.

Радость поселилась в нём ещё и оттого, что он давно заглядывался на младшую дочь этого демона, а сейчас у него есть реальный шанс заполучить всё их семейство, включая и смазливую гордячку.

«Ничего, что она магиня, – пронеслась мысль у него в голове, – её отец окажется в опале, и под ударом будет вся их семья. Она будет моей».

Клак даже не заметил, как непроизвольно у него заблестели мелкие масленые глазки, как он облизнул мгновенно пересохшие губы и как в предвкушении потёр руки.

Но это не укрылось от взгляда лорда. Правда, он лишь усмехнулся мелким мыслишкам этой падали.

– Дай послание, – потребовал повелитель, протягивая руку.

Клак засеменил к нему, чуть ли не стелясь по полу. У ног повелителя он остановился и, не поднимая головы, протянул полученное письмо.

Но что-то не давало советнику покоя, что-то свербело у него под лопаткой, всё время заставляя оглядываться или смотреть на свои опустевшие руки. И, только робко подняв глаза и мельком посмотрев на стоящего перед ним повелителя, мелкий демон понял, что он не знал всего, написанного в письме.

Он ни о чём не успел расспросить гонца.

Но было уже поздно.

Клак ощутил нарастание сил прямо перед собой, и последней его мыслью за пару мгновений до того, как его расплющило о стену, было: «Почему я?»

Один из нижних планов реальности. Планета Аррах. Анклав Нураз. Дворец лорда-повелителя Нураза. Большой зал. Несколькими минутами позже

Повелитель Нураз всё ещё не мог остыть.

«Как? – думал он. – Как эти идиоты умудрились упустить артефакт? Им было известно всё, вплоть до примерного места поиска. Как? Как такое произошло? А главное, кто умудрился увести его у меня прямо из рук?!»

То, что ещё не обнаруженный артефакт повелитель считал своей собственностью, было в его характере. Ему принадлежало всё, на что мог упасть его взгляд, всё, до чего могли дотянуться его длинные и загребущие руки, всё, о чём он просто мог подумать. По крайней мере, так считал сам лорд Нураз.

И сейчас впервые за несколько столетий что-то пошло не так. Что-то нашло в себе силы противиться его воле, воле самого сильного, могущественного и старого лорда-повелителя планеты Аррах.

Именно на этом месте размышления Нураза прервали. Дверь, ведущая в зал, приоткрылась, и, несмело заглядывая в неё и испуганно косясь на огромное красное пятно с разбросанными вокруг него и о многом говорящими ошмётками мяса, мозгов и костей, появившееся прямо на стене рядом с дверью, протиснулся один из низших.

Злобно посмотрев в его сторону, лорд уже стал готовиться убить второго надоедливого мелкого демона.

«Пусть будет у меня сегодня скверное настроение», – как это ни странно, вполне равнодушно и даже с некоторой ленцой подумал Нураз, фокусируя силу своего заклинания на голове нового советника, который практически мгновенно появился в его услужении вместо скоропостижно скончавшегося предшественника.

«И на месте этого скоро появится другой», – просто констатировал сей факт лорд.

Убивать он не хотел, но вот избавиться от досадной помехи желание у него возникло. Мелкий демон выбрал не тот момент, чтобы попасться ему на глаза, и помешал ему, а скорее всего избавиться от этого мелкого мусора было просто убить его.

Почувствовав неладное и то, что его жизнь висит на волоске, младший советник быстро засеменил, чуть ли не полируя пол своим пузом, в сторону лорда. Он даже не заметил, что лапами залез в разбросанные у двери останки своего предшественника. При этом он, боясь оторвать глаза от окровавленного пола, от которого шёл странный и знакомый сладковатый запах смерти, лебезил заискивающей скороговоркой:

– Повелитель, я бы не осмелился нарушать ваш покой, но к вам рвётся воин. – Видя, что его слова не произвели на Нураза абсолютно никакого впечатления, он ещё более торопливо заговорил, стараясь теперь отползти несколько назад: – Он отказывается с кем-либо говорить, кроме вас. Он уже убил одного из советников, пытавшегося его остановить.

Сначала ярость и злость опять захлестнули мозг лорда, но мгновение спустя давно забытое чувство любопытства вновь пробудилось в нём.

«Кто-то кроме него посмел убивать в его же замке?» – так и читалось в его глазах.

– Зови его, – отдал он приказ демону.

Тот резво подскочил и выскочил в коридор.

А через пару мгновений резная дверь распахнулась, именно не приоткрылась, как это было в прошлый раз, а распахнулась. И вошёл сильный и уверенный в себе и своих действиях демон. Не тот придворный шаркун, что постоянно околачивался возле трона повелителя, а сила и кость его анклава, воин с рубежей его границ.

Он равнодушно скользнул взглядом по размазанному по стене пятну, по валяющимся ошмёткам и, лишь как-то даже ехидно и, что самое странное, одобрительно ухмыльнувшись, сделал несколько шагов к лорду.

«Смотри-ка, ни капли страха», – удивился повелитель.

Давно он не встречал таких демонов. Как мало он, оказывается, знает о своих подданных.

Пока старый правитель размышлял, воин обратился к нему с полупоклоном, в котором не было ни грамма подобострастия, лишь уважение и преданность.

– Мой повелитель, у меня для вас послание от генерала Кана. Велено передать лично в ваши руки. При невозможности передать, в случае моего пленения или по какой другой причине, приказ генерала – послание уничтожить, а самому умереть. Никто не должен знать не только содержимого этого письма, но и того, что оно существовало в природе и было вам отослано.

После этих слов гонец строевым шагом промаршировал к трону повелителя и протянул ему письмо.

«Ты не знаешь этикета, солдат. Из какой же глухомани тебя достал генерал? Он явно доверял тебе больше, чем всем остальным. Что же в этом письме такого ценного, что его доставку генерал поставил выше всего, даже твоей жизни?»

Этот генерал не был фаворитом лорда, и поэтому обычно в столице его было практически не застать. А его демоны так вообще не появлялись здесь.

Не был он паркетным шаркуном. И главной особенностью этого старого солдата было одно свойство. Он старался сохранить жизнь своих бойцов, если это было возможно, не рисковал ими без нужды.

Но сейчас он отдал такой несвойственный ему приказ. Доставить или умереть.

«Странно и любопытно», – всё больше разгоралось давно забытое чувство в душе этого тысячелетнего умертвия.

Нураз уже забыл, что когда-то его что-то занимало, а вот сейчас этот небольшой конвертик вызывал у него сильный интерес. Поэтому он уже хотел отослать бойца, чтобы ознакомиться с содержимым письма, как тот, предугадав его дальнейшие слова, сказал:

– Мне приказано дождаться ваших распоряжений.

Лорд посмотрел на этого дикого воина и, что-то прикинув, ответил:

– Хорошо, жди в приёмной. Тебя вызовут, – и махнул рукой.

Посланник, поклонившись, вышел за двери огромного зала, оставив повелителя одного.

«Ну и что мне тут написал этот идеалист?» – скептически подумал лорд.

Только сейчас он вспомнил, что демоны именно этого его вассала занимались поиском артефакта в одном из срединных планов.

«Оправданий от него не дождёшься. Он бы сам прибыл, чтобы получить заслуженное наказание, – рассуждал повелитель. Слишком хорошо он знал характер этого генерала, одного из своих дальних родственников. – А тут ещё и гонца прислал, с каким-то странным приказом. Даже я до такого не додумывался», – хмыкнул лорд, всё больше приобретая черты обычного демона и как-то незаметно выходя из своей многовековой апатии.

Поэтому он уже с изрядной долей любопытства вскрыл пакет, сломал магическую печать генерала, настроенную только на него, и развернул письмо.

В письме содержалась только одна строчка:

«Повелитель, в наши руки попал активный источник бессмертия».

Всё, больше ничего.

Но как много сказали эти несколько слов повелителю!

А десятью минутами позже замок покинул прибывший в него недавно гонец с полком отборнейших головорезов и лучших магов-бойцов из личной гвардии лорда-повелителя Нураза. Посланник нёс одно-единственное указание: «Удержать источник и любыми средствами найти того, кто его активировал».

Соседний план реальности. Планета Аррах. Анклав Релак. Дворец лорда-повелителя Релака. Большой зал. Десятью часами позже

Сегодня был день приёма, и лорд Релак уже несколько часов принимал различных просителей, разбирал тяжбы и выслушивал различные просьбы и предложения от своих подданных.

Это нововведение было идеей его жены, и оно должно было сблизить его и его подданных. Вселить в них уверенность, что он заботится о них.

Такие правила были необычны для государств в их мире, но уже многое из того, что предлагала воплотить ему жена, дало свои положительные результаты.

Как и этот день приёма.

И вот сейчас его зал приёмов покинул – вернее, его вытащили в направлении площади Позора – один толстый демон-торговец, который считал, что его необоснованно наказали, и просил пересмотреть дело да к тому же обжаловать наказание или сократить штраф хотя бы до обоснованной суммы. Когда он назвал те копейки, что считал обоснованными, Релак еле сдержался, чтобы не рассмеяться.

По идее это было прямое неуважение к суду, вынесшему решение, а значит, и к нему лично. Поэтому Релак наказал этого зарвавшегося торговца с какими-то контрабандистскими наклонностями, ударив его по самому больному. Повысил сумму штрафа в десять раз.

Возмущениям торговца не было предела, ну а шума и криков от него стало так много, что начали болеть уши. Дошло до того, что он стал грозить сидящим в зале демонам немыслимыми карами. И вот это уже послужило причиной к следующим действиям.

Он, похоже, забыл, где и кто перед ним сидел, а потому заработал ещё и сотню плетей. А для того чтобы он пережил всё наказание и смог рассказать о нём заинтересованным лицам за пределами дворца, его после каждых двадцати ударов будет подлечивать маг жизни.

Релаку нужно было именно такое наказание. Обнаглевшая Торговая гильдия должна получить наглядный урок, иначе их ждёт нечто похуже.

Он сам в бытность свою наёмником пережил подобное. Но тогда никто не предоставлял ему лекаря. Так что лорд был ещё очень добр.

Дверь зала приёмов открылась перед очередным просителем.

«Удивительно, почему стража не доложила о нём?» – подумал Релак, ещё не рассмотрев вошедшего, но угадывая что-то знакомое в его фигуре и движениях.

– Повелитель. – Новый проситель ни своими манерами, ни поведением нисколько не напоминал предыдущего посетителя этого зала.

«Воин» – так и читалось в каждом его жесте.

И такие же движения: прямые, чёткие, без скрытого желания как-то завуалировать свои действия. Уверенность, сила и гордость – вот что читалось в глазах демона, который сейчас стоял напротив лорда.

«Умный и опасный боец», – определил про себя лорд, узнавая вошедшего.

– Сейчас не лучшее время, Тиор, – сказал повелитель стоящему напротив него воину и потом, будто опомнившись, проговорил: – Что ты здесь делаешь? Ведь ты должен быть с братом…

Договорить лорд не успел, Тиор перебил его:

– Да. Да. Всё верно. Но обстоятельства потребовали моего скорейшего прибытия, – произнёс он, одновременно с уважением и достоинством глядя на Релака. – У меня очень важные новости и послание от вашего сына.

Он оглядел зал и повелительно махнул головой находящимся в нём демонам в направлении выхода.

Ни у кого даже мысли не возникло усомниться в праве этого молодого демона отдавать приказы. Но воины, стоящие по периметру зала, даже не шелохнулись.

– Повелитель, – обратился он к лорду, – мы должны поговорить наедине, – и взглядом указал на всё ещё находящихся в зале стражей. – Это очень важно.

– Хорошо, – ответил Релак и дал отмашку покинуть зал находящимся в нём воинам.

– И ещё установите магический полог, – потребовал Тиор и веско добавил: – Так нужно.

Повелитель подозрительно покосился в его сторону, но потом всё-таки установил магический полог защиты от внешнего наблюдения, как физического, так и магического. Теперь они были абсолютно отрезаны от внешнего мира.

Молодой демон с одобрением осмотрел воздвигнутую магическую конструкцию, пробормотал что-то вроде «И почему я так не могу?» и сделал шаг к повелителю, протягивая ему закрытый пакет с личной печатью наследника, младшего повелителя Лера.

– Письмо от вашего сына, лорд, – сказал он.

– Перестань кривляться, Тиор, он не только мой сын, но и твой старший брат, – осадил говорившего повелитель, протягивая руку, чтобы взять письмо, но остановился и более строго спросил: – У вас закончились вестовые, если одного из лордов-принцев анклава используют как простого гонца? Или этому есть какое-то более разумное объяснение? У вас было достаточно простое задание: покрутиться при дворе Нураза и засветиться в светском обществе и среди высших демонов, поднабраться манер и постараться заработать себе какое-никакое имя и репутацию. Однако, судя по тому, что ты здесь, вы его не выполнили.

Молодой демон лишь дёрнул глазом на слова отца.

Главная причина, почему их сплавили ко дворцу самого могущественного демона, – это надежда найти пару кому-нибудь из них, и братья прекрасно это знали. Лер относился к этому вполне спокойно, но Тиора это буквально выводило из себя.

«А поэтому всё верно». В том, что они не справились с поручением отца, была и их вина, в том числе и его собственная. Ведь он очень старался прийти к обратному результату.

Но теперь у них есть оправдание. И какое! Таких результатов от их поездки не ожидал никто. В том числе и они сами. И уже тем более их отец.

Такое невозможно было вообразить. Но им повезло. Особенно, как считал Тиор, ему. Его миновала судьба брата. И он был рад этому больше всего. А всё остальное он воспринимал лишь как некие сопутствующие события, которые помогли избежать ему главного – женитьбы.

Тихоня Лер, как это ни удивительно было для Тиора, нашёл свою вторую половинку. А вместе с ней им в руки случайно попала одна из самых охраняемых тайн лорда Нураза. Вернее, попало две его тайны. Сначала была одна, а потом, когда они постарались выяснить её правдивость, и вторая. Тайна, ценой которой могла послужить сама их жизнь, да и вообще всё существование их рода, и именно для того, чтобы оградить на какое-то время их семью от подозрений при дворе Нураза остался его брат Лер.

Ну и кроме всего там пребывала его пассия.

Однако рано или поздно правда должна была выплыть наружу, и братья надеялись, что к тому времени отец что-нибудь придумает или каким-то образом оградит их от последствий знания ими той тайны.

– Отец, обстоятельства очень сильно изменились, и поэтому я здесь. Дело слишком серьёзно, чтобы доверить его кому-то, – тихо проговорил молодой демон и выделил голосом: – Кому-то за пределами нашей семьи. – Посмотрев в глаза отца, он добавил: – Суть происходящего – в письме Лера.

Тиор замолчал, застыв каменным изваянием. Релаку ничего не оставалось, как забрать послание.

Когда повелитель взял из рук молодого демона, своего самого младшего, третьего сына, послание, присланное наследным принцем, то с удивлением обнаружил, что Тиор всё ещё стоит напротив него в зале. Это несколько изумило его. Впрочем, Тиор был всегда себе на уме. Однако тут, следуя этикету, он должен был покинуть его или хотя бы удалиться на несколько шагов и дать возможность ознакомиться с содержимым пакета, тем более государственного и секретного, коль он магически опечатан личной подписью наследника, наедине.

Однако Тиор стоял и явно не собирался уходить.

Лорд уже хотел поторопить его, но сын опередил Релака. Видимо, поняв, что его действия слишком уж выбиваются за рамки дворцового этикета, младший принц пояснил своё поведение:

– Я считаю, что у тебя, отец, по прочтении могут возникнуть вопросы. Тем более я знаю, о чём идёт речь, письмо писал я, хоть и под диктовку Лера. – И, усмехнувшись, добавил: – Ты же его знаешь. Вопросы у тебя точно будут. – Немного подумав, Тиор уже гораздо более серьёзно сказал: – К тому же я догадываюсь, что нам нужно будет это обсудить, и после этого ты мне прикажешь немедленно куда-нибудь отправляться, правда, я пока не знаю куда.

И молодой демон с ожиданием посмотрел на лорда, своего отца.

«А ты наглец, мальчик, – подумал про себя старый демон, лорд, правитель этого небольшого анклава. – Почему ты не старший?» – в который уже раз задал он себе этот вопрос.

Уму и хватке младшего принца мог позавидовать любой. А уж в хитрости его превосходила только дочь лорда. Однако она никогда не претендовала на роль правительницы. Никто из других лордов не признал бы её прав.

А вот наследник был слишком прямолинеен и не так умён, как другие его дети. Именно поэтому он оставался лишь главным наследным принцем и никак не участвовал в политических играх отца. Ему это было просто неинтересно.

Зато младший совал свой любопытный нос в каждую дырку, и именно поэтому правитель самолично назначил его главой заговорщиков и тайным руководителем оппозиции. И теперь лорд точно знал, кто в их анклаве готов предать его, а кто верен до мозга костей (кстати, что для него было странно, объявились у них и такие).

И поэтому его удивил намёк Тиора на то, что в тайну лорда Нураза в этот раз вляпался не его младшенький, как того следовало ожидать из всего жизненного опыта Релака, а старший наследник, что было не слишком в его характере.

Но это мало относилось к теме разговора.

А вот несвойственная демонам преданность семье была одной из основ, вокруг которой держалось их единство, и как бы ни выглядели их отношения со стороны, но на самом деле это была лишь хорошо поставленная и подготовленная игра. Слишком слабы они были по сравнению со своими соседями, слишком мала их армия, и очень уже неудачно был расположен их анклав.

Приходилось крутиться.

Поэтому лорд понимал, кто реально должен править страной, если он уйдёт на покой. И как это ни печально, это должен был быть не его старший сын, а стоящий напротив него демон. И все в его семье тоже понимали это.

Усмехнувшись своим мыслям и желая пошутить, показав своё чёрное чувство юмора, правитель сказал:

– Дерзишь, мальчик мой. Дерзишь. Не боишься? Ты разве не догадываешься, что произошло с предыдущим оратором, слишком вольно выражавшимся в моём присутствии? – Релак выразительно посмотрел на закрытые двери за спиной сына.

Он явно намекал на торговца, бывшего последним посетителем этого зала перед самым приходом Тиора, – принц наверняка слышал разбирательство его дела и вынесенный приговор.

Воин, теперь точно воин, равнодушно осмотрел живописную картину у себя за спиной, изображавшую какую-то битву армии демонов с какими-то неизвестными существами, и задумчиво и даже несколько безучастно и равнодушно ответил:

– На всё воля повелителя, – и склонил голову в ожидании мнимого приговора, на который намекал отец, и его дальнейших действий, а также будущего ответа.

«Смотри-ка, уел меня», – восхитился лорд, уже более пристальным взглядом оглядывая своего сына.

Именно такие, как он, и вызывали у повелителя большое чувство уважения и гордости. Всё-таки именно такими были его дети и его немногочисленные воины, что бы сам сын ни думал об этом. И он был полностью уверен в их преданности. Как тех, так и других. Поэтому им и позволялось несколько больше, чем всем остальным.

Ну и, наверное, ещё потому, что хорошими воинами были все его дети, даже дочь. Хотя в других семьях могли убить и за меньшее. Там постоянно шла грызня между родственниками.

Среди них такого не было.

И лорд знал, кто был причиной таких непривычных для демонов отношений в их семье. Его жена. Старшая дочь князя Лесного княжества с Ареаны. И как ни странно, ему это нравилось. И его несравненная и прекрасная жена, и те изменения, что она привнесла в его жизнь. И особенно он был благодарен ей за детей, что она ему подарила, троих сыновей и красавицу дочь. А на других ему было плевать.

Правда, в обществе их семья постоянно жила под личиной лжи, того требовали обстоятельства.

– Всё верно, – ответил Релак своему наглецу, – на всё моя воля. – И уже в открытую рассмеялся, чем немного смутил сына, оказавшегося неготовым к такому проявлению эмоций.

Затем он открыл письмо и принялся читать.

«Отец.

Нураз вёл поиски артефакта Слеза утренней звезды в одном из срединных миров. Предположительно в том, откуда родом мама. Несколько раз упоминалось название её родной планеты, Ареана, и Гигантского Леса. Всё, как рассказывала она».

На этом месте Релак прервался. Это была очень важная новость. Обладание таким артефактом делало лорда-повелителя очень опасным противником. Их мир был не настолько заполнен источниками магии, как мир Ареаны, и поэтому не так сильно зависел от магов.

Однако если у кого-то в руках мог оказаться столь мощный накопитель магической энергии, то этот некто мог существенно сдвинуть часу весов хрупкого равновесия, что сейчас наблюдалось в их мире, в свою сторону.

«Это очень опасно», – понял лорд.

И продолжил чтение. Хорошие новости не заставили себя ждать.

«Отец, – писал дальше Лер, – однако Нураз в своём начинании потерпел неудачу. Артефакт активировали и привязали несколько часов назад. Для него он стал бесполезен. Те, кто это сделал, успели скрыться».

Релак уже хотел порадоваться этому известию, но его взгляд упал на следующую строчку:

«Прости нас. Но это не все новости. Подробности произошедшего тебе расскажет Тиор».

«Странная постановка дел, – удивился повелитель и зашипел. – Всё как всегда. Лаконично, никаких деталей. Что произошло – непонятно. Тиор прав, Лер, как всегда, в своём стиле, и у меня точно появятся вопросы», – подумал раздосадованный текстом письма лорд.

За что они извинялись, он понять не мог. В полученном от сына письме говорилось лишь о том, что артефакт попал в чужие руки и найти его, судя по всему, как им, так и Нуразу пока не представлялось возможным.

Между строк можно было прочитать, что им он не достанется никогда, но их семья и не претендовала на этот артефакт, они даже не знали о нём.

Повелитель демонов раздражённо посмотрел на своего сына. Однако, как ни странно, полностью отрешённое и спокойное лицо этого прохиндея остудило его пыл. В нём не было страха, ни каких-то иных эмоций, только ожидание его решения и своей дальнейшей участи.

«Он что-то знает», – понял лорд.

Желание примерно наказать этого юнца пропало. Тем более осталось всё ещё до конца непрочитанное письмо. Поэтому правитель продолжил прерванное чтение.

«Но у меня есть новость, которая способна искупить все мои и брата проступки и неудачи на сотню, если не тысячу лет вперёд».

«И что, интересно, это такое?» – подумал правитель.

«Отец, Нуразом в результате поисков артефакта найден источник. Источник бессмертия. Активированный источник. И активированный недавно».

Всё. На этом письмо обрывалось.

«Тиор прав, вопросы у меня есть, и много. Теперь понятно, почему он тут. Зная брата, он, скорее всего, сам решил прибыть в замок».

Однако у лорда были не только вопросы, на которые он хотел получить ответы, ему нужны были подробности. Все подробности, до которых за столь короткое время смогли докопаться братья. А зная длинный и любопытный нос своего младшего сына, он был уверен, что эти подробности у него были. И их, кроме демона, стоящего сейчас здесь, знать никто не мог, даже, скорее всего, и наследник. Слишком разный у них склад ума, мышление и подход к делу.

Теперь он, кажется, понял, почему сын приехал к нему сам, а не прислал с письмом одного из своих кровников (воины, повязанные кровью, – тоже практически семья). Если бы с таким известием к нему прибыл один из малых лордов, его кровных братьев, например кто-то из клана стражей границ, – хотя повелитель всех их и знал в лицо, но даже в этом случае, несмотря на то что эти преданные ему вояки слишком редко появлялись в столице его анклава и не успели тут ни с кем спеться, – он бы ему не поверил. Слишком уж невероятное событие произошло. И это событие требовало немедленной реакции и принятия должных мер. А значит, нужно собрать совет.

– Жди. Я сейчас пошлю зов и назначу срочную встречу матери, Тее и Суору в малом зале, – сказал повелитель сыну, указав ему на одно из кресел у стены, – и потом мы пойдём туда. От меня ни на шаг.

Этот пожилой демон уже не напоминал того неторопливого и спокойного правителя, которым он был несколько мгновений назад. Перед глазами сына стоял Релак Топор, демон-наёмник из отдалённого нижнего плана, который своим мечом, умом и силой отвоевал у местных хозяев жизни небольшой уголок ничейной земли, который и стал малым анклавом Релак, по имени его первого правителя.

И вот уже долгих триста лет этот анклав был владениями их семьи. Сейчас же у них появилась реальная возможность и дальше оставаться владетелями этого анклава, а возможно, они смогут подняться ещё выше. Главное – не дать Нуразу с его захватническими планами завладеть источником, это Тиор ощутил всем своим сознанием, душой, умом и сердцем будущего правителя.

Соседний план реальности. Планета Аррах. Анклав Релак. Дворец лорда-повелителя. Малый зал совета. Час спустя

В малом зале совета собралась вся их семья. Тиор уже даже не помнил, когда все они собирались вместе. Он практически всё время проводил с отцом и старшим братом. И теперь он как будто в первый раз рассматривал демонов, собравшихся в неброско и при этом очень изящно и утончённо украшенном зале.

Пять демонов расселись в креслах и на небольших диванчиках, стоящих в этом небольшом помещении. Правда, чистокровным представителем расы демонов был лишь их отец.

Релак – лорд-повелитель малого анклава, расположенного на одном из срединных материков планеты Аррах. Старый демон, хитрый и жёсткий правитель, своими силой, умом и удачей сумевший захватить часть ничейных земель на одном из континентов, основать свой небольшой анклав и вот уже триста лет являющийся его бессменным правителем.

Родом он был из демонов-метаморфов, имел, как и все представители этой расы, или вида, демонов, три ипостаси – демоническую, боевую и ещё одну, больше похожую на представителей расы хуманов. Демоническая и боевая отличались друг от друга лишь в размерах, силе, ловкости и сопротивляемости физическим и магическим воздействиям. В боевой ипостаси он напоминал огромного хумана с переразвитыми мышцами, непропорционально длинными и сильными руками, очень крепкой, практически каменной непробиваемой красноватой кожей. Венчала всё это голова, напоминающая волчью, только украшенная костяным наростом и двумя крепкими и длинными рогами. Плюс к этому у него появлялись массивный хвост, заканчивающийся мощным и тонким шипом с ядовитым жалом на конце, и огромные рваные крылья, в сложенном состоянии похожие на надетый маслянистый алый плащ. В этом состоянии на него практически не действовала магия, он был в десятки раз сильнее и быстрее обычного демона или того же хумана.

«Кстати, странная раса эти хуманы, – отвлёкся на них Тиор, – они есть практически везде, что удивительно. Демоны, например, обитают только в нижних планах. Ангелы и подобные им существа – только в верхних. Расы срединных земель могут жить где угодно, но встречаются в основном в срединных планах. И только хуманов можно встретить везде и всегда».

В демонической ипостаси можно было находиться без вреда для здоровья в самых опасных местах, там, где боевая ипостась не спасала, на нижних планах и, что его всегда удивляло, на верхних, о срединных и говорить нечего. Ледяные миры, миры палящего солнца или розового тумана, эфирные миры или миры кислотных дождей, там, где ипостась хумана погибла бы за мгновение пребывания, демон мог жить бесконечно долго.

Но даже в их плане таких мест практически не было. И Тиор этому был несказанно рад. Он как-то не очень любил перевоплощаться в эту свою вторую сущность. И тем более принимать боевую форму. Но и полезность этих своих других форм существования отрицать не мог, тем более и пользоваться ими ему приходилось довольно часто. Любил он попутешествовать с гвардейцами отца и часто выбирался из дому в различные экспедиции, ну а там постоянно приходилось волей-неволей оборачиваться в свою демоническую трансформацию для того, чтобы просто остаться в живых.

Далее в зале присутствовал его брат, средний сын лорда Релака – Суор.

Вообще, сыновья Релака, как и их отец, могли иметь те же три ипостаси. Это было его наследие, по меркам нижних планов, очень сильного демона. Но в то же время с ними произошли и некоторые изменения, которые, как он понимал, достались им от матери, уроженки срединных планов реальности, прекрасной Ассай. Как она попала к ним в реальность, никто не знает, и ни она, ни отец этого не рассказывают. Может, это известно Тее, она всегда всё про всех знает, но и она ничего не говорит.

Ассай была очень красивой, статной и доброй эльфаркой. При этом она приходилась старшей дочерью князя Лесного княжества с планеты Ареана. И соответственно он был их дедом, правда, они никогда его не видели. Но это так, лирика.

Чем занималась мать, Тиор, честно говоря, не знал, но то, что отец не принимал ни одного решения без советов повелительницы Ассай, он был уверен. Слишком уж неординарные и несвойственные ему идеи и мысли иногда рождались у него, и в них явно чувствовалась изящная и красивая ручка Ассай.

А если по существу, то все братья, может за исключением старшего, Лера, были значительно слабее отца. Как в простой демонической ипостаси, так и приняв боевую форму.

В демоническом виде они были точной копией своего отца. Только несколько миниатюрнее. Что опять же не касалось Лера. Он, наоборот, по всем параметрам превосходил Релака.

Но дополнительно к этим небольшим минусам у них проявились и необычные для демонов особенности и способности, как общие, так и частные.

Во-первых, это то, что относилось к их боевой форме. Все они могли перевоплотиться в неё в несколько раз быстрее, чем любой другой демон. А это иногда давало фору в несколько первых секунд боя, а значит, в большинстве случаев на их стороне было право первого удара. И они этим пользовались, потому как с полноценными демонами поодиночке, без применения остальных своих способностей, могли справиться только Лер и отец. И что странно: хотя Лер ни в чём и не уступал отцу, а даже превосходил его, но всё равно и он преобразовывался в свою боевую ипостась гораздо быстрее прочих, даже Тиора и Суора.

Это было тайной их семьи.

Вторым отличием стало то, что у всех детей Релака не демоническая ипостась перестала относиться к расе хуманов, они стали похожи на эльфаров, родственников их матери. Это было заметно всем, и поэтому они не старались её скрыть.

«Пусть лучше знают то, что им показывают, и не стараются рыть вглубь, мусолят именно то, что им дают» – так рассудил отец, отметая предложение матери о наложении на их сына Лера магической иллюзии, когда уже не было возможности скрывать внешность их первенца.

На этом они остановились и так действовали в отношении и остальных своих детей, разве что немного помучившись с Теей. Но у неё они старались скрыть совсем другое.

Третьей их особенностью и тоже тайной стало наличие у каждого ребёнка неких индивидуальных качеств. Это, как и первое свойство, не выходило за грань личных секретов их семьи.

Лер. Никто не знал о том, что у него была ещё одна боевая ипостась. Непонятно, как он вообще в неё перевоплощался, но это был огромный чёрный демодрак. Отец сказал, что у них в роду существовала легенда о демоне, имевшем такую боевую форму, и о том, что он стал правителем нескольких планов. Чем всё закончилось, он не знал, так как в юности ему были не очень интересны легенды. Братья старались найти всё возможное по этой теме, но, к огромному разочарованию, большего, чем рассказал их отец, они не обнаружили. Лер в этой форме напоминал огромного чёрного дракона, с массивными крыльями, мощными лапами и толстой шеей, увенчанной массивной головой. Он мог испускать огонь, да и вообще в этой форме практически полностью мог перевоплотиться в стихию огня или земли. Он был страшен в этом своём воплощении, но, что ещё более важно, он был полностью физически и магически неуязвим в течение часа или двух. Но потом терял сознание и мог проваляться так больше суток. Как сказал отец, это оружие последнего удара. За время пребывания демодраком он был способен разрушить хорошо укреплённый замок до основания или уничтожить вполне приличных размеров армию, носясь в рядах солдат и сея вокруг себя огонь, смерть и разрушения.

Страшная и опасная ипостась. И главное – заблокировать переход в неё было невозможно. Лер мог стать демо-драком в любой момент. Именно поэтому отец не переживал из-за того, что он не сможет вырваться из замка лорда Нураза. Правда, тогда одной из наших тайн станет меньше.

«Но и одним из замков у этого лорда тоже станет меньше», – усмехнулся Тиор.

Дальше. Суор. Ну, с этим всё просто. Он прыгун. Его врождённым даром была способность к локальной телепортации, или, как её ещё называли, «прыжку». И это неудивительно. Чего ждать от прирожденного мага. И способность ему досталась вполне себе для мага подходящая. Но и как воин Суор был очень опасен, особенно со своим умением пропадать и появляться где и когда угодно в пределах прямой видимости. Его невозможно было поймать или удержать. Были свои минусы: высокоуровневые магические щиты и купола он преодолеть не мог, но зато и его самого не могли заблокировать этим куполом. Если какую-то площадь накрывал магический купол, а он должен был там объявиться, то его просто выкидывало за его пределы. Но это так, мелочи. Прыжком он мог пользоваться круглосуточно, что и делал практически всё время.

Кроме всего прочего Суор в виде сначала мелких проказ, а потом уже и вполне серьёзного увлечения магическими штуками и артефактами ударился в науку и магию. И поэтому неудивительно, что он сначала возглавил Совет магов их анклава, а затем стал главой их небольшой, недавно образованной Школы магии.

«Экспериментатор тарков, – подумал Тиор, вспомнив детские забавы и проделки брата, за которые почему-то чаще всего доставалось всем окружающим, кроме него самого. – Но что есть, то есть».

Третьим был он сам. Тиор никак не мог определить, повезло ему со способностью или нет. Она не была такой выдающейся, как у братьев. Он чувствовал места силы и источники. Если в мире, откуда была родом их мать, это не имело особого значения, то здесь, где магической энергии было в разы меньше, обладание любыми источниками приравнивалось к будущему существованию рода.

Поэтому работы у него было всегда очень много. Он рыскал по округе, в пределах их владений, обшаривал ближайшие планы и искал, искал, искал. Искал источники магии, как неживые, природные, естественные, так и живые. Были и такие.

От неживых источников они при помощи разработанного братом артефакта прокладывали канал передачи энергии. Хотя потери при этом и были велики, но их накопители постоянно пополнялись. У них в распоряжении была даже одна Слеза, правда очень маленькая, наследство их матери. В результате их совместной деятельности братья не так сильно зависели от скудной магической энергии своего мира. И очень сильно толкнули развитие магических наук в своём анклаве.

Этому способствовал и он сам.

Демоны, хуманы и другие существа могли генерировать магическую энергию. Они по умолчанию являлись инициированными или неинициированными магами, обладая теми или иными магическими свойствами, способностями и умениями, в связи с чем Тиор и старался привлекать их к ним в анклав. И именно потому, что с определённого момента к ним в анклав начался приток магически одарённых личностей, и была создана его братом Школа магии анклава Релак. Жители многих анклавов и соседних планов узнали, что у них открылась своя магическая школа и что тут привечают магов и им всегда найдётся работа. А уж работой Ассай и Суор обеспечивали под самую завязку.

Может, отчасти и поэтому их малый анклав процветал. Они использовали все доступные возможности, чтобы закрепиться и упрочить свои позиции среди соседей.

Четвёртой особенностью и одной из самых хранимых тайн их семьи стало наличие открывшихся магических способностей к магии жизни у всех детей Релака и Ассай, особенно сильны они были у Теи. Это был нонсенс: у существ, в чьей основе лежали способности к управлению тёмными энергиями, проявились способности к магии противоположной их сути. Сама Ассай была достаточно сильным магом жизни, и поэтому она смогла обучить тому, что знала сама. Но и она не могла дать им всего. На удивление, Суор и Тея обладали большими способностями, чем были у неё. Как это было возможно, понять уже никто не пытался. Это противоречие самой демонической сути их детей они восприняли как данность и постарались развить в них ещё и эти способности. Ведь такой козырь в рукаве давал им и их детям неоспоримые преимущества над всеми остальными.

Правда, раскрывать его было нельзя. В случае если бы об их секрете стало известно где-то за пределами их семьи, против них ополчились бы все окружающие владетели соседних анклавов. Слишком большое преимущество давали такие способности в этом мире. Поэтому они всячески старались их скрыть и не использовать.

Проще всего было Леру и Тиору. Они практически не развивали свои способности к магии, всё, чему они обучились, – это несколько лечебных и защитных заклинаний.

Но вот Суор вёл полномасштабные исследования в своей лаборатории. Слишком он был неугомонен и любопытен. Да и нравилось ему это занятие.

Но ещё оставался последний член их небольшой семьи. Тея. Их младшая сестра, самый младший ребёнок Релака и Ассай. И вероятно, самая охраняемая тайна их семьи.

Тея. Насколько была красива и ослепительна их мать, прекрасная и волшебная эльфарка, дочь князя Лесного княжества, но даже её красота меркла на фоне дочери. Ассай говорила, что Тея даже более красива, чем её младшая сестра Эрея, признанная красавица всего Лесного княжества, а значит, и всего мира Ареаны. Такого необычного эффекта не ожидал никто. Смесь кровей демона и эльфарки дала невероятный результат. Тея была потрясающе, безумно красива. Слов не было, чтобы описать это создание. Увидевшие её мужчины в буквальном смысле от одного взгляда на неё теряли голову. И тут или навсегда отдавали ей своё сердце, или, наоборот, готовы были на всё, чтобы получить её.

Хотелось, конечно, назвать её воздушным, волшебным и лёгким созданием, достойным только любви и ласки. Но это была бы не вся правда о ней.

Не было более приземлённого и прагматичного демона, чем она, по крайней мере, Тиор такого точно не знал.

Тея понимала, что её внешность – это и награда, и наказание для их семьи. Её красота могла послужить как зарождению очень хорошего и крепкого союза, так и развязать многовековую вражду. Уже сколько раз её братьям приходилось драться на дуэли, чтобы оградить её от посторонних посягательств на её честь. Но она так же понимала и то, что рано или поздно отец и мать должны будут принять чьё-то предложение на её руку. Но как это будет происходить и что они все будут делать в связи с тем огромным количеством тайн, которые окружали её семью, она не понимала. Да и никто не понимал. И поэтому все лишь пока радовались тому, что ближайшего замужества ей пока не грозило.

Хотя именно её ослепительную внешность последнее время они и старались скрыть за очень тщательно созданной и качественной иллюзией, но слишком уж много было глазастых демонов вокруг, и слава о красоте дочери Релака и Ассай разлетелась уже далеко за пределы их анклава.

Тея была прекрасна в любой своей ипостаси. Она восхищала что в образе стройной и нежной эльфарки, что будучи стремительной и опасной демонессой. Конечно, она была демоном, но её боевая форма была столь же прекрасна, как и остальные две.

Красота сестры, конечно, не была основным её достоинством. Магически она была одарена много больше любого. И что самое необычное, в ней сочетались две абсолютно несовместимые магические энергии. Она могла управлять как энергией смерти, так и жизни. И к тому и к другому типу магии у неё были очень большие способности, требующие их дальнейшего развития, которого она, к сожалению, не могла получить в их небольшом анклаве. А отпускать её из дома было слишком опасно.

Ведь ко всему прочему Тея была основой благополучия их анклава. Никто не знал того, что эта милая и хрупкая девушка была ещё и оракулом. Она могла предсказывать крупные и значимые события на несколько дней или месяцев вперёд. Правда, эта её способность была очень нестабильной и работала крайне редко.

Но благодаря именно этой её способности отец воплотил ряд преобразований, которые значительно укрепили их анклав. Все лорды списывали эти неординарные и своевременные реорганизации Релака на его огромный жизненный опыт и большую удачу, но на самом деле все они были основаны на предсказаниях Теи.

И до сих пор она ни разу не ошиблась.

Единственное, что она никогда не могла предсказать, – это тех моментов, которые непосредственно касались её собственной судьбы.

Однако в последнее время, как узнал Тиор, Тея почему-то проводила большую часть дня в тренировочном зале, при этом хотя магические способности у неё были выдающиеся, но их она почему-то совершенно перестала развивать. Что послужило причиной такой перемены в её поведении, он не знал. Но создавалось впечатление, что она к чему-то готовится.

Отсюда возникал законный вопрос: к чему? И он для него пока оставался без ответа.

И вот сейчас большая часть их дружной и такой разной семьи собралась за столом в малом зале совета их родового замка.

Соседний план реальности. Планета Аррах. Анклав Релак. Дворец лорда-повелителя. Малый зал совета

– Ну вот все и собрались, – произнёс Релак после того, как убедился, что Суор установил универсальный защитный полог.

Хотя лорд и доверял встроенной системе от прослушки, но перестраховаться всё же не помешало бы. Нужно было исключить любые возможности для ведения стороннего наблюдения за их маленьким семейным советом.

Релак оглядел свою семью.

Жена и дочь, как всегда, расположились рядышком на небольших диванчиках, стоящих ближе к окну. Они любили обсуждать между собой то, что часто казалось им интересным и о чём они не хотели говорить вслух. Да и по мелочи они достаточно много секретничали между собой.

Возле них за небольшим столиком уселся Суор. Он, потягивая вино из бокала, ел какие-то фрукты и параллельно что-то умудрялся отмечать в своём блокноте.

Тиор ходил вокруг очень дорогого и редкого стола из мраморного дерева, добытого в одном из дальних нижних планов и расположенного в центре комнаты. Ценность этого стола заключалась в том, что это был идеальный материал для заготовок под создание артефактов. При внедрении в него структур заклинаний практически не было потерь, и артефакт мог функционировать без дополнительной подзарядки столетиями. Именно этот стол являлся одним из семейных артефактов и был чем-то, напоминающим локальную систему безопасности, настроенную только на этот зал.

Артефакт, охранявший весь замок, хранился в самой глубине замкового подземелья, и попасть туда могли только Релак и его жена Ассай.

Лорд сел в кресло, стоявшее во главе стола. Налил в бокал вина. Сделал пару глотков и только после этого продолжил говорить:

– Нам в руки попала очень важная и требующая принятия немедленных решений информация. Именно поэтому я вас всех и собрал сейчас. Полученные сведения касаются не просто нас и нашего будущего. От того, как мы распорядимся полученными данными, в дальнейшем будет зависеть жизнь всего этого континента, а возможно, и всего мира. Если, конечно, последствия не будут ещё более значительными.

– Дорогой, а ты не преувеличиваешь? – спросила у Релака жена, явно впечатлённая его эпическим размахом.

– Нет, Ассай, всё так и есть. Если не хуже.

– Да что может быть хуже? – удивился Суор. – Если ты, отец, конечно, не преувеличиваешь и в конце концов окажешься прав.

Вместо Релака на этот вопрос своим волшебным, обволакивающим, чарующим голосом ему ответила Тея.

– Мы можем опоздать, – просто сказала она, и было видно, что она о чём-то догадывается или даже знает.

Лорд кивнул в подтверждение её слов:

– Всё верно. Хотя суть полученных сведений мне известна, но, думаю, ознакомить с ними нас должен кое-кто другой. – И повелитель посмотрел на своего младшего сына: – Расскажи нам всем о том, что я узнал из письма Лера, и дополни его рассказ своими комментариями, – обратился он к Тиору.

Тот лишь пожал плечами, как бы говоря: «Это не я вызвался, это меня назначили крайним» – и, оглядев каждого сидящего в зале, стараясь заглянуть чуть ли не в глаза всем членам своей семьи, начал говорить:

– Всё началось с того, что нам с Лером в руки попала информация о нездоровой активности лорда Нураза в одном из срединных планов. Нас это заинтересовало. – Посмотрев в смеющиеся глаза Суора, потягивающего вино, он признался: – Ну ладно, если честно, то только меня. – И пояснил: – Просто больно скучно было каждый день таскаться на всякие приёмы, а это какое-никакое развлечение и хоть какое-то занятие. Поэтому я стал копаться в этом деле и разбираться с просочившимися к нам слухами. И мне повезло, я вышел на одного стража, который, сам того не ведая, выдал мне один из секретов лорда. – Ещё раз оглядев всех сидящих в зале, он продолжил: – Нураз нашёл старый работающий портал в один из срединных планов. – И, посмотрев в глаза матери, добавил: – Это мир Ареаны.

При этих словах Ассай вздрогнула и переглянулась с мужем, тот лишь пожал плечами и отрицательно помотал головой, как бы убеждая свою жену в чём-то. И это было подозрительно.

«Ещё одна тайна, о которой я не знаю», – подумал Тиор.

Женщина успокоилась.

Посмотрев и поняв, что все готовы слушать дальше, молодой демон, интриган, политик и воин в одном лице, продолжил:

– Портал этот он обнаружил достаточно давно. Уже несколько поколений демонов является его хранителями и стражами. Это удалось узнать уже Леру. Ну а дальше к делу вновь подключился я. Не знаю, каким образом, но к лорду Нуразу в руки попала информация о предположительном месте расположения одного очень ценного артефакта. – Следующие слова он выделил: – Он узнал, где может находиться одна из Слёз утренней звезды.

Суор алчно сглотнул и весь напрягся.

– Успокойся, брат. Всё хуже, чем ты предполагаешь, – пошутил над ним Тиор.

Остальные слушали хоть и с интересом, но не проявили такой живой реакции на сообщение об артефакте. Оно и понятно. Помешан на магии был только Суор.

– Так вот. Не знаю, как они умудрились, но за всё то время, что демоны Нураза имели прямой доступ в мир Ареаны, они так и не смогли найти артефакт.

Лицо брата прямо расцвело, а в глазах зажёгся фанатичный огонёк.

«Сейчас он потухнет», – даже с какой-то ноткой удовольствия подумал Тиор, очень уж он не любил этот нездоровый блеск в глазах Суора.

– Но это ещё не всё. Буквально несколько часов назад артефакт активировали и привязали. Отзвуки обряда разбудили караул стражей границ, и он доложил о случившемся лорду. Говорят, послание ему принёс один гнусный тип, от которого осталось одно большое мокрое пятно на стене, и теперь оно украшает приёмную залу во дворце повелителя.

– Как так? – удивился Суор. – Как они его упустили?! – Такая ценная магическая безделушка, и, хоть и чисто гипотетически, уплыла из его рук. – И что же в этой информации особо ценного? – огорчённо спросил маг. – Артефакт-то теперь утерян для всех. Или?..

Он всё с тем же алчным блеском и фанатизмом в глазах посмотрел на младшего брата.

– Никаких тебе «или», – вытянул перед собой руки тот. – Артефакт активировали и привязали. К нам его новые владельцы не имеют никакого отношения. Я даже не знаю, кто это. Да и лорд тоже.

– Но тогда что это за новости? – с непониманием в голосе спросил Суор.

Тиор только хотел разразиться какой-то длинной пафосной речью, но весь эффект испортила Тея.

Она очень тихо, чуть ли не шёпотом, произнесла, обращаясь ко всем:

– Бессмертие.

Тиор запнулся и сказал:

– Ну, сестрёнка, с тобой совсем неинтересно. Я тут интригу развожу. А ты раз – и разрушаешь все мои труды. – Он укоризненно покачал головой. Но, заметив над собой уже замахнувшуюся для подзатыльника руку отца, протараторил: – Всё-всё. Понял. Рассказываю дальше. – Устроившись поудобнее в кресле, у которого наконец остановился, перестав метаться по комнате, продолжил уже вполне серьёзно, без всяких шуток: – В том, что нам удалось хоть что-то узнать, заслуга полностью принадлежит Леру. Вернее, его девушке. Она – дочь стража портала, некоего Ларракта Ссрана, который как раз и нёс стражу в тот час, когда произошла активация артефакта и который помимо этого отослал послание лорду о том, что артефакт попал в чужие руки, о том, что его уже привязали и активировали. Именно поэтому, зная нрав своего повелителя, он предупредил семью о том, что он, скорее всего, впал в немилость и чтобы они как можно быстрее покинули пределы анклава Нураз. Ну а его дочь, соответственно, пришла с просьбой к Леру – просить убежища для себя и своей семьи у нас. Параллельно она дала прочитать письмо от отца, полученное через магический телепорт, который является реликвией их семьи. Так они и узнали плохие новости раньше самого лорда. – Тиор отпил вина. – Мы уже стали готовить для них различные пути отхода и варианты, дающие возможность покинуть границы анклава лорда Нураза, когда от отца девушки пришло второе письмо, поменявшее многое. В нём говорилось о том, что надобность в немедленном бегстве из анклава Нураз пропала, и объяснялась причина таких резких перемен. – Он вновь осмотрел всех. – В нём говорилось, что стражи портала искупили свою вину перед лордом, что они нашли ценность во много раз большую, чем упущенный артефакт, – ими обнаружен активированный источник. Источник бессмертия. – Тиор не удержался и сделал театральную паузу. Но на его позёрство уже никто не отреагировал. Всех поразила рассказанная им новость. Тем более и Тея подтвердила её своим высказыванием. Поэтому младший принц, лишь пожав плечами, продолжил: – Зарождение и последующие активация и привязка данного источника были проведены недавно. Не больше часа с того момента, как его обнаружили. И это поставило на уши всех во дворце повелителя. Начали срочно готовить экспедиционный корпус в мир Ареаны. Необходимо было взять в кольцо зону предполагаемого нахождения нарушителей спокойствия. По сути, это всё. Есть ещё некоторые детали. И они ещё более достоверны, чем полученные мной ранее сведения, так как исходят из первоисточника. – Дождавшись кивка отца, Тиор перешёл к изложению уже других деталей дела: – В том бедламе, что царил во дворце, мне совершенно не удалось найти несколько нужных личностей, которые более-менее смогли бы прояснить обстановку. И мы уже хотели разделиться, Лер должен был остаться на всякий случай при дворе, а я незаметно ускользнуть домой, когда во дворец прибыла поисковая команда и стражи портала с Ареаны, среди которых был и Ларракт, отец девушки. Не знаю, что нашло на Нураза, но всех прибывших арестовали. Так думали и мы, когда успокаивали Талию, это девушка Лера и дочь Ларракта. Но стража схватила не всех прибывших. Когда мы пришли к ним домой, то там оказался её старший брат Реги, его не было на дворцовой площади в момент ареста, он забежал домой на пару минут, чтобы поздороваться с родными, и поэтому остался на свободе. И вот с этого момента всё завертелось. Семью Ларракта мы укрыли в одном надёжном месте. Они переберутся к нам несколько позже и более безопасным способом, чем это сделал я. – Встав, Тиор продолжил: – Но зато я привёз с собой Реги, именно для того, чтобы он смог рассказать всю дальнейшую историю и те необычные выводы, которые они сделали со своим отцом, и вы всё услышали из первых уст. – Посмотрев на удивленного отца, Тиор спросил: – Я его приглашу? Да не тушуйтесь. Всё равно скоро, я так понимаю, родственниками будем.

– Зови, – кивнул Релак, при этом посмотрев на утвердительно закрывшую глаза дочь.

Её анализ ситуации часто основывался совершенно не на тех постулатах, что принимали во внимание все остальные. Поэтому её мнением отец интересовался достаточно часто.

Мгновение – и перед ними стоит уже вполне обычная, ничем не примечательная девушка, которую в толпе даже и не заметишь сразу. Тея приготовилась к встрече с незнакомым человеком. Он пока не входит в ближний круг их семьи, чтобы доверять ему одну из их тайн.

Пока шли эти приготовления, Тиор подошёл к двери и позвал:

– Реги, иди. Отец хочет поговорить с тобой.

И отступил в сторону, пропуская в зал курносого, веснушчатого невысокого паренька, на вид которому было не больше восемнадцати лет.

Он явно смутился, когда взоры присутствующих обратились к его скромной персоне.

– Э… Добрый день, высокородные дамы и господа, – сказал он, сглотнув.

И боязливо посмотрел в сторону лорда, явно выделив главу этого совета.

Тот в ответ рассмотрел этого простого и не выдающегося силой демона – Релак это определил практически сразу – и, указав ему на одно из кресел, сказал:

– Проходите, садитесь, юноша. У нас к вам будет несколько вопросов, и мы с большим интересом выслушаем ваш рассказ от начала и до конца.

Суор переглянулся с Теей. Такой вежливости и учтивости от отца они не слышали никогда.

– Не хочет пугать, – одними губами прошептала девушка.

Суор согласно кивнул ей.

Когда молодой демон сел в указанное ему кресло, повелитель обратился к нему:

– Мой сын сказал, что вы многое можете поведать нам из того, что не известно никому другому?

Парнишка наклонил голову и попытался встать – не было у него привычки сидеть в присутствии сильных мира сего, но властным жестом был остановлен.

Немного поёрзав, он всё-таки успокоился и начал говорить:

– Я являюсь магом в одном из патрулей стражей портала, ведущего в мир Ареаны. Последние три дня было наше дежурство. И это именно я засёк выброс силы во время активации артефакта, который уже несколько столетий разыскивает лорд Нураз. И, как главный по караулу, я потом готовил отчёт о происшедшем для генерала Кана, главы гарнизона стражей портала в Ареане. Отец в это время занимался организацией оцепления в районе обнаруженного мной выброса энергии. На тот момент всё это проводилось силами нашего небольшого гарнизона. Мы перекрыли наиболее вероятные пути бегства оттуда и стали прочёсывать район в надежде поймать нарушителей. Прошло меньше пятидесяти минут, и поэтому у нас были неплохие шансы обнаружить их. Но нам практически сразу не повезло. На предположительном месте проведения ритуала активации и привязки артефакта, а также выброса энергии уже не было никого постороннего, хотя мы и нашли многочисленные следы продолжительного пребывания там нескольких разумных существ. Зато именно там нами был обнаружен только что зародившийся источник. Вот о нём-то мы и сообщили во втором отчёте генералу, а уж он отправил это сообщение со своим личным адъютантом повелителю Нуразу. Я сам видел, как основную часть сообщения под диктовку написал адъютант, однако генерал уже перед самой отправкой гонца к лорду дописал что-то в конце послания, ну а мы, после того как адъютант через телепорт отбыл к лорду, ушли на прочёсывание местности. – Молодой, как оказалось, маг испросил разрешения попить и, отпив вина из предложенного бокала, продолжил свой рассказ: – Ситуация вырисовывалась несколько странная. Те, кто активировал артефакт, исчезли в неизвестном направлении. Наши следопыты не смогли найти никаких их следов. Но зато мы практически мгновенно смогли отследить тех, кто активировал источник. Мы проследили их до того места, где они смогли вырваться из нашего оцепления. Эти нарушители скрылись в развалинах города древних магов, что находятся там поблизости. Наши маги-иллюзоры установили, что беглецов двое, один предположительно рунный маг, второй – или следопыт, или воин, его телохранитель. Скорость их появления вблизи источника и заранее подготовленные и практически мгновенно проведённые ритуалы его сдерживания, активации и привязки говорят о том, что они заблаговременно готовились к этому действу. И как это ни странно звучит, знали о нём. Знали о том, что в этой местности должен зародиться новый источник. Источник бессмертия. – Посмотрев прямо в глаза лорду Релаку, он веско добавил: – У нашего лорда, как мы догадывались, был свой информатор на Ареане, и, как мы понимаем, ну, вернее, так мы решили с отцом, – смутился парень, но под одобрительным взглядом Тиора продолжил: – Этот информатор солгал или преднамеренно подбросил нашему лорду ложные сведения.

– Давно такого не было, – усмехнулся Релак, – чтобы кто-то решил поиграть с Нуразом. Это даже интересно. Есть что-то ещё?

– Да. Мой отец предположил, что Слезу туда подбросили заранее, а информацию о ней специально слили нашему информатору, – дополнил мыслями своего отца рассуждения молодой маг.

– Специально, говоришь, – задумчиво протянул лорд. – Мои демоны из внутренней стражи займутся поиском информации по тому, кто мог это всё организовать. Ну а вообще это и неудивительно, тот, кто решил подчинить себе такой источник, не должен бояться мелких трудностей и, скорее всего, не остановится ни перед чем.

– Да, – расхрабрился парнишка, – мой отец говорил то же самое. – Немного помолчав, будто поразмыслив над тем, стоит ли говорить дальше, молодой демон продолжил свой доклад: – По всей видимости, это была хорошо разыгранная комбинация, рассчитанная именно на нас и нашего лорда, ну или кого-то, кто будет находиться в той местности и с той же целью. Поиск Слезы. Судите сами, – молодой демон начал загибать пальцы на руке, перечисляя известные факты, – демодрак доложил о проникновении каких-то нарушителей на нашу территорию несколькими днями ранее. И мы сразу стали готовить группу по зачистке местности. Но особо не торопились, ведь тогда же костяной дракон доложил и об уничтожении всего проникшего к нам на территорию Леса отряда. Однако, похоже, уничтожил не всех. Или он их просто не заметил, или, что больше всего похоже на правду, существовала ещё одна группа, и, возможно, не единственная, а та, что уничтожил демодрак, была лишь отвлекающим манёвром. Мой отец придерживается именно этой версии. Часть нарушителей ушла на поиски артефакта, а двое разумных остались ожидать зарождения источника. – Оглядев всех присутствующих, Реги продолжил: – Из наших же наблюдений стало понятно, что Слеза нарушителям была не нужна или нужна, но точно не тем, кто активировал источник бессмертия. Мы так поняли, что они её даже не искали. Судя по следам, что мы там обнаружили, только телохранитель слегка обследовал и изучил прилегающую к месту их проживания территорию. Кроме того, он уничтожил двух духов – хозяев тех мест, что мешали им спокойно жить. Мы нашли их свежие останки. Это не случайные искатели приключений, они целенаправленно прибыли на нужное место и жили там некоторое время, ожидая зарождения источника. Это подтверждают и найденные нами следы их пребывания, прямо у места его зарождения.

Релак переглянулся с женой и спросил у мага:

– Ты хочешь сказать, что было две группы?

Тот отрицательно покачал головой:

– Нет, лорд-повелитель. Если считать ту, что была уничтожена демодраком, то групп было три.

Релак лишь хмыкнул на это высказывание и продолжил рассуждать уже сам:

– Понятно. Значит, ты говоришь, что кто-то очень умный разыграл достаточно сложную и опасную комбинацию? Задолго до начала событий перевёл всё внимание Нураза на поиски и странное поведение Слезы, потом отвлёк вас на нарушителей, а организовав прорыв в зону поиска, устроил спектакль с последующим исчезновением Слезы, при этом, возможно, он же и провёл дальнейшую активацию артефакта. И всё это было сделано, чтобы оградить себя от вашего пристального внимания. И когда всё это у него получилось, он сам принялся разбираться с источником. Всё верно?

– Да, повелитель, – подтвердил его слова приглашённый маг.

– Хм. Рисковый и умный противник, – оживился лорд, удивив этим даже своих домочадцев, что уж говорить о чувствовавшем себя и так не очень уютно маге. – Но вообще-то, на мой взгляд, как-то уж слишком сложно, и эта длительность плана, растянутая на несколько столетий… Есть что-то ещё, что ты хотел бы нам рассказать? – спросил у Реги Релак.

– Нет. Разве только что среди них очень сильный маг и кто-то из них ранен.

– Поясни, – попросил лорд, но потом пробормотал себе под нос: – Хотя привязать источник слабый маг и не смог бы.

Однако молодой демон, видимо, расслышал его слова.

– Простите, я не совсем точно выразился. Среди них очень сильный и опытный боевой маг. Скорее всего, это всё тот же рунный маг. При отступлении нарушители наткнулись на засаду стаи ралов. Это были самые сильные бойцы в нашем гарнизоне, и поэтому самое опасное направление, на развалины города, было перекрыто именно ими. В итоге десять воинов-ралов не смогли удержать всего двоих. Ранив при этом только одного из них.

Это впечатлило всех. Даже Лер не справился бы с этими бойцами, не приняв свою самую опасную боевую ипостась.

– Мы были на месте стычки. Большинство ралов выведено из строя заклинанием, похожим на «Удар ветра», или каким-то его аналогом.

– Но этим заклинанием нельзя убить рала, – удивлённо проговорил Суор.

– Всё верно, тем более что некоторые из них носили защитные амулеты с магическим щитом третьего уровня, это штатное вооружение у нас в дозоре. Однако, несмотря на это, их оглушили, а потом кто-то просто прошёл и добил не пришедших в себя воинов. По иллюзии с места стычки не удалось восстановить точные детали боя. Всё из-за того, что у ралов, оказывается, был малый мобильный источник и он создал очень сильные помехи.

– Но по остаточному следу от источника их отследить-то не составит труда, – вдруг обрадованно проговорил Тиор.

Но даже Тея посмотрела на него укоризненно. А Суор как бы в оправдание сказал:

– Он никогда особо не блистал умом.

Но Реги ответил и на это высказывание:

– Мы рассматривали и эту версию. Однако тот, кто захватил источник, смог очень быстро настроить его на себя. И перенаправить поток генерируемой им энергии в какое-то хранилище. Потерь при этом практически не было. Ну а вообще, что странно и как-то не вяжется с общим образом могучего мага, у ралов собрали практически всю амуницию и сколь-нибудь ценные вещи, включая разряженные амулеты.

Релак усмехнулся.

– Просто ты незнаком с работой следопытов. Тут чувствуется рука опытного поисковика. Те, даже отступая или убегая, стараются не упустить своей выгоды, – прокомментировал он услышанное.

– Простите, – смутился парнишка. – Тогда у меня всё, – закончил он свой отчёт.

– Хорошо, иди. О тебе позаботятся. – Релак кивнул на дверь.

Реги встал, поклонился и быстро вышел из зала.

Подождав, когда за магом закроется дверь, глава этого семейного совета спросил:

– Ну, кто и что может сказать? Каковы наши дальнейшие действия?

И тут очнулась почти всё время молчавшая Тея:

– Я видела этот источник. Он очень сильный. Нельзя, чтобы он достался Нуразу. То, что грядёт за этим, покрыто мраком и тьмой. И смертью. Нашей смертью. – Оглядев присутствующих, девушка закончила: – До этого я не понимала, к чему могло относиться то моё видение, но теперь я, кажется, разобралась в нём. Нельзя отдавать источник в руки Нураза, – повторила девушка.

– И что ты ещё видела? – уточнила у дочери Ассай.

Та немного помялась, но потом всё же ответила:

– Не очень чёткие образы. Такое ощущение, что это очень тесно связано с нашей, вернее, с моей судьбой. Вы же знаете, как это бывает. – И она, виновато пожав плечами, поглядела на мать.

– Да, доченька, – согласилась с ней та. – Ну а всё-таки?

Девушка на несколько минут задумалась, а потом, просияв, вдруг повернулась к отцу.

– Шлейф источника тянется в место, где становятся магами, – проговорила Тея. – Это единственный чёткий образ, но его я никак не могу расшифровать. И ещё. У меня такое чувство, что мне нужно находиться именно там, если мы хотим хоть как-то повлиять на эту ситуацию. Только где это там, я не знаю.

– И чего тут сложного? – удивлённо спросил Суор. – Место, где становятся магами, – это школа, университет, ну или какая-нибудь академия магии.

– А ведь точно, – согласился с ним Тиор. – Тогда что получается: тот, кого мы ищем, не маг? Он только собирается туда поступать?

– Что? – не понял его отец. – Ты думаешь, это второй, следопыт? – удивился он, но затем, видимо что-то прикинув, сказал: – Вряд ли, слишком много нужно было сделать и подготовить для неинициированного мага. И всё это практически нереально выполнить. Хотя, конечно, зачем-то там был рунный маг. Кстати, он может работать в этом учебном заведении, и тогда всё сходится. Он может даже не быть магом, но работать там. – И Релак победно посмотрел на свою жену.

Но женщина, видимо, задумалась над другим и поэтому переспросила у дочери:

– Ты думаешь, он как-то связан с твоей судьбой? Да?

– Не знаю, – честно ответила девушка, – но ничего касающегося этого источника я больше не вижу.

Однако Ассай, больше понимавшая дочь или видевшая что-то такое, чего не могли заметить остальные, спросила у Теи несколько другое:

– Тея, девочка, нам нужен маг? Или тот, кто нам нужен, сейчас ещё не является магом?

– Не знаю. – Девушка покачала головой и тихо проговорила: – Но он будет там, и я точно смогу его узнать.

Возникла пауза, а через несколько минут Релак, посмотрев на жену, сказал:

– Дорогая, нам придётся попросить помощи у твоего отца и воспользоваться его порталом.

Все навострили уши, ведь только что приоткрылась одна из тайн появления Ассай в мире демонов.

– Да, я понимаю, – ответила та.

– И что вы решили? – всё ещё не до конца поняв ситуацию, спросил у них Тиор.

– Мы с тобой едем на учёбу, братишка, – ответила за них Тея и, предвидя его дальнейший вопрос, объяснила: – Одну меня они не отправят. Лер должен остаться при отце, на Суоре его школа и гильдия. Остаёшься только ты.

Улыбнувшись, Релак подмигнул оторопело стоящему сыну и сказал Тее:

– Умничка, дочка, я в тебе никогда не сомневался. Остался только последний вопрос: куда вас отправить?

Он расстелил на столе материализовавшуюся из воздуха магическую карту мира Ареаны.

«И откуда она у отца, интересно», – подумал Тиор.

Все с интересом стали рассматривать незнакомые континенты и названия городов, государств и различных островов. Ну почти все, похоже, Ассай и Релак были хорошо знакомы с географией того мира.

– Так, Ассай свяжется со своим отцом, и он со своей стороны откроет для вас портал. Появитесь вы примерно вот здесь. – Релак пальцем указал на огромную территорию, подписанную на карте как Гигантский Лес, в точку, расположенную недалеко от границ государства с названием Лесное княжество.

«Так вот откуда прибыла мама», – подумала Тея, рассматривая очертания континента с непривычным названием Ларос.

– Там вас встретят наши родственники. Кого отправит ваш дед, я не знаю, но уж точно не приедет сам, – с грустью сказала Ассай.

– В общем, с этим понятно, и особых проблем быть не должно, – закончил за неё Релак.

И только тут до Тиора дошло, почему Ассай так странно отреагировала на сообщение о том, что Нураз нашёл телепорт в её родной мир. Она подумала о том, что он нашёл их телепорт, тот, о котором сейчас шла речь. Но отец разубедил её в этом. Получается, он им периодически пользуется. Ведь узнал же он каким-то образом, что не этот портал был обнаружен лордом.

«Что за игры ведёт отец?» Тиор с любопытством посмотрел на повелителя.

– Всё верно. Мой отец, Элей Третий, и ваш дед организацию обучения возьмёт на себя, уж я об этом позабочусь, – продолжила Ассай. – Но остаётся открытым вопрос: куда вас направить?

– Сюда. – Изящный пальчик Теи указал в какой-то город на карте.

– И почему я не удивлён? – переглянувшись с женой, проговорил Релак.

А Тиор прочёл название: «Империя Ларгот». И более мелкими буквами: «Академия магии империи Ларгот».

Глава 2

Один из срединных планов реальности. Планета Ареана. Материк Ларос. Территория близ границ Гигантского Леса

Спуск длился уже пять часов.

«Какой же я был самонадеянный дурак! – в который уже раз корил я себя за столь необдуманный поступок, как спуск по лиане, да ещё таким способом. – Нет, ну додуматься до такого мог только полный идиот!» – не мог успокоиться я после очередного зависания над бездной.

Я уже несколько раз срывался со ставших скользкими, как мокрое мыло, рукоятей кинжалов, повезло ещё, что я додумался привязать их самодельными верёвками к рукам. И поэтому повисал на них, как на некоей альпинистской страховке.

Но в одно из таких падений верёвка, что была привязана к правому кинжалу, не выдержала и порвалась, после чего я чуть не сорвался вниз. Меня спас случай. Я как-то странно дёрнулся телом в момент начала падения, и получилось так, что кошка на моей левой ноге намертво вошла в поверхность лианы. Я даже не пытался высвободить её когти из поверхности растения. Заклинило их основательно, и, если честно, сейчас мне это было только на руку. Ведь в результате этого падения я, со слов Искателя, заработал растяжение связок запястьев обеих рук и вывих левого плеча.

«Для нормализации работы всех функций организма необходимо запустить восстановительный режим, который продлится четыре часа тридцать две минуты», – проинформировал меня интерфейс.

Ну что ж, на этом сегодня спуск можно было прекращать.

Руки меня практически не слушались. Мне нужен был отдых. Очень долгий отдых. И желательно какое-никакое лечение.

Однако с лечением, как это ни удивительно, вроде как проблем не должно было быть, по крайней мере у меня.

Искатель сказал, что с недавнего времени зарегистрирован повышенный уровень регенерации и теперь для полного восстановления организма мне потребуется только обеспечить себе «неактивную фазу функционирования» для активации ускоренной фазы регенерации повреждённых тканей и органов. То есть, как я понял, он намекал на сон. И даже моя фраза, что заснуть я вряд ли смогу, его не смутила.

«Обеспечение восстановительного периода и контроль его прохождения является одной из основных функций ментоинтерфейсов серии Искатель», – ответил он на мои слова.

Получается, и «восстановительным периодом» он мог меня обеспечить, нужно только скомандовать.

Значит, ко сну и нужно готовиться, а не продолжать спуск вниз. А то до земли ещё несколько часов непрекращающегося скалоползания, вернее, лианоползания, и я прекрасно осознавал, что ещё один такой марш-бросок просто не выдержу, тем более если опять сорвусь.

Поэтому я решил устраиваться на ночлег.

Хотя по моим внутренним часам я чувствовал, что сейчас только середина дня, но также ощущал, что если не дам себе несколько часов отдыха, то вниз попаду гораздо быстрее, чем запланировано, буквально за несколько секунд.

Получалось, что мне предстояло самое неудобное спаньё за всё время, не только проведённое в этом мире, но и вообще за всю мою жизнь.

Спать на весу, в нескольких километрах над землёй мне ещё ни разу не приходилось. И к сему эпохальному событию предстояло приготовиться основательно, иначе тут не отдохнёшь. Спать, держась за кинжалы и боясь каждое мгновение сорваться вниз, то ещё удовольствие, и поэтому эту проблему нужно было решить каким-либо образом. Ведь и рукам мне нужно было дать отдохнуть.

Хотя как это сделать, когда за плечами у меня висит ощутимый груз, стоило подумать заранее. Но, как говорится, хорошие идеи приходят, как всегда, опосля. Моя задумка, связанная со сном, могла помочь мне и в дальнейшем спуске.

Для того чтобы я смог более-менее нормально отдохнуть, если это, конечно, можно назвать полноценным отдыхом, мне нужно было закрепиться на лиане. И у меня была одна вещь, которая могла мне в этом помочь. Правда, для этого её придётся основательно переделать, да и в её прочности следует убедиться, но другого выхода я не видел.

Я говорил о кожаной верёвке, на которой крепилось било кистеня. Додумайся я до такого заранее, сделал бы верёвку ещё там, наверху, из волокон листьев-деревьев. Но, как обычно, подумал об этом только сейчас. Не предполагал, что будет настолько сложно ползти по лиане вниз.

«Видимо, с непривычки к такому способу перемещений или из-за несколько большого груза у меня за плечами», – проснулась во мне нотка сарказма.

Но что бы я ни думал, этот спуск меня основательно вымотал. Уставшие натруженные пальцы еле сгибались и шевелились, и поэтому на распутывание верёвки я потратил порядка сорока минут. Но я это сделал. И теперь у меня была очень прочная, как оказалось, и достаточно длинная бечёвка, конец которой я привязал к одному из арбалетов. Больше тяжёлых и относительно безопасных предметов у меня с собой не было.

Я проверил, что мой метательный снаряд не развалится от первого же удара или не отвалится из-за резкого рывка, и, убедившись в этом, размахнулся.

«А чего рассусоливать? – так рассуждал я, раскручивая импровизированную верёвку надетых на мои ноги кошек. – Время то идёт, и неизвестно, что происходит сейчас там, наверху, и какой приём мне окажут в развалинах города. Нужно как можно быстрее устраиваться, отдыхать, пока у меня есть это время, и затем двигаться дальше».

Как ни странно, первый же бросок оказался удачным, если, конечно, забыть о маленьком казусе. Арбалет облетел и обмотал лиану по кругу. И на возвратном движении очень смачно припечатал меня по голове, так что я чуть сознание не потерял. Благо арбалет ударил меня в ту часть головы, которую интерфейс на моей виртуальной модели обозначил как защищённую неизвестным ментальным модулем и где во время обряда покоилась голова змеи. Поэтому я отделался небольшой ссадиной и лёгким испугом.

Но зато я без труда смог поймать арбалет, что тоже являлось хоть небольшим, но плюсом, а то пришлось бы его бросать повторно.

Ну а дальше получившимся шнурком, обмотанным вокруг лианы, я привязал себя к ней. Теперь я твёрдо стоял на воткнутых в её поверхность кошках и был привязан к лиане верёвкой. Руки были свободны и могли заняться какими-то другими делами или просто отдохнуть. Хоть меня и перевешивало назад непомерным грузом, что висел у меня за плечами, но верёвка крепко держала у ствола растения, и поэтому я уже не боялся, что во сне меня опрокинет и я сорвусь вниз.

Свой отдых я решил начать с небольшого перекуса. Да и Рыкун уже несколько раз порывался мне напомнить, что пора бы пообедать и он даже знает, чем мы можем поживиться в моём рюкзаке.

Вообще, этот зверёк был больно уж хитрый и сообразительный. Всю дорогу не мешал, не отвлекал и только в моменты, когда нам ничего не угрожало, подавал о себе знать. Ну и ко всему прочему он очень сильно помог во время стычки там, наверху. А потому такое послушание и помощь в трудной ситуации достойны вознаграждения.

– Рыкун, вытащи из рюкзака ту вкусную еду, что тебе понравилась. Перекусим.

«Наконец-то. Рыкун хочет есть», – пришла мне в ответ обрадованная мысль грызуна.

И я ощутил, как по моему плечу, а затем и где-то за спиной торопливо и радостно зашуршал этот неугомонный зверёк. По дороге он комментировал разные невкусности, которые напихал в свой большой мешок (сам-то он переносил нужные ему предметы во рту, запихивая их за щёку, как хомяк) этот глупый детёныш, мешая тем самым ему, великому и ужасному, побыстрее добраться до еды.

Я же подумал, что неплохо бы кроме того, чтобы немного поесть, ещё и чего-нибудь попить.

Правда, воды с собой у меня не было, но в наличии имелись три вещи, которые в теории должны были мне помочь её получить. Это кусок коры дерева, который я подобрал, ещё гуляя по листо-древесному лесу. Походил он на вполне глубокую миску, и я планировал рано или поздно его в этом качестве и использовать. Для воды он прекрасно подходил.

Но самой жидкости, которую туда следовало налить, у меня-то и не было. Однако в огромном количестве был какой-то непонятный и не очень хорошо пахнущий сок, выделяющийся из лианы. Вот его-то я и хотел выпить, предварительно воспользовавшись вторым предметом, который был у меня, а именно голубым сапфиром, который умел выводить вредные вещества из жидкостей.

Передав картинку камня всё ещё роющемуся в рюкзаке Рыкуну, я подождал, пока он притащит мне мою долю заготовленных вяленых полосок мяса (смотри-ка, расщедрился, целых три штуки принёс) и кусок коры, и в следующую ходку он принёс мне голубой камушек.

Повертев его в руках, я не заметил никаких новых изменений в его структуре, кроме того, что теперь его энергетическая наполненность составляла сто процентов. После беглого осмотра и сверки старой характеристики камня с новой я бросил его в уже набежавший почти до краёв миски сок из разреза, сделанного в стволе лианы.

Сначала ничего не происходило, но вскоре я стал замечать, как постепенно под воздействием ментальной структуры камня стала изменяться и метальная структура жидкости, правда, просматривалась она с трудом.

До этого я как-то и не обращал внимания, что в соке, выделяемом лианой, есть своя внутренняя энергетическая структура, хотя и не слишком заметная. Теперь же, заметив её, я получил от Искателя описание свойств этой жидкости.

«Органическая жидкость растительного происхождения. В своей основе содержит слабую ментоактивную структуру. При должной концентрации жидкости и её очистке от токсичных и отравляющих веществ приобретает сильные тонизирующие и мобилизующие организм свойства. Длительность воздействия зависит от объёма жидкости. Предположительно один литр на десять часов. Побочный эффект: после применения жидкости необходим длительный восстановительный период для нормализации работы организма и перевода его в повседневный режим работы. По предварительным расчётам, полученный в результате действия неизвестного артефакта продукт будет полностью безопасен для организма оператора и не будет обладать ожидаемым сильным тонизирующим эффектом из-за низкой концентрации ментоэнергии в структуре полученной жидкости. Рекомендация: для восстановления сил и водного баланса организма оператора принять жидкость в её текущей концентрации».

Похоже, наблюдая процесс очистки сока лианы камнем, Искатель проанализировал получаемый состав жидкости и сделал вывод, что если пить её сейчас, то она будет для меня полностью безопасна. Даже несколько мою усталость должна снять. Хотя это мне сейчас не нужно, мне, наоборот, надо уснуть, чтобы отдых был более полноценным.

Но что есть, то есть, другой воды поблизости у меня не было.

Жидкость на вкус напоминала немного пересолёную минеральную воду, только без газа. В общем, пить можно. Никакого отторжения или неприятных последствий. Даже вкусно. Мне минеральная вода всегда нравилась.

Напившись, я немного оставил её Рыкуну и, придерживая у плеча миску, позвал его. Сначала этот мелкий грызун подозрительно косился на чашку с водой. Потом озадаченно спросил:

– Откуда вода? Рыкун проверял, воды не было.

Но я уверил его, что сделал её только-то из лианы, и он, практически мгновенно потеряв интерес к теме её происхождения, вылакал весь остаток воды в миске. После чего, довольный, он ещё немного побродил по моей спине, а затем залез в рюкзак и устроился где-то в его недрах.

«Рыкун спать», – уведомил он меня, и я заметил, как немного изменилось его менто-информационное поле.

«Быстро он, – подумал я. – Теперь можно и мне».

Я приготовился отрубиться на несколько часов, чтобы восстановить свои силы.

«Хорошо бы ещё организм успел достаточно восстановиться за это время и залечить полученные повреждения», – напоследок подумал я.

И тут снова включился интерфейс:

«В распоряжении оператора есть универсальный ментомодуль лечения лёгких и средних повреждений. Изучить?»

«Чёрт, – ругнулся я, – мог бы и сам догадаться и спросить о чём-то похожем ещё раньше. Ведь это вполне логично для тех, кто создавал эту штуку у меня в голове, и значительно могло бы упростить жизнь не только мне, но и тем, для кого этот ментоинтерфейс создавался на самом деле».

«Конечно, изучить, – торопливо ответил ему я и на всякий случай решил уточнить: – Есть ли какие-то необходимые условия для проведения обучения? Сколько на это потребуется времени?»

«Три часа,

– сразу ответил Искатель о длительности обучения.

– Структура модуля имеет шестую степень сложности. Ограничений в использовании данного модуля у оператора нет. Восприятие и интеллектуальные способности оператора достигли необходимого уровня развития для работы с ментоструктурами среднего, высшего и максимального уровней сложности. Энергетическая структура оператора подготовлена к работе с ментомодулями среднего, высшего и максимального уровней использования ментоэнергии. Объёма ментоэнергии, сконцентрированного во внутреннем накопителе оператора, достаточно для наполнения и активации ментоструктур всех уровней сложности», – отчитался интерфейс.

«Жаль, – расстроился я, – если бы изучение этого плетения не требовало столько времени, я бы применил его уже перед сном. Может, это можно сделать каким-то иным образом?»

«Невозможно,

– лаконично ответил Искатель, впервые огорчив меня тем, что я не смогу использовать какой-то модуль, правда, сразу же после своих первых слов внёс кое-какие пояснения:

– Для использования данного типа ментомодулей требуется провести преобразование менто-информационного поля оператора для выполнения им диагностических операций. Это необходимо для определения и задания параметров управления универсальным лечебным модулем».

«Вон оно как, – удивился я сложности работы всей процедуры в целом. – Ну что поделаешь, за неимением лучшего или вообще чего-то иного выполняй. Способность-то незаменимая, можно сказать».

Дождавшись подтверждения Искателя, что новая ментоструктура и сопутствующая ей способность поставлены в очередь на изучение, я ещё раз огляделся вокруг, проверил, хорошо ли держатся и сидят мои приспособления для комфортного пребывания на лиане, и только после этого отдал Искателю команду на сон.

И мгновенно выпал из реальности.

Пробуждение было на редкость приятным. Я даже подумал, что все мои приключения – плод разыгравшегося воображения и фантазий, навеянных царством сновидений.

Но когда я попытался встать со своей «кровати» и это у меня не получилось, то в мою голову стали закрадываться смутные сомнения в нереальности моих снов. Слишком уж реалистично выглядела туманная бездна у меня под ногами и тёмно-бурая поверхность гигантской лианы перед лицом.

– Так это мне не приснилось, – как-то буднично и несколько разочарованно констатировал я и, отреагировав на шебуршание у меня за спиной, поздоровался: – Доброе утро, Рыкун.

Мгновенно восстановив в памяти всю цепочку произошедших событий, заставивших меня оказаться в столь неудобном положении – зависнуть в нескольких километрах от поверхности земли, я понял, что пора тормошить своё сознание и продолжать прерванный спуск.

Но у меня всё ещё было какое-то необычайное чувство лёгкости на душе. Как-то слишком расслабленно и на удивление хорошо я себя чувствовал, чего трудно было ожидать, проведя на весу с рюкзаком и раненым товарищем за плечами несколько часов кряду.

Однако тут ожил Искатель и внёс некоторую ясность в моё такое бодрое и отдохнувшее состояние:

«Цикл восстановления оператора составил шесть часов пятнадцать минут. Восстановление ментального и физического состояния оператора выполнено на сто процентов. Период восстановления превысил нормативное время на два часа десять минут в связи с изучением дополнительных ментомодулей и проведением процесса преобразования менто-информационного поля оператора под активацию способности по ментальной диагностике физического и менто-информационного состояния объектов. Адаптация оператора к использованию изученных модулей выполнена на сто процентов. Готовность к работе менто-информационного поля оператора составляет сто процентов. Наполнение внутреннего источника оператора составляет сто процентов. Построен дополнительный канал передачи избыточного объёма энергии во встроенное резервное хранилище. Наполнение резервного хранилища не превышает одну сотую процента. Активация и изучение поставленных в очередь ментомодулей проведена полностью. Возможность их использования оператором составляет сто процентов».

Какой подробный отчёт! В некоторых пунктах, на мой взгляд, даже избыточный, так как некоторые из них даже повторяются, по-моему, но, возможно, интерфейс видит в них какие-то различия.

Однако Искатель прав. Чувствовал я себя превосходно. Мне даже не верилось в это, но так оно и было.

Я решил начать своё гипотетическое утро с определения того, что было мной изучено за период моего отдыха. Поэтому уточнил у интерфейса обновлённый список своих возможностей:

«Какие дополнительные ментомодули изучены?»

В ответ был обрадован следующим сообщением:

«Активирован и запущен в фоновом процессе диагностический ментомодуль. Изучены гипнопрограмма „Техника скрыта”, ментомодули „Прыжок” и по лечению слабых и средних повреждений».

«Так, понятно. Как работает гипнопрограмма, я, кажется, догадываюсь. Это из той же оперы, что и умение вести рукопашный бой, помню, было о нём и о других моих непонятно откуда взявшихся навыках упоминание. Значит, и этот навык мне уже привит и будет использоваться автоматически. Хотя, если честно, я о нём как-то и забыл за той чередой событий, что меня сопровождает. Хорошо, что ментоинтерфейс всё фиксирует и потом у меня появляется возможность проконтролировать свои желания, просмотрев лог его работы, – рассуждал я, рассматривая какого-то небольшого жучка, ползущего по лиане вверх. – А вот как работает диагностический ментомодуль? Похоже, фоновый режим – это что-то постоянно работающее, но как понять, что же он делает?»

И только тут я более внимательно пригляделся к тому достаточно большому насекомому, что упорно ползло по какой-то ведомой только ему одному надобности мимо меня. Вернее, я обратил внимание не на само насекомое, напоминающее крупного жука-оленя, которого я видел как-то в детстве, а на несколько полупрозрачных небольших полосок-индикаторов, которые появились над ним и сопровождали его перемещение. Раньше я их точно не видел.

Напоминали они индикатор жизни существ в различных компьютерных игрушках, но здесь были разделены на три разноцветные параллельные линии – зелёную, фиолетовую и оранжевую.

Сосредоточившись на них, я получил дополнительные сведения, и, похоже, их источником являлся я сам, работающий совместно с ментоинтерфейсом.

«Физическое состояние – в норме, жизненные функции организма – в норме. Физическая активность объекта – сто процентов.

Менто-информационная матрица – в норме. Ментальная активность объекта – отсутствует.

Энергетическое состояние – в норме. Энергетическая целостность объекта – сто процентов».

«Интересно, но уж как-то больно кратко для сбора параметров, которые должны быть загружены (переданы?) в лечебный ментомодуль».

И только я об этом подумал, как у меня в сознании появилось трёхмерное изображение этого жучка с подсвеченными различным цветом областями на его теле.

«Менто-информационная модель,

– пояснил интерфейс,

– служит для определения точных свойств и параметров объекта».

«Понятно. Уел ты меня, – подумал я, передавая мысли Искателю. – Хотел чего-то большего, так получай по полной программе», – решил я, рассматривая представленную схематичную модель.

А как было не понять намёка этого полуинтеллектуального аппарата, если в сознании у меня сейчас была наглядная виртуальная модель жука, только с различными дополнениями и пояснениями, огромнейшим количеством различных, постоянно меняющихся параметров?

Ну а дальше я разбирался методом тыка, так как, видимо, прямого взаимодействия с моделью не предполагалось. Однако из-за моего несколько большего доступа к консоли управления и настройкам по работе с ментоинтерфейсом права, дающие возможность работать с виртуальной моделью, созданной диагностическим модулем, у меня появились.

Если на какой-то из подсвеченных или выделенных каким-либо способом областей, компонент или отдельных частей модели сосредоточить своё внимание, то рядом с ней возникали какие-то таблицы с непонятными и многочисленными цифрами, символами, иероглифами и кодами. Но непонятными они были лишь первые пару мгновений, а потом преобразовались во вполне удобоваримые параметры и комментарии.

И вот именно теперь я понял всю необходимость и полезность активированного модуля. Только взглянув на нужную мне область модели, я точно знал, какой орган этого насекомого какие функции выполняет, для чего служит и какими ментально-энергетическими свойствами обладает. Как я догадался, суть работы этого модуля заключалась в определении свойств и текущего состояния подвергающегося анализу объекта, что и делал с поразительной точностью.

Три индикационные полоски – это, так сказать, приблизительный и условно-графический результат, аналог экспресс-анализа, ну а если нужны более подробные сведения, то необходимо работать с менто-информационной моделью.

Поняв основные принципы работы диагностического ментомодуля и создаваемой им модели, я постарался первым делом осмотреть со стороны себя самого. Результат меня вполне порадовал, все три основных первичных показателя были в норме. Единственным отличием от жука был параметр.

«Менто-информационная матрица – в норме. Ментальная активность объекта – сто процентов».

Но это было и неудивительно, из анализа, проведённого Диагностом (так я стал называть этот модуль), было понятно, что жук не является магическим существом или существом, обладающим хоть какими-то магическими свойствами. Я же, в отличие от него, обладал кое-какими способностями к магии. Поэтому этот параметр и претерпел изменения.

Доказательством правоты моей теории послужила проведённая диагностика и моего немного верещащего товарища. Рыкун следующим подвергся осмотру, подвернувшись мне под руку, когда не вовремя вылез из рюкзака.

Его диагностика выдала состояние зверька полностью идентичным моему.

Из интереса я постарался найти на его менто-информационной модели тот орган или их комплекс, который является причиной его магических особенностей и умений. И оказалось, у него их несколько.

Во-первых, это миниатюрный накопитель ментоэнергии, который был аналогом его сердца, но располагался несколько ближе к голове. На этот орган замыкалась его менто-информационная структура. И это именно он был тем средоточием энергий, которые бурлили в его маленьком тельце. И видел я именно этот орган, а не его настоящее сердце, как думал прежде. Именно по сиянию этого небольшого энергетического накопителя я мог с точностью до нескольких миллиметров отслеживать его местоположение.

Во-вторых, это, по сути, сам генератор ментомодуля, преобразующего обычный писк этого маленького грызуна в настоящее оружие, настолько грозное и убийственно пугающее рычание, что его опасаются даже огромные и опасные хищники. Им являлся небольшой нарост, расположенный за верхними резцами грызуна. Именно он, по докладу Диагноста, и генерировал необычный ментомодуль в нужный для Рыкуна момент.

Всё это было интересно, но несколько отвлечённо от того главного дела, ради которого оно и затевалось.

У меня за спиной был раненый, которого требовалось подлечить и вообще понять, когда он придёт в себя и сможет самостоятельно передвигаться. А то носить его было хоть и не особо тяжело, но я бы не сказал, что удобно.

И вот, извернувшись, я увидел одну из его рук и часть головы и смог рассмотреть все три индикационные полоски, и все они были на разном расстоянии от начала и друг от друга, но ни одна из них не заполняла весь выделенный ей объём полностью. Это однозначно говорило о том, что Лениавес был нездоров.

А через несколько секунд мной был получен уже несколько более подробный вердикт, вынесенный Диагностом.

«Физическое состояние – среднее, жизненные функции организма – запущен процесс восстановления, выполнен на семьдесят три процента. Примерное время восстановления – три часа. Физическая активность объекта – отсутствует.

Менто-информационная матрица – не в норме, запущен процесс восстановления менто-информационной матрицы. Процент выполнения – сорок процентов. Примерная длительность восстановления менто-информационного поля объекта составит полторы недели. Ментальная активность объекта – десять процентов от норматива.

Энергетическое состояние – критическое. Повреждена энергопроводящая структура объекта. Энергетическая целостность объекта – пятнадцать процентов. Самостоятельное восстановление структуры невозможно».

«Ничего себе. Сильно же досталось корнолу всего от одного выстрела, – подумал я. – Ну и гадское же было заклинание в болте, который попал в него! До сих пор оправиться не может. Но, судя по всему, он должен уже скоро прийти в себя. „Запущенный процесс восстановления” – это, видимо, так Диагност охарактеризовал работу лечебного камня. Так, что ещё есть?» – задумался я и обратил внимание на небольшую сноску.

«Рекомендации».

Сосредоточившись на ней, я получил следующий совет к действию:

«В текущем состоянии для объекта рекомендовано применение универсального лечебного ментомодуля три раза через каждые двадцать минут. Гарантированное ускорение восстановления физических функций организма – сто процентов, менто-информационной матрицы – сто процентов, энергопроводящей структуры организма – девяносто процентов. Переход в стадию активного функционирования – полтора часа. Для функционирования объекта в нормальном режиме требуется дополнительный реабилитационный период – пять суток».

«Ничего себе!» – поразился я полезному действию изученного лечебного ментомодуля. Он давал существенное ускорение всем восстановительным процессам, протекающим в организме Лениавеса, к тому же приводил в норму, хоть и не полностью, энергетическую структуру корнола, хотя она, по данным того же Диагноста, самостоятельно восстановиться была не в состоянии. Поэтому, не откалывая, я постарался воспроизвести и активировать этот ментальный модуль.

Оказывается, его работа была разделена на две части.

Первым запускался микромодуль по импорту данных из Диагноста, и только потом под воздействием этого же микромодуля и на основании полученной информации структура второй части основного лечебного модуля несколько преобразовывалась, и только после этого он приступал к работе.

Запустив процесс в действие, я мог наблюдать, как Диагност и этот микромодуль обменялись через мой встроенный интерфейс данными (получается, они работали не напрямую, и без Искателя эта конструкция переставала взаимодействовать). Наблюдал, как разворачивается сложная многомерная структура основного медицинского ментального модуля и как она прикрепляется, подключается и встраивается в информационно-ментальное поле корнола. После этого началось направленное воздействие активированной и работающей структуры на повреждённые участки поля Лениавеса, а у меня же на Диагносте в это время появился ещё один индикатор, который, как я понял, отображал прогресс работы ментального модуля.

При этом существенно возрос и прогресс восстановления всех остальных функций организма Лениавеса. Это стало заметно уже после первых нескольких минут работы модуля.

«Полезная вещь», – ещё раз убедился я на примере работы модуля.

Я засёк примерное время его применения, чтобы отсчитать двадцать минут до следующего раза, когда будет необходимо приступить, как сказано в инструкции, к лечению нашего пациента, если я хочу добиться скорейшего его выздоровления.

И теперь решил, что пора разобраться с последним (одним из самых интересных) изученным мной ментомодулем – «Прыжок».

Только я не успел начать, так как неугомонное создание, поселившееся в моём рюкзаке, громко напомнило о том, что неплохо бы перекусить. А то некоторые сильно опасные и ужасные давно проголодались, а в гневе они страшны.

В общем, бурчащий меховой комочек по имени Рыкун притащил мне три полоски вяленого мяса, сообщил о том, что свою порцию он уже съел, а теперь ему необходима вода, он хочет пить.

Поэтому, жуя один из ломтиков мяса, я повторил вчерашнюю процедуру с соком лианы и фильтрующим камнем.

Когда всё было готово, я дал попить этому небольшому торопыге, а потом напился сам.

Только после нашего маленького импровизированного завтрака у меня получилось вернуться к прерванному занятию.

«Так, что мы имеем?» – подумал я, рассматривая виртуальную модель ментомодуля локальной телепортации.

Напоминал он некую спираль, своим основанием начинающуюся в точке отсчёта и вершиной спиралевидного конуса указывающую в точку привязки или место переноса объекта.

Параллельно с основным работало несколько дополнительных модулей, обеспечивающих безопасность и точность переноса, а также отвечающих за открытие миниатюрной портальной воронки, совмещённой с самим оператором.

Однако, тщательно изучив и просмотрев виртуальную структуру и смоделировав её работу, я понял, что многие параметры можно изменять с помощью того же ментоинтерфейса вручную. Например, отключить проверку на безопасность переноса и перенастроить портальную воронку на другие координаты.

Но самое главное, я заметил, что точку привязки не обязательно задавать визуально, как было настроено по умолчанию. Видимо, с ментомодулями мало кто из практиков хочет разбираться, если сказано, что он так работает, то так оно и есть, коль ими не используются такие вполне очевидные и, казалось бы, лежащие на поверхности вещи.

В общем, если воспользоваться уже моими знаниями и тем, что есть у Искателя, а именно совместить имеющуюся структуру ментомодуля «Прыжок» и привязать его не к визуально считанным и заданным координатам, а к установленной самостоятельно метке, например задав её руной «Цель», которую я подсмотрел у корнола, то в этом случае не будет необходимости видеть заданную точку телепортации, достаточно лишь ощущать местоположение ментоструктуры руны «Цель», и тогда мы, по идее, должны переместиться именно к ней.

С первого взгляда никаких особых противоречий в той теории, что я тут выстроил, не было, однако ментоинтерфейс не смог подсчитать вероятность положительного исхода при таком прыжке. Однако он подтвердил то, что основные постулаты мной выдвинуты верно и такая ментоструктура полностью функциональна и теоретически должна работать в соответствии с заданными параметрами.

Меня этот вариант заинтересовал потому, что в данное время я достаточно хорошо видел очертания одного из зданий на окраине города и посчитал, как бы хорошо было избежать многочасового спуска по лиане и оказаться где-нибудь вблизи него. Например, на его плоской и, по-видимому, ровной крыше (по мне, она до сих пор целая), и, судя по тому, что мне говорит о ней моя интуиция, эта предполагаемая крыша спокойно выдержит суммарный вес меня, корнола и всех наших вещей. И как бы я сэкономил время, совершив один этот прыжок! Да и лечением Лениавеса занялся бы в более комфортных условиях.

«И проверить-то мою теорию есть только один способ», – подумал я.

Но тут меня обрадовал Искатель:

«Возможно проведение холостого цикла тестовых испытаний ментомодуля с фиксацией всех результатов».

«И что это даст?» – не очень понял я.

«Будет выявлена и соотнесена погрешность между практической составляющей и теоретическими выкладками, произведёнными для оптимальных расчётов по построению ментомодуля. Если значение погрешности не выходит за допустимый уровень, то работа ментомодуля считается корректной. Этот способ является практической реализацией доказательства теоретической обоснованности созданной структуры ментомодуля».

«Хм. Интересно. И какая погрешность считается допустимой?» – задал я очередной вопрос.

«Она не должны превышать трёх с половиной процентов от оптимального результата. Это значение принято как стандарт тестирования в разработке новых ментомодулей для Института управления разведывательных операций содружества. В других организациях этот параметр колеблется в пределах от четырёх до семи процентов».

«Понятно. Тогда давай не будем отходить от самых строгих правил и воспользуемся значением в три с половиной процента», – сказал я.

«Принято», – выполнил мою установку ментоинтерфейс.

«Хорошо, ну тогда приступай к работе», – отдал я распоряжение.

«Оператору необходимо провести активацию ментомодуля и передать его управляющий контур на интерфейс управления ментоинтерфейса».

Я уже хотел сказать, что не знаю, как это проделать, но внезапно знание выполнения данной операции возникло в моей голове неизвестно откуда. При этом в логе ментоинтерфейса появилась ещё одна запись: «Основы управления ментоинтерфейсом серии Искатель-1 изучены», что сказало мне о получении нового пакета знаний. Поэтому при возникновении спиральной структуры ментомодуля «Прыжок» я уже знал, что делать и как себя вести, и, когда заметил небольшой подсвеченный фрагмент, сконцентрировавшись на нём, мысленно перетащил его на виртуальное окошко ментоинтерфейса в своём сознании.

Искатель мгновенно отрапортовал:

«Управление ментомодулем „Прыжок” получено. Начинаю холостой цикл работы ментомодуля. Длительность тестовой серии прогонов рабочего цикла составит пятнадцать минут».

И ментоинтерфейс приступил к работе.

Как только он взялся за дело, я смог визуально оценить принцип работы и самого модуля.

У меня перед глазами энергетическая структура ментомодуля сначала закрутилась в тугую спираль, а потом как бы выстрелила в направлении установленной метки, растянувшись в одну протяжённую линию, и так несколько раз подряд, пока я следил за ходом работ.

Метка произвольно перемещалась в пределах окружающего пространства, независимо от её реального месторасположения. Но оказалось, что привязать её можно только к какой-либо реально существующей энергетической структуре. То есть это должен быть либо материальный предмет со своей хоть и не слишком выраженной менто-энергетической структурой, либо, что удивительно, любая стабильная энергетическая структура в радиусе доступной видимости, а это могли оказаться как источник ментоэнергии, так и какой-нибудь зачарованный предмет, артефакт или иная энергетическая аномалия. И уже этот маяк использовать как точку отсчёта для работы ментомодуля.

В общем, Искатель работал вовсю, параллельно составляя какие-то таблицы и пополняя данными свою базу знаний.

Ну а я решил потренироваться в создании уже известных мне ментомодулей. Место было для этого вполне подходящее: в радиусе видимости не было ни одной души, которая могла бы рассказать о моих экспериментах. Начать предпочёл с уже пройденного и не раз испробованного материала, постепенно наращивая мощность, чтобы определить или хотя бы примерно представлять степень своих возможностей.

Также это я делал для того, чтобы вбить в себя как уверенность, так и умение использования ментомодулей (заклинаний) в нужные моменты.

Первым я проверил наличие защитного кокона. Он был на месте и сиял своей голубоватой полупрозрачной плёнкой, вплетённой в поверхность менто-информационного поля моего тела.

Дальше пошли уже те из атакующих заклинаний, что были известны мне на данный момент времени. Как оказалось, список их был не так и велик.

«Ментальный удар» – его я уже испробовал ранее, и сейчас он вышел у меня практически на автомате. Я поиграл с силой, вложенной в ментомодуль, и степенью его воздействия на окружающие предметы и был полностью доволен, когда после очередного удара вдребезги, даже, вернее, на ошмётки разлетелась проходящая недалеко от меня лиана.

Та же лиана пострадала и от «Термического удара», «Огненного шара» и догорела в конце под воздействием заклинания «Огонь путешественника».

Особенно мне понравился шестиметровый огненный шар из раскалённой плазмы, который начисто пережёг расположенную напротив меня ветвь соседнего дерева. Тут Искатель ещё раз произвёл корректировку параметров этого ментомодуля. Минимальный уровень воздействия вместо обещанных нескольких сантиметров (должен был получиться огненный шар в диаметре пятнадцать миллиметров) у меня соответствовал полутора метрам, средний – шести, а до максимального уровня, из опасения поджариться самому, я так и не добрался. Зато я достаточно хорошо изучил структуру этого ментомодуля и нашёл блок, отвечающий за наполнение его энергией. Градация входящего потока там была настроена на автоматическое отсечение поступающего объёма энергии и была разделена всего на три стадии (положения). Максимальное, минимальное, среднее.

Я же, немного поколдовав с модулем, изменил входной поток и, воспользовавшись руной «Уменьшитель», которая по описанию должна была снизить степень воздействия, опытным путём отсёк поток энергии в момент, когда огненный шар достигал размера десять сантиметров. Это был минимальный размер, который у меня получилось стабилизировать, при передаче в модуль меньшего объёма энергии ментомодуль распадался и активации не происходило.

Полученный ментомодуль, «Малый шар огня», я также внёс в базу знаний Искателя и потренировался в его создании.

За остальными ментомодулями такого ярко выраженного эффекта не наблюдалось, так как механизм ограничения подачи ментоэнергии в них был предусмотрен заранее.

Потом я погонял «Малым антигравом» небольшую веточку, заставив её не падать, а парить в воздухе. И понял, что я последний идиот, так как точно таким же образом могу спустить вниз все наши вещи, вплоть до раненого корнола, для этого мне даже делать ничего не придётся. Единственное – точкой приложения силы нужно будет указать центр масс груза, который я захочу спустить. Ну и обеспечить его безопасность тоже имело бы смысл, особенно если бы я спускал корнола.

Но моя хомячья натура и жадность победили, и поэтому спускать вниз свои вещи я не стал. Неизвестно, что с ними там случится, пока я нахожусь здесь.

Закончив ревизию известных мне ментомодулей, я наткнулся на дополнительную ссылку, которая была создана в логе журнала интерфейса. И она меня перевела на другую, ранее встречавшуюся, но забытую мной тему. Ритуалы крови. В частности – «Привязка». В комментариях к этому ритуалу было сказано, что это основной ритуал для создания именного оружия, доспехов и амулетов.

У меня за спиной было несколько предметов, как раз относящихся к категории «Оружие», осталось добавить им только пункт – «Именное». Тем более необходимы, по сути, были только моя кровь, сами предметы, ритуальный нож, в качестве которого мог выступать любой режущий предмет, и ментомодуль, осуществляющий привязку и переплетение моего ментополя через частичку моей ментальной структуры, которая была в крови и в ментальном поле предмета.

Я собирался дождаться на окраине города, пока корнол придёт в себя, чтобы посоветоваться с ним о нашем дальнейшем маршруте следования, да и вообще поговорить о том, что происходит вокруг. А то ввязаться-то в драку мы ввязались, даже первый бой выиграли, но вот с кем и за что у нас идёт война, так пока для меня и остаётся загадкой. Надо бы в этом разобраться. Поэтому я сделал себе галочку провести этот ритуал. Тем более его можно было выполнить как для каждого предмета по отдельности, так и для нескольких сразу, главное, чтобы предметы были однотипные.

Пока я разбирался и оттачивал работу с уже изученными заклинаниями и думал о том, что же делать с известными мне фактами из той области знаний, которые можно отнести к магии, как, например, ритуал привязки из магии крови, ментоинтерфейс завершил свои тестовые эксперименты и приготовил мне отчёт по их прохождению.

«Холостой цикл тестовой серии прогонов ментомодуля „Прыжок” с изменённой функцией внесения локальных телепортацион-ных координат выполнен успешно. Проведено три тысячи восемьсот сорок три тестовых прогона телепортационного переноса. Выявлено шестьсот двадцать два варианта с погрешностью переноса, не превышающей заданного значения. На основании достаточно большой выборки прогонов с положительным результатом проведения эксперимента составлена таблица с оптимальным набором параметров, задающих те или иные условия проведения процесса локальной телепортации».

«Что за условия?» – уточнил я.

«Минимальные затраты энергии, минимальное время, максимальное расстояние до точки привязки, максимальный объём и вес переносимого объекта, максимальная надёжность».

«О! – обрадовался я. – Максимальная надёжность – это именно то, что нам нужно».

Когда я подумал об этом, в моём сознании возникла виртуальная модель искомого ментомодуля с необходимыми внесёнными в неё изменениями и заранее заданными параметрами, описывающими установленные условия работы ментомодуля.

Перепроверив полученный результат, я закрепил его в сознании, постаравшись настроить перенос своего тела в нужную точку пространства до практически автоматического рефлекторного состояния. Но это сложно было сделать без реальной практики переноса, поэтому мне осталось дать себе лишь команду «Прыжок», на которую я привязал активацию данного заклинания.

Только мне заранее необходимо было выставить точку привязки. Но я поступил просто. В начало работы модуля встроил некий проверяющий триггер, и если не было заранее указано место привязки руной «Цель», то перенос осуществлялся стандартным образом по считанным визуально координатам точки привязки.

Всё просто и быстро.

Искатель мгновенно перестроил общую структуру ментомодуля и обозвал его «Улучшенным универсальным локальным телепортом», я же назвал просто – «Улучшенным прыжком».

– Ну, мы готовы, – с чувством какого-то внутреннего трепета прошептал я, однако потом вспомнил, что уже однажды пережил процесс телепортации, и как-то это воспоминание успокоило мои расшалившиеся нервы. – Всё, верно, нечего паниковать, – выговаривал я себе и уже хотел произнести заветное слово-ключ «Прыжок», как в моём сознании загорелось оставленное ранее напоминание о том, что пора проводить второй этап в лечении Лениавеса.

Сам я, если честно, за всеми этими делами как-то забыл о нём, но вот Искатель всё помнил. Поэтому следующим моим действием была проверка показания Диагноста.

Физически корнол был здоров, Диагност даже обещал, что он через час придёт в сознание. Восстановление его менто-информационного тела тоже продвигалось достаточно бурно, а вот восстановление энергопроводящей структуры застопорилось.

Когда я обратил на это внимание, мне было дано разъяснение, что для дальнейшей регенерации необходимо полное восстановление менто-информационного поля объекта. А оно наступит только после завершения второго этапа лечения.

Наложив на Лениавеса ещё одно лечебное заклинание (нужно привыкать общаться языком местных, а не интерфейса), я вернулся к прерванному занятию.

Решив, что прыгнуть я ещё успею, а вот воды там внизу может и не оказаться (хотя как такое возможно в болоте-то?), я нафильтровал необходимое количество жидкости и вдосталь напился.

Потом постарался объяснить мелкому хищнику из моего рюкзака о необходимости сделать то же самое, но тут меня ждал крах. Рыкун упорно не понимал фразы «надо на будущее», однако вполне согласился сделать это, чтобы мне было спокойнее. Так сказать, «ради глупого детёныша он способен на всё».

Ну а после этого причин оттягивать первую в моей жизни осознанную локальную телепортацию, или, как её ещё называют, «Прыжок», у меня не было.

Отвязавшись от дерева и помогая себе заклинанием «Малый антиграв» (оказывается, с помощью этого модуля было очень удобно придерживать себя у дерева, и почему я этим не пользовался раньше?), я как мог аккуратно сложил все свои пожитки обратно в рюкзак и, удерживаясь, как и раньше, за воткнутые выше себя кинжалы, высвободил чуть ли не вросшие в поверхность лианы когти кошек.

Я почему-то думал, что ноги у меня затекут от долгого пребывания в одном положении совершенно без движения, но, к моему огромному удивлению, сложилось такое впечатление, будто я перед этим действием успел сделать неплохую разминку и растяжку, настолько идеально они меня слушались. Двигались точно, выверенно, плавно, будто не было многочасового висения на дереве.

«Нравится мне эта восстановительная регенерационная система в моём организме, о которой говорил Искатель», – подумал я и наконец осознал, что теперь-то у меня точно нет причин откладывать «Прыжок».

Я разместил руну «Цель» примерно в двух метрах от края крыши (по крайней мере, так получалось, если смотреть на построенную ментоинтерфейсом модель здания внизу), и это было сделано с запасом, который перекрывал мой рост с навешанными на меня корнолом и разными неодушевлёнными предметами. Как-то я не догадался подумать о том, насколько высоко я появлюсь от поверхности земли, и ментоинтерфейс в этом вопросе мне не сильно помог, сообщив, что точка привязки совпадёт с энергетическим центром в моём менто-информационном поле. А где он, я не знал, – то ли это тот шар энергий, что находится у меня в груди, то ли ещё что-то другое. Но рисковать я не хотел. И два метра были оптимальным расстоянием. Да и интуиция говорила, что я всё делаю правильно.

Кстати, здание, на которое я хотел совершить прыжок, напоминало какую-то достаточно высокую башню с плоской крышей, и я надеялся с неё осмотреть окрестности и получить значительное преимущество в обеспечении нашей безопасности. Всё-таки на высокую башню очень трудно забраться.

Я уже давно держал наготове активированный ментомодуль локальной телепортации, который только и ждал моего мысленного посыла в виде слова «прыжок». Я его произнёс, и механизм работы заклинания завертелся.

Триггер обнаружил установленный маркер привязки, считал его координаты и передал их в основную структуру локального телепорта. После чего ментомодуль начал своё действие. И я, как в замедленной съёмке, мог наблюдать, как в центре ментоструктуры зарождается тёмное пятно вакуума, как оно постепенно разрастается до формы шара, потом преобразуется в большой эллипс, который вытягивается одним своим концом в направлении далёкой точки привязки, а вторым тянется к моему ментальному полю.

И я ничего не успеваю сделать, как эта нить вакуума связывает меня и ту далёкую точку, а мгновение спустя я уже бухаюсь задом на какую-то твёрдую поверхность.

«И это всё? Как-то от переноса я ожидал гораздо большего. Ну да ладно, магия и есть магия, результат не всегда тот, что ты ожидаешь, а уж сам процесс вообще малопонятен. На месте появился – радуйся и этому», – одновременно удивился, высказал сомнение и порассуждал я, оглядывая крышу строения, на которой оказался.

«И правда, башня, надвратная, – понимаю я, подходя к краю и заглядывая вниз. – Не ошибся, когда увидел её сверху».

С одной стороны этого сооружения было болото, оно чётко просматривается за её восточным краем, да и тянет оттуда затхлостью, сыростью и гнилью. Вдали видны стволы гигантских деревьев, с одного из которых я спустился. Кстати, лианы очень сильно не доходят до поверхности земли, заканчиваясь метров за двести-триста над её поверхностью. Правда, сейчас я уже знал, что бы предпринял в этом случае, но вот как собирался справляться с этой, да и многими другими проблемами Лениавес, мне было бы интересно у него спросить. Или он не знал о возможных трудностях?

В общем, желания спускаться на ту сторону и оказаться в болоте у меня нет абсолютно никакого. Тем более у меня почему-то сложилось стойкое впечатление, что я там уже разик побывал и мне там ну очень не понравилось.

К тому же с той стороны веяло достаточной опасностью. Не отовсюду, конечно, но было множество определённых направлений, где явно чувствовалась угроза. Так что не очень гостеприимное там место за стенами города.

Хотя каково и внутри его стен, я пока тоже не знаю.

Но и уходить отсюда я сию минуту не собирался. Были у меня свои планы.

Развернувшись, я прошёл к северному парапету башни. За ним тянулась огромная стена. Края её не было видно в далеко спускающемся на город тумане. Но и отсюда было понятно, что она простилается на достаточно далёкое расстояние, чуть ли не за горизонт, что говорило о необычайно огромном городе, который она должна окружать. Сама стена была очень широкой, даже не представляю, для чего её нужно было строить такой ширины и высотой не менее сотни метров. На её верхней поверхности могло поперёк поместиться как минимум пара десятков автобусов, ну или по крайней мере очень широких и больших упряжек телег вместе с лошадьми.

«Мегаглобальное сооружение, – поразился я габаритам. – Что-то тут всё, куда ни глянь, страдает гигантоманией, стремится принять какие-то запредельно огромные размеры. Хотя, конечно, корнол вполне нормальный, ну даже чуток поменьше меня, а Рыкун так вообще не слишком крупный зверёк, хотя тоже с огромнейшим самомнением. Значит, не всё потеряно. Только, надеюсь, за пределами города, в окружающем меня лесу не одни великаны живут, под стать этой стене и деревьям, а то как-то сложновато будет с ними общаться, думаю, не докричусь», – улыбнулся я и оглянулся.

Там, за южной стороной башни, виднелась тянущаяся в противоположную сторону вторая часть стены. На западе же лежали развалины некогда великого и поистине колоссального города. Если бы когда-нибудь мне довелось увидеть руины одной из столиц моего мира, то они выглядели бы похоже, только с существенным различием: здесь присутствовала огромная стена, которая могла бы посоперничать с Великой Китайской.

Возникал закономерный вопрос: от кого она должна была защищать город?

Когда я посмотрел в сторону города, заметил ещё одно отличие. Его накрывал огромный энергетический купол, который терялся где-то в тумане. С ветвей видно его не было, да и с башни он был еле заметен. Начинался же где-то у внутренней стороны стены.

«Неизвестная форма сильного энергетического щита высокой степени защиты со встроенной маскировочной ментальной структурой, – возникло пояснение ментоинтерфейса на увиденное явление. – В текущий момент действует в одну тысячную от своей номинальной мощности».

Я постарался понять, для чего город могли накрыть таким огромным защитным куполом, и у меня возникло подозрение, что этот город старались спрятать, укрыть, сделать как можно менее заметным. Но при этом он должен был быть способным вместить большое количество жителей и оказать серьёзное сопротивление в случае нападения на него. И моя интуиция говорила, что я очень и очень недалек от истины.

Этот город явно был убежищем и последним оплотом. Но вот для кого?

Я решил, что ещё успею вдоволь налюбоваться окрестностями, и начал обустраиваться на вершине башни. Снял и аккуратно уложил корнола у одной из стен, накрыв его его же плащом. Проверил, каково сейчас его состояние.

Организм Лениавеса благодаря лечебному камню и выполняющему похожие функции ментомодулю успешно шёл на поправку. Уже практически полностью было восстановлено его менто-информационное поле. Правда, Диагност внёс некоторые корректировки: теперь, по его прогнозу, Лениавес должен был очнуться никак не раньше чем через пять часов, даже с учётом всех «припарок», способствующих его скорейшему излечению.

Связано это было с восстановлением менто-информационного поля. При проведении восстановительного процесса было обнаружено, что задета какая-то важная структура, вернее, даже не так, она была полностью разрушена паразитическим заклинанием с арбалетного болта стрелявшей в корнола крысы. И вот эта структура, отвечающая за способность разумного к управлению ментоэнергиями, теперь у Лениавеса полностью отсутствовала, хотя на воссозданной Искателем модели его менто-информационного поля с девяностодевятипроцентной вероятностью эта небольшая структура должна была присутствовать. Так предполагал ментоинтерфейс. Иначе корнол не был бы магом. Поэтому мне было предложено два варианта. Запустить ускоренный курс восстановления, но тогда бы Лениавес до полного восстановления ментополя был совершенно бесполезен как маг. Либо запустить его регенерацию на текущем этапе излечения, пока была возможность восстановить его с минимальными потерями жизненных и ментальных ресурсов организма и последствиями для него как мага, но это требовало дополнительного времени.

Я, естественно, согласился на второй вариант. О времени не знаю, много это или мало – пять часов. Но вот способности корнола нам точно должны пригодиться, я это чувствовал.

Я досрочно наложил на него ментоструктуру лечебного модуля.

После того как я позаботился о своем друге, находящемся в бессознательном состоянии, и сгрузил с себя все остальные наши вещи, мне захотелось получше рассмотреть город, тем более и времени у меня теперь появилось предостаточно. А потом мне нужно было заняться ритуалом привязки, не хотелось откладывать эту процедуру в долгий ящик. Да и разобраться с тем, что я понабрал у крысотварей, которые напали на нас, тоже не помешало бы.

Но пока – город.

Мне хотелось полюбоваться на его всё ещё величественные здания и тихие, пустынные улицы.

Атмосфера запустения и покинутости чувствовалась во всём его хоть и всё ещё видимом, но уже былом великолепии.

Я подошёл к западной стене башни и, как только положил на неё руки, сразу же заметил некоторую странность.

Во все камни, которые я видел в городе, во всём строительном материале, который, по-видимому, там использовался начиная с поверхности внутренней стороны башни и замеченных мной отсюда черепиц ближайших сохранившихся крыш, была внедрена некая менто-энергетическая структура.

Вообще, весь город пестрел разнообразием ментальных структур, и если здесь у стены они были еле заметны и почти не обнаружимы, то ближе к центру их яркость увеличивалась во множество раз.

Но я пока не стал разбираться со всем тем разнообразием, что мной было замечено с башни, а сконцентрировался на той, что находилась буквально под моими ладонями.

Искатель определил только, что ментоструктура отвечает за укрепление материала и повышение его износостойкости, а также создает эффект поддержания постоянной температуры и влажности в поле своего действия. И что удивительно, хоть самая ненадёжная часть уже начала давать сбой, в нескольких местах стена обвалилась, как мне было отсюда хорошо заметно, температуру и влажность заклинание, вплетённое в структуру материала, всё ещё поддерживает, и достаточно неплохо.

Камни стены были немного тёплыми и сухими на ощупь.

Кстати, похожая структура, только в несколько раз большая, была отдельным энергетическим модулем того щита, что раскинулся над городом, следовательно, можно предположить, что в городе должно быть относительно чисто и сухо.

Это подтверждалось и тем, что я видел в районах города, расположившихся у стены. Как мне удалось разглядеть отсюда, там никакой сырости не было, абсолютно сухие, правда, немного пыльные улицы, крыши, да и сами здания. Кстати, крыша башни тоже была совершенно сухой, что меня несколько удивило, ведь щит, который должен был по идее давать этот эффект, сюда не доходил.

Непонятно и странно.

Искатель мне тоже никак не помог. Он вообще сообщил, что данные ментообразования построены по совершенно другому, отличному от стандартного принципу.

Однако все встреченные ментоструктуры скрупулёзно классифицировал, определял их возможные свойства, создавал их модели и заносил к себе в базу знаний.

Ещё он удивил меня такой странной фразой:

«Данный тип ментоэнергии невидим в стандартном диапазоне значений энергетических констант (не определена несущая частота для обнаружения данного типа энергий)».

Но я-то их видел, и на мой вопрос, как это возможно, он сказал:

«Нет ответа».

В общем, необычный и странный город, таящий в себе много тайн и загадок.

Развалины наблюдались в основном ближе к стене, а если смотреть в центр города, то там стоят абсолютно целые здания, я не уверен, но, по-моему, в некоторых домах даже окна или что-то их заменяющее осталось. Я предположил, что, возможно, это связано с тем, что мощность ментомодулей, вернее, поступающий в них объём ментоэнергии к границе города уменьшается. Правда, и тут была неувязка. Во-первых, я не видел никаких каналов передачи сюда ментоэнергии, а во-вторых, плотность энергетического щита была, насколько я видел и ощущал, да и это подтвердил Искатель, всюду одинакова.

Но, исходя из моей теории и того, что местами стена всё же обвалилась или только начала обваливаться, предположение, что с большей удалённостью от центра заклинания, наложенные на строительные материалы, слабеют гораздо сильнее, было более вероятно.

Что удивительно, ни развалины, ни запустение не могли скрыть величественную красоту этого города. Мне он почему-то казался чем-то напоминающим города мифической Атлантиды, правда, я их никогда не видел (как и никто другой), однако мне представлялось, что выглядеть они должны были именно так.

Величественные дворцы и замки, огромные дома, площади и парки – всё это переплеталось в непередаваемом архитектурном ансамбле, радующем и восхищающем глаз даже сейчас, спустя тысячелетия.

От созерцания меня отвлёк высунувшийся из рюкзака неугомонный зверёк.

– Рыкун проверить территорию. Рыкун охотиться, – сообщил он и скрылся за пределами стены.

Я даже не успел ему сказать, что тут высоко, но, когда подбежал к парапету, увидел, как ловко этот мелкий альпинист, цепляясь за малейшие трещинки и выбоины, спускается вниз.

Я, чтобы помочь ему и самому потренироваться, подхватил его заклинанием «Малый антиграв» и плавно опустил на землю в паре метров около стены. Но даже оттуда до меня вполне отчётливо долетели его крики и возмущённый писк о «глупом детёныше прасвы».

«Ну что ж, мой маленький друг занялся своими делами, и мне хватит бездельничать. Пора приступить к работе», – подумал я и стал снимать с себя и вытаскивать из рюкзака захваченную у крыс амуницию.

Первыми передо мной легли два составных лука и колчаны со стрелами. Рядом я положил вытащенные из рюкзака три арбалета, отдельно пристроив недалеко от них арбалетные болты, предварительно разделив их по типу наносимого урона. Потом отстегнул и вытащил из рукавов пару дротиков, расположив их недалеко от арбалетов. Туда же положил снятую перевязь с метательными ножами. И свою самодельно сделанную пращу. Дальше легли кошельки с монетами, драгоценности и магические ожерелья. И наконец, в последнюю кучку сгрузил захваченные у крыс простые мечи и кинжалы. Отдельно от всего оружия и остальных вещей я положил два своих парных клинка.

«Начнём». – Оглядев это раскинувшееся передо мной богатство, я протянул руки к самым простым и не требующим особого внимания вещам.

Десять кинжалов грубой работы, но, как я смог убедиться, неплохих и достаточно крепких, чтобы выдержать мой вес. Длиной около сорока сантиметров, широкие, обоюдоострые, с толстым и крепким лезвием и костяной пятнадцатисантиметровой рукоятью. Похоже, они или железные, или медные, но явно сделаны не из того же материала, что и мои клинки, просто выкрашены в тёмный цвет. Однако очень похоже на то, что материал, использованный для их производства, тот же самый, что и у остальных мечей, захваченных у крыс.

За размышлениями я как-то не сразу заметил пояснения, что написал для меня ментоинтерфейс по данной теме в одном из своих окошек. Оказывается, тут давно уже висело определение найденного оружия, с которым стоило бы ознакомиться.

И вообще, оказывается, Искатель довольно часто в этом второстепенном окне комментировал встреченные или видимые мной события, просто раньше я как-то мало обращал на него внимание.

«Нужно будет почаще сюда заглядывать», – решил я.

«Кинжал боевой, обыкновенный – контактное клинковое колюще-режуще-рубящее оружие с коротким, средним или длинным прямым или изогнутым двухлезвийным клинком, предназначенное для поражения живой силы противника. Материал изготовления: железо с неизвестным составом примесей, обеспечивающих крепость и упругость материала».

«Ну, почти то же самое пришло в голову и мне», – понял я, ознакомившись с комментарием Искателя.

И взял в руки один из мечей.

О них он предоставил мне примерно такую же информацию, но более развернуто:

«Полуторный тип мечей. Это холодное колющее и рубящее металлическое оружие с длинным, до полутора метров, прямым обоюдоострым клинком. Также именуемое длинным мечом. Предназначено для фехтования как одной рукой (обычно с верхового животного), так и двумя руками (обычно пешим и без щита). Рукоять короче, чем у настоящего двуручного оружия, но гораздо больше в сравнении с одноручными мечами. Клинок, аналогично рукояти, короче, чем у двуручных, но длиннее, чем у одноручных мечей. Данное оружие имеет характерное деление рукояти на две части – цилиндрическую у гарды и коническую у противовеса, при этом противовес вытянутый. Это является также особенностью полуторных мечей. Материал изготовления: железо с неизвестным составом примесей, обеспечивающих крепость и упругость материала».

В общем, это были обычные боевые мечи и кинжалы. По теории они должны представлять достаточно большую ценность. Особенно если учесть, что оружие почти всегда считалось привилегией воинов и знати, по сути самой обеспеченной части населения средневекового мира.

Я переключился на более мелкие, но не менее ценные предметы этого мира, что попали ко мне. Вернее, мира-то неизвестно какого, не факт, что те крысы, которых мы встретили, были жителями этой реальности, особенно если учесть, что корнол говорил о каком-то портале.

Но деньги и в Африке деньги, а то, что я нашёл в том, что заменяет им кошельки, явно было какой-то разновидностью денег, монет, платёжных средств, называйте как хотите. В общем, эту разнообразную мелочь я из всех кошельков высыпал в общую кучу и решил пересчитать и рассортировать монетки.

К моему разочарованию, поучилось не так и много, хотя, конечно, я не знаю, много это на самом деле или мало, да и вообще, примут ли местные менялы у меня эти деньги и по какому курсу.

Я насчитал двенадцать золотых монет с изображением какого-то непонятного дядечки с одной стороны и чего-то похожего на изображение дракона – с другой. Искатель определил эти монеты как самородное, практически без примесей золото очень высокой пробы. Их я отложил в кошель, который выглядел наиболее презентабельно, и спрятал его в один из потайных карманов своих брюк, так сказать ближе к телу.

Следующими были серебряные монетки. На них было изображено что-то похожее на дерево и на какое-то копытное животное типа лошади. Их набралось шестьдесят штук.

Они тоже были помещены в отдельный кошелёк и последовали в один из карманов плаща.

Последними были медные, двести монет, они поражали разнообразием качества, новизны и картинок, но большинство были с небольшим изображением парящей птички на одной стороне и какого-то символа на второй. У меня никак не получилось его интерпретировать, но это точно было не число, так подсказывала моя интуиция. Их я раскидал ещё по трём наиболее целым и незатёртым кошелькам. После чего поместил в различные карманы плаща.

Проглядев найденные монетки, я сравнил их с той, что была найдена мной в одном из кармашков моего плаща (она, кстати, тоже присоединилась к остальному золоту), и пришёл к выводу, что это монеты из разных государств. К тому же было очевидно, что все крысы были гражданами или жителями одного из них. Только мне неизвестно, какого и где находящегося.

Далее мой взор обратился на те несколько колец и перстней, что также были у напавших на нас. Вернее, у одного из них.

Тут было кое-что интересное.

Во-первых, два кольца из четырёх простых были золотыми печатками, достаточно увесистыми и большими. Герб на одном из них был практически вытерт, и уже было не разобрать, что же там было изображено. А вот на втором был вытиснен дракон на фоне замка (кстати, был он очень похож на того, что изображён на найденных золотых монетах), и всё это было нарисовано как бы на небольшом щите листовидной формы. И это навевало странные ассоциации с родом друга Лениавеса – Крайгом драконойдом Лересским, уж не его ли это печатка и деньги из их государства, ведь их император тоже вроде как драконойд.

Два других же вообще, на мой взгляд, были похожи на простые дешёвенькие колечки, но Искатель удивил меня фразой, что это практически чистая платина с небольшой примесью неизвестного металла, того же, из которого состоят мои два меча. Именно поэтому кольца имели немного темноватый цвет, не свойственный платине. И что самое главное – ментоинтерфейс с вероятностью сто процентов утверждал, что эти кольца идеально подходят под заготовки для внедрения ментомодулей и ментоструктур. То есть он чуть ли не прямо намекал на то, что их неплохо бы использовать под создание амулетов.

В итоге, так как я не большой знаток драгоценностей и платину бы с трудом отличил от чего-нибудь другого, все эти кольца и перстни, благодаря мнению Искателя, переместились в кошелёк к золотым монетам.

Ну а во-вторых, в дополнение передо мной лежало кольцо с явно просматриваемой ментальной энергетической структурой внутри.

«Описание: кольцо обыкновенное. Материал изготовления: золото с небольшим количеством примесей серебра и меди. Основу ментального тела составляет одна ментоактивная структура.

Свойства структуры: ментоструктура представляет собой один из упрощённых вариантов маскировочных ментомодулей. В базе отсутствует настолько простое решение данной задачи. Однако грубое исполнение внедрённой структуры и её нестандартное построение однозначно не гарантируют точной и непрерывной работы ментомодуля. При этом возможны большие потери ментоэнергии в работе модуля, что очень сильно демаскирует его применение. Перспективная разработка, но необходима её дальнейшая доработка и обязательное проведение оптимизации используемой ментоструктуры.

Заполнение энергией: двадцать процентов.

Восполнение энергии артефакта осуществляется оператором из внешнего источника».

– Смотри-ка, как интересно. У меня тут настоящее кольцо невидимости. Хотя и недоделанное, – поразился я, вертя в руках найденный артефакт. – Доработать тебя нужно, магическое колечко неизвестного, похоже, китайского производства. Верно? – обратился я к кольцу, лежащему на ладони, и спросил его: – Ну что, поможем тебе стать чуточку надежнее и лучше?

Кольцо меня заинтересовало, поэтому я захотел рассмотреть его структуру и понять, что же можно с ним сделать. Для хоть какого-то понимания, с чем же мне придётся иметь дело, я поднёс колечко к лицу и постарался рассмотреть встроенную в него ментоструктуру. Но она была настолько мелкой, что пришлось приложить достаточные усилия, чтобы разобраться в её деталях. У меня это получилось, и через пару мгновений я мог спокойно рассматривать, крутить и вообще досконально изучать в своём сознании виртуальную модель, которая была построена ментоинтерфейсом как копия того ментального модуля, что представляла собой структура, обнаруженная в кольце.

Покрутив в сознании построенную модель и заметив несколько непонятных мне особенностей, я, вспомнив свои опыты по оптимизации строения той структуры ментомодуля «Распознание сущностей», что создавал корнол, когда пытался разобраться в ситуации, происходившей вокруг нас на дереве, постарался применить свои небольшие знания и умения для данного случая.

Итак, что же у меня получилось.

Структура напоминала переплетённый, скрученный в жгут венок из линий энергий различного типа. Множество концов энергетических каналов в этой структуре обрывалось просто в пустое пространство, не заглушаясь или не переходя в общий канал. То есть проблема огромных энергетических потерь стала понятна практически сразу. Необходимо было аккуратно заглушить все эти каналы. Но это избавило бы нас только от потерь энергии, а вот если бы все эти разрозненные каналы слить в единую магистраль, то мы значительно снизили бы затраты на поддержание работоспособности этого ментомодуля. К тому же это гарантирует стабильность его работы. Получается, что таким образом мы практически сразу избавимся от всех найденных Искателем недостатков данной ментоструктуры.

«И как это лучше сделать?» – задался вопросом я.

Вариантов было не особо много.

Нужно объединить все разорванные и вплетённые в эту структуру энергетические потоки в единую магистраль. Используя руны «Канал» и «Гвоздь», это можно сделать без проблем.

Параллельно со своими рассуждениями я преобразовывал ментоструктуру с помощью известных мне рун.

«Так мы получили общую магистраль, – подумал я. – Вернее, даже три».

Так как в структуре переплетено три различных потока, в которых используются разные типы энергии, то их три и получилось. Смешивать я их не стал, непонятно, какие результаты это может дать.

Но этого было мало. Из полученной модели стало понятно, что потерь мы избежали и теперь кольцо, единожды активированное, будет постоянно расходовать энергию на свою работу, пока та, залитая в этот модуль, не закончится. А это тоже очень неудобно. В кольце не было предусмотрено механизма активации и остановки работы ментомодуля. И вот над ним стоило подумать отдельно.

К тому же нужно предусмотреть некое хранилище ментоэнергии, откуда будет поступать энергия в модуль и куда она будет сбрасываться после прекращения его работы. Для этого необходимы временный сброс энергии с рабочего модуля в некий накопитель и такая же обратная его активация. В этом случае будет не как сейчас: кольцо работает постоянно, и надевший его исчезнет. Если реализовать мой вариант, то получится активируемый амулет, который будет запускаться и выключаться по какому-то сигналу. Значит, будет ситуация, когда кольцо не работает и не нужна постоянная подпитка, энергия расходуется по мере применения.

«Следовательно, беру за основу этот вариант», – решил я.

С прекращением работы и перенаправлением энергии проблем нет. Руна «Стоп» отрезает подачу энергии в накопитель и из него. Руна «Переключатель» задаёт направление потока подачи энергии в ментомодуль и обратно. Соответственно, строится дополнительный канал энергии и задаются две точки привязки – это ментомодуль и некий накопитель.

Но вот что может послужить накопителем? К чему можно привязать вторую точку? Может, энергию как-то залить в само кольцо?

Но тут проснулся интерфейс:

«Один и тот же элемент нельзя использовать и в качестве накопителя ментоэнергии, и в качестве заготовки под хранение ментомодуля. При их совместном размещении в одном материальном носителе возможны самопроизвольные срабатывания, наведённые помехи или разрушение артефакта при активации ментомодуля. В качестве накопителя можно использовать инкрустированный в кольцо полудрагоценный камень. Тёмный агат, природное кристаллическое образование, обладающее хорошими аккумулирующими свойствами, точку привязки легко поместить в ментоструктуру самого кристалла. В базе „Знание” есть универсальный ментомодуль создания накопителя ментоэнергии».

И у меня перед глазами появилась достаточно простенькая структура, напоминающая сетчатый шар.

«А что, неплохая идея», – одобрил я совет Искателя.

Настроившись, я смог разглядеть менто-информационное поле небольшого камешка, вставленного в кольцо. После этого сначала вплёл в поле агата структуру по созданию накопителя энергии, активировал её, влив немного энергии, и привязал к нему руну «Цель».

И только в этот момент до меня дошло, что из чисто теоретических рассуждений об оптимизации работы кольца я перешёл к практической реализации своей идеи. Но осознание этого факта меня не только не остановило, но и заставило действовать с ещё большим азартом и интересом.

Полностью перестроив ментоструктуру, заложенную в кольцо, в соответствии с той, что я получил в результате своей оптимизации, я внёс в неё дополнительные изменения, такие как внедрение нескольких новых рун и точек привязки, построение нового дополнительного канала передачи энергии и настройка его на тот накопитель, которым стал вставленный в кольцо небольшой камешек.

Как итог моих трудов, по оценке Искателя, получившийся ментомодуль в несколько раз по своей надёжности превосходил оригинал и во многом отличался от него по своему действию. В частности, его работу невозможно было засечь, да и сама длительность работы амулета повысилась в десятки раз.

Но произошло и некое усложнение схемы работы ментомодуля. Артефакт стал зависим от внешнего источника ментоэнергии.

Правда, это дало и свои плюсы, теперь он стал автономным. Получалось, что теперь им мог пользоваться любой разумный, достаточно было лишь его активировать. Активацию и выключение я привязал на полный оборот кольца вокруг пальца, эту систему подсказал мне Искатель, так как у него под данный тип включения ментообъектов было готовое решение (он мне также предлагал лингвистическое или мысленное управление, но те структуры были несколько сложнее в реализации).

Кроме всего прочего ментоинтерфейс радостно сообщил, что мной разработан упрощённый универсальный вариант интерфейса подключения ментомодулей к различным накопителям ментоэнергии и что я смогу в дальнейшем использовать его как самостоятельную часть любой структуры.

Дело осталось за малым: наполнить вновь созданный накопитель ментоэнергией.

Проверив наполненность ментоструктуры, я слил имеющиеся в нём запасы энергии в накопитель, после чего наполнил его самостоятельно, протянув тонкую ниточку энергии от своего пальца к кольцу. У меня получился примерно двойной объём ментоэнергии, требуемой для активации кольца.

Правда, опять встал вопрос проверки действия структуры, но, как только я надел кольцо и повернул его один раз, сразу смог убедиться, что вокруг моего тела образовалась некая плёнка. Обладает ли оно абсолютным маскирующим эффектом, я не знал. Но то, что она была, – это точно.

Да и интуиция совместно с Искателем сказали, что у меня всё получилось.

Отключив работу кольца, я оставил его на пальце и переключился на оставшиеся лежать в этой же кучке защитные ожерелья и непонятный браслет. Оказалось, что всю ценность ожерельев составлял всего один коричневый камень, отдающий магией. Кстати, светился он какой-то тёмной, землисто-коричневого цвета энергией. Камни были вплетены в каждое из захваченных мной ожерелий. Всего их было шесть.

«Описание: камень, тёмный гранит с неизвестными вкраплениями металла, имеющий в своей основе ментоактивную структуру.

Свойства структуры: генерация защитного поля первого уровня.

Заполнение энергией: полпроцента.

Восполнение энергии артефакта осуществляется оператором из внешнего источника».

Один из камней был несколько крупнее остальных. И как мне кажется, ожерелье, с которого я его снял, как раз и принадлежало самому стойкому напавшему на нас крысу. Да и своими свойствами он несколько отличался от остальных.

«Описание: камень, тёмный гранит с неизвестными вкраплениями металла, имеющий в своей основе ментоактивную структуру.

Свойства структуры: генерация защитного поля второго, возможно, третьего уровня.

Заполнение энергией: полпроцента.

Восполнение энергии артефакта осуществляется оператором из внешнего источника».

По сути, с камнями защиты, как я их стал называть, было всё, однако в ожерелье главаря был ещё один странный тёмно-фиолетовый камешек, со свойствами которого я хотел разобраться. Никакой ментоструктуры в нём не было и в помине, только своё слабое менто-информационное поле, но именно его наличие и привлекло моё внимание. И я не ошибся, ментоинтерфейс определил его как уже готовый, правда, не очень мощный накопитель ментоэнергии.

Когда я осознал сей факт и рассмотрел разложенные передо мной камешки, то решил использовать их как единое целое. Ведь, как только у меня в руках оказалась кучка защитных камней и ещё один, который по идее может выступать как некий накопитель энергии, то это позволяет сделать нечто типа защитного амулета.

Получается, у меня снова эксперимент.

Надев все камешки на несколько бечёвок, чтобы повысить прочность своего будущего изделия, я к каждому камешку в структуру внедрил точку привязки при помощи руны «Цель», после чего объединил их единой системой каналов, замкнув их на помещённом в центр накопителе.

Тут я поступил проще.

Как только в каком-то из камней заканчивается энергия, он её просто берёт из накопителя. Конечно, это работает не очень надёжно, но все разом, надеюсь, не сработают и моментально не опустошат накопитель. Его, по моим прикидкам, хватит на заполнение всех простых камней по два раза и большого – один, ну или большого – два и простых по одному, – как они будут разряжаться, я, честно говоря, не знаю.

Но структура у меня вышла рабочая, это подтвердил и Искатель.

Получившийся амулет я также заполнил энергией, как все камни, так и сам накопитель, и повесил себе на шею.

«При случае проверю. Всё равно если он работает, то сработает автоматом, а нет, так не сильно и расстроюсь», – решил я, не особо заморачиваясь над этим вопросом.

Что странно, я постоянно проверял объём энергии, доступной мне в моём собственном внутреннем накопителе ментоэнергии, и он на текущий момент уменьшился лишь на треть процента, хотя я уже несколько раз накладывал на Лениавеса лечебный ментомодуль, тренировался с утра в использовании других заклинаний, да и сейчас работал с создаваемыми амулетами.

Вспомнив о Лениавесе, я понял, что нужно последний раз наложить на него лечебное заклинание, а-ля ментомодуль. Диагност показал, что физически и ментально он сейчас уже полностью в норме, однако осталось восстановить его энергоканалы и выполнить их наполнение ментоэнергией, которое будет осуществляться со временем самостоятельно. Всё оставшееся на лечение время предполагалось потратить на две эти операции. Прийти в себя он должен был уже через четыре часа или чуть больше.

Как оказалось, с амулетами и кольцом я провозился почти целый час.

«Быстро летит время, когда занят», – подумал я, возвращаясь к своей добыче.

Последним из общей кучи мне достался пока не изученный и какой-то грубый браслет из потемневшей от времени бронзы. Ну, вернее, это мне так показалось. На самом деле, что это за металл такой, я не знал, но как-то в музее видел древние бронзовые украшения, и этот браслет был очень на них похож.

И вот именно у него несколько звеньев хоть и не сильно, но светились магией.

Я вообще не обратил бы на него внимания ещё тогда, на поляне посреди дерево-леса, если бы на тот момент моё восприятие не было настроено на максимальную чувствительность – так слабо было излучение встроенных в браслет ментоструктур. Но мне повезло, и я их заметил.

И вот сейчас, присмотревшись к нему гораздо внимательнее, я с удивлением разглядел в этих его ячейках достаточно разветвлённые и сложные структуры заклинаний. Это меня несказанно поразило. Ведь сам браслет выглядел явно как какой-то самодельной и кустарной работой, тогда как во вложенных в него заклинаниях чувствовалась если не рука мастера, то уж наверняка уверенного в себе профессионала.

И этот контраст меня практически сразу насторожил. Слишком уж разный чувствовался уровень изделия и его внутренней начинки.

Сам браслет состоял из двенадцати пластинок, и почему-то только в три из них были помещены эти самые очень сложные ментоструктуры, или, как их называют местные, заклинания. Что, на мой взгляд, было немного странным. Ведь поместить структуру заклинаний по всей площади браслета было и намного проще, и гораздо логичнее.

Правда, эти заклинания были связаны между собой в общую систему, и, возможно, это имело какой-то смыл. Но я его пока не видел.

К тому же ещё две ячейки раньше использовались как явные накопители энергии. Это определил Искатель, да и по остаточному равномерному ментоследу ранее хранившейся в них энергии мне как-то практически сразу стало понятно, что эти два бронзовых брусочка служили для её накопления и сбережения.

Снова присмотревшись, я заметил, что из разных участков всей системы ментоструктур к этим накопителям шли почти незаметные каналы передачи ментоэнергии.

Да ещё, судя по всему, браслет был полностью разряжен.

Я постарался разобраться, что же это за такой необычный предмет, и получил почему-то ничуть не удививший меня ответ:

«Описание: браслет обыкновенный. Составной браслет.

Материал изготовления: бронза, медь, серебро, платина, неизвестные примеси. Основу ментального тела составляет сплетение трёх различных ментоактивных структур.

Свойства структур: одноразовая адаптация под владельца. Срабатывает при первой активации. Осуществляет автоматическую привязку к владельцу. Основу составляет ментоструктура привязки с необычными входными параметрами. Следующая ментоструктура усиливает скорость и силу удара в зависимости от входного потока энергии, точное значение неизвестно. Последняя ментоструктура имеет некоторую схожесть с разработанной Институтом разведывательного управления структурой силового щита. При этом она, однако, имеет несколько отличное от имеющегося в базе знаний построение, которое напоминает круглую полусферу диаметром сорок сантиметров.

Заполнение энергией: одна сотая процента.

Восполнение энергии артефакта осуществляется самостоятельно из встроенного источника. Наполнение источника производится оператором».

Естественно, этот браслет стал «магическим браслетом силового щита». О силе и скорости удара я, конечно, помнил, но слишком уж длинное название получалось. А так я его вполне запомнил.

Я дождался, пока Искатель скопирует все структуры найденного артефакта к себе в базу знаний и только тогда решился наполнить его энергией.

Сначала ничего не происходило, но, по мере того как пустел мой внутренний источник и наполнялись накопители браслета, ментоструктуры, расположившиеся в нём, всё больше приобретали свою объёмность и некую целостность и законченность, что ли.

Я уже стал переживать, что всего моего запаса энергии не хватит наполнить этот прожорливый артефакт, когда подача ментоэнергии в него прекратилась.

Что странно, по мере наполнения система связанных структур растекалась по всему браслету, постепенно заполняя все не занятые до этого его ячейки. И как раз в тот момент, когда закончилось наполнение браслета энергией, его структура заполнила всю площадь браслета и приобрела свою окончательную форму.

Именно в тот момент я и понял, что артефакт готов к работе и если я хочу его использовать в дальнейшем, то это и есть тот самый подходящий миг его активации и некоей аналогии привязки. Поэтому с некоторым замиранием сердца я надел браслет на левую руку. Почему-то я точно знал, что находиться он должен только там.

И как только он коснулся кожи на моей руке, то произошло странное. Сначала браслет сжался до размера моей руки, потом плотно обхватил её. Затем его покрыло небольшое марево, которое размыло его очертания. Однако через некоторое время марево и образовавшаяся через несколько минут дымка исчезли, но на руке браслета уже не было. Вернее, он был, но приобрёл форму, напоминающую несколько раз обвившую мою руку змею.

Я хотел потрогать то, что стало с бронзовым украшением на моей руке, но внезапно эта самая змея шевельнулась и ожила, посмотрев на меня бусинками красных огненных глаз, затем резко дёрнулась и впилась маленькими золотыми зубками мне в середину запястья. И сильнейшая боль на несколько мгновений пронзила мою многострадальную руку. Однако не успел я даже вскрикнуть, как боль исчезла. А вместе с ней исчезли и появившаяся змейка, и сам браслет.

Однако, что странно, я чётко ощущал – вот он обвивает мою руку и находится чуть выше запястья. Но, потрогав то место, где он до этого находился, я ничего не почувствовал.

При этом, посмотрев на свою руку с максимальной чувствительностью восприятия, я заметил всё ту же, но теперь еле заметную, практически полупрозрачную змейку, уже энергетическую. И обвивала она не только моё запястье, но всю руку, начиная от плеча и заканчивая кистью, а её небольшая головка покоилась как раз где-то в районе костяшек моего кулака.

Однако главным во всём этом происшествии было то, что я точно знал: если захочу воспользоваться возможностями браслета или они мне когда-нибудь понадобятся, то и сила и защита браслета будут вместе со мной. Для этого стоит только попросить его стать или моим кулаком (силой), или моим щитом (защитой).

«Вот так-то, – подумал я, оценивая приобретённое имущество. – Почему, интересно, столь нужными и опасными в бою предметами, как то же кольцо или этот браслет, не воспользовались сами крысы? Похоже, многие вещи были трофеями или просто где-то найдены ранее, а крысы даже не знали, как ими пользоваться. Поняли лишь, что это или какие-то магические предметы, или то, что они представляют какую-то определённую ценность, и оставили их себе, даже не став разбираться. Ну или, как вариант, я им просто не оставил на это времени, что тоже вполне может быть», – размышлял я над свалившимися на меня подарками.

Подарки на браслете не заканчивались.

Дальше у меня оставалось самое вкусное, так сказать. Это было то оружие, в котором чётко просматривались различные ментоструктуры. Три складных арбалета, два составных лука и мои два странных меча из необычного тёмного металла.

Первой моя рука потянулась к складным арбалетам. Тут меня ждало небольшое разочарование. Тот из них, что я использовал в качестве грузила на дереве, оказался повреждён. Видимо, моя голова была несколько крепче, чем я думал, или он был сломан мной в какой-то другой момент, а может, таким уже был изначально, но одна из его дуг болталась на тетиве. Кстати, тетивой служила какая-то металлизированная нить, что было необычно. Так как я помнил, что чаще всего для этого использовали конский волос, правда, опять же я в этом не уверен. Тем более под вопросом остаётся и тот факт, а вообще есть ли здесь лошади, как таковые. Хотя мне почему-то вспомнилась давняя встреча в лесу с той пантерой с её звенящей металлической шерстью. Возможно, она не одна такая в этом мире, а может, и не только в этом?

Арбалеты был гораздо меньше, чем я представлял себе. К тому же они были гораздо изящнее тех, что я видел в своём мире в книгах, на просторах Интернета или в кино. Цевьё и ложе арбалетов были изготовлены из какой-то кости, дугами были тонкие металлические полосы. По-моему, используется всё тот же металл, что и для моих мечей. Присутствовало два спусковых механизма. Один, расположенный сверху, скорее всего, отвечает за натяжение тетивы и подачу в лоток стрелы или, как я понял, пули (металлического шарика). Второй осуществляет выстрел и похож на обычный курок. Когда я взял в руки один из целых арбалетов, то понял, что они магазинные.

Под цевьём, под ложемётом располагался небольшой магазин, в который можно было поместить три арбалетных болта или десять, судя по разметке, металлических шариков сантиметрового диаметра. Снизу, сразу перед магазином, был ещё один рычажок, он отвечал за фиксацию дуг арбалета на цевьё в настороженном состоянии, при его разблокировке арбалет складывался и принимал форму обычного пистолета. Вернее, средневекового пистоля, примерно тридцати сантиметров в длину. К тому же тетива в этот момент втягивалась в дуги арбалета, поэтому, возможно, они полые или тетива обладает какими-то необычными свойствами. Например, неимоверной упругостью, тягучестью. Не знаю.

«По мне, так это очень небольшое оружие, – подумал я. – И что немаловажно, очень удобное, за одним небольшим исключением. – Я повертел это изящное и не кажущееся очень крепким на вид изделие оружейного творчества. – Как оно может работать? Оно не рассчитано на те нагрузки, что создаёт снаряжённый арбалет», – задался вопросом я.

На него мне был дан ответ Искателем. Как оказалось, я забыл о ментоструктурах, которые были вложены в это оружие.

«Описание: арбалет, складной. Материал изготовления: кость неизвестного животного, неизвестный металл, металлическая нить, происхождение неизвестно. Основу ментального тела составляет сплетение двух различных ментоактивных структур.

Свойства структур: ментоструктура укрепления вещества, данный вариант построения является более оптимальным, чем тот, что есть в базе знаний, по своей структуре похож на обнаруженную недавно структуру, укрепляющую материал изготовления башни и стены, но адаптирован под другой тип структуры вещества. Предположительно первый вариант более универсален, чем обнаруженный в данный момент. Следующая ментоструктура имеет свойство усиления степени воздействия. Предположительное усиление ударного воздействия увеличивается в два раза.

Заполнение энергией: не требуется.

Восполнение энергии артефакта осуществляется самостоятельно из встроенного источника. Наполнение источника производится самостоятельно из окружающего энергетического фона».

«Вот это да!» – поразился я.

Сразу было понятно, что это очень высокотехнологичное изделие, даже с учётом моего мира. Видел я как-то небольшие охотничьи арбалеты, правда простые, не складные, так никакого сравнения. Плюс качественно и мастерски подобранные ментоструктуры, плюс отсутствие потребности в постоянной подзарядке энергией.

«Кто-то очень грамотный и умелый создал эти арбалеты», – подумал я, откладывая их в сторону и передвигая к ним болты. Кстати, среди них оказалось четыре простых, не замеченных мной сразу.

Итого у меня было два целых арбалета, по десять разрывных и тех странных непонятных болтов, с вложенным в них разрушающим менто-информационное поле заклинанием (натуральное проклятие, как я его себе представлял). Последние снаряды явно были предназначены для уничтожения именно живой силы противника. И к тому же, как оказалось, у меня было ещё и четыре обычных болта.

Обойму одного арбалета я зарядил простыми болтами, второго – разрывными. Это оказалось не так и сложно, пружинный механизм фиксировал болт и подавал его при заряде в ложемёт. А вот пули подавались несколько по-другому, они укладывались на место первого болта, а пружина сдвигалась в конец, при этом из бокового паза доставалась тонкая металлическая пластина, которая фиксировала пульки в магазине. Жаль, их не было, можно было бы попробовать, но, надеюсь, у меня будет ещё шанс потренироваться в стрельбе ими.

После того как я снарядил арбалеты, встал и взял один из них. Красуясь и при этом тренируясь, старался запомнить каждое движение, начал пробовать наводить, складывать и раскладывать его, нарабатывая хоть какие-то навыки обращения с данным типом оружия.

Как раз в этот момент в моём сознании загорелась надпись на интерфейсном окне Искателя.

«Провести изучение гипнопрограммы „Стрелок. Общий курс”. Время обучения – тридцать минут. – И задавался вопрос: – Выполнить: да, нет?»

Похоже, у меня впервые поинтересовались изучением одного из тех навыков, которые я получал раньше помимо сознания. Это было как раз то, чего я так добивался. Мне нужен был контроль над подобной способностью по изучению, и я его получил.

Посчитав, что тридцать минут ничего не решают, тем более находился я сейчас в большей безопасности, чем за всё время моего пребывания в этом мире, я с живым интересом и внутренним трепетом ответил ментоинтерфейсу:

«Да».

И как это случалось уже не раз, выпал из реальности ровно на тридцать минут.

Когда я пришёл в себя, вроде ничего кардинально не изменилось, единственное – на ментоинтерфейсе красовалась надпись:

«Гипнопрограмма „Стрелок. Общий курс” изучена».

«И что мне это дало?» – подумал я.

Не придумав ничего лучше, я вновь постарался разложить зажатый в руке арбалет. И вот тут-то и увидел, как действует гипнопрограмма в этом случае. Так сказать, на собственной шкуре ощутил.

Руки практически автоматически, будто делали это сотни раз, разобрали и собрали арбалет, снарядили магазин к нему и взвели курок. И я даже не успел удивиться, как взял на прицел какой-то небольшой камень на одной из ближайших крыш. К тому же сейчас камень, в который я прицелился, подсветился неким внутренним цветом, а точка, куда должен был ударить болт, вообще была ясно и чётко видна, при этом она была помечена маркером цели.

«Как в какой-то компьютерной игрушке», – пришла мне мысль в голову.

Этой ассоциации способствовало и то, что в углу основного интерфейса появилась табличка, где отображались расстояние до цели, время полёта стрелы и скорость полёта снаряда. Также туда были вынесены различные поправки, которые могут повлиять на точность стрельбы, и те из них, для которых уже были реализованы компенсирующие их действия.

Не задумываясь и не сомневаясь, что могу промазать, я прицелился в совершенно незначительную выбоину в стене где-то в сотне метров от себя (и как, интересно, я её так чётко вижу?). Задержал дыхание и выстрелил.

Болт попал точно в цель. Правда, не воткнулся, как я ожидал, а отскочил от стены. Но главное, я в неё попал.

«Это вещь! – восхищённо подумал я, с любовью поглаживая такие изящные, но такие смертоносные обводы этого небольшого арбалета. – Теперь бы ещё прицепить тебя как-то поудобнее, чтобы не мешался, – оглядывая себя, подумал я. – Вот бы мне что-то типа кобуры, как у наших бодигардов. Да ещё скрытого ношения. Было бы удобно».

Я приложил арбалет себе под мышку. Прикидывая, как он будет там сидеть, немного поменял его положение и убедился, что он ложится идеально. После чего начал мысленно прикидывать, как бы сделать эту самую кобуру, и вдруг почувствовал странное шевеление у себя под мышкой.

«Магический пояс. Как же я про тебя забыл? – понял я, рассматривая тот вариант неказистого захвата под арбалет, который у неё получился. – М-да, – подумалось мне, – из него он будет всё время выпадать, а если его зафиксировать чем-то, то никакой скорости в его извлечении не будет. – Я скептически осмотрел получившееся подобие кобуры. – А если?..»

Мне в голову вдруг пришла одна мысль. Я максимально точно постарался представить, как бы я хотел, чтобы выглядела эта воображаемая кобура для арбалета. И примерно через минуту у меня была подплечная и очень удобная портупея, позволяющая и мгновенно выхватывать арбалет, при этом взводя его и одновременно хорошо и надёжно удерживающая его на месте.

«Идеально, то, что мне и нужно», – радостно подумал я.

Ещё через минуту второй арбалет пристроился под моё второе плечо в идентичное первому изделие. Конечно, на кобуру скрытого ношения не очень-то и походило, слишком велико оказалось оружие, но зато очень удобно оно разместилось, совершенно не мешало и не ощущалось. Будто именно для такого типа ношения его и изобретали.

Для хранения болтов я воспользовался той же методикой и представил на поясе два кармана, куда и раскидал болты: в один – взрывные, в другой – с проклятием (по идее это ведь оно и было).

Немного прошёлся по крыше башни, поприседал, почувствовал себя чуточку защищённее и с ещё большим энтузиазмом вернулся к оставшимся предметам.

Сломанный арбалет я выбрасывать не стал, аккуратно сложил его и убрал обратно в рюкзак.

Дальше мне в руки попалась моя праща, с ней я обращаться умел и раньше, в детстве баловался, но теперь понял, что использовать её смогу гораздо эффективнее.

«Пригодится», – решил я.

Хоть острая надобность в ней отпала, но расплетать и развязывать её я не стал, а, использовав вместо ремня, продел в петли брюк и обвязал свой пояс.

Вспомнив о праще, мои мысли переключились на разобранный на лиане кистень. Его восстановить хотел обязательно. Очень уж он удобен для скрытого ношения. Правда, решил заняться этим не сейчас. Поэтому, найдя ленты из шкуры змеи, аккуратно их свернул и положил в отделение рюкзака рядом с самым большим ударным камнем.

Так, переходя от одного изделия к другому, вспомнил о камнях, которые не проверял с боя там, наверху. Пошарив в рюкзаке, я вытащил их и аккуратно разложил перед собой на крыше башни. Всё было в порядке, только практически все из них требовали подзарядки. На неё я потратил следующие десять минут. Потом я рассортировал их по разным карманам своей одежды, плаща и брюк, так чтобы в случае надобности ими удобно и быстро можно было воспользоваться.

Кстати, работать с энергией у меня получалось всё лучше и лучше. Например, заряжать артефакты я мог уже даже не смотря на них. Для этого мне только стоило найти в своём сознании метку их ментоструктуры и протянуть к ней ниточку энергии.

Закончив с камнями, я осмотрел последние предметы, лежащие передо мной. Два составных лука. Примерно восьмидесятисантиметровой длины. Очень упругие и тугие. Однако, приглядевшись, понял: это только на первый взгляд они выглядели как одинаковые. Но сейчас мне стало ясно, что один из них значительно старше второго: рукоять отполирована и затёрта сотнями ладоней. И именно этот первый светился той же структурой ментоэнергий, что была вложена в арбалеты.

Второй же лук был качественной, но подделкой. Это я понял, когда ментоинтерфейс сообщил, что вложенные в него ментомодули по своей структуре во многом уступают оригинальным ментомодулям. От этого прочность и сила удара у этого лука была значительно ниже.

Ну а в общем я получил такое оружие:

«Описание: лук, составной, композитный. Материал изготовления: рукоять – неизвестный металл и кость, плечи – неизвестный композитный материал на основе органического сырья. Тетива – металлизированная нить. Основу ментального тела составляет сплетение двух различных ментоактивных структур.

Свойства структур: ментоструктура укрепления вещества, данный вариант построения является более оптимальным, чем тот, что есть в базе знаний, по своей структуре похож на обнаруженную недавно структуру, укрепляющую материал изготовления башни и стены, но адаптирован под другой тип структуры вещества. Предположительно первый вариант более универсален, чем обнаруженный в данный момент времени. Следующая ментоструктура имеет свойство усиления степени воздействия. Предположительное усиление ударного воздействия увеличивается в два раза. Ментоструктуры аналогичны найденным в арбалете.

Заполнение энергией: не требуется. Восполнение энергии артефакта осуществляется самостоятельно из встроенного источника. Наполнение источника производится самостоятельно из окружающего энергетического фона».

Так был описан первый лук.

Второй был создан из других материалов: рукоять, окрашенная в чёрный цвет полая трубка – из железа с какими-то примесями, плечи склеены из нескольких сортов дерева, тетива была органическим волокном, я так понимаю, здесь-то как раз и был чей-то волос или что-то похожее. Ну и в основе лежали гораздо более упрощённые ментоструктуры. И главное, в рукоять лука был встроен накопитель, который поддерживал работу заклинаний, и его периодически стоило пополнять энергией. Но что странно – потерь ментоэнергии в луке практически не было. То есть в отличие от первого, который подзаряжался сам, этому требовался маг для его нормальной работы.

Получается, что, по сути, второй был достаточно качественной и хорошей подделкой или новоделом, что мне кажется более вероятным.

Я отложил второй лук в сторону.

«Или отдам его Лениавесу, у него совершенно обычный лук, либо продам, если он окажется ему не нужен», – решил я.

И взял в руки первый, более качественный и старинный лук, сразу ощутив в руке Оружие, Оружие с большой буквы, способное и прокормить, и защитить, если того потребуют обстоятельства.

Лук мне сразу пришёлся по душе. Сжав правой рукой его рукоять и попытавшись натянуть его тетиву, я думал, что буду уметь с ним обращаться, как и с арбалетом, но не тут-то было.

Перед глазами возникла надпись ментоинтерфейса:

«Провести изучение гипнопрограммы „Стрелок. Углублённый курс”. Время обучения – два часа. Выполнить? Да. Нет».

Да, тут оказалось всё несколько сложнее. Сейчас я не мог себе этого позволить и поэтому пока отменил изучение.

«Постараюсь подгадать это время на потом, или на ночь, или, если буду успевать, до пробуждения Лениавеса».

Я пересчитал стрелы в колчане: обычных было шесть десятков и два десятка разрывных. И пристроил тул со стрелами и луком себе за спину, расположив его поверх ножен для мечей.

Посмотрев на то, что у меня получилось, и на то, что я приобрёл, остался полностью доволен увиденным. Тем более у меня оставались последние трофеи, на которые я и переключился.

Передо мной лежали теперь уже мои мечи. Два боевых парных клинка. Оружие настоящих воинов. Оружие, определяющее статус. Оружие, история которого насчитывает тысячелетия войн и смертей. Оружие, созданное только для одной цели: убивать. Ему больше не было никакого применения, кроме одного: сеять смерть. Это оружие не создано для защиты, как щит, это оружие нападения. Оружие, призванное покорять, захватывать и повелевать. Оружие тех, кто не умел ни сеять, ни жать. Захватчиков. Наёмников. Солдат. Бойцов. Воинов.

Всё это читалось, как только я взял в руки две эти убийственные и немного изогнутые полоски тёмного металла. Клинки примерно метровой длины, с полуторной рукоятью. Обоюдоострые на свою верхнюю треть, по внешней стороне заточенные под самую рукоять. С небольшой округлой гардой. И противовесом на конце. Они идеально ложились мне в ладонь.

Я немного потанцевал с клинками на крыше, привыкая к их балансу и смертельной грации. Хищное и опасное оружие. Мне не нужно было определять свойства этих мечей, не знаю откуда, но я знал их и так.

«Адамантит, – так и билось в моем сознании. – Вот как называется этот металл. – И следующая мысль: – Я буду звать вас „Клинками ночи”».

На основе моих мыслей и ощущений Искатель всё же выдвинул определение найденных клинков.

«Описание: меч. Материал изготовления: рукоять – кость дракона и вставленный в неё неизвестный драгоценный камень (предположительно „камень душ”). Противовес и клинок меча – адамантит (классифицирован и занесён в базу знаний). Основу ментального тела составляет сплетение трёх различных ментоактивных структур.

Свойства структур: ментоструктура укрепления вещества – данный вариант построения является более оптимальным, чем тот, что есть в базе знаний, по своей структуре похож на обнаруженную недавно структуру, укрепляющую материал изготовления башни и стены, но адаптирован под другой тип структуры вещества. Предположительно первый вариант более универсален, чем обнаруженный в данный момент времени. Следующая ментоструктура имеет свойство усиления степени воздействия. Предположительное усиление ударного воздействия увеличивается в два раза. Ментоструктуры аналогичны найденным в арбалете.

Ментоструктура поглощения сущностей (душ). Относится к теории мистицизма. На практике не была реализована. Через привязку отдаёт ментальную и жизненную энергию поражённого существа своему владельцу. Побочным эффектом является разрушение повреждённой мечом ментоструктуры. Смертельно опасны для любых ментоактивных существ, сущностей и аномалий. Обязательное условие: требуется привязка к владельцу.

Заполнение энергией: не требуется. Восполнение энергии артефакта осуществляется самостоятельно из встроенного источника. Наполнение источника производится самостоятельно из окружающего энергетического фона за счёт переработки энергии поглощённых сущностей (душ)».

Зажатые в моих руках мечи натолкнули меня на определённые мысли: откуда всё это необычное и, вероятно, очень ценное оружие могло появиться у крысотварей. Создавалось впечатление, что эти крысы нашли где-то захоронение какого-то древнего охотника за магами или за кем-то на них похожими, например за теми же демонами или другими магическими существами. И, не разбираясь, разделили навар между собой.

Только опять же многие предметы будто принадлежат разному уровню производства. Браслет – явно очень древняя вещь, и её не оценили по достоинству. Оружие – более позднего производства, но с ним было понятно. А вот второй лук и кольцо невидимости, похоже, принадлежали одному мастеру, но их тоже не смогли распознать. При этом в оружии ощущаются одинаковые структуры заклинаний, ментоинтерфейс определяет в них схожие материалы при изготовлении, и, как результат, мы получаем их некоторые общие свойства. Всё это похоже на то, будто оружие делал один и тот же мастер. Или, что выглядит несколько странно, но вполне возможно, когда-то было массовое производство его, и всё оно было создано именно на них.

Тогда всё сходится. И если это правда, то тогда из моих выводов есть два огромнейших плюса. Во-первых, досталось всё это богатство мне. А во-вторых, нужно этим обязательно воспользоваться. Ведь, как я помню, массовая привязка работает только на однородные предметы, но, по сути, всё найденное оружие и есть однородные предметы и сделаны они из одних и тех же материалов.

Получается, по сути, это всё одно и то же, только имеет разную внешнюю форму. Следовательно, если я всё правильно понимаю, привязать к себе я могу все эти предметы за один раз. И если это так, то мне нужно понять, что мне там понадобится для проведения ритуала привязки.

По сути, сам ритуал достаточно простой. Пентаграмма. Разместить в ней предметы строго определённым образом. Активировать необходимый ментомодуль. Дождаться окончания ритуала. И пожинать его плоды. Вроде всё просто. А значит, приступаем.

Первое: необходимо нарисовать определённую пентаграмму, выбрав её в зависимости от количества привязываемых предметов.

Просмотрев список имеющихся в наличие у Искателя схем, я понял, что на четыре предмета пентаграммы почему-то не было, но была готовая схема под пять предметов. Поэтому, за неимением лучшего, я решил работать именно с ней. Правда, когда я уже стал раскладывать свои вещи, то вспомнил, что мечей-то у меня всё-таки пара и поэтому именно эта пентаграмма мне и нужна.

Начертив одним из простых ножей в пыли необходимую магическую пентаграмму, я аккуратно разложил все необходимые предметы на строго оговорённые для них места. На мой взгляд, было не очень равномерно, но именно на это упирали все комментарии к ритуалу, и именно так и рекомендовалось сделать во всех сносках к нему.

Я сел в её центр. Дальше следовало ножом, в качестве которого я использовал свой старый кинжал, порезать себе ладонь и окровавленной рукой дотронуться до каждого предмета. Потом в пентаграмму внедрялась определённая ментоструктура, и затем она активировалась. По сути, это всё. Дальше привязка проходила самостоятельно. Поэтому я приступил.

Внедрив нужную ментоструктуру с начерченной на крыше башни пентаграммой, я глубоко вздохнул и влил в неё необходимое для её активации количество энергии.

«М-да. Не совершай необдуманных действий», – сколько раз я повторял себе это.

Никогда не думал, что привязка – это так больно. И оказывается, чем больше предметов, тем больнее. Но главное, почему об этом нигде не упоминалось? Правда, боль была лишь ментальной, физически-то я давно уже ничего не ощущал, тело будто самоустранилось от проводимого ритуала, а вот виртуально я вкусил все прелести жизни. Моя менто-информационная структура корёжилась и сплеталась с той, на которую указывали точки привязки. Точки же были оставлены мной самим, это были микрочастицы моего ментального поля, находящиеся в моей же крови, намазанной на лук, мечи и арбалеты. Их структура переплеталась, сращиваясь с моим менто-информационным полем, так что через некоторое время оно стало однородным и я не мог уже определить, где начинается структура оружия и заканчивается моя.

Но это мало что меняло. Хотя ощущения были совсем не из приятных, но результаты процедуры и тот процесс, что я мог наблюдать при этом, меня вполне радовали. Я уже сейчас начал чувствовать связь со своим оружием, его местонахождение, слабые и сильные стороны, понимал, как и в каком направлении оно должно действовать, чтобы его эффективность была максимальной. В дополнение я осознал, что тот небольшой избыток ментоэнергии, который собирало оружие из окружающего пространства и который не был востребован им самим, передаётся мне и уходит в мой внутренний накопитель.

К счастью, продолжалась эта экзекуция недолго, и уже через двадцать минут всё закончилось. Переход в реальность был как возвращение в мир живых. И требовал немедленного и длительного отдыха. Мне нужно было прийти в себя, свыкнуться с изменениями моего менто-информационного поля, понять, что же они дают. Дать возможность Искателю провести какие-то свои замеры, о которых он постоянно сообщал мне вот уже битые пару минут.

В общем, после прошедшей процедуры мне нужен был отдых. Мне это сразу дали почувствовать.

Но сначала мне нужно было дать распоряжение ментоинтерфейсу.

«Искатель, я должен встать через два часа, и не забудь об изучении второго курса „Стрелка”, – распорядился я и, уже проваливаясь в небытие, вспомнил: – Изучи маскировочный ментомодуль, а всё остальное потом».

Глава 3

Один из срединных планов реальности. Планета Ареана. Материк Ларос. Территория близ границ Гигантского Леса. Город древних

Я уже стал привыкать к тому, что пробуждение для меня становится приятной процедурой. В этот раз я выпал в реальный мир из царства морфея, даже не потеряв той мысли, на которой отключился два часа назад.

«Маскировочный ментомодуль и гипнопрограмма „Стрелок. Углублённый курс” уже должны быть изучены, – понял я, но тут до меня дошло: – Да о чём это я. Я ведь провёл процедуру привязки, она прошла более чем удачно, и теперь всё моё оружие должно приобрести статус именного, – рассуждал я. – Но что мне это должно дать?»

У Искателя никакого точного определения новых свойств, которое должно было приобрести оружие после привязки, не было.

«Странно, – подумал я, – описание самого ритуала есть, и достаточно подробное, а вот те результаты, которые он должен дать, не описаны. Почему?»

«Описание большинства ритуалов, связанных с магией крови, найдено в одном из исторических манускриптов на недавно присоединившейся к Содружеству планете. Данный раздел ментонауки недостаточно изучен. Проведён лишь поверхностный анализ общей теории магии крови, и скопированы основные постулаты найденной информации по данному направлению магии», – отчитался ментоинтерфейс.

Это внесло хоть какую-то ясность в происходящее и сказало о том, что меня могут ждать некоторые сюрпризы.

А пока я, приподнявшись, обратил внимание на так и разложенные в нарисованной пентаграмме предметы, пытаясь понять: что же всё-таки мне это дало? Да и вообще, что же всё-таки произошло со мной?

Стараясь разобраться в себе, я понял, что всё оружие в энергетическом плане ощущалось частью меня самого. Оно было будто моим продолжением, по какому-то капризу природы отделённым в самостоятельную и живущую собственной жизнью часть моего тела.

Не знаю, как должны были чувствовать себя остальные люди и всё ли прошло именно так, как и должно было быть. Правда, моя интуиция говорила, что всё в порядке, но у меня также было чёткое убеждение, что я в чём-то ошибся, но эта ошибка пошла мне только на пользу и повернула прошедший ритуал в лучшую сторону. При этом я был также уверен, что, закрыв глаза, ощущаю биение жизни как минимум двух предметов. В прямом смысле этого слова – живое биение, но только двух сердец. Хотя всё моё оружие и приобрело своё менто-информационное поле. Но только какие-то из разложенных предметов обрели ещё и свою душу, живую и трепещущую, однако не все. И именно они стали по-настоящему живыми. Но что было несколько непонятно – почему-то не все.

«Видимо, это и есть те непонятные результаты моей неизвестной ошибки», – решил я.

Хотя чувствовал я, как это ни странно, всё оружие. Все свои дополнительные пять рук, ног, лишних пальцев, глаз и ушей, мгновенно выросших, появившихся и образовавшихся у меня с обретением этого оружия. У меня сейчас было такое чувство, будто я голыми руками упираюсь в поверхность крыши башни. И это было несколько странно. Ведь я сидел прислонившись спиной к стене и не касался руками крыши здания. Но с обретением новых свойств у этих предметов у меня появилось и объяснение этих моих чувств.

«Вот они, мои новые органы чувств, – подумал я, посмотрев на разложенное оружие. Создавалось такое впечатление, будто оно действительно является продолжением меня и любые воздействия на него передаются и мне самому. – Не знаю, хорошо это или плохо – быть оружием и ощущать то, что ощущает оно, но если привязка является более прочной и продвинутой связью и тесным взаимодействием с оружием, то по идее хуже от этого не должно, – рассудил я, – только лучше».

Внезапно в моей груди, примерно там, где находилось моё центральное энергетическое сплетение, зародилось какое-то щемящее, тоскливое чувство, и я понял, что ощущается оно сразу с двух направлений. Доверившись своему чувству, я закрыл глаза и, постаравшись определиться, потянулся к одному из источников этого странного зова. Затем, так и не открывая глаз, наклонился вперёд и положил свою ладонь на тёплую, бьющуюся в такт моему сердцу какую-то странную пульсирующую менто-энергетическую аномалию, будто зовущую меня.

Открыв глаза, я понял, что моя рука сжимает рукоять одного из моих мечей.

«А чего я ещё ожидал», – усмехнулся я над собой, разглядывая оживший клинок, притаившийся подарком в моей руке. И как-то подсознательно позвал его, ощутив живой и радостный отклик.

Ярость, или Яр, – таково стало его имя. Холодная, смертельно опасная ярость, которая не затуманивает сознание, а делает его кристально чистым и помогает в бою, победив страх, перешагнув его, пройти там, где другие бы остановились.

Поняв, что же является источником этого необычного зова, я взял в руки и второй парный клинок. Внезапность и Стремительность, или Рапида, – быстрая, резкая и внезапная смерть. Удар будет приходить оттуда, откуда его не ждёшь. Точный, быстрый, беспощадный.

Два клинка, несущие смерть, лежали у меня в руках и пели в такт биению моего сердца. И я знал: каждый его удар – это, может быть, чья-то смерть. Эти клинки были вершиной оружейного искусства какого-то неизвестного мастера, вложившего в них свою душу, обессмертив её. И именно она позволила клинкам сейчас возродиться вновь. Обрести жизнь. И связать нас.

А потом я осознал, вернее, просто почувствовал где-то на глубинном бессознательном уровне своего восприятия, что они готовы служить мне, помогать, быть со мной всегда и везде. Что они никогда не предадут и не оставят меня. Ведь они – это я, а я – это они.

Это единение с мечами было странным эффектом, которого не наблюдалось при использовании любого другого оружия. Арбалеты и лук не обрели свою душу, просто теперь к их боевым качествам добавилось несколько дополнительных. Все они, впрочем, как и мечи, могли служить только одному владельцу. Любой другой просто даже не смог бы взять моё оружие в руки.

«Нужно быть с этим осторожнее, – решил я, – и никому не давать прикасаться к нему». Почему-то я был уверен, что ничем хорошим это не кончится.

Вторым качеством стало то, что я всегда знал, где находится моё оружие, а также чётко представлял те местность и пространство, что его окружает.

Ну и, пожалуй, самым главным достоинством привязки стало повышение боевых качеств всего оружия, я сейчас отлично знал все его сильные и слабые стороны, мог точно сказать, где и когда его лучше использовать. Мог определить, при каких обстоятельствах оно окажется наиболее смертоносным и эффективным. Понимал и знал все нюансы его тактических приёмов применения, боевых параметров и характеристик.

В дополнение оружие стало передавать мне избыток накопленной энергии, а мечи к тому же ещё могли поделиться жизненной и энергетической силой моих противников, с которыми мне придётся встретиться и столкнуться в будущем. Оружие стало смертоносным. Раны, нанесённые им, заживали гораздо сложнее и труднее, чем от простого или иного магического оружия. И это не зависело от свойств снарядов или заклинаний, вложенных в это самое оружие. Просто оружие теперь всегда наносило не только физический вред, но и разрушало менто-информационную основу любого существа. Моё оружие поистине стало орудиями смерти и убийства.

Возможно, у него появились ещё какие-то новые свойства, но Искатель и эти-то определить не смог, это были лишь мои чувства и подсказки моей интуиции. Но ментоинтерфейс обещал завести специальный параграф, фиксирующий все дополнительные обнаруженные свойства у моего оружия.

Разобравшись со своим вооружением, я встал и занялся экипировкой, учитывая свои предыдущие наработки по его размещению.

Первым делом я проверил свой доспех, с которым, казалось, сросся в последнее время. Так удобно и незаметно он сидел на мне. Потом надел перевязь с метательными ножами, сдвинув их так, чтобы не было заметно со стороны, если я поверх надену ещё и плащ. Потом примостил на руки, в рукава куртки, по дротику, при этом проверяя удобство размещения и скорость доступа к оружию.

Дротики, кстати, были несколько необычные, больше похожие на боевые китайские метательные спицы, но Искатель их однозначно определил как метательное оружие, тем более и я сам убедился, что вполне приемлемо умею им пользоваться. Сказывалось два уровня изучения гипнопрограмм «Стрелок» и «Рукопашный бой». Оказывается, моими спицами-дротиками вполне эффективно можно пользоваться как на расстоянии, так и в общей свалке, когда большинство противников одеты в кольчуги или доспехи с небольшими отверстиями.

«Опасное оружие, – подивился я, примеряя, как хорошо оно выходит и достаётся из рукава куртки доспеха. Было понятно, что дротики как раз и были созданы специально для этих или аналогичных целей. – Оружие-убийцы» – это стало понятно сразу, но и отказываться от него у меня не было никакого желания. Слишком опасным и непредсказуемым миром было то место, куда я попал.

Дальше я поместил в наспинные ножны свои мечи, Яра – под правую руку и Рапиду – под левую. Погладил торчащие за плечами рукояти, пошевелился, попрыгал, стараясь ощутить их за своей спиной, но они сидели как влитые, не стесняя движений и не вызывая никакого дискомфорта.

«Действительно, будто давно привычная и неотъемлемая часть моего тела, значительная и важная, – оценил я свои ощущения, – без которой будешь чувствовать сильный дискомфорт, при этом её наличие успокаивает и вселяет в сердце надёжность и уверенность как минимум в своей полной безопасности. – Эти мысли заставили меня усмехнуться и ещё раз погладить рукояти мечей. – Я влюбился в эти смертоносные и опасные предметы», – подшутил я над собой, хотя даже в этой шутке была доля правды.

Проверив, что клинки удобно устроились у меня за спиной, заняв положенное им место, и готовы прикрыть меня в любое мгновение, я, поддавшись какому-то внезапному порыву, выхватил их. И так, простояв с воздетым ввысь оружием несколько секунд, начал некий бой-танец с тенью, невидимым, но чутким и умелым напарником-противником, помогающим мне освоить и понять моё оружие. Продлился этот бой-танец всего несколько минут, но мне и моим клинкам и этого хватило, мы узнали друг друга намного лучше, став с оружием одним целым, одним человеком, действующим и понимающим как единый и слаженно действующий механизм.

И вот уже следующее мгновение – и мои мечи вновь покоятся на своём месте, у меня за спиной, готовые служить и подчиняться мне. Готовые опять стать продолжением меня, готовые стать мной.

Оставив свои смертоносные клинки в покое, уверенный в том, что они в нужный момент не подведут, я протянул руки к остававшимся до сих пор без внимания арбалетам. Тут всё было как и до того момента, когда я отключился. Абсолютно послушные, исполнительные и безоговорочно выполняющие мою волю механизмы. Сюрпризов с их стороны ждать не приходилось. К тому же с прохождением ритуала они стали только опаснее и смертоноснее.

Их я вложил в то подобие объединения кобуры и портупеи полускрытого ношения, что получилось у меня создать совместно с перевязью и моим магическим поясом. Носить её было несколько непривычно, но тоже вполне удобно и комфортно. А главное, она всё так же, как и всё остальное, не стесняет моих движений и позволяет мгновенно извлечь уже снаряжённые и взведённые арбалеты, каждый из которых будет готов отправить в полёт по своему смертельно опасному подарку.

Последним, поверх ножен для клинков, на спину лёг тул от лука с уже вложенными в него стрелами, сам лук так пока и остался лежать передо мной.

До того как убрать его на место, я хотел понять, хорошо или плохо у меня получится обращаться с ним. Поэтому, чтобы определиться с этим, я взял своё оружие в руки, и практически мгновенно все мои сомнения, что я не смогу стрелять из него, у меня пропали.

Конечно, всё было не так, как с арбалетом, но уже сейчас во мне появилась уверенность, что и лук меня не подведёт. Я точно знал, как должна лечь стрела, какой будет её полёт, что может помешать мне сделать тот выстрел, что мне нужен. Я знал, как и когда нужно стрелять, как лучше держать своё оружие, чтобы стрельба была наиболее эффективна и точна. Но, главное, так же как это было и с арбалетом, я чётко видел точку, куда должна была ударить стрела при выстреле из лука. Я всегда отлично представлял, куда сместится маркер цели в тот или иной момент.

В общем, теперь я был уверен, что и лук также стал продолжением моей руки, способным посылать смертельно опасные приветы моим недругам.

Это было предпоследнее оружие на сегодня, и оно заняло полагающееся ему место – в одном из отделений колчана со стрелами за моей спиной.

Последним в ножны на поясе поместился кинжал, бывший со мной чуть ли не с первого осознанного дня моего пребывания в этом мире и не раз выручавший меня за всё это время.

Немного постояв и обвыкнувшись со всем этим внезапно приобретённым вооружением, я не ощутил никакого дискомфорта. У меня было такое чувство, что я всю жизнь был одет в доспехи и жил обвешанный с ног до головы различными колюще-режущими предметами, в народе именуемыми простым и ёмким словом – «оружие». Никакого отторжения и неудобства. Будто это были мои привычные окружение и действительность.

Заинтересовавшись этими пунктами в использовании и ношении своего теперешнего вооружения и доспехов, да и вообще всего того, что мной было изучено ранее, я призадумался.

Лично я никогда не догадался бы воспользоваться многими встреченными мной предметами в том качестве и с такой смертоносной точностью и эффективностью, как это у меня стало получаться сейчас. И ведь причина этого, по сути, мне с недавних пор стала известна и понятна. Это гипнопрограммы, наличествующие в базе знаний ментоинтерфейса. И поэтому, исходя из этого своего знания, я поинтересовался у Искателя, сколько у него ещё есть подобных гипнопрограмм боевой направленности, удивившись: «Как это раньше я не догадался поинтересоваться этим вопросом?»

Как оказалось из его ответа, было этих гипнопрограмм не так и много, по крайней мере по сравнению с различными ментомодулями, имеющимися в наличии в той же самой его базе знаний.

«Всего в базе присутствует двадцать две гипнопрограммы,

– дал ответ на мой запрос Искатель,

– которые напрямую или косвенно связаны с боевыми качествами и возможностями оператора».

Получается, их общее количество лишь немногим превышало пару десятков, но интерфейс, как обычно, ограничился лишь прямым ответом на прямо поставленный вопрос.

«Как на допросе всё вытягивать из него нужно, – подумал я по этому поводу и уточнил у него: – А поподробнее можно, что это за гипнопрограммы?»

«Непосредственно боевых баз восемнадцать,

– начал перечислять Искатель.

– Это „Общая теория боя”. На текущий момент курс не изучен. Реальная длительность изучения гипнопрограммы, без систем дополнительного ускорения обучения, составляет два часа. Гипнопрограмма предназначена для изучения и освоения общей теории и практики военно-боевого искусства и умений, собранных на основе анализа и изучения ведения боевых действий различных разумных рас».

«Понятно, – подумал я. Хотя, конечно, в то короткое описание, что привёл Искатель, невозможно было вместить всё содержание упомянутой гипнопрограммы, но общая суть до меня дошла. А поэтому, решив дослушать до конца и не перебивать, по крайней мере без острой на то необходимости, я у него спросил: – Так что там есть ещё?»

«Полный цикл курсов, посвящённых обучению тактическим основам боевых искусств,

– выдал новые данные ментоинтерфейс и перечислил их: —

„Тактика боя. Общий курс”. На текущий момент курс не изучен. Длительность обучения – один час.

„Тактика боя. Углублённый курс”. На текущий момент курс не изучен. Длительность обучения – три часа.

„Тактика боя. Специализированный курс”. На текущий момент курс не изучен. Длительность обучения – шесть часов.

Следующие три пакета курсов отвечают за развитие различных боевых навыков оператора,

– сказал Искатель и перечислил ещё несколько гипнопрограмм, которые были у него в базе: —

„Рукопашный бой. Общий курс”. Гипнопрограмма изучена оператором. Длительность обучения – от двадцати до сорока девяти минут в зависимости от возможностей оператора.

„Рукопашный бой. Углублённый курс”. На текущий момент курс изучен. Длительность обучения – три часа. Основу курса составляют углубление и персонализация знаний теории рукопашного боя.

„Рукопашный бой. Спецкурс”. На текущий момент курс не изучен. Длительность обучения – восемь часов.

„Фехтование. Классический курс”. На текущий момент курс изучен. Длительность обучения – полтора часа.

„Фехтование. Углублённый курс. Боевое фехтование”. На текущий момент курс изучен. Длительность обучения – четыре часа.

„Фехтование. Техника закрытых и спецшкол фехтования. Спецкурс”. На текущий момент курс не изучен. Длительность обучения – десять часов.

„Стрелок. Общий курс”. На текущий момент курс изучен. Длительность обучения – двадцать минут.

„Стрелок. Углублённый курс”. На текущий момент курс изучен. Длительность обучения – два часа.

„Стрелок. Спецкурс”. На текущий момент курс не изучен. Длительность обучения – шесть часов.

Следующий список гипнопрограмм является расширенным перечнем специально подготовленных курсов и обеспечивает более глубокое освоение изучаемого предмета,

– внёс дополнительный комментарий Искатель. —

„Эффективное использование различных типов вооружений и боевой техники. Спецкурс”. На текущий момент курс не изучен. Длительность обучения – три часа.

„Специализированные стили боя. Спецкурс”. На текущий момент курс не изучен. Длительность обучения – шесть часов.

„Спецтехника и моторика боя. Спецкурс”. На текущий момент курс изучен. Длительность обучения – десять часов.

„Боевая анатомия и анализ анатомических слабостей противника. Спецкурс”. На текущий момент курс не изучен. Длительность обучения – пять часов.

„Техника боя с использованием верховых животных. Спецкурс”. На текущий момент курс не изучен. Длительность обучения – два часа».

На этом месте меня ожидал следующий комментарий от ментоинтерфейса:

«Нижеперечисленные курсы не относятся к гипнопрограммам боевого типа, но изучаемая в них тематика напрямую или косвенно связана с расширением боевого потенциала и возможностей оператора.

„Физика тела. Физиологические процессы организма и их стимуляция”. На текущий момент курс не изучен. Длительность обучения – два часа.

„Маскировка и проникновение. Спецкурс”. На текущий момент курс не изучен. Длительность обучения – шесть часов.

„Выживание. Общий курс”. На текущий момент курс изучен. Длительность – обучения три часа.

„Выживание. Спецкурс”. На текущий момент курс не изучен. Длительность обучения – шесть часов».

Как оказалось, из всего мной увиденного описание присутствовало только для гипнопрограммы основного курса, остальные вообще ограничились лишь названием и длительностью их изучения.

Меня это несколько удивило, однако, как пояснил Искатель, объяснялось это тем, что все эти курсы являлись обязательной программой обучения при подготовке сотрудников разведывательного управления и в связи с этим не было никакой нужды занимать базу знаний ментоинтерфейса каким-либо дополнительным их описанием или определением. Вносились только основные параметры, такие как название и длительность обучения.

Но что меня поразило, и на этот вопрос не смог ответить и сам ментоинтерфейс: зачем они вообще были там нужны, если и так уже были изучены ранее?

Оставив эту нестыковку в наполнении базы знаний Искателя с его описательным содержанием к ней, я перешёл непосредственно к вопросу о возможности изучения этих гипнопрограмм самостоятельно.

Правда, была ещё одна нестыковка, на которую я обратил внимание только сейчас.

Насколько я помню, обучение владением оружием на продвинутом уровне в тот момент, когда я учился работать с Клыком и кинжалом, было гораздо длительнее названного сейчас Искателем. По-моему, тогда я был в отключке порядка сорока часов, а тут сказано, что всего мне на это должно было потребоваться порядка десяти. Это меня несколько смутило.

«Неужели я настолько хуже тех, для кого составлялись эти гипнопрограммы?» – подумал я.

Но ментоинтерфейс смог меня успокоить, объяснив:

«Разница между реальным временем обучения и теоретическим обусловлена тем, что организму реципиента необходим некий адаптационный период, чтобы воспринять и освоить те физико-ментальные и интеллектуальные изменения, которые будут внесены в него в результате изучения гипнопрограммы. Организму нужно дополнительное время, чтобы перевести изученные навыки из осознанного состояния в мышечную память. Этот процесс в большинстве случаев протекает постепенно и занимает от сорока до семидесяти часов. И это время не учитывается при описании длительности процесса обучения, так как период адаптации для разных реципиентов и различных типов гипнопрограмм и некоторых типов ментомодулей различен и не поддаётся точному прогнозированию. Однако его наличие в обязательном порядке учитывается при планировании процесса обучения. При этом длительность адаптационного периода имеет тенденцию уменьшаться в зависимости от количества ранее изученных навыков, имеющих смежное направление развития. Например, боевые навыки рукопашного боя и фехтования развивают одни и те же группы мышц, нарабатывают схожий перечень рефлексов и реакций на определённые типы внешних воздействий. И, как следствие, длительность адаптационного периода при изучении гипнокурсов боевой направленности постепенно уменьшается».

Прослушав объяснение ментоинтерфейса, я успокоился. Оно было вполне логичным и давало ответы на многие вопросы, связанные с обучением.

После этого я вновь вернулся к уже ранее поднятому вопросу изучения перечисленных гипнопрограмм. И тут Искатель смог меня удивить повторно. Оказывается, у него в базе знаний присутствовал алгоритм по оптимальной последовательности изучения данных боевых курсов, и это именно оттуда он извлёк общий перечень гипнопрограмм боевого типа.

«Спрашивается, зачем всё это было нужно, если это всё изучено?»

В итоге мы вернулись к уже поднятому ранее, первому вопросу.

Однако, оставив эти непонятные для меня загадки на более подходящее время, я просмотрел рекомендованный Главным разведывательным управлением алгоритм изучения курсов боевой направленности.

Всё было вполне логично, кроме пары пунктов. Обучение было рекомендовано начать с курса «Физика тела. Физиологические процессы организма и их стимуляция». Это был как раз один из пунктов, который меня заинтересовал, ещё когда я просматривал весь список гипнопрограмм, именно поэтому, обратив на него внимание сейчас, я поинтересовался у Искателя:

«Почему учёба начинается именно с него?»

На что тот мне ответил:

«С данного специализированного курса Центром обучения курсантов и Отделом перспективных разработок в сфере гипномоделирования рекомендовано начинать изучение любой учебной программы».

Я хотел было уточнить у него почему, но не успел, на этот вопрос Искатель ответил уже следующей своей фразой:

«Упомянутая гипнопрограмма предназначена для изучения наиболее эффективных систем по развитию физических и умственных способностей личности, различных медитативных техник, трансовых состояний, систем ускорения обучения и улучшения восприятия, анализа, логического и иного типа мышления».

Хотя Искатель многого и не сказал, но суть до меня донёс вполне ясно. Получалось, что данный гипнокурс позволит мне ускорить обучение по различным направлениям не только боевых искусств и развития боевых навыков, но и во всём остальном, включая, возможно, ту же самую магию. Этот курс также должен был помочь развиться и мне самому как физически, так и умственно.

«Хорошо, с этим понятно, – подумал я, – но тогда почему следующим пунктом идёт опять небоевой курс?»

«Курс „Маскировка и проникновение” вынесен для изучения на первый план на основе проведённого анализа текущих задач оператора и окружающей его обстановки. Приоритетными названы цели незаметного перемещения и проникновения на определённую, предположительно враждебную территорию, которые полностью соответствуют задачам данного курса».

«Всё, убедил, больше вопросов нет. Это всё интересно и обязательно к прочтению, – пошутил я и, полностью согласившись с ментоинтерфейсом, спросил у Искателя: – Так сколько продлится всё обучение? И какова окончательная последовательность курсов, которая у нас получилась?»

«На текущий момент изучено восемь курсов из общего списка. Это: „Рукопашный бой. Общий курс” и „Рукопашный бой. Углублённый курс”, „Фехтование. Классический курс” и „Фехтование. Углублённый курс”, „Стрелок. Общий курс” и „Стрелок. Углублённый курс”. А также два отдельных спецкурса: „Спецтехника и моторика боя” и „Выживание. Общий курс”. В итоге необходимо изучить ещё четырнадцать гипнопрограмм. Это шестьдесят шесть часов чистого времени. Однако после изучения курса „Физика тела. Физиологические процессы организма и их стимуляция” скорость обучения у реципиентов возрастает в два с половиной – четыре раза, в очень редких случаях коэффициент ускорения достигает пяти. Поэтому после изучения данного гипнокурса максимальное время, которое потребуется на инсталляцию оператору этих гипнопрограмм, составит примерно двадцать семь с половиной часов. При этом в данном конкретном случае обучение в обязательном порядке должно проводиться во время неактивной фазы существования оператора, также его проведение возможно в медитативном или трансовом состоянии. Точные параметры ускорения будут зафиксированы только после изучения гипнопрограммы „Физика тела. Физиологические процессы организма и их стимуляция”, на текущий момент за коэффициент ускорения принята минимальная величина в два с половиной раза».

Ментоинтерфейс закончил свой отчёт.

«Получается, в итоге мне необходимо на всё про всё в самом худшем случае сорок часов, – сложил я в уме несложный арифметический пример. – Нужно бы изучить все эти практико-теоретические курсы, основанные на изучении истории разных разумных рас по уничтожению себе подобных, – решил я и распорядился: – Искатель, поставь их в обязательный список изучения. – А затем подумал: – Здесь это не какая-то эфемерная прихоть, типа исторического фехтования у меня на родине. Здесь для меня это насущная потребность, если я хочу выжить в этом диком и суровом мире».

Посчитав это дело завершённым – учёба-то, можно считать, началась и дальше пойдёт своим чередом, – переключился на другую задачу. Скоро должен был прийти в себя корнол.

Но Диагност опять отсрочил время его пробуждения, сказав, что у меня есть ещё три дополнительных часа. Оказалось, что организму Лениавеса после лечения требовалось время на тривиальный оздоровительный сон для восстановления затраченных на излечение сил и поэтому лечебный ментомодуль искусственно ввёл корнола в сонно-восстановительное состояние.

«Значит, у меня есть ещё три часа». Я огляделся, думая, чем занять себя это время.

Мой взгляд наткнулся на одно из ближайших, почти целых зданий, которое вплотную примыкало к одной из стен города.

«Хорошо бы подготовить наш переезд туда, – подумал я, – всё равно нам нужно будет это делать, и почему бы этим вопросом не озадачиться сейчас, пока у меня есть на это время и меня никто не видит. – И я покосился в сторону находящегося без сознания Лениавеса. – У него и так будет много вопросов» – это и так был очевидный вывод, не хотелось бы мне усугублять положение ещё больше.

А поэтому спуск нужно совершить сейчас.

Но моему плану препятствовала одна достаточно большая проблема. С крыши башни не было никакого прямого спуска.

Если со стены во внутреннюю часть города можно было спуститься или по разлому, или по осыпи обвалившейся стены, или по каким-то непонятным приспособлениям, которые также можно было использовать как некую большую лестницу, то на саму стену с башни никакого видимого спуска не было. Да и высота её пятьдесят метров внушала уважение.

Свои вещи и самого корнола при помощи или «Малого антиграва», или «Прыжка» я мог спустить достаточно просто, но вот сделать это нужно было сейчас и так, чтобы у Лениавеса потом не возникло вопросов, как я это мог сделать. Мне необходимо хоть какое-то объяснение, как бы я это сделал помимо использования магии. Её применение мне не хотелось бы светить в открытую, по крайней мере перед ним и сейчас.

Один вариант, как это всё проделать, у меня появился. Конечно, пользоваться им было полное самоубийство, но в том-то и суть, что делать этого я не собирался. Мне необходима была лишь видимость.

Я решил повторить некий вариант спуска по лиане. Но только в этот раз план состоял в том, чтобы попробовать вбить намертво в стену башни бывшие кинжалы крыс. Тем более они и так были уже немного подпорчены во время предыдущего спуска. Идея состояла в том, что нужно разместить их так, чтобы была возможность спуститься по ним при помощи змеиного стебля.

Сразу встала проблема: как вбивать кинжалы в стену?

Немного покумекав, мне в голову пришла вполне интересная мысль.

У меня в наличие было два заклинания. «Малый антиграв» был способен доставить кинжал в любое место, куда мне понадобится. И здесь доработки не требовалось. Ментомодуль был полностью готов. Им я уже играл с веточкой, когда был на лиане, и также спускал им Рыкуна с башни.

«Кстати, где он? – вспомнил я о зверьке и понял, что он где-то в городе и с ним всё в порядке. – Ну и хорошо», – успокоился я и вернулся к решению своей проблемы.

Следующим заклинанием был «Ментальный удар», который по идее мог обеспечить мне точный, сильный и быстрый удар по кинжалу, способный вогнать его в любую поверхность. Но как мне привязать его именно к центральной оси ножа, чтобы при ударе он не сломался, а вошёл в стену?

Развернув в сознании структуру этого последнего ментомодуля, я задумался над поставленной задачей. Искатель тоже не смог ничем мне помочь в этом вопросе. Однако когда мы рассуждали с ним на эту тему, то мне в голову пришла интересная идея, которая, по сути, из моего совершенно тривиального тренировочного задания создавала очень опасное и мощное оружие, сравнимое с арбалетом или луком, только полностью основанное на магии. Получался некий аналог управляемых ракет. Так я и собирался назвать своё будущее заклинание, ну или ментомодуль, кому как удобнее.

Суть заключалась в следующем.

Изменения производились не с известными мне заклинаниями «Ментальный удар» и «Малый антиграв». Нет. Этого не требовалось. Ракетой становился любой предмет. Именно в его ментоструктуру вносились дополнительные изменения.

Во-первых, Искатель для любого предмета мог в считаные мгновения построить его виртуальную модель и с долей до сотых микрометра рассчитать его центральное осевое сечение.

Во-вторых, именно по центральной оси предмета строится канал передачи энергии, отмеченный маркером от начала объекта до точки привязки, задаваемой руной «Цель», именно той, к которой и будет привязываться воздействие ментального удара.

В итоге у нас получалась система с ударом, направленным точно вдоль центральной оси предмета, и точкой воздействия, привязанной к предполагаемому концу объекта, в нашем случае им служит остриё кинжала.

Объединив все эти наработки, у меня получилось следующее. Я антигравом могу поднести любой предмет к любой точке пространства или необходимому мне месту. При этом ментоинтерфейс построит ментальную модель предмета и рассчитает его центральную ось, найдёт геометрический центр и его конечные точки. Потом я внедрю в структуру этого предмета, на основании данных, полученных Искателем, дополнительные руны «Цель» и «Канал», создав тем самым необходимые мне маркер входного потока энергии, канал передач энергии и точку привязки по высвобождению, переданную в предмет силы. И как итог, тот предмет, превращённый мной в управляемый аналог наводящейся оператором ракеты, сможет поразить любую выбранную мной цель.

Искатель пошёл ещё дальше. Всю эту процедуру, включая построение модели и проведение своих расчётов, он преобразовал в отдельный ментомодуль, который был способен активировать уже и я сам. И теперь, изучив его, я мог любой предмет превратить в управляемый аналог ракеты. Полученный ментомодуль с нашего общего согласия стал называться «Ракета».

Пару минут ментоинтерфейс проводил моделирование работы ментомодулей и тестирование общей связки заклинаний и, только получив несколько раз подряд положительный результат, доложил об окончании проведения тестового прогона работ.

Получив подтверждение, что эксперимент с нашим новым ментомодулем прошёл успешно, я понял, что пришла и моя очередь испробовать его в работе.

Выбрав наиболее повреждённый кинжал из всё так же сваленного в кучу и захваченного у крыс не очень ценного вооружения, я положил его на парапет башни.

Особой концентрации не требовалось: по большему счёту, сосредоточиться на нужном предмете, увидеть его ментоструктуру и внести в неё дополнительные изменения мне помогал ментоинтерфейс. Так что с этой операцией я справился за несколько секунд.

Затем подхватил этот ножичек антигравом и, не относя его далеко, упёр остриём в трещину между камнями на парапете башни.

Ну а дальше мне нужно было влить в кинжал энергию, чтобы он приобрёл необходимую силу и скорость, чтобы вонзиться в стену.

Особо не заморачиваясь, я решил сконцентрироваться на точке привязки и вливать в кинжал ментоэнергию небольшими порциями, постепенно увеличивая её объём. Так я надеялся через некоторое время определиться с необходимыми затратами энергии.

Однако, на своё счастье, я начал свой эксперимент с чуть большего объёма энергии, чем требовался на достаточно сильный ментальный толчок. Эффект превзошёл все мои ожидания. Сила, приложенная не к какой-то площади, а всего к одной точке, дала поразительный результат. Кинжал по самую рукоять вошёл в поверхность стены башни, будто раскалённый нож в масло.

«Сидит намертво», – понял я, подёргав торчащую из стены рукоять.

Так из оставшихся кинжалов я построил лесенку, вбивая их в поверхность стены по два в ряд. За один цепляя змеиный стебель, держась за него же, а на второй – опирая ногу. Ради интереса я даже спустился по ним с помощью своей верёвки с крыши башни на стену, что оказалось сделать не так и сложно. Не сложнее, чем карабкаться по гигантским лианам.

Правда, обратно на башню я попал, воспользовавшись «Прыжком», – так перемещаться, особенно в горизонтальной плоскости, было гораздо проще, быстрее и удобнее.

«Привыкаю к магии, однако, – порадовался я, – вон уже ментомодули и ментоструктуры стал называть на местный манер – заклинаниями».

Получившийся у меня ментомодуль, превращающий любой обычный, немного заострённый предмет в очень опасное самонаводящееся оружие, я сразу постарался изучить. Очень уж мне понравился его эффект.

Однако ментоинтерфейс огорчил меня сообщением, что полученная конструкция имеет сложную составную многоуровневую структуру и поэтому изучение данного ментомодуля потребует как минимум полтора часа. При этом он добавил, что после изучения гипнопрограммы «Физика тела. Физиологические процессы организма и их стимуляция» у меня будет возможность обучаться дисциплинам, не требующим непосредственного изменения физики тела и его реакций, то есть в фоновом режиме. Правда, в этом случае все положительные коэффициенты, накладываемые на процесс обучения и ускоряющие его, будут аннулированы и изучение любого материала будет занимать ровно столько времени, сколько оно требует в нормальном режиме обучения.

Когда я уточнил у Искателя, что же это за материал, который я смогу изучать в данном режиме, он сообщил, что к этому типу относится большая часть имеющихся в базе ментомодулей, практически весь теоретический материал различной направленности и несколько типов гипнопрограмм.

Поняв, что это даёт большой дополнительный плюс в моём положении, я решил сразу воспользоваться полученными преимуществами и распорядился поставить в очередь на изучение в фоновом режиме при следующей возможности созданный ментомодуль.

«Выполнено, ментомодуль внесён в план запланированных обучений»,

– отрапортовал Искатель.

После того как разобрался с заклинанием «Ракета», я подумал, что пора заняться чем-то ещё, к примеру разведать близлежащие дома и проверить то здание, куда я собирался переехать. Вернее, на разведку я пока не собирался, а решил для начала просто оценить безопасность и внутреннее состояние выбранного дома.

Это было одноэтажное здание, примыкающее к стене города и отделённое от других зданий достаточно большим свободным пространством. Мне показалось такое расположение очень удобным. Незамеченными к нам в этом доме добраться не получится или будет очень сложно, а высокая стена за спиной прибавляла хоть немного, но уверенности в надёжности этого строения. К тому же оно было единственным полностью целым зданием на ближайшие пару кварталов, что меня тоже немного заинтересовало.

Взяв на изготовку меч, ведь неизвестно, что может ожидать меня там, внизу, у дома, следующий прыжок я совершил с обнажённым клинком прямо к двери этого здания.

Как это ни удивительно, но ничего необычного со мной не произошло. Из дома на меня не накинулась толпа зомби, или подо мной не разверзлась бездна, даже банально кирпич на голову не упал. Но расслабляться у меня желания не было.

Очень осторожно отворив каменную и вполне целую дверь, я вошёл внутрь этой небольшой постройки.

Ничего необычного внутри не было. Одна маленькая комнатка, дверь на улицу, при этом никаких окон или дополнительных выходов наружу. Это здание, похоже, раньше было каким-то служебным помещением, но сейчас было покинутым и пустым. Только пыль, налетевшая через немного приоткрытую дверь, устилала его пол. Что тоже было неплохо: на полу, в пыли, не было никаких следов, что до меня кто-то появлялся здесь.

Больше ничего внутри не было. Ни какой-либо мебели, ни иного человеческого мусора, который мог остаться тут в память о бывших хозяевах этого города. Это была просто пустая каменная коробка у стены города. Удобная каменная коробка, в которую я собирался временно переехать.

Само здание, так же как и все остальные строения в городе, светилось слабой ментоструктурой, встроенной в материал и укрепляющей его основу. Правда, тут же просматривалось ещё несколько ментоструктур, но они были настолько незаметны и слабы, что Искатель утверждал, будто они не должны оказывать никакого воздействия на окружающую их реальность, среду, материю или действительность. Причиной этого был тот мизерный объём энергии, что в них присутствовал. Проанализировав их строение, ментоинтерфейс сообщил, что они выступают некими запирающими и открывающими какую-то дверь механизмами. Но как их активировать, ответа у него не было. Создавалось впечатление, что они автономные.

Моя интуиция в общем и целом подтверждала выводы Искателя, и в дополнение у меня была одна идея, как их отключить, однако пока я решил с этим не экспериментировать.

«Займусь, когда будет время», – оставил я эту загадку на потом, так как сейчас нужно было уделить время совершенно другим делам.

Следующие двадцать минут я был занят перетаскиванием вещей с крыши башни, на которую спустился с лиан, в то здание, что выбрал нашим временным убежищем. Воспользоваться для этого я решил самым быстрым и удобным способом, который знал: ментомодулем «Прыжок». Им с каждым разом у меня получалось пользоваться всё лучше и лучше. Да и само это заклинание мне всё больше нравилось. Я стал задумываться, как бы поэффективнее вплести его в свой зарождающийся рисунок боя. Но пока в использовании этого заклинания у меня не было того автоматизма, который, как мне казалось, был необходим. Поэтому получалось, что сейчас я, перетаскивая вещи, просто тренировался и готовился к будущему его применению.

Последним в наше новое убежище я перенёс корнола.

У меня оставалось порядка двух с половиной часов до того момента, как он очнётся. Быстренько перекусив, я присел в тени дома, на его пороге, наблюдая за улицей и размышляя, чем мне заняться в оставшееся время.

Вариантов было немного: или отдохнуть, помедитировать, начав своё обучение, или пойти разведать окрестности.

Однако всё ещё не вернулся Рыкун, которого я хотел привлечь для несения патрульно-постовой службы, пока сам буду спать или медитировать.

По этой же причине отпадала и разведка.

Да и оставлять корнола одного тут у меня желания не было, поэтому вариант обучения непроизвольно выплыл на первый план. Значит, опять нужно что-то придумывать и как-то выкручиваться.

Но один вариант у меня был, правда, я не знал, реализуем ли он.

На память мне пришли различные упоминания сторожевых заклинаний, которые не один раз описывались в фантастической литературе, спасибо тебе, моё детское увлечение книгами. Это был некий аналог нашей обычной сигнализации. И я спросил у Искателя: нет ли у него в запасе чего-то подобного?

Его ответ меня порадовал. В базе знаний ментоинтерфейса присутствовало целых три подобных ментомодуля.

«„Сигнальная сеть”, „Сторожевой круг” и „Незримый страж”».

«А поподробнее можно?» – уточнил я, как обычно, у этого потомка наших партизан.

«Ментомодуль „Сторожевой круг”. Имеет в своей основе самую простую ментоструктуру. Затраты на активацию минимальны, составляют от семи до двадцати энерон, в зависимости от диаметра построения ментального сторожевого круга. После активации выполняет функцию сигнального контура, который реагирует на его пересечение любым объектом или существом, имеющим собственное менто-информационное поле. Потери на поддержание работы данного ментомодуля невелики. Обычно его привязывают к самому оператору, и он же является поставщиком энергии для его функционирования. Длительность изучения – пять минут.

Ментомодуль „Сигнальная сеть”. Усложнённый многомерный вариант предыдущей ментоструктуры. Отличие: создаётся неоднородная многомерная модель, повышены затраты на активацию и поддержание работы. Положительные стороны: максимальная надёжность, охватывает трёхмерный объём, а не плоскость. Отрицательные стороны: для нормального функционирования необходим собственный накопитель, к которому и привязывают данную защитную структуру. Длительность изучения – полтора часа.

Ментомодуль „Незримый страж”. Автономное ментообразование, привязанное к собственному источнику, накопителю, поставщику или объёму энергии. Ментоструктура восьмого уровня. Длительность изучения – двадцать часов. Свойства: автономное ментообразование, перемещающееся в пределах заданного объёма, самостоятельно генерирующее упрощённый вариант ментомодуля „Сигнальная сеть” заданного объёма. Особенности: необнаружим. Дополнения: возможна комбинаторика с атакующими ментомодулями с привязкой цели воздействия к нарушителям охраняемого пространства. Данный вариант реализации носит название „Блуждающий страж”, ментомодуль девятого уровня».

«Ух ты!» Информация, выданная Искателем, производила впечатление, особенно меня поразил последний пункт – «Блуждающий страж», стало жутко интересно посмотреть на него в действии.

Но это меня немного отвлекло, и, поняв это, я вернулся к перечисленным ментомодулям и взглянул на их построенную ментоинтерфейсом виртуальную модель.

Первое и второе заклинания явно были родственными, вернее, второе было многомерной производной от первого. Однако почти сразу я обнаружил в них небольшие изъяны. То ли у меня уже вошло в привычку искать различные проблемные места в ментоструктурах, то ли это общая беда большинства ментомодулей, но и в этих заклинаниях наличие причин, ведущих к утечке ментоэнергии, моментально бросалось мне в глаза.

Особенно изъяны были заметны в первом ментомодуле: оставленные незакольцованными окончания каналов передачи энергии, уходящие в пустоту; отсутствие цикличности и сплошных энергетических магистралей; не предусмотрен механизм сброса избытков ментоэнергии, что ведёт к потерям и достаточно большому энергетическому фону сигнального конура.

В дополнение передача сигнала о пересечении сторожевого контура нарушителем передаётся оператору по специально созданному энергетическому каналу. А это означает, что целостность этой сигнальной нити должна поддерживаться постоянно и в случае её обрыва информация о нарушителе может не дойти до адресата. Что тоже вызывает некоторые трудности и затраты энергии.

Больше всего эти недостатки были заметны на ментомодуле «Сторожевой круг», но и в остальных ментомодулях они присутствовали в той или иной мере.

Решив доработать пока только первый и второй ментомодули, а в третий внести лишь те изменения, какие можно исправить на основании полученного результата, я приступил к работе.

Быстро, уже проверенным способом, я создал дополнительные каналы ментоэнергии, объединив существующие в ментоструктуре заклинания каналы в четыре отдельные магистрали, каждая из которых передаёт свой тип энергии. Таким образом я одним махом избавился от излишних потерь энергии, утечек и значительно повысил длительность работы ментоструктуры. Правда, её активация теперь требовала несколько больше энергии, но суммарно её расходовалось значительно меньше.

Дальше я решил устранить слабое звено этой структуры, связанное с наличием в ней сигнальной нити, удалив её и на её место приспособив руну «Зов». По идее теперь, когда сигнальный контур пересечёт нарушитель, должен прийти зов, сигнал, колебания ментала, ну или что он там посылает, настроенный на точку привязки. Точкой привязки я сделал свой ментоинтерфейс.

При этом, когда настраивал его, понял, что Искатель параллельно может выступать ещё и в качестве фильтрующего устройства для поступающего сигнала.

Во-первых, он может по типу и частоте сигнала, ну или по ещё каким-то из своих параметров определить, с какого именно из сигнальных контуров, если их будет несколько, пришло оповещение. Это подтвердил и сам Искатель, заверив, что для каждого колебательного контура и привязанной к нему руне «Зов» он сможет подобрать свой индивидуальный ряд идентификаторов.

И во-вторых, он мог по тем же параметрам составлять списки доступа, сравнивая их с некоей менто-информационной картой, которую делал всегда и с любого существа, магически активного предмета или аномалии. Это позволяло проводить своеобразную идентификацию уже известных и присутствующих в его базе менто-информационных полей с тем, на которое отреагировал сигнальный контур. При этом он был способен не реагировать на те из них, кому доступ был разрешён.

И параллельно я разработал простой механизм привязки подобного сторожевого круга к ментооператору, что позволяло его сигнальному контору перемещаться вслед за движением точки привязки. Получалось, что я всегда и везде мог поддерживать такой работоспособный сигнальный контур. Правда, последнее требовало несколько большего потребления энергии и поэтому работало исключительно со «Сторожевым кругом».

«Сигнальная сеть» в этом случае потребляла недопустимо много ментоэнергии и превращалась в какого-то прожорливого монстра, но как стационарный сигнальный контур второму заклинанию не было равных.

С последним, третьим заклинанием «Незримый страж» я разбираться особо не стал, слишком уж сложная и многомерная была у него структура, доверившись в этом вопросе Искателю, лишь доработав его согласно внесённым в первый ментомодуль изменениям и поставив его и «Блуждающего стража» в очередь на обучение.

В итоге у меня получилось несколько преобразованных и оттестированных Искателем ментомодулей с приставкой «Универсальный расширенный».

Первым я сейчас должен был изучить «Универсальный расширенный сторожевой контур», а всё остальное – «Сигнальную сеть», «Незримого стража» и «Блуждающего стража» занести в план на обучение.

«Обучени́е ментомодулю „Универсальный расширенный сторожевой контур” завершено»,

– доложил через двадцать минут ментоинтерфейс.

Я сразу же решил воспользоваться изученным заклинанием и теми возможностями, что оно даёт.

Его активация и внедрение в структуру окружающего дом пространства прошли успешно. Общий радиус сигнального контура получился чуть больше ста метров, хотя энергии в него я влил совсем немного. При этом Искатель спрогнозировал, что на выделенном мной объёме ментоэнергии, исходя из снятых им при активации ментомодуля параметров, данное заклинание сможет функционировать почти двадцать три часа.

«Сейчас большего мне было и не нужно, если что, у меня есть возможность в любое время свернуть его или разрушить, – решил я. – Хорошо бы его ещё и проверить», – пришла немного запоздалая мысль.

И как раз в этот момент сигнальный контур отреагировал на внешнее проникновение, и Искатель доложил:

«Ментослепок, полученный с контура, совпадает с копией ментообраза животного, путешествующего с оператором».

Я сначала не понял, о ком говорит ментоинтерфейс, но тут до меня дошло, что он вообще-то сообщает мне о Рыкуне.

И действительно, буквально через несколько минут в домик зашёл недовольный зверёк. Поворчав на меня за то, что я, видите ли, без его спроса ушёл с башни, и пробормотав что-то насчёт того, что еды тут нет и вообще плохое это место и ему было гораздо лучше на дереве, он намекнул мне на то, что неплохо бы для восстановления его нервной системы и во избежание страшной и ужасной кары с его стороны угостить небольшого и доброго его полоской вкусного мяса.

После того как Рыкун поел, он забрался в мой рюкзак и стал устраиваться там, по-видимому собираясь спать.

«А я ещё хотел его на страже оставить», – вздохнул я, с сожалением посмотрев на не слишком удачливого сегодня и поэтому ворчливого охотника.

Полюбовавшись, как мой маленький суетливый товарищ устраивается на отдых, я и сам решил примоститься в углу дома отдохнуть. Тем более Искатель обещал обеспечить мне пару часов неактивного состояния для изучения необходимой гипнопрограммы.

Сев в полутьме помещения и опершись спиной о стену дома, я положил рядом с собой взведённые арбалеты – безопасность-то лишней не бывает – и, только удостоверившись, что полностью готов к «спокойному и безопасному» сну, скомандовал ментоинтерфейсу отбой. И мгновенно провалился в сон без сновидений.

Два часа пролетели незаметно. Казалось, только успел закрыть глаза, и вот теперь их открываю вновь.

Первое, что я заметил, проснувшись, было сообщение:

«Гипнопрограмма „Физика тела. Физиологические процессы организма и их стимуляция” изучена. Ментомодуль под условным названием „Ракета” поставлен для освоения в фоновом режиме».

«Понятно, хорошо», – подумал я и переключился на запись лога работы сигнального контура. Была в ментоинтерфейсе, оказывается, и такая функция, как логирование проводимых им операций. Лог постоянно болтался в одном из фоновых полупрозрачных окошек, расположившись где-то на задворках сознания. Искатель вёл его самостоятельно. Сам я об этом в момент создания ментомодуля контура как-то не задумывался.

Просмотрев его, я понял, что, пока мы отдыхали, никто нас не беспокоил. Вернее, если судить по логу, линию контура, по самому её краю, на непродолжительное время пару раз пересекали какие-то существа, но они были в болоте за пределами стены и города, поэтому Искатель счёл их нахождение вблизи нас безопасным и не поднял тревоги.

«Как интересно…» – протянул я.

Получалось, что ментоинтерфейс, благодаря моим ощущениям, мог точно определить направление и точку пересечения контура, а также понять, что это одно и то же существо пересекало его границы. К тому же он мог подсчитать время пребывания данного нарушителя на охраняемой территории, что позволяло ему спрогнозировать направление и скорость его движения. И на основании полученной информации он мог построить свои выводы о степени той угрозы, которую представляло для меня обнаруженное существо.

«Неплохой механизм обработки для входящего потока данных получился», – решил я, осмыслив полученную информацию и её взаимодействие с ментоинтерфейсом.

И только собрался активировать Диагноста, чтобы осведомиться у него о состоянии здоровья корнола, как Лениавес открыл глаза.

Как я понял, что он очнулся и открыл глаза, если в помещении был полумрак и можно было разобрать только общие очертания? Да легко. Этому способствовало множество факторов, я как-то о них раньше даже и не задумывался, но, как показала практика, они присутствовали и оказывали на меня существенное влияние.

Первое – я заметил изменение его менто-информационного поля. Второе – сработала моя интуиция. Третье – Диагност не нужно было активировать, он и так работал и показывал состояние всех, на кого или на что я обращал внимание. Четвёртое – сигнальный контур, оказывается, работает и на всей охраняемой территории, а не только реагирует на пересечение его границы, как мне казалось первоначально, ведь в логе появилась запись об изменении одного из допущенных в охраняемую зону лиц, подобную информацию, получается, ментоинтерфейс тоже мог регистрировать. Ну и пятое – похоже, я прекрасно видел в темноте.

– Добрый день, – поздоровался я с Лениавесом, так как, по моим ощущениям, сейчас была середина дневного периода суток, иначе говоря, полдень.

– Добрый, – прозвучал немного хрипловатый голос, в котором чувствовались вопросительные нотки, – а ты в этом уверен? Что он именно добрый? Что произошло и где мы? Это тюрьма? Нас схватили? Мы в плену?

По всё возрастающему количеству вопросов явно мой спутник стремительно приходит в себя.

– Почему в плену? – не понял я.

– Мы в каком-то тёмном каменном мешке, очень похожем на камеру, – немного ворчливо пояснил корнол.

– А, это… – дошёл до меня смысл его фразы, – это какое-то помещение, я, честно говоря, думал, что оно раньше было рассчитано для каких-то хозяйственных нужд, – немного невпопад ответил я, – хотя, может, и камера, как-то не доводилось мне их видеть.

И задумался, пытаясь понять, насколько прав корнол, ведь это вполне могла быть некая караулка или гауптвахта местного разлива.

– Так что случилось? – повторил вопрос Лениавес, вырвав меня из состояния задумчивости.

Я в это время решал, что делать дальше. Сначала необходимо было проверить состояние друга. И я занялся его данными.

После того как я просмотрел показания Диагноста и увидел, что Лениавес полностью здоров, насколько это вообще возможно после полутора дней непрерывного сна и восстановления организма, я решил ответить на заданный им вопрос:

– Не волнуйся, всё в порядке. Я всё расскажу, но сделаю это чуть позже, – и переключился на другую тему: – А пока тебе нужно поесть. Или ты не голоден? – полушутливо спросил я, хотя точно знал, что корнола должен сейчас мучить зверский голод. Это было заметно по анализу его менто-информационного поля и рекомендациям Диагноста.

Видимо, напомнив ему о еде, я окончательно разбудил всё ещё не вышедший из состояния дрёмы его организм.

– Было бы неплохо, – сглотнув слюну и непроизвольно потрогав забурчавший живот, ответил он и заинтересованно покосился на мой рюкзак, заметив при этом сложенную рядом с ним связку оружия.

«Хорошо, хоть не очень понятно, что это», – подумал я и полез в рюкзак за нашим вяленым провиантом.

– Только воды у меня нет, – предупредил я его, протягивая корнолу небольшую, тоненькую с виду пластинку, которой по идее должен был наесться взрослый человек, – так что ты особо не налегай, а то захочешь пить.

И задумался: «Действительно, еды-то у меня не так и много осталось, максимум дней на пять, и то если экономить».

Лениавес с трудом сел и опёрся спиной о стену. При этом он задумчиво осмотрел помещение, в котором мы находились. Но никаких вопросов пока задавать не стал.

Пока он ел, я думал, как и что ему рассказать. Рассказывать придётся в любом случае, но как и что – стоило решить. И решать нужно было не сейчас, а лучше, если бы я это додумался сделать ещё вчера.

Закончив с обедом, Лениавес вопросительно посмотрел на меня.

– Так что же произошло? – спросил он. – И вообще, где мы находимся?

Я взглянул на него, поворошил ногой кучку пыли и, представив руины, раскинувшиеся за стенами здания, ответил:

– Мы в городе древних магов, о котором ты говорил, помнишь?

Лениавес даже замер на пару мгновений и перестал оглядываться, а затем медленно развернулся ко мне и с расстановкой спросил:

– Но как мы сюда попали? – И удивлённо добавил: – Последнее, что я помню, – это как на нас напали демоны.

– Так это были демоны? – пробормотал я, вспомнив крысотварей с дерева.

– И не из слабых, – добил он меня, видимо разобрав моё бормотание.

– Ну, демоны так демоны, – сказал я на его пояснение. И начал петь свою песенку из разряда «шёл, поскользнулся, упал, потерял сознание, очнулся, гипс». – Начался бой, ты убил нескольких демонов, я их, кстати, до этого крысами называл, очень уж у них морды похожие.

– Есть немного, – согласился Лениавес. – Но ты не уходи от темы.

– Да это так, к слову пришлось, – честно соврал я. – В общем, нескольких убил ты, потом тебя ранили в спину, ну а я добил остальных. – И, заметив его хитрое выражение лица, добавил: – Да не переживай ты, их было немного. – Однако, проследив за его скептическим взглядом, обращённым в угол комнаты, где было сложено оружие, захваченное у крыс, с упорством молодого идиота заверил: – Всё верно, их было немного. – И, уже не обращая внимания на всё больше увеличивающийся размер глаз корнола, продолжил: – Так вот, разобравшись с ними, я оказал тебе ту помощь, на какую был способен, собрал трофеи и, захватив своего раненого товарища, проследовал к краю ветви. Нашёл место, где к ней наиболее близко подходят лианы, и спустился по ним на одну из башен городской стены, а потом и на саму стену. Ну а с неё перебрался сюда. Вот, в общем, и всё. Добравшись сюда, я стал ждать, когда ты придёшь в себя.

– И давно мы тут? – спросил Лениавес.

– Где-то часов пять, – ответил я.

– Тогда понятно, почему нас ещё не нашли, – как-то не очень понятно высказался он.

– В смысле – не нашли? Кто? – решил я уточнить.

– Хозяева города и те, кто должен был за нами последовать с деревьев, – ответил корнол и, внезапно взметнувшись, проговорил: – Так, может, они уже рядом и мы их просто не видим.

– Нет, поблизости никого нет, – не успев подумать, ответил я, однако, заметив его вопросительный взгляд, объяснил: – Рыкун обследовал окрестности и сказал, что никого в городе и поблизости нет, а со стороны болота к нам не подобраться, там за нами городская стена. – И я указал себе за спину.

– Понятно, – успокоился Лениавес. – Однако нам всё равно нужно продвигаться в глубь города, там у нас больше шансов укрыться от демонов, они для нас сейчас более опасны, чем мёртвые. Тем более в городе должна быть вода. Без неё мы долго не протянем.

Корнол был прав, без воды нам долго не продержаться. Тем более я чётко чувствовал направление до ближайшего питьевого источника в городе.

– Нам нужно туда, – махнул я рукой, немного отклоняясь от предположительного центра города, – вода там.

Лениавес не стал комментировать мои слова, лишь пожав плечами, как бы говоря: «Мне всё равно, главное – не оставаться здесь».

И мы начали собираться.

Я сначала беспокоился, что корнол заметит мой сторожевой круг, но он его или не видел, или просто не подавал виду. Хотя заклинания, вложенные в камни, он чувствовал однозначно. Я даже видел, как он попытался исследовать их своим менто-информационным полем, создав из него некое подобие щупа. Такого я раньше не замечал и поэтому постарался запомнить всю процедуру его создания и использования. Могло пригодиться на будущее.

Что удивительно, другие заклинания, которые также присутствовали в доме, он не заметил. Хотя они располагались практически у нас под носом.

Когда корнол поднялся, то нащупал на себе повязки из змеиной кожи, которыми были перевязаны его раны.

– Это что? – Он вопросительно посмотрел на меня.

Хотя, по мне, ответ и так был очевиден.

– Ты был ранен, я перевязал тебя тем, что у меня было, – ответил я.

– Но это не ткань? – полуспросил-полуконстатировал он.

– Это остатки шкуры змеи, другого материала, подходящего для перевязки, у меня не было, – пожал я плечами, укладывая в свой рюкзак вещи.

Сейчас их стало немного меньше, все кинжалы я воткнул в стену башни, да и часть амуниции крыс, что раньше лежала в рюкзаке, теперь была надета на меня.

– И сильно меня ранили? – как-то с подозрением спросил корнол, – видимо, он начал что-то вспоминать из последних мгновений боя.

Понимая, что правду легко может раскрыть простое зеркало или любой лекарь, я объяснил:

– В тебя попали две арбалетных стрелы. Одна пробила лёгкое, вторая попала в плечо.

На несколько мгновений в комнате воцарилось молчание. Потом корнол шевельнулся.

– И почему я всё ещё жив? – удивлённо спросил он, в недоверии помахав руками и стараясь нащупать раны под повязкой.

– Ну, пришлось воспользоваться одним волшебным камешком, – сказал я и, будто что-то вспомнив, добавил: – Да, кстати, он всё ещё на тебе. Однако, как мне кажется, он тебе уже не очень-то и нужен.

– Что за камень? – резко спросил Лениавес.

Не поняв его такого беспокойства, я ответил:

– Да не переживай ты так, я точно уверен, что ты уже полностью здоров, а небольшая слабость пройдёт через пару часов. А камень под повязкой. Давай сниму её, и сам всё увидишь. Не знаю, я нашёл его в лесу. По мне, он похож на какой-то лечебный артефакт. По крайней мере, мне так кажется, да и, судя по результату, я не ошибся.

Подойдя к Лениавесу, я стал раскутывать его и снимать повязки.

– Вот он, – протянул я ему на ладони значительно потухший и утративший свою энергию камень.

«Нужно будет его подзарядить. Вроде энергия нужного типа есть в моём теле. – И я поискал в своём менто-информационном поле ярко-бирюзовые краски. – Ага, есть. Значит, вечером заряжу», – обрадовался я и посмотрел на корнола.

А он стоял и в ступоре смотрел на меня.

– Ты потратил на моё лечение целый камень жизни?

Не знаю, что это значило, но, видимо, что-то жутко важное и ценное.

– И что? – не понял я. – Ну, потратил, да в лесу таких сотни, если не тысячи. Походить, так можно ещё найти, если повезёт, конечно.

Что его смутило в моих словах – непонятно, но он ещё раз посмотрел на меня и потом тихо произнёс:

– Прости. И спасибо. Я твой должник.

– Да. Сочтёмся как-нибудь, – махнул я рукой и продолжил паковать рюкзак, закинув туда и камень.

Такого удивления на лице корнола видеть мне ещё не приходилось. Видно, моё отношение к этому камешку его изрядно поразило. Заметив это, я, немного подумав, решил поберечь его нервы, тем более и желания сильно выделяться на общем фоне у меня не было. Да и моё отношение к этим волшебным побрякушкам, похоже, слишком уж специфично для окружающих.

Поэтому я вытащил камень жизни и фильтр из рюкзака и, аккуратно завернув их в пару тряпиц, положил в потайной карман брюк к остальным ценным предметам.

«Такое богатство нужно беречь», – закралась запоздалая мысль мне в голову.

Зато моё демонстративное поведение и забота о камнях, вернее, одном из них, о втором он ничего не знал, заметно успокоило Лениавеса, и он проговорил:

– Теперь хоть понятно, почему я всё ещё на ногах. – И, усмехнувшись, подошёл и похлопал меня по плечу. – Ещё раз спасибо тебе.

– Да, как я и говорил, сочтёмся, может, и ты мне жизнь спасешь… – И, помолчав, добавил: – Когда-нибудь. – И, улыбнувшись ему, я продолжил сборы: нужно было всё аккуратно уложить в рюкзак и ничего не забыть.

«Что, интересно, за хомячья натура во мне проснулась?» – подумал я, аккуратно сворачивая и убирая в одно из отделений сумки повязки из кожи змеи.

Кстати, что меня удивило, никакой крови на них не было, чего я несколько опасался.

Тут мой взгляд наткнулся на бесхозно стоящий у входа лук одного из стрелков, что напали на нас, и я непроизвольно посмотрел на корнола. Он в этот момент разбирал своё оружие и пытался поместить в наспинный саадак свой лук. Видимо, почувствовав мой взгляд, он обернулся:

– Что-то не так?

– Да у меня тут завалялся неплохой бесхозный боевой лук с парой полезных свойств, и я вот подумал: возможно, он понравится тебе больше, чем тот, что у тебя есть сейчас.

Увидев, что он собирается мне возразить, я подошёл к луку, взял его и протянул корнолу:

– Возьми, посмотри его. Я не очень разбираюсь, но, по-моему, он зачарованный.

Похоже, для Лениавеса сегодня день сюрпризов, такими большими глазами смотрел он то на лук, то на меня.

– Ты понимаешь, что это очень ценное и дорогое оружие? – спросил он.

– А зачем мне два? – ответил я и показал на торчащий у меня за плечом конец моего лука. – У меня уже есть свой.

– Откуда? – удивлённо спросил он.

– Подарок от наших неизвестных доброжелателей, – пошутил я, однако потом уже гораздо серьёзнее сказал: – Бери, мне будет приятно, что он принадлежит моему другу и отличному лучнику.

Лениавес немного помялся, но потом протянул руку и взял у меня оружие.

– Спасибо, я этого не забуду, – искренне поблагодарил он, по-моему вложив в свои слова даже гораздо больше чувств, чем когда узнал о своём излечении. А потом уже вполне обычным голосом, чем развеял возникшую неловкость, начавшую уже летать в воздухе, добавил: – Нужно бы идентифицировать этот предмет, опасно пользоваться магическим оружием, не зная всех его свойств, – и положил лук в саадак рядом со своим.

Проверив остальное своё вооружение и снаряжение и поняв, что полностью готов к походу, стал наблюдать за мной.

Я как раз заканчивал упаковывать в рюкзак мечи крыс. Потом посмотрел, как там устроился Рыкун, убедился, что у него все нормально, и, поднявшись, повернулся к Лениавесу.

– Ну, я вроде тоже готов, – сказал я и, увидев его ответный кивок, направился к выходу.

«Сторожевой круг» не заметил никаких посторонних на подконтрольной территории, и поэтому я со спокойным сердцем покинул стены этого гостеприимного домика.

Выйдя на улицу, я почти сразу адаптировался к полумраку лесной чащи, которая скрывала развалины города. Хотя сам при этом думал, что придётся недолго привыкать к более яркому освещению снаружи, но не пришлось.

Я сразу было пошёл в нужном нам направлении, однако не услышал за собой шагов Лениавеса, а потому остановился и обернулся.

Корнол стоял перед дверью и смотрел то на меня, то в направлении дозорной башни, с которой мы спустились. Заметив, что я обратил на него внимание, он сказал:

– Так ты говоришь, что спустил меня оттуда? – и кивнул в сторону башни.

– Так и есть, – согласился я.

– Но как мы туда попали? – недоверчиво спросил он. – Я не вижу вокруг ни одной лианы. – И корнол обвёл рукой окрестности за пределами города.

– Ты не туда смотришь, – немного напрягся я, – вон они, – и показал ему на зависшие в нескольких десятках метров над башней гигантские лианы.

Посмотрев туда, куда я показывал, он удивлённо спросил:

– Это что?

– Как «что», лианы, о которых ты говорил. По ним я и спустился, – усмехнулся я.

– Но это что угодно, только не лианы, – возразил корнол и скептически уточнил: – И как ты по ним спускался?

Поняв, что сказал действительно что-то не то, я всё же ответил:

– Ну, сделал кошки из кинжалов тех демонов, что напали на нас, и с помощью них спустился по лиане сюда. – И, предвидя его вопрос, объяснил: – Тебя нёс на себе, для надёжности привязав к себе верёвкой, – и похлопал по намотанному на пояс змеиному стеблю.

– М-да, – протянул Лениавес, – не зря о вас, северянах, ходят слухи, что вы совершенно сумасшедшие и безбашенные. Теперь я в этом убедился. Ну а это – не лианы, – пояснил корнол. – Те тонкие и длинные, доходят практически до самой земли и находятся отсюда гораздо южнее. А вот это что, – и он указал на гигантскую лиану, – я не знаю и первый раз вижу.

– Ну, по крайней мере, попасть в город нам это не помешало, – сказал я, подумав при этом, что вопрос решён.

Однако, как оказалось, я несколько поторопился с выводами. Лениавес всё так же стоял и смотрел на башню.

– Ладно, эти непонятные растения, но вопрос в другом: как ты оказался внизу? Ведь длины змеиного стебля вряд ли хватит, чтобы спуститься с них сюда. – И он для наглядности притопнул ногой.

Честно говоря, мне надоело отвечать на его вопросы, для которых у меня совершенно не было ответа, да и сказать-то, по сути, мне было нечего. Поэтому ответил:

– С лиан спустился на башню, с башни по кинжалам по её внешней поверхности на стену. – Я показал на них, вбитых в поверхность стены башни. – А с неё по осыпи вниз. – И кивнул в направлении немного развалившегося фрагмента стены. – Так мы и оказались здесь.

Сначала Лениавес долго смотрел на вбитые в поверхность стены кинжалы.

«Блин, глупая идея была, – понял я, но исправить уже ничего не мог, – лучше бы всё как есть оставил, и то не так странно выглядело бы. Единственный плюс – заклинание „Ракета” придумал».

Потом корнол покачал головой, будто что-то прикидывая.

– Но как ты оказался на башне? – всё ещё не отставал Лениавес, видимо сопоставив то расстояние, что было необходимо для этого преодолеть, с моими возможностями.

Ответа на этот вопрос у меня не было в принципе, поэтому, так как терять особо мне было уже нечего, я ответил:

– У каждого есть свои секреты, – и, развернувшись, направился в сторону источника воды, который чувствовал где-то немного севернее центра города.

* * *

Лениавес с трудом открыл глаза, опасаясь худшего.

Однако всё было нормально, он лежал в каком-то тёмном помещении, судя по всему укрытый своим же плащом.

Тут он вспомнил последние мгновения боя и непроизвольно дёрнулся.

«Мы, должно быть, в плену», – решил он.

Но ничего не напоминало об этом, да и боли от вошедших в тело магических болтов, которые он слишком поздно заметил, перед тем как отключиться, не было. Что было несколько странно.

Чувствовал он себя на удивление прекрасно, ничего не болело и не ныло, только ощущалась какая-то небольшая общая слабость во всем теле.

«Так не может ощущать себя корнол, в которого вошло два отравленных магическим ядом болта», – понял он.

И только тут вспомнил, что там, на поляне, он был не один.

«Где Баг?» – подумал он и осмотрелся.

Вдруг его чувства проснулись, и он наконец ощутил, что за ним давно кто-то наблюдает, ещё с того момента, как он очнулся.

– Добрый день, – услышал он знакомый голос.

Темнота хоть и мешала рассмотреть говорившего, но он был уверен, что это Ар’Тур.

Как оказалось, со слов северянина они не в плену, а давно уже находятся в развалинах города древних магов. И сейчас просто отсиживаются в найденном северянином старом строении.

Было удивительно, что Баг каким-то немыслимым образом умудрился спуститься сюда сам, спустить его, а также приволочь уйму вещей, начиная от его собственной и корнола амуниции и заканчивая трофеями, добытыми в бою.

«Ха, как же по лианам ты спустился, – подумал корнол, – не сильно ты похож на островных хвосторуков, чтобы умудриться проделать такой фокус».

Но что было странно и непонятно, корнол чувствовал, что северянин не лгал. Может, он не говорил всей правды, но точно не лгал, Лениавес это знал, так как постоянно следил за аурой своего спутника.

И понять этого он не мог.

Северянин практически всё время говорил правду. И когда рассказывал о том, что справился с несколькими демонами, и когда повествовал о спуске сюда.

Однако что-то странное происходило вокруг, и Лениавес не мог понять, что же его беспокоит.

Этот необычный северянин походя умудрился разделаться как минимум с шестью или семью демонами, и, что бы Ар’Тур ни говорил, корнол знал, насколько опасные и сильные это противники. Даже несколько подготовленных бойцов при поддержке мага не смогли бы справиться и с одним из них.

Лично корнолу повезло, что первые два выстрела он успел сделать практически наугад, стреляя, доверившись своей интуиции. И после этого он простился с жизнью, так как догадался, к кому они попали в лапы.

Однако он оказался не прав. Почти безоружный хуман выжил, да ещё при этом умудрился не просто сбежать, но и спасти его.

Но и это было ещё не всё.

Раньше Лениавес как-то не обращал на это внимания, но последний случай, связанный с артефактом, который вытащил его с того света, сказал о многом. Хуман совершенно не обращал внимания на ценность предметов. Вопиющее пренебрежение бесценным камнем жизни! Этот артефакт знаком всем. О нём ходят легенды. И судя по тому что корнол жив, Баг знает, для чего служит этот камень, и, по-видимому, догадывается о его ценности. При этом он, похоже совершенно не задумываясь, им воспользовался, чтобы спасти его жизнь. Однако как он с ним обращался?! Будто с какой-то не слишком ценной безделушкой!

Лениавеса поразило, как этот сумасшедший северянин небрежно бросил в свою сумку камень, ценность, на которую можно обменять небольшое королевство на каком-нибудь из центральных материков. Но, видимо, потом поняв, что с ценными вещами так обращаться не следует, он камень жизни и ещё какой-то неизвестный артефакт переложил к себе в штаны. Было не очень понятно, но Баг почему-то считал это более надёжным местом.

И только Лениавес отошёл от одного потрясения, как его ждало другое. Северянин отдаёт ему один из настоящих магических луков! При этом пренебрежительно махнув себе за спину и сказав, что, мол, у него один уже есть, а два ему не нужно.

Ценность этого оружия сравнима с камнем жизни. Это не просто оружие, этот лук – оружие магов. Такого совершенного и идеально созданного магического изделия он не встречал ни разу в жизни. Это оружие королей, владык – повелителей демонов или князей домов эльфаров, но никак не простого наёмника.

И вот оно у него. Корнол не смог отказаться от этого боевого магического лука, хотя и понимал, что Баг рано или поздно узнает об истинной ценности своего подарка. Но, как показалось Лениавесу, он и так его знал. Почему-то корнол был уверен, что северянин прекрасно разбирается в оружии и знает, что отдаёт ему в руки.

Или это было просто желание самого корнола?

Баг ему нравился, и он не хотел бы лгать ему или самому себе.

«Если выберемся, верну ему лук, – решил корнол. – В пути от него будет больше пользы, если он не будет пылиться в саадаке за спиной». И окончательно успокоился, поняв, что в их положении нельзя пренебрегать таким подарком судьбы.

Взяв оружие в руки, корнол сразу же почувствовал в нём некое биение жизни, отсвет тех битв, что пережил этот лук. Во всём облике оружия просматривалась школа старых мастеров. Это были уже, конечно, не древние маги, но всё ещё их ученики. Как идеально были подобраны заклинания внутри, какой необычный материал и строение, какая безупречно подогнанная схема плетения! А этот накопитель энергии, встроенный в рукоять, чтобы маг мог в любой момент поделиться своей силой и подпитать артефакт!

«В общем, это королевский подарок», – подумал корнол и уже новыми глазами посмотрел на северянина.

А тот как ни в чём не бывало продолжал паковать свои вещи, которых у него оказалось необычайно много.

«Откуда всё это? – удивился Лениавес. – Неужели это всё трофеи?»

Однако, присмотревшись к экипировке северянина, корнол понял, что не прав. Всё оружие Ар’Тура было именным. А это очень сложный и долгий ритуал привязки, основанный на магии крови. У Бага просто не было ни магических сил, ни времени, чтобы его провести. А значит, всё это оружие его. Но откуда оно у него?

«Похоже, пока я был без сознания, Баг посетил какой-то свой тайник, до того как спуститься в город, и забрал из него кое-какие свои вещи», – решил Лениавес.

Но тогда непонятно, почему он не пользовался ими с самого начала, а был вооружён только тем, что удалось найти в Лесу?

«Загадки, сплошные странности и загадки с этим северянином», – подумал корнол, выходя вслед за хуманом из домика, который и правда оказался у городской стены.

Только вот была одна такая проблемка. Лианами, по которым можно было спуститься в город, здесь и не пахло.

Лениавес хорошо изучил местность, так как несколько дней прятался в той части города, где именно по этим природным растительным канатам и забирался периодически на дерево. К этому сектору города Лес вообще не приближался.

Когда корнол повторно поинтересовался, а как они всё-таки сюда попали, то получил все тот же ответ. Спустились по лианам на башню, потом на стену и сюда. Правда, с небольшой поправкой: северянин лесные вьюны, которые превратились в какие-то непонятные и невероятные растения, как раз и считал лианами и именно по ним он и спустился, использовав для этого немыслимый способ, который, правда, сработал. Никто бы не смог додуматься до такого, будь он в здравом уме, но вот Баг додумался и воплотил. И сейчас они находятся здесь, а не где-то в чаще Леса.

Всплыли и новые подробности.

Это кинжалы, воткнутые в поверхность башни, на которую наложено заклинание «Нетление» древних, которые его повергли в шок. Материал, находящийся под воздействием этого плетения, невозможно разрушить, а тут по самую рукоять воткнутые в него кинжалы.

Да ещё и амуниция Ар’Тура. Теперь, глядя на него при свете дня, Лениавес понял, почему тот так просто расстался с луком. Он, конечно, не мог точно определить, что за оружие у Бага, но даже то, что он понимал, его поразило. Лениавес не был полностью уверен, но, похоже, это – комплект убийцы демонов.

«С ума сойти!» – и больше никаких эмоций.

Лениавес устал удивляться странностям своего спутника. Да ещё эта странная фраза в конце, сказанная северянином: «У каждого есть свои секреты».

«Так кто же ты, странный хуман, живший один в Лесу и явно маскирующий свои возможности? И от кого ты скрываешься? А главное, почему ты согласился пойти со мной?» – подумал Лениавес и посмотрел в спину удаляющегося в глубь города древних Бага.

И тот, будто почувствовав его мысли, обернулся. Постоял, посмотрел пару мгновений на корнола и махнул ему рукой:

– Не отставай.

Но Лениавесу почему-то послышалось совершенно другое: «Не спрашивай».

Глава 4

Один из срединных планов реальности. Планета Ареана. Материк Ларос. Территория близ границ Гигантского Леса. Город древних

Мы уже второй день прятались в городе.

Ну, как прятались: просто засели в одном из домиков да ждали непонятно чего.

По-моему, Лениавес сам был удивлён сложившимися обстоятельствами, и так как ситуация не укладывалась в его представление о действительности, то он и предпочитал переждать, пока не разберётся, в чём тут всё-таки дело, или пока реальное положение вещей не примет свой естественный, по его мнению, порядок. Это, кстати, практически цитата из его высказывания, которой он меня удерживал на месте и не давал провести рекогносцировку местности. А если говорить по-простому, то мне было просто интересно побродить по окрестностям и посмотреть, что тут да как. Всё-таки другой мир. Город каких-то древних магов. Вот и хотелось разведать близлежащие развалины и сунуть туда свой любопытный нос.

Ну а пока в общем-то ничего необычного за всё это время не случилось. Не знаю, чего так опасался корнол, но город казался полностью пустым и безжизненным.

Правда, нам не понадобилось сильно углубляться в город, так как источник воды оказался гораздо ближе, находился на первом этаже какого-то сохранившегося небольшого двухэтажного дома. Там мы и расположились.

Первое знакомство с городом у меня состоялось, когда только началось наше путешествие по нему. Теперь же дворцы и величественные здания уже не производили такого впечатления, как первые пару часов. Ну и, возможно, сыграло свою роль то, что почему-то этот город очень сильно напоминал мне смесь наших европейских, восточных и азиатских городов с современными мегаполисами. Почему – я сказать не могу, вероятно, из-за наличия достаточно большого количества многоэтажных зданий – хотя я не видел ни одного выше шести этажей, но это только на окраине города – и строений различных стилей – от обычных средневековых европейских до больших воздушных зданий с утончёнными восточными минаретами или необычными ступенчатыми крышами японских дворцов. В общем, этот город был мечтой любого архитектора и историка, столько намешано было в нём стилей и эпох.

Вот мы и поселились в одном из таких необычных странных домиков.

По дороге сюда я заглядывал в некоторые из них и, что удивительно, нигде не увидел никакой сохранившейся утвари, мебели или других вещей человеческого, или кто здесь обитал, быта, говорящих, что в этих домах кто-то когда-то жил. Одна пыль, и то её было не слишком много.

Корнол предположил, что многое тут в своей основе содержало различные вариации заклинания «Нетление», и поэтому коль они уже давно перестали действовать, то и всё, что на них опиралось, истлело и превратилось в пыль.

Но он уверил меня, что ближе к центру города у нас будет гораздо больше шансов встретить много целых, неповреждённых вещей. Ведь в городе всё ещё существовал действующий источник магии, и чем ближе к нему подходить, тем больше до сих пор действующих заклинаний мы будем встречать. И не только их.

При этих словах он остановился и стал опасливо озираться, однако, никого не обнаружив, недоуменно пожал плечами и продолжил прерванный рассказ.

Лениавес вообще-то надеялся центр города обойти стороной, однако сказал, что в зону действия источника мы всё-таки зайти будем вынуждены. Правда, я так и не понял, какая в этом необходимость, но корнол сделал такие выводы, когда пару раз использовал заклинание «Распознание сущностей». Единственное, о чём я догадался из его рассуждений, – это то, что демоны уже спустились с деревьев (интересно – как?) и берут город в кольцо, стараясь запереть нас в нём. В чём смысл этого, мне не было понятно, но, похоже, сами демоны в город заходить не собирались, а просто старались запереть нас в нём. По крайней мере, пока. Видимо, и они считали, что здесь есть что-то более опасное, чем они сами.

Пока мы сюда добирались, ничего необычного, чего бы мы не ожидали встретить в этом городе, я не видел. Только в нескольких местах заметил какие-то структуры с достаточно большим содержанием ментальной энергии. Я не понял, обратил ли на них внимание корнол или нет, но на всякий случай предупредил его о том, что увидел. При этом он как-то странно посмотрел на меня, но никак не прокомментировал мои слова, правда, сказал, что на заметку их взял. Когда я спросил у него, что это может быть, он высказал предположение, что это до сих пор рабочие сторожевые или сигнальные заклинания или что-то в этом роде.

В большинстве случаев так и было, я сам их видел, а парочка заклинаний вызвала мой особый интерес своей сложностью и необычностью. И на сторожевые и аналогичные им структуры эти заклинания совершенно не были похожи. А главное, располагались они относительно недалеко от дома, где мы устроились. Я хотел их исследовать получше да понять, что же они делают. Но пока корнол не позволял покидать наше убежище.

Поэтому большую часть времени я медитировал, а если не медитировал, то спал, ел и, главное, тренировался, так как после изучения некоторых боевых курсов в этом возникла насущная необходимость. Тренироваться я уходил на второй этаж, поэтому Лениавес не мог видеть, что я делаю. Да он этого и не желал. Лишь настоятельно попросил меня не покидать пределов дома, так как он наложил на него охранное заклинание.

Его, кстати, я изучил практически сразу, как оно проявилось в момент активации, так как попросил разрешения у корнола поприсутствовать при этом. Оказалось, оно не сильно отличается от моего сторожевого круга, только моё заклинание было гораздо более оптимально создано и при этом работало в несколько раз эффективнее. Но и как улучшить охранное заклинание Лениавеса я между делом придумал, и уже получившийся новый вариант Искатель внёс в базу знаний.

Во время моих медитаций, да и обычного сна выяснилось, что мой коэффициент ускорения при обучении составляет шесть целых тридцать две сотых единицы, и этот параметр, по-моему, впечатлил даже самого Искателя, так как ему понадобилось пару часов, чтобы пересчитать свои внутренние таблицы и провести повторную индексацию.

Кроме того, обнаружилось, что и обучение в фоновом режиме (особенно различных ментоструктур) у меня происходит с некоторым ускорением, хотя и не таким впечатляющим, как при медитации, всего в полтора раза. Однако это ещё больше ввело в ступор ментоинтерфейс, так как он даже отказался фиксировать этот факт и пересчитывать или корректировать свои таблицы, сославшись на то, что такое в принципе невозможно и это полностью противоречит основам ментотеории, на которых строятся все его расчёты.

Но я-то этот параметр теперь всё время принимал за аксиому и стал уменьшать в полтора раза длительность изучения в фоновом режиме тех или иных ментомодулей и простых гипнопрограмм.

И как результат нашего двухдневного затворничества стало то, что на текущий момент мной уже были изучены все перечисленные ранее боевые гипнопрограммы и поставленные в очередь на изучение ментомодули. Также в дополнение я прошёл обучение ещё по ряду необходимых гипнопрограмм, рекомендованных Центром обучения курсантов и Отделом перспективных разработок в сфере гипномоделирования. Это как раз были те гипнопрограммы, что включались в список обязательного предварительного изучения для стажёров некоего факультета ментомоделирования, курс подготовительного обучения по которому присутствовал в базе знаний ментоинтерфейса.

По сути, дополнительно было изучено три гипнокурса.

Первый – некий не слишком понятный курс «Классификация ментомодулей и ментоструктур». Изучалась интеграция и взаимодействие микромодулей и структур, их совместная работа, образование новых совместных свойств и прогнозирование их работы.

Второй – «Ускорение расчётных и аналитических операций, расчётов, опций, функций и модулей». Смысл и цель курса прямо следовали из его названия. По сути, он был аналогом ускорения при обучении. Только данный курс в значительной степени, в несколько десятков раз ускорял все расчётные операции, проводимые мной. Что удивительно, это касалось не только самих расчётов, но и вычислений, проводимых в реальном времени, например, это помогало в расчёте расположения различных маркеров, точек привязок или энергетических каналов. Но что мне особенно понравилось – данное ускорение распространяло свои возможности и на другие области жизни, где требовалось проведение мгновенных вычислений. Как оказалось, и в мои боевые аспекты этот курс привносил дополнительные и существенные преимущества. Например, произошло значительное ускорение расчёта траектории полёта стрелы или удара меча, или даже простые перемещения и построение оптимальных маршрутов следования сейчас просчитывались значительно быстрее.

И в завершении основной курс: «Гипно– и ментомоделирование». Он отвечал за ускоренное и самостоятельное построение менто– и гипномоделей и структур и дополнительно помогал проводить более подробный анализ уже существующих или создаваемых гипнопрограмм и ментомодулей. Что было важно, этот курс позволял параллельно работать как мне самому, так и ментоинтерфейсу, что практически в два раза ускоряло работы по проведению анализа любых структуры, модели и разбору различных ситуаций.

Вот и получается, что наше вынужденное уединение пошло мне только на пользу и я в гораздо большей степени смог подготовиться к путешествию по этому миру, жизни и выживанию в нём, а также к своему будущему самосовершенствованию.

Сейчас мы устраивались на очередную ночёвку и распределяли дежурства.

После передряги на поляне и тех событий, что способствовали нашему появлению здесь, в доме, Лениавес стал гораздо больше доверять мне, поэтому ночные дежурства была равноправными, ну, почти.

По договоренности с корнолом мне теперь всегда принадлежала первая (как он сказал, более лёгкая) половина ночи, а ему – вторая. Хотя мне было без разницы.

Во-первых, в сутках здесь было сорок часов, и, как результат, полностью ночное время было примерно на четыре часа длиннее, чем у нас. Ночью тут считался период порядка тринадцати – восемнадцати часов тёмного времени суток, который менялся в зависимости от времени года. Сейчас, кстати, была весна, вернее, её середина. Это всё я узнал от корнола. Это и было первой причиной того, что ночные дежурства меня совершенно не напрягали. Кстати, что меня удивило: я думал, что спать буду дольше в соответствии со здешней продолжительностью ночи, как к этому должен был привыкнуть мой организм, но оказалось наоборот, мне в последнее время для отдыха, полного восстановления организма и его оптимального энергетического баланса требовалось всего порядка пяти-шести часов в сутки, это, конечно, если я не изучал что-то в этот момент. Поэтому я всегда высыпался, был бодрым и отдохнувшим, в дополнение у меня оставалась уйма времени, чтобы заняться своими делами.

Второй причиной был мой небольшой товарищ. Рыкун помогал мне, дежурил наравне со мной, стараясь прогуляться и разведать ближащие окрестности, чего мне было делать нельзя.

Ну и кроме всего прочего мы с этим мелким хищником могли общаться. С каждым разом у нас это начинало получаться гораздо лучше. То ли это я приспосабливался к его манере разговора, то ли он стал более связанно и информативно выражать свои мысли, и, как следствие, я стал его лучше понимать.

Поэтому дежурить мне понравилось – никто не контролирует, делай, что тебе нужно, только не забывай о своей собственной и твоих друзей безопасности.

Вот как раз сейчас я и приступил к своему дежурству.

Моя смена началась как обычно. Небольшой перекус. Выслушивание наставлений сначала от корнола, который продолжал опекать меня, потом тех же советов, но уже на более приземлённый, звериный манер от Рыкуна. И только потом я смог спокойно выбраться на крышу, которую давно приспособил и как ещё одно место для тренировок, и как свой наблюдательный пункт.

Сегодня я хотел отработать владение парными клинками и клинком и кинжалом. К тому же нужно было развиваться и в интеллектуальном плане, а потому у меня возникла идея пошерстить ментоинтерфейс в надежде найти ещё несколько полезных заклинаний или гипнопрограмм. Я понимал, что мне нужно каким-то образом ускорить свою адаптацию к местному обществу, а поэтому мне пригодились бы любые советы, возможности или ментомодули и гипнопрограммы, позволяющие подтолкнуть этот процесс. И я уже даже нашёл парочку, которую хотел рассмотреть подробнее и по возможности изучить во время своего дежурства.

Отвлекаться от несения вахты на свои дела мне помогали и постоянно работающий «Сторожевой контур», который я раскинул в радиусе сотни метров от моего местоположения, и «Сигнальная сеть» с «Незримым стражем», которых я активировал каждую ночь, тренируясь и привыкая работать с ментомодулями. Плюс к ним постоянно вокруг меня или где-то поблизости рыскал Рыкун в поисках новых приключений. Поэтому в нашей относительной безопасности я был уверен, по крайней мере точно знал, что замечу или почувствую опасность и приближающихся врагов вовремя.

Занятия я разделил как обычно: первую половину дежурства занимался тренировками, вторую – медитировал и изучал новые гипнопрограммы. Сейчас на очереди были найденные мной гипнокурсы.

Первый курс мне показался интересен тем, что в средневековом обществе, не владея навыками, им привитыми, было бы сложно претендовать на какие-то аристократические корни или военное прошлое.

«Универсальные навыки верховой езды». Не знаю, что должен был дать весь этот курс полностью, но исходя из того описания, что у меня было, он позволял в минимальные сроки приспособиться и адаптироваться к любому способу верховой езды. Кроме того, он позволял освоить в кратчайшие сроки на максимально возможном уровне навыки наездника для любого приспособленного для этого животного. В дополнение было уже несколько предустановленных микропрограмм для различных видов наиболее распространённых типов верховых животных, которые также можно было адаптировать в том или ином случае. Кстати, лошади или кто-то очень на них похожий в списке курса также присутствовали.

«Необходимо», – решил я, тем более на его изучение в медитативном трансе требовалось всего порядка двадцати минут.

Это был первый изученный мной на сегодня гипнокурс.

Закончив с ним, я перешёл ко второй гипнопрограмме, которая привлекла моё внимание. Теперь на повестке дня, вернее, ночи стоял не очень понятный, но показавшийся мне интересным предмет: «Ситуационное моделирование». Оно позволяло адаптировать на себя любую роль, имеющуюся в базе ментоинтерфейса или создавать собственную ситуационную модель поведения.

По сути, это были идеально подобранные и смоделированные маски поведения разумного существа в той или иной ситуации или том или ином обществе, его слое или организованной группе. Стоило мне только оказаться в какой-нибудь компании, в любой ячейке социума, как начинал работать этот механизм, постоянно крутящийся в фоновом режиме сознания. В этом случае автоматически выбиралась наиболее оптимально подходящая для данного общества модель поведения, и я натягивал её на себя, как маску, вписываясь в него, будто всю жизнь вращался в нём.

Кроме того, существовала возможность ручного управления выбором модели поведения для принудительной маскировки или смены личности.

Были здесь и войны, и аристократы, и различные монархи, и учёные – в общем, в наличии разнообразная и разнородная база. И как только ментоинтерфейс, который и отвечал за распознание типа общества, в котором я оказывался, определялся с тем, куда я попал, начинала действовать одна из наиболее подходящих в данной ситуации моделей поведения или слияние нескольких необходимых типов.

Получив сообщение «Гипнопрограмма изучена», я решил проверить её в действии.

Запустив программу, мне практически мгновенно было рекомендовано одновременно примерить на себя сразу пять ситуационных моделей, набор которых даже на первый взгляд ничуть не показался мне странным. Он идеально подходил к тому положению, в котором я оказался.

Описания, кстати, к ним не было, но и из названия можно было понять суть, заключенную в них.

«Хищник. Дикий зверь.

Наёмный убийца.

Шпион.

Разведчик.

Исследователь.

Потомственный аристократ.

Воин.

Варвар».

Можно было догадаться, что, исходя из моего нынешнего положения, мне на данный момент предложены наиболее оптимальные модели поведения. Именно они уже своим отношением к действительности и окружающему меня миру повышали мои шансы на выживание.

С предложенными вариантами я, конечно, согласился и через несколько минут получил сообщение, что процесс адаптации моделей завершён.

Однако я не превратился в зверя, супершпиона или матёрого убийцу, как подспудно ожидал. Не произошло того, что, мне казалось, должно было случиться, исходя из описания этого гипнокурса.

Изменился я сам. Будто превратился в совершенно другого человека. Изменился мой тип мышления, поменялись приоритеты в выборе того или иного действия, сменилась моторика и пластика движений, а главное – изменилось моё отношение к происходящим событиям. Кардинально поменялось моё мировоззрение.

Но что странно, как сообщил Искатель, по многим параметрам эти ситуационные модели уже были внедрены в моё поведение. Их адаптация сгладила некоторые углы и объединила их в более органично связанную и созданную личность.

Теперь я гораздо проще и быстрее принимал те или иные свои решения и по-другому относился к тем или иным своим действиям и поступкам.

И как результат этого процесса и цепочки изменений, произошедших во мне и со мной, сейчас на крыше стоял вроде бы и я сам, давно знакомый и понятный мне Артур, но в то же время и совершенно другой, незнакомый мне человек. Человек этого мира, готовый к встрече с ним. Даже не так. Живущий в нём.

И главное, получившийся образ мне понравился. Возможно, это являлось каким-то побочным или второстепенным эффектом изученного гипнокурса, но он был мой, истинно мой. Таким, каким я всегда хотел быть и ощущать себя.

Не знаю, что на это повлияло, то ли изменение мировоззрения, то ли рождение новой личности, но я чётко понял: необходимо искать выход, и сделать это нужно сейчас. Погибать или умирать я не собирался. И не собирался я теперь бездумно отсиживаться или следовать за корнолом, хотя и принимал его главенство в нашем небольшом отряде и гораздо больший жизненный опыт в некоторых немаловажных для выживания вопросах относительно пребывания в этом мире.

Я решил, что мне нужно будет теперь решать проблемы не только по мере их поступления, а прогнозировать грядущие неприятности и учитывать их последствия ещё до того, как они могут возникнуть. Обдумывать и делать не только то, что нужно здесь и сейчас, как было до этого, а продумывать и совершать поступки, которые будут опережать любых наших врагов на несколько шагов вперёд.

А главное – помнить, что эти самые враги вокруг нас и я отнюдь не нужен им живым и здоровым.

«Необходимо делать следующий шаг, – понял я. – Слишком долго мы засиделись на одном месте».

И только я об этом подумал, как начавшие развиваться события подтвердили мои мысли.

Сработало заклинание «Сигнальная сеть», раскинутое мной в пределах квартала, где располагался наш дом.

Определив направление движения замеченной мной ментоструктуры, я понял, что она перемещается в сторону городской стены. Правда, судя по всему, конечная точка маршрута этого неизвестного находилась несколько южнее того места, откуда пришли мы сами, и нарушитель через несколько минут, судя по скорости его перемещения, должен был оказаться где-то в пределах видимости с крыши нашего дома.

«Нужно поднимать корнола», – понял я и послал ему мысленный зов, примерно так же, как мы когда-то с ним общались в Лесу, когда он был ещё в образе животного, похожего на ленивца.

«Лениавес, вставай. Тревога. Кто-то к нам приближается со стороны города. Будет тут через несколько минут. Я на крыше».

«Понял. Иду», – будто и не спал, ответил мне он.

Буквально через полминуты ко мне на площадку выскочил взбудораженный корнол:

– Где он?

– Ещё не подошёл. Только их уже несколько, – внёс поправки я.

Пока я говорил с корнолом и ждал его, сигнальная сеть сработала ещё трижды. Один раз примерно в том же месте, где уже был замечен первый нарушитель, и второй раз с совершенно противоположной стороны. Как раз от стены города, но только южнее башни. А вот третий раз был несколько странным: ментоструктура была замечена уже в пределах периметра сигнальной сети и располагалась она буквально рядом с нами, через несколько домов. Жаль только, не было видно, кто же был её обладателем, его загораживали всё те же дома между нами.

Если отследить перемещение всех обнаруженных сигнальной сетью существ и построить предполагаемую линию их движения, то можно засечь вероятную точку пересечения третьей ментоструктуры, из тех, что я обнаружил позже, со всеми остальными. И двигалась она в направлении небольшого парка, видимого с крыши дома чуть дальше по улице в глубь города.

Мне вообще показалось, что трое из замеченных мной существ пытаются перехватить последнюю ментоструктуру, ту, что я заметил недалеко от нас. А она в свою очередь старается попасть в определённое место. И как мне подсказывала интуиция, это был именно тот самый парк, куда она стремится и где по идее они все должны были скоро пересечься.

Меня несколько поразило, почему я сразу не заметил последнюю ментоструктуру. И кстати, она существенно отличалась от остальных. Была больше похожа на корнола, чем на три другие.

Обо всём этом я поведал Лениавесу, правда не став рассказывать о том, что менто-информационное поле последнего объекта похоже на его собственное менто-информационное поле.

– Не буду спрашивать, откуда ты это знаешь, – как-то обречённо махнув рукой, будто смирившись с чем-то в душе, сказал он. – Ответь только: кто-то из них может приблизиться к нам на достаточное расстояние, чтобы заметить?

– Судя по той схеме перемещений, что у меня получилась, первого, второго и последнего мы не увидим, они пройдут за пределами зоны нашей видимости. Один где-то там, второй там, а последний идёт оттуда. – И я указал рукой три направления, где предположительно перемещались замеченные мной существа, в последнем случае развернувшись вправо. – Они просто или не дойдут до нас, или начали своё движение уже за пределами видимости из нашего дома. – И я показал на место, где была замечена последняя ментоструктура.

– Хм, действительно недалеко, – согласился корнол. – Похоже, там какой-то склеп или семейная усыпальница, – приглядевшись к строению, на которое я показывал, задумчиво проговорил Лениавес.

– Возможно, – кивнул я, – правда, по его разрушенной крыше, которую только и видно отсюда, не поймешь, что это такое, но доверюсь мнению профессионала. А вот третьего мы должны увидеть наверняка, так как его путь идёт оттуда и пройдёт он примерно там. – Я прочертил в воздухе линию зажатым в руке ножом.

Как раз вдоль неё и должен был двигаться последний объект. И линия эта проходила прямиком посередине двора соседнего дома, который своими окнами и одной стеной смотрел на улицу, идущую к парку. Просматривались при этом и двор, и улица с нашей крыши практически полностью.

– Здесь мы его сможем рассмотреть лучше всего, – указал я на более светлую часть двора, – неизвестный должен пройти там уже через несколько секунд.

Быстро он двигается, – прокомментировал я свои ощущения.

– Ещё бы, – сказал корнол, – они все такие, если бы он двигался не так быстро, я бы очень удивился.

– Ты о ком? – не понял я.

– Сам посмотри, – ответил мне Лениавес и кивнул в направлении более светлого пятна в соседнем дворе.

По нему очень быстро перемещался какой-то человек. Что-то мне в нём показалось подозрительным, но я никак не мог понять что.

«Слишком худой, – наконец дошло до меня. И тут я понял: – Да какой к чёрту худой, там вообще ничего нет, кроме костей!»

Это шёл скелет. Только он почему-то был несколько крупнее и больше скелета обычного человека. Кости его были гораздо крупнее и массивнее, а череп будто прикреплен к туловищу, шеи видно не было, или она напрочь отсутствовала.

При этом перемещался он со скоростью быстро бегущей лошади и, что меня поразило, практически бесшумно, я еле мог расслышать его шаги.

– Кто это? – удивлённо спросил я.

Лениавес с недоумением посмотрел на меня:

– Странный ты, северянин, даже простого мертвяка не видел, хотя они встречаются практически везде, даже у вас на севере. – И уже более серьёзно, но слегка пожав плечами, будто недоумевая, ответил: – Это скелетон. – А заметив моё непонимающе смотрящее на него лицо, пояснил: – Я думал, может, ты про них хоть что-то слышал, но теперь, посмотрев на тебя, понимаю, что нет. – И, немного помолчав, продолжил: – Это претерпевший магические преобразования под воздействием сырой энергии смерти скелет живого существа. Дальнейшее поддержание его существования возможно от любого источника магической энергии, обычно это или кладбища, или какие-либо жертвенники, или дикие источники, генерирующие сырую энергию. Последний вариант как раз наш случай. Местный источник давно стал диким, судя по тем изменениям, что можно здесь заметить.

– А что это за скелет такой необычный или это как раз и есть результат преобразований? – спросил я.

Посмотрев на меня как на слегка неумного человека, корнол ответил:

– Нет, конечно. При чём здесь преобразования, они не так заметны и по большей части затрагивают внутренние изменения. В нашем случае тот, кого мы видим, больше похож на огра или небольшого лесного великана. Кстати, он очень быстрый и сильный противник. Обычно с такими магическими существами предпочитают не связываться. Ведь скелетон мало подвержен стороннему магическому воздействию. Чаще всего, перед тем как напасть на него, необходимо наложить два заклинания: «Удержание» и «Ослабление». Иначе даже один такой противник представляет большую угрозу. Есть несколько их разновидностей. Сейчас мы видим простого скелетона. Кроме силы и скорости он опасен наличием ядовитых когтей на руках и ногах. Уничтожить его можно, только если отделить все части тела и сжечь их или, как вариант, разрушить магическую основу, поддерживающую его.

«Искатель, копию его ментоструктуры снял?» – спросил я у ментоинтерфейса.

«Выполнено».

«Сравни с теми, что мы засекли ранее».

«Совпадение девяноста четырёх процентов узловых точек в ментоструктурах с двумя обнаруженными существами. Совпадение семьдесят один процент узловых точек со вторым обнаруженным объектом. Нет совпадений с третьим обнаруженным объектом», – отчитался ментоинтерфейс.

«Что скажешь о самой структуре?»

«Аналога нет в базе знаний. Создана копия оригинала и занесена в реестр».

«Хм, понятно. Значит, двое – это скелетоны, один – кто-то очень похожий на них, а вот последний совершенно никак с ними не соотносится. Даже больше. – И я проверил свою догадку: – Искатель, проведи сравнение обнаруженного менто-информационного поля с моим и корнола».

«Выполнено,

– через пару мгновений отчитался тот.

– Совпадение двенадцать процентов с полем ментооператора. Совпадение семдесят процентов с полем существа, названного вторым».

«Хм. Получается, что тот, кто сейчас старается пробраться в парк, очень похож на корнола и его, видимо, недавно обнаружили, коль практически одновременно сработала сигнализация. И сейчас этого последнего стараются загнать в ловушку».

Пока я анализировал ситуацию, скелетон скрылся из поля зрения.

– Ну, что скажешь? – спросил у меня корнол, заметив мою задумчивость.

– Лениавес, нужно помочь тому, кто там прячется, – сказал я и показал в направлении парка, к которому уже приблизился неизвестный с таким же полем, как у него. – Я чувствую, что это необходимо сделать, и почти полностью уверен, что наша помощь очень скоро там понадобится.

– Уверен? – уточнил он.

– Да, – подтвердил я.

– Тогда пошли, – и корнол, уже не раздумывая, направился в комнату, где мы обосновались, – нужно собрать вещи.

«Как-то он слишком быстро согласился», – подумал я, но последовал за ним. Не доверять Лениавесу у меня причин не было. До сих пор он меня не подводил.

На сборы ушло несколько минут. У корнола ничего крупногабаритного не было, он только надел на себя амуницию и стал колдовать с парой рун. Мои же все вещи были упакованы. Вооружился я давно, ещё до того как ушёл на дежурство. И был уже готов к выходу.

Однако Лениавес всё что-то возился. И я стал наблюдать за его манипуляциями. Похоже, он создавал эти самые заклинания – «Удержание» и «Ослабление» и вкладывал их в свои стрелы.

«Искатель, скопируй ментомодули», – распорядился я.

«Выполнено. Ментоструктура модуля „Удержание” идентична той, что есть в базе знаний под кодовым названием „Замедление”, ментоструктура второго модуля, „Ослабление”, в базе знаний отсутствует», – доложил мне он.

Я тоже решил зря время не терять и перезарядил второй арбалет разрывными болтами. На мой взгляд, они из того, что было у меня в наличии, идеально должны подходить, чтобы разрывать скелеты на части. Да и всё равно никакого другого более подходящего оружия, кроме разрывных камней, для боя со скелетонами у меня не было. А что он состоится – я это даже не чувствовал, а просто знал.

«Как же хорошо, что я всё успел зарядить энергией за эти дни и болты, и камни», – порадовался я.

– Ну, идём? – поторопил я корнола.

– Новостей нет? – откликнулся он.

Я прикинул и понял, что уже практически все действующие лица добрались до парка, за исключением нас, и что никого нового пока не нарисовалось.

– Всё без изменений. Точка встречи – это парк через несколько домов от нас.

– Понятно. Тогда пошли, – сказал корнол.

Но интуиция подсказывала мне, что нужно поторапливаться.

– Не пошли, – поправил я, – а побежали. – И, заметив его вопросительный взгляд, добавил: – А то можем не успеть.

Кивнув, корнол легко сорвался с места и, бесшумно спустившись по лестнице, также бесшумно побежал в нужном нам направлении. Я припустил за ним.

До парка мы добрались неожиданно быстро. Оказывается, справа за домами бежала небольшая тропка, как раз и упирающаяся в его ограду. Вот ею мы и воспользовались.

«Интересно, кто её натоптал? – подумал я. – Неужели друзья нашего худощавого знакомого? – нахлынули на меня воспоминания об увиденном чуть раньше скелетоне. – Получается, они регулярно появляются тут. Но что они здесь делают? Неужели патрулируют территорию города?»

Эта догадка вызвала во мне какой-то внутренний дискомфорт. Во-первых, тем, что я понял: это правда. И во-вторых, оттого, что заставила задуматься о том, что просто так никто патрулирование территории не устраивает и всё это может быть неспроста.

«Есть шанс кроме тех, кого мы уже заметили, наткнуться и на местный патруль», – понял я.

Из-за этих мыслей о незримых хозяевах мёртвого города я чуть не пропустил нужный нам проход между двумя домами.

«Нам сюда», – мысленно обратился я к Лениавесу и кивнул в сторону начала одной из заросших дорожек в парк, угадывающейся среди деревьев и видимой с тропинки, по которой мы сейчас бежали.

«Похоже, этим же проходом воспользовался и тот, за кем мы следовали, и преследующий его скелетон», – так же мысленно передал мне корнол, указывая на оставленные на земле следы.

«Да», – согласился я.

Приобретённые за это время навыки позволили прочесть мне в замеченных Лениавесом следах не только то, что он озвучил, я понял и другое. И это мне не слишком понравилось.

Первый след был маленьким и лёгким. Однако, судя по тому, что я видел, – несколько обломанных или сдвинутых веточек, – это был не ребёнок.

«Девушка или женщина», – догадался я.

Это нужно передать корнолу, так как с ней придётся говорить именно ему, неспроста так похожи были их менто-информационные поля. Они были одной расы или очень похожи друг на друга. Энергия смерти как в одном, так и в другом из них полностью отсутствовала.

Я не хотел пугать её, раскрываться сам, да и как с ней говорить, не знал. А Лениавес должен был с этим справиться наверняка.

Все эти мысли пролетели мгновенно. И я решил не откладывая рассказать о них корнолу.

«Там девушка, – передал я ему, – она чем-то похожа на тебя».

«Корнол?» – удивлённо спросил он.

«Не знаю, – честно ответил я, – но в ней, как и в тебе, много жизни и совсем нет смерти».

«Странно, – ещё больше удивился он, а потом поражённо посмотрел на меня: – Откуда ты всё это знаешь? Ведь на мне постоянная защита».

«Не знаю. Просто чувствую, – не стал полностью лгать я, но всей правды при этом тоже рассказывать не стал. – Не время сейчас объяснять, – решил я, – да и не уверен, что об этом вообще говорить кому-то и когда-то стоит».

Лениавес несколько секунд подозрительно не сводил с меня вопросительного взгляда, а потом, махнув рукой, просто кивнул в направлении тропинки.

«Откуда тут такой парк? – размышлял я, двигаясь за корнолом между какими-то небольшими экзотическими, на мой взгляд, деревьями в глубь его территории. – Единственное живое место во всём городе». Я прекрасно чувствовал, что парк был единственным островком жизни в этом море смерти, которым стал за прошедшие тысячелетия город.

И это выглядело странно и непонятно. Его не должно было здесь быть. Смерть бы вытянула из него все соки и выпила всю жизнь.

Порой создавалось впечатление, что за ним даже ухаживают. Убирают большие сухие обломавшиеся ветви, периодически проводят чистку опавшей листвы с этих низкорослых, особенно по сравнению с гигантами за стеной города, деревцев. Прореживают кусты.

А главное – натоптанные тропинки, как ведущие к парку, так и пробегающие туда-сюда внутри его.

«Будто кто-то специально его оставил», – подумал я.

И мысль об этом заставила меня насторожиться ещё больше.

«Специально, – задумался я. – Это… это… ловушка», – как озарение промелькнуло в моей голове.

Именно для таких, как корнол и та девушка. Тех, кого просто тянет к жизни, кто и есть сама жизнь. Лениавес сейчас под защитой, как он сам сказал. Его невозможно обнаружить, ну, по крайней мере, он так считает. Возможно, ему и не требуется присутствие жизни рядом с ним, чтобы как-то подзаряжаться от неё и восстанавливать свои силы. Возможно, мы просто недолго находимся здесь. Или ещё по какой-то причине.

Но я знал. Рано или поздно и ему понадобилось бы такое место, чтобы восстановить свой энергетический баланс.

А вот та девушка, что прошла тут несколькими минутами раньше, видимо, остро нуждалась в источнике ментоэнергии, которым и был для них этот парк.

«Это ловушка, – мысленно передал я корнолу. – Её гонят в определённое место, в центре парка, и там, скорее всего, западня. Она ослабла, иначе бы не покинула своего убежища. Но обнаружили её намного раньше, иначе бы не было загонщиков. Просто, похоже, боялись спугнуть. Зачем она могла понадобиться им живой?»

Лениавес остановился и посмотрел туда, куда я ему указывал.

– Ты прав, – вдруг сказал он, – именно живой. Им нужна жертва, чтобы поддержать источник. Но тут кругом одна смерть. А для того чтобы наполнить источник, им нужна энергия жизни.

– Почему она? – не понял я.

– В городе именно источник жизни, – ответил корнол. – Как я сам не догадался об этом раньше?! Нужно как можно скорее покинуть пределы города. Лучше погибнуть в лапах демонов, чем стать пищей для изменённого источника жизни, которому приносят жертвы. Пошли. – И он развернулся в обратную сторону.

– А как же девушка?! – удивлённо спросил я, смотря ему в спину.

– Ей уже не помочь, она практически дошла до подготовленной ловушки, и оттуда ей не вырваться.

– Правильно, не вырваться, – согласился я, глядя ему в глаза, – если ей не помочь. Но они не знают про нас, и поэтому у нас есть шанс.

Лениавес посмотрел на меня:

– Ты же понимаешь, что и в городе, и за стенами города нас ждёт смерть. Но там мы хотя бы умрём быстро. – И он мотнул головой в направлении Леса.

– Не поверишь, но я из тех, кто предпочитает помучиться. – И, усмехнувшись в его удивлённое лицо, повернулся и направился в сторону, где чувствовалось присутствие жизни замершего на месте живого существа.

Девушки.

«Все беды и свершения в мире из-за них, – почему-то подумал я. – Интересно, кто она и что здесь забыла?»

– Ну что ж, это твой выбор, – услышал я себе вослед. Однако затем раздались догоняющие меня шаги, и подбежавший ко мне корнол сказал: – Только не говори потом, что я тебя не предупреждал.

– Договорились, – кивнул я, – не скажу.

Лениавес лишь покачал головой, и мы двинулись с ним в глубь парка.

Правда, не успели мы сделать и пары шагов, как со стороны места, где притаилась девушка, я почувствовал (запеленговал, заметил, зафиксировал, обнаружил) волну ментоэнергии.

«Запеленгована активация ментомодуля четвёртого, возможно, пятого уровня. Использован тип ментоэнергии, именуемый местным населением „Энергия жизни”».

И на схеме, которая всё время строилась в моём сознании, заморгала точка предположительного места активации ментоструктуры, как раз и совпавшая с точкой, которой обозначалось на ней менто-информационное поле обнаруженной девушки.

– Она применяет магию жизни, – сказал Лениавес, – что-то достаточно мощное, но я не понял, что конкретно. – И, задумавшись, добавил: – Я в недоумении, что может делать здесь достаточно сильный маг жизни и в одиночку.

– Может, она была не одна? – в задумчивости сказал я. – Потом у неё спросим. Поторопимся, а то у меня есть такое подозрение, что мы можем не успеть это сделать.

Так как практически мгновенно за первым всплеском магии последовал второй, потом третий.

А вот потом я почувствовал дыхание смерти. По-другому этого я назвать не мог.

«Зафиксирован мощный выброс ментоэнергии. Подобный тип ментоэнергии был обнаружен в основе ментоструктуры, обнаруженной в существе „скелетон”. Местное население обозначает данный тип энергии как „Энергия смерти”. Выброс ментоэнергии соответствует активации ментомодуля шестого уровня».

И на моей виртуальной карте опять произошло совмещение точки выброса ментоэнергии и менто-информационного поля, лишь частично похожего на скелетона.

– Кто-то развлекается с магией смерти, – немного нервно отреагировал корнол на зафиксированный всплеск ментоэнергии. – Похоже, среди встречающих очень сильный мёртвый маг – лич. – И, немного помолчав, пробормотал: – Главное, чтобы это был не Архилич или Демилич, о повелителе мёртвых я и не говорю.

Кто такие личи, я знал из книжек, которые читал, или примерно догадывался, кто они и что могут делать. К тому же я немного представлял себе их возможности. Вроде как они получались из умерших магов или что-то похожее. Обладали огромной силой, правда, при этом не очень большим набором заклинаний. К тому же могли пользоваться ими практически неограниченное количество раз, не слабея от использования заклинаний, как живые маги.

Мои мысли, что это мёртвые маги, подтвердили и последние слова Лениавеса, так что я не очень ошибся. Однако я не слишком хорошо представлял себе, кто такие те, о ком он сказал потом, но, основываясь на контексте разговора, предположил, что встреча с ними не сулит нам ничего хорошего, особенно с последним персонажем.

Но расспрашивать его о подробностях я пока не стал, оставив вопросы на потом.

Правда, перед тем как засунуть свою голову в пасть к льву, я решил предупредить его, что тот, кто воспользовался магией смерти, там, дальше, явно не простой лич.

Да и ментоинтерфейс отнёс его как минимум к ментооператорам с возможностями оперирования энергиями выше средних. Так что это, по всей видимости, кто-то из тех, о ком я ничего не знаю, но имею все шансы познакомиться с ними лично.

– Там не лич, – сказал я, – а кто-то более сильный. – И, предвидя следующий вопрос, сразу ответил: – Просто чувствую.

Корнол лишь кивнул, принимая к сведению мои слова, и крадущейся походкой, практически растворяясь в окружающей растительности, двинулся к месту событий.

«Интересно, как я сам выгляжу со стороны», – подумал я о себе, крадущемся вслед за Лениавесом.

Вдруг я почувствовал, что по направлению движения корнола, слева, за одним из деревьев стоит скелетон, но его ментополе было прикрыто какой-то странной, необычной структурой, которая раньше не позволяла мне заметить его.

«Неплохая вещь, гораздо лучше, чем у самого корнола», – как-то на границе сознания отметил я этот факт.

Лениавес же так и не замечал замаскированного скелетона.

«Вперёд!» – дал я себе команду.

«Прыжком» пока смысла пользоваться не было, но зато теперь, зная, на что нужно обращать внимание, я обнаружил ещё около сорока ментоструктур как обычных скелетонов, так и тех, кто был похож и не похож на них в той или иной степени.

При этом я, делая резкий скользящий, практически стелющийся над землёй шаг, выхватываю на едином взмахе оба своих клинка из ножен. И устремляюсь вперёд.

Нужно было успеть до того, как скелетон подаст сигнал о нас, а сейчас я точно знал, что он нас ещё не заметил.

Корнол даже отреагировать не успел, как я проскользнул мимо него.

По какому-то наитию я ещё за мгновение до боестолкновения понимаю, что голову противнику нужно отсечь, чтобы скелетон не успел подать сигнал о нас (звуковой, мысленный – любой), а вот второй удар моим клинком должен был полностью разрушить удерживающую его ментоструктуру.

И даже не зная почему, но я не целясь, на каком-то интуитивном уровне, одним из клинков произвожу удар в район шеи скелетона, отсекая его голову. А второй, правый клинок в то же мгновение вонзаю в центр его ментоструктуры, выделив некую узловую точку, которая подсветилась на его виртуальной модели в ярко-красный цвет.

Проверив показания «Сигнальной сети» и «Сторожевого круга», я убедился, что к нам ещё никто не приближается. А интуиция подсказала мне, что наше появление здесь пока остаётся сюрпризом для местных хозяев.

– Стой, – остановил я Лениавеса, хотя он и так уже стоял на месте с натянутым луком в руках и наложенной на тетиву стрелой, – хозяев тут несколько больше, чем мы ожидали.

– Я уже догадался, – кивнул он на лежащие у дерева останки. – И как ты о нём узнал? – Но, посмотрев на меня, ухмыльнулся и сам ответил: – А, знаю, – и подмигнул мне, – почувствовал. Так каков план? Просто так сунемся туда – и бесславно погибнем. Теперь это понять должен и ты. А мне бы этого очень не хотелось.

Меня удивило, что Лениавес передал бразды правления в мои руки, но, похоже, он посчитал, что так будет лучше для нас.

«Ну или, как вариант, он хочет в чём-то удостовериться», – подумал я.

– Понял уже. Да и что-то наша подопечная больше не шумит, – задумчиво, всё ещё пытаясь понять суть поступка и перемены в отношении ко мне корнола, сказал я, прислушиваясь к своим ощущениям и чувствам, – хотя она ещё жива и на месте. Что не может не радовать. И мёртвые к ней до пока не приблизились. Похоже, они ждут чего-то.

А сам тем временем рассуждал. «Так, их много, многие из них, судя по всему, маги. Плохие они маги или нет, не знаю. Сейчас это не так важно. Что ещё? Есть один очень сильный. Кроме того, девчонка (я почему-то был уверен, что она достаточно молодая) там одна, и как бы не запаниковала и не сделала глупости в самый не подходящий для этого момент. Значит, кого-то к ней нужно послать, чтобы он предупредил её о нашем присутствии, успокоил и контролировал её действия. Ну и по возможности прикрывал, если что, смог продержаться до моего подхода и оказал посильную помощь в любом моём начинании».

Посмотрев на корнола, я понял, что, по сути, вариантов-то у нас немного. Лениавес точно не справится со всеми скелетонами и личами в лесу, а вот у меня есть шанс. В этом я почему-то был полностью уверен. Зато ему-то уж девушка поверит наверняка.

Правильность моих рассуждений подсказывала мне и моя интуиция.

«Нужно действовать, но не так, как от нас ждут. Вернее, не так, как они думают, что мы или кто-то будет действовать в этой ситуации. О нас-то они ещё, надеюсь, не догадываются (хотя я и так знаю, что скелетон не успел ничего передать своему повелителю). Нужно не отступать и убегать, а нападать. Сбить их настрой и тысячелетний алгоритм действий. Спутать им все карты. И этим выгадать время».

А вот что делать дальше, нужно было подумать. Всех мертвецов нам в этом городе не победить и не упокоить, я это чувствовал. Значит, нужно как-то покинуть город. Но и за его пределами нас ждёт ловушка, правда уже не нежити, а демонов.

Но какой-то выход должен быть. Об этом так и кричали все мои чувства.

«Где он? – задал я себе вопрос. – Где-то там, – ясно обозначилось направление и некая точка на моей воображаемой карте в сознании, совпадавшая с практически геометрическим центром этого мёртвого города, – выход есть, и его нужно искать там».

При этом я чётко осознавал и то, что в том же самом месте затаилась и самая большая опасность этого города. Его хозяин. Его повелитель. Его владыка. Чья власть простиралась над мёртвыми улицами этого города уже не одно тысячелетие. И если мы хотим вырваться из города, нам придётся пройти и преодолеть как его самого, так и его многочисленную стражу. Я в этом был уверен, так же как и в том, что сейчас впереди нас поджидает заранее спланированная и не раз уже сработавшая ловушка.

Только вот что это за выход и как он может нам помочь – никаких мыслей у меня не было. Единственное, что я понимал, – он как-то связан с тем, что мы сможем покинуть пределы города. Но как мы это сделаем, я не понимал.

«Это не подземный ход или какое-то тайное убежище, – размышлял я, в этом месте моя интуиция молчала. Будто я думал о совершенно посторонних вещах. – Это нечто другое. Интересно, смогу ли я понять, что это и как оно сможет нам помочь? – будто спросил свой внутренний голос я и получил уверенный однозначный ответ: – Смогу, пойму и разберусь». Откуда во мне проснулась эта уверенность, я не знал, но у меня было такое чувство, что с подобным явлением я уже когда-то встречался и теперь, когда встречу, увижу и тем более приближусь к нему вновь, то смогу распознать его.

А потому, поверив в себя и свои силы, я обратился к корнолу:

– План есть, – и, посмотрев на Лениавеса, продолжил: – Ты сейчас прорываешься вот к этому скверику, – я указал на то место, в котором скрывалась беглянка, – та, за кем гонятся скелетоны, должна быть там. Постарайся предупредить её о своём приближении, хотя она его должна заметить и так. – Я обратил внимание Лениавеса на раскинутый вокруг скверика охранный круг. – Но во избежание неприятностей постарайся как-то подать ей сигнал. Крикни там что-нибудь, не знаю, или ещё что-то придумай. А потом просто постарайтесь выжить и продержаться минут десять. Остальное я возьму на себя. Ты, главное, отстреливай всех, кто будет стараться прорваться к вам. Что ещё. Да, возьми – это разрывные стрелы, при попадании они взрываются. – И я протянул ему все имеющиеся у меня зачарованные стрелы с подобным эффектом. Когда он забрал их у меня, я продолжил: – Скелетонам стреляй на одну ладонь ниже сердца. Взрыв стрелы в этой части тела как-то нарушает удерживающее их заклинание и уничтожает их. Взрыв не даст тебе промахнуться, повредив как можно больший объём их тел. О других мертвецах я сказать ничего не могу, так как пока не видел их, но выстрел им в голову должен наверняка как-то повредить их, так что второй приоритетной целью становятся их черепушки. И не жалей стрел. Думаю, наши жизни стоят дороже. Тем более у тебя, по-моему, тоже есть такие. И теперь их должно быть достаточно, для того чтобы продержаться. Но и не расходуй их сильно, они нам ещё пригодятся. – Подумав, не упустил ли чего, я продолжил инструктировать корнола дальше: – Никого не подпускай, кроме меня. Все остальные – враги. Тот, кто задумал эту ловушку, должен быть достаточно умён и может что-нибудь выкинуть в последний момент, а потому, пока я не появлюсь, даже если тебе будет казаться, что всё в полном порядке, не выходите наружу и будьте настороже. Я сам жду сюрпризов. Но пока не могу понять, откуда они могут прийти.

Лениавес не задал ни одного вопроса, лишь кивнул.

«Вот что значит дисциплина, – подумал я, – и доверие к командиру».

Но чувствую, вопросы могут возникнуть у него и потом, а значит, он их мне рано или поздно задаст. Но главное – не сейчас. А что будет потом, никто сказать не может. Так что будем решать проблемы по мере их поступления. Хотя я уже частично продумал свою легенду, но мне катастрофически не хватает информации и данных. Ведь мне нужно отшлифовать её настолько, чтобы ко мне невозможно было подкопаться в будущем.

А пока играем в загадку. В моём положении это наилучший вариант. Никто не поверит, что я ничего не помню, особенно если предположить, что их маги умеют работать с памятью и мозгом гораздо плотнее, чем наши учёные. А уж то, что они умеют отличать правду от лжи, мне было досконально известно. Правда, меня это не касалось, моё менто-информационное поле было постоянно и отображало только то, что было ему позволено. А все местные детекторы лжи были как раз и основаны на контроле реакций ауры, под которой, видимо, и воспринималась тут малая часть менто-информационного поля существа. Но возможно, здесь существовали и какие-то иные способы узнать правду, о которых мне было пока ничего не известно.

Но я отвлёкся. Быстро переключившись на нашу текущую проблему, я продолжил:

– Дальше. Нам нужно будет выбраться отсюда, так как против всего воинства мёртвого города мы не выдюжим. И у меня есть кое-какие намётки, как это сделать.

– За стенами города нас ждут демоны, – напомнил мне корнол.

– Знаю, но мы туда и не пойдём, – ответил я.

Тот лишь пожал плечами, видимо, никакого своего варианта у него не было, и спросил:

– Когда начинаем?

– Как только ты будешь готов, так и начнём. Сначала ты, а потом уже я. Мне нужно, чтобы они отвлеклись на тебя. Ты с девушкой, уж прости, в некотором роде отвлекающий манёвр и приманка.

– Я понимаю, – кивнул он. – Никаких проблем. Только не подведи. Смерть на алтаре – это самая ужасная смерть, хуже только потерять душу, – глядя мне в глаза, закончил корнол.

– Не беспокойся, уж я постараюсь, чтобы ты умер не на алтаре. – И я усмехнулся, глядя прямо в его огромные глаза.

Не знаю, что корнол заметил такого необычного в моём взгляде, но он непроизвольно передёрнулся и сделал шаг назад. Через несколько минут он сказал:

– Я готов, – и натянул наложенную на тетиву стрелу, приготовившись выпустить её в смертельный полёт в любой момент.

За это время ещё дважды я зафиксировал выбросы энергии жизни как раз в том месте, куда и должен был отправиться корнол.

«Жива, – отметил я, и это почему-то принесло мне некоторое облегчение. – Неужели я начал беспокоиться и переживать за абсолютно не знакомого мне человека, – удивился я, – хоть и девушку! Да и не человек она, судя по всему. Ну да ладно, потом разберусь, в чём тут дело и что за забота о ней».

Отсчитав последние секунды, я легонько подтолкнул корнола в спину.

– Удачи, – пожелал ему я и махнул одним из зажатых мечей в направлении видневшейся шагах в тридцати от нас беседки, – пошёл. Да, и не забудь предупредить её. Она, похоже, ещё не растратила своих сил и может как-то неприятно удивить тебя, чего бы мне очень не хотелось.

Лениавес лишь кивнул, пригнулся и скрылся за одним из невысоких деревцев.

Отслеживая его перемещение по направлению к поляне, где располагался сквер, я подумал: «Ну, похоже, началось» – и приступил к своей части реализации своего же плана. Под совершенно простым и ничего не значащим кодовым названием «Убить их всех и при этом остаться в живых».

Я впервые хотел воспользоваться своим умением локальной телепортации в боевых условиях. Оно идеально подходило для данной ситуации, когда нужно уничтожить множество противников, разнесённых по территории за минимально короткое время. И желательно с минимальной вероятностью обнаружения, ну или, как крайний вариант, с максимальным временем, в течение которого обо мне не будет известно противнику.

Наибольшее время в моём случае должно быть затрачено на перемещения от одного обнаруженного противника до другого. Но как раз это время перемещения в пространстве я и максимально оптимизировал, заменив его лишь на время активации заклинания «Прыжок», которое требовало от силы несколько секунд на все необходимые для его использования действия. Определение точки привязки, внесение её параметров в ментомодуль и собственно само перемещение.

Маркеры целей я распределил заранее, ещё когда обнаружил всех засевших в засаде оживших мертвецов. И теперь оставалось только определить последовательность перемещения и распределить точки привязки между целями.

Зафиксировав всех обнаруженных противников на своей виртуальной карте, я подумал о том, что они могут переместиться в пространстве, и поэтому решил прикрепить точку привязки не к месту в пространстве, а к ментоструктуре каждого существа. Ведь это было сделать даже ещё проще. Так, к каждому обнаруженному противнику, именно противнику, а не месту, где он прятался, я прикрепил свой индивидуальный маркер. При этом пронумеровав их и классифицировав по степени изученности и отличия от эталонной ментоструктуры скелетона, которого взял за основу. Пять процентов различий в ментоструктуре я посчитал приемлемой погрешностью и существ этой категории отнёс к типу «скелетон». Их насчитывалось тридцать два.

Следующие девять отличались от эталонной ментоструктуры примерно на тридцать процентов, я предположил, что это личи, о которых говорил Лениавес.

И последняя ментоструктура превосходила по своей сложности структуру как личей, так и скелетонов практически в два раза, в её основе от эталонной структуры было меньше тридцати процентов. По сути, последний объект немногим отличался от меня или корнола, но основу его менто-информационного поля составляла энергия смерти, а не жизни, в отличие от корнола или той девушки, что была заперта в склепе. Ну а на меня он походил лишь общей сложностью менто-информационного поля, так как его поле состояло всего из нескольких типов энергии, тогда как моё просто пестрило их разнообразием.

«Демилич, – почему-то определил я, – значит, повелитель будет ещё опаснее и сильнее», – проконстатировал я этот факт, понимая, что и с ним нам ещё придётся встретиться.

Я разработал алгоритм перемещений, решив сначала выбить наиболее слабое в моём случае звено засады, а это были скелетоны, и после них переключиться на тех, кто был, на мой взгляд, как более опасен, так и менее известен мне. При этом расчёт переходов я произвёл таким образом, чтобы учесть наименьшее время перехода от одной точки к другой. Суммарно на все перемещения мне было необходимо порядка четырёх-пяти минут, я надеялся, что столько же времени мне потребуется, чтобы убить скелетонов, или кто там был ещё с ними. Времени сражаться с ними у меня не было. Я не собирался действовать как честный воин и рыцарь. Сейчас во мне был лишь солдат, простой и профессиональный убийца, выполняющий ежедневную и рутинную работу. Без чувств и эмоций, отстранённо и планомерно, не тратя и так драгоценные ресурсы на разговоры или какие-то иные лишние действия. Я собирался воспользоваться локальной телепортацией и переноситься от одной точки привязки к другой и по возможности одним ударом, в крайнем случае двумя уничтожать своего противника.

И я знал, что если всё правильно рассчитать, то никаких проблем с выполнением данного плана у меня возникнуть не должно, по крайней мере, если мне не воспрепятствуют какие-то внешние обстоятельства. И я чувствовал, что если потороплюсь, то успею всё закончить вовремя.

Единственный вопрос, который меня мучил: хватит ли мне накопленной в моём внутреннем резерве ментоэнергии на реализацию моей же задумки? Однако, по предварительному расчёту ментоинтерфейса, объёма энергии должно было хватить на сорок три прыжка, тогда как мне требовалось всего сорок два.

«Будем надеяться, что он не ошибся», – сосредоточился я и, войдя в некий аналог боевого транса, которому обучился за время своих занятий и тренировок, приступил к операции под кодовым названием «Убить их всех и при этом остаться в живых».

«Прыжок!» – скомандовал я.

– Что это? – вздрогнула Эрея и прижалась спиной к холодной каменной стене, наставив на дверь своё единственное оружие, небольшой магический кинжал.

Она понимала, что это оружие её не спасёт, но оно нужно было не для этого. Оно должно было пронзить её сердце и не дать демиличу захватить её живой.

Эрея поняла, что попала в ловушку, слишком поздно. И сейчас боялась даже представить, кто или что мог только что пересечь её простой сигнальный круг со встроенной функцией защиты от нежити, раскинутый ею вокруг небольшой беседки посреди этого злосчастного парка. Это было единственное защитное заклинание, которое она знала и которое могло пригодиться в этих условиях. Ведь она по-настоящему никогда не готовила себя к роли бойца с нежитью и даже никогда не помышляла об этом, слишком уж односторонним был её талант.

Те несколько не очень удачных попыток применить известные ей заклинания, изученные на курсе общей магии, который преподавали в их великой Школе жизни, принесли лишь небольшой останавливающий эффект, но в результате выдали её с головой.

Она была хоть и очень сильным магом, но при этом лишь простым целителем. Основной сферой её деятельности являлись живые существа, а никак не мёртвая плоть, в которой не было ни капли жизни. Именно для расширения её возможностей отец и отправил её, как и несколько других молодых эльфаров, на обучение в Академию магии империи Ларгот. Куда она так и не смогла добраться.

И что теперь делать, Эрея не знала.

А сейчас ещё и этот сигнал, оповестивший о том, что кто-то старается пробраться к ней сюда, внутрь. Девушка задрожала. Непроизвольные слёзы потекли по лицу. Но, даже не заметив появившихся на её щеках мокрых дорожек, только покрепче сжала рукоять кинжала. Попадать в руки к нежити она не собиралась. Слишком хорошо она смогла определить тип энергии, поддерживающий существование этих давно умерших существ.

Где-то здесь находился всё ещё активный источник жизни, но изменённый и исковерканный в результате произошедшего тут катаклизма или, что более вероятно, каких-то ритуалов. И она догадывалась, что это были за ритуалы. Она слышала о них на лекциях.

Источнику жизни для поддержания его существования приносили жертвы, суть которых и магическую основу составляла родственная ему магическая энергия.

Три с половиной дня назад, когда она пришла в себя в каком-то полуразрушенном склепе этого мёртвого древнего города, она совершенно не представляла, куда попала. Да, собственно, в первое время об этом особо и не задумывалась, она просто радовалась, что осталась жива и не попала в плен к тёмным грахтам. Что послужило причиной того странного нападения на их отряд, Эрея не понимала, но всё указывало на то, что его целью была она. Это доказывало и то, что её отсекли от основного отряда и потом долго преследовали уже здесь, над Лесом. И если бы не Лютик – на этом месте ещё одна непроизвольная слезинка пробежала по щеке девушки, – то она не смогла бы спастись: он сжёг сам себя, расходуя свои жизненные силы, променяв их на скорость и силу, спасая свою хозяйку. И даже своей смертью в последнем падении сумел смягчить своим израненным телом удар о то строение, где она очнулась, чем спас её.

Там она пробыла в беспамятстве около суток, пока лечебный амулет восстанавливал повреждения и приводил её в порядок.

Когда она очнулась, то первой была мысль о плохом и страшном сне, но когда она поняла, что это реальность, то девушка собралась, взяла себя в руки и стала продумывать свои следующие шаги.

Лес как таковой не пугал её. Она бы смогла выжить в нём, хоть это и далось бы ей намного сложнее, чем многим другим, тем же рейнджерам, например, или поисковикам и следопытам. Но она всё-таки была магом жизни, и поэтому у неё был шанс. Тем более и нужно-то было ей продержаться лишь несколько дней, пока поисковая партия не найдёт её.

То, что она не погибла, отец знает наверняка. Это одна из способностей их рода – чувствовать друг друга. Жаль, это не поможет отыскать её. Но это значит, что он будет искать и рыть землю, хоть на краю света. И даже если не найдёт там, то пойдёт дальше.

Но тут весь вопрос упирался во время, которое понадобится рейнджерам и следопытам, чтобы найти Эрею.

Ей повезло, что походная сумка не была утеряна в результате нападения, погони и падения и у неё были кое-какие припасы, дающие возможность продержаться в этом городе, пока не подоспеет помощь. А она должна была рано или поздно прийти.

«Отец не оставит меня», – твердила себе девушка как заклинание. Она боялась даже подумать, что отец не узнает о том, в каком направлении она пропала и где её искать. В этом случае она понимала, что длительность её поиска могла отсрочиться на неопределённый период. Ведь в их отряде мог никто не выжить и не сообщить ему о ней.

Правда, Эрея прекрасно видела, что нападение на бойцов сопровождения в тот же момент, как её отрезали от основного отряда и отогнали дальше в Лес, прекратилось, а её телохранителям просто не давали подняться с земли и оказать ей хоть какую-то помощь. Их не хотели убивать, – видно, и нападавшим нужно было, чтобы до отца дошла весть о её пленении и нападении на отряд.

А она тем временем углублялась всё дальше за территорию изведанных границ Леса, отдаляясь от основного маршрута и тех, кто мог ей как-то помочь. Но именно поэтому она надеялась, что и её бегство от нападавших, и то направление, куда она постаралась сбежать, должны были заметить. И если есть выжившие, то они обязательно сообщили бы об этом.

Но, как она понимала, поисковых групп в этом секторе Леса всё ещё не было. Но девушка жила надеждой на лучшее. Тем более пока у неё было время и, главное, были припасы, чтобы это время продержаться. Походный набор лесного рейнджера на тридцать суток.

Однако все надежды рухнули в одно мгновение, когда на следующую ночь мимо её убежища прошёл патруль скелетонов.

«Нежить», – в испуге подумала она в тот момент, но всё ещё не хотела верить в увиденное.

Эрее повезло: они не заметили девушку, так как её защита ещё держалась. Но магически девушка была совершенно истощена, и её резерв был уже практически пуст. Все выкачал лечебный артефакт. Сейчас защитное заклинание держалось за счёт внутреннего накопителя, но и его размеры были не беспредельны, а на дальнейшее поддержание маскирующего заклинания требовалась дополнительная магическая энергия.

А в этом мёртвом городе ей неоткуда было взяться.

Так продолжалось три дня. Она старалась экономить энергию артефакта и периодически отключала его. Но когда патрули скелетонов стали появляться в округе каждые несколько часов, то она перестала выключать защитный артефакт.

Ей казалось, что её обнаружили, но она не могла понять, чем выдала своё присутствие. И не понимала, почему её до сих пор не схватили. Но самое главное, она всё ещё тешила себя уже действительно несбыточными надеждами на спасение.

Ей было невдомёк, что заметили не её, а то разрушение, что было вызвано падением пегаса на одно из строений этого города. За прошедшие тысячелетия он был досконально изучен местными стражами, и они в буквальном смысле слова знали каждый его камешек. И поэтому уже в первую ночь о ней доложили и подготовили ловушку.

Мёртвым несвойственно было торопиться, и поэтому они знали, что жертва рано или поздно клюнет на удочку. Тем более такая, которой оказалась девушка. Настоящий маг жизни.

Давно у нежити не было такого богатого улова. Последний такой «везунчик» попал к ним больше десяти тысяч лет назад, и до сих пор его энергия подпитывает источник жизни мёртвого города. Именно поэтому один из старейших хозяев города, младший демилич, взял под свой контроль операцию по поимке этого мага.

Им требовалось захватить свою жертву живой, можно даже не очень здоровой, и именно для этого был разработан такой хитроумный план, как заманивание жертвы в специально подготовленную ловушку, откуда она уже не сможет вырваться. После чего оставалось только дождаться мага, способного подавить волю жертвы к сопротивлению.

Ну а потом уже всё двигалось по накатанной дорожке. Жертвенный алтарь – и ещё одна капля энергии поступала в источник нежизни для мёртвого города.

И вот настал тот критический момент, когда магическая энергия как у самой девушки, так и в артефакте закончилась. У неё оставалось ещё несколько минут, прежде чем распадётся маскирующее заклинание.

И тогда в отчаянии Эрея вошла в медитативный транс, стараясь определиться с тем, что ей делать дальше и как быть. Но, по сути, она пыталась найти пути к бегству. Спасение не пришло, и помочь ей сейчас уже никто не мог.

И – о, чудо! – она заметила островок жизни недалеко от себя. Небольшой и такой родной источник родственной ей энергии, который бы позволил пополнить свои резервы и заправить накопитель артефакта.

Девушка была уже в том бедственном положении, когда не задаются вопросом, откуда здесь вдруг взялся этот оплот жизни. Возможно, если бы она задумалась, хотя бы на мгновение, то никогда бы не совершила той глупости, что загнала её в эту ловушку. Но такие мысли не пришли ей в голову, она думала только о том, что это её шанс на спасение, что это знак, который был так ей нужен.

Собрав свои немногочисленные вещи, Эрея выбралась из того склепа, в котором пробыла последние трое с половиной суток, на открытый воздух. И он опьянил её. На некоторое время она утратила контроль над своими эмоциями и потянулась всеми своими мыслями и желаниями к найденному источнику. Энергетический голод убивал её. Вонь разложения, которая была в склепе и с которой она уже свыклась, отравляла её разум, и поэтому она, даже не задумываясь о последствиях, пошла прямо к источнику жизни, небольшому парку, расположенному в нескольких кварталах от неё.

Сначала она неслась как на крыльях, забыв об инстинкте самосохранения и истинных хозяевах этого города. Но постепенно пелена стала спадать с её глаз, и Эрея на той крупице энергии, что скопилась у неё за это время, пока она была подключена к источнику, сумела построить простейшее сторожевое заклинание, и оно показало, насколько ошиблась девушка в своих догадках и выводах.

Нежити вокруг было гораздо больше, чем она могла представить себе. Путь назад ей уже успели отрезать, то, что творилось за представшей её глазам полянкой, она распознать не могла, но интуиция подсказывала, что и там её ждут.

Её окружили со всех сторон.

В отчаянии девушка ринулась к единственному ближайшему строению – небольшой беседке, находившейся посреди поляны.

Но когда она уже почти добежала до неё, в её направлении со стороны парка кинулся скелетон. То ли это был жест устрашения, то ли своими действиями она нарушила некий давно устоявшийся план, но скелетон постарался перехватить её.

Единственное, что с ходу пришло на память Эрее, – это заклинание «Плеть», которое мог воспроизвести маг любой школы. Именно его она и применила, отбросив скелетона обратно в кусты на краю поляны. И забежала в беседку. Ей опять повезло. Внутри никого не было, о чём она не подумала, когда старалась скрыться внутри этого небольшого строения.

Дальше Эрея действовала на автомате. Никогда она от себя не ожидала такой сноровки, размеренности и разумности в воплощении той или иной своей идеи. Первым делом она немного расширила защитный круг и вплела в него единственное заклинание защиты от нежити, которое знала. Потом выглянула наружу, чтобы оценить обстановку, и ещё раз воспользовалась заклинанием «Плеть», чтобы отбросить любопытного скелетона.

Ну а дальше на неё впервые в жизни посмотрела смерть, небытие или ничто.

Ещё полностью не приблизившись к поляне, на неё попытался воздействовать и давить очень сильный маг смерти. Это она поняла по тому, как начала распадаться под его давлением её собственная защита. Но и она сама, и её защита выдержали. К тому же девушка, похоже, оказалась несколько сильнее, чем ожидал маг, и у неё остался ещё один рабочий защитный слой, а сама Эрея была пока в сознании, хоть и не могла ни на чём сосредоточиться в последние мгновения, после применения заклинания. Как результат – магией она воспользоваться теперь не сможет, пока не пройдёт это состояние замутнённого сознания. И это напугало Эрею ещё больше.

Теперь у неё не оставалось даже шанса. Жить она будет ровно столько, сколько понадобится этому магу смерти, демиличу – что это он, Эрея не сомневалась, дойти до её убежища.

И вот сейчас кто-то пересёк защитный круг, даже не разрушив и не заметив его.

«Как же он силён», – в испуге подумала девушка.

«Простите и – прощайте», – последняя мысль Эреи была об отце, брате, сестре и её родственнице и единственной настоящей подруге Селее.

Девушка всхлипнула и дрожащей рукой развернула кинжал, так чтобы успеть ударить себя прямо в сердце.

Она должна это сделать.

Она должна умереть.

– Эй, там, внутри, – раздалось снаружи, – есть кто живой. Я вхожу.

Однако девушка даже не придала значения услышанным словам и, как в трансе, подвела руку с кинжалом к груди.

Но тут прямо от входа раздалось:

– Дура, ты что делаешь?! Это же алтарь! – И кто-то очень больно ударил её по руке, выбивая нож.

Не придав этому значения, девушка, как безвольная кукла, протянула ноющую руку к упавшему кинжалу и опять постаралась вонзить его себе в грудь.

Но тут её запястье перехватила чья-то крепкая и, самое главное, тёплая ладонь. А дальше её лицо ожгла хлёсткая пощёчина.

«Да как он посмел?!» Волна возмущения и гнева поднялась из центра её сознания, из того глубинного и тысячелетнего «я», что воспитывалось и прививалось ей поколениями и поколениями её высокородных предков. И эта злость мгновенно смела ту хмарую муть, что держала её в оковах с момента нападения мага смерти. Она даже не заметила, что её сознание было окутано магической пеленой подчинения.

«Кто он такой, чтобы так обращаться со мной, дочерью великого князя?! – возмущенно подумала она. – Да как он посмел поднять на меня руку?!»

Но додумать ей не дали. Прямо над ней раздался насмешливый голос:

– По выражению вашего лица вижу, что теперь с вами всё в порядке, и я могу вернуть вам ваше оружие. Только прошу, не пытайтесь убить меня сейчас, у вас будет ещё на это время.

И ей в ладонь легла тёплая рукоять её кинжала.

И только теперь девушка осмелилась поднять глаза.

Перед ней стоял корнол.

После того как её привели в чувства столь нетривиальным для неё способом, девушка с какой-то холодной отрешённостью и даже равнодушием посмотрела на стоящего перед ней оборотня. Возраст его было определить достаточно сложно, но, судя по развитой и органичной ауре, а также встроенной в неё защите, это был маг. А значит, он мог быть и старше её деда или её дяди, отца Селеи, и уж точно был старше её собственного отца, великого князя Лесного княжества.

Но кто он? Этого вопроса её наблюдения не проясняли. Да и что он тут делает, тоже было не очень понятно.

– Вы кто? – спросила она несколько заторможенно.

Оборотень пристроился рядом со входом в скверик и только после этого ответил:

– Пока это не важно.

– Да? А что важно? – У Эреи уже начали сдавать нервы, и она готова была разреветься, как маленькая девчонка, но этот странный корнол, что наставил куда-то в сторону парка свой лук, не давал ей показать свою слабость.

Девушка не знала, чем вызвано это чувство, но он казался ей каким-то давно знакомым существом. Даже больше – она ощущала в нём какое-то забытое чувство родства и некоей близости.

– Важно выжить, – ответил он, – и как раз этим я сейчас и занимаюсь.

Он выпустил стрелу в скелетона, на мгновение показавшегося среди кустов. Раздался взрыв, и нежить развалилась кучкой белёсых и совсем уже неопасных костей.

Увидев такой впечатляющий результат, девушка даже несколько приободрилась и, немного осмелев, всё-таки не выдержала и задала давно мучающий её вопрос:

– Мы спасёмся?

– Это зависит не от меня, – ответил корнол, выпуская вторую стрелу.

И опять на землю упала кучка костей.

«Но от кого?» – хотела уже спросить девушка, однако не успела. Так как дальше началось то, чего никто не мог ожидать.

«Светопреставление» – по-другому это не назовёшь.

В первые мгновения она не обратила на это внимания, но потом поняла, что стали исчезать метки уже обнаруженных ею скелетонов. И происходило это нереально быстро.

Пока она разбиралась, корнол сказал:

– Кажется, началось.

Меток скелетонов уже не осталось, зато проявили себя затаившиеся до этого личи. Складывалось впечатление, что они отбивают чью-то атаку и при этом значительно уступают нападающим, проигрывают им. В ход шли разнообразные и совершенно незнакомые ей заклинания из арсенала магов смерти. Личей с каждым мгновением становилось всё меньше и меньше.

– Кто это? Что происходит? – тихо спросила поражённая увиденным девушка.

– Ну, как я понимаю, это наша с вами спасательная операция, – отозвался оборотень, стараясь в небольшую щель рассмотреть подробности происходящего в парке.

– Но кто там? – не могла успокоиться Эрея.

– Моя команда, – задумавшись на мгновение, ответил корнол.

Что это могла быть за команда, девушка представить себе не могла. Она не знала никого, кто мог бы справиться за несколько минут с таким количеством нежити. Даже профессиональным некромантам для упокоения мёртвых требовалось гораздо больше времени. Но здесь она не чувствовала никакой ответной магии тьмы и смерти, на смешении которых строилось искусство некроманта. А главное, она не знала ни одного государства, где было бы столько профессиональных бойцов-некромантов, сколько явно учувствовало «в операции по их спасению», как сказал корнол.

Все видимые ей метки нежити на ближайшие пару десятков метров за считаные минуты исчезли. Однако невидимый бой не прекратился, лишь отдалился в глубь парка, и ещё некоторое время вокруг них где-то во тьме парковой зоны раздавался шум и редкие всплески магии смерти.

А потом всё стихло.

– Уже всё? – нервно спросила девушка.

– Пока не знаю, ждём, – ответил, не оборачиваясь, корнол, с тем же вниманием продолжая вглядываться в открытое пространство за стенами скверика.

Напряжение нарастало. Эрея не знала, чего ждут соратники оборотня и что пытается дождаться он сам, но на поляне до сих пор никто не показывался.

Поэтому она решила проверить свои догадки сама.

– Уже никого нет, – радостно сказала девушка. – Я раскинула сигнальную сеть, – тихо добавила она, глядя в расширяющиеся зрачки оборотня.

– Убери плетение! – резко закричал корнол, но было уже поздно.

Их накрыло «Покрывалом забвения», именно так называлось это высокоуровневое заклинание из школы магии смерти.

«А демилич раньше был эльфаром», – почему-то было её последней мыслью, слишком уж специфичным и редким было это заклинание.

Следующим её воспоминанием стало лицо корнола, который опять бьёт её по щекам. Правда, на этот раз он лишь слегка похлопывал её.

– Всё нормально? Слышите меня? Понимаете?

Увидев её ответный кивок, он кому-то на лесном диалекте передал что-то, видимо подтверждающее и успокаивающее.

Девушка повернула голову в направлении второго голоса.

«Хуман?» – удивилась Эрея и опять потеряла сознание.

Глава 5

Один из срединных планов реальности. Планета Ареана. Материк Ларос. Территория близ границ Гигантского Леса. Центральная часть города древних

«Прыжок». Определить цель. Удар.

«Прыжок». Определить цель. Удар.

Эта последовательность действий отрабатывалась мной уже с точностью и размеренностью автомата.

Менялись противники. Маленькие, большие, средние и какие-то необычные. Похожие и не похожие на людей, напоминающие и не напоминающие тот скелет, что я увидел впервые. С руками, лапами и даже крыльями. Всё это не имело значения. Главным оставалась точка уязвимости в их менто-информационном поле. Она не менялась, всегда и у всех оставалась в одном и том же виртуальном месте их менто-информационного поля. Была она некоей узловой точкой структуры скрепляющего и удерживающего их от тления, разложения и праха заклинания. Если получалось мгновенно создать ментомодель нежити, то эта точка, стабилизирующая всю ментоструктуру существа, располагалась чуть ниже его сердца. Как раз в этом и заключалась основная задача Искателя после каждого «Прыжка» – он создавал ментомодель.

Ментоинтерфейс с немыслимой скоростью, практически мгновенно, проводил анализ нового противника, строил его виртуальный образ в моём сознании и накладывал на видимое мной изображение. Специально выделяя уязвимую область, куда должен был вонзиться меч. Именно туда и приходился мой удар.

Так продолжалось по бесконечному и непрекращающемуся кругу.

«Прыжок». Определить цель. Удар.

«Прыжок». Определить цель. Удар.

Правда, как обычно, всплыл один момент, который я не учёл во время планирования своей операции. Расположение моих противников периодически менялось в пространстве относительно не только горизонтальной оси координат, это я как раз таки учёл, но и вертикального смещения, о котором я почему-то не подумал, однако от этого мой алгоритм совершенно не изменился. Только немного ускорилось его выполнение. Просто я никогда не мог предположить или представить, что эти существа, скелетоны, могут устроить для засады лёжку на дереве, а поэтому и не учёл этот факт. Не знаю, или это как-то зависело от их прошлой жизни, или ещё по какой причине, но пять скелетонов прятались в ветвях деревьев. И если бы не моё ускоренное восприятие, которое проявилось в последнее время особенно сильно, а также чёткое видение менто-информационных полей, то для меня встреча с ними могла окончиться несколько по-иному.

Однако теперь это были лишь те мелочи, которые уже не имели никакого значения. Ведь алгоритм не менялся и представлял собой всё тот же уже наработанный вариант действий.

«Прыжок». Определить цель. Удар.

И так тридцать два раза.

Я работал как автомат. Выполняя грязную, но нужную работу. Без эмоций, с чёткостью и точностью компьютера.

Закончив с первым этапом разработанного мной плана, я перешёл ко второму его пункту. Наступила очередь личей.

И тут я обнаружил ещё один факт, который не был учтён мной и который чуть не стоил мне жизни и не вылился в первую и последнюю мою фатальную ошибку. Спасибо предусмотрительности Искателя и моей паранойе, ведь именно благодаря наложенной на меня ментоинтерфейсом магической защите и защитным камням в созданном мной амулете тот единственный раз, когда я пропустил удар, не стал для меня последним.

Как показала моя первая стычка с этим типом нежити, на личах оказался некий аналог моей защиты. Однако аккуратно и незаметно разобрать её у меня, как показала практика, ни времени, ни возможности не было. Пока я занимался бы этой работой, меня могли просто-напросто убить и самого разобрать на запчасти.

Весь мой расчёт в этой бредовой операции строился на внезапном ударе и переносе к следующей цели. И задерживаться на одном месте я не мог себе позволить. Это было равноценно провалу всего плана и нашей гибели.

Но в тот, первый раз внезапного и смертельного удара не получилось. Лича с одного раза убить не удалось. Хотя точку уязвимости я определил тут же, но до неё необходимо было ещё добраться. А для этого разрушить какое-то защитное заклинание.

И вот в этой стычке, когда произошла первая встреча с неизвестным и новым противником, нежитью, обладающей способностями к магии, я должен был именно это и сделать. Разобраться, проанализировать и понять.

Как результат всего этого, мне понадобилось дополнительное время для анализа новой ментоструктуры и поиска её точки или точек дестабилизации. Мой клинок был способен впитать в себя как всю энергию из видимого мной защитного заклинания, так и энергию из менто-информационного поля противника. Это мгновенно рассчитал ментоинтерфейс, который за эти дни выявил многие из параметров моего необычного оружия. Однако, для того чтобы эту самую энергию поглотить и деактивировать заклинание, её нужно было высвободить, каким-то образом создав утечку энергии из заполненной ментоструктуры заклинания. Что по идее должно было нарушить его целостность и в конечном счёте полностью разрушить его.

И опять всё упиралось в поиск узловых точек (или, как я сам их стал называть, точек уязвимости ментоструктур).

Мои новые возможности, пробудившиеся во мне в результате изучения гипномодулей и гипнопрограмм, очень помогли мне в этом. К тому же, как мне кажется, более эффективно стали работать и мои способности, которые проявились у меня с переносом в этот мир.

И всё бы ничего, но никто не собирался давать мне спокойно заниматься изучением новой обнаруженной ментоструктуры заклинания некоего защитного поля. Сам её хозяин был несколько против этого. И поэтому дело осложнялось тем, что параллельно приходилось крутиться как волчку, стараясь отбить нападение лича. Даже без использования магии он оказался очень опасным, невероятно быстрым и сильным противником, а уж когда в ход пошли его заклинания, то мне пришлось повертеться.

Но зато рад был Искатель, он чуть ли не пищал от восторга, когда пополнял свою базу знаний создаваемыми личем заклинаниями, как защитными, так и атакующими. Делал это ментоинтерфейс так, на всякий случай, чтобы я или он сам на досуге могли с ними разобраться и проанализировать.

Ну а в остальном первый бой был одним из самых опасных и оттого одним из самых запоминающихся.

Я выпал в шаге от затаившегося лича.

Он пока ещё не успел заметить меня и отреагировать на моё появление.

Его тёмный силуэт под действием маскирующего поля сливался с тенями, отбрасываемыми окружающими нас деревьями. Но мне это не помешало заметить противника.

Его чёрная с сероватым отливом ментоструктура даже на фоне окружающей меня сейчас темноты светилась первозданными энергиями тьмы, мрака, смерти и тлена. Это было не общее ощущение, а какое-то внутреннее осознание его принадлежности к тому миру или той реальности, что порождали эту тёмную энергию мрака и смерти.

Но главное, как бы я ни отделял себя от них и ни приписывал этих существ к миру мёртвых, ясно понимал, что и сам являюсь частью того мира смерти и мрака.

«В каждом из нас горит первозданная частица тьмы», – пришла на ум мысль.

И как результат этого нашего единения, хотя и частичного и общего слияния с энергией тьмы, даже их совершенное маскирующее заклинание не смогло скрыть от меня его сути. Я заметил лича с его необычным переливом тёмных энергий мгновенно, как только он оказался в поле моего зрения. И увидел, что кроме маскирующего заклинания его прикрывает какое-то слегка голубоватое полупрозрачное поле, похоже встроенное в ментоструктуру маскирующего заклинания и, видимо, по той же причине скрытое под ним от внешнего обнаружения. Однако моё единство с миром смерти позволило мгновенно заметить и его.

Но, как обычно, времени на его изучение у меня не было, хотя Искатель всеми силами и старался параллельно с моими действиями создавать его копию и проводить анализ, чтобы определиться с принципами работы данного заклинания и с целями его использования. Но и он не успевал. Слишком стремительно накатывались на нас события.

Правда, впоследствии этого и не понадобилось. Уже в следующую долю секунды стало понятно назначение этого необычного дополнения к стандартному для местных маскирующему заклинанию.

Я, не меняя своего плана, сразу же ударил в найденную точку уязвимости, не сразу обратив внимание на внесённые внешние изменения модели и той странной плёнке, окутавшей лича, что видел в своём сознании и на созданной Искателем предварительной модели. И как результат – мой меч лишь скользнул по телу противника, не повредив его. Только голубоватое поле стало чуть сильнее мерцать в точке соприкосновения с лезвием моего меча. В дополнение у меня сложилось впечатление, что недостаток энергии в месте повреждения поля компенсировался всплеском энергии, откачанной с остальной поверхности защиты. Но я в этом не был полностью уверен, так как не смог отследить процесс передачи энергии.

Однако мой следующий удар подтвердил моё наблюдение.

Я, не останавливаясь, нанёс его в ту же точку, надеясь пробить защитное поле в одном и том же месте, перегрузив его. Но похоже, не один я мог подумать об этом. Видимо, защиту от перегрузки предусмотрели и в данном поле. Мой второй удар завершился с тем же результатом. Ещё сильнее замерцало поле в точке соприкосновения с лезвием, и потускнела вся остальная защита.

«Хорошая защита, – констатировал я, – просто так её не пробить».

В это время Искатель закончил с построением структуры обнаруженного защитного ментополя. Оно поражало своей законченностью и гармоничностью. Это заметили как я сам, так и Искатель.

Как я понял, из того поверхностного анализа, что мгновенно провёл ментоинтерфейс, данный тип защитного поля был совершеннее того, что применялся Искателем и был внедрён в моё менто-информационное поле. А потому он самостоятельно, для усиления моей безопасности и усовершенствования использования мной защитного поля, выставил одним из главных приоритетов преобразование данной защитной ментоструктуры под использование для тех типов энергии, которые мог генерировать мой организм без посторонней помощи. Правда, этого особо не требовалось. Используемые в оригинале тёмные типы ментоэнергии присутствовали и в моей ментоструктуре, однако не в таком количестве, как у лича.

«Всё-таки я ещё живой, в отличие от него», – развеселила и приободрила мысль и одновременно подтолкнула меня и ментоинтерфейс к активным действиям.

Искатель доложил, что на удержание и закрепление структуры защитного поля моего объёма необходимого типа энергий будет достаточно, а вот его наполнение и усиление будет производиться за счёт сторонних типов энергий и конвертации их под необходимый формат использования. Искатель также утверждал, что в этом случае защита даже будет более надёжной, так как не все участки в оригинале предназначены под используемый личем тип энергии. Только вот он не смог определиться с тем процентом эффективности, на который возрастёт преобразованная структура защитного поля.

В дополнение это исследование защитного поля позволило нам обнаружить бреши в его текущей практически идеальной структуре и реализации, как раз и связанные с тем отличным от необходимого типом ментоэнергии, используемой в защитном поле, наложенном на лича.

Правда, как ими воспользоваться, я пока не придумал и Искатель не мог мне предложить никакого плана.

Но если отвлечься от главного, то все мои действия, выпады и удары на нежить не произвели никакого впечатления. И в те доли мгновений, что Искатель и я анализировали новую непредвиденную угрозу, лич нанёс ответный удар, который чуть не стоил мне жизни, настолько быстр и невидим он был. Я даже не заметил никакого движения. Лишь ощутил сильнейший толчок где-то в области груди. И удар спиной о дерево.

Искатель зафиксировал ослабление защитного поля на сорок процентов.

И в следующее мгновение я увидел приблизившегося ко мне лича и почувствовал второй сильнейший удар, подбросивший меня на пару метров.

Боли пока не было. Искатель заблокировал все мои болевые рецепторы. Но то, что у меня сломана пара рёбер, я знал.

Кроме того, защиты у меня осталось меньше трёх процентов. Второй удар был намного сильнее. Весь доступный запас энергии ментоинтерфейс направил на заполнение защитного поля и создание силового каркаса, чтобы закрепить сломанные рёбра.

Стало ясно, что защита восстановиться не успевает и следующего удара лича я не переживу. А я даже не мог его заметить.

Я думал, что быстр, а оказалось, что слишком рано стал считать себя опасным и сильным бойцом.

Ну а дальше… Не знаю, что произошло в тот момент. То ли подействовала моя внутренняя команда: «Хватит спать! Начал действовать, а то сейчас умру!», то ли реальная и возросшая опасность, которую внезапно я ощутил. Но окружающий меня мир преобразовался. Престала существовать ещё несколько секунд назад окружающая меня мутная реальность. Перестал существовать видимый и привычный для меня мир образов и понятий, к которым я приспособился в полумраке парка. Исчезло само понятие города и окружающего меня парка. Исчезли деревья, беседки и тропинки, пробегающие между ними. Пропали такие смертоносные и опасные мёртвые, но невероятно быстрые и ловкие противники, скелетоны и ещё более опасные личи.

Однако сам мир не пропал, просто изменилось моё видение. Он расцвёл переливом энергий и структур, из них состоящих. Меня стали окружать различные менто-информационные поля. Единичные ментополя и их множественные скопления. Маленькие и большие, прозрачные и ясно видимые. Я стал различать их смешение, перемещение, проявление и движение. Для меня не осталось тайн окружающей меня реальности. Я знал и видел абсолютно всё. Я замечал малейшие детали и нестыковки. Я ощущал гармонию и дисгармонию мира. Я понимал его суть.

Я знал и предсказывал.

Я знал о том, что сейчас произойдёт, до того момента, как это должно было случиться. Я узнавал об этом до того, как сама мысль рождалась в чьём-либо сознании.

Мир преобразился в простую и ясную картину, структура которой была представлена линейными схемами и алгоритмами. Они стали понятными и предсказуемыми. Они не требовали анализа для их глубокого познания, суть происходящего была известна мне сразу, как только я обращал своё внимание на любую необходимую мне деталь.

Я, конечно, не стал всеведущ, мне для знания требовалось заметить структуру или подумать о ней. Однако этого знания мне вполне хватало, чтобы почти мгновенно выделить своих противников, найти их слабые и сильные стороны. Заметить бреши в их идеальной и такой нереально гармоничной защите. Защите, которую, как они думали, нельзя было преодолеть, обойти или пробить.

И это новое видение мира и реальности дало мне неоспоримое преимущество. У меня появились так необходимые мне мгновения, которые могли стоить мне жизни или вели к победе.

Как в тысячекратно замедленной съёмке, я увидел, что начинает действовать первый лич, как медленно и плавно стягивается окружающая его энергия тьмы, как начинает формироваться какая-то энергетическая структура. Но это было не всё. Я смог замедлить окружающий мир, но даже моего ускорения не хватало, чтобы полностью остановить время и получить преимущество в бою с личем. Слишком опасным и сильным он оказался противником. Казалось, для него не существовало законов природы. Будто он был вырван из них или находился за их пределами.

Для того чтобы не умереть, мне нужно было успеть за ним. Не отстать. Мне нужно было, как и личу, вырваться за рамки сдерживающей меня реальности.

«Я должен стать быстрее», – будто огненной молнией забилось в моём сознании.

Я уже многое понимал, но мне катастрофически не хватало тех мгновений, что были у этого мёртвого мага, променявшего свою жизнь и душу на возможность раздвигать границы реальности. Понимание этого как раз и родилось во мне в эти доли мгновений.

А в следующий миг я, будто разрывая оковы, сдерживающие меня всю жизнь, рвусь куда-то вверх и вперёд. Делаю некий незримый, но такой мучительно тяжёлый и долгий шаг, который, кажется, тянется тысячелетиями. Который рвёт меня изнутри, убивает что-то во мне, но место этого непонятного и неведомого чего-то во мне занимает что-то более мощное и значимое. Что-то, дающее мне силы и энергию. Что-то, толкающее меня вперёд. Что-то, само по себе двигающее меня куда-то вверх.

И вдруг я чувствую, как моё восприятие переключается на новый уровень. Мой организм начинает жить в каком-то своём измерении. И я знаю: теперь это навсегда останется со мной.

Где-то на задворках сознания слышу голос Искателя:

«Регистрирую слияние менто-информационного поля оператора с источником внешней энергии.

Регистрирую слияние менто-информационного поля оператора с произвольным менто-информационным полем. Происхождение поля неизвестно.

Регистрирую изменение физической составляющей менто-информационного поля.

Регистрирую многократное повышение внутреннего объёма накопителя оператора, менто-информационного поля и расширение пропускной способности каналов передачи внутренней энергии. Точная величина неизвестна. Предположительное изменение объёма в тысячу двести сорок пять раз.

Регистрирую общее изменение структуры менто-информационного поля оператора. Регистрирую увеличение его плотности и незначительное увеличение общего объёма поля оператора».

В общем перечне присутствовало и еще несколько пунктов, на которые я не обратил внимания.

И только теперь, перейдя на новый уровень восприятия, который, как пообещал Искатель, будет подключаться автоматически, в момент острой нехватки моих текущих возможностей, я смог заметить, как неторопливо поднимается когтистая рука лича.

«Наконец-то, – пролетела спасительная мысль, – теперь мы с личами хотя бы на равных».

Хоть я и был в состоянии максимального ускоренного восприятия, однако видел движение лича всего лишь с незначительным замедлением, а значит, он был не намного медленнее меня. Что давало мне небольшое преимущество в скорости и восприятии, но всё ещё не делало победителем.

Встреча и прямое столкновение с личами пока были очень опасными и представляли большую угрозу.

Скелетоны не обладали такой скоростью и силой, как физической, так и магической. А личей скоро будет здесь несколько больше одного, и моё преимущество в скорости аннулируется их увеличившимся количеством.

Но сейчас моя скорость была со мной. А потому уже в последнее мгновение я заметил несущийся к моему лицу крючковатый коготь лича. На пределе возможностей, одним из клинков, я отвёл его удар немного в сторону, лишь на несколько миллиметров сдвигая когтистую лапу лича вправо.

Но это было ещё не всё. Дальше последовал некий замысловатый ряд выпадов и ударов, стянувших лезвия моих мечей и не дававших их вырвать из навязанного мне ближнего и сверхскоростного боя.

Однако я был жив и мог сражаться с ним, что радовало. И это, похоже, удивило не только меня.

Лич на несколько мгновений замешкался. И эти несколько мгновений позволили мне вырваться из ближнего боевого круга. Я предотвратил очередной удар когтистой лапы гардой своего второго меча, который был направлен мне в горло. Это дало мне шанс. На возвратном движении своего первого меча я, ударяя по локтю противника, ускорил его выпад и позволил его второй руке проскочить мимо моего тела. Сам при этом делая несколько шагов назад.

«Теперь хоть понятно, почему Лениавес был так уверен, что к мёртвым в город никто не сунется. Нужно быть сумасшедшим, чтобы укрываться среди них», – подумал я, отступая от своего противника на пару шагов.

И вспоминая начало своей схватки с личем.

«Да уж, глупый был план, – подумал я о спрятавшихся в скверике корноле и девушке, – надеюсь, оно того стоит».

Защита уже успела наполовину восстановиться, так что один удар я смог бы выдержать. Но получать его очень уж не хотелось, а потому я приготовился встретить новый выпад противника.

Как-то внезапно почувствовал новое дуновение угрозы, накатившееся на меня со стороны парка. И будто в замедленной сьемке, посмотрев в ту сторону, я замечаю появление ещё одного лича, который, как мне показалось, выскользнул прямо из тьмы и мрака, притаившихся между деревьями, и двинулся в нашу сторону. И этот лич совершенно не походил на того, что в очередной раз пытался достать меня своей когтистой лапой. Не походил он хотя бы тем, что в руках у него было зажато по кинжалу, испускающих эманации тьмы и смерти.

«Жертвенные ножи», – понял я.

Да и сама внешность и движения последнего лича несколько отличались от тех, что я наблюдал до этого. Так мог перемещаться, проскальзывать между деревьями лишь опытный воин. Даже не так – опытный убийца. И убить он хотел именно меня.

Но и это ещё было не всё. Одновременно с этим я в своём сознании обращаю внимание на единовременное смещение всех маркеров, отмечающих местоположение остальных личей в пространстве. И все они в едином порыве начинают движение в мою сторону.

«Кажется, меня хотят взять в кольцо и навалиться всей кучей. И начнёт представление тот, что сейчас приближается ко мне со стороны парка, – доходит до меня. – И если даже худшие из них не слабее того, что сейчас стоит передо мной, то шансов у меня нет. А значит, нужно поторапливаться, пока эти эфемерные шансы на спасение ещё не лопнули, как мыльный пузырь».

Отвлекаться на ненужные размышления мне становится совершенно некогда. Скоро у меня появится два противника вместо одного. А потом их количество возрастёт многократно. Однако до активного вмешательства второго лича-воина в нашу схватку у меня ещё оставалось несколько мгновений. И ими следовало воспользоваться по максимуму.

Правда, дальше со стороны первого лича не последовало никакого удара или внезапного выпада. И это меня сильно насторожило. Вместо этого, практически в то же мгновение, когда появился второй лич, я заметил активацию неизвестного мне ментомодуля.

«Фиксирую создание ментоактивной структуры на основе энергии смерти,

– доложил Искатель.

– Структура и свойства ментомодуля неизвестны. Рекомендация: покинуть зону действия ментоструктуры или устранить её источник».

«Да уж, неожиданное и неординарное решение», – хмыкнул я. Но всё же постарался воспользоваться одним из советов ментоинтерфейса.

Так как устранить угрозу у меня пока возможности не было, то я решил ретироваться из зоны воздействия активируемого им заклинания. Но локальная телепортация, на которую я возлагал большие надежды как на последнее средство побега, в данном пространстве почему-то не срабатывала. Не удавалось зафиксировать точку привязки. Она всё время соскальзывала куда-то в сторону, и я не мог закрепить её на необходимом мне месте. Да мне вообще не удавалось зафиксировать её.

Не знаю, что меня сдерживало от паники и страха, но положение оказалось очень критическим. Лишь отсутствие эмоций и странная несгибаемая воля, поддерживаемая каким-то внутренним контролем, позволяли мне осмысливать и оценивать ситуацию адекватно. А потому я всё ещё мог соображать и не впадал в ступор.

Искатель утверждал, что источником блокировки является лич, стоящий напротив меня.

«Значит, у них есть ещё и что-то подавляющее такой вид перемещения, – размышлял я, – нужно как-то помешать ему в активации заклинания».

Я постарался направить на него все известные мне боевые ментомодули, но с нулевым результатом. Казалось, они не замечают стоящего напротив меня лича.

«Идеальная защита!» – уже в который раз восхитился я тем некогда созданным кем-то защитным полем, что видел.

Но на этом я не остановился: стараясь сбить его настрой и выгадать себе время, я дополнительно произвёл несколько толчковых воздействий. Но и они не приносили никакого результата. Казалось, что любые воздействия, применяемые мной к защите лича, стекают с его поля, как вода, не принося никаких результатов.

Правда, его настрой мне всё же пару раз сбить удалось. И именно это дало мне кое-какой шанс. Но обдумать его времени у меня не оставалось. Нужно было уходить.

Уже практически вплотную ко мне приблизился второй лич, сковывая возможность моего перемещения и многократно увеличивая шансы на провал всего моего плана. Ну и как результат – мою смерть. А этого мне что-то сильно не хотелось.

И я решился на отчаянный шаг. Нужно было мгновенно исчезнуть с этого места. С двумя противниками, пока я не разберусь с их защитным полем, мне не справиться. А потому, на каком-то наитии или интуитивном уровне, я решил воспользоваться не прямой телепортацией, о которой думал в первые мгновения, а по заранее установленным вехам. Воспользоваться тем способом, что недавно изобрёл сам.

И не прогадал. Что странно, активация модуля по перемещению сработала на уже заранее установленные маркеры.

«Или это что-то новенькое, или они не знают о таком способе фиксации точек привязки», – подумал я, уходя к следующему маркеру.

И сделал я это очень вовремя.

То место, где я только что находился, залил шквал тёмного пламени. Простого по своей структуре заклинания, но заполненного огромным количеством сырой энергии смерти. А оттого заклинание стало ещё более опасным и разрушительным.

Откат от удара ментомодуля достал меня даже после перехода. Но, ослабленный расстоянием, он не смог пробить мою защиту.

Стараясь сбить след, я ушёл в направлении одного из установленных маркеров и, не останавливаясь, произвёл перемещение к следующему.

Всё происходящее на месте первой стычки с личем меня уже не касалось. У меня появилось немного времени. И для того чтобы выжить, мне необходимо было решить одну задачу, а именно: понять, как пробить защиту личей. И, как это ни удивительно, у меня в голове уже родилась кое-какая идея, как это сделать. Бой с личем и небольшой анализ, проведённый Искателем, дали мне к этому маленькую зацепку.

Я заметил, что в момент, когда было необходимо перераспределить ментоэнергию по защитному полю, усилив какой-то один из её участков, происходила небольшая задержка в заполнении маленького участка структуры, расположенной примерно в височной области. И связано это было с тем, по предположению Искателя, что ментоструктура создавалась по модульному принципу, что заметно уже из анализа её строения. И каждый модуль должен был заполняться наиболее подходящим для него типом ментоэнергии. В этом случае преобразования, на которые настраивались отдельные модули структуры, происходили значительно быстрее. Ведь в их основе как раз и была заложена работа с каким-то определённым типом энергии, как с её утилизацией и использованием, так и конвертацией.

В нашем же случае всё ментополе было заполнено примерно однородной энергетической составляющей, и её преобразование происходило, похоже, по какому-то усреднённому или совершенно неоптимальному принципу. И как следствие – появились такие участки ментополя, заполнение которых энергией при её перераспределении происходило неравномерно. Особенно это сказывалось в районе части ментоструктуры, расположенной в височной области. Также я обнаружил ещё пять таких зон, но с гораздо меньшим лагом (задержкой) в стабилизации их работы.

Вот, основываясь на этом своём наблюдении, я и придумал некую связку из семи чётко выверенных последовательных ударов, приводящую к постепенному ослаблению наиболее критичной зоны ментополя, позволяющую пробить защиту лича, разрушить составляющую его структуру и уничтожить удерживающее лича в мире живых заклинание.

«Осталось только проверить, как всё это работает», – решил я, осматривая виртуальную карту в своём сознании.

Ситуация складывалась не очень хорошая. После того как личи потеряли меня из виду, они вернулись к находящимся в ловушке на поляне Лениавесу и девушке. И продержаться у попавших в западню шансов не было. Я видел, как туда стягиваются практически все силы мёртвых магов, находящиеся в парке.

«Пора, – понял я, медлить было нельзя. Мгновения утекали сквозь пальцы, а с ними и наши шансы на спасение. – Вперёд», – дал я себе пинка, подгоняя к действию.

Связка мысленно отработана и отрепетирована. Осталось проверить, как она работает в действии.

«Прыжок».

И новый враг. Очередной лич. Опасный противник. Но мне повезло: он ещё не заметил меня.

Мгновенно создав его виртуальную модель и совместив с теми образами и ментоструктурами, что я вижу, мной были чётко выделены все необходимые мне элементы. Шесть точек уязвимости его защитного поля и точка разрушения для его внутренней ментоструктуры.

«Удар», – скомандовал я себе, начиная на пределе возможностей проводить созданную несколько секунд назад связку выпадов и ударов.

Как я и предполагал, защита продержалась ровно шесть ударов. Последний, шестой, полностью разрушил защитное поле лича, при этом разнеся его голову. Но эта нежить всё ещё не собиралась подыхать. Не знаю, на что она ориентировалась, ведь головы с глазами у неё сейчас не было, но он постарался прорвать мне грудь одним из своих острейших когтей.

Но я был морально к этому готов и, лишь подправив его выпад, последним седьмым ударом пронзил грудь нежити в необходимом месте, погрузил лезвие своего клинка в центральный узел, удерживающий от распада структуру менто-информационного поля лича.

«Один готов», – начался планомерный и бесстрастный отсчёт.

Радоваться было рано. У моего друга на поляне положение приближалось к критическому. Скоро личи подойдут к беседке.

Сначала я хотел зачистить окраины и хвосты, но теперь решил действовать по-другому. Надо выиграть время для корнола, а потом заняться истреблением остальной нежити. А поэтому моей следующей целью стал лич, уже практически вплотную приблизившийся к беседке.

«Прыжок». Связка. Выпад. «Прыжок».

«Прыжок». Связка. Выпад. «Прыжок».

Я старался нигде не задерживаться и уничтожать нежить в максимально короткие сроки.

Но всё-таки один раз меня сумели подловить.

Сразу два лича выскользнули из-за деревьев, когда я уничтожил очередного своего противника. Действуя сообща, они постарались прижать меня к кромке деревьев. Уже чувствуя, что опять не успеваю, я накрываюсь телом мумифицированного мага и, используя его как дырявый щит, пытаюсь уйти с поля боя. И мне это удаётся.

Следующим шагом я вывалился из прыжка у другого маркера.

В этот раз меня не достали, но где-то метрах в десяти ясно ощущались выбросы магии смерти. Личи не заметили моего исчезновения и поливали тот участок, где я прятался за телом их товарища, шквалом заклинаний.

«А этим нужно воспользоваться, – решил я. – Но сначала займусь тем, что сейчас стоит передо мной».

Связка. Выпад. Удар.

И ещё на одного противника меньше.

Двое личей не перестают бушевать. Это значит, что они пока не в курсе того, что меня там давно уже нет. Поэтому я перехожу к одной из меток моих противников.

Связка. Выпад. Удар.

Раз.

Связка. Выпад. Удар.

Два.

Их нет.

Всё. Ближний радиус вокруг поляны зачищен.

Но осталось ещё несколько на территории парка. Займусь ими.

И я не видел того лича, с двумя кинжалами. Где он? На месте моей первой стычки был лишь тот, которого я встретил первым. Больше никого.

«Прыжок». Связка. Выпад. «Прыжок».

«Прыжок». Связка. Выпад. «Прыжок».

Видимых противников нет.

Но один всё-таки остался где-то тут. Я не могу его засечь.

«Он здесь, – чётко осознал я, – и он намного опаснее тех, что встречались мне до этого».

И он ищет меня, так же как я ищу его.

Я смогу оказаться рядом с ним. Но он должен выдать своё местоположение. Как это сделать?

Можно постараться применить заклинание распознание сущностей, но оно выдаст меня с головой, и он окажется рядом со мной гораздо раньше, чем я с ним.

А упустить его нельзя, иначе нам из города не вырваться. Так у нас будет некоторый запас времени, чтобы скрыться отсюда. А если он уйдёт, то такого шанса у нас не будет. Но он ещё не ушёл. Он знает, что я его ищу.

Он не оставит нас. Он не хочет давать нам ни единого шанса. Он будет следить.

Но как же его выманить? Как заставить раскрыться?

Однако на эти вопросы судьба, или кто там наверху, решила ответить за нас.

В беседке начала формироваться какая-то ментоструктура. Потом произошёл всплеск магии жизни, и эхо его отката раскатилось по парку.

«То, что нужно, – понял я, – жизнь всегда найдёт смерть».

Видимо, так же подумал и мой противник, так как со стороны парка в направлении беседки ударил луч тёмной энергии.

«Он старается вывести из строя поисковика», – понял я.

Но это был неправильный шаг. Лич не знал главного.

Всё, что необходимо, уже было сделано. Мне не нужен был сигнал от сотворившего заклинание, кто бы он ни был, чтобы узнать о его результатах. Я увидел место, где произошло столкновение энергий, и запеленговал точку активации луча.

«Прыжок». Связка. Выпад. Удар. Ещё удар. Ещё связка. Ещё один выпад.

Последний противник оказался силён. И искусен. Кинжалами он владел с филигранной чёткостью и мастерством.

Но тот опыт, сила, скорость и восприятие, что вложили в меня неизвестные мне существа при переходе в этот мир, взяли верх. На очередном выпаде мне удалось полностью провести связку ударов и снять защиту с лича.

Видимо, это доставило ему какую-то боль или дискомфорт. Очень трудно ощущать умиротворение с разрубленной пополам головой.

А мой следующий выпад положил конец его мучениям, если таковые были, и существованию, попав в точку уязвимости его ментоструктуры и разрушив её.

И только сейчас, закончив с последним своим противником, меня нагнал тот галоп времени, из которого я выпал на весь период боя.

«Хорошо-то как! – радостно подумал я, всем телом ощущая дыхание этого островка жизни в мёртвом городе. – И я жив и, кажется, даже не слишком пострадал».

Но, посмотрев на свою куртку, заметил несколько расколовшихся пластинок как раз в тех местах, куда, если мне не изменяет память, пришлись пропущенные удары личей. Да и потрогав ожерелье, я вместо камней ощутил в руке лишь бечёвку, на которой они висели.

«Вот и нет моей самодельной защиты». – Магические атаки, оказывается, тоже не прошли для меня даром.

Быстренько проверив остальную амуницию, я понял, что камни, укрепляющие мою одежду, выполняли некую роль брони и достаточно сильно разрядились, но, главное, все они остались целы, а не рассыпались в прах, как камни защиты.

Что странно, несколько агатов тоже рассыпалась в прах, будто они сработали. Но никаких повреждений мне они не нанесли. Правда, я предположил, что, возможно, по ним также пришёлся удар лича, однако некоторые из них лежали там, где, я уверен, меня маг достать не мог.

В общем, с этими камнями не всё понятно. Остальные же были абсолютно целы и заполнены энергией. Осталось их у меня всего десять, включая и самый большой камень.

Закончив с ревизией своих предметов, я резко остановился. И немного заторможенно повернулся в сторону беседки.

«Как я мог не подумать о них сразу!» – корил я себя за то, что в суматохе упустил один из главных моментов.

Мой друг и девушка, которые были в беседке и куда пришёлся последний удар лича.

И в следующее мгновение я кинулся к центру полянки, где и располагалось это строение.

«Живы», – было первой мыслью после того, как я заглянул внутрь и заметил их менто-информационные поля.

Вмешался Диагност и выдал своё заключение.

Оба они были без сознания. Лениавес не пострадал. У девушки сильнейший шок и незначительные повреждения по всему телу. Предположительно запущена процедура восстановления, но приостановлена в связи с отсутствием ментоэнергии во внутреннем накопителе.

«Нужно приводить в сознание». – Я подошёл к Лениавесу.

Перевернул его на спину и прислонил к стене. Потом вытащил из рюкзака камень здоровья и приложил его ко лбу корнола. Мгновенно от камня к Лениавесу было прокинуто несколько дополнительных каналов ментоэнергии, по которым к нему пошла чистая энергия жизни, прочищающая его голову от вредоносного воздействия энергии смерти.

Через десяток секунд он шевельнулся, а потом резко пришёл в себя. Постарался отшатнуться и потянулся к мечу, который висел у него на поясе, но оказался ещё настолько слаб, что не смог даже вытащить его из ножен. Однако, заметив меня, прохрипел, прочищая горло:

– Баг, это ты?

– Ну а ты кого хотел здесь увидеть, – похлопал я его по плечу, сверяясь с данными Диагноста.

Ещё пара мгновений – и, по заверениям моего персонального доктора, с корнолом будет всё в полном порядке.

– Что случилось в конце? – спросил он. – То, что у нас всё получилось, я вижу, но как ты со всем справился, я понять не могу. – И посмотрел мне прямо в глаза. – Мы ведь победили?

– Да, – просто ответил я.

– Сколько мертвяков ушло? – спросил он.

– Ты о чём? – не сразу понял я сути вопроса.

– Если хоть один из них доложит хозяевам города о том, что их ловушка провалилась, сюда пошлют новую партию нежити. И тогда их будет много больше. Поэтому от того, как давно закончился бой и сколько нежити смогло от тебя скрыться, зависит, как быстро мы вынуждены отсюда уйти, – пояснил свои мысли Лениавес.

– Никто не ушёл, – мотнул я головой в сторону парка, – по крайней мере из тех, кто был там. Но уйти нам придётся как можно скорее, мне кажется, хозяева знают, что их ловушка провалилась.

И, не дав ему спросить ещё что-то, на что я не готов пока дать ответ, сам задал ему вопрос:

– Ты сам-то как?

– Вроде нормально, только голова раскалывается, – корнол потрогал свой затылок, – будто здорово перебрал накануне.

– Думаю, ничего страшного, потерпи немного, – сказал я корнолу, – сейчас приведу в чувства девушку. Мне кажется, дальше она и сама сможет позаботиться о себе и своём здоровье и сделает это намного лучше того же камня или нас с тобой. А потом я отдам тебе камень. Ты сам ещё немного подлечишься. Мы пока не выбрались из города. Поэтому нам нужны все твои силы. А то тут что-то больно уж опасно.

И я опять оглядел территорию парка за пределами беседки. Но никакой опасности пока не было, да и моя сигнальная сеть никого не заметила.

– А я тебе что говорил, – усмехнулся Лениавес.

– Теперь я с тобой полностью согласен, – раздвинул я губы в подобии напряжённой улыбки и развернулся, чтобы, так же как и Лениавеса, аккуратно усадить девушку, прислонив её к стене.

Пока корнол приходил в себя и старался восстановить силы, я подошёл к лежащей у противоположной стены беседки девушке.

Она лежала на животе, лицом вниз. Но даже этого было достаточно, чтобы понять: девушка необычайно стройна. Высокая, худенькая, в одежде, очень выгодно подчёркивающей её фигурку. При этом у неё была, казалось, осиная талия, которую можно было обхватить пальцами одной руки. По спине у неё разметались длинные светлые, даже можно сказать платиновые волосы, часть из которых была собрана в какой-то достаточно сложно заплетённый хвост.

«Похожа на куколку Барби», – подумал я, и именно в этот момент в душу мне закралось какое-то слишком уж настойчивое предположение.

Посмотрев на корнола, я подумал, что этот мир так и полон сюрпризов. А потому очень аккуратно, стараясь не навредить или не напугать девушку, если она неожиданно придёт в себя, хотя Диагност и утверждал обратное, я перевернул её на спину.

«Эльфийка» – так и крутилось у меня в голове.

Большие, хотя сейчас и закрытые глаза, нежный точёный профиль. Волшебной красоты лицо. Девушка, которую я держал сейчас на руках, была божественно красива и совершенна.

Погладив её по мягким волосам, я посмотрел на свою грязную ладонь, казавшуюся чёрным пятном на фоне её белого, нежного шёлка. А потому резко отдёрнул руку, но, заметив смеющиеся глаза корнола, взял себя в руки и уже вполне спокойно продолжил свои действия.

Аккуратно положив её голову себе на колени – ну не смог я выпустить такую красоту из своих рук, – приложил ей лечебный камень ко лбу.

Проконтролировав начало процесса её восстановления и выздоровления, я обратился к Лениавесу:

– Кто она?

– Будто сам не видишь, – проворчал он.

«А он не очень-то их и любит, – понял я, – хотя и ненависти не испытывает. Просто они почему-то раздражают его и не вызывают у него симпатии. Интересно, что они ему такого сделали?»

Как сказать человеку, тьфу, корнолу, что сам я как раз таки не вижу, а вот то, что вижу, говорит мне о какой-то волшебной фее, которую в жизни встретить нереально. Но, посмотрев на сидящего напротив меня лесного чёрта, а также кучу нечисти, что сейчас покоится вокруг, проговорил:

– Я не об этом. Ты знаешь, кто она? Вы вроде общались. Она ничего не успела тебе сказать?

– Ну, судя по украшениям и одежде так бесцеремонно тискаемой тобой девушки, она из аристократок. По основным цветам её наряда видно, что она принадлежит к княжескому дому эльфаров. Большего сказать не могу, так как нет ни герба, ни каких-то фамильных украшений. Видимо, одна из дальних второстепенных ветвей княжеского рода, – закончил он и хотел уже отвернуться, когда его взгляд зацепился за висевший на её шее кулон. – Хотя постой… – И, усмехнувшись, сказал: – Кстати, поосторожней с руками. В некоторых уголках Лесного княжества твои действия могут быть приравнены к официальному предложению. – Но затем, хмыкнув и раздвинув губы в ещё большей усмешке, добавил: – Или, наоборот, к посягательству на её честь и достоинство. Это смотря откуда она родом. Но знай главное: это ничего хорошего за собой не повлечёт. Касаться девушки так, как это делаешь ты, может только её жених или родственник. Учти это. Да, кстати, хватит уже так нежно гладить её волосы. Это могут неправильно истолковать уже все подряд. И в том числе она сама.

Немного отстранив меня, корнол осторожно склонился над девушкой. Вероятно, он хотел рассмотреть получше выскользнувший из складок одежды медальон, но в это мгновение раздался тихий вздох и постанывание девушки.

Лениавес посмотрел на меня:

– Кажется, наша спасённая приходит в себя.

После чего слегка похлопал её по щекам.

Девушка открыла свои глубокие тёмно-голубые, как омуты океана, глаза и посмотрела на него.

– Всё нормально? Слышите меня? Понимаете? – быстро проговорил корнол на ни разу не слышанном, однако, как это ни странно, вполне понятном мне языке.

Хотя пора бы уже привыкнуть ко всем своим странностям.

Чем-то он был похож на тот язык, что мы использовали, когда общались с Лениавесом, но был более певуч и мелодичен.

В ответ на его вопрос девушка лишь закрыла глаза и, похоже, хотела ответить что-то, но корнол ей этого не дал сделать, успокаивающе погладив по руке. А потом обратился ко мне:

– С ней всё в порядке, только нам нужно немного времени, чтобы она пришла в себя и смогла восстановить свою магическую энергию. Девочка совершенно истощена как духовно, так и физически.

Вероятно, только сейчас поняв, что кроме неё и корнола в беседке есть кто-то ещё, девушка посмотрела мне прямо в лицо и в явном удивлении раскрыла глаза.

«Хуман» – так и читалось в её огромных и таких прекрасно-глубоких омутах.

Видимо, удивление было настолько сильным, что девушка опять потеряла сознание.

– Это я что, настолько страшный? – с подозрением спросил я у Лениавеса.

– Не знаю, я не большой эксперт в мужской красоте. Тем более других народов. Но по мне, такой же, как и большинство других хуманов, не хуже и не лучше. Обычный, в общем.

– Тогда что её так удивило или напугало в моём лице? – не понял я.

– А мне откуда знать, я не эльфар. Может, она вас ни разу не видела или ещё что. Кто этих высокородных поймёт, – пробурчал корнол и начал упаковывать свой лук, поглядывая за стенку беседки.

– Что-то мне как-то непокойно. Нужно быстрее отсюда уходить, скоро повелители города хватятся недостающей стражи, – сказал Лениавес.

– Догадываюсь, – согласился я, – сам сижу как на иголках.

Корнол удивлённо посмотрел на меня.

– Мне тоже беспокойно, – разъяснил я свои слова и добавил: – Мне кажется, времени у нас совсем нет. Похоже, мы что-то упускаем. А поэтому лучше отсюда поскорее ретироваться, с этим я полностью согласен.

– А как же девочка? – Корнол кивнул на эльфийку.

– Придётся нести её на руках, – ответил я.

По всей видимости, корнол уже практически полностью пришёл в себя и поэтому не смог удержаться от комментария.

– И, судя по всему, столь ответственное дело ты не сможешь доверить никому, кроме себя, – подколол он меня. – Правда, должен тебя огорчить, столь тяжкая ноша будет обременять тебя не очень долго. – И уже вполне серьёзно продолжил: – У тебя хороший и сильный камень жизни, я такого большого и мощного лечебного артефакта ещё ни разу не встречал. Он быстро восстанавливается, восполняет затраченные на процесс излечения ресурсы, да к тому же аккумулирует в себе очень много сырой энергии жизни. Плюс имеет ещё какие-то не очень понятные мне лечебные свойства. Так что он очень скоро должен помочь ей. Тем более и наша подопечная тоже не так проста. Жаль только, в парке она не сможет побыть подольше. Ведь это её родная стихия. Здесь бы она восстановилась гораздо быстрее. – И, задумчиво посмотрев на неё, добавил: – Девочка очень сильный маг жизни.

«Точно, – между тем подумал и я, – как и ты сам. И в этом вы очень похожи. В вас есть что-то общее, даже больше – родственное. Кажется мне, ты об этом прекрасно знаешь, но почему-то не говоришь. Да и девушку ты узнал, ну или по крайней мере догадываешься о том, кто она. Больно уж подозрительно ты, мой пушистый друг, смотрел на её медальон».

Но ничего этого вслух говорить я не стал. Зачем накалять и так достаточно напряжённую обстановку. У всех есть свои секреты, включая и меня самого.

Я ещё раз осмотрел собирающегося в дорогу корнола, сам при этом на автомате упаковывая рюкзак и распределяя в нём новые вещи, которые принадлежали девушке. Внутрь попала её небольшая сумка с какими-то припасами и несколькими вещами, я не заглядывал внутрь, а также там оказался и её кинжал, вероятно выпавший из руки.

«Изящная вещица, – оценил я, повертев его в руках, – только не боевое это оружие, сделанная для красоты и престижа церемониальная вещь».

Это сразу было заметно по слишком тонкому и не очень гибкому клинку и совершенно ненадёжной рукояти.

«Не готовились вы, девушка, к этим приключениям. Не готовились, – подумал я, поглядев на неё. – А вот окунуться с головой в них вам пришлось. Этим мы и похожи. Я тоже не был готов к встрече с этим новым для меня миром. Странно всё это. – И, замерев на пару мгновений, закончил свою мысль: – Но мы всё ещё живы, и, видимо, кто-то здорово просчитался с нашим появлением здесь. Так не будем его разочаровывать. Поживём ещё немного».

В этот момент, будто прочитав мои мысли или заметив изменение моего настроя, корнол посмотрел в мою сторону и, прищурившись, спросил:

– Ну что, ты готов?

– Да.

– Тогда пошли, – сказал он и, поднявшись, двинулся в направлении выхода из беседки, как раз туда, где виднелась в полумраке ночи граница парка.

– Я слежу и контролирую территорию, ты не отстаёшь, – проинструктировал он меня и, взяв на изготовку меч, заскользил своей кошачьей походкой к ближайшему дереву.

– Понял, – ответил я, подхватив девушку на руки, и пошёл вслед за ним, параллельно ещё и сам сканируя окрестности на предмет внезапной опасности.

Но идти в молчании глупо. Нужно было обсудить сложившуюся ситуацию и наши дальнейшие планы.

– И каков наш план? – через некоторое время спросил я, сам с различных сторон прокрутив в голове наше положение.

Корнолу явно тоже хотелось услышать моё мнение, потому, когда я задал вопрос, он, немного подождав меня, пока мы с ним не поравняемся, начал говорить вполголоса:

– Сначала нам нужно место, где мы сможем отсидеться хотя бы какое-то время. Пока мы будем скрываться, нам нужно будет продумать, как мы отсюда выберемся. Сейчас ясно одно: опасность подстерегает нас как внутри города, так и за его пределами. Поэтому наш единственный шанс на спасение – это переждать, пока хотя бы одно из направлений станет более безопасным. А дальше уже придётся импровизировать и действовать по обстоятельствам, – закончил Лениавес. Однако, заметив мой серьёзный взгляд, направленный на него, похлопал меня по плечу. – Не переживай ты так. Я что-нибудь придумаю. Бывали у меня и более критические ситуации.

Но что-то я не очень поверил в его слова. Повлияло то ли ощущение смерти, что не покидало меня последние несколько минут нашего пути, то ли напряжённые и настороженные глаза Лениавеса, смотрящие то в мою сторону, то в сторону города или Леса, но я почему-то решил, что в более опасной заварушке, чем мы оказались сейчас, этому странному жителю этого странного мира бывать ещё не приходилось. А потому, посмотрев в его обеспокоенные глаза, я честно признался:

– Не густо. Большего бреда я и не слыхивал. Это не план.

– Согласен, – не став отверчиваться и юлить, ответил мне корнол, – но пока ничего другого я предложить не смогу.

– Понятно, – констатировал я и, немного подумав и прислушавшись к своей интуиции, добавил: – К тому же есть ещё одно, что ты не учел в своих рассуждениях.

– И что это? – вполне серьёзно спросил он меня.

– Нам не дадут отсидеться в городе. Нас уже ищут. И ищут капитально, перетряхивая каждый камень в этих развалинах. Максимум у нас есть фора в пару часов. Я знаю и чувствую, что им очень нужна эта девушка, – кивнул я на эльфийку у меня на руках. А потом, ещё немного подумав, сказал: – Вдобавок есть у меня очень большое подозрение, что они заинтересуются и тобой тоже, как только смогут разглядеть и понять, кто ты. И ты это знаешь не хуже меня. Ведь я прав? – Я посмотрел на мгновенно смутившегося корнола.

– Да, – тихо подтвердил он, но потом более уверенно произнёс: – Но вот насчёт пары часов ты ошибаешься. У нас есть как минимум часов семь или восемь.

– Не уверен, – возразил я Лениавесу. – Они знают тут каждый камешек, дом, улицу, куст, дерево и даже отвалившуюся с него веточку. Поэтому нас найдут по нашим же следам менее чем за пару часов. Слишком давно нежить обосновалась в этом городе.

– И что ты предлагаешь? – спросил он. – У тебя есть какой-то план?

Прислушавшись к своей интуиции и затем посмотрев сначала на него, а потом на девушку у меня на руках, я ответил:

– Это не план. Это путь к спасению. Но тебе нужно довериться мне.

И я снова посмотрел на него, потом переведя взгляд на небольшой домик, видневшийся за его спиной.

– Так что? – спросил я у корнола.

Он, проследив за моим взглядом, лишь пожал плечами, но потом, даже не задумавшись ни на миг, ответил:

– Хоть ты и немного странный и непонятный северянин, но пока ещё ни разу не ошибался и не подводил меня. Значит, тебе можно доверять, поэтому я с тобой. – И, немного помолчав, спросил: – Так каков наш следующий шаг?

Усмехнувшись, я ответил:

– Он очень прост. Сейчас мы идём не в ту сторону. Там у стены нас будут искать, а значит, нас там ждёт западня. Так что разворачиваемся и двигаемся туда, где нас не ждут и сразу искать не будут.

И я повернул ровно на сто восемьдесят градусов, направляясь к центру города.

– Там же на каждом шагу нежить! – попытался остановить меня корнол. – Поверь, лучше попытать удачи у демонов, чем соваться в самое логово мёртвых.

Однако я, не замедляя шага, ответил:

– Всё так, как ты и говоришь. Но нам не нужно в самый центр. Нам туда. – И я показал на примеченное мной небольшое здание, похожее на хозяйственную постройку.

– Зачем? – удивился Лениавес.

– Она такая же, как и та, что стояла у стены, – стал объяснять я, – а значит, есть надежда найти там то же, что я заметил и в здании у стены.

– И что это? – постарался выведать у меня корнол.

– Ну, во-первых, там есть скрытые внутренние помещения, где мы сможем отсидеться какое-то время. Но главное – это второе: я, конечно, не уверен, но, как мне кажется, там должна быть возможность вырваться из города.

– Что-то я не понял. – Лениавес действительно не мог взять в толк, о чём я говорю.

Хотя чему тут удивляться, – по сути, я ничего ему не сказал.

– Мне кажется, в том домике у стены города я нашёл потайной ход, который вёл куда-то вниз. Возможно, он есть и в этой постройке. Ну а если его не найдём здесь, то вернёмся в то здание, где я его обнаружил.

Лениавес задумчиво посмотрел на меня и, покачав головой, очень тихо сказал, будто пробормотал себе под нос корнол:

– И когда это ты всё только успел? Ты ведь не маг. Это видно, но делаешь то, что не под силу простым хуманам. Странный ты. Странный северянин.

Не знаю, было это на самом деле или его слова мне только послышались и всё это не что иное, как бред больного сознания, но я его слова прекрасно услышал.

Лениавес ещё раз задумчиво посмотрел мне в спину и покачал головой.

Я же, делая вид, что не обратил на его оговорку внимания, двинулся к замеченному мной зданию.

И выбрал, если честно, я его не случайно, в этом корнол оказался прав. Я не сказал ему об этом, но точно знал, что в подобных постройках есть проходы, ведущие как в некие служебные помещения, так и в какой-то туннель под городом. В некоторых зданиях таких проходов по два или три, а в некоторых всего один. Я это выяснил, пока мы отсиживались в старинном особняке. Там тоже было такое небольшое помещение. Вот именно там я и разобрался с тем, как найти и открыть эти проходы. И там-то понял, что ведут они в совершенно разные места. И поэтому был уверен, что и здесь отыщется нечто похожее.

Только оставался вопрос: куда мог вести туннель, что лежал под руинами древнего города. Хотя я и не спускался в него, просто пытался рассмотреть от входа, куда он мог идти, но почему-то мне казалось, что наше спасение именно в нём. Интуиция мне подсказывала, что нужно идти не к границе города, а в его центр. Спасение где-то там. Поэтому я решил, что нужно воспользоваться именно им.

Тем более был ещё один аргумент за его использование. Нежить этими туннелями не пользовалась. По крайней мере, тем, что исследовал я. Там не было никаких следов пребывания мёртвых. Там вообще не было ничьих видимых следов. Поэтому я и не опасался, что там нас может поджидать засада. Но и понимал, что бдительности терять нельзя. Ведь почему-то нежить там не показывается, и этому может быть какая-то вполне веская причина.

К тому же туннель туннелю рознь. И если они не пользовались одним, то не факт, что и все остальные были заброшены.

Когда мы подошли к нужной постройке, я тихонько пнул дверь и быстро заглянул в помещение, проверяя его на сюрпризы, но внутри ничего и никого опасного не было. Меня об этом предупредил и мой охранный круг. Я по-прежнему контролировал территорию вокруг нас.

«Но осторожность всё же не повредит», – решил я.

– Заходи, – обратился я к Лениавесу, – справа от входа на уровне моего лица приложи ладонь, – проинструктировал я его. – После этого подожди несколько мгновений. Ты почувствуешь небольшую слабость, но это нормально, так и должно быть. А затем откроется дверь в нужное нам помещение. Там мы можем переждать, пока девушка придёт в себя, а потом постараемся открыть проход в туннель под городом. – И я подтолкнул его в открывшуюся дверь: нельзя было долго светиться на улице. Тем более я почувствовал приближение патруля скелетонов со стороны парка. – Быстрее, – поторопил я, кивнув направо и оглядываясь, пытаясь рассмотреть тот проход, откуда, по моим ощущениям, приближалась опасность. – Да, кстати, – вспомнил я, – поосторожнее там, прихожую бывшие хозяева города использовали или используют его нынешние обитатели под склады, так что помещение может быть захламлено.

Но не успел я это произнести, как изнутри донеслось чертыханье.

– Тарк! Кто набрасывает столько хлама под ноги?! – выругался корнол, выглядывая из помещения, в которое зашёл.

А через несколько мгновений, я даже сделать ничего не успел, он повалился безвольной тушкой на пол.

– Это что сейчас было? – проговорил я, подбегая к нему.

Жив, здоров, только без сознания и полное энергетическое истощение. Таков был вердикт Диагноста.

«Так, это его открытие двери во внутренние помещения настолько ослабило», – сделал я вполне очевидный вывод.

Я ясно видел, как ожила охранная структура помещения, как по её элементам стала растекаться откачанная из корнола с неимоверной скоростью энергия.

Но дверь не открылась.

«Не хватает энергии», – понял я и, положив девушку рядом с корнолом, повторил процедуру открытия дверей. Для меня она завершилась лишь небольшим приступом слабости. Как я и говорил корнолу.

На противоположной стене помещения приоткрылась дверь.

Распахнув её немного сильнее, я внёс внутрь сначала эльфийку, потом корнола и наши вещи и только потом активировал процедуру закрытия этой странной двери во внутренние помещения караулки, из которой можно было спуститься в туннель.

Посмотрев на моих спутников, лежащих без чувств, я решил, что и сам могу отдохнуть. Помещение, где мы спрятались, было полностью безопасным.

Устроившись у входа на случай внезапного нападения, я провалился в живительный сон.

Примерно через час я ощутил чьё-то удивление и небольшое чувство страха. И источник этих эмоций находился где-то вблизи меня.

Посмотрев в том направлении, я увидел широко распахнутые глаза девушки, глядящей прямо на меня.

«И почему же я вызываю у неё такую бурю чувств? – подумал я. – Нужно бы с этим разобраться».

Ну а пока необходимо разобраться с другими проблемами. А для этого хотелось бы девушку расспросить. Что же она здесь делает? Да и вообще, как здесь оказалась?

«Заговорить самому? Или привлечь к этому делу корнола? С ним она уже общалась, – необходимо продумать вопрос нашего с ней первоначального общения, чтобы не напугать её, – да и не факт, что у меня получится, кстати».

Вспомнил я о том, что даже не представляю, на каком языке должна говорить девушка. Та пара фраз, что я слышал, хоть и была мне понятна, но у меня не было полной уверенности, что я и сам смогу говорить на нём.

Правда, при этом у меня в наличии имелась пара смутных догадок, что не всё так страшно и если я побуду с ней рядом какое-то время, то впитаю знания её языка как губка. Примерно так же, как это было с корнолом.

«Но пока лучше попросить это сделать его, – понял я, – ведь лишний козырь в рукаве может пригодиться мне в будущем. Ведь неизвестно, как она относится к хуманам, да и её сородичи тоже. А так у меня будет больше шансов узнать это. Поиграем в немого туповатого дикаря. Решено, побуду пока шпионящим молчуном».

И, успокаивающе показав девушке руки с открытыми ладонями, я осторожно пересел к Лениавесу.

«Физическое и энергическое состояние объекта исследования в норме», – выдал Диагност, когда я посмотрел на своего друга.

Я, если честно, опасался худшего, однако истощение никак не сказалось на корноле, и он вполне быстро восстанавливал свои силы.

«Надо будет отдать ему камень, с ним он придёт в норму гораздо быстрее. Девушке-то его помощь, похоже, уже не нужна», – решил я, заодно оценив и её физическое состояние.

«Полностью здорова», – выдал я собственный диагноз.

«Восстановительные процедуры не требуются», – доложил Диагност.

Разобравшись с физическим состоянием своих спутников, я тихонько потрепал Лениавеса по руке и, дождавшись, когда он откроет глаза, шёпотом сказал:

– Девушка очнулась. Надо с ней поговорить.

– Понял, – быстро сориентировался, будто и не лежал несколько мгновений назад бессознательной тушкой, тот. А затем, встав и оправив одежды, подошёл к нашей подопечной: – Добрый день. Ещё раз, – сказал он и выполнил какой-то замысловатый и очень элегантный полупоклон.

«Ах ты, хитрован придворный, не в Лесу же ты таким манерам обучался, – подумал я, наблюдая за Лениавесом и запоминая его движения. – Да за одним твоим этим приветствием читаются десятки поколений высокородных предков. Простой наёмник. Как же! Что-то уж больно много ты, брат, недоговариваешь».

Между тем ментоинтерфейс досконально скопировал всю моторику движений корнола в этот момент, вплетая её в одну из ситуационных моделей.

«На будущее пригодится, – очень уж изысканно, элегантно и по-настоящему аристократично выглядели его движения, – „истинный ариец”», – пошутил я.

Кстати, это заметила и девушка. Можно сказать, что такие изысканные манеры корнола она явно не ожидала увидеть в этом месте.

А Лениавес продолжил разговор с девушкой, пока она не менее удивлённо, чем до этого на меня, сейчас смотрела на него.

– Простите, в прошлый раз у меня не было времени вам представиться. Лениавес. А тот дикий хуман, что сидит в углу, мой друг и помощник Баг. Он с севера.

«За „дикого” ответишь», – ухмыльнулся я.

Видимо, почувствовав мои злостные мысли на его счёт, корнол обернулся и сказал:

– Он хоть и дикий, но при этом очень добрый.

А я обратил внимание кроме его шутки ещё и на тот факт, что он назвался только именем, меня представил примерно так же, вероятно давая некую гипотетическую возможность нашей подопечной поступить аналогичным образом.

И она это прекрасно поняла. Благодарно кивнув ему, тоже представилась:

– Эрея.

Лениавес в удивлении поднял брови, как-то даже растерянно потёр подбородок и произнёс:

– Хм. Любопытно.

Похоже, он догадался гораздо о большем, чем желала сказать девушка, так как она в этот момент с каким-то чувством напряжения и страха взглянула на него.

Корнол же не переставал её разглядывать, будто стараясь что-то высмотреть в её красивом, идеальном лице, узнать знакомые или давно забытые черты в её точёном профиле волшебной богини.

«Он ищет сходство с кем-то известным ему», – вдруг дошло до меня.

Похоже, я оказался прав. Корнол тряхнул головой, будто сбрасывая наваждение или стараясь убедить себя в реальности происходящего. И в подтверждение какой-то своей догадки он перевёл взгляд на выглядывающий из одежды девушки амулет, который сейчас очень привлекательно покоился в небольшой ложбинке на её груди. Этот небольшой нюанс так и приманивал мой взгляд.

«Интересно. Это сделано специально? Или я уже настолько озверел и одичал тут в глуши, что принимаю желаемое за действительное».

Корнол же, даже не обратив на эту деталь особого внимания (или ему это совершенно неинтересно, или это в порядке вещей у эльфов, вернее, эльфиек, а может, и вообще в этом мире), проговорил:

– Любопытно, – и потом, уже себе под нос, так что его никто не должен был по идее услышать, но между тем я прекрасно понял всё, что он сказал: – Родовой кулон и родовое имя, очень похожа, но гораздо моложе. Это не она. – Затем, немного подумав, добавил: – Однако, по сути, это мало что меняет. – А потом, как-то неуловимо преобразившись и сделав вид, что пару мгновений назад здесь ничего не происходило, Лениавес, обратившись к Эрее, спросил: – Так что же вы тут делаете? И как здесь очутились? Не очень-то это подходящее место для прогулок в одиночку, тем более для молодой девушки.

Немного помявшись, Эрея посмотрела сначала на него, потом на меня и, решившись на что-то, сказала:

– Хорошо, я расскажу вам всё, что знаю сама, но и вы мне потом ответите на несколько моих вопросов? – Однако, заметив скептический взгляд Лениавеса, добавила: – Пожалуйста. Мне это очень необходимо, чтобы и самой разобраться в происходящем.

– Я подумаю над этим, – кивнул корнол. – Ну а сейчас мы слушаем вас. Вернее, слушаю я. Своему другу я потом переведу ваш рассказ, – мотнул он головой в мою сторону.

«Так он тоже не понял, что я знаю её язык. Ну или, как вариант, он подыгрывает мне. Однако буду придерживаться выбранной линии поведения, постараюсь молчать и говорить только на знакомом, используемом ранее при разговоре с ним наречии».

Эрея же, помолчав пару мгновений, начала говорить:

– Несколько дней назад мы с посольским караваном направлялись из столицы Лесного княжества в империю Ларгот. Ничего секретного или особо важного в посольстве не было. Делегация была сугубо образовательная. Мы, несколько выбранных молодых эльфаров с хорошими показателями во время предыдущей учёбы в княжестве, должны были по договору между князем и императором поступить в Академию магии империи Ларгот. По сути, вот всё. – Она замолчала, вспоминая что-то произошедшее с ней, а потом, как какой-то неживой и безэмоциональный автомат, сухим голосом стала перечислять события, будто отчитываясь перед нами. Хотя мне показалось, что говорит это сейчас она не нам, а кому-то в своём сознании. Кому-то, на кого она всё это время надеялась, но кто так и не пришёл ей на помощь. – На вторые сутки пути, под вечер, на наш караван напали. Я не уверена, но мне показалось, что среди нападавших были тёмные грахты. Во время отражения атаки я отбилась от каравана. Это заметили нападавшие и выслали за мной погоню. Я решила уйти с известного пути и скрыться на территории Леса. Думала, смогу оторваться от них и спрятаться. Но план не сработал, они не отставали. Во время преследования мой пегас был ранен, к тому же он использовал свою жизненную силу, чтобы спасти меня от преследования. Но это не помогло. Преследователи были на грифонах, что давало им неоспоримое преимущество на длинных дистанциях. Однако в мою пользу сыграло то, что, вероятно, им был дан приказ захватить меня живой. Поэтому мой Лютик, так звали моего пегаса, смог донести меня до города. Но тут силы оставили его, и он, скорее всего, упал. Правда, я ничего этого уже не видела, так как сама потеряла сознание несколькими часами ранее. Очнулась я уже здесь, в городе. Не знаю точно, сколько времени пролежала без сознания, пока мой лечебный амулет восстанавливал моё здоровье, но когда я очнулась, то обнаружила себя в одном небольшом полуразрушенном склепе. Следующие три дня я отсиживалась в нём и ждала помощи. Я надеялась, что меня будут искать. Но помощь так и не пришла. А потом я обнаружила, что этот город полон нежити. У меня практически не оставалось энергии, чтобы поддерживать работу маскирующего заклинания, и потому я решилась на отчаянный шаг. Простым поисковым плетением я обнаружила тот небольшой парк, в котором вы меня нашли, и устремилась к нему. Сейчас я понимаю, что уже тогда была не в себе, что у меня от пережитого помутились мысли, что я не могла адекватно и трезво оценивать обстановку. Иначе я сразу бы поняла, что это должна быть ловушка, особенно когда определилась с тем источником магии, что поддерживает жизнь этого мёртвого города. Ну а дальше вы, похоже, в курсе. В парке на поляне я попала в ловушку и готовилась к смерти. Я не собиралась попадать к ним в руки. Единственное, что я не поняла, – так это то, что беседка и была алтарём. Но тут вмешались вы со своей командой, остановили и спасли меня. Вот и вся моя небольшая история. Это если не вдаваться в подробности, которых не так и много, и воспоминания о них не доставляют мне особого удовольствия. Это всё.

Девушка замолчала, с ожиданием смотря на Лениавеса. А тот обдумывал только что услышанный рассказ.

Чтобы не отходить от своей легенды, я обратился к корнолу:

– Что рассказала девушка?

Он посмотрел на меня и потёр подбородок.

– Пока не время, мне нужно обдумать услышанное. Если вкратце, то на них напали, она сумела сбежать, но выбрала неудачное место, чтобы спрятаться от нападавших. Остальное очевидно. Как результат, все мы сидим сейчас здесь, в этом странном помещении непонятного мне назначения. – И он примолк, остекленевшим взглядом смотря в стену. Потом вдруг встрепенулся: – Да, кстати, её зовут Эрея, если ты вдруг не понял, – и опять замолчал.

Но много времени на обдумывание ему не дали. Девушка шевельнулась и, пытаясь привлечь к себе внимание, спросила:

– Простите. Вы помните, обещали ответить на мои вопросы?

Корнол посмотрел на неё и, ещё немного помолчав, видимо вспоминая свои слова, произнёс:

– Я обещал подумать над этим.

У девушки потух взор и опустились плечи. Было видно, что ответ Лениавеса её очень расстроил. Однако корнол сказал:

– Спрашивайте. Если смогу, то помогу вам. Однако не рассчитывайте на многое.

Эрея просияла. Её глубокие океаны глаз так и заискрились каким-то волшебным внутренним светом, озарившим все вокруг.

– Спасибо, – искренне ответила она и, собравшись с мыслями, а заодно и явно набравшись храбрости, задала, похоже, давно мучивший её вопрос: – Простите, но что здесь делает он? – И она не очень вежливо, но при этом необычайно нежно, будто гладя воздух, проведя рукой, указала в моём направлении.

– А в чём дело? – не понял вопроса корнол. – Он мой напарник, компаньон. В Лесу без этого очень сложно.

– Да, я это понимаю, – кивнула девушка, но всё ещё настороженно продолжила свой расспрос: – Но император знает об этом?

– А зачем ему это? – удивлённо уставился на неё Лениавес, и было видно, что он действительно не понимает, что же от него хочет эльфийка.

Разглядев это его непонимание, Эрея уже с какими-то внутренними сомнениями и всё возрастающим в глазах и на лице недоумением очень тихо, будто прошептав про себя, спросила:

– Что здесь делает сын императора Лекарта Седьмого?

Поперхнулся не только я, но и корнол, таким выразительным был его взгляд. Да мне и самому еле удалось сдержать невозмутимое выражение на лице. Ведь я вроде как не понимаю их речь.

«Ну, теперь, по крайней мере, мне понятно то удивлённое выражение лица, с которым она всё время смотрела на меня», – еле вползла в мою голову медлительная мысль.

– Живёт он тут, – всё ещё не мог прийти в себя поражённый Лениавес, но потом, будто осознав только что произнесённое, он исправился: – Простите, но вы несколько сбили меня с толку своими словами. Я могу вас уверить, что это не он. Я имел честь быть представленным семье императора несколько месяцев назад, мой друг совершенно не похож на него. Насколько я знаю, наследный принц ещё по крайней мере две недели назад был в столице. Он, так же как и вы, должен был поступить в Академию магии империи Ларгот и стать студентом факультета рейнджеров.

Девушка приподняла руку, останавливая речь Лениавеса, и попросила его дослушать её до конца.

– Я не говорю о наследном принце. С ним я тоже хорошо знакома. И я вижу, что это не он. Сейчас речь идёт о младшем сыне императора.

– Но ведь он пропал больше десяти лет назад, – возразил ей корнол.

– Да, я знаю, – ответила Эрея. – Вот и представьте себе моё удивление, когда я вижу его прямо перед собой, посреди мёртвого города древних магов, затерянного в глуши Гигантского Леса. – И девушка новым взглядом окинула мою фигуру. – Да, это он, – будто для самой себя повторила она. – Вырос, возмужал, очень сильно изменился, но это он.

– Но почему вы в этом так уверены? – попытался выведать у неё Лениавес.

На несколько мгновений Эрея задумалась, а потом, набравшись сил, выпалила на одном дыхании.

– Потому что я – принцесса Эрея, дочь великого князя Лесного княжества Элеэя Третьего. – И гордо, даже как-то свысока взглянула корнолу прямо в глаза, на которого, правда, этот жест не произвёл совершенно никакого впечатления, в результате чего она несколько замялась, стушевалась, но потом взяла себя в руки и так же на одном дыхании произнесла: – А ещё я знаю это потому, что этот пропавший хуман – наречённый жених моей племянницы. И потому, что в его ауру вплетён наш родовой герб. А так было сделано лишь единожды, когда провели обручение принца Ар’Тура и принцессы Теи.

У меня отвисла челюсть. Лениавес ошеломлённо хлопал глазами.

«Вот это да, – раздумывал я, – вот это я попал…»

Меня с кем-то спутали. И спутали очень даже основательно. Да не просто с обычным крестьянином или дворянином. А с кем-то, принадлежащим императорскому роду.

«Во что я вляпался?»

А «где-то там» раздался тихий и хрипловатый смех. «Это только начало, мой мальчик. Только начало», – прошептала тишина, укрытая покрывалом мрака в одном из самых нижних и закрытых планов реальности.

Глава 6

На мою реакцию от прозвучавшего известия, которым обрадовала нас Эрея, никто не обратил внимания. Понял я это потому, что Лениавес, встрепенувшись, повернулся ко мне и первым делом постарался что-то разглядеть в моём лице. Но похоже, не найдя, что искал, опять повернулся к девушке:

– Я не сомневаюсь в ваших словах, принцесса, но вы в этом точно уверены?

– Да, – ответила она, – я присутствовала при заключении этого политического тройственного брачного союза, и хоть я тогда была ещё мала и сама мало чем отличалась от обручённых, но процедуру инициации запомнила очень хорошо.

Что-то зацепило меня в её фразе, но я так и не мог понять, что резануло мой слух. И похоже, не только меня одного.

– Стойте. Что ещё за тройственный союз? – вдруг удивленно, прервав Эрею, проговорил корнол. – Насколько я знаю, заключение брачного договора подразумевает две стороны. Или я что-то не понимаю?

«Точно, это оно, – подумал я, это была та мысль, что старалась ускользнуть от меня. Мне тоже стала интересна эта маленькая деталь, хотя первоначально я и не обратил на неё особого внимания, пока корнол не упомянул о ней. Я-то не знал, что это что-то необычное, кто этих эльфов поймёт, но если рассуждать логически, то мой друг прав. – Брачный договор обычно заключается между двумя сторонами».

Видимо, эта оговорка у девушки вырвалась случайно. Она и сама пока не полностью пришла в себя от всего пережитого и, похоже, всё ещё не могла сосредоточиться, успокоиться и начать полностью контролировать свои слова, эмоции, мысли и реакции. Хотя и вряд ли она была интриганкой, в это очень слабо верится, особенно если учесть ту обстановку, в которой она родилась, жила и вращалась. Королевский двор не то место, где можно оставаться простодушной и недалёкой личностью. Если кто-то хочет там выжить, то этот некто должен впитывать мастерство хитрости и интриг с молоком матери, а потом оттачивать его всю оставшуюся жизнь. А жизнь у эльфов из тех немногих фактов, что мне известны, должна быть очень долгая.

Но как это ни странно, замечание Лениавеса попало в цель. Девушка очень смутилась, и мне даже показалось, что она готова была провалиться на месте, лишь бы не отвечать на поставленный вопрос. Однако корнол с ожиданием и настойчивостью продолжал смотреть на неё.

И Эрея сдалась.

– Только не говорите ему этого, – очень тихо попросила девушка Лениавеса, осторожно указав взглядом в мою сторону.

«Ну а теперь-то я чем ей мог не угодить? – подумал я. – Уж разобрались вроде как во всём. Или не во всём?» – закралась мне в голову подозрительная мыслишка.

Между тем девушка продолжила.

– Пожалуйста, – обратилась она к Лениавесу, – прошу вас. Вы – аристократ. Высокородный. Вы из нашего общества. Вы поймёте меня. – В её словах не было никакой патетики или заламывания рук, простая констатация факта и просьба о помощи и понимании к Лениавесу. – Мне очень трудно это сказать малознакомому корнолу. Но без этого не будет дальнейшего доверия между нами. Поэтому я очень надеюсь на ваше благородство. А это значит, дальше всё будет зависеть от того, что вы решите сказать своему другу. – И, поясняя свои слова, на немой вопрос, промелькнувший на лице корнола, сказала: – Я наблюдала за Багом всё то время, пока мы говорили с вами. Он нас не понимает.

«И как это ты, интересно, поняла?» – задался вопросом я, ведь, по сути, девушка сделала совершенно неверный вывод. Я её прекрасно понимал, включая малейшие нюансы разговора и даже, как мне кажется, улавливая эмоциональный настрой и скрытый подтекст разговора.

– Он не знает высокого эльфара, – продолжала она, – хотя это странно. На лесном наречии с вами он говорит достаточно свободно. – И, помолчав немного, добавила: – Однако это не имеет особого значения. Суть в том, и это для меня главное, что то, о чём я вам рассказала, в дальнейшем останется для него загадкой.

– Эрея, почему вы так решили? – уточнил Лениавес.

Девушка посмотрела на меня, потом на корнола и ответила:

– Я наблюдала за ним. Аура лгать не может. Вы ведь знаете, что я маг жизни. Для меня это основа – работа с аурой. Не буду хвастать, но я достаточно сильный маг жизни. Возможно, даже не хуже вас и уж гораздо сильнее его.

– Да, я это вижу, – подтвердил корнол.

– Так вот, во время нашего разговора в его ауре не происходило никаких изменений или каких-то резких колебаний. И это если учесть, что на него не наложено даже никаких маскирующих плетений. Этот хуман абсолютно спокоен и задумчив. Это никак не вяжется с теми известиями, что я вам сообщила. Должна была последовать хоть какая-то реакция, но у него её не было. Между тем хотя вы и очень сильный маг разума и жизни, хотя контролируете своё магическое поле, хотя оно и скрыто у вас маскирующим плетением, но даже сквозь него я почувствовала усиление напряжённости магической оболочки и всплеск магической энергии, когда вы услышали то, что я вам сообщила. Отсюда я могу сделать единственный вывод: он нас не понимает и ждёт, чтобы вы перевели ему наш разговор.

Девушка замолчала. Я же подумал: «Значит, Искатель очень основательно скрывает мои эмоции и чувства, или выставив наружу какую-то их эмуляцию, или гася все значительные всплески и пики. Или, как идеальный и наиболее оптимальный вариант, он совмещает оба принципа, но, главное, всё это прекрасно работает и местные ходячие детекторы лжи, – я непроизвольно взглянул на девушку, – не могут разобраться в моих чувствах и мыслях. И это с учётом той ментальной защиты мыслей, о которой мне говорил когда-то корнол».

Необходимо иметь это в виду. Но не нужно на всё это надеяться. Корнола вон Эрея прочитать смогла. Хотя это сделал и я. Однако может найтись и кто-то и более умелый, чем они, и этот некто вполне сможет разобраться с моей аурой (я думаю, под аурой они понимают менто-информационное поле). А поэтому надо бы научиться сдерживать или контролировать свои эмоции получше, особенно на данном уровне. А то ещё одно такое сообщение может выдать меня с головой и провалить всю мою легенду.

«Задание к разработке принято,

– доложил Искатель.

– Создание гипнопрограммы по внедрению ситуационной модели, соответствующей заданным параметрам, будет готово через три часа».

«Оперативно отреагировал», – мысленно похвалил я ментоинтерфейс и вернулся к прерванной нити разговора корнола и Эреи. Ведь главного до сих пор она так и не сказала. Что за тройственный союз и почему этот вопрос вызывает такую бурю чувств в душе Эреи, сводящихся к огромному смущению и растерянности? Складывается впечатление, что она не знает, как себя вести в присутствии меня и как сказать об этом корнолу.

«Но почему?» – так и не понимал я, правда, была у меня одна безумная догадка, навеянная интуицией. И уж больно интересно было мне услышать, насколько она соответствует действительности.

Смущение, интерес ко мне, достаточно быстрое узнавание и, самое главное, такое чувство, что она ещё не сказала всей правды.

Между тем Лениавес, помолчав, потёр подбородок, потом кинул задумчивый взгляд в мою сторону и всё же ответил девушке на её завуалированную просьбу:

– В принципе я с вами согласен. Я и сам придерживаюсь такого же мнения. Пока говорить всего ему не стоит. Это не из-за того, что я ему не доверяю, – быстро проговорил он, заметив сузившиеся удивлённые глаза девушки, – на то есть свои причины. Вы этого ещё не знаете, – и корнол вновь посмотрел на меня, – но слишком много странностей окружает моего молодого друга. И вам нужно знать об этом.

«Ах ты, пройдоха, – мысленно усмехнулся я, – „странностей”. Да там не просто странности, там одна сплошная загадка. Но ведь ты ей об этом ничего не сказал, вернее, сказал, но несколько перефразировав».

– Почему вы всё это мне говорите? – спросила девушка.

– Не знаю, – пожав плечами, признался Лениавес, – просто хочу, чтобы в будущем вы были готовы к ним. Или к тому, что они могут повлечь за собой. Почему-то мне кажется, что вы должны об этом знать, и гораздо больше других. Сам не понимаю, почему я так думаю и делаю.

– Спасибо, – искренне поблагодарила Эрея и задумчиво добавила: – У вас хорошо развита интуиция, вы знаете об этом?

– Да, я маг разума, в этом нет ничего удивительного, – махнул рукой Лениавес, а потом, будто вспомнив о чём-то незначительном, спросил: – Так что вы хотели мне рассказать?

Девушка, всё ещё будто набираясь храбрости и, видимо, убеждая себя рассказать кому-то постороннему о чём-то достаточно личном, тряхнула своей пышной шевелюрой, собранной в немного растрепавшуюся причёску. Её она на автомате, во время беседы, по мере сил пыталась, и достаточно удачно, на мой не очень профессиональный взгляд, поправить, укладывая выбившиеся локоны за свои немного вытянутые, не очень привычные для меня ушки или вплетая в своеобразные необычные косички. Затем, уже явно смутившись и очень стесняясь того, что она хочет сказать, Эрея отвела глаза, стараясь не смотреть в мою сторону, и почти шёпотом проговорила:

– Есть ещё одна причина, по которой я могу уверенно утверждать, что этот хуман – младший сын императора. Это был деловой, политический союз. Я проговорилась о нём случайно. Но похоже, вы не заметили мою ещё одну случайную оговорку, ухватив лишь показавшееся вам странным и необычным событие.

Глаза Лениавеса по мере слов девушки стали приобретать размеры двух огромных блюдец. Видимо, до него постепенно доходил смысл того, о чём она хочет ему рассказать.

– Вижу, вы догадались, – слегка улыбнувшись, промолвила Эрея, уже более смело и уверенно ведя линию разговора. – Я, забывшись, сказала, что была такой же, как они, когда присутствовала на церемонии. Но как вы понимаете, на таком серьёзном и ответственном мероприятии не место восьмилетней девочке. Если только она сама не является частью сделки, договора, называйте как хотите.

«Чёрт бы меня побрал, – понял и я то, что хочет сказать Эрея. – Похоже, жениться-то я должен был на ней, а не на её племяннице».

Но моя интуиция как-то не подтвердила этот вывод.

«Тогда неужели, – я пристально посмотрел на девушку, – тройственный союз – это принц и две принцессы? И это на вполне законном международном уровне. Не мне лезть в их огород, однако у них тут и нравы… Хотя, похоже, девушку это тоже очень смущает, видимо, раньше она на это не обращала внимания, а теперь понимает, что должны были означать те самые подписанные их родителями листочки бумаги, или на чём у них тут заключаются подобные политические договоры. И ей это не очень по душе. Но и возразить она не может. Политика, однако».

Эрея вздохнув, будто освобождаясь от тяжести давно мучившего её груза, продолжила рассказывать, подтверждая мои выводы:

– Мало кто знает, что тогда был заключён тройственный союз о взаимопомощи и поддержке. А скреплён он был брачным договором и древним обрядом обручения между тремя не наследными отпрысками королевских родов империи Ларгот, Лесного княжества и анклава Релак.

– Демоны, – удивился Лениавес.

И про себя подумал: «Так вот куда пропала старшая дочь князя». Эти его мысли я очень отчётливо услышал и сам задался вопросом: «Демоны? Это те, что устроили на нас облаву, или другие? И при чём тут князь и его дочь? Хотя если подумать, то Эрея говорила о своей племяннице, а значит, это внучка князя, и она должна по определению быть чьей-то дочерью. Почему бы не сестры Эреи. Только отсюда следует ещё один интересный вопрос: откуда Лениавес так хорошо знает семью князя эльфов, что так уверенно подумал о старшей сестре Эреи?»

Но тут меня от мыслей отвлекло продолжение разговора. Девушка как раз отвечала на вопрос корнола.

– Да, – кивнула Эрея. – Принц империи Ларгот, тогда ещё десятилетний мальчик, должен был по достижении мной и Теей совершеннолетия взять нас в жёны. Брак предполагал стать политическим и полностью быть узаконен по достижении всеми нами совершеннолетия, его предзначение – ещё сильнее укрепить взаимосвязь между нашими государствами. Но что-то пошло не так. Почти сразу после церемонии на кортеж императора напали. Самого императора в нём не было, он всё ещё был на переговорах. Однако там находился его сын. Когда к нему пробилась охрана, мальчика уже не было, а вся карета, в которой он ехал, оказалась залита его кровью. Маги старались восстановить иллюзию произошедших там событий. Но кто-то не поскупился и оставил там камень с нестабильной магической структурой. И когда маги начали работать, произошёл взрыв, смешавший все магические поля и потоки на несколько километров вокруг. С тех пор прошло десять лет, и о сыне императора больше не было слышно. Он будто растворился, исчез. Лучшие маги и рейнджеры трёх наших государств пытались разыскать его. Но всё было тщетно. Это не стало тайной, и поэтому я рассказываю об этом достаточно свободно, просто многие уже забыли об этой истории. Но тогда это происшествие наделало много шума. Однако суть в другом. Для меня и Теи эти события имели ещё одно немаловажное последствие. Во время церемонии нам всем троим в ауру вплели новый родовой знак, объединяющий нас в единый род и сплетающий наши линии судьбы в будущем в единую нить. Это делается всегда при венчании или во время образования новой семьи, ведь перед богами мы должны предстать как одно целое. Правда, в нашем случае был использован несколько усложнённый вариант, он очень похож на инициацию родовой печати или метки, ведь нас было трое. И именно по этой нашей родовой метке маги смогли установить, что сын императора не погиб. А значит, и расторгнуть наш брак, как и союз, с тех пор мы тоже не могли. Для этого нужны неопровержимые доказательства, что Ар’Тура нет в живых. Но тело его найдено не было, и, что самое удивительное, печать не распалась, как должно было бы произойти в случае его смерти. А поэтому императорская семья до сих пор не потеряла надежды разыскать своего сына. – Вздохнув, Эрея задумчиво посмотрела в мою сторону и, уже не отводя взгляда, будто свыкаясь с какой-то мыслью, продолжила: – И представьте мое изумление, когда сейчас в ауре этого молодого хумана я могу чётко различить печать нашего общего родового герба. Она, конечно, не такая, как у меня, но это не имеет значения. Прошли годы. Естественно, она должна была измениться. Но её основа всё та же. И не узнать её я не могу. Ведь в моей ауре есть точно такая же. Я почувствовала родственную своей печать сразу же, как только очнулась и увидела Бага вблизи себя. Поэтому я уверена в том, кто сейчас стоит передо мной. Жаль, что он не маг, он бы смог подтвердить мои слова. Но это можно сделать в любом месте, где есть сильные маги или жрецы, в Парне, у нас. Или подтверждение может дать любой маг крови. Но все они скажут то же самое. Этот хуман – мой и Теи жених, и, как следствие, он же Ар’Тур драконойд.

– Это уже интересно, – проговорил корнол, не поворачиваясь ко мне, – вы поставили меня в тупик. Я даже не знаю, можно ли говорить это моему другу и, вообще, что из всего услышанного пересказать ему.

– Расскажите ему всё, только не говорите обо мне и Теи, – предложила Эрея, – думаю, он сам дальше разберётся. А о нас мы расскажем ему позже, просто мне нужно время и… – Она замялась, но потом продолжила: – И я хочу посоветоваться с сестрой и Теей. Он узнает всю правду, но я прошу дать нам немного времени.

– Хорошо, – согласился Лениавес, – думаю, в этом нет ничего страшного.

И он повернулся ко мне, начиная пересказ того, что ему поведала девушка.

В исполнении корнола её рассказ стал гораздо короче и состоял только из фактов. Эрея меня знает, я младший сын императора, десять лет назад я пропал, с тех пор меня разыскивают. И вот сейчас мы все вместе собрались в этом дружелюбном городке.

После этого как-то само собой наступило молчание. Все старались обдумать текущее положение вещей.

Нужно было подумать, и основательно. Слишком неоднозначные выводы следовали из рассказа девушки.

«Вот это поворот, – подивился я, тихо выпадая в осадок от местных закулисных реалий. – Красавица Эрея, которая каким-то непонятным образом оказалась сейчас здесь. Не думаю, что очень уж отличающаяся от неё Тея. Правда, непонятно, как скажется на ней половина её отца. Он-то уж точно демон, коль в этом так уверен Лениавес. И есть у меня подозрение, что и с ней я познакомлюсь в скором времени. Однако суть в том, что пара самых завидных невест достаётся какому-то неизвестному мне победителю конкурса „Везунчик года”. В довесок я получаю должность пропавшего сына императора, узнать которого можно лишь по метке, оставленной во время церемонии. И она у меня есть. Один из главных свидетелей, так сказать, признал её подлинность. Возможно, проверить всё это можно ещё каким-то неизвестным мне способом. Помниться, Лениавес говорил, что нечто подобное могут сделать маги крови, да и Эрея упоминала что-то похожее. Правда, я на место принца не претендую. Но кто меня теперь будет спрашивать? Особенно в сложившихся обстоятельствах. Только вот интересно, какие это обстоятельства-то? Ведь я точно не принц.

И знать кроме меня это будет лишь тот, кто на него напал. А значит, если цель того прошлого нападения всё ещё по каким-то обстоятельствам не достигнута, то оно может повториться. А тот, кто готов воевать сразу против трёх государств, по определению должен быть опасным противником. Плюс ко всему наследие лорда с мутным и очень уж подходящим случаю пророчеством, а также плетущимися за ними проблемами. Плюс непонятный источник, который я активировал во время ритуала. Да ещё и этот город. Слишком много непонятного и неопределённого. Очень сильно расширился круг противников. Нужно быть готовым к встрече с ними, и я уверен, что её ожидание надолго не затянется. И очень уж большая ответственность за тех, кто теперь вроде как является моей семьёй. В прямом смысле этого слова. Сестра и две невесты (или уже жёны? Хотя нет, вроде пока невесты). Блин, как же бредово звучит. Кроме всего прочего – вся семья императора. Плюс семьи невест (жён). Не нравится мне всё это. Больно мутно и непонятно. Точно бред. Но теперь хотя бы ясно, зачем в меня столько вложили. Кому много дано, с того много и спросится. Вот, видимо, спрашивать уже и начали, – мысленно усмехнувшись, сам себе и ответил: – Постараюсь не разочаровать. Я понял свою роль. Защитник. Им нужен щит между ними и кем-то… с кем мне ещё придётся познакомиться».

Почему я сделал такой вывод? Да он напрашивался сам. Начнём по порядку.

Первое. Семья лорда Крайга Лересского. Чьим наследником, со слов Лениавеса, я теперь являюсь. Его дочь – Лейла. Её нужно защитить от врагов её отца. Она сейчас – единственный наследник и последний член семьи. Моё появление притянет все взоры ко мне. Это отвлечёт врагов лорда от неё, поможет удержаться роду от развала и потери своего места в совете и впоследствии даст возможность восстановить силу и влияние их рода (это если верить пророчеству). Если я в этот совет, конечно, попаду. Здесь проявляется Академия магии, где я, судя по всему, буду учиться и которую мне нужно будет закончить.

Второе. Принадлежность к императорскому роду. Причём наиболее близкая. Младший сын императора. Принц, хоть и не наследный. Есть свои плюсы и минусы. Плюсы даёт неясная перспектива родства с императорской семьёй. Они пока мне малопонятны, но в близости к власть предержащим всегда есть какая-то своя выгода. Думаю, и с ней я разберусь. Но вот минусы. С ними сложнее. Они явные. И я с ходу могу найти несколько. Прямые враги императора. Как государства, так и частные лица. Они всегда есть. Тот же союз, который пытались заключить. Сделано ведь это было не просто так, да ещё с таким сложным и надёжным процессом его закрепления. Потом тот, кто напал на кортеж. Явно не простой игрок. Знал, что и где будет происходить. Выбрал время. Единственная ошибка – не угадал, кто будет находиться в кортеже, или угадал? Неизвестно. Настоящего принца не нашли. Его смерть не подтверждена. Вероятно, будут повторные нападения. Из рассказа ясно, что там было месиво, и известно, что вся карета была в крови принца, это, скорее всего, определили точно. То есть работал тот, кто не боится крови. Но он не знал, что принц выжил. Правда, зачем унёс с собой тело? И куча остальных вопросов. Но этот некто может появиться и проверить, а настолько ли я настоящий принц, как обо мне думают. Далее: этот союз. Нападение должно было иметь под собой какие-то причины. За ним, вероятно, стоят или личные враги одного из государств или его правителей, или противники самого союза трёх государств. Или те, кто был против такого странного союза, как политического, так и реального. Фанатики, ортодоксы. Их не стоит сбрасывать со счетов. Думаю, у десятилетнего пацана личных врагов такого уровня ещё не было. Хотя, конечно, не мне судить о дворцовой жизни.

Далее – девушки.

Третье. Эльфы и Эрея. Личные враги их князя или союза. Большего пока сказать не могу. Разве что оговорка Эреи, что между ней и замужеством стоит лишь наличие моего хладного тела, однозначно подтверждающего мою смерть и её свободу. Так что подвох может быть и с этой стороны. Например, претенденты на её руку.

Четвёртое. Демоны и Тея. Из всего, что я знаю о них, это должны быть очень опасные и злобные создания. И последняя встреча с ними как раз подтверждает моё мнение. Остальное аналогично эльфам.

И последнее. Источник. За ним точно охотятся как минимум демоны. Но они не знают, кто тут был. Пусть и дальше так остаётся.

Отсюда можно сделать простой вывод. Принцем пока быть невыгодно. Смертельно невыгодно. Врагов, которые захотят, чтобы я канул в Лету, как и несколько лет назад, гораздо больше, чем друзей, о которых я пока ничего не знаю. Значит, нужно как можно дольше для всех оставаться простым парнем. Максимум – наследником лорда. И для начала разобраться с его проблемами. Но для этого необходима помощь Эреи и, по-видимому, Теи. Если она тоже маг, то сможет определить, кто я. Хотя, я думаю, правителям трёх государств тоже придётся рассказать всё. Так как кота в мешке не утаишь, и уж до них-то эта информация дойдёт, хоть и с опозданием.

Обдумав всё таким образом, я решил поговорить с корнолом.

– Лениавес, мне нужно, чтобы я и дальше оставался простым хуманом, в крайнем случае наследником лорда. Ты можешь попросить об этом Эрею?

– Что? – удивился корнол. – Но император и остальные нам не позволят умолчать о твоём появлении.

– Думаю, есть на это некоторые шансы, по крайней мере я на это надеюсь, а уж если попросить, чтобы это не вышло за пределы семьи, то…

Корнол и Эрея вздрогнули и непроизвольно переглянулись, чем очень позабавили меня, но я сдержался, чтобы не рассмеяться.

– …то, я так понимаю, – продолжил я, – что это вообще не уйдёт дальше королевских покоев.

– Хорошо, – сказал он и хотел обратиться к девушке, но она опередила его и на чистом лесном наречии сказала:

– Я слышала просьбу вашего друга. Она не идёт в противоречие с тем, что я хотела предложить ему и сама, – и обратилась уже ко мне: – Баг, о тебе узнает лишь мой отец и твои родители.

– Да, спасибо, – ответил я, – но, Эрея, вы забыли ещё кое о ком.

– Прости, – не сразу поняла она, о ком я говорю.

– Здесь несколько раз звучало имя Тея, и я думаю, что оно упоминалось не зря. Я ведь прав? – Я не стал говорить, о чём точно идёт речь, но уж совсем идиотом тоже прикидываться не стоило.

– Я предупреждал, – усмехнулся Лениавес.

– Да, – легко согласилась девушка, – тогда ещё несколько существ будут посвящены в вашу тайну, но все они мои родственники, и им в любом случае придётся узнать ваш секрет.

Было забавно слышать, как девушка не могла определиться, то ли говорить со мной в вежливой и высокопарной манере, то ли перейти на ты. Да я и сам этого не мог понять. Но для меня-то это норма, я часто перескакиваю с уважительного на фамильярное обращение и обратно. Есть за мной такой грешок. Но она-то этого не знает.

– Хорошо, меня это вполне устраивает, на большее я и не рассчитывал, – ответил я.

Поняв, что тут от меня больше ничего не зависит, успокоился, перестал переживать насчёт своего неясного будущего, тем более хуже вряд ли будет, и неторопливо начал паковать рюкзак.

– Надо собираться, – обратился я к обоим, так как оба прекрасно говорили на том языке, что мы общались с Лениавесом. – Мне кажется, вы оба уже набрались достаточно сил, чтобы продолжить путь. Да и оставаться здесь больше не стоит. Нас скоро обнаружат. Я в этом уверен.

Интуиция давно уже кричала о том, что пора уносить отсюда ноги, и я решил не противиться ей, пока у нас есть такая возможность.

– Уверен? – уточнил корнол.

Я лишь кивнул в ответ на его вопрос.

Посмотрев на меня, Лениавес и Эрея тоже стали собираться в дорогу.

* * *

– Дверь в туннель должна находиться примерно где-то под нами. – И я очертил рукой квадрат, расположение которого заметил по слабым энергетическим линиям, находящимся в полу. После того как я обошёл обнаруженную дверь по её периметру, то заметил небольшую энергетическую нить, отходящую от неё в направлении одной из стен помещения. – А открывается она там. – И я указал на один из барельефов, сохранившихся на нужной стене. – Похоже, нужно влить в неё немного энергии, чтобы активировать механизм открытия двери, – обратился я к своим спутникам.

– Сейчас посмотрим, – сказал корнол, – я всё-таки артефактор, хоть и не полный, однако работать с амулетами умею. – И он подошёл к указанному мной участку стены. – Смотри-ка, а ведь точно тут что-то есть, – подтвердил он мои слова, – но оно настолько слабое, что я могу ощутить только наличие какого-то плетения, встроенного в этот участок стены. Никаких подробностей. – И обратился ко мне: – Говоришь, влить немного энергии… – И уже более задумчиво: – Откуда ты всё это, интересно, узнал?

– Да, – согласился я с тем, что необходимо артефакт наполнить энергией, и постарался разъяснить свои умозаключения так, чтобы они звучали более правдоподобно. – В прошлый раз дверь, которую я нашёл, была слегка приоткрыта, – начал я, – видимо, её чем-то заклинило, а спусковой механизм, похоже, старался её или открыть, или закрыть, я не знаю. Но в результате там выгорела вся система, и поэтому я смог её обнаружить по остаточному следу на полу и стенах. Тут же я спроецировал то, что видел там, и получилось, что механизм открытия дверей должен находиться примерно в том месте, где я показал. Но коли там нет ничего видимого, то я предположил, что это что-то магическое. А значит, этому «нечто» для работы требуется магическая энергия. Всё относительно просто, – закончил я. Мне конец показался вполне логическим. А вот корнол и девушка смотрели на меня с удивлённо раскрытыми глазами. – Что-то не так? – спросил я. – Я где-то ошибся?

– В том-то и странность, – ответил мне Лениавес, – что нет. – И как бы невзначай спросил: – Ты знаком с учением монахов Драконьей гряды?

– Что? – не понял я, о чём говорит корнол.

– Ладно, оставим это пока. Значит, нужно влить немного энергии, – вернулся он к прерванной теме разговора. – Попробуем. – И приложил руку к нужному барельефу, прямо к центру плетения, как назвал его корнол. Мне это именование заклинаний понравилось больше, чем ментомодули или прочее, предложенное ментоинтерфейсом.

Буквально через пару секунд плита в полу перед нами с необычным глуховатым щелчком, свистом воздуха и облачком пыли отъехала в сторону.

– Смотри-ка, работает, – удивился Лениавес и ещё раз задумчиво посмотрел в мою сторону. А затем тихо произнёс: – Откуда же ты такой свалился на мою голову? Вроде не маг и на монаха не похож. Жрец бы тут помочь не смог. Так кто же ты?

Не став обращать на его слова внимания, так как правду говорить я не собирался, а другого предложить не мог, я предпочёл проигнорировать его тихий вопрос и переключился на открывшуюся дверь.

– Со входом в подземелье, значит, не ошиблись, – проговорил я, собираясь спуститься вниз и делая шаг вперёд, но меня остановила девушка:

– Постой, там могут быть ловушки, это же туннель, построенный древними магами. Кроме того, нам необходимо освещение. Там темно. Возможно, там есть какие-то отравляющие или ядовитые примеси в воздухе, и нужно подождать, пока они выветрятся.

Прислушавшись к себе, я понял, что непосредственной опасности пока нет, но вот насчёт ловушек девушка права. Они там есть. Со светом и ядовитыми примесями она ошиблась. Свет как таковой в последнее время мне особо нужен не был, да и корнолу, насколько я понимаю, тоже. О девушке сказать не могу, но если что, то её поведет Лениавес. А вот примесей там нет, интуиция однозначно на это указывала. Опасности они не представляли. Поэтому я спросил:

– Чувствуете сквозняк?

Лениавес будто прислушался к чему-то, Эрея же, напротив, просто пожала плечами.

– Есть небольшой, – подтвердил мои слова корнол.

Я сверился с показателями ментоинтерфейса.

– Всё верно. Но это наверху, он небольшой, и поток воздуха направлен в туннель, но там, – и я указал рукой в направлении спуска в туннель, – он гораздо сильнее. Никаких отравляющих газов в туннелях при таком сквозняке остаться не может. Это первое. И второе: из него есть выход, и не один. Ведь сквозняк должен где-то начинаться и заканчиваться.

– Ты маг воздуха? – заинтересованно спросила Эрея.

– Нет, – ответил я, – по крайней мере, раньше не был. Просто привык доверять своим чувствам да пользоваться головой иногда. Поесть там, ну или поговорить. Иногда шлем на неё надеваю, он так красиво на мне смотрится и уши греет, – усмехнулся я.

– Шутник, – усмехнулся на мои слова Лениавес. – Только вот ушки ты зря упомянул, – тихо добавил он, чтобы услышал только я, – для них это несколько больная тема. – И он скосил глаза в сторону покрасневшей девушки. И оказался прав.

«Фигляр», – мысленно фыркнула Эрея, но я её прекрасно понял, то ли по тем эмоциям, что она испытывала, то ли по выражению её лица. Однако мысли её я прекрасно слышал.

Между тем она, отстранившись и приняв независимую позу, будто обращаясь не ко мне, а к какому-то пустому месту, спросила, хотя её интерес в этом вопросе так и летал в воздухе.

– Но как ты уловил течение потоков магической энергии воздуха?

– Почувствовал, – ответил я ей ту правду, которую она смогла бы понять, – почувствовал дуновение ветра, хоть и очень лёгкое. Как его не уловить или не заметить? Он есть всегда и везде. Даже когда ты его не чувствуешь, он всё равно есть.

– Странно, – сказала она, – я вот ничего подобного не чувствую, да и корнол тоже. А ты чувствуешь. Да и говоришь ты как маг воздуха. Они тоже уверены, что воздух составляет основу всего.

– И они не правы? – из интереса уточнил я.

– Не знаю, – ответила Эрея, – я чувствую только энергию жизни, для меня окружающее пропитано ею.

Оглядевшись, я обвёл руками вокруг.

– И даже сейчас? – Заметив её смущение, сказал то, что думал обо всём этом: – Странно, что вы не понимаете: без воздуха, так же как и воды, земли и огня, не было бы и жизни. А без жизни не было бы смысла в смерти. Всё в нашем мире взаимосвязано.

– Ты точно общался с монахами, – убеждённо проговорил корнол. – Только где ты мог с ними встретиться? Ведь никто не знает, где расположен их монастырь. – И он вопросительно посмотрел на меня.

– Если честно, то я не знаю, о ком вы всё время говорите, даже не подозреваю, кто эти монахи Драконьей гряды, – признался я, ставя точку в этом вопросе.

– Странно. Действительно, он говорит правду, – подтвердила Лениавесу мои слова Эрея и, уже обратившись ко мне, сказала: – Понимаешь, очень уж твои слова похожи на то, что приписывают учению этих загадочных монахов.

– Ну, не знаю. Это просто мои мысли, – ответил я. Немного помолчав, поторопил: – Но давайте-ка вернёмся к нашей проблеме. Эрея, ты права, в туннеле есть ловушки. В этом я и не сомневался. Но вот со светом всё должно быть проще. Мне он не очень-то и нужен. Да и корнолу тоже. Что ты можешь сказать о себе? Ты хорошо видишь в темноте?

Девушка задумалась, а потом ответила:

– Ну, я не тёмный эльфар и не рейнджер, но всё-таки маг жизни, а поэтому могу преобразовать свои глаза так, будто на них наложено плетение «Ночное зрение». Правда, продержится это преобразование не больше двух часов, как и обычное заклинание, позволяющее видеть в темноте.

– Хорошо. Это лучше, чем ничего. И сколько раз подряд можно использовать этот способ?

– Если в нормальных условиях, то один, потом моим глазам нужно отдохнуть, иначе они приобретут постоянную сверхчувствительность к свету и я сначала не смогу переносить дневное освещение, а потом вообще могу ослепнуть. Если принять определённые меры, то я смогу выдержать три раза. Потом начнутся необратимые последствия, о которых я уже говорила.

– Понятно.

«Что-то я упустил, – не давала мне покоя какая-то мысль. – Ах да, время».

– Да, и ещё, тебе много понадобится времени на преобразование глаз? – уточнил я у девушки.

– Нет, само изменение проходит достаточно быстро, порядка трёх-четырёх минут, но потом мне потребуется некоторое время на адаптацию к новому зрению. И тут нужно как минимум минут пятнадцать.

«Не так и долго», – понял я, это время у нас ещё есть, по крайней мере так мне подсказывали мои чувства.

– Значит, приступай к преобразованию сейчас, – сказал я ей и обратился уже к обоим своим спутникам: – Отдыхаем ещё немного и ждём, пока Эрея будет готова. – А потом, немного подумав, добавил: – Хотя нет. Лениавес, ты присмотри за девушкой и входом в туннель, а я пока пойду разведаю ближайшие окрестности.

– Но… – хотела что-то возразить девушка, однако тут же замолчала, наткнувшись на серьёзный взгляд корнола.

Я, конечно, заметил эту игру в гляделки, хотя мне была не очень понятна её причина, однако попытался успокоить девушку, сказав:

– Спасибо, я помню о ловушках, постараюсь в них не попасть. Заодно узнаю, где и что находится и куда нам лучше двигаться дальше. А ты пока готовься к походу, – и повернулся к Лениавесу: – Всё, я пошёл, прикрой проход, но оставь небольшую щель, чтобы было слышно, что там происходит. Когда вернусь, дам знать.

Я спустился, уже не оборачиваясь. Больно напуганно и обеспокоенно выглядели глаза девушки.

«Неужели она за меня так сильно переживает?» – удивился я, взглянув на неё перед уходом.

Это было странно и непривычно. Много лет я жил сам по себе, и как-то необычно ощущать беспокойство о себе.

Но тут у меня за спиной в рюкзаке, о котором я уже и помышлять забыл, что-то зашевелилось, и моё сознание согрела мысль от моего маленького друга, который только что проснулся.

«Рыкун заботиться о детёныше. Детёныш – стая Рыкуна. – И маленький грызун выполз наружу, устроившись на моём плече. – Плохое место».

«Ещё какое плохое, – согласно ответил я. – Охраняй нас», – дал я ему задание.

Тот воспринял его всерьёз и, забравшись мне за воротник куртки, – наверное, сидеть ему там было удобнее, – ответил:

«Рыкун охранять. Рыкун предупредить, если увидеть опасность».

Спустившись на несколько ступенек и обогнув поворот узенькой лестницы, я оказался в широком тёмном туннеле, тянущемся в двух направлениях. Это ответвление явно сохранилось в гораздо лучшем состоянии, чем то, что я видел в первый раз. Судя по сквозняку, он был проходным. Но вот что-то моя интуиция подсказывала мне, что направление в сторону городской стены перекрыто и там нам не выйти.

«Похоже, или демоны нашли выходы из туннелей, или, что более вероятно, нежить знает о них и контролирует каждый выход из подземелий. Но тогда возникает вопрос: почему они сами сюда не сунулись? Прочесать подземелье, особенно если знаешь его, гораздо проще и быстрее, чем весь город. Так почему они всё ещё ждут?» И я задумчиво осмотрелся по сторонам.

Сероватый отблеск видимых предметов, струящихся разными потоками энергий, чётко указал на ближайшее расположение участка стены туннеля с ловушками. Под ним лежала небольшая кучка костей.

«Вот и одна из причин», – подумал я.

Но не это должно было заставить нежить остерегаться туннелей, здесь, скорее всего, было что-то ещё.

На это указывал и сам туннель. Узкие спуски в него явно были построены гораздо позднее самого туннеля, даже если судить по обработке и материалу, и имели они сугубо оборонительное значение. В таком узком коридоре один боец сможет сдержать большое количество противников. Но вот кто и на кого должен был нападать и почему, мне было непонятно. Тем более, судя по проходам, открывающимся изнутри, и самим горожанам, туннели тоже были необходимы для каких-то своих целей, и они ими регулярно пользовались, несмотря на опасность. Но делали это всегда с кучей предосторожностей.

«Зачем они нужны? Для чего вы спускались сюда?» – задавал я себе вопросы, осторожно прокрадываясь вперёд.

Далеко я не уходил. Нужно было просто осмотреть окрестности, но и на этом небольшом участке пути я нашёл пять ловушек. Две из них сработали ранее, на тех, чьи останки лежали у стены прохода. А вот три другие были активированы и только и ждали очередного «счастливчика».

Остановившись у первой из обнаруженных ловушек, я решил разобраться в принципе её работы.

По сути, всё было просто. Строился замкнутый контур или несколько контуров из тончайших, практически незаметных энергетических линий, при пересечении которых происходил обрыв связи и ловушка срабатывала. Источник энергии всегда поддерживал работоспособность двух таких ловушек, расположенных с разных подходов к нему. По идее никто не мог подобраться к источнику, не разрядив одну из ловушек. Когда ловушка срабатывала, она, по-моему, должна была восстанавливаться, но в одном из закутков почему-то этого не произошло. От этого и нечётное количество обнаруженных мной сигнальных контуров, активирующих ловушки в туннеле.

Разрядить её тоже можно было достаточно просто, всего лишь откачать энергию из плетения сигнального контура и закупорить её остатки в накопителе, чтобы плетение в самый неподходящий момент не возобновило свою работу. Единственную трудность составляло найти точки входа, позволяющие подключиться к плетению. Но их я нашёл без особого труда. Был небольшой опыт, поэтому я знал, что примерно и где мне нужно искать.

Найдя необходимые точки внедрения своих микроканалов в структуру плетения, я подключился к нему и, воспользовавшись руной «Переключатель», направил поток циркулирующей в нём энергии в свой внутренний накопитель. Так сказать, деактивировал ментомодуль, как прокомментировал мои действия Искатель. После этого я той же руной зациклил подачу энергии из источника на самого себя и перерезал канал передачи энергии в плетение руной «Стоп». В итоге сигнальное плетение хоть и сработало, но оно не смогло активировать ловушку от источника, так как он не смог передать в неё ментоактивную энергию.

После этого я принялся за изучение заклинания, используемого в качестве ловушки. Плетение, которое должно было сработать при её активации, чем-то походило на мой «Ментальный удар», но было основано на использовании другого типа энергии. В связи с этим оно имело некоторые отличия и, как сообщил мне Искатель, совершенно другой визуальный эффект. К тому же его действие должно было быть несколько отличным от того, что получалось у меня при использовании ментомодуля «Ментальный удар». Проанализировав его структуру и вычислив тип используемой энергии, ментоинтерфейс предположил:

«Данный ментомодуль основан на использовании ментоэнергии грубого сырого типа, именуемой местными жителями земной магией. Воздействие производится на структуру окружающего нас монолита под действием ментомодуля, в результате которого происходит его мгновенное расширение. Данный эффект сравним с работой гравитационного пресса и изменением гравитационной составляющей в локально взятом пространстве. Подобного эффекта невозможно добиться при использовании чистой ментальной энергии, поэтому данный аспект ранее не был затронут в исследованиях учёных и ментооператоров, занимающихся схожими вопросами в прикладной и экспериментальной областях ментооперирования».

После этого мне была представлена подробная трёхмерная модель реализуемого плетения и некоторых её составных компонентов, которые имели собственную самостоятельную ценность как полноценные микрозаклинания.

Закончил свой доклад ментоинтерфейс сообщением, что копия ментомодуля и наиболее перспективных его компонент занесена в базу знаний для их дальнейшего анализа.

Я же из всего вышесказанного сделал вот какой вывод: «Видимо, те, кто снабдил меня информацией, не всё знали о магии или, что более вероятно, исследовали только какую-то её часть. К примеру, магия элементов, которая здесь является нормой, та же магия земли, что, судя по всему, им неизвестна. Но проанализировать и смоделировать результаты её работы Искатель смог. Получается, что его общая теория магии относительно верна, только в ней рассмотрены не все аспекты относительно её прикладного использования».

Вообще, у меня сложилось впечатление, что те, кто создал Искателя и перенесли меня сюда, были сильны в так называемой магии разума и, возможно, частично владели знаниями из других областей, слишком неоднородная и неординарная информация ко мне поступала. И было необычно встретить то, на что в принципе отсутствовало какое-либо описание. Только результаты тестовых испытаний или проведённого анализа.

Получается, магия здесь более развита, чем у тех, кто меня сюда переправил. По крайней мере, в некоторых областях.

«Итак, выходит, что академия мне нужна не только в качестве отправной точки для решения проблем лорда Крайга, но и моих собственных. С телепортом-то я так и не разобрался».

Было пора возвращаться, а поэтому я разрядил две оставшиеся ловушки и хотел уже отправиться в обратный путь, когда проснулся тот хомяк, что живёт в груди каждого из нас.

«Помародёрствуем», – пошутил я и направился к первой разряженной ловушке.

Возле неё в кучке покоящихся костей отсвечивало несколько отдающих магией предметов и фрагментов костей. Два оказались какими-то фрагментами затвердевшей до состояния камня кости, и одно – небольшим изящным браслетом.

Не став анализировать найденные предметы на их свойства, я лишь убедился в их безопасности и поместил к себе в рюкзак. Кроме того, подумал, что магические накопители, да ещё и продержавшие заряд такой длительный срок, должны быть до жути ценным имуществом, а потому вернулся к тому участку туннеля, где в середине одной из стен сходились линии ментоэнергии, зацикленные мной. Предположительно там и должен был находиться разряженный накопитель.

Я поискал его, или то, что им может быть.

Накопителем оказался небольшой голубоватый кристалл, вставленный в специально созданный для него контейнер, встроенный в стену. Оттуда я и вытащил его вместе с кристаллом.

Убрав его в сумку, я прошёлся по коридору и нашёл остальные два накопителя, убрав их туда же.

«Ну, всё, тут закончил», – подумал я, направляясь в обратную сторону.

Но не успел сделать и десятка шагов, как со стороны узкой лесенки, ведущей в комнатку наверху, где меня должны были ждать товарищи, повеяло сильнейшей угрозой. Я чётко ощутил, что между мной и проходом притаилось что-то смертельно опасное. И эта опасность оказалась здесь далеко неспроста. Меня здесь явно ждали.

Постаравшись слиться с пространством, как это у меня получалось проделать в Лесу, я осмотрел свой дальнейший путь. Однако ничего необычного не обнаружил. Стены, пол, потолок. Тёмное окошко прохода на лестницу.

«Где же ты?» – задумался я, усиливая до максимальной чувствительности свои возможности и пытаясь обнаружить врага.

И вдруг буквально в нескольких метрах от себя я заметил какое-то странное колыхание воздуха, будто в этом месте искривлялось пространство. Ничего другого, выдающего нахождение там какого-то противника, не было. Это явление несколько напоминало маскирующее плетение личей. Но оно было гораздо совершеннее. Я даже не мог определиться со структурой этого ментомодуля, так как не мог разглядеть её.

Искривление пространства своим объёмом лишь на немного превышало размеры крупного человека. Поэтому я сделал вывод, что там находится кто-то человекоподобный. Но вот кто? Это оставалось вопросом. Почему-то я был уверен, что к нежити это существо не имеет абсолютно никакого отношения.

Однако, кто бы или что бы это ни было, оно постепенно двигалось в мою сторону и от него веяло нешуточной угрозой.

Правда, у меня сложилось впечатление, что этот неизвестный упустил меня из виду, после того как я слился с окружающим меня пространством, растворившись в нём, используя методику, наработанную в Лесу. И теперь противник движется лишь к той точке, где последний раз заметил меня.

Но даже при всём при этом разминуться в коридоре нам с этим неизвестным не удастся, я был почему-то полностью в этом уверен, а потому хотел подготовиться к предстоящей встрече с ним, хотя бы частично на своих условиях.

«Если я хочу жить долго и, возможно, даже счастливо, то нужно об этом позаботиться», – как-то отстранённо подумал я, одновременно с прагматичностью компьютера осматривая коридор и составленную ментоинтерфейсом его виртуальную модель. Нужно было выбрать место, где лучше всего я смогу реализовать свои способности и возможности.

И как это ни странно, но интерфейс утверждал, что лучшего участка туннеля с девяностопроцентной вероятностью мне для поставленной задачи не найти. Во-первых, есть возможность подготовить минимальную ловушку с возможностью попасть в тыл противнику. Во-вторых, можно реализовать несколько путей мгновенных перемещений. Ну и в-третьих, у меня было несколько секунд, чтобы всё это подготовить.

Приняв предложенный интерфейсом вариант действия, я приступил к его реализации. По сути, вся подготовка площадки для, похоже, неизбежно предстоящего мне боя заключалась в создании точек привязки к местности для использования их при локальной телепортации. На текущий момент это было одним из моих самых главных козырей как в умении нападения из-за угла, так и в мгновенном отступлении. Правда, к самому противнику, как я хотел это сделать вначале, маркер прицепить у меня не получилось. Его маскирующее поле обладало каким-то странным свойством, не позволяющим его идентифицировать и локализовать. Все обращённые к нему сканирующие плетения как бы обтекали это поле и не замечали его. Так же было и с маркером, он просто не мог ни за что там зацепиться.

Как я сам смог засечь этого неизвестного, я не понимал. Однако благодаря этому у меня появилась небольшая фора, и её не следовало упускать.

Я сделал два шага в направлении противника, затем вытащил небольшой агат из потайного кармашка плаща и спрятал его в щель стены, у которой сейчас остановился. Проверив, что противник всё ещё не обнаружил меня, я продолжил приготовления.

Сместившись несколько назад, я повторил аналогичные действия. Вытащил один из камней и спрятал его в небольшую щель в стене. И так было проделано ещё два раза. После этого пометил маркерами все четыре точки привязки, завязав их на спрятанные в стену магические камни.

«Канал для перемещения в случае столкновения разработан и подготовлен»,

– прокомментировал мои действия Искатель.

Не обратив на его шёпот внимания, сейчас он только отвлекал, я аккуратно освободил руки от лямок рюкзака, снял его и поместил в небольшую нишу, замеченную в стене туннеля во время подготовки точек привязки к местности. Что-то мне определённо подсказывало, что свобода манёвра мне может ещё понадобиться.

Дальше, бесшумно высвободив из ножен клинки, я стал дожидаться дальнейшего развития событий. И они не заставили себя ждать.

Если бы не моё ускоренное восприятие, то я бы и не заметил ни самого нападения, ни момента начала атаки, да и вообще мало что понял бы, увидел и разобрал в происходящем. И закончилось бы всё мгновенно и для меня плачевно-фатально.

Тем более, благодаря своим новым способностям, я отчётливо в одно из мгновений смог рассмотреть нападавшего. Это произошло как раз в ту самую долю секунды, когда с него на миг слетело маскирующее плетение.

Всё-таки это оказался не человек. Странное существо, хоть внешне и имеющее какое-то сходство с гуманоидом, но всё же больше похожее на какую-то эфемерную полусогнутую тень. Её обмотанное паутиной или каким-то непонятным рваньём суховатое туловище перемещалось хоть и странными, но от этого не менее плавными рывками. При этом его непропорционально длинные передние конечности, на которые это существо периодически опиралось, будто принюхивалось или прислушивалось к чему-то в окружающем пространстве, представляли нешуточную угрозу. Были они необычайно гибки, и создавалось такое ощущение, что жили они какой-то своей непонятной жизнью, однако при этом их хаотичные движения совершенно не мешали перемещению существа. Даже наоборот, казалось, будто его конечности, лоскутки его растрёпанного савана, само его колыхание переносит, перекатывает это существо в пространстве. Но и это было не главным. Практически мгновенно я обратил внимание на одну особенность этого существа, не заметить которую не мог. Меня привлекли когти на его передних лапах (или конечностях) знакомым чёрным отблеском ментальных энергий.

«Обнаружен ментомодуль „Разложения вещества”, аналогичный найденному ранее»,

– в ту же секунду выдал Искатель.

«Ну ничего себе коготочки, – прокомментировал я услышанное. Теперь понятно, почему оттуда так и веяло опасностью. – Аннигилятор вещества в чистом, ходячем, компактном виде. То же, что и у меня, только в другой реализации. И что странно – основа плетения одинакова. Больно много совпадений. Что-то много тут таких слишком уж опасных существ обитает. Сначала тот дракон, чей клык я нашёл. Теперь это. Явно прослеживается рука одного создателя. И заточены все они под один способ убийства, вернее, даже полного уничтожения противников, – рассуждал я. – Да что я говорю! – выговорил я себе. – Одного удара такой лапки хватит, чтобы отправить любого в мир иной, и никакая защита от этого удара не спасёт. И это ещё с учётом того, что этого гаврика сначала нужно было хотя бы обнаружить, что очень проблематично сделать из-за его совершенной маскировки. Как итог, мы получаем, по сути, идеального убийцу или диверсанта. Но вот что делать нам? Как быть дальше? Не хотелось бы, чтобы их тут было больше одного, но что-то мне подсказывает, что так оно и есть. Подземелье – это их вотчина. Теперь, по крайней мере, понятно, почему сюда не суётся нежить. А происходит это потому, что нежить тоже хочет жить. Ну и каламбурчик получился. Однако факт есть факт. Им сюда хода нет».

На этом моменте мои размышления прервало двигающееся будто в очень замедленной сьёмке существо, наконец достигшее своей цели, то есть места, где я находился несколько секунд назад.

Звуков не было, они просто не успевали за происходящим.

Гнетущая тишина. Взмах когтистой смертельной лапы ударяет как раз туда, где предположительно должна находиться моя грудь. Потом ещё один и ещё.

«Теперь-то понятно, что он хотел мне сказать не просто пугающее „бу-у-у” из темноты мрачного прохода», – пошутил я, активируя плетения телепорта.

«Прыжок!» – командую себе. И оказываюсь за спиной нападавшего.

Удар. Второй.

И понимаю: что-то пошло не так.

Мечи, как с какой-то невероятно гладкой поверхности, почти без всякого сопротивления соскальзывают с тела напавшего на меня существа и пролетают мимо него.

Я даже не успеваю отреагировать и осознать этот факт, как противник с нереальной для материального существа скоростью и ловкостью разворачивается в мою сторону. Плавность и текучесть его движений поразили меня. Даже с моим ускоренным восприятием его движения были слиты в единую непрекращающуюся вереницу связок и действий, которые не имели ни начала, ни конца. Существо будто растекалось по пространству, надвигаясь и наступая на меня.

Только чудом и благодаря какому-то исключительно острому чувству опасности, заставившему остановить руки с опускающимся оружием именно в этом месте пространства и зафиксировать его, мне удаётся подставить один из двух мечей между когтистой лапой существа и своей грудью, сдерживая её смертоносный удар.

Это спасает меня от смерти, но не от моего ахового положения.

Противник оказывается на голову выше меня как по своему мастерству и умениям, так и по своим возможностям и способностям. Естественным или привнесённым искусственно – сейчас не имело значения. Одни его смертельно опасные когти чего только стоят. Но к ним, как оказалось, добавляются не только удивительные маскировка и защита, но и нереальная скорость и сила.

То преимущество телепортации, что у меня было в начале боя, дало мне шанс нанести первый удар, но я его не смог реализовать. И теперь я расплачивался за свою небрежность и самонадеянность. Расплатой послужил последовавший за первым удар, который и поставил меня на место и вправил мне мозги. Но, кроме всего прочего, именно он и спас мою жизнь.

Я наконец начал думать и анализировать, чего не должен был прекращать делать никогда и ни при каких условиях. Мне нельзя действовать только на одних инстинктах, рефлексах, интуиции и автомате. На это и указал мне встреченный сейчас противник.

Следующий удар его второй лапы, последовавший мгновенно за первым, я не смог ни блокировать, ни как-то уклониться от него. Единственное, что мне удалось проделать, – это каким-то неимоверным способом извернуть своё тело так, что рукояти мечей оказались дополнительной преградой между моим телом и лапой существа. Оно не смогло дотянуться своими неимоверно опасными когтями до моего тела.

Однако полученный удар был так силён, что меня отбросило на несколько метров назад, вдоль по коридору. Боли я не чувствовал. Искатель вовремя блокировал все мои нервные окончания и болевые рецепторы. Кроме того, он сухо и педантично сообщил, что моё физическое состояние ухудшилось на сорок процентов, что я получил многочисленные повреждения внутренних органов и костной структуры организма в районе живота и грудной клетки.

Но, задействовав дополнительные восстановительно медикаментозные резервы, он сможет поддерживать меня в сознании неопределённо долгое время. Однако после всего этого мне будет необходимо выдержать от шести до девяти часов восстановительных процедур. В завершение добавив, что получение второго такого повреждения я не выдержу.

Всё это было сообщено мне в мгновение ока, когда я ещё даже не осознал, что уже нахожусь в полёте.

Но не это изумило меня больше всего. Не успел я с неимоверной силой врезаться в потолок, как понял поразившую меня вещь: существо не просто преследовало меня по пятам, оно уже ждало меня там, где я должен был упасть, и в этот раз меня ничто бы не смогло защитить от его смертоносных когтей. Как оно там оказалось, я не понимал. Но у меня оставалось всего несколько мгновений жизни.

И видимо, осознание этой мысли, или ещё какие-то процессы, происходящие в моём сознании, возможно стрессовая и смертельно опасная ситуация, или то положение, в которое я попал, или всё это вместе дали странный побочный результат. В этом я был уверен.

«Слияние оператора и внедрённого в сознание ментоинтерфейса проведено в экстренном режиме».

После этой строчки мир пропал. Вернее, замер, застыл, будто стоп-кадр какого-то фантастического фильма. Замерло существо, остановился мой полёт, перестал существовать человек по имени Артур Лесной. А вместо него появилось нечто, живущее вне времени. Живущее вне пространства и подчиняющееся совершенно другим законам мироздания. И это нечто осмотрелось кругом.

Оно не видело мир привычных образов, к которым привык я. Но я понимал всё, что происходит вокруг. Даже не так. Я знал. Я видел демонов, окруживших город плотным кольцом, но не вступивших в него. Я видел всех немёртвых хозяев этого древнего и канувшего в Лету города. Я видел всех тех, кого опасались и боялись даже мёртвые, тех, кто был истинным наследием и ошибкой людей, или существ, раньше именовавших себя магами. Я видел своих друзей, замерших в комнате недалеко от меня.

Это не были ментоструктуры или информационные поля. То, что сейчас ощущалось мной, было частью мироздания, его неотъемлемым и неделимым механизмом, без которого это самое мироздание теряло свою целостность. И именно эту целостность окружающей меня реальности я и ощущал, видел, чувствовал. И именно это озарение дало мне знание. Знание и понимание.

Я знал, что нужно делать сейчас и как поступить в будущем.

Ещё не коснувшись пола, я командую себе: «Прыжок!»

Ещё: «Прыжок!»

И ещё один перенос.

В результате этих скачков я смог вновь опередить существо, немыслимым образом перемещающееся в пространстве. Но в этот раз мне необходимо было оказаться строго перед ним. Что я и сделал.

Сейчас я не был компьютером или автоматом. Я просто выполнял всё так, и только так, как было нужно, чтобы выжить. Это не было предвидением или интуицией. Это было знанием. Знанием единственно верного пути к спасению. Не отвлекаясь и не сомневаясь.

Анализ ситуации и новый план были составлены и проведены тем нечто, что существовало мгновение назад. Но казалось, что этот алгоритм действий был заложен в мою голову с самого моего рождения. Так чётко и ясно мной выполнялся каждый его этап.

Теперь оружие. Наложить на него структуру «Аннигилятор», в который я могу превратить любое оружие в моих руках. Без неё мне не обойтись. Но и это не всё. Данный шаг позволит лишь пробить защиту. Оказывается, самому существу данный тип магии не страшен. По сути, оно бессмертно. Но именно на этот случай есть мои волшебные мечи. Они позволяют провести ритуал развоплощения сущности. Если по-простому, то мне нужно поглотить душу моего противника. Другого способа победить его не существовало.

Именно поэтому они оказались причиной смерти своих бывших хозяев. Маги создали оружие, которым не могли управлять и которое не смогли уничтожить. Единственное, что им удалось, – это запереть их на определённой территории или в каком-то заданном месте. Вот в одно из таких мест шутница судьба нас и закинула.

Называли этих существ – исчадия.

Мечи полыхнули активированной структурой. Я делаю небольшой тягучий шаг вперёд и плавно провожу удар правым мечом по той туманной дымке, что стелется передо мной. Я не вижу движущегося противника, он обтекает меня, как туман, но я знаю, что должен поступить здесь и сейчас именно так.

И удар попадает в цель. Мои уши разрывает крик-стон, и в воздухе замирают единым взмахом срубленные в районе кисти обе лапы существа.

Но я знаю: это только начало. Пара мгновений – и у него отрастут новые. Поэтому я, не обращая внимания на несущиеся ко мне кровавые обрубки, делаю ещё один шаг в его сторону.

Кровь исчадия, как ни странно, обычного красного цвета, и она хлещет необычайно сильным потоком. Летящие капли замирают в воздухе.

Мне нужно провести следующий удар. И он должен прийтись в центр силы исчадия.

Время течёт необычайно медленной патакой и обтекает меня, будто не замечая моих движений. Я наношу второй удар в сияющую светом, силой и жизнью точку на теле тысячелетнего существа. Нельзя терять контакта с мечом. И я, несмотря на тянущиеся к моему лицу клыки исчадия, делаю ещё один шаг вперёд, протыкая его сердце и тот незримый орган, который и является сплетением его силы, души и менто-информационного поля.

А после я чувствую небывалую боль и нестерпимый голод…

Его боль и его голод.

Пить душу очень больно. Пить чужую душу смертельно больно. Но мне нужно это сделать. Без этого я не смогу выжить. И поэтому я удерживаю рукоять меча в сердце исчадия.

И вот оно уже не тянет ко мне ни своих лап, ни клыков, внезапно выросших в его пасти. Оно обвисает на вонзённом в него мече. Оно перестало сопротивляться. И это странно. Это заставляет задуматься.

Я поднимаю глаза и смотрю в то место, где должно находиться лицо исчадия. И вижу вполне человеческие, но необычайно усталые глаза, которые по мере того, как душа уходит из тела и сущности исчадия, проявляются на его лице. Исчезает маскирующее поле, скрывающее его.

Вот я вытягиваю из него последние капли. Сущность и душа уже почти покинули эту пустую оболочку.

Внезапно в моём сознании возникает голос. Голос исчадия.

«Спасибо тебе, чужой. Я уже перестал надеяться и верить. Будь осторожен с той силой, что ты получил».

Полностью лицо исчадия я рассмотреть так и не смог, сначала оно приобретало вполне человеческие, правда не очень хорошо угадываемые черты, но потом начало стремительно стареть, разлагаться, и вот на меня смотрит лишь сухой и обветренный череп. Но и он уже начал осыпаться пылью. После этого балахон внезапно опадает.

И всё.

От столь грозного и опасного противника остаётся только горстка тряпья. И ничто не напоминает о том, что сейчас только что здесь произошло. Лишь мои воспоминания, какая-то тусклая боль в груди и капли крови на моей одежде. Они почему-то не распались и не исчезли. И они были красными, как у обычного человека.

Встряхнувшись и отходя от только что пережитого боя и последовавшего за ним прощания, я вспоминаю последние слова этого странного существа.

«Про какую силу он говорил?» – удивляюсь я.

И мгновенно получаю ответ на свой вопрос:

«Обнаружено внедрение двух дополнительных ментомодулей в менто-информационную структуру оператора».

«Подробнее», – прошу я более развернутых пояснений у ментоинтерфейса.

«В структуру менто-информационного поля оператора внедрено и активировано два специфических нестандартных ментомодуля, имеющие уникальную внутреннюю структуру строения, в несколько сот раз более сложную, чем все известные на текущий момент. Предположительно внедрение произошло из внешнего источника».

«Неужели исчадие что-то подкинуло мне на память?» – поразился я.

К тому же было что-то странное в ответах Искателя, я пока не мог разобраться, что же меня смущает, но определённо что-то изменилось.

Складывалось впечатление, что я получаю ответы на свои вопросы ещё до того, как успеваю чётко их сформулировать. Но как такое возможно, я не понимал.

Между тем ментоинтерфейс продолжил доклад:

«Передатчиком ментомодулей послужила структура, внедрённая в менто-информационное поле одного из мечей. Один из ментомодулей имеет явно выраженные маскирующие признаки, но гораздо более усложнённые и совершенные микродетали его строения позволяют судить о более стабильной и качественной его работе. Модуль работает в постоянном фоновом режиме, но его активация задаётся оператором по желанию. Модуль управления ментоструктуры стандартен и внедрён в общий управляющий контур».

«Получается, стоит мне только захотеть, и заработает маскирующее поле, по своим признакам похожее на то, что прикрывало исчадие. Коль я получил этот подарок именно от него, то стоит предположить, что оно обладает схожими свойствами. Это неплохо», – размышлял я параллельно с отчётом ментоинтерфейса.

Он же рассказывал:

«Второй внедрённый ментомодуль аналогичен по своим разрушающим свойствам ментоструктурам, обнаруженным в мечах, но обладает дополнительными возможностями. Предположительно свойство поглощения менто-информационного поля, присущее мечам, заменено на свойство извлечения менто-информационного пакета, существующего в любом менто-информационном поле».

«Не понял», – честно признался я.

«Структура, размещённая в менто-информационном поле мечей, способна только разрушать поле и собирать высвобождённую в процессе этой деятельности энергию с последующим её распределением среди нескольких накопителей, таких как оператор и свой собственный внутренний накопитель ментоэнергии. Структура же, переданная и внедрённая в менто-информационное поле оператора, при разрушении любого менто-информационного поля не собирает высвобождающуюся в этот момент энергию, а поглощает размещённые и распределённые в менто-информационном поле жертвы информационные модули и пакеты. Что предположительно позволяет перенимать любые естественные и привнесённые ментосвойства, внедрённые и размещённые в любом подвергшемся воздействию менто-информационном поле. Подобные исследования проводились различными исследовательскими институтами Содружества независимых миров, но до сих пор не увенчались успехом. Слишком неоднозначными и неоднородными должны были быть поглощаемые оператором пакеты информации. Заочно данному ментомодулю было присвоено название „Поглощение сущности”. Неизвестная реализация его и была внедрена в менто-информационное поле оператора. Управление ментомодулем стандартно и закреплено за общим управляющим контуром».

«Это уже интересно, теперь я могу не просто уничтожить какое-то существо или развоплотить его, но и позаимствовать некие его магические естественные или искусственно привнесённые в него свойства, но при этом они, как я понимаю, должны быть намертво прошиты в его менто-информационном поле. Что тоже неплохо. Интересно, подарок исчадия – это причина или следствие работы ментомодуля? Хотя до встречи с ним ничего подобного у меня не было». На этом я решил пока оставить эти свои новые способности, проверить их работу у меня пока не было возможности.

Но то, что маскирующее плетение хоть как-то работает, я убедился, просто запустив его. Кстати, изнутри я вполне нормально смог разглядеть образование некоего полупрозрачного поля вокруг моего тела. Но вот каков его внешний эффект, я пока не знал.

А вот с «Поглощением сущности» пока придётся обождать. Разрушать найденные артефакты у меня не было никакого желания, они в текущем своём состоянии были гораздо ценнее, чем некие эфемерные свойства, которые я при этом смогу получить, но и самое главное – а зачем мне они?

Я переключился на окружающую меня действительность. Оглядываюсь кругом, стараясь прийти в себя. Всё произошло слишком быстро. Это мне показалось, что наша схватка длилась часы, а на самом деле с её начала не прошло и минуты. Даже меньше. В этой схватке за жизнь всё решали мгновения.

Приглядевшись, я замечаю, что что-то поблёскивает среди того тряпья, что сейчас лежит у моих ног. Присев на корточки и наклонившись, я вижу простой металлический браслет, совершенно без украшений. Обычная полоска сероватого металла. Нечто похожее я уже находил недавно. Но в этом чётко просматривается структура внедрённого в него плетения.

«Защита, – понимаю я, – это плетение защиты, которым пользовалось исчадие. Странно, а где Искатель? Почему это определил я, а не он? И как это я напрямую смог вытащить информацию из его базы?» – завертелись в моей голове вопросы, заставив вспомнить и мои предыдущие сомнения.

И почти сразу я получил на них ответ. Видимо, ранее я всё-таки недостаточно чётко или очень расплывчато сформулировал свой вопрос, а теперь было несколько объединяющих моментов, по которым можно было связать эти несколько событий в единое целое и получить нужный мне ответ.

Но уже даже это впечатляло. Ранее такого я не замечал.

«Слияние проводит прямое взаимодействие оператора с внедрённой в его сознание базой знаний. Для простого взаимодействия и обработки информации теперь мне не требуется ментоинтерфейс. Я работаю с базой напрямую, – дошло до меня. – Зато теперь Искатель можно использовать как автономный искусственный интеллект, – как-то само собой пришла в мою голову следующая мысль, – вот почему анализ ситуации и его ответы зачастую опережают мой вопрос. Я сам нахожу то, что мне нужно. А ему для анализа теперь выделено гораздо больше ресурсов».

Разобравшись с очередным своим виртуальным приобретением, я возвращаюсь на землю. Вернее, в подвал.

Забираю найденный артефакт себе, немного верчу его в руках, стараясь максимально разобраться в принципах его работы, а затем собираюсь убрать его в один из потайных карманов.

И тут мне в голову приходит одна неплохая мысль.

«Хотя защиту было бы неплохо заполучить, – вспомнив о „Поглощении сущностей”, подумал я. – Но даже сейчас артефакт более полезен в своём естественном качестве, чтобы, например, вручить его принцессе. Кажется, её защита на ближайшие пару дней выйдет на первый план, и хотелось бы сохранить эту девушку в целости и сохранности. Да и мне она симпатична, не хотел бы я, чтобы из-за моей жадности или жажды знаний с ней что-то случилось».

Оценив ситуацию таким образом, я наконец убираю найденный браслетик в рюкзак.

«На время отдам его девушке», – окончательно убедившись в своей правоте, решаю я.

А потом, почему-то развернувшись к праху исчадия, этого древнего и непонятного существа, лежащего сейчас передо мной, склоняю голову в уважительном поклоне и мысленно обращаюсь к своему поверженному противнику.

«Покойся с миром».

И, уже не останавливаясь, разворачиваюсь и осторожно направляюсь обратно. Слишком опасным и непредсказуемым оказалось это место.

Хотя я понимаю, что непосредственной опасности пока нет. Даже больше: я знаю это точно. Мне досконально известно, что подобных существ в подземельях этого древнего города несколько, но они не скоро узнают о смерти своего собрата. А главное, об этом не скоро узнают как нежить, так и демоны. А это значит, у нас есть небольшая фора, и ею следует воспользоваться.

Путь к границе города перекрыт. Но кто сказал, что нам нужно двигаться именно туда? Я чувствовал: наше спасение находится где-то в центре этого города. А поэтому нам нужно уходить отсюда и продвигаться в глубь города.

А ещё я знал, что времени для нашего спасения осталось очень мало. Ведь потом мы в этом городе будем как в мышеловке и наша жизнь будет измеряться лишь часами. Вернее, это относилось к моим знакомым, в своей смерти я не был почему-то так уверен. Но и их терять мне не хотелось. Значит, нужно действовать, пока у меня был шанс спасти их.

Пока я был в состоянии нечто, то узнал и способ, каким можно выбраться из города. И воспользоваться им можно было, пока ещё действовал местный источник магии, а его сила должна была иссякнуть буквально в течение ближайших суток-двух. То есть времени у нас не так и много.

Вот почему нежити так важна Эрея. Мёртвые хозяева города постараются заполучить ее, невзирая ни на какие потери.

Правда, они не знают, что тех, кто подходит им, здесь как минимум двое, но об этом им лучше и дальше не знать. Так что придётся беречь ещё и Лениавеса.

Эрея всё ещё не могла понять, что же происходит вокруг неё. Что за события и обстоятельства закружили её в своём стремительном хороводе? Но больше всего её поразило другое. Многое можно было объяснить хоть каким-то стечением обстоятельств или случайностью. Но эта непонятная и неожиданная встреча, произошедшая на краю гибели… Она не вписывалась ни в какие рамки. Её буквально вытащили с жертвенного алтаря. Ей изменили линию судьбы. А закон судьбы гласит: «То, что должно произойти, произойдёт». Но его нарушили.

Её гибель была предсказана оракулом ещё до её рождения. Это было печальной тайной их семьи. Отец, как мог, старался уберечь её от этого. Однако это мало чем помогало, она с содроганием ждала своего восемнадцатилетия. Воспитание и твёрдость характера не позволяли показывать ей свой страх. Но он подспудно жил в ней с того времени, как почти год назад отец ей всё-таки рассказал правду обо всём. Он поведал истинные причины этого тройственного союза, да и вообще той необычной и слишком уж навязчивой опеки, которую порой оказывали ей все члены их семьи – мать, отец, старшие брат и сестра. Ведь именно поэтому и был заключён столь странный союз. Им нужен был доступ в самое защищённое и укреплённое место на континенте. В Академию империи Ларгот. Эта твердыня была наиболее защищённым местом, о котором они знали. Там, по мнению отца, до неё будет сложно добраться тем, кто мог уготовить их дочери такую незавидную участь – вечную смерть на жертвенном алтаре. Её отец не был бы князем, если бы не старался сделать всё, что от него зависело, для спасения дочери. Именно по этой причине он немыслимыми уловками в этом году умудрился отправить её в академию под видом обычной студентки обычной учебной миссии. И Эрея теперь начала понимать все предпосылки данного шага и от этого ещё больше ценила и была благодарна им за ту любовь и заботу, что окружали её всё это время.

Но от судьбы не уйдёшь. Именно этот шаг и привёл её к тому концу, от которого её старались уберечь и который когда-то давно ей предрекли.

Она должна была попасть на алтарь к нежити. Худшая участь, которая могла быть уготована живому существу. Тем более той, в чьих жилах течёт чистейшая энергия жизни.

Именно поэтому она впала в тот странный, необычный, опустошающий душу ступор. Она смирилась со своей судьбой. Она приготовилась к смерти. Единственно, о чём она не догадывалась, – что алтарём была сама беседка, где она укрылась. Она не хотела отдавать свою жизнь и душу этим умертвиям и поэтому готовилась проститься со всем светом здесь и сейчас.

Но тут произошло небывалое.

Появились её странные и непонятные спасители. Настолько странные, что она даже не могла поверить в реальность их существования. Эта парочка никак не могла появиться именно в этом месте и именно в этот час. Таких совпадений не бывает.

Но всё так и произошло. Они пришли, и они спасли её.

Этот странный корнол, с которым она ощущала непонятную родственную связь и который был много старше и мудрее, чем старался выглядеть. Но её эта иллюзорность не ввела в заблуждение. Она понимала, что перед ней некто более могущественный, чем, возможно, её отец или даже дед. Но она так и не могла определиться в своём отношении к нему. Кто он, этот оборотень?

Или не менее удивительная и необычная встреча с её собственным, давно пропавшим наречённым женихом, фактически являющимся её мужем. Ведь восемнадцать лет ей исполнилось полгода назад. Да и у Теи недавно был день рождения. Поэтому этот непонятный хуман был их мужем, который для всего мира пропал, а по сути, погиб десять лет назад. Кто он такой? Откуда здесь взялся? Как смог выжить тогда? Где пропадал всё это время? Как смог справиться с той опасностью, что ей грозила? Ведь он не маг, не рейнджер, не искатель. У него даже вооружения приличного и то нет, а его доспехи – это же явное убожество, какое-то кустарное самодельное производство. В нём она не заметила каких-то небывалых или необычных способностей. Простой хуман, мужчина. Заметишь в толпе – и пройдёшь мимо. Даже не так, его и в толпе-то не заметишь. Слишком неприметная и обычная у него внешность.

Как-то не так Эрея представляла себе встречу со своим суженым. Хотя, если честно, она его и не ждала в ближайшее время. Слишком уж неопределённой вырисовывалась её дальнейшая судьба.

Однако, как бы обычно ни выглядел внешне встреченный ею парень, всё её существо и опыт мага кричали о том, что он не настолько прост и зауряден, каким хочет казаться. Она не могла определиться в своём отношении к нему, но в нём точно было что-то странное и загадочное. Что-то, что манило и притягивало к нему её внимание.

Поэтому девушка, стараясь скрыть свой интерес и не привлекая к себе внимания, иногда бросала взгляд-другой в сторону молодого хумана. При этом она пыталась понять и разобраться, что же именно её так заинтриговало в нём.

Это поведение девушки не было одним из каких-то неизвестных ей свойств родового знака или чего-то подобного, все признаки подобного воздействия ей были хорошо известны, и она распознала бы их сразу.

Эрея прекрасно осознавала, хоть и не хотела себе в этом признаваться, что её интерес вызывало не просто то, что этот молодой хуман был её мужем и теперь они были своеобразной, хоть и необычной семьёй, или небольшим родом. Больше всего её поразило то, что он, судя по всему, каким-то немыслимым, невероятным способом сумел разорвать нить судьбы, ведущую к её гибели. А в том, что это сделал именно он, она совершенно не сомневалась.

Как он это сделал? Что ему помогло? И как вообще такое было возможно? Ей было непонятно. Но факт остаётся фактом: он это сделал.

Эрея непроизвольно посмотрела в сторону двери, ведущей куда-то в подземелья.

И сейчас этот хуман, который как-то нежданно-негаданно стал достаточно значимой частью её жизни, свободно разгуливает где-то там, внизу, в этих древних катакомбах старинного города, пытаясь найти для них путь к спасению. В одиночку. Не особо заботясь о своей собственной жизни и безопасности, с его-то простой и не слишком качественной амуницией!

«Безумец», – мысленно обругала она его и от внезапно прозвучавшего шороха, раздавшегося со стороны подземелий, непроизвольно вздрогнула и передёрнула плечами.

Но только тут и именно сейчас Эрея будто осознала, что теперь она не одна и рядом с ней всегда будет кто-то, готовый прийти на помощь, подставить плечо, оградить, защитить, спасти и, возможно, не раздумывая отдать за неё свою жизнь. И какое-то странное чувство шевельнулось в её груди: тревога, переживание, щемящее и удивительно необычное воспоминание ласкового согревающего и успокаивающего взгляда.

«Так вот что такое семья. – Впервые за всё время Эрея поняла смысл этого тёплого и родного, но такого простого слова. – Теперь у меня есть своя семья», – в удивлении и с некоторым страхом грядущих перемен подумала девушка.

Но страх и переживания мгновенно ушли, оставив после себя лишь лёгкое, поселившееся где-то в районе сердца девушки душевное тепло и спокойствие.

«Он меня защитит», – поселилась в ней непоколебимая уверенность.

Это было несвойственно для Эреи.

Обычно она достаточно спокойно относилась к вниманию, которое оказывали ей окружающие. Она знала и о своей красоте, и о том, что она многих сводит с ума. Но в свете последних событий – да и полученное воспитание сказывалось – ей было не до этого. Тем более если смотреть с правовых норм: она сначала была обручена, а потом считалась замужем. Ведь метка ещё не спала, и она, кажется, догадывается почему. Их с Теей жених был жив, несмотря ни на что.

Девушка впервые за весь прошедший день улыбнулась. И даже за это мимолетное облегчение и тихую радость она была благодарна своим знакомым. Особенно одному из них.

Но если вернуться к её предыдущей жизни, то она сторонилась общества молодых эльфаров именно потому, что не хотела, чтобы кто-то привязался к ней и потом страдал из-за того, что с ней должно произойти в будущем.

И вот теперь ей была приятна забота этого хумана, кем бы он ни был.

Однако вопрос оставался открытым, как на него ни смотри или ни закрывай глаза.

«Кто всё-таки такой этот парень? Где он был всё это время? Откуда он взялся сейчас? – задумалась девушка и с сожалением констатировала: – Ведь я, по сути, о нём, кроме имени, ничего не знаю. Десятилетие назад он пропал, и в то, что его удастся найти, уже никто не верил. Поэтому меня даже формально не подготовили к знакомству с ним. Хотя и он, судя по всему, совершенно не представляет ни кто я, ни кто он сам. Интересно, как он оказался тут, да и вообще, что его связывает с этим корнолом?»

И Эрея посмотрела на сидящего у входа оборотня, который прислушивался к чему-то, происходящему в коридоре. Сейчас никакого другого источника информации, чтобы узнать об этом непонятном хумане, у неё не было. И девушка хотела попытаться хоть что-то выведать о нём у его старшего товарища, который, по-видимому, был в курсе гораздо большего количества вещей, чем она. Особенно если учесть его предупреждение насчёт хумана.

Решившись на разговор с оборотнем, Эрея пододвинулась поближе, чтобы говорить не слишком громко, и обратилась к корнолу, назвавшемуся Лениавесом.

– Простите, вам не кажется, что ваш друг слишком долго отсутствует? – чтобы начать разговор хоть с чего-то, спросила Эрея.

– Оговоренное время ещё не вышло, – коротко ответил корнол и опять превратился в слух, но, видя, что девушка не отходит, он, похоже, стараясь успокоить её, сказал: – Не беспокойтесь, принцесса, он из тех хуманов, переживать о ком стоит в последнюю очередь. Скорее уж надо посочувствовать тем, кто попробует напасть на него.

– Да с чего вы взяли, что я о нём беспокоюсь?! – возмущённо воскликнула девушка, стараясь скрыть своё смущение. Однако, заметив промелькнувшую на лице оборотня улыбку, ещё больше смутилась и прошептала уже вполне спокойно, постаравшись умерить своё возмущение от осознания того, что корнол в чём-то прав: она переживает за хумана. – Это обычная забота о своих спутниках.

– Ну, забота так забота, это хорошо, – покладисто согласился Лениавес, однако ехидная ухмылка так и читалась в его взгляде.

Но девушка попыталась уже не обращать на это внимание.

«Этого старого пройдоху мне не провести», – догадалась Эрея, смотря в умные и понимающие глаза оборотня.

– Просто мне интересно, – постаралась перевести разговор на другую тему она, – почему вы так в нём уверены? Что в нём такого необычного, что заставляет вас совершенно не переживать за его судьбу посреди города, наполненного нежитью?

Оборотень ещё к чему-то прислушался, отсел немного, чтобы было удобнее контролировать проход, ведущий в подземелье, и положил рядом с собой очень дорогой и редкий лук, работу древних мастеров. Девушка приметила и узнала его практически сразу, хотя раньше как-то не замечала это оружие у корнола. Очень ценное оружие и очень опасное. Эрея это прекрасно знала. У её отца был похожий лук, но более изношенный и, скорее всего, гораздо менее ценный. Но, даже такой, он являлся их фамильной реликвией. Когда-то её прадед получил это оружие от лесных троллей за то, что взял их под своё покровительство. Вот и получается, что тот лук стоил целого народа.

А здесь она видела ещё что-то более ценное.

«Так кто же ты?» – мысленно спросила она у оборотня, но тот не внял её немому вопросу. Зато сказал другое и своей откровенностью удивил её:

– Знаете, Эрея, время у нас до его возвращения ещё есть. Поэтому я кое-что вам расскажу. – И, немного помолчав, он начал: – Я многое повидал в своей жизни и знаю, о чём говорю. А главное, знаю и понимаю, кому это говорю. – Он выделил последние слова и очень внимательно посмотрел в настороженные большие глаза девушки. – Как это ни удивительно, но познакомились мы с Багом всего несколько дней назад. Да-да, не удивляйтесь, – заметив её расширившиеся зрачки, подтвердил корнол, – произошло это при очень необычных обстоятельствах. Не буду вдаваться в подробности, если всё, о чём вы мне рассказали, правда, то он сам рано или поздно поведает вам полную историю нашей встречи. Я же расскажу о том, почему я так уверен в своём новом друге. Первое, что меня поразило при встрече с ним, – что он абсолютно не боится Леса. Вы должны понимать это как истинная дочь Лесного народа, ведь это истинное именование эльфаров, я прав? – И Лениавес посмотрел на Эрею.

Та же подумала, что об этом знают очень немногие. «Вернее, помнят», – поправила себя она и в подтверждение слов оборотня кивнула ему.

– Все, все, кто хоть немного в этом разбирается, – продолжил тот прерванный рассказ, – а это – маги, друиды, искатели, рейнджеры и другие постоянные посетители Леса, кто по долгу службы или по призванию вынуждены длительное время находиться на его территории, подспудно ощущают на себе его давление. И, как следствие, стараются сопротивляться и противостоять ему. Поэтому они практически всегда находятся в состоянии постоянных напряжения, опасений и страха. Они чужды этому Лесному миру. Они не являются его частью. Все они инородные крупицы, которые Лес старается вытолкнуть за свои пределы. Именно поэтому очень сложно попасть в ряды рейнджеров и искателей. У многих из них от рождения есть достаточно мощная пассивная естественная защита разума. Они не маги разума, они не умеют управлять своими способностями, но у них есть то, что маги разума могут получить лишь годами упорных занятий. Защита. Ну или им нужно быть эльфарами, – улыбнулся корнол. – Вы тоже дети Леса, и вам значительно легче жить на его территории. По сути, вы в нём и живёте.

– И что? Вы не рассказали мне ничего нового, – нетерпеливо из-за явного интереса к рассказу перебила его девушка и примолкла под осуждающим взглядом корнола.

– Где же ваше терпение, барышня? – не преминул поддеть её тот. – Скоро я перейду к сути, просто предыстория была нужна мне для того, чтобы вы поняли ход моих мыслей, – ответил ей Лениавес и продолжил: – Ну так вот. А теперь представьте себе совершенно в теории чуждое для Леса существо, которое органично вписывается в его сложное переплетение жизненных циклов. Вот этим самым существом и был наш с вами знакомец. Когда я его встретил, он уже достаточно долгое, правда, неизвестное мне время жил там один. И что самое удивительное – он вписался в его иерархию. Нашёл своё место в ней. При этом у него не было с собой абсолютно никакого оружия. У него отсутствовали даже элементарные предметы, необходимые в Лесу, которые бы помогли обеспечить хотя бы минимальные условия быта, не говоря уже о выживании. Он был пуст. Но это ему вовсе не помешало устроиться там. Всё, что он использовал, было добыто или сделано им самим на месте. Что уже само по себе вызывает удивление. Оказаться в Лесу полностью неподготовленным – это верх неразумия и верная погибель. Так не поступил бы ни один разумный, хоть раз побывавший на территории Леса. Даже вы, эльфары, перемещаясь по территории Леса, в том числе по территории вашего же княжества, всегда готовите стандартный набор путешественника или рейнджера, как тот, что есть у вас с собой. – И оборотень кивком указал на дорожный мешок Эреи.

– Верно, – согласилась девушка.

– Но не это меня поразило больше всего, – произнёс он и замолчал.

Глаза девушки открылись ещё больше, казалось, она спрашивает: «Что может быть ещё невероятнее?»

И корнол не заставил себя ждать, а, посмотрев на неё, продолжил рассказ:

– Он не боялся того мира, что окружал его. Даже больше: мне казалось, именно он и является истинным властителем тех мест. Что было невероятно. Даже вы, эльфары, не можете назвать себя полноправными хозяевами Леса. Вы его дети, старшие дети, но не хозяева или владыки. А глядя на Бага, складывалось именно такое впечатление. Ну и кроме того, он приручил Рыкуна, – как нечто совершенно незначительное произнёс корнол. Хотя на самом деле это было одним из ключевых моментов на данном этапе повествования, который закончил оборотень. По крайней мере, в глазах Эреи.

– Но это же невозможно! – в неподдельном изумлении воскликнула девушка. – Из всех диких животных Леса были приручены только пегасы, единороги и грифоны. И то это удалось сделать лишь по той причине, что эти три вида раньше были домашними питомцами магов. Данный факт известен всем. И вы это должны знать гораздо лучше меня, ведь вы корнол. Повелевать животными – у вас в крови.

– Вот в том-то и дело. Что хоть это и невозможно, но это так. И у вас будет время в этом убедиться. Рыкун постоянно при нём. Так что вы не раз ещё увидите его питомца. – И корнол задумчиво посмотрел на дверь, ведущую в подземелье. – Странно, он должен был уже вернуться. Видимо, что-то пошло не так. Надо бы проверить, как он там, но я не могу оставить вас одну. Да и Баг сказал ждать его здесь. Доверимся ему и дадим ещё немного времени. А потом придётся выдвигаться. Пока же подождём, – будто успокаивая и уговаривая самого себя, сказал оборотень. И, снова повернувшись к девушке, посмотрел на неё и продолжил рассказывать: – И это далеко не всё. Вокруг Ар’Тура творится множество таких вот непонятных и загадочных вещей и событий. Например, второе, на что я обратил внимание: он очень сильный видящий, хотя при этом и очень слабый маг. Это не редкость, особенно среди хуманов, но всё-таки разумные с таким соотношением способностей встречаются не так и часто. Кроме того, он пассивный маг разума. Я это обнаружил также при нашей с ним встрече. Как итог – этот молодой хуман идеальный кандидат на искателя. А поэтому я надеялся по знакомству устроить его на обучение в Академию к рейнджерам, туда он сможет поступить без особых проблем. Баг обладает всеми качествами, необходимыми для этого, хотя они, как мне показалось вначале, и не самые выдающиеся. Но его магических способностей как раз и должно было хватить, чтобы пройти вступительное испытание. Однако, как выяснилось, я сильно его недооценивал или, что более правильно, ошибался, не смог рассмотреть той сути, незаметной с первого взгляда. И это показали последующие произошедшие с нами события. Как оказалось, я совершенно не представляю способностей и возможностей нашего друга. Его ментальная защита настолько сильна, что даже магистр магии разума не в состоянии её пробить. И она явно искусственного происхождения. Но кто смог так качественно и органично вплести в его ауру это плетение, я не представляю. Я просто не знаю магов такого уровня. Но это лишь одна из многочисленных его тайн.

Девушка настороженно посмотрела на корнола и, подняв руку, попросила его остановиться.

Он воспринял этот её жест как должное, хотя это было странно, если учесть, кто именно находился перед ним.

Эту маленькую деталь Эрея взяла на заметку, но пока предпочла не обращать на неё внимание. Слишком уж странные и непонятные происходили вокруг неё события. Необычные и какие-то неправильные знакомые в совершенно неподходящих и нетипичных для неё условиях. Поэтому девушка старалась лишь собирать и анализировать ту информацию, что ей удавалось получить.

Но то, что было сейчас рассказано оборотнем, насторожило её. Это выходило за все мыслимые рамки. Эта информация была совершенно из другой области. Она – дочь своего отца, хоть и младшая. А потому понимала, что такими сведениями никто не делится просто так. Поэтому, остановив рассказ оборотня, Эрея решила задать значимые на данный момент для неё вопросы. Какую цену ей придётся заплатить за эту информацию? И какова цель корнола, рассказывающего ей всё это?

– Простите, – сказала она, – вы рассказываете мне то, о чём, как мне кажется, должны были умолчать. Поэтому я спрашиваю: зачем вы это делаете? И что вы хотите от меня в ответ?

– А вы не глупы, – усмехнулся Лениавес и, немного обдумав свои дальнейшие слова, проговорил: – Если вы правы и он тот, о ком вы говорите, то этот хуман станет вашим мужем, хотите вы того или нет. Вашим и Теи, – с нажимом произнёс он. – И вы должны уже сейчас понять, кого вам послала судьба. Я знаю, что такое княжеский или императорский двор – («Интересно, откуда?») – и как постараются взять его в оборот ваши или его родители и родственники. И поэтому хочу разъяснить именно вам, а не им, почему у них это не получится, а самое главное, чем это может им всем грозить. Ну а уже вы сами должны решить, как быть дальше. И то, что я рассказываю вам, прекрасно обрисует его характер и возможности.

– Я поняла вас, – ответила с поклоном девушка, – спасибо, я вас внимательно слушаю.

Это был действительно ценный дар. Её пытались спасти от непростительной ошибки, которая могла навредить очень многим. Девушка сразу догадалась, на что намекает оборотень. Слишком много интересов крутилось вокруг неё и Теи. Слишком многим будет мешать этот молодой хуман. И возможно, наиболее упорные постараются устранить его со своего пути. Или, наоборот, у многих он вызовет интерес. И они попытаются использовать его в своих целях. Но почему-то Лениавес был уверен, что ни у кого из них этого не выйдет.

«Посмотрим, – решила девушка, – но и моя помощь ему не помешает», – неожиданно зародилось у неё чувство какой-то непонятной заботы о судьбе, по сути, незнакомого ей молодого парня.

Между тем оборотень сказал:

– Ну зачем же так официально, – и улыбнулся, а заметив ответную улыбку на губах девушки, продолжил: – По сути, из объективных событий, непосредственным свидетелем и активным участником которых я был, это всё. Единственное, что я хочу добавить, – что он очень хороший и сильный видящий. Он достаточно просто распознаёт и находит магические артефакты, плетения и иллюзии. И он смог распознать меня в моём втором обличье, что очень необычно, но и такое бывает. По крайней мере, я о таком слышал, правда, сам никогда не видел и не встречал. – И, немного подумав, стал рассказывать: – Ну а дальше идут лишь мои догадки, построенные на основании полученных мной косвенных фактов и наблюдений. Правда, они и самые необычные. И это третье. Вы, я думаю, не в курсе, что там, наверху, произошёл прорыв инферно? – спросил корнол.

Удивлённо-испуганные глаза Эреи подтвердили его догадку.

– Да, – кивнул он на её немой вопрос, – Лес за пределами города кишит демонами.

– И вы собираетесь выбраться из города? – в ужасе прошептала она.

– Ну, вообще-то первоначальный план был просто отсидеться за стенами города. Тут нас было бы трудно обнаружить из-за нестабильного магического фона.

– Но что здесь забыли демоны?! – воскликнула девушка, будто не расслышав последней фразы. – Ведь здесь нет для них ничего интересного, или я не права? – И она с надеждой посмотрела на корнола.

Но тот развеял её иллюзии:

– Если они здесь появились, значит, не просто так. Сначала я думал, что они разыскивают один очень ценный артефакт, из-за которого, кстати, тут оказался я сам.

Было видно, что девушка-маг прямо в струнку вытянулась при словах «ценный артефакт», тем более что нужен он был демонам и другим не самым слабым магам. Проявила профессиональный интерес, так сказать.

– И что? Они его нашли? – спросила она, видимо на мгновение даже забыв, что сама при этом оказалась в столь необычной и затруднительной ситуации.

– Ну, как вам сказать, – усмехнулся корнол, – вообще-то да, нашли. Но не успели. Так что артефакт им не достался.

– Он у вас? – с ожиданием спросила девушка.

– Нет, – улыбнувшись, ответил Лениавес. – Как выяснилось, сейчас этот артефакт для них не представляет особой ценности и будет таковым ещё долгое время.

– Ну и замечательно! – обрадовалась девушка. – Значит, демоны должны скоро уйти.

Но тут оборотень опять огорчил её:

– И опять вы не правы. О том, что артефакта у нас нет, демоны не знают. И вероятно, предполагают, что именно у нас он и находится.

– Это плохо, – вздохнула Эрея. – И что нам делать дальше?

– Как я и сказал, первоначально мы с Багом планировали просто отсидеться в этом городе. Однако всё оказалось несколько сложнее, – ещё больше «обрадовал» её корнол. – Есть у меня подозрение, что хоть первоначальной причиной появления в этой местности демонов и послужили поиски артефакта, но сейчас они находятся здесь не поэтому.

– А почему? – как-то с подозрением и, видимо, уже догадываясь о том ответе, что услышит, спросила Эрея.

– Баг, – просто сказал ей Лениавес.

– Вы в этом уверены? – уточнила девушка.

– Естественно, точных подтверждений этому у меня нет, но есть несколько странностей, на которые я обратил внимание. Сначала я им не придавал особого значения, но когда мы попали сюда, в город, то они прямо-таки стали бросаться мне в глаза.

– И что это? – спросила Эрея.

– Я ведь говорил, что Баг сильный видящий.

– Да, – подтвердила принцесса.

– Но это ещё не всё. Кроме обычного спектра энергий, он умеет распознавать магию демонов.

Девушка уже устала удивляться услышанным новостям. Сейчас она просто воспринимала новые сведения, стараясь хотя бы поверить в них.

– Где он мог этому научиться? – спросила она.

– Мне это неизвестно, – ответил корнол, – но я точно знаю, что он может это делать. Так как сам был свидетелем двух событий, тесно связанных с инфернальной магией. Во-первых, он смог заметить наложенное на меня заклинание, усыпляющее внимание и блокирующее мои способности. И во-вторых, он смог распознать замаскированную засаду демонов.

– Невероятно, – прошептала девушка.

– Да, невероятно, – откликнулся корнол. – Но и это ещё не всё. Наше появление в городе древних было сопряжено с некоторыми событиями, которые однозначно указывают на то, что Баг очень неплохой боец. Даже не так. Он уникален. Правда, уровень его подготовки так и остаётся для меня загадкой. Ведь я не видел ни одного боя с его непосредственным участием.

– Простите. Как такое возможно? Как вы могли сделать такие выводы и при этом не видеть его в деле? – перебила оборотня Эрея.

– А вот так. То я был ранен, то прикрывал вас. Поэтому непосредственно самих схваток с нашими врагами я не видел и даже практически не участвовал в них. Но результаты столкновений с нашими противниками я смог оценить, и они говорят сами за себя. Это и показала наша первая встреча с патрулем демонов, и я даже не знаю, как назвать то, что произошло на поляне в парке. Но как общий итог всего произошедшего можно сказать только одно: мы до сих пор живы. И это практически полностью заслуги нашего знакомого. Всё это можно дополнить парой наблюдений, сделанных мной лично. Например, очень своеобразная пластика и техника движений Бага. Его способность стремительно и незаметно перемещаться в пространстве. Его умение мгновенно раствориться в любой местности. Его способность моментально ориентироваться в любой ситуации и принимать своевременные быстрые и, что немаловажно, достаточно правильные решения. Всё это говорит о его развитой моторике, хорошей технике боя, тактическом и стратегическом мышлении, которые были привиты и воспитаны в Баге кем-то и с какой-то целью. Кроме того, уже здесь, в городе, я получил дополнительные подтверждения своим наблюдениям. Мы вынуждены были несколько дней оставаться на одном месте, чтобы ознакомиться с окружающей обстановкой и разобраться с дальнейшими нашими планами, и вот тогда я увидел его очень необычную технику тренировок и боя с воображаемым противником. Он, конечно, думает, что я ничего не видел и не замечал, однако я всё-таки магистр магии разума, и поэтому недооценивать мои способности не стоит. Не так уж я и стар и пока на многое способен, вот и обратил внимание. С его техникой боя я совершенно не знаком. Слишком она непривычна, но как мне кажется… – Корнол на несколько мгновений замолчал, как бы собираясь с мыслями или решаясь на дальнейшие свои слова, но потом, всё-таки приняв какое-то решение, продолжил говорить с прерванной фразы: —.но, как мне кажется, техника боя Бага имеет общие корни с той техникой боя, что использует личная внутренняя стража вашего отца, принцесса.

Девушка в удивлении посмотрела на оборотня и, несколько отодвинувшись от него, спросила:

– Откуда вам всё это известно? О Баге? Об отце? О его личных порученцах? Даже я никогда не видела их в действии. И уж тем более не смогла бы определить, к какой школе боя относится тот или иной стиль. Я знаю только, что они подчиняются непосредственно самому князю, то есть моему отцу, и ещё моему деду. Но я никогда не видела, как они воюют. Да и никто не может похвастаться этим.

И девушка вопросительно и настороженно уставилась на оборотня. Даже самый маленький ребёнок в княжестве знал, что внутренняя стража – это личные церберы князя, бездушные убийцы, воспитываемые с малолетства в одной из закрытых секретных школ княжества. Каждый год несколько мальчиков и девочек по каким-то известным только её деду признакам набирают в эту школу. Для рода или семьи, чей ребёнок попал в эту школу, это было большой честью и почётом, кроме того, этот выбор на многие годы обеспечивал такую семью финансовой помощью государства. Но связь со своим ребёнком эти эльфары теряли на долгие пятьсот лет. Если этот счастливец смог пережить положенный срок, то он возвращался к своим родным богатым и уважаемым эльфаром с потомственным дворянским титулом, приравненным к графскому. Правда, было два маленьких но. Таких счастливчиков были считаные единицы. И им основательно прочищали голову, так что никаких воспоминаний об их работе и службе короне не оставалось. Полностью. Кроме того, эти эльфары были под пожизненной опекой государства. Как говорилось, корона своих не бросает. И любое посягательство на этих эльфаров считалось коронным преступлением и каралось соответственно. Быстро, стремительно и жёстко.

Но принцессу больше поразило другое.

«Откуда он знает, на что похожа техника боя внутренней стражи?» Этот вопрос, видимо, так и читался на её лице, потому как оборотень усмехнулся и ответил:

– Мне приходилось несколько раз сталкиваться с этими достойными подданными вашего отца. – И корнол как-то загадочно улыбнулся, будто вспоминая какие-то давно произошедшие события.

«Да кто он такой? – поражённо подумала девушка. – И вообще, что же происходит вокруг?»

Видя её замешательство от этих слов, Лениавес дал ей несколько мгновений, чтобы прийти в себя, а потом спросил:

– Так мне можно продолжать?

– Так это ещё не всё? – с некоторой долей сарказма и недоумения спросила девушка.

Её мозг был уже переполнен новостями и информацией. Но казалось, этот странный корнол задался целью выбить её из колеи окончательно.

– Не переживайте, принцесса. Рассказывать мне осталось уже не так и много. – Внезапно переключившись на, казалось бы, совершенно постороннюю тему, он спросил: – Принцесса, я заметил, вы обратили внимание на мой лук. Как он вам? Вы, как дочь своего народа, должны прекрасно разбираться в подобном стрелковом оружии. – И оборотень протянул ей оружие.

Девушка очень осторожно приняла его и с уважительным почтением погладила рукоять лука ладошкой. А потом с некоторым сожалением вернула его владельцу.

– Я точно знаю, что это за лук. У моего отца есть подобное оружие, но попало оно к нему в худшем, более изношенном, чем ваш лук, состоянии.

– И?.. – Лениавес посмотрел на неё.

– Это очень ценное и дорогое оружие. Насколько я знаю, это не подлинник луков древних, но одна из качественных его копий, сделанная одними из последних прямых учеников древних магов, ещё хранившими секреты их создания. Отец получил своё оружие от лесных гоблинов, когда они приносили ему присягу. В качестве платы за защиту на все времена они и передали ему этот лук. Получается, ценность этого оружия он приравнял к целому, хоть и небольшому, народу. – И девушка, будто только что осознав ценность этого лука, уже новыми глазами посмотрела на спокойно лежащее на коленях у корнола оружие. А затем задумчиво и тихо продолжила: – Только вот материал изготовления вашего лука мне незнаком. У отца это какая-то кость и дерево. Здесь же используется явно металлическая основа. Но что это за металл, мне неизвестно. Ну и, соответственно, сам собой напрашивается вопрос: как столь ценное и дорогое оружие могло оказаться посреди глухого Леса? – закончила девушка, уже вполне спокойно смотря в глаза оборотню.

Почему-то она была полностью уверена, что этот странный корнол ответит на большинство её вопросов, если не на все, особенно на те, что хотя бы косвенным образом будут касаться Ар’Тура.

Лениавес посмотрел вслед за девушкой на свой лук и аккуратно развернул его так, чтобы с внутренней стороны рукояти ей стала видна какая-то надпись, которую Эрея сначала не заметила.

– Может, вы знакомы с этим языком? – И он снова протянул ей оружие.

Однако девушка, лишь мельком взглянув на непонятные строчки, отрицательно помотала головой.

– Ну, я в общем-то и не удивлён, – сказал корнол, – ведь существ, которые могут прочитать и тем более перевести то, что тут написано, в нашем мире можно пересчитать по пальцам одной руки.

– Действительно? – удивилась девушка. – Но это не письмена древних, их хоть и умеют читать далеко не все маги, но их всё же больше пяти. Или это нечто другое?

Какой-то забытый диалект? Хотя… – Эрея над чем-то задумалась, а потом встрепенулась, осмотрелась кругом. Будто до чего-то дойдя в своих рассуждениях, она спросила у оборотня: – А почему вы акцентировали моё внимание именно на фразе «в нашем мире»?

– Умничка, девочка, – будто и правда был каким-то дальним, но хорошо знающим её родственником, проговорил корнол, так тепло и по-настоящему одобрительно прозвучали его слова, – я в тебе не сомневался. Заметила всё-таки.

Эрея с вопросом в глазах смотрела на непонятного ей оборотня.

– Ты права в одном. Специалистов по этому наречию в нашем мире немного по той простой причине, что оно принадлежит другому миру. Это одно из наречий демонов. Я, правда, не знаю, чьё оно точно. Но некоторые слова в этой фразе мне известны. В частности, корень «дразо», он как раз и означает демоническую сущность.

– Хм, – пробормотала девушка, – и откуда, интересно, его знаешь ты? – Но потом опомнилась и, немного сконфуженно взглянув на Лениавеса, несколько застенчиво сказала: – Простите, я задумалась.

Тот ухмыльнулся и ещё раз посмотрел на лук.

– Мне приходилось видеть подобные надписи и оружие однажды. Однако я никогда не думал, что оно попадёт ко мне в руки.

– Да? И где вы его видели? – с ехидством спросила девушка, стараясь хоть так скрыть своё удивление.

Но корнол не поддержал её игру и вполне серьёзно ответил:

– Это было давно. В Драконьих горах. Был прорыв инферно. Тогда к нам выбросило небольшую группу демонов. Это были наёмники. Они сопровождали труп своего командира. Ну так вот, подобное оружие я видел у того самого мёртвого демона. Но главное, основной материал изготовления что сейчас, что тогда был одинаков. Его невозможно найти в нашем мире. Он добывается только в очень далёких планах инфернальной реальности. И этот металл они называли адамантит.

– Вы хотите сказать, что это оружие тех демонов? – тихо спросила девушка.

– Вот в этом я не уверен. Вернее, даже более чем уверен, что оружие, виденное мной тогда, и этот лук совершенно разные. Хотя в том наборе оружия тоже был лук, а кроме него ещё и меч и щит. И все они были привязаны к их новому владельцу. А им на тот момент стал заместитель командира отряда демонов. Но я уверен, что этот лук не из того набора.

– Почему вы в этом так уверены? – ещё больше удивилась Эрея.

– Лук, который у меня, не имеет персональной привязки, а это возможно только в случае смерти его предыдущего владельца, и то если сильный маг успеет её снять до того момента, как оружие будет разрушено магическими преобразованиями, вызванными разрывом связи с предыдущим владельцем. Тебе, как магу, должны быть известны эти подробности. Данная тема, насколько я помню курс общей артефакторики, входит в него.

– Да, – кивнула принцесса.

– Ну а то, что предыдущий владелец того оружия жив, я точно знаю, – веско закончил оборотень.

– Но откуда вам это известно? – допытывалась девушка.

– Какая настырная, – усмехнулся корнол, но неожиданно закончил: – Оттуда. – И, немного помолчав, добавил: – Он мой побратим. Да и для тебя это не должно быть большим секретом, – как-то не очень понятно, будто про себя сказал Лениавес.

Эрея уже не удивлялась различным странностям, связанным с её спасителями, а потому лишь взяла на заметку очередной непонятный ей факт.

– Но ведь всё равно получается, что это демоническое оружие, – утверждающе произнесла она.

– Да, – кивнул Лениавес.

– Но откуда оно тут взялось? Откуда оно у вас? Это его разыскивают сейчас те демоны, о которых вы рассказывали? – начала расспрашивать оборотня Эрея.

– В том, что ищут именно его, я не уверен. Не такая большая это всё-таки ценность, чтобы устраивать практически полномасштабное вторжение, – будто стараясь успокоить её, произнёс корнол, правда, спокойствия его слова девушке не добавили.

– Но тогда что? – не отставала девушка.

– Есть у меня подозрение, и очень большое, что разыскивают они владельца этого оружия. Вернее, бывшего его владельца. Теперь-то оно принадлежит мне.

– А кто его бывший владелец?

– Я думал, ты уже догадалась, – пожал плечами оборотень.

– Баг?! – полувопросительно-полуутвердительно воскликнула девушка.

– Да, это он подарил мне этот лук, – тихо подтвердил её слова Лениавес.

«Куда же я вляпалась?» – с тоской посмотрела перед собой остекленевшим взглядом Эрея.

Сначала девушка просто сидела в прострации, над чем-то задумавшись. Но потом, опомнившись, посмотрела на корнола и указала рукой на лук.

– Ведь это же поистине королевский подарок, – тихо прошептала Эрея, – и откуда он у него самого?

Лениавес, состроив загадочную, хитроватую рожицу, будто им не грозит сейчас смертельная опасность, сказал:

– Но и это ещё не всё. – И, убедившись в интересе Эреи, продолжил: – У нашего малыша кроме этого оружия есть и другое. И всё оно создано из адамантита. И кроме всего прочего всё его оружие именное. Не думаю, что оно менее ценное, чем этот его подарок, но просто этот лук более эффективен и смертоносен, чем мой личный, и поэтому Баг отдал его мне.

– Невероятно, – произнесла девушка.

Больше она никак не могла прокомментировать то, что услышала. В её понимании отдать бесценную вещь просто потому, что она более эффективна в использовании, было невероятно глупо или непредусмотрительно. Данным оружием решали проблемы более масштабного плана, покупали свободу себе и своему народу или заключали политические союзы, но никак не защищались от врагов. Девушка была в шоке.

Оценив её состояние, Лениавес только покачал головой.

– Ты так и не поняла самого главного, – сказал он, – для Бага это оружие ничем не ценнее всего остального, что у него есть. Потребуй того обстоятельства, он пожертвует всем, что у него есть, ради того, чтобы добиться своей цели. Ты разве не заметила, что он мыслит несколько иными категориями, чем мы с тобой?

– Да, – задумчиво кивнула девушка.

– Ну так вот, это относится не только к области рассуждений. Это касается всего. Дел, мыслей, образа жизни и его поступков. Он другой. Об этом я и пытаюсь тебе сказать. – Помолчав, он сказал ещё кое-что: – Но не это сейчас самое важное. – И, убедившись, что она его слушает, оборотень произнёс: – Ты забыла узнать ответ на самый главный для нас сейчас вопрос.

– Какой? – спросила девушка.

– А откуда у самого Ар’Тура всё это оружие? – веско закончил Лениавес. И через некоторое время, видя у девушки понимание той ситуации, в которой она оказалась, сам же на него и ответил: – А получить он мог его только у демонов. Или снять с их трупов. – И, уже просто рассуждая, продолжил: – Я думаю, что наш парнишка был в плену. В каком-то из инфернальных планов реальности. Именно поэтому его не смогли отыскать, ведь искали его только в нашем мире. Никто не мог подумать о причастности демонов к его исчезновению. Но именно это позволяет ответить на вопрос, почему не спала ваша родовая печать. Ваша связь с ним оказалась настолько сильна, что вы чувствовали его даже там, где его держали. Именно этим можно объяснить некоторые странности в его рассуждениях и мыслях. Он привык жить по совершенно другим законам. Я боюсь себе даже представить каким. А недавно у него появилась возможность сбежать, и он ею воспользовался. А здесь он оказался лишь потому, что сюда за какой-то надобностью ходили сами демоны. Он не маг, поэтому не мог создать собственного портала, и ему пришлось воспользоваться существующим, тем, что пользовались демоны. И в Лесу он жил именно потому, что просто не знал, где собственно оказался. И не понял этого, пока не встретил меня. Вот как-то так, на мой взгляд, всё и было, – задумался корнол и, немного помолчав, в завершение добавил: – Жаль только, что он не очень хорошо помнит своё прошлое или вообще его не помнит. Почему-то у меня сложилось именно такое впечатление.

– Дела… – протянула Эрея.

– Совершенно с тобой согласен. Особенно в свете тех фактов, что рассказала мне ты. Зато становится понятным, почему появление демонов не удивило Бага, я это заметил. И почему он не боялся их. А всё потому, что ему уже приходилось с ними встречаться, и не раз. А судя по его оружию, встречи эти были отнюдь не за обеденным столом. – Корнол замолчал.

– Ну а что дальше? – несколько растерянно спросила девушка.

– А что дальше? – пожал плечами Лениавес. – Нас окружили демоны. Единственным местом, где мы могли скрыться от них, была зона с нестабильным магическим полем. А это территория города древних магов. Вот тут мы и надеялись отсидеться несколько дней, а потом направиться в Ларгот. Но, как говорится, эльфар предполагает, а боги располагают. Нашим планам не суждено было сбыться. Всё это было до того, как мы узнали о столь «гостеприимных» хозяевах этого города, – вздохнул корнол.

И в этот момент со стороны лестницы послышался тихий голос:

– Лениавес, это я.

Глава 7

Один из срединных планов реальности. Планета Ареана. Материк Ларос. Территория близ границ Гигантского Леса. Подземные туннели города древних

– Лениавес, это я, – тихо произнёс я, прислушиваясь к происходящему в коридоре.

Я прямо физически ощущал, как уходит отпущенное нам время. Не знаю, почему у меня сложилось такое впечатление, но я был точно уверен, что скоро о смерти исчадия станет известно. И этот сектор подземелий начнёт прочесывать нежить.

Через пару мгновений каменная плита отошла в сторону и из-за неё сначала острожно показался лук с наложенной на него разрывной стрелой, судя по вплетенному в её структуру заклинанию, который держал в руках корнол, и только за ним я увидел своего друга.

– Идём, – позвал я, – у нас появился небольшой шанс выбраться отсюда. Нужно не упустить его.

Тот кивнул мне и вошёл в узкий коридор.

– От входа далеко не отходи, – сказал я ему в спину, когда он протиснулся мимо меня. И затем обратился к следовавшей за ним девушке: – Осторожнее на лестнице, она крутая, – и я указал Эрее, что нужно следовать за корнолом.

А сам заглянул в комнату, которую только что покинули мои спутники, убедился, что мы ничего не забыли, и, задвинув плиту двери потайного хода, последним оставшимся кинжалом, ранее принадлежащим напавшим на нас крысодемонам, заблокировал дверь, вогнал его в стену туннеля при помощи созданного мной плетения «Ракета». А затем спустился вслед за своими спутниками, где они как раз обсуждали наши дальнейшие планы.

И оба, как я понял, пришли к неверным, хотя и вполне логичным для нас выводам.

– Нужно двигаться к границе города, – как только увидел меня, сообщил Лениавес, махнув рукой в нужную сторону.

– Верно, – поддержала его девушка, – так мы сможем выбраться или у стен города, или пройти за его пределы, и, возможно, у нас получится обойти посты демонов.

– Кого? – посмотрел я сначала на неё, потом на корнола.

– Мне о них рассказал ваш друг, – объяснила она, заметив мой удивлённый взгляд, брошенный в сторону Лениавеса.

Хотя чему тут удивляться, у них было время поговорить. По сути, я и ушёл на разведку не только чтобы осмотреть близлежащие туннели, но и дать им возможность пообщаться без свидетелей. Я и так узнал достаточно, чтобы сделать свои выводы. Нужно было дать им время сделать свои. И оно у них появилось, хотя и было его не так и много.

Я хмыкнул, но всё же ответил на их высказывание:

– Всё так, – и, заметив, как оба расслабились, добавил: – Только выйти там мы не сможем.

Поправив амуницию и висящий за спиной рюкзак, я развернулся в обратную сторону, в направлении туннелей, ведущих в глубь города.

– Постой, куда ты? – попытался остановить меня Лениавес, удерживая за руку. – Почему ты так решил?

– Там, – кивнул я в сторону своего движения, – пока еще для нас безопаснее, чем снаружи или у стен города. Но так будет недолго. Поэтому предлагаю поторопиться.

Посчитав разговор оконченным, я высвободил руку и осторожно стал продвигаться по уже известному мне маршруту.

– Но почему? – догнал меня в спину запоздалый вопрос девушки. – Ты ведь движешься в глубь территории нежити. Там их исконные владения. Это глупо, – наконец высказала она, видимо, свой основной аргумент.

На что за моей спиной раздался звук, похожий на удивлённое хмыканье. И на языке эльфаров, которого я, предположительно для моих спутников, не знал, было произнесено:

– Принцесса, вам не кажется, что сейчас единственным, кто более-менее разбирается в окружающей нас обстановке, является этот молодой хуман?

– Нет, – упрямо ответила она корнолу, – по мне так он совершает непоправимую глупость и огромнейшую ошибку, от которой может зависеть наша жизнь. – И, будто убеждая саму себя, продолжила: – Ну откуда он может знать о происходящем тут больше нас с вами? Откуда? Если, с ваших же слов, в городе он оказался с вашей же подсказки и сам он не мог даже знать о нём? Откуда?

– Ну хотя бы оттуда, что мы все ещё живы. Что мы продвигаемся по найденному им же туннелю. По-моему, этого уже достаточно хотя бы для того, чтобы довериться ему и его интуиции. Как я заметил, она его редко подводит.

Девушка несколько помялась, но потом задумчиво и уже не так настойчиво, как в начале разговора, ответила:

– Да, вы правы, но это как-то непривычно – слепо доверять свою судьбу какому-то постороннему мне разумному. Тем более, если быть объективной, он мне абсолютно незнаком.

Мы приблизились к тому месту, где я обезвредил ловушки, когда раздался голос корнола.

– Принцесса, – явно усмехнувшись, обратился Лениавес, – вы забыли самую малость, которая в корне меняет всё.

– Что?

– Вообще-то этот молодой хуман – ваш официальный муж. И он несёт ответственность как за ваше благополучие, так и за вашу безопасность и вашу жизнь. И коли он тот, о ком мы думаем, то у него по умолчанию все инстинкты и качества, способствующие этому, должны быть в крови. И как мы видим, они у него есть. Как и у нескольких поколений его славных предков. Доверьтесь ему. И посмотрите вокруг нас, принцесса. По-моему, он уже начал выполнять по крайней мере некоторую часть своих обязательств, данных вам, хотя и довольно давно и даже не им самим.

Девушка задумалась, а потом, будто соглашаясь с чем-то, тихо произнесла:

– Да, вы правы.

Даже по голосу стало заметно, что слова корнола задели какие-то струнки в её душе или мыслях и она здорово задумалась над этими невероятными изменениями в её жизни.

И я почувствовал, что она посмотрела мне в спину.

А мне из услышанного очень не понравился намёк корнола на какие-то там обязательства, которые я вроде как обязан буду выполнять. И претворять в жизнь которые уже якобы начал.

«Ну, это он имел в виду защиту и спасение девушки, – мысленно прокомментировал я эти его слова, – но что он вложил в понятие остальных обязанностей? Ой, что-то грызёт меня какой-то уж слишком назойливый червячок плохих предчувствий. Да и Эрея вон что-то больно задумчивой стала», – обратил я внимание на изменение менто-информационного поля девушки.

Однако решил пока не заморачиваться этими вопросами. Не то время и место было для их разбора. Стоило вернуться к нашим текущим проблемам, имеющим более высокий приоритет в моей внутренней табели о рангах. Тем более не следовало мучить моих спутников неведением, если я не хочу потерять их доверие в будущем, и поэтому стоит кое-что разъяснить им в происходящем. По крайней мере, то, что не потребует от меня немедленного ответа, как же я это узнал.

Подняв руку, я остановил наш небольшой отряд. И так уж получилось, что когда я огляделся кругом, то понял: остановились мы как раз напротив неприметной кучки, бывшей останками встреченного мной исчадия. Корнол в этот момент как-то неуютно передёрнул плечами и настороженно осмотрелся.

«Смотри-ка, что-то почуял, – отметил я. – Рыкун предупреждал ведь меня когда-то, что он очень хороший охранник и наблюдатель, по-моему, даже признал эти его качества гораздо лучшими, чем у него самого. Похоже, сказано это было не просто так».

Лениавес, так и не поняв, что же вызвало его тревогу, успокоился, вернее, перестал вертеться на месте, пытаясь разобраться в том, что же не так вокруг нас, и принялся слушать меня. Я же постарался пересказать тот бредовый план спасения, что возник в моей голове во время того странного «НИЧТО», что поглотило меня в бое с исчадием.

– Значит, так, – начал я, – шанс у нас есть, но небольшой. И он с достаточно большой вероятностью позволит нам попасть куда-нибудь, и, скорее всего, место это будет где-то за пределами этого города. Но нам нужно спешить. Времени у нас остаётся с каждым мгновением всё меньше и меньше.

Эрея, сжав свои небольшие изящные кулачки и потрясая ими, с какой-то даже детской обидой в голосе выговорила мне:

– Ну а мы что тебе говорили?! – и состроила такое умильное личико, будто объясняла какому-то несмышлёнышу прописные истины.

«Красивая она», – отвлечённо подумал я, любуясь её удивительно большими фиалкового цвета глазами, хотя, казалось бы, ситуация сейчас к этому совершенно не располагала.

Заметив отсутствующее выражение моего лица, девушка лишь негодующе тряхнула головой, немного раскидав свои шикарные волосы по плечам, и, повернувшись к Лениавесу, потребовала:

– Пойдёмте лучше туда. Там, по-моему, находится граница города, – и она хотела направиться в обратную сторону.

Но корнол удержал её и, прищурившись, задумчиво обратился ко мне:

– Знаешь, Баг, меня в твоей небольшой фразе смутило несколько моментов, – при этих словах Эрея удивлённо посмотрела сначала на него, потом на меня, – не мог бы ты прояснить их? – И он вопросительно посмотрел мне прямо в глаза.

– Постараюсь, – осторожно ответил я, уже догадавшись, что я сейчас услышу.

– Как понимать это твоё «куда-нибудь»? – начал он задавать вопросы. – Это в принципе – куда? Почему мы движемся к центру города? И что ты говорил лишь о шансе на спасение? У тебя нет полной уверенности в положительном исходе того, что ты задумал? Или этому есть какие-то другие причины? И почему ты говоришь, что времени у нас не так много? Но главное, ради всего святого, объясни ты всё более подробно, чем это делаешь обычно.

Я не хотел запираться и решил рассказать то, что знаю. Тем более все вопросы были заданы корнолом по существу. Ответив только на них, я буквально мог уже рассказать достаточно для того, чтобы закрыть эту тему навсегда, ну или по крайней мере на какое-то достаточно продолжительное время. Просто нужно это сделать так, чтобы в разговоре обойти вопрос, как я всё это узнал. Но как это сделать, оставалось для меня пока не очень понятным.

«Пусть будет так: „У всех есть свои источники информации”, – решил я, придумывая хоть какое-то объяснение, – а в таком формате вроде и загадка просматривается, и авторитет, – ухмыльнувшись, продолжил я свои размышления, – хотя, конечно, больше на фиглярство похоже. Какие и откуда у меня здесь могут быть источники? Разве что Рыкун…»

Из-за спины раздалось довольное верещание, означающее радость того, о ком наконец-то вспомнили.

«Это лучше, чем никак не объяснить людям, что вообще происходит».

Определившись со своим дальнейшим поведением, я перешёл к рассказу:

– В общем, так. Этот город – территория нежити. Они – его истинные хозяева. Они знают его лучше всех. Им известен каждый камешек в этих развалинах. Я скажу даже больше: уверен, что появление любого камешка и прочего мусора в пределах этого города – в большинстве своём это их рук дело. Целенаправленное и упорное дело нескольких тысячелетий. По сути, как мне кажется, весь город превращён в одну большую ловушку, только и ждущую своего часа, чтобы сработать и поймать беспечную или не очень осмотрительную жертву. Так что делайте выводы. – Я замолчал, давая своим спутникам прочувствовать всю глубину момента. А именно той большой и тёмной дыры, в которую мы неосмотрительно сунулись. Кто по воле случая, а кто и по собственному желанию. – И в данном случае для нас очень важно, что те существа, которые сейчас предстали нам в образе нежити, в большинстве своём, вероятно, и строили этот город. А после этого, возможно, они же и управляли им веками, а может, и тысячелетиями. И всё это было ещё до того, как этот огромнейший город превратился в город-призрак. – Я в упор посмотрел на девушку и веско, чеканя каждое слово, сказал: – И поэтому глупо, очень глупо надеяться, что там, – и я ткнул куда-то себе за спину, – у какого-то неизвестного нам, но наверняка хорошо известного нежити выхода нас не будут поджидать. Я уверен, что там уже давно расположилась засада на нас, любимых. Надеюсь, это у вас не вызывает никаких сомнений или вопросов?

Наверное, я немного перегнул палку, так как девушка от моих слов как-то странно сжалась, хотя корнол, наоборот, посмотрел на меня даже с внутренним одобрением и, переведя взгляд на Эрею, как мне показалось, с некой толикой гордости, как бы сказал ей: «А я что тебе говорил!»

Эрея, помолчав, всё-таки робко спросила:

– Но почему они тогда не прочесывают туннели, если им известен каждый закуток в этом городе и его окрестностях? Значит, и туннели они должны знать наизусть. Что их останавливает? – и обвела окружающие нас стены своей изящной ручкой. – Почему здесь никого сейчас нет? Почему мы тут, с твоих же слов, ещё можем находиться некоторое время в безопасности? – Девушка немного распалилась, выходя из состояния замешательства. – Что здесь такого особенного?! Почему?! – Она вдруг прервалась и, быстро придя в себя, почти не слышно произнесла: – Простите, это всё нервы. – Но продолжала вопросительно смотреть мне в прямо глаза.

«Какие же они у неё прекрасные, – утонув в её волшебных омутах, восхитился я. Видимо, мне теперь судьбой предначертано думать не о том, находясь рядом с этой сказочной и нереальной по меркам моего мира девушкой, но вполне обычной и привычной по меркам этого. – Нужно вырабатывать иммунитет к её красоте, – решил я, – иначе я всё время буду замирать в ступоре, смотря на неё, любуясь её точёным личиком и ангельскими, волшебными глазами. Блин. Опять меня понесло не в ту сторону. Соберись!» – дал я себе мысленного пинка.

Судя по хитрому прищуру, мелькнувшему на лице корнола, это моё состояние не осталось для него незамеченным.

«Чёртов магистр магии разума», – чертыхнулся я и стал объяснять:

– Всё достаточно просто. Да, нежить прекрасно знает и расположение всех выходов из туннелей, и сами эти туннели. Но есть один маленький пустячок. – Я помолчал, помотрев на заинтересованные лица своих спутников. – Туннели представляют опасность для нежити не меньшую, чем для кого-либо иного. И они об этом прекрасно осведомлены.

– И что это за опасность? – в удивлении уточнила девушка. – Ловушки? – Но, подумав пару мгновений и заметив явное несоответствие того, что я говорил, тому, что происходит, спросила: – И почему тогда мы сами сейчас находимся здесь?

Лениавес настороженно огляделся кругом. Похоже, он не верил в столь простое объяснение нежелания мертвецов прибрать к рукам и эту территорию, да и, вероятно, не забыл того чувства неясной опасности, что вызвало у него это место. Поэтому корнол сказал:

– Это, конечно, могут быть и ловушки, но я почему-то в этом сильно сомневаюсь. Ведь я прав в своей догадке, что этой их боязни туннелей есть и другое, более веское объяснение, коль они сюда до сих пор не сунулись вслед за таким лакомым для них кусочком, как полноценный маг жизни? – И снова посмотрел на меня.

Я не стал жеманничать и ответил прямо:

– Да, есть, – и указал рукой на кучку пепла у стены, – вот оно.

– Пепел? – удивилась Эрея. Потом, видимо сопоставив какие-то факты, кивнула: – Всё-таки ловушки? – Но, заметив укоризненный взгляд корнола, обращённый на неё, ещё немного подумав, спросила: – А что за существо это было? – И в ожидании ответа посмотрела сначала на Лениавеса – но тот лишь пожал плечами, – а потому она свой взгляд перевела на меня.

– Не могу сказать, под каким названием эти существа известны вам, но я знаю их как исчадия.

Такого страха и испуга на лицах своих спутников я не видел ни разу в жизни. Да и не думаю, что кто-то до этого тоже видел аналогичные выражения чувств у них.

Девушка сделала небольшой шаг ко мне и настороженно осмотрелась по сторонам.

– Лучше попасть на алтарь к нежити, чем дать выпить душу этим исчадиям бездны, – будто выплюнув ругательство, резко прошипела Эрея и, схватив свои вещи, непонятно каким образом оказавшиеся у её ног, хотела рвануть в обратную сторону.

Но не успела этого сделать.

Хотя абсолютно такое же выражение тревоги и страха было на лице корнола, но он прекрасно держал себя в руках и не потерял ясности мысли, что была всегда присуща ему.

«Быть магистром магии разума не так и плохо, – я одобрительно посмотрел на оборотня, – не паникует, держит себя в руках, контролирует своё поведение и мысли. Молодец, что ещё тут скажешь».

Лениавес не только не рванул вслед за Эреей, но и удержал за руку и саму девушку. Помотав головой на её вопросительно-возмущённый взгляд, он обратился ко мне.

– Я так понимаю, это ещё не всё, – уточнил он, – коль ты так спокойно сейчас стоишь тут и рассказываешь нам об этом?

– Да, – согласился я. – По крайней мере, так было до недавнего времени. Однако именно сейчас этот сектор подземелий, как вы можете догадаться, – и я снова кивнул на останки неизвестного существа из прошлого этого странного и необычного мира, – временно, хоть и не полностью безопасен. Но продлится такое положение не долго. Не знаю, как и почему, но я уверен, что о смерти исчадия скоро станет известно как его собратьям, так и остальным хозяевам этого города. Однако у нас пока есть немного времени, чтобы осуществить одну мою задумку.

– Что ты придумал? – спросил корнол.

Вопросы о том, откуда я знаю, что это останки исчадия и что оно погибло недавно, пока так и не прозвучали, но по мне так это всего лишь дело времени. А пока нужно было отвечать о своём сумасшедшем и слегка попахивающем бредом и безумством плане.

Я развернулся и махнул рукой в темноту туннеля, сгущавшуюся за уже разряжёнными мной ловушками, в направлении нашего дальнейшего движения.

– Если двигаться туда, к центру города, то мы сможем почти беспрепятственно добраться до необходимого нам места.

Девушка, как обычно, была в своём репертуаре и всё сомневалась в моём умении правильно выбирать цели нашего путешествия и расставлять правильные приоритеты, и потому спросила:

– А почему именно это направление ты считаешь безопасным?

Корнол ухмыльнулся и окоротил её:

– Эрея, ты опять задаешь не те вопросы. Он же уже ответил на него ранее. Там, – Лениавес ткнул в направлении границы города, – находится нежить и демоны. А вот что находится там, – и он указал в другую сторону, – нам пока неизвестно.

– А ведь и верно, – задумчиво согласилась девушка, а потом на высоком эльфаре обратилась к корнолу, чтобы её фразу я не понял: – Но откуда это может быть известно ему? – И она слегка качнула головой в мою сторону.

Почему-то авторитет корнола она признала сразу и даже не пыталась спорить с ним.

– Не знаю, – честно ответил ей Лениавес, – но пока он нас не подводил. – И вдруг улыбнулся и хитро сощурил глаза: – Да и вообще, принцесса, с чего вы взяли, что он не знает того, что может находиться там, впереди?

– Но вы же сами сказали, что он о городе впервые услышал от вас? – удивилась та.

– Нет, я говорил лишь, что ни я, ни он здесь раньше не были, – ответил корнол, – но о туннелях я этого сказать не могу. Ведь как-то же этот молодой хуман оказался посреди самой чащи Гигантского Леса. – И он задумчиво посмотрел мне в спину. – Слишком уверенно и свободно он чувствует себя здесь, – будто про себя закончил оборотень.

Что странно, я действительно не опасался этих туннелей, хотя раньше как-то особо не любил ни подвалы, ни пещеры, ни прочие подземные замкнутые пространства.

Лениавес развернулся в указанном мной направлении и, будто стараясь разглядеть в непроглядной тьме туннелей что-то, известное только мне, спросил:

– И что же это за место? Чем оно интересно для нас? Куда мы должны успеть? Что нас ожидает там? И какие опасности нам могут встретиться по пути туда?

Всего несколько вопросов, но, ответив на них, я сразу раскрою суть своей задумки.

«Умеет Лениавес докапываться до сути и задавать нужные вопросы», – восхитился я его этим талантом. И начал отвечать на них по порядку.

– Это портальная площадка, и находится она немного в стороне от центра города, – заговорил я, наблюдая за изменением выражения на лице девушки и моего друга, на которых удивление из состояния «не может этого быть» постепенно стало переходить в «и откуда ты всё это знаешь?».

Но оборотень достаточно быстро пришёл в себя от услышанной новости и задумчиво стал рассматривать меня. И по мне так Лениавес сейчас больше был похож на того, кто оценивающе смотрит на какую-то свою головную боль и думает: «И откуда же ты свалился на мою старую больную голову?»

А затем он открыл было рот, видимо собираясь что-то сказать или как-то прокомментировать мои слова. Но я, предвосхищая его вопросы, заранее начал отвечать на них. Вернее, только на некоторые.

– Куда ведёт портал, мне неизвестно. Но я точно знаю, что он безопасен для нас и всё ещё активен. Однако есть одно условие. Успеть туда мы должны до завтрашнего полудня, а лучше ещё раньше.

– Почему? – не пытаясь скрыть своего изумления и, наверное, мысленно с чем-то соглашаясь, спросила у меня Эрея. И сказала корнолу на эльфаре: – Он точно был здесь, иначе откуда он всё это может знать?

– Если честно, – признался ей Лениавес, – то я и сам теряюсь в догадках.

Не обратив на их слова внимания, однако взяв их на заметку, я стал отвечать на вопрос девушки:

– Этому есть три причины. Во-первых, к тому времени весь этот сектор туннелей, да и не только его, уже успеет прочесать нежить. Во-вторых, что ещё более вероятно, его вновь возьмёт под контроль одно из обитающих в подземельях оставшихся исчадий. Ну и в-третьих, и это самое главное, портал закроется примерно в полдень по той простой причине, что энергии местного источника уже практически не хватает на его поддержание в активном состоянии.

– Ну а это-то он откуда мог узнать? – будто про себя проговорила девушка. – Ведь он не маг. – И она подозрительно покосилась в мою сторону. – Нет, не маг, – ещё раз повторила она. – Но тогда как он мог оценить оставшийся объём энергии в источнике?

Я же продолжал говорить:

– К тому же и мёртвые хозяева не будут сидеть сложа руки, и нельзя исключать, что, для того чтобы продлить своё существование ещё хоть на какое-то время, они наверняка захотят перекрыть канал передачи энергии от источника к порталу. Ведь он потребляет львиную её долю. – И, оглядев своих спутников, я понял, что мой последний довод был понят ими совершенно верно. – Поэтому мы должны успеть добраться до него раньше этого времени.

Хотя меня никто не прерывал, но по глазам корнола было заметно, что его разрывает куча вопросов, что уж говорить о молодой, несдержанной и любопытной девушке. По сути, она так и превратилась в один большущий вопросительный знак с прекрасными волшебными глазами. Но они, не сговариваясь, решили дать мне возможность договорить.

– По дороге туда, если нам повезёт, мы никого не должны встретить. Но нам нужно поспешить. Слишком уж опасные существа эти исчадия, и мне не хотелось бы встретиться с ними лицом к лицу. Да и нежить или другие обитатели подземелий – да есть и такие, – заметив вопросительный взгляд девушки, кивнул я, – просто так пока не будут лезть на их территорию. А подконтрольная этому существу, – и я показал на останки, – зона как раз и граничит с нужным нам сектором в центре города. Вот туда мы и пойдём. Это наш единственный шанс сейчас. Там, – я ткнул в направлении стен города, – нас поджидает верная смерть или крупные и кровопролитные разборки, а там, – махнул я в сторону портала, – у нас есть хотя бы шанс прорваться живыми, и, что более важно, живыми мы будем все. Конечно, стоит опасаться ловушек, но, думаю, с ними мы сможем справиться. К тому же на самой портальной площадке мы обязательно встретим какое-то количество нежити. Без этого никуда. Да и кто там будет, я, честно говоря, сказать не могу. Но уверен, что их будет значительно меньше, чем на границе города. Поэтому прорваться через портал для нас много безопаснее, чем попытаться вырваться за пределы города, преодолевая орды нежити, а после них и толпу демонов. – Подумал пару секунд и, решив, что если уж начал говорить, то нужно сказать им если и не всю правду, то хотя бы большую её часть, добавил: – Правда, есть один нюанс, который нам придётся учесть.

– Какой? – насторожился корнол, явно почувствовавший какой-то подвох, но, видимо, так и не понявший, в чём он.

Посмотрев на него, а потом на Эрею, я объяснил им свои опасения. Вернее, это была уверенность, что так и будет.

– Хозяева нежити управляют городом уже несколько тысячелетий. И это, должно быть, достаточно разумные создания. Не знаю, кто или что они собой представляют, но они не глупее нас. А это значит, что и этот путь к бегству хоть и частично, но должен быть перекрыт. Я не опасаюсь там встретить толпы мертвяков. Но есть шанс нарваться на пару-тройку экземпляров очень сильной нежити, и он достаточно немаленький.

– Согласен, – подтвердил мои выводы Лениавес, – такой шанс есть всегда, а в нашем случае он гораздо больше и оправданней. Так что будем к нему готовы. – И замолчал, вероятно обдумывая, кто же нас там может поджидать.

Между тем оживилась девушка: посмотрев в мою сторону, а потом в направлении портала, она спросила:

– А почему ты уверен, что портал безопасен для нас? И вообще что мы им сможем воспользоваться?

– Пораскинул мозгами и пришёл к такому выводу, – пошутил я.

– Как это так «пораскинул мозгами»? – не поняла принцесса, да и лицо Лениавеса приняло озадаченное выражение.

– Да всё просто, – ответил я своим спутникам, пожимая плечами, догадавшись, что моя фраза ввела их в тупик, – мне пришлось составить некую логическую цепочку и сделать несколько допущений, которые я и принял за истину. А ошибусь я или нет, в нашем положении не имеет большого значения. Всё равно шансов выжить в городе у нас нет, а там они появляются хотя бы в теории.

Было видно, что Эрею очень уж поразило выражение «пораскинуть мозгами», я заметил, как она шевельнула губами, явно повторяя мои слова.

Лениавеса же заинтересовало другое.

– И что это за допущения такие? – спросил он.

– Ну, первое, – начал перечислять я, – портал находится здесь, в городе. Второе – он как-то завязан на местный источник. Третье – сделать это могли только маги, жившие тут. Четвёртое – если его построили маги, то и пользовались им. Пятое – если он был безопасен для них, то я не думаю, что он сильно опасен для нас. Тем более в таком огромном городе жили наверняка не только маги, но и простые жители. Скорее всего, они тоже могли пользоваться им. И последнее, самое главное для нас: если он был нужен им, то для каких-то определённых целей. Судя по тому, что я слышал о них, это были сильные маги и достаточно дальновидные правители. А значит, с высокой долей вероятности, в то место ведёт не один подобный портал. Куда бы он ни вёл. Следовательно, у нас есть хоть и небольшой, но шанс оттуда, куда мы попадём, вернуться куда-то сюда. А это немало. Я понимаю, что это не обязательно портал, ведущий куда-то на этой планете. Место его привязки может находиться и где-то очень далеко, даже дальше, чем мы можем предполагать.

– И почему ты сделал такие выводы? – удивился корнол.

– Слишком много энергии требуется на его поддержание, – сказал я, – но я, конечно, не эксперт в этом вопросе. Ну и нельзя забывать о демонах. Ведь и они тоже откуда-то сюда попали. Почему это не может быть похожим или тем же самым местом? – спросил я уже у него.

– В чём-то ты прав, – согласился оборотень.

Я же закончил свою мысль:

– Как я уже говорил, шанс на удачный исход у нас есть, только нужно быть готовыми к тому, что это будет не быстро. А может затянуться и на несколько лет. Но это всё равно лучше того, что ожидает нас здесь. Нужно понять лишь то, что этот шанс на выживание хотя и не очень большой, но он будет. И опять же, как я и говорил, место попадания будет где-то там. – И я неопределённо покрутил рукой у себя над головой.

Я замолчал, давая своим спутникам обдумать полученные сведения. По сути, основу своего плана я уже изложил: продвигаемся к портальной площадке, проходим портал и покидаем этот город. Где мы появимся – неизвестно.

– Необычная логика, – наконец встрепенулся оборотень, – необычная, но если учесть всё то, что ты сказал, то особо и возразить тебе нечего. – И, повернувшись к девушке, корнол на высоком эльфаре проговорил: – Я всё больше поражаюсь его странному мышлению. Ведь все эти факты стали известны и нам. Но никто из нас не связал их в такую не очень наглядную цепочку событий.

– Вы правы, – согласилась девушка, – это меня и смущает. Почему этого не сделал никто из нас? Например, вы. Ведь жизненного опыта вам не занимать.

– Может, потому, что этому нас не учили, – задумчиво пробормотал себе под нос Лениавес, – или не готовили к какой-то определённой цели, когда такое необычное мышление может принести свои плоды. Как, например, сейчас, когда, казалось бы, в безвыходной ситуации кто-то находит тот единственный путь, который может вести к спасению. Ну, или всё гораздо проще, – он посмотрел на меня, – возможно, этот молодой хуман мыслит не теми категориями, что мы с тобой.

Наступило несколько минут тишины и напряжённых размышлений моих спутников.

– Ну, что вы думаете? – наконец нарушила затянувшееся молчание Эрея, обратившись к корнолу на эльфаре.

«Нужно всё же сказать им, что я его понимаю, – почему-то подумал я, но промолчал. Должен же быть и у меня хоть какой-то козырь в рукаве. Хотя если подумать, то этих козырей у меня напихано куда только можно и я сам не знаю всех тех карт, что выданы мне на руки. К тому же если быть до конца откровенным, то не очень вежливо со стороны Эреи и корнола говорить при мне на эльфаре, предполагая, что я не знаю его. – Так что мы в некотором роде квиты», – успокоил я себя и выкинул этот несколько щекотливый вопрос из головы.

Между тем оборотень ответил девушке.

– Бредовый план, – так он отреагировал на мои слова. – Сунуться в самое логово нежити без поддержки хотя бы одного захудалого некроманта или мага тьмы? В здравом рассудке никто не решится на такое. Однако именно подобный бред обычно и срабатывает. И в нашем случае, я думаю, это тот единственный выход, который можно было найти. И, к сожалению, я вынужден констатировать, что не нам с вами. Мы просто не смогли бы рассмотреть ситуацию с этой точки зрения и заметить столь рискованный, почти на грани безумия, выход из нашего нынешнего положения.

– Но это же сумасшествие! – не отступала девушка.

– Да. Но ничего более разумного ни я, ни вы предложить не можем. А потому, я думаю, нам следует принять план нашего друга. Ну а сами-то вы что скажете? – обратился он к принцессе.

– Не знаю. Я боюсь, – честно призналась она, – не того, что мы погибнем, или того, что не сможем вернуться. А того, что о нашей судьбе никогда не узнают наши родные. – И девушка совсем по-детски всхлипнула.

Честно говоря, я как-то не ожидал от неё именно сейчас такого проявления чувств. Ведь она пережила и более серьёзные испытания.

– Ну не расстраивайся, девочка, – на высоком эльфаре стал успокаивать её Лениавес, – я почему-то уверен, что наш молодой знакомый не подведёт нас и в этот раз. И мы выберемся из этой передряги.

– Я вам верю, – ответила ему Эрея, хотя было понятно, что она просто старается успокоить саму себя.

– Девочка, ты всё ещё не поняла? – Корнол посмотрел в огромные глаза принцессы. – Верить нужно не в меня. – И, немного помолчав, будто акцентируя внимание девушки на последних своих словах, веско закончил: – А в него, – и кивнул в мою сторону.

– Да, – тихо ответила она, – я постараюсь.

– Мы готовы идти, – после своих мини-переговоров обратился ко мне Лениавес и спросил: – Так какой наш следующий шаг?

И оба моих спутника посмотрели в мою сторону.

– Всё просто, – ответил я им, – вы следуете за мной и не забегаете вперёд. Я говорю стоять – вы стоите, прыгать – прыгаете. Ты, – кивнул я корнолу, – контролируешь наши тылы, а девушка идёт между нами. Так же тебе придётся следить, чтобы она выполняла все мои приказы. – При этих словах Эрея в возмущении раскрыла свои и так немаленькие глаза и хотела что-то сказать, но я, не обратив на это внимания, продолжил: – Будет что-то непонятное или требующее вашего участия, я позову. Это пока всё. – Я посмотрел на них: – Вопросы?

Увидев, что и корнол, и смирившаяся Эрея отрицательно помотали головой, я закончил инструктаж и начал готовиться к дальнейшему походу.

Встряхнув рюкзак, я услышал странный металлический скрежет и вспомнил о брошенном туда браслете исчадия.

«Защита, – всплыла мысль в моём сознании, и я кинул взгляд на самого незащищённого члена нашего отряда. – Она нужна ей».

Ведь именно для неё, по моему замыслу, этот браслет и предназначался, когда я его нашёл и подобрал.

И я сказал:

– Пару секунд, есть ещё одно дело.

Перетянув рюкзак из-за спины к себе на живот, я стал копаться в нём, нащупал браслет и обратился к Эрее:

– Дайте, пожалуйста, мне вашу руку, – и подставил ей свою.

– Зачем? – удивилась та, но, как ни странно, протянула свою изящную ладонь мне.

И не успела даже её отдернуть, как я приложил к её запястью полоску браслета. Такого эффекта не ожидал даже я, не говоря уже о Лениавесе и девушке.

Браслет резко свернулся и плотно обхватил запястье Эреи. Потом немного посветлел, изменил свою окраску, почти слившись с цветом её кожи. Как следствие, он стал совершенно незаметен. Зато в ментальном плане, наоборот, всё только началось. Ментоинтерфейс за несколько мгновений построил менто-информационную модель энергетического поля девушки, чья структура стала преобразовываться под воздействием сотен тысяч тончайших энергетических линий, расходящихся от браслета.

Весь этот процесс длился не больше секунды. Но по его завершении менто-информационное поле девушки приобрело некую дополнительную оболочку, находящуюся сейчас явно в неактивированном состоянии. И, что странно, никаких изменений в себе Эрея сама, по-видимому, не почувствовала, она лишь удивлённо и несколько возмущённо, даже с негодованием, смотрела на слившийся с её кожей браслет.

Я же точно знал, что ей на менто-информационное поле установлен дополнительный ментально-физический защитный слой, активируемый по желанию девушки и действующий примерно на протяжении часа. Потом ему будет требоваться время на накопление дополнительной энергии.

– И что всё это значит? – спросила у меня девушка.

– Защита, – просто ответил я, – это браслет защиты. – И попробовал дать указание: – Постарайтесь в сознании нащупать некий механизм управления им, я не знаю, как он должен выглядеть, но у вас точно получится выделить его от остальных своих мыслей и ощущений.

В том, что он есть, я был полностью уверен, об этом говорили как моя интуиция, так и знания, полученные от ментоинтерфейса во время анализа, проводимого при инициализации браслета защиты.

И оказался прав. Буквально спустя несколько секунд тело девушки покрыла чуть зеленоватая плёнка. Что странно: когда браслет был на исчадии, защитная плёнка имела несколько иное строение, цвет и оттенок. Но, к счастью, как и в прошлый раз, защита, установленная артефактом, была практически идеальна. Я нашёл всего пару мест, где можно было её пробить. И то для этого нужно было приложить определённые усилия. Однако один раз я это уже сделал, и, думаю, повторить подобное мне удастся вновь, если, конечно, это потребуется.

А сейчас же я наблюдал наивысшую степень замешательства на лице Лениавеса. Девушка же к сработавшей защите отнеслась вполне спокойно. Работает и работает. Её, как мне показалось, больше смущал – да что там смущал, возмущал и вызывал сильнейшее чувство отторжения! – сам браслет, который она пару раз, думая, что я этого не вижу, пыталась снять. Однако у неё ничего не вышло, и её это расстроило ещё больше. Но что в этом такого, я не понимал.

«Как многого я не знаю и не понимаю!» – почему-то с сожалением подумал я, наблюдая за её попытками.

– Вы разобрались, как управлять браслетом? – уточнил я у неё на всякий случай.

– Да, – несколько отстранённо ответила она, размышляя о чём-то своём и параллельно на автомате деактивируя защитное поле.

– Хорошо. – «Теперь Эрея находится под более надёжной защитой», – пришло ко мне понимание, и поэтому я сказал: – Всё. Можно выдвигаться.

Закидывая рюкзак за спину и немного попрыгав, проверил, не сильно ли шумит навешанная на меня амуниция.

Всё то время, пока мы готовились к дальнейшему пути, выражение изумления всё так же не покидало лица корнола.

«И что его так поразило в этом браслете? – сам удивился я, а потом до меня дошло: – Он, похоже, его узнал. Ну, или по крайней мере догадывается о его происхождении. Ну да ладно. Сейчас это уже не так и важно».

Подождав, пока все будут готовы, я ещё раз осмотрел место боя с исчадием, не заметил ничего нового и выдвинулся вперёд.

Правда, оглянувшись назад, я мельком заметил неподдельное возмущение на лице девушки. Но это выражение длилось лишь доли мгновения, потом оно приняло независимый и отстранённый вид. При этом даже осанка девушки изменилась. За мной сейчас стояла гордая и холодная красавица, в ногах у которой путалась какая-то мошка в виде меня. И у неё было огромное желание эту мошку раздавить с огромнейшим удовольствием.

«Что же тебя так напугало в моём браслете, Эрея?» – задал я ей мысленный вопрос.

И будто услышал её голос у себя в голове:

«Зачем ты мне его надел?»

* * *

Первое время мы двигались в абсолютной тишине. Я следил за окрестностями, обследовал туннели на наличие ловушек и прочих опасностей, которые могли бы грозить нам. Иногда останавливался, чтобы проверить то или иное ответвление, уходящее в сторону от нашего пути.

Мои спутники шли за мной. И тоже в полной тишине, хотя разговаривать им никто не запрещал, главное – не делать это в полный голос. Наверное, сейчас каждый из них старался разобраться в тех странностях, что они могли наблюдать за последнее время.

Но вот первой решила обсудить свои наблюдения с оборотнем Эрея. Правда, опять, возможно даже осознанно, исключив меня из их разговора, так как завела разговор на высоком эльфаре, которого я, предположительно, не знал.

«Ну, пусть так и остаётся», – уже в который раз подумал я.

– Что вы можете сказать об этом? – несколько неопределённо спросила девушка.

– О том плане, что предложил Баг? – уточнил оборотень, и было непонятно, действительно ли он не понял смысла вопроса девушки или только притворяется, стараясь добиться от неё более чёткого вопроса.

– Нет, – помотала она головой, – с этим-то мы, по крайней мере, пока разобрались, хотя и не полностью. Да и лучшего никто из нас предложить вряд ли сможет. Это я прекрасно понимаю.

– Тогда в чём дело? – будто удивившись, спросил Лениавес.

Эрея задумалась. Потом, немного нахмурившись и как-то странно поджав губы, она показала своё запястье и, посмотрев на то место, где должен был находиться браслет, сейчас абсолютно незаметный на её руке, сказала:

– Я говорю о его подарке. – И она передёрнула плечами. – Что вы думаете о браслете, что он на меня надел?

– А что с ним не так? – подозрительно посмотрел на неё Лениавес. – Ты что-то знаешь об этом артефакте?

Девушка внезапно остановилась. И тут её прорвало. Я даже не ожидал такого всплеска эмоций.

– Да это же браслет супружеских уз, – прошипела она. Однако создалось впечатление, что её возмущённый шёпот набатом разносится по туннелю. – Вы же говорили, что он ничего не знает и ни о чём не догадывается. Тогда что это? – И она потрясла перед ним рукой браслетом.

– Для него это просто браслет защиты, – несколько настороженно ответил ей Лениавес, стараясь как-то снизить накал эмоций.

Но ему явно что-то в окружающей обстановке не давало покоя. Корнол стал с опаской оглядываться по сторонам. Я сразу почувствовал изменение в его поведении. Да и Рыкун как-то беспокойно завозился за моей спиной.

И правильно сделал: я тоже заметил какой-то отзвук опасности, проявившийся после этого эмоционального всплеска девушки, и шёл он откуда-то слева. Хотя по крайней мере на протяжении ближайших нескольких метров, как я мог судить, не было ни одного ответвления, уходящего в ту сторону, даже скрытого или замаскированного. Об этом однозначно говорила модель, построенная Искателем.

Поэтому я стал с ещё большим вниманием контролировать близлежащую территорию.

Казалось, что этот поток эмоций девушки и привлекает к нам опасность. Нас с корнолом пока эти неизвестные не замечали или, что более вероятно, просто не обращали на нас внимания.

Мне нужно было время, чтобы выделить эту странную опасность из окружающего нас фона. Но из-за того, что направлена она была не лично на меня, я, видимо, плохо это мог делать.

«Вот и один из минусов моей интуиции, – понял я, – если что-то не касается лично меня, то она работает гораздо хуже».

Однако нужно было что-то решать или делать.

А Эрея никак не могла успокоиться, всё больше распаляясь, выплескивая на Лениавеса накопившиеся страхи. И, как мне кажется, связано это было не только с тем, что я надел ей этот треклятый браслет, но и с тяжёлыми событиями, произошедшими с ней за последние несколько дней. А браслет был лишь катализатором, запустившим реакцию. И теперь нужно понять, как не дать этому моему подарку стать последним в её жизни. Ну и нашей с Лениавесом за компанию.

– Этого уже не скрыть! – всё лилась и лилась из неё река возмущения и обиды. – Раньше это был лишь гипотетический брак, а теперь он взял и надел на меня браслет супруги. И любой мало-мальски подготовленный маг сможет распознать его наличие. Теперь это, – и она вновь потрясла рукой, – сможет увидеть каждый. Да и как он посмел, даже не узнав моего мнения, не спросив разрешения?! Не поинтересовавшись, нужно ли мне это, хочу ли я этого?! Он… Он… Он такой же, как и все! – И Эрея расплакалась. Разревелась, как маленькая беспомощная девочка, сцепив и опустив сжатые в кулачки руки и склонив голову.

Лениавес растерянно смотрел на плачущую девушку, а ко мне наконец пришло понимание происходящего.

«Вот она, – догадался я, – вот причина. Брак. Но даже не совсем он. Её возмутило то, что это посмели сделать без её разрешеия. Никому не интересно мнение маленькой девочки. Вот почему я такой же, как и все прочие. Видимо, уже пытались использовать её как одну из фигур в политических и прочих играх. Ну а что вы хотели, её происхождение к этому обязывает».

И я с сожалением и сочувствием посмотрел на эту молодую и красивую девушку, которую ещё в детстве сделали разменной монетой ради высокой политики и прочих благ, о которых думали её родители. Но которые почему-то забыли, что она всё-таки живой человек – простите, эльфар – и у неё может быть своё собственное мнение. И к их великому удивлению, возможно, даже не всегда совпадающее с целесообразностью и прочими постулатами, которыми пользуются все остальные.

«А ты не такая и принцесса, коль тебя всё ещё волнуют такие вопросы, а не политические выгоды, – с одобрением подумал я. – Мне почему-то нравится, что ты всё ещё простая, нежная, милая, такая красивая и прекрасная, но обычная девушка, хоть и высокородная принцесса».

И, улыбнувшись своим мыслям, я как-то неосознанно развернулся, сделал два тихих шага и нежно, ласково приобнял её со спины.

Сначала она вся напряглась и даже постаралась отстраниться, сделать шаг от меня в направлении корнола. А тот стоял и смотрел на это, удивлённо раскрыв глаза. Но я всё так же ласково, стараясь не слишком давить на неё, развернул Эрею к себе и погладил по нежным шелковистым волосам.

– Не плачь. Я с тобой, – произнёс я. – Всё будет хорошо.

Казалось бы, это были простые и обычные слова. При этом сказанные на русском языке, который не могли здесь знать и понять. Но они помогли.

Эрея расслабила и опустила напряжённо сжатые кулачки, упёртые мне в грудь. А ведь я даже и не заметил, что они там были. Потом, тихонько всхлипывая, прижалась ко мне и положила свою голову на моё плечо. И я почувствовал, как её влажная щека коснулась моей шеи.

– Тихо, – прошептал я, продолжая гладить её по голове, боясь шевельнуться, чтобы не спугнуть это мгновение.

И Эрея постепенно стала успокаиваться.

А потом внезапно, без какой-либо причины повернулся некий винтик в моём сознании, и формат моего восприятия реальности мгновенно изменился.

И произошло следующее.

Я множеством фасеточных глаз, будто со стороны, смотрел на притягательный и такой лакомый и тёплый комок – источник эмоций. Он звал нас. От него исходили такие пленительные эманации!

Мы давно не чувствовали и не видели подобного. Они разбудили нас. И сейчас мы двигались к их источнику. Такому яркому и живому. Такому сладостному и желанному. Нас гнал проснувшийся вместе с нами голод. Нас гнал страх. Мы боялись, что источник достанется кому-то ещё. Мы знали, что он мог привлечь Старших. Мы чувствовали их хоть и далёкое, но присутствие. Однако они пока не видели источника.

Нам повезло больше. Источник находился всего в нескольких десятках метров от нас.

И мы понеслись к нему.

Но вдруг он стал таять. Его сила будто пыталась скрыть от нас его обладателя. И поэтому мы с удвоенной энергией в едином порыве рванулись к месту в пространстве, где последний раз нами чувствовалось присутствие столь сладостной и желанной еды. Голод давал силы. Голод толкал нас вперёд.

Источник ещё не исчез, но почти растворился в пространстве. Нужно было успеть. До него оставались буквально метры.

Всё, он перед нами. Мы успели.

Радость обуяла нас. Тут было два источника. Просто второй был очень слаб и даже на фоне угасающего первого был незаметен.

Но сейчас, когда рядом были мы, оба источника начали гореть, как яркое пламя.

Пламя страха.

Еда. Вот она, перед нами.

Мы кинулись к ней, стараясь обогнать друг друга и успеть урвать свою часть силы, свою часть жизни.

Жизни встреченных источников.

Но всё внезапно изменилось.

Здесь оказалось три источника.

Самый яркий, первый источник окутала сила, способная его защитить, но неспособная причинить нам хоть какой-то вред. Стоит только подождать – и защита спадёт.

Мы будем ждать.

Второй источник окутался силой, способной ранить, но неспособной убить нас. И он стал гаснуть и перестал быть нам интересен. Он нам не нужен, поняли мы.

Но самое главное – мы увидели, как появился третий источник, которого ещё мгновение назад здесь не было. Которого здесь не могло быть.

Старший.

Мгновенная радость сменилась страхом. Мы не понимали, что произошло.

Вот она, еда. Но между нами и ею встал третий источник. Источник смерти. Силы и смерти. Силы, способной поглотить нас всех, и смерти, способной уничтожить нас полностью.

Мы взвыли. От голода. От страха. От злости.

Еда была так близка!

Но откуда здесь Старший?

Они ещё не знали об источниках. Они не могли успеть раньше нас.

Откуда здесь взялся такой сильный Старший? Такие, как он, перестали существовать ещё до великого сна. Откуда он?

Это было последним видением.

Дальше была лишь смерть.

Мы погибали.

Старший уничтожал нас. Он забирал наши способности и забирал наши жизни. Нас становилось всё меньше.

Вдруг он прекратил нас убивать, но не давал нам уйти. И мы поняли, что он предлагает служить ему. Он обещает оставить нам жизни, но мы должны стать его вечными слугами.

Мы и раньше служили Старшим. И мы сказали ему об этом. Они заботились о нас, а мы помогали им.

Он ответил, что знает об этом. И готов взять на себя обязанности заботы о нас, но мы должны служить и беспрекословно подчиняться ему.

И мы согласились. Ведь нас, Младших, и создали для этого. Наше предназначение – служить.

Правда, очень давно уже не было Старших, способных обуздать нашу силу. А этот смог. И мы согласились. Мы принесли ему Клятву служения. И он принял её.

А когда мы стали его слугами, мы сказали, что нам нужен дом. Мы не можем существовать без него, иначе погибнем.

И он нам его дал. Это был самый странный и самый необычный дом за всё время нашего существования.

У нового хозяина не было ничего, что могло бы вместить все наши сущности, чтобы не разрушить эту вещь или предмет. И мы не понимали, что он нам сможет предложить взамен нашего служения.

Но он нашёл выход.

Нашим домом стало его ментальное тело.

Для нас это было немного непривычно и не очень уютно. Но Старший предложил нам поселиться в нём. И это было всё равно намного лучше того, где мы влачили своё существование сейчас.

Тем более Старший дал позволение нам самим в дальнейшем позаботиться о своём новом доме, лишь бы это никак не повредило ему самому.

И мы с удовольствием выполнили его первый приказ.

Вселились в него.

Нас переполняла давно забытая радость.

У нас появилась цель. Служить.

Мы вернули себе смысл нашего существования. Служить.

Мы стали нужны.

Но когда наступило полное единение с нашим новым Повелителем, мы увидели то, на что должны были обратить внимание сразу.

Мы все разом поняли-почувствовали-осознали: это не Старший.

Это кто-то другой. Кто-то более опасный.

Сначала мы подумали, что это кто-то из тех, кто уничтожил Старших.

Но это было не так. Отзвук его силы хотя и был схож с отпечатком сил давнего врага Старших, но всё-таки нёс какую-то странную, необычную закрепляющую печать.

Печать, чуждую этому пространству и времени. Печать, чуждую этому миру.

Давно забытую печать.

Печать небытия.

Но это было невозможно. Создатели этой печати ушли из этой вселенной задолго до формирования её нового энергетического поля. Ещё до появления Старших. Не говоря уже о нас, Младших.

Получается, новый Повелитель был из тех, кого не должно было существовать в этой вселенной.

Но он был здесь.

И мы не знали, что делать.

Клятва служения уже была дана нами.

И теперь у нас был самый странный и необычный Повелитель в этой вселенной.

Повелитель, которого не должно существовать.

* * *

Даже не усомнившись в реальности увиденного, я автоматически перешёл на самый высокий уровень своего восприятия.

В сознании возникла странная двойственная картинка.

Фасеточное зрение неизвестных существ, приближающихся к нам, и моё восприятие ментально-информационной составляющей окружающего мира совершенно не мешают адекватному пониманию происходящих вокруг нас событий. Наоборот, даже дополняют друг друга.

Только Искатель суматошно вопит где-то на задворках сознания о том, что моё ментальное тело может не выдержать таких перегрузок и я могу потерять не только рассудок, но и жизнь.

Однако я сам почему-то был совершенно спокоен насчёт этого, даже больше, точно знал, что если потребуется, то моё сознание сможет выдержать и не такие нагрузки. А этот смешанный тип восприятия действительности был как раз тем, к чему оно будто специально было подготовлено и поэтому сможет достаточно быстро к ней приспособиться.

Буквально через несколько мгновений общая разрозненная картинка сложилась в некий законченный элемент и приобрела дополнительный объём. Появилось некое внутреннее видение целостности происходящего, какое-то странное понимание скрытой сути тех ментальных полей, что раньше виделись мне лишь как своеобразные законченные структуры. Складывалось впечатление, что у меня возник удивительный и непривычный, но тем не менее очень удобный многомерный взгляд, охватывающий видимое мной пространство с множества разнонаправленных точек зрения и нескольких углов обзора, будто я смотрю сразу со всех сторон, при этом как из-за пределов заданного объёма пространства, так и изнутри его самого.

В дополнение, если раньше я видел просто структуру ментальных полей, потоков и каких-то образований, то теперь я мог ощутить не только её, но и внутреннее содержание той энергетической составляющей, что курсировала и переливалась вокруг меня. Ощущал, какие энергии меня окружают, ощущал их вкус и, как следствие, мог распознать их истинное назначение. Чувствовал ранее скрытые от меня происходящие в окружающем пространстве изменения и преобразования. А значит, мог распознавать и использовать с наибольшей эффективностью различные типы энергий, разлитые вокруг меня и пронизывающие во всех направлениях этот хаотичный, неструктурированный мир.

Но что было наиболее интересным и захватывающим, я стал напрямую считывать ту информационную составляющую, некий ментальный след, как я понял, что хранился в любой энергетической структуре. И это дало мне возможность видеть, правда частично, некую историю жизни единого потока энергии. Частности я различить не мог, но общую суть ухватывал достаточно уверенно.

И именно это понимание настоящего и видение некой истории, протекающей для меня в каком-то странном обратном порядке, позволило наконец заметить и рассмотреть нападавших именно в том виде, который был их истинной сущностью.

А самое главное, я понял причину, почему жители этого города так надёжно закупорили свои подземелья. Не исчадия были тому причиной. Они были лишь одной из линий обороны этого города. Истинной же причиной как запустения самого этого великого города магов, так и того, что эти подземелья были необитаемы, были эти древние существа.

Город магов был построен специально на месте их древней колонии. Те самые маги знали о существовании этих необычных ментальных сущностей, знали их предназначение и догадывались о тех возможностях и силе, что они могут дать. Поэтому на протяжении нескольких тысяч лет пытались пробудить их от спячки, в которой они пребывали. И в конце концов они добились этого.

Но маги переоценили свои силы. Они не предполагали, кем на самом деле были эти существа. Они не могли знать, насколько они окажутся сильны и насколько будут опасны. Они собственноручно разбудили свою смерть, которая их и погубила.

Исчадия были слабой попыткой магов отсрочить свою судьбу. Они дали время покинуть уже обречённый город хотя бы тем немногим, кто был избран для этого. И к моему большему удивлению и гордости за тех людей, или кто бы они ни были, избранными были не правители этого города или его верхушка и знать. Нет, они и сейчас все здесь. И мы имели счастье с ними встретиться несколько часов назад. Они спасли детей. С теми немногими взрослыми, что несли ответственность за них и их будущее воспитание. К сожалению, их дальнейшая судьба мной не просматривалась, но я почему-то был уверен, что у них всё получилось и они выжили.

Те же, кто остался в городе, сделали то единственное, что были должны и могли. Часть магов сдерживала наступление, погибая, но при этом своей жизнью выторговывая у судьбы те крупицы времени, что давали самым сильным магам этого города совершить ритуал.

Страшный, жестокий и кровавый ритуал, но столь им необходимый.

Ритуал привязки.

Ценой своей жизни и магических способностей они привязали эти странные сущности к тому единственному сильному источнику, что был на территории города. Именно поэтому этот источник жизни был настолько исковеркан и изменён. Он обагрён кровью тех, кто совершал ритуал. Он наполнен их силой жизни, отнятой во время ритуала, основанного на силе смерти. Он получил силу от магов, совершавших Великий обряд жертвоприношения и принёсших свои жизнь и силу в качестве платы за его свершение.

И источник принял их жертву.

И с тех пор он стал выполнять совершенно другие функции. Он перестал быть просто источником жизни. Теперь он служил якорем и точкой привязки для удержания этих ментальных сущностей в пределах города. Ну и параллельно поддерживал жизнь самого города. Но, как оказалось, это было не самым главным. Хотя по этой самой причине местная нежить была более разумна, чем вся остальная. Эта нежить стала выполнять роль вечных хранителей источника магии, который удерживал древние сущности, не давая им распространиться за пределы своего влияния. И она сама выбрала и обрекла себя на этот путь.

Хотя я точно знал, что колония этих сущностей не единственная в мире, что были в этом мире и более опасные существа.

И вот те, кто смог погубить столь сильных магов древности, сейчас приближались к нам.

Эрея и Лениавес всё так же стояли, не замечая надвигающейся на нас смертельной опасности. Они даже её не чувствовали, вернее, корнол на каком-то подсознательном уровне ощущал некий дискомфорт, я это прекрасно сейчас видел, а вот девушка на окружающую действительность не обращала совершенно никакого внимания.

Но через некоторое время напряжение сковало сначала девушку, а потом и корнола.

Странный туман начал просачиваться в коридор сквозь стену. Странный плотный густой туман. Туман, своей субстанцией больше похожий на облако жидкости, которое образуется в невесомости. И он постепенно втекает в туннель, заполняя его полностью. Сначала полупрозрачный, он становится всё более тёмным, пока не превращается в сплошную стену мрака, надвигающуюся на нас.

Внезапно всё меняется.

Дикий страх охватывает девушку. Я не понимаю, видела ли она нечто подобное раньше, но Эрею начинает снедать первобытное, всепожирающее чувство ужаса, которое вогнало её в ступор. Она стала не способна шевелиться, мыслить, разумно действовать. Я увидел, как меняется её ментальное поле, сжимается до состояния маленькой плотной горошины. Как её эмоциональный фон приобретает тёмно-багряный оттенок страха, опасности и смерти.

Нечто подобное исходит и со стороны Лениавеса. Но корнол ещё как-то может контролировать свои эмоции и чувства. Хотя и находится на самой гране, что удерживает его от падения в эмоциональную пропасть, которая уже стала пожирать девушку.

И эти сильнейшие эмоции девушки и корнола ещё больше привлекают к нам странных ментальных сущностей.

Для моих спутников, как я понимаю, эти существа были просто некой единой туманной субстанцией. Я же вижу, как перед нами появляется сияющий, переливающийся палитрой цветов энергетический клубок, состоящий из сотни каких-то тонких лент, копошащихся, всё время переплетающихся друг с другом.

Они перемещаются вдоль энергетических линий, пронизывающих всё пространство вокруг нас, во всех направлениях, в том числе и беспрепятственно проходя через стены туннелей. Эти ленты, по сути, и были некими энергетическими полуразумными сущностями. И существовали они именно в тех энергетических и ментальных образованиях, которые я периодически замечал вокруг нас. Но до сих пор нам везло и они были пусты. И теперь мне стало понятно, чем же на самом деле были эти энергосгустки. Это были коконы, в которых обитали эти непонятные странные существа во время своего летаргического сна.

А тут мы имели счастье наткнуться на колонию уже очнувшихся существ.

До приближения их к нам остаётся не более нескольких мгновений. И поэтому я начинаю действовать.

На полуавтомате, даже сам не понимая, как это сделал, я активирую браслет защиты, который сейчас надет на запястье девушки. Её тело моментально окутывает тонкая плёнка защитного поля.

«Это тебя защитит», – думаю я и, прошептав мысленное «прости», отшвыриваю замершую девушку себе за спину, постаравшись, чтобы она оказалась под хоть и эфемерной, но всё же защитой Лениавеса.

– «Защита разума»! – кричу я ему, уже не обращая внимания, отреагировал он на мои слова или нет.

Однако, судя по вспышке ментальной активности, возникшей у меня за спиной, что-то он сделать успел.

Я же, чтобы не тратить драгоценное время, скидываю сковывающий, мешающий свободно перемещаться мне рюкзак и, выхватив оба своих клинка, делаю два скользящих шага по направлению к стелющемуся в нашу сторону туману.

«Их просто так не уничтожить, – бьётся мысль в моём сознании, – но и особой защиты у них почему-то нет. Я её не вижу».

И эта странность настораживает меня больше всего.

«Почему?» – никак не могу понять я.

Но тут замечаю необычное явление, произошедшее с одним из приближающихся существ. Я вижу, как оно полностью преобразует своё ментальное тело и, перетекая из одного потока энергии, из тёмного, с циркулирующей в нём энергией смерти, в другой, совершенно антагонистичный ему поток жизни. При этом оно не погибает, как подумал я первоначально, а изменяет саму суть своего ментального тела, преобразуя его в сгусток энергии, так и бьющий силой жизни.

Это преобразование и показывает, кем на самом деле были эти существа.

«Они – энергия, но не простая, находящаяся в стабильном состоянии, а её изменяющаяся форма. И это плохо, – проносятся рассуждения в моей голове. – Энергию, которая имеет свойство преобразовывать себя в любой иной вид, невозможно уничтожить. Я в этом уверен».

При этом я абсолютно спокоен и, как мне кажется, даже как-то рад надвигающейся на меня опасности. Я хочу её. Мне нужно это.

«Неужели я стал каким-то чокнутым адреналиновым наркоманом? – с долей сожаления подумал я, но потом понял: – Нет, это нечто другое. Мои мысли и рассуждения – последствие некоего своеобразного транса, в котором я сейчас пребываю. И именно этот транс позволяет мне оценивать происходящее с ясностью и чёткостью работающего компьютера».

Такого раньше не было. До этого я всегда осознавал себя и не чувствовал никакого перехода на какой-то необычный уровень или способ мышления. А теперь всё происходило именно так. Ничего постороннего и отчётливое понимание того единственного действия, которое нужно совершить, – такое было со мной и раньше. Но вот ни разу ещё правильные решения не выстраивались у меня в голове в единую цепочку, алгоритм действий, шагов и поступков, позволяющих привести меня к наилучшему и максимально выгодному для меня варианту.

И я командую себе:

«Бой!»

Шаг вперёд.

Взмах. Удар.

Резкая остановка клинка и поглощение энергии.

Но это не всё. Этих существ не уничтожить так просто. Нужно провести ещё ряд действий. Преобразовать энергию существа в свою. Не дать ментальной сущности воплотиться в каком-то ином энергетическом образовании. И самое главное, то, что позволяло и раньше уничтожать этих существ, самое главное оружие исчадий – поглощение сути. Душа и сущность ментального существа – мои. Его сила и знания. Его разум.

Искатель на задворках сознания констатирует:

«Обнаружение дополнительного ментального модуля. Подключение ментального модуля к интерфейсу ментооператора. Сканирование параметров ментального модуля. Общее усиление ментальной чувствительности оператора на три процента. Уплотнение ментоин-формационного поля на полпроцента. Ускорение преобразования энергий на одну сотую процента. Усиление свойств поглощения энергий на две сотых процента».

Но я на это не обращаю внимания. Так как туман теперь прямо передо мной.

Шаг. Удар. Поглощение энергетической составляющей. Преобразование. Поглощение сути.

И снова отчёт Искателя.

Ещё раз. И ещё.

Я действую на грани возможностей. Нельзя дать прорваться этим сущностям к Лениавесу и тем более к Эрее.

Поэтому я превращаюсь в многорукую машину убийства. Вокруг меня непрекращающийся веер разящей и уничтожающей всё стали мечей.

Я уже еле успеваю поглощать напирающие на нас сущности.

Я даже не анализирую, что сообщает мне ментоинтерфейс.

В голове единственная мысль:

«Нужно стоять. Стоять и не отступать».

И поэтому.

Удар. Поглощение энергетической составляющей. Преобразование. Поглощение сути.

Вокруг уже разлито столько энергии, что я поглощаю её постоянно. И не понимаю, это новый противник или кто-то из тех, кого я поразил ранее.

Но смертельный туман всё наседает и наседает. Я пока какими-то немыслимыми усилиями успеваю сдерживать его.

Удар. Поглощение энергетической составляющей. Преобразование. Поглощение сути.

И ещё раз.

Я не помню, сколько всё это длится.

И даже не обращаю внимания на то, что неожиданно делаю шаг вперёд. Потом ещё один.

И только тогда до меня доходит. Туман отступает. Он старается уйти от меня.

Со стороны этих странных сущностей исходит настолько сильная волна страха, что я останавливаюсь. Даже не добив очередную из них.

Что-то с ними не так.

Что-то не даёт мне покоя.

Что-то не позволяет мне и дальше истреблять этих странных существ.

И только сейчас я понимаю, что знаю о них. Знаю, кто они. Знаю их предназначение. И знания эти появились во мне вместе с поглощением сил, знаний и души убитых мной сущностей.

Я прислушался к себе и понял: они не опасны для меня.

Теперь не опасны.

Эти существа когда-то были своеобразными ментальными симбионтами-инструментами, выполнявшими различные функции: от поддержания здоровья и контроля общего состояния до оптимизации работы самого организма их хозяина-владельца, его улучшения и повышения его возможностей. К тому же эти сущности позволяли проводить удалённое подключение к различным устройствам, как к ментальным конструкциям, так и к вполне реальным, и управлять ими.

Только вот всё это было основано не на технических решениях или каком-то аппаратном обеспечении, а на ментальных разработках. На том, что у нас назвали бы одним словом – магия.

И поэтому я остановился.

«Нельзя уничтожать их, – понял я, – но и оставлять их просто так тоже нельзя. Если их не обуздать, они рано или поздно вырвутся из оков этого города».

Теперь это я понимал как никто другой. Они и так уже были на пороге этого. До их полного освобождения оставалось не больше нескольких месяцев. А потом бы они вырвались на свободу. Силы ослабленного и почти истощённого источника не хватило бы на больший срок.

«Этого допустить нельзя», – решило моё сознание, тот я, что сейчас руководил моим разумом. Тот я, что мог принять единственно верное решение.

И я мысленно приказал им:

«Стоять!» – и даже не усомнился, что они посмеют не выполнить мой приказ.

Ведь, по сути, это слуги. Странные и необычные, но послушные и верные, которые выполнят любой приказ. Которые будут верны и исполнительны до моей или их смерти.

И они остановились, даже не осмелившись двинуться куда-то дальше.

«Они боятся меня, но и надеются на что-то. Они узнали во мне кого-то, знакомого им», – вижу и понимаю я.

А поэтому ещё раз, обдумав свои дальнейшие слова, сказал им:

«Предлагаю вам службу. В противном случае я должен буду уничтожить вас».

И они согласились. В едином порыве они ответили «да», и у меня в сознании забилось эхо их ответа.

Никогда не понимал чувств хозяев, когда их встречает радостный щенок, который при встрече машет хвостом и ласкается, стараясь напроситься на ответную ласку. Но, как мне показалось, именно эти чувства посетили меня сейчас, когда я принял согласие этих существ. Только щенков у меня было несколько сотен. И мой внутренний мир разорвала та буря эмоций, что пришла со стороны этих странных существ. Радость, успокоение, ожидание.

Но с этим посетило и некое чувство страха. Сущности переживали, что я не смогу забрать их. Их домом служил как сам местный источник, ведь без него они не могли существовать, так и ментальные аномалии вблизи него. И в основе всего этого лежало некое менто-энергетическое поле.

А у меня, как они видели, не было ни одного подходящего предмета, способного принять их и не потерять своей энергетической целостности.

И тут, вероятно повинуясь своей интуиции, ну или глупости, я предложил им в качестве их нового обиталища свой внутренний накопитель энергии, ведь, по сути, он был своеобразным источником ментоэнергии.

Уже получив их согласие во второй раз, я как-то забеспокоился о своём драгоценном здоровье, но отступать было поздно. Я попросил их лишь о том, чтобы они постарались не вредить мне, обустраиваясь там. На что получил ответ, что они постараются сделать свой дом ещё лучше, а с ним и моё ментальное и энергетическое поле в целом. Но на это им потребуется время. Они должны понимать, как и что можно изменить, чтобы не навредить их новому Повелителю.

«Ну, видимо, это мне», – с сарказмом подумал я, приготовившись ко всему, хотя, конечно, полностью готовым к произошедшему действу я не был и, лишь постаравшись отстраниться, наблюдал за всеми происходящими вокруг меня событиями.

А дальше эти странные существа стали втягиваться в меня.

Со стороны это выглядело так. Я сделал шаг по направлению к туману и раскинул руки в стороны с зажатыми в них клинками – я забыл вложить их в ножны. И туман стал приближаться ко мне. Мгновение – и мы соприкоснулись с ним. А дальше он стал вливаться, впитываться в моё тело.

Вместе с энергетическими сущностями я стал наполняться ментальной энергией, которая составляла их основу. И в какой-то момент насыщение моего энергетического поля стало таким плотным и объёмным, что казалось, ещё мгновение – и меня разорвёт на тысячи мелких осколков.

«Перегрузка энергосистем оператора более чем на триста процентов,

– зафиксировал Искатель моё состояние.

– Перевод и преобразование избытка энергии во все доступные накопители».

И в моём сознании окружающее пространство расцвело различными точками разнообразных цветов и оттенков, к которым от меня потянулись тонкие каналы передачи энергии. В основном эти, как я понимаю, всевозможные накопители ментоэнергии сосредоточены вокруг меня.

«Красные агаты, моя экипировка, оружие, накопители, подобранные мной в туннеле, странный камень, найденный, когда мы убегали от демонов», – перечислял я, рассматривая отмеченные на сформированной виртуальной карте пространства накопители.

Заметил я и своих спутников, но потянувшиеся к ним каналы передачи ментоэнергии я оборвал.

Самым большим пятном была область внутри моего поля, что, впрочем, меня совершенно не удивило.

Однако канал, связывающий мою ментально-энергетическую структуру и этот мой внутренний накопитель, не успевал передать весь заполняющий меня объём ментальной энергии.

Вернее, даже не это. Для перевода в накопитель её нужно было преобразовать в определённый формат, и вот именно с этой задачей, как оказалось, мой организм и не справлялся, слишком разнообразными и неоднородными были ментальные сущности, принятые мной. И как результат – избыток ментальной энергии, поступающий в меня вместе с втекающими в моё ментальное тело сущностями, так как её приток был слишком велик и неравномерен. Поэтому вся избыточная энергия стала распределяться между доступными мне накопителями ментальной энергии.

По мере наполнения точки, их отображающие, разгорались всё ярче и ярче. К тому же над каждой из них появился некий голубоватый индикатор с нарастающим процентным параметром, который заполнялся и темнел по мере поступления в накопитель дополнительного объёма энергии.

Когда значение индикатора над одним из самых маленьких, судя по отображению, накопителей энергии достигло ста процентов, у меня независимо от действий ментоинтерфейса вдруг сработал некий защитный механизм контроля передачи энергии.

«Угроза переполнения ментального поля накопителя номер семь»,

– появилось сообщение в моём сознании, и одна из точек замерцала тёмно-красным, даже бордовым, тревожащим и раздражающим моё чувство спокойствия цветом.

И хотя сообщение было передано через рабочее виртуальное окно ментоинтерфейса, я почему-то знал наверняка, что это сообщение я сгенерировал самостоятельно, без помощи Искателя, уже на основе тех многочисленных ментомодулей, что были подключены мне ранее.

Как я понял, с появлением в моём теле этих странных существ началось и более плотное взаимодействие моего менто-информационного поля с сознанием. И первые результаты этого я стал пожинать практически сразу, с первых мгновений их внедрения в моё тело. Кстати, передача и преобразование энергии в другой тип стали происходить гораздо быстрее, ускоряясь с каждой новой прошедшей слияние со мной сущностью.

При этом я видел, как дополнительно образуются какие-то ранее не существовавшие в моём ментальном теле области, которые ментоинтерфейс определял как ментомодули неидентифицированных действий и свойств.

Сразу же после появления информационно-предупреждающего сообщения в работу вступил Искатель, сообщив:

«Произвожу отключение канала передачи энергии от выбранного накопителя».

Дальше точно такие же информационные сообщения пошли сплошной чередой.

В итоге все доступные накопители были заполнены ментоэнергией полностью, но её избыток в моём энергетическом поле был всё ещё велик и продолжал расти.

«Нужен дополнительный поглотитель энергии», – стараясь что-то придумать, понял я и запустил более тщательное и усложнённое сканирование окружающего пространства, о котором узнал, подумав о более внимательном поиске.

Оно, как я понимал, использовало практически все доступные и незадействованные сейчас ресурсы как меня самого, так и внедрённого в меня ментоинтерфейса и активированных ранее ментомодулей плюс какие-то имеющиеся в наличии, но всё ещё не идентифицированные ментоинтерфейсом возможности происходящего сейчас слияния.

«Обнаружен слабый неинициированный накопитель ментоэнергии»,

– вдруг сообщил мне Искатель.

И в том виртуальном пространстве, что сейчас отображалось в моём сознании, появилась ещё одна точка. Но её более сложная и многоцветная структура нисколько не соответствовала тем, что я видел ранее. Своей ментальной меткой эта найденная аномалия больше походила на мой внутренний накопитель, однако была гораздо меньше и несколько более упрощённой.

«Что-то мне это напоминает, – пролетела мысль, – но что?»

И тут будто тёплая волна набежала именно со стороны этого видимого мне сейчас необычного накопителя ментоэнергии.

«Рыкун, – удивлённо понимаю я, – но что с ним? То-то его давно не слышно и не видно».

С ним что-то происходит именно сейчас. И ему катастрофически не хватает собственной энергии для этого непонятного процесса, доходит до меня. Именно поэтому этот накопитель оказался практически необнаружим. В нём совершенно не осталось ментоэнергии.

Сейчас его удалось запеленговать лишь по остаточному следу и косвенным признакам его наличия именно в этом участке когда-то переполненной ментоэнергиями структуры Рыкуна.

«С вероятностью семьдесят процентов происходит преобразование обнаруженной ментоструктуры и её стабилизация в новом состоянии. Отсутствие свободного объёма ментоэнергии, необходимого для связывания, закрепления и стабилизации ментальной структуры, с вероятностью девяносто девять процентов приведёт к её дестабилизации и уничтожению ментального поля носителя».

«Рыкун может погибнуть?!» – всполошился я.

«Вероятность летального исхода без стороннего вмешательства сто процентов», – подтвердил мои опасения Искатель.

«Так чего мы ждём?! Как раз энергии сейчас у меня переизбыток. И именно этим я смогу помочь ему без проблем», – подумал я и приступил к действию.

Между мной и этим новым накопителем, который принадлежит моему маленькому другу, образую плотный и надёжный канал передачи ментоэнергии. И энергия практически мгновенно, как насосом, стала закачиваться в, казалось бы, совсем крошечный накопитель Рыкуна, по пути претерпевая какие-то странные изменения, аналогичные тем, что происходили во мне, когда я преобразовывал ментоэнергию в какой-то определённый необходимый мне тип. Но происходило это гораздо быстрее и, что наиболее странно, с меньшими потерями энергии.

«Скопируй преобразователь», – отдал я распоряжение ментоинтерфейсу, так как его КПД, даже если использовать грубое округление, был гораздо выше того ментомодуля, что выполнял аналогичные функции в моей ментальной структуре.

«Выполняю»,

– отрапортовал он.

«После того как скопируешь, проведи его тестирование и замени мой аналогичный ментомодуль на обнаруженную структуру».

«Необходимо произвести пересчёт входных и выходных параметров, а также внести соответствующие изменения в саму ментальную структуру модуля, что без подробного и длительного анализа его работы и взаимодействия данного ментомодуля с родительской структурой выполнить невозможно»,

– сообщил Искатель.

«Получается, без помощи Рыкуна этого не сделать?» – уточнил я.

«Да,

– ответил Искатель,

– однако есть и альтернативный вариант его использования».

«Что предлагаешь?»

«Данный ментомодуль практически без изменений можно встроить в существующий и использовать его как выходной. Необходимо напрямую подключить его как дополнительный ментомодуль между преобразователем и накопителем. Его рабочая эффективность и пропускная способность в несколько раз превосходят имеющийся в наличии. Как результат – он спокойно сможет пропустить тот объём ментоэнергии, что передаёт в него существующий преобразователь, и дополнительно будет преобразовывать оставшийся и не поступивший в основной преобразователь. Накопитель же полностью, без дополнительных изменений справится с возросшим поступающим в него объёмом ментальной энергии».

«Хорошо, так и сделай», – согласился я.

«Принято к разработке и выполнению».

Пока я размышлял и продумывал варианты использования только что обнаруженного ментомодуля, структура ментополя самого маленького хищника постепенно стала разрастаться и несколько удлиняться, приобретая черты вытянутого эллипса. И всё это – построение каналов, образование новых связей и узловых точек – потребляет огромное количество ментальной энергии. И она в достатке берётся из избытков в моём энергополе.

Однако, проведя некоторые предварительные расчёты и проанализировав полученные результаты, ментоинтерфейс предполагает, что через некоторое время не хватит того избытка ментоэнергии, что оставался у меня в запасе. Дополнительно необходимо чуть больше двадцати двух процентов уже закачанного объёма энергии. Как решение он предлагает обновить и перекачать объём энергии, который закачан в мою структуру, Рыкуну, а моё ментополе наполнить уже преобразованной энергией из собственного источника. Как объяснил Искатель, эта операция позволит очистить моё ментальное поле от различных шлаков, накопившихся за последнее время в результате достаточно большого количества изменений и преобразований, произошедших с моей ментальной структурой.

Поэтому в дополнение к основному каналу я создаю дополнительный, который откачивает уже всю оставшуюся ментальную энергию из моего поля напрямую. Интуиция подсказывает, что его текущего объёма с запасом хватит на завершение этого странного преображения моего маленького друга.

«Ну вот и всё, – думаю я, – Рыкун вне опасности».

Несколько минут я ещё стою неподвижно, стараясь переварить тот объём информации, ментоэнергии и ощущений, что испытал в эти мгновения. Постепенно моё ментополе теряет свою насыщенность, практически растворяясь в пространстве.

«Требуется отключение сознания и организма оператора для перераспределения потоков направления энергий»,

– слышу я слова ментоинтерфейса.

Вероятно, для меня эти эксперименты всё же не прошли даром, и перегрузка энергосистем организма была настолько велика, что я ещё пару минут продолжаю стоять не шевелясь, а потом подрубленным деревом падаю на пол. Последнее, что замечаю, – это расширенные глаза Эреи, которая бежит в мою сторону. А затем теряю сознание.

Между тем коридор передо мной уже давно стал абсолютно пуст. Странный туман, состоящий из этих непонятных существ, больше не преграждает нам путь.

Эрея в мгновение ока оказывается рядом с распростёртым на полу телом хумана и опускается на колени.

Корнол не успел отреагировать на это стремительное движение девушки, а она уже находится рядом с Багом.

Если смотреть со стороны, то он не подаёт никаких признаков жизни. Даже дыхание не просматривалось или было так слабо, что его совсем не получалось заметить.

– Что с ним?! Что происходит?! – кричит ей корнол.

Неожиданно побежавшие слёзы, блеснувшие на глазах у Эреи, однозначно указывают на то, как сильно она переживала за этого лежащего у её ног молодого парня.

– Не знаю, – отвечает девушка и очень осторожно приподнимает ему голову, кладёт её себе на колени и прикладывает к его лбу руку. А через пару мгновений, закрыв глаза и стараясь успокоиться, отрешается от всего остального мира на несколько секунд. – Он жив, просто без сознания, – с некоторым облегчением, но при этом и с нескрываемым удивлением произносит Эрея. Однако следующие её слова раскрывают суть происходящего и причины, вызвавшей её удивление. – Но что с ним не так, более точно я сказать не могу. Что-то странное произошло с его энергетическим полем. И это ещё более непонятно, – как бы объясняя подбежавшему к ней Лениавесу продолжила она, – я ведь одна из лучших учениц на своём потоке в нашей школе. Поэтому должна уметь определять состояние любого разумного, достаточно только мне взглянуть на его ауру – и я это знаю. Я всегда была одним из ведущих диагностов у нас на факультете. Но сейчас осознаю, как катастрофически не хватает моих знаний и умений. – И она опять сосредоточенно старается разобраться в чём-то видимом и понятном только ей.

– Что странное? – уточняет у девушки стоящий рядом с ней оборотень. – Что ты видишь?

Он не хочет мешать ей, ведь эта девушка – потомственный и один из лучших магов жизни и не ему лезть к ней со своими советами. Но вот если в определении состояния молодого хумана корнол помочь ей никак не мог, то по отношению ко всему произошедшему сейчас у него были некоторые соображения. Правда, настолько нереальные, что он сам не мог в них поверить. Для более обоснованных суждений и гипотез ему нужны были кое-какие сведения.

Однако факт оставался фактом, и он сам стал свидетелем всех этих событий. Поэтому ему просто требовались некоторые пояснения. Именно их он и ждал от девушки.

– Ну… – протянула девушка, собираясь с мыслями, – не знаю, как объяснить то, что я чувствую и вижу. Но всё дело в его энергетическом теле. Оно закрыто или, что более вероятно, очень ослаблено. Вернее, даже не так. Складывается такое ощущение, что его попросту нет. Но такого не может быть. Все живые существа и многие неодушевлённые предметы обладают своей собственной энергетической структурой, или аурой, как её принято называть. А у него её просто нет. Будто и не было никогда. – И она замолчала, вновь обдумывая свои слова.

– У тебя есть предположение, с чем это может быть связано? – спросил корнол.

– Нет. Правда, я как-то очень давно видела нечто подобное, – ответила девушка, – но сейчас явно не тот случай.

– А всё-таки? – будто почувствовал, что они подбираются к сути, стал выспрашивать Лениавес.

– Помните, я рассказывала вам о том моменте, когда пропал мой жених? Десять лет назад?

– Да, – удивлённо ответил корнол, – но я не понимаю, как это связано с текущим состоянием Бага?

– Об этом я и говорю: не тот случай, – повторила Эрея.

– Ну а всё же, – настаивал корнол. – Что там было такого необычного?

И девушка начала рассказывать, сначала не очень охотно, но постепенно её слова приобрели некоторую уверенность и весомость.

– Само нападение я, естественно, не видела, как и все остальные. Но вот его последствия мог наблюдать практически весь город в течение некоторого времени. Даже карету, в которой в тот злополучный вечер ехал сын императора, не трогали, давая следственной группе магов проводить свои многочисленные расследования и эксперименты. Так вот, как-то и я пробралась туда вслед за одним из таких отрядов следователей из императорской стражи и Тайной канцелярии княжества. И как раз тогда я и увидела очень похожую картину. Сама карета, в которой ехал принц, и местность в десяток метров вокруг неё ещё около месяца, как я узнала позже, в энергетическом плане были полностью пусты. Аура там совершенно не просматривалась. Складывалось такое впечатление, что она на этом небольшом клочке пространства абсолютно отсутствовала, будто кто-то вырвал её с корнем. И это заметила не только я, но и все маги, проводившие тогда следствие. И вот сейчас аура Бага, как мне кажется, находится примерно в этом же состоянии. Большего я сказать не могу. Так как привыкла работать по тем или иным стандартным параметрам ауры. Но сейчас она не просматривается. Однако по косвенным причинам я могла бы сказать несколько больше, но никогда не занималась подобным. Единственное, что я точно вижу, – что его аура постепенно восстанавливается, и, как мне кажется, как только она будет восстановлена полностью, он придёт в себя. И это всё, что я могу сделать. Я даже не знаю, как ему помочь сейчас. – Сожаление так и сквозило в последних словах девушки. А через несколько секунд она тихо, для себя добавила: – Зато теперь я точно знаю, что буду изучать в императорской Академии магии.

Однако корнол со своим острым слухом её расслышал, а потому заинтересованно спросил:

– И что же это?

– Это то единственное направление лечебной магии, в котором имперские маги жизни превзошли нас. – Немного помолчав, Эрея продолжила: – Это знахарство. Только знахарь с его настойками, эликсирами и целительными амулетами, а самое главное, практически с отсутствием магических способностей смог бы оказать хоть какую-то помощь в подобном положении. Ведь именно эти лекари привыкли работать, опираясь на косвенные признаки, так как многие из них не способны даже продиагностировать больного по его ауре, но тем не менее в эффективности их лечения не приходится сомневаться.

– Любопытно, – высказался Лениавес на столь интересный вывод, который девушка сделала для себя.

Правда, было не очень понятно, относятся ли его слова к тому, что сказала Эрея сейчас, или ко всему её пространному, лишённому достаточной аргументации рассказу.

– Ну а вы что думаете по этому поводу? – спросила жевушка. – Я же вижу, вам есть что сказать.

– Знаешь, а ведь в отношении Бага ты если и не права, то достаточно близка к истине. – Корнол не стал комментировать последние слова Эреи, а сразу перешёл к сути: – Я нашего друга знаю немного дольше, чем ты. И, сложив несколько странностей, на которые я обратил внимание ранее, с тем, что произошло сейчас, и с тем, что рассказала мне ты, у меня появилась одна достаточно обоснованная и подкреплённая доказательствами гипотеза. – Корнол замолчал, будто специально выдерживая паузу.

– Так что вы хотели сказать? – не выдержала Эрея.

– Я не в курсе, задумывалась ли ты об этом или нет, но у нашего знакомого есть семья. Необычная семья, если ты не ошиблась в своём предположении. – Заметив её возмущённые глаза, Лениавес объяснил: – Сомневаться в твоих словах у меня никаких оснований нет, поэтому я принимаю их как истину. Тем более и твоё утверждение, что он потомок императора, имеет некоторые косвенные подтверждения.

– Какие? – заинтересовалась Эрея.

– Во-первых, магические способности. В императорской семье по мужской линии они хоть и передаются, однако очень слабы. Что мы и можем наблюдать. Ну и второе, более важное. У Бага повышенная чувствительность к инфернальной магии. И теперь это меня совершенно не удивляет. Это явно наследственная черта, доставшаяся ему по материнской линии. Ведь его прадед, Ларк Террасий, один из сильнейших демонологов в империи. Он даже заведует кафедрой демонологии в императорской Академии магии на протяжении нескольких десятков лет. Так что в твоих словах мне нет никакого резона сомневаться, – повторил Лениавес.

– Я рада этому. – Было непонятно, шутит девушка или говорит вполне серьёзно.

Поэтому, не обратив на её бурчание внимания, корнол продолжил:

– И, уже основываясь на этом, я могу сделать несколько выводов. Начну с главного, его родословной. Как бы то ни было, но он драконойд, потомок оборотней призыва, хотя сам и не чистокровный, истинный оборотень. Я это прекрасно вижу. Второй ипостаси у него нет. Но это и понятно, ведь его мать – обычная женщина, дочь одного из небогатых баронов-хуманов с пограничья. Однако, как я уже отметил, часть свойств сущности оборотня ему всё же досталась. Например, та же сила и скорость. Они гораздо выше, чем у простого хумана. Это я увидел уже давно, ну а вы могли заметить это за наше недолгое совместное путешествие. Но это далеко не всё. Ведь кроме физического здоровья и крепости Багу от его предков мог достаться и ещё какой-либо дар. Дар, уникальный для каждого оборотня призыва, который раскрывается при его инициации.

– И что это за дар? – удивлённо спросила девушка.

– Точно я сказать не могу, – ответил корнол, – но некоторые предположения у меня есть и на этот счёт. Особенно после недавних событий и твоего рассказа. Если говорить по порядку, то первые подозрения у меня появились, ещё когда я его встретил. Был бой с одной тварью Леса, свидетелем которого я стал, и я тогда никак не мог понять, как столь слабый маг смог достаточно спокойно противостоять парализующему и воздействующему на разум дурманящему заклинанию той твари, принявшему образ густого тумана. Никакой защиты или чего-то подобного у Бага не было, но туман, казалось, совершенно на него не действовал. Однако теперь я понимаю, что воздействие всё же было, но и защита от него у нашего знакомого была. Только была она несколько необычной, тогда я на это просто не обратил внимания. – Отметив прямо-таки искрящийся любопытством взгляд девушки, оборотень продолжил: – Он нейтрализовал наложенное на него вместе с туманом заклинание, откачав из него всю магическую энергию. Поэтому туман и не оказал на него тогда совершенно никакого воздействия, хотя и должен был. Потом был аналогичный случай, ещё больше подтверждающий данное предположение. Нам пришлось провести один ритуал, в результате которого мы получили огромный выброс свободной магической энергии, и в его эпицентре, как обычно, оказался Баг, который, кажется, будто притягивает подобные неприятности на свою голову. Меня очень сильно удивило, как он не погиб, пребывая там, ведь вокруг него буквально бушевала магическая буря. Но видимо, поглощение магической энергии – это не весь его дар. Я уже досконально изучил его магический потенциал и способности. Баг очень посредственный, даже можно сказать больше – слабый маг. И, как у любого не очень сильного мага, его внутренний накопитель магической энергии, который есть у каждого мага, очень слаб. Да и в свою не слишком развитую ауру он может закачать небольшое количество энергии. А значит, должно быть ещё что-то, позволяющее ему поглотить или, что более верно, уничтожить такое большое количество магической энергии. И теперь я понял, что это. Он её преобразует. Преобразует в способности свои и чужие, случайные заклинания или другие магические аномалии.

– И как вы это поняли? – уточнила Эрея.

– Ну, например, в тот раз он не просто поглотил всю окружающую его магическую энергию, а, как мне кажется, весь доступный её объём он преобразовал в хоть и не очень значительное, но, как я теперь вижу, постоянное увеличение своих собственных магических способностей. Правда, и энергии тогда было гораздо больше, чем сейчас, но, видимо, именно это он и проделал.

– О чём вы говорите? – заинтересовалась девушка.

– Понимаешь, когда я его только встретил, его аура указывала на очень слабые магические способности. Они были гораздо слабее, чем ты можешь видеть сейчас. Да, они были, но его с таким магическим потенциалом с трудом бы приняли даже в рейнджеры или искатели в нашей Академии. Правда, тогда я ещё не знал, что он достаточно сильный видящий, так что искатель из него бы получился отменный. Но не в этом суть. После проведения того самого ритуала, о котором я тебе говорил, его магические способности возросли примерно в полтора-два раза. Я не знаю ни одного заклинания или магического обряда, которые способны дать подобный результат, но так и произошло. Тогда я подумал, что это лишь временный побочный эффект ритуала, который должен очень скоро пройти. Но, наблюдая за ним, я понял, что его аура стабилизировалась в новом для него состоянии и не собирается принимать свой первоначальный вид. И с новыми способностями он хоть и не стал сильнейшим магом, но теперь его без проблем могут принять в императорскую Академию, хоть к рейнджерам, хоть к искателям. Это меня очень заинтересовало. С тех пор я стал присматриваться к нашему общему знакомому более внимательно.

– И что? – вновь спросила Эрея.

– И по сути больше ничего, остальное вы, принцесса, могли видеть сами.

– Что я могла видеть? – Похоже, девушка не понимала, к чему клонит оборотень.

– Вспомните хотя бы о тех останках исчадия, которые попались нам на пути. – И корнол посмотрел на Эрею, а потом перевёл взгляд на лицо парня, голова которого лежала у неё на коленях. – Я никогда не слышал о том, чтобы исчадия погибали сами или кто-то видел их останки. Да и то, что предстало перед нами… Вы хоть примерно представляете, что это?

– Нет, – отрицательно помотала головой девушка.

– А я вот однажды слышал об этом. Вам что-нибудь говорят слова «саван смерти» или «Лерийские острова»?

– О саване смерти я никогда не слышала, – призналась девушка, – а о Лерийских островах знаю только, что это два достаточно крупных острова, бывшие когда-то небольшим континентом, которые находятся как раз посередине между нашим континентом Ларос и континентом Ленара. С геополитической точки зрения эти острова находятся в очень удобном положении и могли бы контролировать весь морской трафик между нашими континентами. И, как я понимаю, нечто подобное и происходило пару тысяч лет назад. Однако по какой-то причине эти острова внезапно стали полностью необитаемы и въезд на них для всех запрещён под страхом смерти. С тех пор это совершенно мёртвые, никого не интересующие каменные глыбы посреди океана спокойствия, которые никому не принадлежат. Насколько я знаю, было несколько попыток как имперцев, так и Ирийского царства обосноваться на них, но они были безуспешны. Причины мне неизвестны. Но, по некоторым дошедшим до нас слухам, никто отправившийся туда не вернулся ни в империю, ни в царство.

– Всё верно, только ты забыла или не знала ещё об одной попытке покорения тех двух островов.

– Да? – Неподдельно удивившись, Эрея постаралась вспомнить, что же она упустила.

Видя, что ей ничего на ум не приходит, Лениавес ответил:

– Подмять под себя эти острова пыталось и княжество. – Видя её возмущение и желание возразить, оборотень остановил её, подняв руку. – Дай мне закончить, – веско сказал он обескураженной девушке, поражённой столь резкой сменой тона корнола. – Нужно знать свою подлинную историю, а не то, что говорят вам и стараются влить в уши, по крайней мере это должно касаться вас, принцесса. Ведь от этого зависит не только ваша жизнь, но и многие другие. – И, немного подумав, он продолжил: – Именно после той экспедиции в княжестве и был издан указ, запрещающий посещение Лерийских островов под страхом смертной казни. А всё потому, что в той экспедиции был один выживший, который смог добраться до континента и передать властям то, что он увидел на островах.

– И что он там увидел? – с затаённой опаской и желанием заглянуть за эту странную завесу тайны спросила девушка.

– Смерть, смерть в истинном её обличье. Что это такое и откуда она взялась, так и не удалось выяснить. Но как воздействует на любое живое существо, известно: попадая в туманную субстанцию, живой организм перестает существовать. Гибнет, умирает, не успевая даже этого осознать. Так погибли все жители островов, все экспедиции, отправленные туда, да и вообще вся живность вблизи этих каменных глыб. Быстро, внезапно и незаметно. Никто не успел предупредить о надвигающейся опасности. После рассказа того единственного выжившего это явление стали называть саван смерти. Это же явление только что могли наблюдать и мы с тобой. Правда, до сих пор считалось, что от него нет никакой защиты. Однако, как мы с тобой можем видеть, она всё-таки есть. Как и что сделал Баг, я не могу сказать, но в одном я уверен точно: он спас нашу жизнь. Только вот что он отдал взамен, мне неизвестно.

– Откуда вы так много знаете об этом явлении? – будто что-то заподозрив, очень тихо спросила девушка.

– Я и был тем единственным выжившим, – так же тихо ответил корнол и закрыл глаза, будто погружаясь в далёкое прошлое. Однако буквально через мгновение встрепенулся и обратился к замершей девушке, боявшейся даже шевельнуться и старавшейся не нарушать хода его мыслей и воспоминаний. – Давай не будем сейчас говорить об этом. Всё это дела давно минувших дней. И сейчас их уже не исправить. Главное, все смогли сделать правильные выводы из этого.

– Хорошо, – согласилась Эрея, не прекращая смотреть на него расширенными, удивлёнными глазами.

– Вернёмся к нашей проблеме, которая так удобно пристроила свою головушку у тебя на коленях, – в шутку продолжил корнол, – она не менее интересная и загадочная.

Так вот, то, что я увидел здесь, только подтвердило мои подозрения насчёт возможностей Бага. Он поглотил весь туман, перегородивший нам проход, и преобразовал его во что-то.

– А во что? – И девушка ещё раз удивлённо огляделась кругом, а потом более внимательно присмотрелась к телу парня, лежащего возле неё. – Ничего необычного нет, – пожала она плечами.

– Принцесса, вы не туда смотрите, – ответил ей оборотень, – поглядите на его сумку и плащ. – И он махнул рукой в направлении сброшенного на пол имущества Ар’Тура. – Что вы видите?

Сначала Эрея не могла понять, чего от неё добивается Лениавес, но постепенно до неё дошло.

– Все артефакты, которые были у Бага, полностью заполнены магической энергией, – с некоторой долей удивления ответила девушка.

– Верно, но и это ещё не всё. Помните, я вам говорил о том, что Баг смог приручить одного лесного зверька. Так вот, его ауру я тоже успел достаточно хорошо изучить. И теперь могу с уверенностью сказать: сейчас в сумке нашего друга находится совершенно другое существо. Не тот маленький хищник, что был раньше. А некто более сильный и опасный. И, как я подозреваю, это тоже дело рук Бага.

– Не может быть! – воскликнула девушка и хотела уже было протянуть руку к сумке Бага, но её остановил корнол.

– Не нужно делать этого, – покачал он головой, – мы не знаем, как на это может отреагировать её обитатель, а главное, насколько он может оказаться опасен для нас. Так что пусть сидит и ждёт, пока в себя придёт его хозяин, и потом тот уже сам будет разбираться с ним.

– Хорошо, – согласилась Эрея. – Но ведь Баг не истинный оборотень и не настолько сильный маг, чтобы самостоятельно контролировать процесс магического преобразования.

– Верно, но, как мне кажется, – возразил Лениавес, – он совершенно не контролирует работу своего дара и никак не может предугадать, какие у него получатся преобразования в результате его активации. Но так как дар этот необычный и даже, скорее всего, не родовой, а что-то уникальное, присущее только ему одному, то и особого контроля он, по-видимому, не требует. Главное – создать для него некий якорь или точку привязки магических преобразований. Об этом же говорит и твой рассказ насчёт исчезновения Бага много лет назад. Ведь его так и не смогли найти. Ни самого мальчика, ни его тела, ни тел врагов, напавших на него. Только море крови – и всё. И есть у меня подозрение, что именно тогда и произошла его инициация как одного из оборотней призыва и первая же активация его дара. Похоже, это он в тот злополучный день и убил всех нападавших на их отряд, в результате чего исчез с места нападения, видимо тем единственным способом, который был возможен в той ситуации. Он создал портал, который перебросил его куда-то за пределы нашего мира. Именно поэтому с вас не слетела родовая печать, указывающая на то, что он до сих пор жив, и именно поэтому его так и не нашли. Ведь его искали только в нашем плане реальности. Никто и подумать не мог, что след нужно искать где-то в соседних мирах.

– Всё это слишком уж невероятно и необычно… – будто сомневаясь в услышанном, протянула девушка, – не очень это похоже на правду.

– Да, – согласился Лениавес, – но наша жизнь вообще штука удивительная и часто преподносит невероятные сюрпризы, о которых мы не могли и помыслить. И один из таких сюрпризов лежит сейчас перед нами, а другой готов был нас уничтожить несколько минут назад.

– Это верно, – согласилась Эрея и непроизвольно погладила волосы молодого хумана. – И что мы будем делать дальше? – спросила она.

– Ждать, – просто ответил ей оборотень, – без него дальнейший путь не имеет смысла, так как только он знал конечную точку нашего маршрута. Да и нести его проблематично. Слишком это нас замедлит и лишит манёвренности. Поэтому самым правильным для нас будет просто ждать и быть готовыми отразить любое нападение. Единственное, на что я надеюсь, – что время у нас ещё есть.

– Вы думаете? – уточнила у него девушка.

– Да, – достаточно уверенно ответил корнол, – по крайней мере с полчаса точно. Надеюсь, за это время Баг выправится.

– Хорошо, – согласилась Эрея, – будем ждать. Но не утерпела и спросила: – Как вы думаете, почему он вернулся? Вернее, опять оказался в нашем мире?

– Если честно, не знаю, – достаточно прямо ответил корнол. – Судя по всему, он совершенно не помнит свою прошлую жизнь и, следовательно, считать этот мир своим домом не может. Поэтому причин, по которым он сейчас оказался здесь, я назвать не могу. Случайность, судьба. Называй как хочешь. Это то единственное объяснение, которое я могу дать.

– Знаете, а вот мне почему-то кажется, что именно здесь и именно сейчас он оказался далеко не случайно, – несколько смущённо сказала Эрея, – и почему-то эта уверенность во мне крепнет с каждой проведённой рядом с ним минутой.

– Как я и говорил, – с улыбкой прокомментировал её слова Лениавес, – в этом мире достаточно много удивительных и невероятных вещей, о которых мы не имеем ни малейшего понятия, и появление в нём Бага как раз является одной из них.

Они замолчали, обдумывая произошедший разговор.

– Ой! – внезапно воскликнула Эрея, резко отдёргивая руку, которой продолжала гладить находящегося без сознания молодого хумана.

– В чём дело? – спросил корнол.

– Мне кажется, он пришёл в себя, – несколько удивлённо ответила девушка.

И действительно, аура Бага полностью восстановилась за это непродолжительное время, что они вели беседу. И это было так же невероятно, как и то, что произошло с ним за последнее время. Однако он пока почему-то не открывал глаза.

Эрея вновь приложила руку к его лбу и уже достаточно уверенно произнесла:

– Он полностью здоров, только я не понимаю, что с ним. Вроде и не спит, и не без сознания. Аура в норме. Но он не открывает глаза. Может, всё же ещё не пришёл в себя? – спросила девушка.

Однако тот как-то хитро посмотрел на неё и, подойдя к парню, не очень вежливо слегка пнул его ногой под рёбра:

– Прекращай симулировать. Я и сам догадываюсь, как это приятно – лежать на уютных и милых коленках очаровательной девушки, тем более когда всё её внимание и нежность достаются тебе. Однако сейчас не время. Как ты понимаешь, нас ждут дела, – и хотел пихнуть Бага ещё раз.

Но его нога вдруг оказалась заблокирована рукой парня.

– Я в норме, – тихо отозвался он, правда так и не сдвинувшись с места. А его открытые глаза уже прямо смотрели в возмущённое лицо девушки.

– Извините. Но мне и правда было очень приятно.

Резкое движение девушки – и Баг скатывается на пол туннеля, а Эрея стоит в стороне от него.

– Вот теперь я действительно в норме, – с улыбкой сказал Баг, поднимаясь и отряхивая одежду.

Глава 8

Один из срединных планов реальности. Планета Ареана. Материк Ларос. Территория близ границ Гигантского Леса. Подземные туннели города древних

Пробуждение. Оно наступило внезапно. Вот я вижу испуганные глаза Эреи, а вот я уже снова чувствую своё тело. Никакого промежутка в воспоминаниях. Будто меня отключили на некоторое время.

«Семь минут сорок четыре секунды», – подсказывает мне сознание голосом Искателя.

Но поразило меня не только это.

Наверное, за всё время моего пребывания в этом мире это было самое приятное моё пробуждение. Ласка, нежность, забота и переживание обо мне, теплота и сочувствие ко мне – всё это окутало меня плотной и нереально убаюкивающей негой. При этом примешивалось ещё какое-то неопределимое сейчас чувство. Но разобраться в нём я не мог по той простой причине, что сам источник этих всех эмоций не мог до конца определить. Это чувство пока было зыбким и нереальным, как мимолётный мираж на просторах пустыни. У меня даже не было никакого желания приходить в себя, а хотелось так и лежать убаюканным этим состоянием уюта и спокойствия, которое меня окружало. Я чувствовал, что кто-то осторожно, нежно гладит меня по голове.

«Ну не Лениавес же это, – усмехнулся я. – Эрея».

Мне стало понятно, чей букет таких сильных и разнообразных эмоций я воспринимал.

Тёплая волна нежности, близости и желания растеклась по телу. Затылком и щекой я ощутил, что лежу на чём-то немного мягком, тёплом и шелковистом.

«Это она, – утвердился я и отстранённо подумал: – Мы ведь сейчас вроде как должны находиться в подземелье, а тут везде кругом лежат вековые слои пыли и грязи. И по идее здесь должен присутствовать хоть и сухой, но всё же пыльный воздух с примесью запаха земли и камня».

Не знаю, почему именно эта мысль посетила мою голову.

Хотя нет, догадываюсь.

Я упорно ощущал какой-то окружающий меня лёгкой пеленой непривычно приятный и слегка приторный аромат зелени, цветов и леса. Но не какого-то хвойного бурелома, к которому я привык, живя на дереве, а светлых и густых лиственных дубрав, где смешались вековые дубы, ясени и лёгкие берёзки, чьи листья после недавно прошедшего дождика шелестят под дуновением ветерка, нагретые солнцем, и капельки влаги на них, отражающие его яркие и тёплые лучи, сверкают разноцветьем драгоценных камней. Именно таким я лес себе всегда и представлял, хотя никогда в подобном месте не был. Но в моих мыслях он именно таким и был, светло-зелёным и солнечным, с лёгким ароматом утренней свежести.

Почему в моей голове сформировалась именно такая картинка, я не понимал. Но именно она сейчас проявилась в моём сознании. Небольшая полянка посреди дубравы, и я лежу на ней раскинув руки. А над моей головой находится кто-то, с нежностью и ласковой улыбкой смотрящий мне в лицо.

«Жаль, я не могу открыть глаза, – подумал я. И сам же, будто во сне, удивился своим мыслям: – Как это не могу? Это же я. Это всё только в моём сознании. И если я хочу видеть, то мне нужно лишь открыть глаза и посмотреть».

Однако я всё равно не хочу их открывать и смотреть на тот реальный мир, что окружает меня в действительности. Ведь во мне живёт понимание того, что с момента, как я открою глаза, пропадёт и всё то очарование, которое сейчас так пленит меня.

«Но как такое может быть? – продолжаю отстранённо размышлять я. – Ведь очарование этого момента создаёт лишь одно существо. Девушка. И она вполне реальна. Эрея. – И я поражённо замер. – Так зачем мне грёзы, – как будто свершив великое открытие, подумал я, – когда есть живое воплощение моей мечты и сейчас оно сидит рядом со мной».

Дальше размышлять мне спокойно не дали. Сначала я почувствовал лёгкий тычок в бок и услышал насмешливые слова нашего шутника Лениавеса:

– Прекращай симулировать. Я и сам догадываюсь, как это приятно – лежать на уютных и милых коленках очаровательной девушки, тем более когда все её внимание и нежность достаются тебе. Однако сейчас не время. Как ты понимаешь, нас ждут дела.

«Вот, опять он всё испортил», – с огорчением подумал я.

Но не успеваю домыслить, как чувствую ещё один направленный на меня удар. Хоть он и шуточный, но я всё же не боксёрская груша, предназначенная для отработки ударов ногами, а поэтому, сориентировавшись по выстроенной ментоинтерфейсом схеме и вектору атаки, который был уже просчитан Искателем, блокирую рукой ногу корнола в районе голенища.

– Я в норме, – шёпотом произношу я, однако так и не могу заставить себя сдвинуться со столь приятного и уютного ложа.

Однако Лениавес прав: нам нужно двигаться вперёд, поэтому я собираю всю свою волю в кулак (глядите-ка, а она, оказывается, у меня есть) и открываю глаза.

«Нужно что-то сказать, – думаю я. – Нельзя просто молча встать и начать собираться». А поэтому говорю первое, что мне приходит в голову. И, как обычно, это оказывается очередная моя глупость.

– Извините. Но мне было и правда очень приятно.

Не знаю, что так смутило девушку в моих словах, но такой реакции я не ожидал. А судя по изумлённому лицу корнола, удивила она и его.

Резкое движение – и Эрея стоит уже в паре метров от меня, у стены туннеля.

«Интересно, что всё-таки её так возмутило? – успеваю подумать я, скатываясь с таких нежных, тёплых и уютных коленок и ударяясь головой о твёрдый и холодный пол туннеля. – Больно, однако».

Но именно этот удар отрезвил меня, привёл мои мысли в относительный порядок, если, конечно, так можно сказать, когда я постоянно говорю сам с собой и советуюсь с неким внедрённым в меня сознанием. А потому уже вполне серьёзно я подумал: «А нечего расслабляться и, забыв обо всём, мечтать о практически несбыточном. Да и заниматься такими несвоевременными вещами посреди довольно враждебно настроенного к нам города довольно глупо».

Отчитав себя, я посчитал, что своё воспитание на этом временно можно считать законченным. И резко, даже неожиданно для себя, прекращаю прохлаждаться и начинаю действовать, мобилизуя свой организм и переходя в своеобразный режим разведчика-исследователя.

Почему, кстати, я решил, что это именно такой режим, мне было не понятно, однако мне также было точно известно, что так оно и есть.

Ментоинтерфейс на этот вопрос никакой подсказки дать не мог. В его списке загруженных ментомодулей и гипнопрограмм вообще не было никаких рабочих режимов, в которые был возможен тот или иной перевод текущего состояния функционирования оператора. Была некая эмуляция того или иного ситуационного поведения оператора, в зависимости от окружающей его обстановки, но, как утверждал Искатель, сейчас этот тип гипнопрограмм был не задействован и результаты их работы выглядели совершенно по-иному. Не было глубины погружения и изменения реакций оператора на те или иные происходящие события.

Однако, как утверждал тот же Искатель, данное преобразование моих реакций в значительной степени повысило мои шансы на выживание, что, по его мнению, является неоспоримым доказательством положительного результата и не требует дополнительных подтверждений в полезности данного свойства моего организма.

Приняв это за некую аксиому, я успокоился и вернулся к своим мыслям.

«Ну что ж, пора пошевеливаться», – решаюсь наконец я и встаю.

– Вот теперь я действительно в норме.

При этом я непроизвольно улыбнулся, увидев смущённое лицо девушки. Правда, чтобы не вгонять её в ещё большую краску, тут же делаю вид, что мне срочно, прямо-таки кровь из носу, потребовалось стряхнуть мусор с моей одежды.

«Хотя чего тут стараться. Её уже нужно не просто чистить, а как минимум капитально выстирать. Слишком много мне пришлось полазить по узким и пыльным проходам и поваляться на не менее чистом полу этих туннелей», – осмотрев не слишком впечатливший меня внешний вид моей экипировки, констатировал я.

Но главное, мои действия возымели именно тот результат, на который первоначально и были направлены: Эрея успокоилась и сейчас стояла с непроницаемым, каменным лицом и холодным, даже немного высокомерным блеском своих прекрасных глаз света тёмно-фиолетового сапфира.

Решив не играть с девушкой в гляделки, я мыслями вернулся к нашему дальнейшему маршруту.

Передо мной находилась та часть туннеля, откуда на нас из его стены вытек смертельно опасный туман.

Осмотрев место битвы с ментальными сущностями, я не заметил никаких следов произошедших здесь событий, даже мало-мальски крохотного ментального следа не осталось.

«Интересно, что же здесь произошло потом? – задался я вопросом. – Ведь помню только, что весь коридор передо мной был буквально переполнен энергией, по крайней мере так было в те последние мгновения, пока я не потерял сознание. Или мне просто так кажется? Но сейчас здесь не просматривается даже крохотного отголоска клокотавшей несколькими минутами ранее энергетической бури».

Однако, как оказалось, это были не просто воспоминания.

Видимо посчитав момент достаточно удачным, ментоинтерфейс вывалил на меня отчёт о моём текущем состоянии, а также тех событиях, что он смог зафиксировать и расшифровать.

«Ментооператор перед переводом его в неактивное состояние полностью перешёл на режим максимального забора и поглощения ментоэнергии. Также оператором был начат процесс перекачки ментоэнергии во все вновь обнаруженные накопители. Параллельно был запущен режим замещения внутреннего объёма ментальной энергии накопленной в менто-информационном поле оператора, – кратко отрапортовал Искатель. И продолжил: – Ментооператору проведена процедура полной очистки ментальной энергии в менто-информационном поле и ментальной структуре. Для повторного цикла заполнения менто-информационного поля использована ментоэнергия, взятая из внутреннего источника. Тип ментоэнергии на сто процентов соответствует возможностям обработки менто-информационного поля оператора. Результатом проведения данного процесса является полная очистка менто-информационного поля оператора от шлаков, отходов и различных токсинов. Их появление в поле оператора обусловлено протеканием в его структуре разнообразных сложных многоуровневых менто-физических процессов. Необходимость периодического проведения данной процедуры подтверждена экспериментально. Величина повышения эффективности при применении ментоэнергии после проведения процедуры её обработки, преобразования и очищения от примесей и шлаков составляет сорок четыре процента. Процедура очистки менто-информационного поля оператора от примесей и шлаков переведена в фоновый режим и запланирована на периодическое выполнение, как последовательность автоматических заданий по модульной (частичной или сегментарной) очистке ментоструктуры оператора».

«Ничего себе, – констатировал я список мероприятий, продуманных Искателем. – И это был лишь первый вывод, сделанный из одной проанализированной операции».

Но у меня складывалось стойкое ощущение, что это результат работы не только ментоинтерфейса, но и ментосущностей, прошедших слияние с моей ментоструктурой.

«Так выходит, что они достаточно хорошо взаимодействуют между собой, – сделал уже я сам своё собственное заключение. – Интересно, Искатель хоть понимает, что данные выводы – это результат совместной работы его и ментосущностей? – И уже по отношению к проведённой и поставленной на автоматическое выполнение задаче удовлетворительно кивнул: – А в общем-то хорошо, мне же от этого будет только лучше. Главное, чтобы не отрубаться каждый раз при проведении данной или аналогичной процедуры».

Но практически сразу Искатель прокомментировал моё последнее высказывание:

«Проведение модульной (частичной или сегментарной) очистки менто-информационного поля возможно в период активной фазы существования оператора».

«Получается, и вырубать меня всякий раз не будет, – обрадованно подумал я, – это как раз то, что мне нужно. – И уже обратился непосредственно к Искателю: – С этим всё понятно. Ещё что-то интересное накопать получилось? Я помню, было что-то по улучшению моих общих параметров по работе с ментоэнергиями».

После моего вопроса Искатель продолжил отчёт с прерванного места:

«Оператору был подключён многофункциональный гибридный ментомодуль с косвенными признаками, указывающими на его симбиотическую основу. Функционал и направление деятельности полностью идентифицировать не удалось. Подключение данного ментомодуля было инициировано многократным поглощением оператором микромодулей, которые в совокупности и составили получившийся гибридный по своим первичным свойствам ментомодуль. Свойства нового ментомодуля не укладываются в известные сравнительные таблицы и базы знаний, требуется непосредственный постоянный контроль его деятельности и длительный анализ его результатов. Сканирование основных параметров ментомодуля выявило прямые коэффициенты его влияния на менто-информационное поле оператора и выдало следующие показатели. Величина общего усиления ментальной чувствительности оператора составляет сто сорок три процента. Коэффициент уплотнения менто-информационного поля оператора увеличен в два с половиной раза. Коэффициент ускорения преобразования энергий возрос в полтора раза. Величина усиления свойств поглощения энергий возросла на сто восемьдесят процентов. Это основные изменения, внесённые гибридным ментомодулем в менто-информационное поле оператора. В дополнение зафиксирован ряд новоприобретённых свойств менто-информационного поля оператора. На текущий момент часть из них удалось идентифицировать. Первое – это появление пассивного постоянного свойства идентификации менто-информационных полей. Радиус действия неизвестен. С вероятностью семьдесят процентов он равняется расстоянию максимальной чувствительности ментооператора».

«Получается, я сейчас могу определять свойства и возможности предметов, только взглянув на них».

«Утверждение верно лишь отчасти, – поправил меня Искатель. – Идентификация свойств возможна, даже если оператор не обращает непосредственно на искомый предмет внимания. В этом случае идентификация происходит в фоновом режиме, и результаты сохраняются в базе знаний ментоинтерфейса. Существует единственное ограничение: данное свойство активируется лишь в том случае, если объект опознания имеет собственное менто-информационное поле».

«Однако я вроде мог делать это и так?» – удивился я.

«Теперь данное пассивное свойство перенесено непосредственно в менто-информационное поле оператора и для его активной работы не требуется участия встроенного ментоинтерфейса. Ментоинтерфейс серии Искатель-1 в данном случае выступает лишь как внешнее хранилище базы знаний».

«Интересно, это лучше или хуже?» – задумался я, ведь, по сути, я не представлял, какие преимущества мне это даст.

«Ускорение идентификации свойств на двести процентов. Увеличение эффективности проведения процесса идентификации, коэффициент неизвестен. Высвобождение ресурсов ментоинтерфейса на десять процентов»,

– ответил Искатель.

«Ну, по крайней мере хоть что-то стало более понятно».

Однако я всё равно не понимал, как работает сам механизм, а поэтому не мог полностью оценить всех этих нововведений. И тут мне ничего не остаётся, как довериться ментоинтерфейсу.

А тот продолжил:

«Второе. Дополнительный ментоинтерфейс контроля сторонними ментоструктурами. Механизм непосредственного управления и взаимодействия на текущий момент не определён».

«Понятно, буду иметь в виду. Дальше».

«Третье. Гибридным ментомодулем проводятся самостоятельные постоянные контроль и коррекция менто-информационного поля, ментальной структуры и физического состояния оператора».

«Здесь поподробнее», – попросил я Искателя.

«Об изменении менто-информационного поля и ментальной структуры уже было сообщено ранее. По физическим параметрам. Зафиксированы увеличение скорости регенерации оператора на двадцать четыре процента, увеличение скорости реакции на тридцать два процента. Повышение силы и выносливости организма оператора на пятьдесят два процента».

«Неплохо, – мысленно потерев руки, констатировал я. – Ещё что-то?»

«Дополнительные изменения, внесённые в менто-информационное поле внедрённым ментомодулем, на данный момент не идентифицированы».

«Ну что ж, хорошо хоть с чем-то удалось разобраться, – для себя решил я. – Остальное будем осваивать и изучать по мере того, как оно проявит себя».

На этом я и успокоился: большего сделать нельзя, а зря тратить и так небесконечное время я не мог.

Единственное, что я сделал, – это выделил часть ресурсов ментоинтерфейса для постоянного контроля деятельности как уже внедрённых ментомодулей с полностью известными свойствами, так и тех, чьи свойства были не изучены или изучены частично. К моей большой радости, последних было не так и много.

* * *

– Так, пора двигаться дальше, – обратился я к своим спутникам. – Мы и так потеряли тут достаточно много времени. Хотя то, что ни жертв, ни ранений среди нас нет, говорит, по крайней мере, о том, что это время не было потрачено зря. Собираемся и идём.

«Мечи – на место, лук и стрелы – за спину, рюкзак – поверх всего этого», – мысленно комментировал я свои действия.

Когда был готов, я оглянулся на Лениавеса и Эрею. Как оказалось, они были готовы к продолжению пути уже давно, по сути, собраться необходимо было только мне.

– В путь, – сказал я и двинулся по направлению к центру города; не оборачиваться, слишком уж выразительные глаза были у Эреи и корнола.

Буквально через несколько секунд я услышал вопрос девушки, брошенный мне в спину, хотя ожидал его не от неё, а от Лениавеса.

– Ты ничего не хочешь нам рассказать? – спросила Эрея.

– Нет, – не оглядываясь и не замедляя шага, ответил я.

Да и что я мог им рассказать, когда и сам мало что понимаю. Только запутаю их ещё больше и запутаюсь сам. Нет, обойдусь. Пусть лучше всё остаётся как есть.

Слишком много нагородилось всего за те несколько часов, что мы путешествуем вместе, чтобы я мог это хоть как-то что-то объяснить, особенно не зная реалий этого мира. Их догадки окажутся более правдоподобными, чем мой любой вымысел или даже правда, прямо сказанная им в лицо. И по крайней мере, в свои домыслы они поверят, ведь они сами хотят этого.

– Нет, – тихо повторил я.

И через пару мгновений услышал их догоняющие меня шаги.

«Мы снова в пути», – сказал я себе мысленно.

Дальнейший наш путь протекал более спокойно. Мы уже третий час шли в выбранном направлении и до сих пор не встретили ни одной живой души. Простите, мёртвой души. Ранее я видел хоть какие-то непонятные менто-информационные поля неких существ, а теперь не стало и их. Видимо, моё столкновение с сущностями произвело на всех местных обитателей огромное впечатление, и они решили подобру-поздорову убраться отсюда подальше. Ну, или просто сущности сами распугали их, судя по реакции корнола и девушки, они это очень хорошо умели делать.

Однако это было нам лишь на руку.

Переживал я лишь о Рыкуне. Он до сих пор не подавал признаков жизни. Но я на подсознательном уровне чувствовал, что с ним всё в порядке и ему лишь нужно время, чтобы прийти в себя.

Когда я собирался в дорогу, то заглянул в рюкзак. Правда, многого мне это не дало, Рыкун лежал в одном из его отделений свернувшись клубком, хотя раньше я за ним не замечал подобной привычки. Трогать его я не стал.

Ментоинтерфейс выдал, что все его параметры в норме. Зверёк здоров и находится в вполне приличном состоянии, единственное, что у него наблюдаются, – так это последствия сильного энергетического истощения. Однако процесс восстановления менто-энергетического баланса организма уже запущен. Восстановлено почти пятнадцать процентов от общего объёма, необходимого для полного насыщения его ментоструктуры. По прогнозу Искателя, после восполнения сорока процентов необходимого объёма ментоэнергии Рыкун должен очнуться.

Кстати, прикинув его нынешние размеры и те, что были раньше, я понял, что Рыкун увеличился где-то раза в два с половиной. Но вот в длину или в ширину, пока было не очень ясно. Я решил, что с его размерами можно будет разобраться и позже, когда он придёт в себя.

Сильного беспокойства о его состоянии у меня не было, я точно знал, что самый трудный и опасный момент давно пройден и сейчас оставалось только ждать. Хотя из отчёта Искателя следовало, что ему на это потребуется ещё порядка пяти часов, но мне почему-то казалось, что прийти в себя зверёк должен раньше.

В общем, определившись с состоянием моего маленького друга, я мог уже более спокойно продолжать наш путь.

Туннель местами был покрыт огромным слоем пыли и различного мусора, его стены иногда покрывала какая-то пыльная завеса или свисающие шмотья чего-то, похожего на паутину. При этом некоторые другие его участки были абсолютно чистые, будто буквально несколько минут назад тут провели генеральную уборку. И что странно – никаких особых плетений, встроенных в поверхности стен, потолка и пола туннеля, не просматривалось. И это меня особенно настораживало.

Получается, что кто-то, или что-то, до сих пор проводил уборку подобных участков туннеля.

Поэтому мне приходилось крайне осторожно продвигаться вперёд, ведя свой отряд. Велика была вероятность не заметить чего-то необычного и до сих пор работающего.

Но все эти странности не особенно замедляли наш путь.

Так получилось, что благодаря отсутствию видимой опасности сейчас в туннелях нашей главной проблемой стали доставшиеся нам со времён древних хозяев устроенные ими западни и ловушки. Их хотя и было не так и много, но встречались они достаточно регулярно, а ближе к центру города их становилось всё больше.

Так же, как оказалось, в подземельях было разбросано несколько типов этих не слишком способствующих продлению жизни подарков из прошлого. И были они не только теми, что мне встретились вначале. С ними-то я разбирался на раз после того первого случая, ещё до боя с исчадием. Но и все остальные типы ловушек я научился обезвреживать достаточно быстро. Основа их построения была одна и та же, изменялась только общая конструкция, способ активации, производимое воздействие или используемый тип энергии. И в этом случае самым сложным становилось определиться со структурой и каналами подачи ментоэнергии новых типов ловушек. Но здесь помогли мои вновь приобретённые способности. Я теперь гораздо быстрее мог обнаружить и определиться с типом и строением ментоструктуры, а также более чётко видел все каналы ментоэнергии и мог со стопроцентной точностью идентифицировать их, что позволяло мне практически мгновенно запеленговать все точки привязки и передачи ментоэнергии. А поэтому работать с ментоструктурами стало гораздо проще, и как результат – отключение новых типов ловушек не составило для меня большого труда.

Мои же знакомцы перестали удивляться моим бесконечным странностям, связанным как с умением обезвреживать различные магические, как они мне сказали, ловушки, так и с другими проявлениями моих возможностей. И, не сговариваясь, решили пока закрыть эту тему и не задавать ненужные сейчас вопросы, оставив их на потом или вообще отказавшись от них. Они вообще перестали спрашивать меня о моих возможностях и моём прошлом, хотя первый час Эрея ещё пыталась пару раз завязать разговор на эту тему. Лениавес же сразу всё понял правильно.

Всё равно я не собирался сейчас говорить об этом. Или в крайнем случае решил говорить совершенно не то, что они хотели от меня услышать. Однако никто не требовал от меня ответов прямо здесь и сейчас.

И Лениавес, и Эрея почему-то воспринимали мои способности как должное.

И что странно, я точно знал: так было лучше, как для меня, так и для них. Об этом упорно твердила моя обострившаяся интуиция и возросшая за время пребывания здесь осторожность.

«Всё верно, – в который уже раз подумал я, – их догадки более правдоподобны для этого мира, чем моя нереальная история, хотя именно здесь в неё могут вполне поверить, уж очень она вписывается в магические реалии этого удивительного мира».

Но ловушки были не единственным, что встретилось нам по пути. Несколько раз нам попадались не менее удивительные и сложные магические механизмы. Это были даже не ловушки, а своеобразные магические стражи. Лениавес, когда мы встретили первого, назвал его магическим големом.

Все они, вернее, все, кроме одного, уже давно не функционировали, и поэтому мне удалось рассмотреть и изучить их достаточно хорошо, по крайней мере их внешний вид. И мне так «несказанно повезло», что я увидел, как действует тот единственный магический страж, который всё ещё мог выполнять свои охранные функции, и понял, почему корнол говорил о них с таким почтением и опаской.

Ну и, как обычно, я неплохо поживился за их счёт. Лениавес на это лишь молча усмехался да называл меня истинным северянином.

Но обо всём по порядку.

Первого стража мы встретили за очередным поворотом туннеля, как только отошли от места нашей схватки с сущностями метров на восемьсот. Сначала я подумал, что это просто какой-то старый, покрытый пылью и паутиной памятник воину или рыцарю, так как статуя была в латах, вделанная в стену туннеля. И даже не обратил на него особого внимания. Угрозы для меня он не представлял, волн агрессии и опасности от него не исходило, менто-информационное поле отсутствовало. Еле просматривался старый ментальный след, но его я заметил, лишь вплотную приблизившись к этой статуе.

Искатель после сканирования участка стены, где находилась статуя, сообщил о странном металле изготовления этой скульптуры, но я как-то пропустил эту информацию мимо ушей, решив, что не время сейчас выколупывать этот металлический чурбан из стены.

А вот корнол, который шёл замыкающим, как только прошёл поворот и увидел это изваяние, так сразу испустил такую волну тревоги, опасений и страха, что я подумал о повторном нападении ментальных сущностей.

Однако ошибся. По вектору направленности его внимания, выстроенному на виртуальной модели туннеля ментоинтерфейсом, я увидел, что тот упирался как раз в эту непонятную скульптуру.

На всякий случай, выхватив клинки и прикрыв своим телом Эрею, я мгновенно активировал её браслет, это стало получаться у меня уже рефлекторно.

– Лениавес, ты что? Что-то не так? Что случилось? Где опасность? – высыпал я на него шквал вопросов.

Девушка же, до этого шедшая между нами, даже не обратила внимания на статую, она, по-моему, её вообще не заметила, хотя утверждать этого я не могу. Но теперь, после моих активных действий и слов корнола, она настороженно стала осматривать коридор, хотя и не могла понять, в чём заключается угроза.

Однако туннель в обоих видимых с нашего места направлениях был абсолютно пуст. Опасности или даже слабых её отголосков, направленных на наш отряд, до сих пор не ощущал и я.

– Что не так? – снова спросил я у корнола.

Но тот продолжал стоять, не шевелясь и не обращая на нас внимания, упорно выкладывал на своей руке какую-то рунную надпись из непонятно как оказавшихся там костяшек.

Мгновение – и над его ладонью сформировалось магическое плетение, или ментомодуль, как его называл Искатель.

«Зафиксирована активация ментомодуля, аналогичного стандартному ментомодулю распознания и идентификации свойств предметов, структур и сущностей. Структура зафиксированного аналога гораздо более примитивна и значительно упрощена по сравнению с имеющейся в базе знаний. Зафиксированной структурой производится идентификация только части свойств физических объектов. Эффективность распознания свойств объекта уступает на пятьдесят шесть процентов имеющемуся в базе аналогичному ментомодулю», – прокомментировал ментоинтерфейс работу, сделанную корнолом.

«Всё равно сделай копию плетения и используемых рун», – распорядился я.

«Выполнено»,

– отчитался Искатель.

Упрощение структуры с большой долей вероятности говорило о более быстром способе её создания и активации данного ментомодуля. И возможно, в будущем мне это может пригодиться. Тем более это было, наверное, самое простейшее плетение, которое я видел, и оно должно было идеально подойти для моих дальнейших опытов с магией и созданием различных магических артефактов и предметов.

Все эти мысли пролетели в моей голове мгновенно, ещё до того как Лениавес получил хоть какие-то результаты.

К тому же произошло кое-что странное и, как мне кажется, напрямую связанное с новым гибридным ментомодулем, о котором сообщал ранее Искатель. Буквально через несколько мгновений после того, как плетение корнола было сформировано и активировано, ментоинтерфейс сообщил:

«Регистрирую активацию интерфейсных подключений к только что обнаруженному ментомодулю. Интерфейс подключения сформирован одним из сегментов гибридного ментомодуля».

Как только это произошло, у меня в сознании появилось дополнительное окно, не принадлежащее системе управления ментоинтерфейсом. Там моргала всего одна надпись, хоть она и была сделана на совершенно незнакомом мне языке, но я её прекрасно понял.

«Подключение произведено. Перехватить управление или вести пассивное наблюдение?»

Я решил, что пассивное наблюдение сейчас гораздо предпочтительнее, и поэтому выбрал именно этот пункт. И уже через секунду получил новое сообщение:

«Магико-технический конструкт четвёртого уровня. Текущее состояние – не активен. Восстановление работоспособности – невозможно».

«Хм, смотрите-ка, нечто является каким-то магическим конструктом. Но вокруг, кроме этого самого памятника, ничего нет. Неужели это он? – удивился я. – Хотя вполне может быть. Ведь внутри его всё-таки прослеживается какой-то очень слабый отголосок когда-то существовавшей в нём ментальной структуры, и теперь я вижу несколько устоявшихся каналов протекания энергии. Только всё это давно мертво, – уже более здраво рассудил я и ещё раз посмотрел на статую. – Интересно, – задумался я над увиденным, – заметить всё это у меня получилось лишь благодаря моим новым способностям или нет? Ведь раньше я такой чувствительностью точно не обладал, даже когда переключал свои возможности на максимальный уровень».

Между тем практически сразу, как мной было получено сообщение, ко мне пришло понимание того, что это результат работы плетения, созданного моим другом оборотнем. Но вот что странно – сам я ничего об этой статуе так узнать и не смог, несмотря на все мои новые возможности и умения, зато плетение корнола дало хоть и очень куцый, но, главное, хоть какой-то результат.

«Как это возможно? – Этот вопрос так и крутился у меня в голове. – Слишком это простое плетение, чтобы оно могло проанализировать и сравнить с чем-то полученные данные, выдать какой-то результат».

Это было непонятно. Но тем не менее так оно и было, и дальнейшие слова корнола подтвердили мою версию, когда он расслабился и спокойно сообщил нам:

– Всё в порядке. Немного перестраховался.

Однако я ему не очень поверил ему и поэтому переспросил:

– Так что же тебя так насторожило? – Не хотелось говорить Лениавесу, что его это нечто смогло очень напугать, как я увидел.

Наш скрытный оборотень, похоже, знал о подобных памятниках старины гораздо больше, чем мы с Эреей.

– Всё дело в этом истукане. – Корнол указал на статую в стене.

Я недоумённо посмотрел сначала на него, потом вновь на статую и повторно смог рассмотреть лишь очень слабый ментальный след когда-то протекавшей внутри его ментоэнергии, но так и не понял, что бы могло так сильно насторожить корнола. По замеченному следу мне не удалось вычислить даже мизерной крупицы информации о данном памятнике или его предназначении, если, конечно, таковое хоть когда-то было. Правда, интуиция, да и элементарная логика подсказывали мне, что тут я, вероятно, очень даже не прав и этот памятник выполнял тут не только роль украшения данного тёмного и малопосещаемого коридора, но и нечто более значительное.

– А что с ним не так? – уточнил я у Лениавеса. – Сейчас-то, как я понимаю, он для нас совершенно безопасен.

– Вот именно, – ответил мне тот, – что сейчас он для нас совершенно безопасен, но когда-то мог быть и очень даже опасен. Только вот как ты это определил, интересно? – спросил он у меня, хотя было видно, что вопрос риторический и отвечать на него не требуется.

Однако я всё же ответил:

– Почувствовал, – и посмотрел на корнола, – но большего о нём я сказать не могу, по мне так это какая-то скульптура или памятник.

– Твоя интуиция тебя не подвела, – подтвердил мои слова корнол, – однако это не просто памятник, оставленный посреди тёмных туннелей. Как вы могли заметить, эти туннели особо и не украшал никто. – И указал на него: – Знакомьтесь, это магический страж, и нам очень повезло, что он уже множество столетий как мёртв.

– Кто это? – переспросил я, очень уж меня заинтересовало его название.

В арсенале известных мне умений, насколько я помню, присутствовали некие стражи, различные варианты сигнализации, но это было нечто нематериальное, в отличие от вполне реального истукана, стоящего передо мной.

Эрея сделала пару шагов и поражённо замерла напротив статуи.

– Настоящий магический страж древних! – в восхищении проговорила девушка. – Как жаль, что он неактивен, можно было бы попытаться увидеть хотя бы часть плетений, которые составляли его основу.

– Или умереть, – с насмешкой добавил корнол. – Магические стражи древних очень страшные противники, на них совершенно не действует магия, и они практически неуязвимы. Единственное, что можно было сделать, столкнувшись с ними, – это убежать. Они не могут далеко отойти от точки своей привязки. Но это ещё нужно успеть сделать – кроме всего прочего, они очень быстры. А поэтому существ, столкнувшихся с магическим стражем и сумевших рассказать об этом, не очень много. – Похлопав девушку по плечу, он ободряюще добавил, поддержав её стремление: – Хотя и мне было бы интересно исследовать действующего стража.

Послушав их и осмыслив сказанное корнолом, я уже более заинтересованно вклинился в их разговор.

– Так кто эти магические стражи? – повторил я вопрос.

– Это некие конструкты, как мы их называем, големы, созданные и управляемые магическими плетениями, внедрёнными в их физическую структуру и функционирующими за счёт использования магической энергии, – объяснил мне Лениавес и обвёл рукой силуэт голема, как бы говоря: «Полюбуйся, они именно такие и есть». – И настолько высокого уровня создания магических существ со времён древних магов так никто и не смог достичь, – продолжил рассказывать он. – До сих пор в развалинах старых городов, многих подземельях и подвалах или просто каких-то секретных лабораториях, библиотеках и на важных одиночных объектах встречаются функционирующие магические стражи. Обычно их создавали на основе какого-то истукана, сделанного из любого прочного и долговечного материала. Чаще всего применяли камень. Он прост в обработке, и его легко достать в любом месте. Но нередко големов создавали и из более дорогих материалов, как полностью, так и заменяя им отдельные части тела. Например, их руки делали из железа, глаза, уши и внутренние накопители – из золота, кристаллов и драгоценных камней, на различные нужды подчас использовали редкие породы дерева. Ну а среди тёмных магов, демонологов и некромантов особенно ценились различные части костяных големов, к сожалению, именно их в целом и относительно неповреждённом состоянии сейчас уже практически не удавалось найти. Однако из некоторых дошедших до нас сведений именно костяные големы были наиболее сложными магическими конструктами. При этом именно они могли выполнять наиболее сложные, требующие немалой сноровки работы. Но если судить в общем, то за основу построения магического конструкта можно взять всё что угодно. Что древние с успехом и делали. И это же смогли понять и мы. Основные их секреты так и ушли вместе с ними, и главным в этом случае являлось: а что же происходило с големом потом? Ведь, по сути, они умудрялись вложить в это изваяние некое подобие жизни на основе внедрения в него необходимых плетений, которые будут позволять голему выполнять ряд сложных разветвлённых алгоритмов, вызывающих последовательность каких-то определённых действий, учитывающих множество сторонних факторов и условий, влияющих на его дальнейшее поведение. Как говорят различные найденные книги, свитки и наши собственные исследования ещё работающих стражей, созданные древними изделия были полностью автономными агрегатами и практически ничем не отличались по своим возможностям от других разумных, по крайней мере в плане выполнения поставленной задачи. И кстати, стражи – это обобщённое и упрощённое название всего класса подобных магических изделий. В реальности же различных типов големов было гораздо больше. И они выполняли не только охранные функции. Мне точно известно, что существовали големы, проводившие различные горнодобывающие работы, также были найдены обломки големов, работа которых, предположительно, была связана с морем или подводной деятельностью. Большего я рассказать, к сожалению, не могу, не моя тема, в основном работа с големами ложится на плечи артефакторов. Вот они действительно смогли бы тебе помочь с этим вопросом.

– Понятно, – сказал я, – но и это уже гораздо больше того, что я знал раньше. – И, заинтересовавшись подробностями, рассказанными корнолом, подошёл к статуе поближе, рассматривая её.

Она была сантиметров на тридцать выше меня и выглядела гораздо массивнее, но что главное – когда я стянул с неё нависшую паутину, то понял: это лишь полный комплект доспехов из какого-то слегка тусклого металла и он совершенно пуст внутри.

«Видимо, истукан, на которого они раньше были надеты, истлел или рассыпался в пыль», – понял я, заглядывая внутрь. И случайно в этот момент одной из костяных пластин зацепил небольшую заусенку, притаившуюся на самом краю забрала стоящего передо мной стража.

Похоже, только этого мгновения и ожидали древние его останки, держащиеся, видимо, лишь на честном слове и остатках той паутины, что я с них так предусмотрительно счистил, чтобы с неимоверным грохотом осыпаться мне под ноги. О мой ботинок с негромким гулом стукнулся докатившийся до него каплевидный шлем с приоткрытым забралом.

– М-да… – протянул я, разглядывая лежащие у моих ног латные доспехи. Они напоминали готические, с аналогом литой куртки, защищающей грудь и спину, наручами и поножами. Хотя при этом никакой вариации на тему защитных башмаков у этого комплекта не было.

«Видимо – это было и не нужно, – рассудил я, – зачем каменному или какому там истукану защита для ступней, которая требуется любому живому существу, хотя и полная защита всего тела по идее особо ему не нужна. Однако, судя по всему, какая-то надобность в ней всё же была».

Но тут до меня дошло, что в защите нуждался не сам истукан, ему-то она как раз не требовалась совершенно, а те его магические компоненты, что управляли им и были, по всей видимости, относительно хрупкими механизмами, и они, скорее всего, размещались где-то внутри тела истукана.

Поняв это, я с интересом присел на корточки и заглянул внутрь шлема, но, к моему большому разочарованию, ничего интересного внутри его не было. Даже никакой подкладки или её останков, голый металлический каркас.

«Высоколегированная сталь с неизвестными примесями. Свойства примесей с вероятностью восемьдесят процентов повышают прочность и гибкость материала, а также снижают его общую хрупкость».

«По идее всё верно, – пришла мне в голову вполне закономерная мысль, – ведь это как раз то, что нужно для создания неплохого доспеха. А значит, незачем разбрасываться такими полезными предметами, – подумал я и задал себе вопрос: – Только как я всё это тащить на себе буду? Ведь этот комплект должен быть достаточно тяжёл».

Но оказалось, металл был очень тонок и лёгок, что меня сильно удивило, так как с виду доспехи создавали впечатление монументального и серьёзного изделия. Однако прочность материала и его крепость, как утверждал Искатель, совершенно не уступала тем изделиям, о которых имелась информация в его базе знаний. А даже несколько превосходила их за счёт как раз использования этих незнакомых примесей, информации о которых у него не было.

Поэтому я подтянул к себе следом за шлемом и литой доспех, долженствующий прикрывать тело. И вот здесь меня ждал очередной сюрприз, даже два, если так можно сказать.

Первым было то, что нательная часть комплекта оказалась цельной, и как её можно было натянуть на что-то, я представить не мог. Но это не самое впечатляющее. Вторым стало то, что внутри доспеха я нашёл россыпь небольших прозрачных кристаллов. Всего их было семь штук. Два оказались достаточно крупными, примерно с грецкий орех. Третий раза в два меньше, и оставшиеся четыре по размеру не превышали ногтя мизинца.

«Стекло», – подумал я, но когда услышал заключение Искателя, то выпал в осадок.

«Природные обработанные алмазы»,

– высказался он.

И тут мне стала понятна истинная ценность этой находки. Я не очень хорошо разбираюсь в камнях, но пару раз в ювелирных магазинах мне всё же бывать приходилось, так вот, я ни разу не видел там алмаза размером с ноготь. И тем более большего размера. А те микроскопические, по моим прикидкам, стоили приличных денег. Правда, там были не алмазы, а их обработанные и отшлифованные братья, бриллианты. Но, на мой взгляд, те, что сейчас лежали у меня на ладони, были по качеству своей отделки никак не хуже.

Ментоинтерфейс мне на этот счёт никаких советов не дал. Тем более и интуиция подтверждала, что я прав. К тому же, думается мне, в этом мире, где от прочности основы зависят сила и качество артефакта, как мне рассказывал корнол, ценность этих камней только возрастает. А если к этому добавить пару вполне логичных рассуждений о том, что от размера основы, в которую внедряется плетение, зависит и сложность внедрённого в неё плетения, и долговечность работы артефакта, и объём закачанной энергии, то цена на эти милые камешки может взлететь в геометрической прогрессии.

Убрав эти неожиданно свалившиеся на меня ценности в один из потайных кармашков плаща, я вернулся к разложенной передо мной куче амуниции.

Несколько окрылённый найденным сокровищем, я рассмотрел наручи и поножи. Это, так же как и куртка, были полностью литые изделия, которые невозможно быстро снять или надеть. К тому же в них, как и в шлеме, тоже ничего не было. Однако под ними я нашёл ранее не замеченные мной латные рукавицы и примерно полуторной длины меч с тусклой тёмной рукоятью. Никакой магии в мече не просматривалось, хотя его рукоять, со слов Искателя, была органического, предположительно древесного происхождения. Присмотревшись, я согласился с тем, что это какая-то из пород дерева, только окаменевшая и очень сильно задубевшая под гнётом времени. Однако, что странно, она до сих пор была крепка и очень удобно лежала в руках.

Весь остальной комплект брони также был изготовлен из того же материала, что и шлем, однако в найденном мече состав примесей несколько отличался от того, что ментоинтерфейс смог зафиксировать в доспехе. Правда, Искатель, сделав акцент на другом применении оружия, нежели доспехов, сделал вывод, что смещение пропорций примесей и несколько отличный их состав вызваны обеспечить увеличение гибкости и упругости оружия, но за это пришлось заплатить небольшим снижением общей прочности оружия. Такой баланс качеств был важен в боестолкновении, когда велик шанс сломать оружие.

«Интересно, ведь эти древние мастера специально старались достичь некоего идеального баланса между хрупкостью и прочностью изделий», – подумал я и обратился к последним предметам.

Даже Искатель обратил внимание, что соотношение всех собранных в единый материал для изготовления оружия компонент было идеальным.

Возникал вполне закономерный вопрос: каким образом древние могли совершать такие точные расчёты?

У ментоинтерфейса на него ответа не было. Да и у меня тоже, хотя интуиция упорно в моём сознании рисовала образ компьютера. Но я, если честно, никак не мог его себе представить в развитом магически, но никак не технически местном обществе.

Порассуждав на несколько отвлечённую тему, я перешёл к дальнейшему осмотру.

Латные рукавицы, вернее, с виду они были скорнее не латные, а какие-то сегментарные, состоящие из небольших чешуек, наложенных внахлёст с восьмидесятипроцентным перекрытием друг друга.

Кстати, если весь комплект брони был достаточно велик для меня, то латные рукавицы оказались настолько удобны, будто специально сделаны под мою руку. Правда, несколько некомфортно их было носить прямо на голой коже, под них требовалось бы надеть какие-то перчатки. Но даже так было гораздо лучше, чем вообще никак, тем более никаких перчаток у меня не было. Поэтому рукавицы я просто заткнул за пояс, они прекрасно складывались и практически не мешались при движении.

Прикинув общий вес найденного добра, я несколько удивился.

«Семнадцать килограммов»,

– констатировал Искатель.

«Не очень-то и тяжело получается», – поражённо подумал я и стал прикидывать, как бы всё это приторочить к своей и так уже разбухшей торбе.

Ну, с мечом проблем не было, я просто разместил его у себя за спиной, за левым плечом, рядом с уже торчащей из-за него рукояткой одного из парных клинков. Перевязь, немного изменив наклон оружия, сама более удобно расположила ножны под меч. Теперь он даже не чувствовался за моей спиной. Нечто подобное я видел в каком-то кино.

Два комплекта оружия тоже были неплохой идеей, хотя внешне и выглядели перебором. Но если подумать, то этого оружия на меня навешано уже небольшой вагон и маленькая тележка, так что ещё один клинок особой картины не сделает. Главное, чтобы он был удобно размещён и не мешал мне передвигаться.

Тем более не всё же время мне необходимо орудовать магическим оружием, а этот меч составит им хорошую замену для обычных потасовок и драк, когда не требуется такое мощное оружие, как мои парные клинки.

Устроив меч за спиной, я принялся за разобранный комплект брони.

И вот с доспехами мне пришлось немного повозиться. Ну, хотя как – повозиться. Шлем, поножи и наручи я просто положил в свой рюкзак, а латы привязал к нему одной из последних оставшихся у меня верёвок, то есть, по сути, использовал вместо неё сделанную мной ранее пращу.

Места в рюкзаке оставалось ещё на пару таких комплектов, да и на праще могло уместиться ещё столько же.

«Так что живём, братцы!» – воскликнула где-то в глубине души моя хомячья натура.

Тем более интуиция упорно нашёптывала мне в левое ухо (почему, кстати, именно в левое, сам не понимаю, но у меня сложилось как раз именно такое впечатление), что встреча с подобными памятниками прошлого у нас не самая последняя. И эта же самая интуиция прямо вопила, что нам нужно быть готовыми к серьёзным неприятностям при такой возможной встрече.

«Нельзя отмахиваться от таких кричащих предчувствий», – сделал я себе пометку в памяти.

Хоть нам сейчас повезло, но так не может продолжаться всегда.

«Нужно быть настороже».

«Принято»,

– ответило моё сознание голосом Искателя.

Я даже уже не могу определиться с тем, кто из множества инициированных ментомодулей принял на себя эту функцию.

Но почти мгновенно на виртуальную модель, построенную ментоинтерфейсом, накладывается некая сферическая область, которая, как я понял, была зоной, находящейся под моим полным контролем. Она была значительно меньше всех моих возможностей, я мог, если хотел этого, расширить зону своего поиска гораздо дальше. Однако, похоже, в этом небольшом объёме я знал всё и обо всём, и контроль этой области перешёл на некий рефлекторно-автоматический уровень моего подсознания, когда не требовалось никакого постоянного стороннего внимания для его поддержания и наблюдения за ним.

Моё сознание же совместно с ментоинтерфейсом отсеивало все второстепенные раздражители и сторонние сигналы, обнаруженные в подконтрольном пространстве, и проводило некую градацию данных по степени их опасности, полезности и, как это ни странно, моей личной заинтересованности в них. В последнем случае оно вычисляло то, что может просто заинтересовать меня или вызвать любопытство. И это меня несколько удивило, так как я и сам не понимал, что меня может заинтересовать и что вообще это может значить, но решил при первой же возможности проверить на практике столь странный подход к разделению и градации обнаруженных объектов.

За моими сбором трофеев, рытьём в мусоре, да и вообще откровенном мародёрстве и прочими манипуляциями с этим древним магическим стражем в абсолютной тишине наблюдали Лениавес и Эрея. Они даже не задавали мне никаких вопросов. Видимо, такой подход к делу вполне вписывался в их картину мира и моё поведение полностью соответствовало той роли, которую они мне приписывали.

Всё, что спросил корнол, после того как я разобрался с найденным вооружением и доспехами и, попрыгав, понял, что дополнительный вес меня нисколько не тяготит, – так это:

– Что будешь делать, когда твоя сумка станет мала?

– Найду побольше, – подмигнув ему и девушке, ответил я.

И, ещё раз осмотрев опустевшую нишу, где многие столетия нёс свою вахту верный страж этих туннелей, а также участок коридора возле неё, махнул своим друзьям, что можно следовать дальше, и отправился вдоль по туннелю.

То, что разбрасываться такими ценностями ни в коем случае нельзя, я знал точно. Слишком уж явно об этом говорила моя обострившаяся интуиция, и поэтому я полностью доверился ей. Тем более и тот толстый хомяк, что сидел внутри меня, прямо верещал от счастья в такие моменты.

По пути к центру города нам попалась ещё пара неактивных магических стражей. Они были почти такими же, как первый встреченный нами, только у обоих отсутствовало оружие и рукавицы. Куда они делись, мне было непонятно. Хотя местные обитатели и хозяева города сверху вполне могли прибрать их к рукам. К тому же один из обнаруженных стражей был ещё и значительно измят, будто попал под нехилый кузнечный молот, отрихтовавший его со всех сторон. Но я его всё равно взял с собой, так как понимал, что хороший металл ценен всегда и везде, а то, что это металл очень хорошего качества, у меня никаких сомнений не вызывало.

Почти полтора часа мы двигались без каких-либо приключений или неприятностей. Даже ловушки нам особо не попадались.

Зато во время этого нашего относительно спокойного путешествия стало понятно, насколько моё восприятие магии отличается от того, как к ней относятся мои спутники. И насколько я более чувствителен к её проявлениям, чем они. Вернее, даже не так. Я и раньше подозревал, что они её не то что не видят, но даже не чувствуют. А замечают лишь действительно сильные возмущения магической энергии или крупные ментальные аномалии. И этому было множество подтверждений.

Во время моего путешествия только с Лениавесом это не было так заметно, но теперь, когда в нашем отряде появилось два полноценных мага, я стал замечать значительные отличия. И, как мне кажется, они тоже обратили на это внимание. Например, при приближении к очередной ловушке мои спутники совершенно её не чувствовали, хотя я свечение её энергий, обозначающих наличие магической западни, видел издалека, шагов за сто до неё. Им же приходилось для того, чтобы её обнаружить, применять определённые заклинания, наподобие того, что использовал корнол, когда идентифицировал магического стража, и то после того, как я говорил им, что она у нас на пути. Корнол для этого вызывал своё заклинание «Магическое око», как он его называл, тогда как Эрея использовала заклинание, которое она именовала «Взгляд цеперны».

Однако когда я увидел структуру обоих плетений, то в удивлении констатировал их практически полную идентичность, за исключением наличия некоего входного модуля. Вернее, у Эреи он отсутствовал напрочь, и свой тип ментоэнергии она передавала в плетение напрямую. Данный тип ментоэнергии идеально подходил для этого. Никаких потерь при активации плетения у неё не было, при этом Искатель констатировал максимальную эффективность при работе её заклинания с КПД, приближающимся к единице.

У корнола эффективность плетения была не ниже, однако, чтобы добиться такого результата, ему требовалось преобразовать доступный ему диапазон ментоэнергий в необходимый её тип. И именно для этого в его варианте заклинания присутствовала некая микроструктура. Поэтому плетение корнола срабатывало несколько медленнее, чем у Эреи, но результат они выдавали одинаковый.

Мне даже стало интересно, кто и когда смог доработать их заклинания. Ведь кто-то же это должен был сделать?

Задав этот вопрос Лениавесу и девушке, я смог наблюдать их крайне удивлённые лица.

– Никто не дорабатывал эти заклинания, – ответила девушка. – Моё – это исконно принадлежащее народу эльфаров заклинание идентификации магических свойств и магической активности, а у корнола – аналогичное заклинание, принадлежащее расе хуманов и другим народам. Только мы пользуемся заклинанием «Взгляд цеперны», все же остальные – «Магическое око». Любой другой не сможет даже активировать наше плетение, – с гордостью закончила Эрея.

Я посмотрел на Лениавеса.

– Да. Она права, – согласился с её словами корнол, – никто не может воспроизвести заклинание «Взгляд цеперны».

– И остальные маги жизни? – уточнил я. – Ведь они должны использовать тот же тип магии, что и эльфары? Или нет?

– Нет, маги жизни тоже этого не могут, – сказал оборотень.

– Хм, – пробормотал я и задумался.

«Странно всё это, – начал рассуждать я, – ведь ясно видно, что это одно и то же универсальное плетение. Только у эльфаров оно адаптировано под определённый тип энергии. Или всё, может, наоборот, ранее это было плетение, доступное только для активации каким-то одним типом ментоэнергии, а кто-то его доработал и превратил в некое общее заклинание. Главное – суть-то у них одна».

И опять всплыл вопрос: «А кто это мог сделать?»

«Ну да ладно, разберусь со временем», – решил я.

И коли мы затронули нужную тему, задал ещё один вопрос, который интересовал меня уже давно:

– Лениавес, а в принципе как артефакторы, маги, путешественники, кладоискатели там или другие личности, вынужденные по роду своей деятельности встречаться с различными магическими проявлениями, ловушками, предметами и прочими сюрпризами, справляются с ними? Как они их обнаруживают? Всё время используют заклинания, аналогичные тем, что применяете вы с Эреей? Если это так, то это должен быть очень затратный способ, или есть что-то иное?

– Ты всё верно подметил, – ответил корнол, – но только отчасти. Ты прав в том, что большинство магически одарённых разумных, хуманы, эльфары, корнолы, орки или гоблины, да и все остальные вынуждены пользоваться аналогичными плетениями, которых со временем было разработано достаточно много. Разнообразие подобных заклинаний как раз и вызвано большим количеством тех, кто их использует. В основном различия подобных плетений связаны с множеством способов облегчить жизнь таким разумным. Одни заклинания потребляют меньше магической энергии для своей активации, но при этом или имеют меньший радиус действия, или дают менее точную картинку, обычно это так называемый походный, или повседневный, вариант использования. Такое плетение есть в арсенале любой школы магии, или даже есть какое-то своё собственное, как, например, «Взгляд цеперны», которым пользуются эльфары. Как раз плетения из этой категории мы с Эреей и использовали. Но иногда требуется доскональное изучение того или иного предмета, плетения или аномалии, и в этом случае используются другие заклинания. Их не так много, я не буду углубляться сейчас в теорию их создания, но главное, что тебе нужно понять, – они на порядок сложнее повседневных. Обычно ими в своей работе пользуются только маги, чаще всего артефакторы, но иногда подобное плетение может понадобиться и тем же искателям, и рейнджерам, когда они наткнутся на особо сложную ловушку, которую требуется обезвредить.

– Получается, всё сводится к использованию двух типов плетений: простого и сложного, – констатировал я. Однако, задумавшись и вспомнив первые слова корнола, спросил: – Но это, как я понимаю, не всё?

– Не всё, – кивнул Лениавес, – есть и другой путь. И он, как это ни странно, отчасти связан с тобой. Вернее, с разумными и не очень существами, имеющими аналогичные твоим способности или некую альтернативную им замену. И тут есть разделение на две категории. Первая – это существа, способные ощущать магические проявления тем или иным способом. Их называют видящие. Хотя, по сути, никто точно не знает, как они чувствуют магию. Например, есть порода рекартов, которые распознают магию по запаху. Это точно известно, так как эти собачки слепы и глухи, но жить им это абсолютно не мешает. У них совершенный нюх, и находят они различные предметы, в том числе и магические, гораздо лучше многих магов-специалистов. Или другой вариант – среди эльфаров встречаются видящие, способные слышать магию. Они говорят, что это как некая мелодия, которая рождается в их голове и с приближением к цели начинает звучать всё громче и явственнее. К тому же некоторые из них могут на слух определить тот или иной тип магии, силу магического воздействия или даже точно описать его свойства. В общем, бывают разнообразные способы ощутить магию вокруг нас. Видящие бывают разной силы, их способности также разнятся. Например, некоторые могут чувствовать только какой-то определённый тип магии, или их способности ограничены неким радиусом обнаружения. Кто-то может заметить магические проявления за несколько десятков метров, а другому нужно приблизиться на расстояние вытянутой руки. В общем, вариантов много. – Корнол замолчал, чтобы перевести дыхание, а затем продолжил: – Но есть и вторая категория лиц, в неё попадают, в отличие от первой группы, где встречаются экземпляры с совершенно различным уровнем способностей к магии, только разумные, хоть и с небольшими, но достаточно уверенными возможностями в манипулировании магическими энергиями. Это так называемые маги-поисковики. Они могут быть не очень сильными магами, возможно, даже никогда не смогут пользоваться плетениями выше первого уровня. Но у них есть одна особенность. Эти маги с гораздо меньшими затратами и большей эффективностью, чем все остальные, могут применять то или иное заклинание по поиску и опознанию магических сущностей. В этом и есть их основная ценность.

– Интересно, – высказался я на эту речь, – о чём-то подобном я и думал.

– Да. Именно для обучения всех этих хуманов, оборотней, гоблинов, эльфаров и прочих, обладающих подобными способностями, и открыт на базе Академии магии империи Ларгот факультет искателей. Он разделён на кафедру видящих, развивающих и учащихся пользоваться своими способностями, и кафедру магов-поисковиков, где преподают основы магии и больший уклон делают на максимальное развитие магических способностей учащегося. Но главное – на обеих кафедрах идёт усиленная подготовка студентов как будущих искателей, то есть они проходят воинскую подготовку, мало чем отличающуюся от подготовки рейнджеров. – И как заключение Лениавес сказал: – Вот именно подобных людей и стараются пригласить в любой отряд, отправляющийся в путешествие, вылазку или поиск. Именно они должны предупреждать отрядного мага о встреченном магическом возмущении, а уж тот будет решать, как поступить отряду дальше: подойти ближе и изучить, обойти, обезвредить или уносить оттуда ноги. Ну и ещё есть различные артефакты видения, которые позволяют выполнять те же функции, что и активированное плетение поиска магических сущностей, однако они очень дороги, и не у всякого мага под рукой может оказаться подобный. Но ими тоже пользуются. Кроме того, самым дешёвым способом является воспользоваться «Свитком обнаружения», он недорогой и продаётся почти в каждой магической лавке, однако на даже небольшой поход их требуется не меньше сотни. Поэтому самым лучшим принято считать наличие видящего или поисковика в отряде, хотя и о двух других способах тоже стараются не забывать. Поисковики вообще по природе своей народ очень осторожный и предусмотрительный. Другие там просто не выживают.

– Понятно, – отозвался я на рассказ Лениавеса и поблагодарил его за столь подробные объяснения: – Спасибо.

– Да не за что, обращайся, если потребуется ещё что-то прояснить или узнать. Если смогу, то обязательно помогу, – ответил мне он.

На этом наш разговор был закончен, и дальше мы шли уже почти в полной тишине. Только иногда шелестела одежда девушки, мы же с корнолом передвигались по коридору совершенно бесшумно.

На протяжении всего нашего пути я проверял свои способности по обнаружению магической активности или остаточного следа её проявлений. Мои способности значительно усилились после слияния с сущностями, и теперь я не только замечал предметы, всё ещё заряженные ментальной энергией, но и мог обнаружить и различные артефакты или их детали, осколки, а также части когда-то существовавших, но давно погибших магических существ, всё еще хранивших в себе след былого присутствия магической энергии. Поэтому мой путь превратился в своеобразный сбор занимательных вещиц и безделушек (толстая жаба или толстый хомяк у меня в душе радовались, а я тренировался).

По дороге нам попадались различные магически заряженные предметы, артефакты, которые были расположены где-то в толще стены, потолка и пола туннеля. Но иногда они валялись прямо у нас под ногами. И совершенно не светились накопленной или залитой в них ментоэнергией. Фактически они были пусты.

И что совсем неудивительно, мои спутники совершенно не обращали на них внимания. Я даже периодически просил корнола воспроизвести своё заклинание поиска магических сущностей, но и оно ничего не замечало.

Кстати, по дороге очнулся Рыкун. Первое время он, просто думая, что я не заметил этого, отлёживался у меня в рюкзаке, но когда я мысленно сказал ему: «Выбирайся уж. Посмотрим на тебя», то покинул своё лежбище и взобрался мне на плечо.

«Рыкун вырос», – гордо провозгласил этот маленький охотник.

И что странно – даже его мысленный голос в моей голове из несколько пищащего преобразовался в спокойное, чуть хрипловатое рычание.

«Ты и правда вырос», – подтвердил я.

Сейчас он стал походить на кутёнка росомахи, я видел его как-то в зоопарке. Только цвет у него остался неизменным, коричневый с двумя тёмными полосами, тянущимися вдоль его позвоночника от кончика носа до кончика хвоста. Кстати, раньше у него была всего одна такая полоска.

– Я даже не знаю такого зверя, – сказал Лениавес. – Возможно, в каталогах Академии что-то о них есть, но я не слышал ни о чём подобном.

Эрея же просто кивнула, соглашаясь с ним.

– Ну, не знаете – и ладно, – как-то легко согласился я. – Главное, что внутри это всё тот же Рыкун.

– Да, но это животное намного опаснее того, что было с тобой раньше, – возразила мне девушка. – Я это сейчас, когда оно пришло в себя, очень хорошо ощущаю. Оно быстрее и сильнее его, а главное – намного разумнее.

«А ведь и правда, я стал гораздо лучше ощущать своего маленького друга с тех пор, как с ним произошли эти изменения, – мысленно согласился я с девушкой, – и если соотнести это с его развитием не только физическим, но и умственным, а также магическим, то, скорее всего, мы из некогда невзрачной куколки получили опасную бабочку». И я посмотрел на зверька, с интересом осматривающего окрестности.

«Хочу есть, – через некоторое время сказал он и скрылся в сумке, а ещё через пару минут выбрался оттуда с куском вяленого мяса в зубах. – Хорошо», – пришло ко мне ощущение его довольства и благодати.

Однако Рыкун был не из тех домашних питомцев, что часами могут лежать среди подушек на диване. Повертевшись на одном месте и так и не сумев более-менее нормально пристроить своё выросшее тельце, он сказал:

«Пойду разведаю окрестности», – и ушмыгнул куда-то в темноту туннеля, я даже перехватить его не успел, настолько стремительно он двигался.

Кстати, после того как он пришёл в себя, его менто-информационное поле стало восстанавливаться значительно быстрее, и если изначально его полное восстановление должно было наступить примерно часов через пять, то теперь это время сократилось как минимум в два раза.

Вот так он стремительно появлялся и исчезал, передавая мне информацию о встреченных в пути препятствиях и опасностях. Правда, вторых, к нашей радости, пока не попадалось.

Рыкун после своего такого необычного преобразования стал и более чувствителен к магическим проявлениям, и если раньше он замечал только достаточно сильные ментальные источники, то теперь мог обнаружить и просто заряженный магией предмет. Чем он и занимался, когда периодически выбирался на разведку близлежащих территорий. Правда, происходило это, как я понял, если он непосредственно натыкался на них. В этом случае он указывал мне на место их наличия.

Я же всё это, а также то, что находил и видел сам, по своей извечной хомячьей привычке собирал. Весь этот найденный хлам, что попадался мне или Рыкуну на пути и до которого я мог дотянуться без особых проблем или потери времени, и уж тем более тот, который мне мог показаться интересным, старался достать и припрятать к себе в рюкзак.

Рыкун достаточно быстро смекнул, чем я занимаюсь, и уже через пару минут самостоятельно принёс мне какую-то отдающую магией безделушку.

«Молодец», – похвалил я его, поглаживая довольного зверька по спинке. Он промурлыкал что-то непереводимое и снова ушмыгнул в тьму туннеля.

Собирал эти вещи я с надеждой на то, что в дальнейшем, когда у меня будет больше времени, то появится и возможность разобраться в свойствах найденных магических предметов.

Спутники же уже не в первый раз с удивлением смотрели, как я собираю различный, на их взгляд, мусор или радостно разглядываю подобранные и откопанные в пыли предметы или их осколки. Но, как и прежде, такое моё поведение они никак комментировать не стали.

Однако не весь мусор, что мне попадался, выглядел именно так. Некоторые вещи сохранили вполне узнаваемый и определённый вид. Лезвия нескольких мечей и кинжалов, пара колец и цепочек, один странный кристалл, явно выпавший из какого-то украшения. А в остальном – да, все найденные вещи представляли собой различные фрагменты или осколки некогда цельных предметов. Но что для меня было более важным – это то, что они сохранили за эти столетия, а возможно, и тысячелетия хотя бы мизерный заряд магической энергии, что в них когда-то был помещён, ну или даже просто его отпечаток. И как сообщил мне Искатель, вернее, уже это я сам смог вытащить эту информацию из базы знаний, находящейся у меня в голове, что данные предметы являются идеальной заготовкой для создания различных магических амулетов с постоянными магическими свойствами. Поэтому именно для будущих экспериментов я их и искал.

«Пригодятся», – решил я.

Тем более никто особо сейчас нас не подгонял, и это позволило мне достаточно свободно собирать заинтересовавшие меня вещи. Я контролировал коридоры, отходящие и входящие в тот основной туннель, по которому мы шли. Следил за появлением ловушек, ну и собирал различный попадавшийся мне по дороге хлам.

Несколько раз, кстати, мне попадались странные, необычные и довольно уникальные находки. Если быть точным, то таких необычных артефактов у меня было три. Суть этих находок заключалась в том, что некоторые из найденных предметов за столь долгое время претерпели значительные внутренние изменения, вызванные непрерывным магическим воздействием на них, и как следствие – они приобрели какие-то постоянные менто-информационные свойства. То есть по сути своей эти предметы стали артефактами, или амулетами постоянного действия.

Первым предметом, на который я обратил внимание, было лезвие клинка, вернее, даже небольшого стилета, вероятнее всего предназначенного для скрытого ношения, которое неизвестно сколько столетий пролежало в сильном и плотном ментальном потоке проходящей сквозь туннель энергии жизни. Теперь, конечно, ни самого потока, ни плотного ментального поля, окружавшего этот предмет, не было. Но на наличие в найденном предмете столь необычных свойств я обратил внимание сразу, и всё это произошло благодаря моим новым способностям.

Суть заключалась в том, что по идее артефакт должен был приобрести целительные свойства. Примерно это же произошло с найденным мной целительным камнем. Однако с этим лезвием всё пошло не так. Изначально, как утверждал Искатель, в структуру этого лезвия было вплетено лишь несколько простых заклинаний, таких как общее повышение прочности и укрепление материала, да плюс, возможно, было добавлено плетение самостоятельной заточки лезвия. Структуры заклинаний уже давно не просматривались, но по их остаточному следу мы вместе с ментоинтерфейсом смогли смоделировать наиболее вероятностный вид присутствовавших ранее в клинке заклинаний. И уже на основании полученных данных и полученной модели структуры заклинаний восстановили свойства ранее внедрённых в клинок плетений.

Дальше началось наиболее интересное. Ментоинтерфейс постарался смоделировать процесс преобразования свойств менто-информационного поля стилета. И вышла у нас следующая картина. Сначала основополагающая структура функционировала за счёт небольшого внутреннего накопителя ментоэнергии, в роли которого выступал крохотный кристалл, вставленный в основание рукояти клинка. Вот именно работа этого самого накопителя и дала тот странный и неповторимый эффект, который мы могли наблюдать сейчас. Накопитель не мог заряжаться самостоятельно, ведь отсутствовал маг, который смог бы провести подобную операцию. Однако вокруг него присутствовало плотное постоянное и насыщенное магическое поле. Из-за этого накопитель постепенно самостоятельно стал поглощать в достатке присутствующую вокруг него ментальную энергию. Энергию жизни. Но это был неподходящий для его работы тип ментоэнергии. Ментомодули, внедрённые в него, скорее всего, были основаны или на энергии земли, или на энергии огня. И как результат – накопитель со временем перешёл в совершенно другое состояние. Он для поддержания целостности внедрённых в стилет плетений превратился в мощнейший насос-преобразователь по перекачке энергии. Только с одним существенным недостатком. Этот насос был очень неэффективен в своей работе. Преобразование энергий он совершал со значительными затратами на сам процесс изменения типа ментоэнергии. Для работы ему необходим был совершенно отличный от доступного тип ментоэнергии. Но в результате многочисленных изменений и преобразований сам накопитель поменял свою изначальную сущность и стал совершеннейшим инструментом поглощения энергии жизни. Буквально за доли секунды он мог впитать в себя огромнейший объём ментоэнергии и восстановить или обновить структуру самого клинка. И как результат этих многолетних преобразований стилет приобрел смертельно опасные и неожиданные свойства.

«Стилет поглощения жизни,

– отрапортовал Искатель, назвав оружие одним из проскочивших в моей голове образов.

– Описание: короткое колющее ручное оружие с двенадцатисантиметровым обоюдоострым клинком, сужающимся от крестовины гарды к концу лезвия. В основу заложена сложная многоуровневая ментоструктура с постоянным набором свойств. Материал изготовления: высококачественная сталь с неизвестными примесями. Общие свойства: мгновенное поглощение ментоэнергии определённого типа. Местное самоназвание – энергия жизни. Любая рана смертельно опасна и практически неизлечима. Длительность воздействия и его результат зависят от доступного объёма ментоэнергии в её источнике. При поступлении необходимого объёма энергии происходит активация цепи внедрённых в клинок ментомодулей и цикл повторяется вновь. Цепочка этапов состоит из поглощения ментоэнергии и активации ментомодулей. Всё это выполняется до тех пор, пока не прекратить воздействие артефакта на источник ментоэнергии или пока доступный объём ментоэнергии не иссякнет полностью. Способ восстановления ментоэнергии: прямое внедрение в менто-информационное поле нужного типа. Текущий объём: прямое накопление ментоэнергии в артефакте не предусмотрено».

«Ничего себе, – поразился я, – ведь, по сути, это универсальное оружие убийства любых живых существ. Не удивлюсь, что даже бессмертным оно очень сильно придётся не по душе. И даже если им невозможно убить какого-нибудь бога, то он уж точно впадёт в летаргический сон, стоит лишь вонзить в него этот стилет и оставить в ране. И спать он будет до-олго. – Интуиция подсказывала, что я прав в своих выводах. – Опаснейшее оружие, – решил я, – а такое, если нельзя выбросить, так чтобы его никто не нашёл, нужно держать поближе к себе. Так будет спокойнее. Главное – не порезаться».

Поэтому я будто былинку приложил стилет к своему запястью под курткой, стараясь, чтобы ни одна из его граней не коснулась моей кожи, и мысленно приказал перевязи:

«Создай ножны».

Буквально через пару мгновений клинок обхватила плотная плёнка, намертво притянувшая его к моей руке.

Пошевелив и подёргав полученное хранилище для этого оружия, я остался доволен. Не болтается. Не выпадет, держится плотно и крепко, совершенно не мешает двигать рукой. А главное, стилет стал практически незаметен под одеждой.

«То, что нужно», – удовлетворённо улыбнулся я и перешёл ко второму предмету.

Кольцо. Нам с Искателем так и не удалось понять, какими свойствами оно должно было обладать изначально, так как исконное плетение было полностью затёрто новой образовавшейся и наращённой структурой ментального поля. Однако сейчас это кольцо стало природным усилителем магических возможностей.

«Кольцо усиления ментальных способностей оператора. Описание: простое кольцо. Материал изготовления: медь, примеси олова и свинца. Общие свойства: уменьшение от полутора до трёх раз затрат ментоэнергии при активации и поддержании работы ментомодулей. Коэффициент усиления напрямую зависит от типа поступающей в артефакт энергии. Максимальный коэффициент в три целых сорок четыре сотых достигается при работе с хаотичной неупорядоченной энергией (местное самоназвание – энергия хаоса или тёмные энергии). Наихудший результат, в одну целую сорок девять сотых, достигается при работе с упорядоченным стабильным типом энергий (местное самоназвание – энергия света, частично – энергия земли). Способ восполнение ментоэнергией: не требуется постоянное пополнение энергии. Восполнение происходит в момент усиления поступающего потока энергии. Излишки полностью поглощаются артефактом для своего дальнейшего функционирования. Текущий запас ментоэнергии в артефакте: отсутствует».

«Неплохое колечко получилось, – прокомментировал я то изделие, что изготовили самые великие и виртуозные мастера и умельцы во всём мире. Природа и случай. – Мне его использовать не с руки, сразу возникнут ненужные подозрения, которых и так с каждой минутой появляется всё больше и больше. Поэтому временно презентую это колечко или корнолу, или Эрее. Но так как напрямую с энергиями работает только девушка, то кольцо имеет смысл передать ей», – решил я и, остановившись, повернул голову.

Эрея, будто почувствовав очередную пакость с моей стороны, с подозрением взглянула на меня и, сжав кулачки, спрятала свои ручки за спиной.

«А неплохо у девочки интуиция работает», – оценил я одну из её способностей, хотя в том, что Эрея очень одарённая девушка, я не сомневался. Случая не представлялось ещё. Думаю, и не представится.

– Что? – очень тихо, так что практически не было слышно, спросила она.

«Ну прямо как ребёнок», – с каким-то чувством нежности подумал я.

Видимо, мои мысли очень явственно проступили на моём лице, так как девушка насупилась и сделала пару шагов назад.

– Эрея, у меня для тебя есть небольшой подарок, – улыбнувшись, сказал я.

– Как, ещё один?! – с нескрываемым возмущением воскликнула девушка.

Хоть она и предполагала, что я не в курсе её разговора с корнолом, но нельзя же так напрямую выдавать своих чувств.

Не знаю почему, но мне было приятно ещё немного подшутить над девушкой. Видимо, где-то глубоко внутри меня засел маленький садист. Ведь я понимаю, что слишком уж она близко к сердцу принимает различные «мои» подарки. Но что поделать, если это именно сейчас нужно для дела, то я это сделаю. А шутка… ну, она немного продлевает жизнь. И в нашем случае это далеко не метафора, в прямом смысле этого слова. Это может когда-нибудь как спасти нашу жизнь, мою или корнола, так и может помочь самой девушке, этой холодной красавице Эрее с её волшебными, фиалкового цвета огромными глазами.

– Да, ещё один, – постаравшись скрыть злорадство в голосе, подтвердил я её слова.

Похоже, актёр из меня не очень, так как лицо Эреи побледнело и она сделала ещё один небольшой шаг назад и практически врезалась спиной в Лениавеса.

– И мне снова потребуется ваша рука. – И в ожидании я протянул ей свою ладонь.

Не знаю, если честно, на что я рассчитывал, но не на то, что произошло в следующее мгновение.

Девушка сжалась, понурила голову, сделала три маленьких шажка вперёд и медленно протянула мне руку.

– Вот, – тихо, покорно произнесла она.

Ну что ж, никакой шутки не получилось, больше на издевательство похоже. Поэтому, больше не став изгаляться над Эреей, я вытащил кольцо из кармана и, осмотрев тонкие и длинные пальчики девушки, выбрал тот, с которого колечко не спадёт и наверняка будет впору ей. И надел его.

И, как обычно, на мой взгляд, выбор пал на не самый подходящий для этого пальчик Эреи. На безымянный. Ну, с других бы оно слетело, а на остальные не налезло. Выхода-то особо у меня не было.

Чтобы не затягивать щекотливую ситуацию и не обострять отношения ещё больше, я на вопросительный взгляд девушки, с удивлением смотрящей на надетое ей кольцо, ответил:

– Это так, на всякий случай. Оно не простое. Магическое, – перешёл я на понятный для неё и Лениавеса язык. – Как мне известно, это кольцо усиления магических способностей. Оно должно тебе пригодиться больше, чем мне или Лениавесу. Ведь, как я понимаю, ты работаешь с магией напрямую, а не опосредованно, как он, через руны. И уж тем более ты им сможешь распорядиться более разумно, чем я. А поэтому, думаю, тебе оно подходит гораздо больше, чем любому из нас.

Объяснение вышло несколько путаным, однако девушку, как оказалось, смутило не это. Да и вообще, на кольцо, надетое на палец, она смотрела вполне благосклонно, гораздо более спокойно, чем на тот же браслет. Видимо, всё-таки знание местных ритуалов и церемоний имеет гораздо большее значение, чем я предполагал. И параллели с моим миром тут не всегда уместны. Например, кольцо, надетое на безымянный палец правой руки, здесь не имеет какого-то особого сакрального смысла, как на моей родине, а вот браслеты, похоже, являются более весомыми украшениями.

Пока я размышлял на эту тему, Эрея несколько удивлённо спросила, вернее, даже уточнила:

– Что? Кольцо? А разве в принципе такие амулеты существуют?

– Как видишь, – прозвучал мой ответ. А затем я разъяснил ей то, что понимал сам: – Кольцо на самом деле, как мне известно, не увеличивает твои магические способности, оно просто уменьшает затраты магической энергии на создание заклинаний. То есть, по сути, тебе теперь для активации плетений или проведения любых других магических действий потребуется несколько меньше магической энергии. Правда, насколько изменится её потребление, я сказать не могу, но думаю, ты и сама это достаточно быстро сможешь выяснить. Принцип работы такой: нужно фокус передачи энергии в заклинание направлять не напрямую, как ты, скорее всего, делала, а через кольцо (интересно, а я-то откуда это знаю?). Ну а дальше всё стандартно и не должно вызывать никаких затруднений.

– Странно, ничего подобного ранее не слышала, – озвучила свои мысли девушка.

Однако тут встрепенулся Лениавес. Его сосредоточенное лицо, которое с начала нашего разговора было несколько озабоченным, сейчас разгладилось, и он сказал:

– А вот я слышал о подобном артефакте, только, насколько мне известно, он мог усиливать всего один тип магической энергии. – Корнол замолчал на пару мгновений, а потом продолжил: – Но вот что странно, я точно помню, что этот артефакт использовался адептами магии тьмы одного очень кровавого и жестокого тёмного культа, – с усмешкой прокомментировал услышанное Лениавес. – Но знаете, какая странность присутствует во всей этой истории? – прозвучал его вопрос, обращённый ко мне и Эрее, хотя, судя по блеску его глаз, рассказывал он это, кажется, сугубо для меня. Однако, заметив наши отрицательные покачивания головой, он сам же и ответил на свой вопрос: – Так вот. Странным является то, что о дальнейшей судьбе этого магического артефакта, как и самого культа в целом, совершенно ничего не известно. Всё выглядит так, будто даже воспоминания о них вычеркнули из памяти этого мира. Хотя о нём даже тогда было мало что известно, только его общие свойства, такие как общие затраты магической энергии и то, что благодаря ему даже слабейшие маги могли работать с заклинаниями как минимум пятого-шестого уровня.

«Если предположить, – рассудил я, – что слабый маг работает с заклинаниями первого-второго уровня, то получается примерно тот же коэффициент усиления, что и у кольца при передаче через него энергий хаоса. – Прикинув это, я понял, что напал на так называемую золотую жилу. – Судя по всему, если был один подобный артефакт, а я нашёл второй, то и их создание каким-то образом можно повторить. Надо бы об этом подумать».

«Принято»,

– зарегистрировал очередную задачу для будущего исполнения ментоинтерфейс.

Очень уж перспективная получалась разработка, тем более, как я понимаю, у меня в наличии есть более универсальное решение, чем тот артефакт, о котором говорил корнол. Плюс уже готова полная и доскональная ментоструктура внедрённого в кольцо плетения и модель образовавшегося в результате преобразований менто-информационного поля артефакта. Всего этого, как утверждает Искатель, достаточно, чтобы провести доскональный анализ и ряд тестовых экспериментов и прогонов. Главное – начать. Жаль, пока на это времени нет. Но уже сейчас, получив моё распоряжение, ментоинтерфейс приступил к изучению и детализации полученной модели плетения. И если у нас получится разобраться в принципе его создания и работы, то это в будущем сможет принести неплохую прибыль. И это становится ещё более выгодным, коли достаточно образованные представители этого мира были лишь наслышаны о чём-то подобном.

«Ноу-хау всегда в цене», – как лозунг, пронеслось в моей голове, – и тут этот закон рынка работает, как и у меня на родине.

Кстати, если корнол прав и если это и не один и тот же артефакт, как, вероятно, он и подумал, а его аналог или дубликат, уж очень похожи свойства и то описание, что дал Лениавес, то тогда это не вопрос копирования. Ведь мне точно известно, что кольцо приобрело такие необычные свойства естественным путём, а вот тот артефакт, о котором говорил оборотень, мог быть сотворён кем-то из разумных. И тогда встаёт закономерный вопрос: а как кто-то дошёл до такой идеи? Или это всё-таки не одно такое кольцо или другой артефакт с подобными свойствами?

Тогда тем более нужно разобраться в принципе его работы и создания, ведь подобный предмет может оказаться ещё у кого-то, а значит, нужны и контрмеры по противодействию его усиливающим свойствам.

«Буду думать. Где бы только об этом узнать поподробнее? – задал я себе вопрос и тут же себе ответил: – В единственном известном мне пока учебном заведении с огромной библиотекой. Так и получается, что все мои пути да дороги сходятся на империи Ларгот и Академии магии».

Получается, буду пока работать с тем, что есть, а если мне будет не хватать каких-то материалов, буду искать их в Академии. Мне всё равно нужно туда попасть.

Ещё с начала нашего разговора с девушкой стало заметно, что мой подарок удивил и впечатлил не только Эрею, корнол тоже заинтересовался им. Я видел, как он постарался изучить его с помощью магического ока, но, похоже, не сильно преуспел и оставил пока эту затею в покое.

Однако я ожидал большего интереса с его стороны к кольцу и не ошибся, так как буквально через пару мгновений после того, как у Лениавеса не получилось разобраться с артефактом с наскока, он спросил:

– Откуда у тебя это кольцо?

Именно этого вопроса я и ждал. Его не сложно было предугадать с того самого момента, как корнол заговорил об артефакте тёмного культа. Как я уже не раз говорил, в разговоре с магами лучше всегда придерживаться правдивых показаний, а поэтому я просто и честно ответил ему:

– Нашёл.

– Я так и подумал, – с усмешкой ответил мне Лениавес.

«Не слишком-то он мне поверил», – подумал я, да и Лениавес этого особо не скрывал.

Мы продолжили путь. Я же перешёл к третьему артефакту, выбивающемуся из общего списка найденных. Он мне показался наиболее интересным, необычным, а самое главное – совершенно непонятным.

Это был левый наруч в форме широкого бронзового браслета. Находился он в некой ментальной аномалии, и её уникальность заключалась в том, что она была полностью нейтральна по отношению ко всем окружающим её менто-информационным полям и энергиям. И именно поэтому сам артефакт и ещё парочка заинтересовавших меня, но уже обычных камешков, находившихся там, совершенно не выделялись на её мощном нейтральном фоне.

И в этот раз уже только благодаря моим новым способностям, мне это точно известно, я смог всё же заметить их. Был я в этом уверен потому, что, хотя ментоинтерфейс не мог зафиксировать аномальную зону, не говоря уж о предметах, находящихся внутри её, я сам её прекрасно чувствовал и видел. И, что странно, хотя у найденного артефакта присутствовало собственное менто-информационное поле, но никакой внутренней структуры в нём не было. Создавалось впечатление, что взгляд проваливается в однотонную, совершенно инертную субстанцию, перенявшую часть нейтральных свойств той аномалии, в которой она находилась.

Пока наруч находился в нейтральном поле аномалии, Искатель никакой информации, естественно, о нём предоставить не мог. Но вот когда я его оттуда извлёк, то он удивил меня таким простым и одновременно непонятным описанием свойств найденного предмета. И определение ментоинтерфейса для моей находки прозвучало так:

«Наруч. Форма: широкого однотонного браслета. Внешний вид соответствует бронзовому изделию трёх-четырёхтысячелетней давности. Однако это лишь внешний эффект искусственного старения предмета. Внутренние свойства предмета неизвестны. Материал изготовления: живая сталь».

Больше ничего сказано не было. И никаких пояснений я из Искателя получить не смог.

Понятие «живая сталь» так и осталось для меня загадкой.

Однако моя интуиция говорила о полной безопасности для меня данной находки. Поэтому, как обычно, доверившись ей, я постарался надеть браслет и разобраться с тем, что же попало ко мне в руки.

Примерив наруч, я понял, что застёгиваться он должен не обычным образом, как бы обхватывая и стягивая руку, при этом по идее и сидеть должен был бы очень плотно и совершенно не мешая моей руке. Поэтому я и застегнул его должным образом. Браслет плотно прижался к коже и даже немного вдавился в неё. Стало не очень удобно, слишком уж плотно он обхватывал руку. Сначала мне казалось, что радиус обхвата у браслета окажется несколько шире. Но вышло не так. Видимо, наруч был рассчитан под более тонкую руку.

«Жаль, что нужно снимать, – подумал я, – а так бы получилась неплохая защита совместно с той латной перчаткой, но рука может отсохнуть быстрее, чем я пойму преимущества её использования. Да и дюже неудобно становится», – понял я.

У меня складывалось впечатление, что наруч продолжает понемногу сжиматься. Перепугавшись, я потянулся расстегнуть его. Но не тут-то было. Линия крепления на браслете исчезла. Он вообще приобрёл цельную литую форму без малейших признаков, указывающих на то, что его вообще можно как-то снять без вмешательства хорошей острой пилы.

«Да, теперь будет не так-то просто освободить свою руку из его плена, – констатировал я. – И что мне теперь с ним делать?» – пришла мне в голову запоздалая мысль.

Правильно говорят умные люди, хоть мозгов и не видно, но их отсутствие сразу становится заметным. Это как раз про меня. Нужно было изучить артефакт тщательнее. Но я этого, как обычно, не сделал. Тороплюсь, правда неизвестно куда.

«Хотя как его изучать, на подопытных свинках и хомячках?» Так не факт, что этот артефакт вообще многоразового использования.

И тут проснулась моя интуиция.

«А ведь и верно, этот наруч можно использовать лишь единожды».

Интуиция так же всё ещё упорно твердила, что браслет для меня безопасен, и, даже более того, я чётко осознавал, что лучше пока всё оставить как есть. То есть не трогать и не пытаться снять его.

Но как-то уж всё более некомфортно и несколько неестественно становилось мне с каждым мгновением: этот наруч, будто постоянно напоминая о себе, сидел на моей руке.

«Что-то не так», – стало доходить до меня.

И я наконец, благодаря ментоинтерфейсу, постоянно контролирующему основные параметры моего организма и фиксирующему любые изменения, происходящие вблизи меня, понял, что происходит.

Браслет с каждой секундой и правда всё больше вдавливался, вплавлялся, втекал мне в руку. Но при этом я испытывал только то самое чувство неудобства и некоторого дискомфорта, которое заметил несколькими мгновениями ранее, и не более того.

«Что происходит?» – постарался разобраться я.

Но у меня ничего не получалось. Я разумом понимал, что в принципе никакого ощущения боли у меня не было. Вообще, было ощущение, будто рука на этом участке онемела, полностью потеряла чувствительность.

А наруч продолжал уменьшаться. В какой-то момент, уже когда видимая часть браслета не превышала в толщину бумажный лист, от него по всему телу стала распространяться волна странного внутреннего зуда. Именно в этот момент ожил ментоинтерфейс и выдал следующее сообщение:

«Регистрирую изменения во внутренней структуре костной ткани оператора. Фиксирую её многократное укрепление в результате изменений, происходящих на клеточном уровне, замещения костной тканевой основы и наращивания дополнительной внутренней стенки костной структуры оператора».

После этого пошёл отчёт о проверенных параметрах и зарегистрированные коэффициенты их изменения.

Через некоторое время отчёт, который я слушал и в котором старался разобраться, правда почти безуспешно, был окончен, а с его завершением на руке перестал существовать и наруч.

Он будто растворился, хотя более достоверным будет звучать, что он просто впитался, влился, просочился или втёк в моё тело.

«Странно и необычно», – первые несколько секунд в самой руке, да и во всём теле всё ещё продолжал ощущаться лёгкий зуд, ну а затем всё внезапно прекратилось, и он исчез. Как пропало и чувство испытываемого мной дискомфорта. Как раз в этот момент ментоинтерфейс выдал и свой окончательный отчёт о моём нынешнем состоянии и здоровье.

«Состояние оператора стабилизировалось. Все подконтрольные параметры пересчитаны, их изменённые значения занесены в таблицы текущего состояния и развития ментооператора. Коэффициент укрепления, эластичности и упругости костной ткани оператора по сравнению со стандартным составляет семьсот сорок целых и две тысячных. Коэффициент на излом костного скелета и хрящевой структуры неопределим, но по предварительным расчётам он превышает стандартный как минимум на девять единиц».

«Так получается, материал, из которого был создан браслет, внедрился мне в тело, вернее, в скелет и сделал меня значительно прочнее. Про силу ничего не могу сказать, о ней вроде как и не упоминалось», – подумал я и назначил Искателю проводить постоянный контроль этого дополнительного параметра.

«Пересчитан общий параметр, определяющий физическое здоровье ментооператора, и теперь он равен семидесяти пяти. Разница с предыдущим значением составляет пятьдесят единиц».

«Ничего себе, – подумал я. – Это получается, что не зря интуиция так откровенно не реагировала на этот артефакт, считая его полностью для меня безопасным. Он оказался не просто безопасен, но и очень полезен для моего здоровья. Сломать теперь меня, в прямом смысле этого слова, стало гораздо труднее». И я улыбнулся этой своей последней мысли. Слишком уж она двусмысленно и самоуверенно прозвучала. А такие самоуверенные и беспечные личности, как я понял, тут долго не живут.

Мои метания с последним артефактом остались не замеченными для моих компаньонов. Эрея была тиха и задумчива, и, казалось, её из этого состояния не сможет выбить никакое событие. Корнол был сосредоточен на поставленной ему задаче: он прикрывал наш тыл. И благодаря этой их сосредоточенности на своих мыслях и обязанностях я и смог спокойно разобраться с магическим браслетом.

Закончив с последним артефактом, я уже более спокойно стал продвигаться сам и вести наш небольшой отряд дальше. Однако следующие полчаса нам, на удивление, не встретилось ни одной ловушки или какого-то зачарованного предмета. Вообще, казалось, будто этот участок туннеля вычищен подчистую. Даже осколков и прочего мусора, на который мог обратить внимание только я, мне не встретилось. И это было очень подозрительно.

«Кто мог тут так качественно прибраться?» – пройдя очередной поворот, уже в который раз задал я себе этот вопрос.

Моих же спутников эта задачка не особо волновала, по-моему, корнол и Эрея вообще не обратили на эти изменения никакого внимания. Они, практически бесшумно двигаясь следом за мной, вели между собой тихий неторопливый разговор на разные темы, и говорили сугубо на высоком эльфаре. Пару раз мои спутники всё жё удивились тому, зачем я ищу и собираю весь этот мусор. Но корнол на заданный вопрос девушки лишь пожал плечами.

Наше продвижение закончилось, когда я увидел… Если честно, не могу сказать, что меня насторожило в направлении нашего движения. Но идти дальше у меня однозначно не было никакого желания. Да и интуиция просто вопила об опасности, поджидающей нас там.

Хотя все мои чувства и способности твердили об одном, коридор был всё так же пуст, как и последние полчаса. Но я точно знал, что это не так. А потому остановился.

– Впереди ловушка или что-то смертельно опасное, – тихо предупредил я наш небольшой отряд, указывая туда, где в моём воображении, на виртуальной модели туннеля, сейчас уже ярко переливалась краснотой тревоги активная и смертельно опасная зона.

Участок, на который упорно указывала моя интуиция, был не слишком большим. Однако по размерам он превышал те стандартные ловушки, что попадались нам ранее.

Стараясь разобраться в своих предчувствиях, я стал разглядывать участок всеми доступными мне способами, повысив свою чувствительность до максимально возможного уровня восприятия.

Приглядевшись на пределе своих возможностей, я стал различать некоторые сегменты проявившейся ментальной структуры. Но они никак не складывались в моей голове в единое целое. И слишком уж не похожи были на отдельные модули структурных моделей уже встреченных ранее ловушек. Складывалось впечатление, что перед нами наложение одно на другое нескольких плетений.

И как только я об этом подумал, ментоинтерфейс ухватился за это и мгновенно разделил их на три отдельные, схожие по своим структурным особенностям отдельные модели. И одна как раз и соответствовала одному из встреченных ранее типов магических ловушек.

А вот два других плетения пока не поддавались идентификации. Слишком небольшой процент от общего объёма всей структуры плетения в этих случаях удалось расшифровать и восстановить.

Дальше разобраться я не успел, так как ко мне подошли корнол и Эрея. Оборотень настороженно поглядывал вдаль, и уже на автомате прикрывал своим телом пытающуюся выглянуть из-за его спины девушку. Мне это понравилось, так и нужно. В случае опасности она – наше самое слабое звено и одновременно наибольшая наша ответственность. Он прикрывает её, а я – их обоих.

Я уже более подробно сообщил корнолу и Эрее то, в чём мне удалось хоть как-то разобраться. Вернее, даже не так, я передал им, что мне не нравится этот коридор, есть в нём какая-то опасность, но в чём она выражена, я пока разобраться не могу. И добавил, что уверен в наличии там ловушки, подобной тем, что нам встречались ранее.

На это отреагировал оборотень.

– Как далеко от нас эта ловушка? – спросил он, приблизившись ко мне и максимально понизив голос.

– Метрах в семидесяти, – ответил я и ещё раз указал её примерное месторасположение: – Вон там.

– Ясно, – сказал он, и я понял, что он начал из рун выкладывать стандартное плетение определения магической активности.

Да и Эрея постаралась выполнить то же самое и выяснить суть происходящего самостоятельно.

Видя всё это, я предупредил их, что простые заклинания опознания магической активности в этом случае не подойдут. Их базы знаний и возможностей не хватит, чтобы разобраться в найденной мной странной аномалии, окружающем её поле.

Я сам постарался разобраться хотя бы с тем, что мне было известно. По сути, если совместить на виртуальной модели этот участок туннеля и структурную схему аналога тех ловушек, что встречался мне ранее, то получалось, что в этот раз она перекрывала туннель только с одного из четырёх направлений. И направления эти были или стенами туннеля, или его полом и потолком, но никак не располагались по ходу нашего движения.

То есть получалось, что по идее нам эта ловушка, даже сработай, никак не смогла бы повредить. Ведь, судя по вектору ударного или разрушительного воздействия, она была направлена не вдоль туннеля, а поперёк его и не внутрь пространства туннелей, а куда-то наружу.

Однако это было нелогично, хотя в глупость создателей этого города верилось с трудом. А значит, нужно было думать дальше.

«Зачем делать такую нелепую западню? – рассудил я. – Ведь старая схема работала на пять с плюсом, а тут что-то непонятное».

При этом, по предварительному расчёту Искателя, эта ловушка из-за столь специфичного своего расположения должна была быть менее мощной. Но если предположить, что использовался во всех типах ловушек один и тот же тип магических накопителей, то, как следствие, она по идее должна была стать и более опасной, смертоносной. Правда, точечного воздействия.

«Здесь что-то не так», – подумал я: что-то не давало мне покоя.

Я представил на схеме, как это должно работать.

«Ловушка перекрывает не коридор, а что-то, выходящее в него», – как озарение проскочило в моей голове.

Но хотя никаких ответвлений или скрытых туннелей как визуально, так и на созданной Искателем виртуальной модели туннелей не просматривалось, я был в этом уверен. Интуиция подсказывала, что я не ошибся. И там точно не туннель. Но что тогда?

«Комната, – вдруг догадался я, – тайная или секретная комната, и ловушка срабатывает не на тех, кто входит в неё, а кто будет выходить».

Точно, так и есть. Здесь я прав.

«Нужно на всякий случай обезвредить её», – решил я.

И примерно прикинул, как буду её разряжать. Выбрал необходимые руны, которые буду использовать, встраивая их в мгновенно спроецированную мне в сознание Искателем виртуальную модель обнаруженного и воссозданного плетения. Выстроив последовательность взаимосвязанных этапов, я рассчитал, что руны должны были отсечь ловушку от источника ментоэнергии и создать уже опробованный ранее ментальный канал передачи закачанной в ловушку энергии в моё внутреннее хранилище ментоэнергии.

Но на этапе планирования вышла очередная неувязка. Всё это нужно было привязать к хоть какой-то точке отсчёта, а вот её-то у меня пока и не было. Я до сих пор не смог засечь даже остаточного свечения от подобного или аналогичного типа энергетических структур. Коридор был абсолютно пуст.

«Вот балбес, – отругал себя я, – плетение активируется не из коридора, а из комнаты, значит, и точка привязки должна быть где-то там. Получается, разобраться с ловушкой можно, только проникнув внутрь скрытого помещения».

Ну да ладно, оставим этот вопрос открытым. Тем более ловушка не представляет для нас непосредственной угрозы.

Правда, остался открытым вопрос: что тогда представляет опасность для нас? Ловушка, настроенная на дверь потайной комнаты, для нас не опасна. Тогда что?

И тут я вспомнил о двух остававшихся плетениях, которые так и не смог идентифицировать ментоинтерфейс по опознанным сегментам ментоструктур.

«Верно, всё дело в них. Опасность исходит от них. От обеих или только одной из них? – задался вопросом я и почувствовал: – Вроде от какой-то одной, вторая просто нейтральна по отношению ко мне и не несёт никакой угрозы».

И это было хорошо. Но вот что с ними делать, было загадкой, так как коридор всё ещё оставался опасной неизвестностью.

Пока я размышлял, что же мы могли тут встретить, корнол тоже постарался как-то обнаружить замеченную мной ловушку, но и у него этого сделать не получилось.

– Ничего не чувствую, – удивился оборотень.

– А я что вам говорил, – ответил я.

– Странно, – всё так же удивлённо проговорил Лениавес, – обычно это заклинание не даёт осечек. Если есть хотя бы малейшая магическая активность, то оно если и не сможет её идентифицировать, то уж обнаружит её наверняка. Я не слышал о том, чтобы оно давало хоть какие-то сбои. Эрея, как у тебя? – обратился оборотень к девушке.

– Полный ноль. Коридор абсолютно пуст. Там ничего нет, – подтвердила слова Лениавеса она.

У меня в голове картинка вообще перестала складываться в единый пазл.

«Как ничего нет? Ловушку-то обнаружить они должны были?» – всполошился я.

– Здесь очень сильно что-то не так, – сказал я своим спутникам. – Я уверен, там есть аналогичная встреченным нам ранее ловушка, а также ещё что-то. Но вы оба в один голос утверждаете, что там ничего нет. Простите, но все мои чувства прямо кричат о том, что вы не правы. Но я не знаю, как вас в этом убедить. Нужно что-то решать.

Лезть наобум я не собирался. Но и отступить мы не могли. Я чувствовал, что наше время пребывания в этом городе уже на исходе.

– Мы уже убедились, что твоя интуиция тебя редко подводит, – сказал мне Лениавес. – Ты согласна, Эрея?

– Да, – кивнула она.

– Тогда нам следует всё перепроверить, более тщательно. Нужно «Большое заклинание опознания». – Он посмотрел на девушку. – Ты справишься самостоятельно? – уточнил он у неё. – Я знаю, что этому обычно не обучают у вас в Школе, но думаю, у тебя была несколько отличная от обычных учащихся программа. Верно?

– Да, – ответила Эрея, – только я не всегда однозначно могу интерпретировать полученные результаты. Это уже совершенно не мои уровни в управлении энергиями и направленность в приложении сил, я всё-таки не артефактор, не рунный маг и не маг разума.

– Хорошо, но два полученных результата в нашем случае – это гораздо лучше одного полученного и неподтверждённого, – резюмировал корнол, а затем сделал два шага в сторону и расчистил небольшую площадку у стены туннеля.

Сев на корточки, он высыпал костяшки с рунами из небольшого, неизвестно как оказавшегося у него в руке и уже когда-то виденного мной мешочка прямо на пол. Отобрав несколько из них, он сложил их в довольно простую схему и наполнил ментоэнергией.

Её я запомнил с первого раза, да и Искатель внёс её в нашу базу знаний, так как рунное заклинание действительно было очень простым, по сути, это был некий призыв с каналом, направленным в неизвестность, без определения точки привязки. Но он работал, и в этом я смог убедиться уже в следующую секунду после активации заклинания.

Практически мгновенно на энергетическом уровне я увидел, как из созданного простого рунического заклинания у корнола получилось очень сложное руническое же плетение. Что странно: обычно образуется некая уже готовая структура, но в этот раз произошло следующее. Сначала руническая надпись преобразовалась в гораздо более весомую и объёмную руническую конструкцию.

«Да это же типичное архивирование!» – удивился я.

А уже на следующем этапе именно эта руническая конструкция перешла в невероятное по своей сложности построения плетение с многоуровневой ментальной структурой, развернувшееся посреди коридора, прямо над источником, её породившим, которым и являлась выложенная на полу схема из рун.

«Ничего себе», – подумал я, разглядывая её.

Даже ментоинтерфейсу потребовалось некоторое время, чтобы сделать полную трёхмерную виртуальную модель данного плетения. Его сложность просто поражала. И, видя его, я вдруг окончательно убедился, что далеко не все загадки этого мира кроются в древних магах. Здесь когда-то существовал и кто-то более могущественный и развитый. Такое под силу было сделать только сверхцивилизации, своим путём развития выбравшей единственно магический путь. Плетение мне показалось знакомым, но вот чем, я понять не мог.

Рассматривая с различных сторон его скопированную ментоинтерфейсом виртуальную модель, я пытался понять принцип его работы и назначение его компонентов.

То, что плетение было модульным, не вызывало сомнений, – например, ментоинтерфейс мгновенно выделил структуру, полностью идентичную структуре плетения «Магическое око». При этом я параллельно получал от Искателя расшифрованную информацию по возможному перечню свойств различных составляющих этого плетения. Их было сотни. Но первое, что меня поразило во всём этом, – так это техническая простота создания данного плетения и несоответствие его реального воплощения в ментальном плане. Слишком бросалась в глаза эта разница.

Однако, посмотрев на старания Эреи, которая в медитативном трансе пристроилась у противоположной от корнола стене, я поразился. Она вместо того, чтобы воспроизвести первоначальное заклинание корнола, пыталась выстроить ментальную структуру второго уровня, из которого было получено многомерное плетение. Причём обе конструкции, и та, что получилась у корнола, и та, что пыталась воспроизвести девушка, были практически идентичны.

«Текущее совпадение структур девяносто шесть процентов»,

– прокомментировал мои наблюдения Искатель.

«А сильна девчонка», – восхитился я стараниями Эреи, ведь выстроить мысленно ту рунную конструкцию, которая получалась у Лениавеса на втором шаге, было очень непростой задачей. Однако девушка уже почти справилась с ней.

Когда она завершила, совпадение структур несколько снизилось и составило восемьдесят девять процентов. Но что удивительно – после активации оба плетения заработали.

И в этот момент ментоинтерфейс выдал:

«Неизвестный многоуровневый и многовариантный ментомодуль. С вероятностью, превышающей семьдесят процентов, скопированная модель не является полной. Назначение неизвестно».

«Как так?» – удивился я и мгновенно сам понял ответ на свой вопрос.

При создании ментомодуля часть ментоэнергии уходила куда-то в пространство. Причём в заклинании Эреи эти потери ментоэнергии были значительно больше. Сначала я подумал, что это лишь утечка энергии, но, присмотревшись, заметил, что это верно отчасти и касалось только плетения девушки. В плетении Лениавеса полностью отсутствовали паразитные каналы, через которые в плетении Эреи выходил наибольший сброс ментоэнергии в пространство, однако все прочие каналы, присутствовавшие в плетении корнола, были и в заклинании девушки. И отток энергии через них был одинаков для обоих плетений. Поэтому я и понял, что эти каналы представляют собой нечто иное.

Энергия, проходящая через них, была выделена и строго дозирована. И требовалась она для создания и поддержания некоего виртуального канала, который шёл от созданной структуры в пространство и растворялся в нём. И таких каналов было несколько. Один в обоих случаях шёл в направлении ловушки. Другой – в направлении создавших каждый своё плетение корнола и девушки. Но также присутствовало и ещё по четыре канала, которые, казалось, будто обрываются в пространстве. Хотя утечки энергии через них не было. Получалось так, что они, набрав необходимый объём ментоэнергии, достигли какой-то своей конечной точки и смогли закрепиться там. Большего поступления ментоэнергии в них не требовалось.

И как только я это понял, в голове будто молния сверкнуло осознание сути всей той конструкции, что была у меня сейчас перед глазами.

«Это не отдельные ментомодули и не фрагментарные плетения, как посчитал Искатель, – догадался я, – это вполне законченные и самодостаточные заклинания. Это же некий виртуальный компьютер или что-то на него очень похожее по своим функциям и свойствам. Какой-то аналог „клиента серверной технологии”, например того же ментоинтерфейса, только без встроенного искусственного интеллекта и отсутствующего ментооператора. Однако в данный конкретный момент это плетение используется как хоть и не очень простой, но своеобразный сканер наличия ментоэнергий, их распознания и идентификации. Тоже мне „Большое заклинание опознания”! – пробормотал я, комментируя название, данное этому поистине невероятному плетению корнолом. – Но самое главное, этот компьютер сейчас исполняет роль терминала доступа и одновременно поддерживает клиентское подключение к какому-то ментально-виртуальному устройству или чему-то похожему на него, например серверу, базе знаний, не знаю, расположенному где-то за пределами нашего доступа или видения. Возможно, даже не в этой реальности. Но что самое невероятное – он смог к нему подключиться, ведь потребление ментоэнергии на каналы установления связи с сервером прекратилось».

И как подтверждение моих мыслей о работе данного плетения я заметил, как сначала от корнола прошла волна неких энергий, но она не была направлена сразу к замеченной мной ловушке. Мне всё увиденное напомнило некий эхолот или что-то похожее на работу сонара или радара.

В одном из сегментов плетения энергетический импульс, вложенный корнолом в заклинание и активировавший его, приобрёл некий широковещательный формат и был перенаправлен не только в сторону ловушки, но и преобразовался в своеобразный сферический импульс, который с затуханием начал расходиться в различные стороны.

Что странно, импульс этот был выслан не аналогом плетения «Магическое око», а совершенно другим компонентом ментального компьютера. Этот самый импульс обнаружил и распознал также и мой ментоинтерфейс, сообщив:

«Зафиксировано слабое сканирующее поле. Сохраняю параметры создания и рабочие коэффициенты усиления поля. Ментомодуль – источник сигнала обнаружен. Произвожу его копирование и внесение данного ментомодуля в базу знаний с пометкой „Пространственный сканер ментоэнергий”. Аналог с таким коэффициентом эффективности в базе отсутствует. Рекомендовано к изучению. Настраиваю резонирующий контур для фиксации возможного отклика. Вношу поправку на ослабление вторичной волны. Провожу корректировку создаваемой виртуальной модели».

«Об изучении не забудь», – напомнил я Искателю.

«Принято. Поставлено в очередь. Рекомендация: перевести сканирование на постоянный фоновый режим работы, внедрив ментальную структуру в менто-информационное поле оператора».

«Преимущества?» – уточняю я, хотя и так понятно, что просто так ментоинтерфейс не предложил бы такое решение.

«Совмещение нескольких типов сканирования предоставляет более точную и объёмную информацию. Эффективность сканирования возрастает на семьдесят процентов на всём диапазоне частот и по всему доступному радиусу. Максимальная дистанция сканирования благодаря новому ментомодулю возрастает на сорок процентов».

«Выполняй», – согласился я с Искателем, хотя меня убедили уже просто слова о более подробной и доскональной информации.

«Выберите режим изучения. Фоновый – два часа сорок минут; экстренный – пятнадцать минут, требуется перевод оператора в неактивное состояние».

«Падать в отключку сейчас не время», – решаю я и поэтому выбираю фоновый режим.

«Приступаю к изучению»,

– рапортует ментоинтерфейс.

Параллельно я продолжаю следить за работой плетения.

Между тем на виртуальной модели, выстроенной ментоинтерфейсом и совмещённой с тем, что я видел самостоятельно, Искателем была отмечена область расхождения сигнала, практически идеально отображающая своеобразный трёхмерный сканер пространства. Работал он по стандартной схеме, и при встрече с любым объектом, обладавшим хотя бы минимальным внутренним запасом энергии, создавался обратный, направленный точно в плетение импульс.

Правда, был и минус: сканер работал значительно медленнее, чем прямая реакция моих способностей на поступающий сигнал. Но это и неудивительно. Я работал с объектами напрямую, а сканер – через обработку отражённого от магически активных объектов сигнала. Но и картинку благодаря этому он давал значительно более проработанную.

Я в результате смог составить трёхмерную модель окружающих меня туннелей, но не обычную, а энергетическую. Я не видел ни стен, ни потолка, ни отходящих в стороны ответвлений. Но зато любой предмет, артефакт или силовая линия, по которой шли токи ментоэнергии, была замечена мной и отмечена на этой модели.

«Не зря Искатель так рьяно ухватился за этот „пространственный сканер” ментальной активности», – подумал я.

А совместив полученные данные с тем, что создавал ментоинтерфейс по ходу нашего движения, и используя уже мои собственные способности, я получил странную картину.

Это было несколько необычно, но в значительной степени дополняло видение этого мира. Туннели были пропитаны ментоэнергией в различных её проявлениях. Линии, скопления, отдельные, ни с чем не связанные предметы или артефакты. Но что самое необычное – подземелье буквально кишело различными магическими или ментоактивными существами. Их ментальная активность была настолько мала или они находились за пределами моих способностей, но тот пространственный вакуум, о котором я думал первоначально, исчез. Живность, оказывается, никуда не делась, просто она затаилась или разбежалась. Ну, или по возможности ушла с нашего пути следования.

«Интересно, кто был причиной этого?»

Была у меня одна смутная догадка на этот счёт. Так получилось, что я замечал только действительно мощные энергетические поля или полностью контролировал всё, что находилось не далее пятидесяти метров от меня, сканер же регистрировал значительно более слабую ментальную активность, и радиус зоны его охвата был значительно больше.

Но не это было главным открытием в функционировании виртуального компьютера. В работе его плетения происходили и другие операции.

Ментоинтерфейсом был зафиксирован микромодуль в структуре плетения виртуального компьютера, куда попадал любой входящий сигнал. Там он проводил какое-то время, например, туда же поступал и отражённый сигнал сканера, и оттуда, пройдя некие преобразования, он отсылался по одному из непонятно куда идущих каналов. Реакции долго ждать не приходилось. Практически мгновенно по другому каналу был получен ответный сигнал, который опять же был обработан, но уже другим ментомодулем в общей структуре плетения. После чего, несколько поменяв своё наполнение и содержание, судя по значительно уменьшившейся яркости свечения, он без последующих изменений был передан прямо на вход канала ведущего к корнолу или Эрее.

Так произошло и в ту секунду, когда область сканирования достигла того участка туннеля, который на виртуальной схеме был отмечен как зона повышенной опасности.

В то же мгновение пошёл обратный отклик.

И с этого момента события помчались вскачь.

Глава 9

И с этого момента события помчались вскачь.

Во-первых, проснулись способности, доставшиеся мне вместе с симбиотами. И проявились они в дополнительном командном интерфейсе, раскрывшемся в моём сознании.

«Регистрирую два повреждённых экземпляра ментального конструкта пятнадцатого уровня».

Примерно так моё сознание перевело ту абракадабру, которая появилась на неизвестно как возникшем объёмном дополнительном окошке.

После этого сообщения несколько ярче всего остального фона засветились плетения, созданные корнолом и Эреей.

«Регистрирую фатальные повреждения первого конструкта. Общая степень повреждений: сорок девять процентов. Восстановление экземпляра невозможно. – В этот момент подсветилась структура, активированная девушкой. – Операции контроля и прямого управления конструктом невозможны. Сегмент интерфейсов прямого подключения уничтожен. Восстановление невозможно. Степень разрушения: сто процентов».

Моргнул участок, на котором на текущий момент вообще никаких силовых линий или других структур не было, но зато туда подходило несколько каналов, через которые энергия вытекала в пустоту.

«Значит, там раньше что-то было», – решил я и переключился на возникшее следом сообщение.

«Управляющий контур. Степень разрушения: тридцать процентов. Восстановление невозможно без прямого подключения».

На этом этапе подсветились различные линии и каналы, проходящие через всю структуру плетения.

«Ментальный вариатор. Целостность: семьдесят процентов. Степень работоспособности модуля неизвестна. Восстановительные работы невозможны, – была подсвечена основная часть плетения. – Периферийные модули. Степень повреждений: от пяти до восьмидесяти семи процентов. Восстановление возможно при прямом подключении к вариатору и базе знаний,

– моргнула вся остальная часть плетения, созданного девушкой.

«Получается, основу плетения составлял тот самый вариатор, восстановить который сейчас нет никакой возможности, а всё остальное – лишь управленческий контур, интерфейс и вспомогательные и дополнительные модули. Однако Эрея каким-то образом умудряется что-то из него получать. Ведь не зря же она попыталась воспроизвести данное плетение, – рассудил я. – Ладно, оставлю это на будущее».

Тем более что после первого информационного пакета отчёт пошёл уже по второму плетению, созданному корнолом.

«Регистрирую рабочий конструкт пятнадцатого уровня. Общая степень повреждений: тридцать три процента. Восстановление экземпляра без непосредственного подключения невозможно, – получил я подсветку структуры, созданной оборотнем. – Обнаружен интерфейс прямого доступа,

– подсветился тот участок, который как раз и отсутствовал в плетении девушки.

– Целостность: девяносто восемь процентов. Произвожу восстановление недостающих сегментов. Восстановление закончено. Произвести подключение к конструкту?»

Я соглашаюсь.

«Подключение произведено. Провести полное сканирование конструкта? Время выполнения: три и две тысячных секунды».

«Выполнить», – даю я своё согласие и на этот шаг.

«Сканирование завершено,

– рапортует непонятно кто, уж не ментоинтерфейс, это наверняка.

– Точная степень повреждений на текущий момент: тридцать две целых и одна сотая процента. Начать полный процесс восстановления структуры конструкта? Время выполнения при последовательном задействовании восстановленных сегментов: сорок девять секунд».

«Приступить», – даю распоряжение я.

Подсвеченное плетение корнола мгновенно окрасилось в два цвета – красный и зелёный. Зелёным было покрыто примерно семьдесят процентов площади плетения.

«Это, я так понимаю, участки, не требующие проведения восстановительных работ».

Красные же – это повреждённые модули и сегменты плетения, и эти участки были разбросаны точечно, хотя их большая часть концентрировалась, конечно, в двух местах: в районе вариатора и в периферийных, дополнительных модулях.

«Восстановлен управляющий контур.

– Часть красных сегментов была преобразована в зелёный цвет. – Восстановлен ментальный вариатор. – Основа плетения стала полностью зелёной.

– Восстановлен стандартный перечень периферийных модулей.

– Все окрашенные в красный цвет сегменты плетения стали зелёными. Правда, при этом полностью исчезли два невосстановленных модуля, которые были в плетении корнола.

«Интересно, – подумал я. – Хорошо, что их структуры сохранены в базе ментоинтерфейса».

Зато после этого появилось обрадовавшее меня сообщение:

«Целостность конструкта восстановлена. Работоспособность конструкта: сто процентов».

«Ничего себе», – посмотрев на получившуюся ментальную структуру, удивлённо подумал я.

Плетение, созданное корнолом, усложнилось ещё больше. Оно приобрело полностью законченный вид. Теперь бы никто не смог назвать это плетение недоделкой. Никаких лишних каналов передачи энергии, никаких паразитных утечек или наведённых полей. Структура ментального компьютера была идеальной.

«Сделай его копию, – приказал я ментоинтерфейсу. Не знаю, смогу ли я когда-нибудь самостоятельно его воспроизвести, но иметь копию его структуры в базе знаний ментоинтерфейса необходимо. – Но не стирай те два пропавших в первоначальном плетении модуля», – вспомнил я о том, что восстановление кое-что уничтожило в процессе своей работы.

«Выполнено»,

– отрапортовал Искатель спустя некоторое время.

Кстати, сейчас он сделал копию плетения значительно быстрее, видимо, скопировал только изменённые или недостающие его участки. А не копировал структуру плетения полностью.

Как только пришло сообщение о завершении копирования от ментоинтерфейса, ментальный компьютер вывел следующий отчёт:

«Проведена проверка последней выполненной операции. Операция: сканирование. Статус: выполнено. Операция: опознание ментального слепка пространства. Статус: не проведено. Причина: локальная копия базы знаний отсутствует. Рекомендация: перенести базу знаний на локальный носитель, с её последующим обновлением и дополнением. Операция: запрос на расшифровку данных. Статус: отправлен на сервер. Текущая операция: ожидание ответа с сервера».

Параллельно пришло ещё одно сообщение:

«Обнаружен неисправный конструкт пятнадцатого уровня. Восстановление невозможно.

– Опять же эта информация поступила не от симбиотов, а с этого странного ментального компьютера.

– Рекомендация: создать кластер, подключив исправные модули обнаруженного конструкта. Преимущества: повышение производительности и эффективности проведения операций возрастёт на шестьдесят процентов. Запрос: выполнить объединение конструктов в единый кластер? Время проведения операции: тринадцать секунд».

«Выполнить», – отдаю я распоряжение и вижу, как от плетения, созданного корнолом, к структуре, активированной девушкой, потянулись каналы и силовые линии, подключающиеся к различным модулям и сегментам плетения.

При этом у меня перед глазами начало происходить следующее. Плетение Эреи постепенно стало распадаться на модули. Сначала выделенный главным сегментом нового кластера, плетением корнола, рабочий модуль в плетении Эреи подсвечивался зелёным цветом, потом в его различные точки подключались силовые линии или потоки энергии. Потом пошло отсечение этого модуля от общей структуры, созданной девушкой. И как финальный штрих – выделенный модель притягивался к плетению корнола и образовывал новый дополнительный модуль.

Так произошло со всеми полностью рабочими или частично повреждёнными периферийными модулями, степень разрушения которых не превышала тридцати пяти процентов и которые управляющий конструкт мог восстановить в процессе их подключения.

Частично в плетение корнола был перенесён управляющий контур, при этом компьютер сообщил:

«Эффективность управления модулем повышена на пятьдесят два процента».

А вот с вариатором кластер поступил несколько по-иному. Там всё было с точностью до наоборот. Подключившись к нему несколькими управляющими линиями, первым делом основной конструкт уничтожил все выведенные из строя сегменты плетения, затем прекратил все паразитные или получившиеся в результате зачистки каналы утечки ментоэнергии. И только потом подключил этот новый совершенно преобразившийся ментомодель к своему основному ядру множеством силовых линий.

«Операция завершена,

– отрапортовал кластер, теперь состоящий из двух конструктов.

– Провести полное сканирование? Время операции: от четырёх до пяти секунд».

«Приступить». – Уж если началась такая каша, то нужно её доваривать, решил я.

По прошествии отведённого времени пришёл отчет:

«Работоспособность кластера сто процентов».

«Так, Искатель, заноси это чудо в свою базу». – Я не знал, что с этим делать, но это явно технологии такого высокого уровня, что мне до них как до Луны пешком, то есть нереально дойти самостоятельно.

«Выполнено»,

– выдал ответ ментоинтерфейс.

Между тем кластер продолжил отчёт:

«Эффективность работы конструкта увеличена на шестьдесят три процента. Расчётная мощность увеличена на семьдесят четыре процента. Скорость обработки и выполнения операций увеличена на шестьдесят процентов. Эффективность управляющего контура повышена на пятьдесят два процента. Эффективность работы периферийных модулей увеличена на шестьдесят семь процентов. Стабильность работы кластера: сто процентов. Расширение интерфейсного модуля: сорок три процента».

«Невероятно. Но что же со всем этим делать? Ведь как только Лениавес деактивирует плетение, то кластер развалится и перестанет существовать. Хорошо, что ментоинтерфейс успел сделать его копию».

Стоило мне только подумать об этом, как я заметил, что в один из внешних каналов поступил какой-то энергетический информационный пакет. В это же время мне на интерфейсное окно, образованное симбиотами, после установки контроля над плетением корнола, поступил странный запрос от кластера:

«Текущая операция: ожидание ответа от сервера. Статус: завершено. Полученная информация: зарегистрировано три ментальных конструкта седьмого, двенадцатого и четырнадцатого уровней. Совместить визуальное отображение с имеющейся виртуальной схемой?»

«Интересно, а как он-то узнал, что я что-то вижу и строю, или это интерфейс с обратной связью?» – задался я вопросом.

Однако своё согласие я, естественно, дал.

Практически сразу после получения моего разрешения на виртуальной схеме там, где ранее был помечен лишь участок повышенной опасности, интерфейс выделил три отдельные зоны. И, как я и предполагал, одна из них была как раз на месте обнаруженной мной ловушки, а две других напротив неё и при этом наложены одна на другую.

«Последовательность идентификации. Конструкт седьмого уровня (не требуется привлечения дополнительных ресурсов). Конструкт четырнадцатого уровня (необходимо подключение к серверной базе знаний). Рекомендация: перенос базы знаний на локальный ресурс с последующим её обновлением и пополнением. Конструкт двенадцатого уровня (идентификация невозможна из-за наложения структур более высокого уровня, требуется провести деактивацию конструкта четырнадцатого уровня)».

«Это, я так понимаю, он о том, что там сейчас находится и что нужно сделать, чтобы разобраться с этим», – решил я, выслушав отчёт кластера.

В это же время я заметил, как по двум каналам, всё ещё соединяющим плетение с Лениавесом и Эреей, также ушли какие-то информационные пакеты. Мне же кластер отправку этих пакетов прокомментировал следующим сообщением:

«Операция: ответ на запрос неавторизованных гостевых аккаунтов третьего уровня доступа».

И в этот момент Лениавес встрепенулся:

– Действительно, там что-то есть. Возможно, это ловушка древних. Седьмой уровень. Без необходимого оборудования или артефактов нам её не пройти, – вынес он свой вердикт, исходя, видимо, из полученной информации.

Эрея же сообщила совершенно другую часть полученного пакета:

– А мне плетение передало информацию о заклинании четырнадцатого уровня. Правда, большего мне выяснить не удалось.

– Странно, – удивился корнол, – обычно информация, полученная от этого плетения, настолько не разнится по своей сути. Тут что-то не так. – И задумался.

А меня больше поразило другое.

«Действительно, всё это было сильно не так. Во-первых, они даже не предположили, что там могут находиться оба этих плетения, и, во-вторых и главное, никто из них не сказал о третьем обнаруженном конструкте. Как я понимаю, о каком-то плетении двенадцатого уровня».

А подспудно меня очень заинтересовала эта непонятная база знаний, о которой кластер постоянно упоминал. Она в этом странном и непонятном мире имеет ценность, мне кажется, даже большую, чем всё остальное, включая и кучу различных артефактов, уже имеющихся у меня в наличии.

И ещё меня удивило, что корнол и тем более Эрея увидели какую-то градацию в полученном от кластера ответе и смогли однозначно определить по крайней мере один из полученных уровней обнаруженных тут конструктов.

А это значит, и у них самих есть какая-то градация заклинаний и её они строили на основе чего-то, полученного ранее. Это всё так, коли уровни этих самых плетений, названные ими и полученные кластером, совпадают, иначе бы они на подсознательном уровне интерпретировали выданный кластером результат в понятные для себя единицы измерения.

В это время от своих размышлений очнулся корнол.

– Это заклинание никогда не ошибается, кто бы его ни активировал, – начал он. – Если ты смог его воспроизвести, то и результат будет однозначен. Мы с Эреей создали два плетения и получили два совершенно различных результата. А это значит, будем исходить из самого худшего варианта, который можно предположить. Нас там поджидает два заклинания древних, седьмого и четырнадцатого уровней. – Он немного помолчал и продолжил, стараясь разъяснить нам ситуацию: – Что для нас достаточно плохо. Обратного или обходного пути у нас нет. А потому нам придётся заниматься этими плетениями. И если заклинание седьмого уровня при должной подготовке не представляет почти никакой сложности, особенно для магов артефакторов или рунных магов, а значит, и для меня, то заклинания выше десятого уровня практически невозможно деактивировать. Их можно только разрядить, вызвав ложное срабатывание, и после этого временно заморозить в разряженном состоянии. Обычно этого времени хватает, чтобы преодолеть подобную ловушку. Но в простых отрядах поисковиков редко встретишь мага, способного работать с заклинаниями выше десятого уровня. Такие маги обычно сидят или в академиях, или при дворах различных правителей, или занимаются частной и очень высокооплачиваемой практикой. Поэтому если попадается нечто подобное на пути любого другого отряда, то они стараются или обойти это место, или отступить, но это не наш случай, у нас, как я уже говорил, такой возможности нет.

Лениавес уселся на полу туннеля и высыпал свои уже не раз выручавшие его костяшки. Потом он залез в свой небольшой мешочек, болтающийся у него на поясе, и извлёк из него несколько отдающих магией вещей. Но я, честно говоря, не обратил на его действия особого внимания, хотя Искатель старательно скопировал структуру всех вновь обнаруженных артефактов, провёл их идентификацию и классификацию.

По сути, одним артефактом были очки со встроенным в них заклинанием магического ока, вторым – некий карандаш с графитовым стержнем, прямо-таки светившийся магией земли, и последним – небольшой лист бумаги, пропитанный ментальной энергией, или магией разума, как её именовали здесь.

На извлечённом листе бумаги Лениавес принялся строчить какие-то загадочные формулы карандашом, при этом смотря на творение своих рук через линзы надетых очков. В некоторые места он добавлял костяшки, россыпью лежащие рядом с ним.

Пока мне была не очень понятна суть его творения, но и его ментоинтерфейс заносил в нашу базу знаний.

Тут Лениавес будто очнулся и сказал Эрее:

– Да, кстати, можно уже распустить плетение.

И сам при этом перекрыл подачу ментоэнергии в кластер, после чего, уже не обращая внимания на него, опять продолжил свою работу.

Девушка сделала то же самое. Однако нахмурилась и активировала заклинание «Взгляд цеперны».

– Лениавес, – удивлённо воскликнула она, – заклинание не распадается! Вернее, распалось только одно, и я не понимаю чьё. Второе всё ещё держится.

Корнол оторвался от своей работы, посмотрел через очки на действующий кластер, а потом, пожав плечами, ответил:

– Не знаю, в чём может быть дело. Кстати, это, скорее всего, твоё плетение. Моё выглядело несколько по-иному. Но ты не переживай. Подобные сложные плетения, бывает, распадаются не сразу. Им требуется на это некоторое время, – и добавил: – Последи за ним, думаю, скоро оно перестанет существовать.

– Хорошо, – кивнула девушка.

Я же хорошо представлял, почему плетение до сих пор не распалось. Оно проводило определённые работы, которые начались с того момента, как корнол постарался его деактивировать.

Всё верно, только постарался. Когда он отключил подачу ментоэнергии в плетение кластера, то мне на интерфейсное окно пришло сообщение:

«Несанкционированный запрос на отключение кластера, полученный от неавторизованного гостевого аккаунта. Отключён резервный канал поступления энергии».

«Так они плетение активируют подачей в него ментоэнергии через резервный канал, – догадался я. – Получается, кластер – это некая виртуально-ментальная конструкция постоянного действия».

После того как эти же действия продублировала Эрея, сообщение тоже повторилось.

«Несанкционированный запрос на отключение кластера, полученный от неавторизованного гостевого аккаунта. Отключён резервный канал поступления энергии».

Внешнее поступление ментоэнергии в кластер завершилось, а потому следующее сообщение, переданное им, было вполне логичным, хотя, конечно, и не полностью, по крайней мере его вторая часть.

«Инициировать процедуру завершения работы кластера или перевести его на автономный режим работы?»

«Что за автономный режим?» – поинтересовался я.

«Необходимо произвести привязку кластера к материальному носителю с возможностью его периодического доступа к любому источнику энергии. Рекомендация: также возможно произвести привязку к накопителю энергии. Потребление энергии регламентируется режимами работы кластера.

– Кластер моргнул всеми своими сегментами пару раз и сообщил:

– Работа кластера переведена на автономный режим. Отключены все периферийные модули. Оставшееся время работы кластера: семь минут. Необходимо выбрать объект привязки и режим работы кластера.

– Он ещё раз моргнул отключаемыми модулями.

– Доступные режимы работы при автономном подключении кластера. Спящий режим. Наименьшее потребление энергии. Поддержание функционирования только командного интерфейса для экстренного развёртывания виртуального кластера. Необходимо семь энеронов для перевода кластера в выбранный режим работы. Для выхода из спящего режима потребуется от семи тысяч до ста восьмидесяти тысяч энеронов энергии в зависимости от списка задействованных модулей и функций. Фоновый или стандартный режим. Нормальное потребление энергии для поддержания функционирования основных компонент кластера с наименышими затратами на неосновные модули. Средняя величина потребления энергии: сто двадцать пять энеронов в час. Необходимо поддержание постоянного канала передачи энергии от накопителя к материальному носителю и структуре кластера. Режим работы максимальной производительности. Не рекомендуется устанавливать как постоянно работающий компонент. Обеспечивается максимальное потребление энергии для поддержания наилучшей производительности всех основных и вспомогательных модулей кластера. Активация режима потребует сто восемьдесят тысяч энеронов единовременно. Дальнейшая работа в среднем потребует семь тысяч пятьсот энеронов в час».

На этом кластер, видимо, закончил свой отчёт, вероятно ожидая моего выбора режима работы и материального носителя, к которому стоило бы это привязать.

Ну, с режимом работы, пока я не разберусь в более подробном и точном функционировании этого ментального компьютера, я определился сразу. Для меня пока самым важным оставалось не потерять эту виртуальную конструкцию, а будет она работать постоянно или спать – для меня большого значения пока не имело, поэтому, естественно, я выбрал спящий режим работы.

А вот с материальным носителем возникла некая загвоздка. Во-первых, в одном кино («Васаби»), которое я видел в нашем мире, было сказано: нельзя прятать вещь, особенно такую ценную, в другую вещь, которую можно унести отдельно от меня. И во-вторых, я вспомнил свой эксперимент с симбиотами. Ведь они смогли уместиться в моём теле, вернее, моём внутреннем накопителе, почему бы теперь не привязать к нему ещё и этот кластер, тогда он кроме точки привязки получит ещё и прямой доступ к моему внутреннему накопителю ментоэнергии, которую он почему-то упорно именует просто энергией. Ну, или это я так понимаю сообщения, выведенные им на ментоинтерфейс. Всё-таки я не уверен, что перевод точный. Возможно, до меня доходит лишь общий смысл посланий, переданных кластером.

Поэтому я предложил в качестве материального носителя свой внутренний накопитель ментоэнергии, но, как оказалось, материальный носитель должен быть именно материальным, и никаким другим. И я тогда, не став долго думать, переключился на следующий возникший в моей больной голове вариант: мой скелет. И вот тут меня ждала большая удача, так как кластер, проведя сканирование моего костяка, сообщил:

«Наномодифицированный костный скелет существа. Основа модификации: нанонить. Энергопотребление: стандартный режим – один энерон в год, экстренные нагрузки – в зависимости от выполняемых функций от десяти до тысячи восьмисот энеронов в сутки. Соответствие заданным параметрам слияния: сто процентов. Возможность расширения и масштабирования: четыреста шестьдесят два процента. Время привязки: три минуты. Приступить?»

«Да», – соглашаюсь я, ожидая каких-то глобальных действий, но максимум, что я смог увидеть, – это как от кластера в мою сторону протянулось множество каналов передачи энергии и силовых линий.

«Операция привязки к материальному носителю. Статус: завершена,

– как и обещал, через три минуты отрапортовал кластер.

– Обнаружен накопитель энергии, провести привязку?»

И снова кластер получил согласие.

Закончив операцию, он выдал следующее сообщение:

«Пространственный накопитель пятнадцатого уровня. Текущее заполнение: семь десятых процента. Скорость восполнения энергией: три тысячи энеронов в час. Рекомендация: выбрать стандартный режим работы. Затраты энергии: три тысячи энеронов на активацию режима работы и сто пятьдесят энеронов на поддержание режима работы ежечасно. Рекомендация: перенести структурное расположение виртуального кластера в обнаруженный пространственный накопитель. Потребление пространственного объёма накопителя: одна тысячная процента. Необходимо энергии на осуществление переноса: двенадцать тысяч энеронов. Рекомендация: организовать перевод в фоновый режим работы на уровне командного интерфейса. Затраты: семь энеронов. Рекомендация: организовать и рассчитать перевод кластера в режим работы максимальной производительности. Время: девять минут. Затраты: сорок три энерона».

Разбираясь с тем, что сейчас тут мне наговорил кластер, я старался понять, что же он всё-таки мне предлагает.

Первое. Это то, что привязка к моему скелету проведена успешно.

Второе. К моему внутреннему накопителю он смог подключиться, только не к тому, что я видел в своей ментоструктуре, а ко второму, тому, что так и остался неопознанным ментоинтерфейсом. А вот кластер с ним вполне знаком, как я понял, и умеет работать напрямую, в отличие от Искателя.

Третье. Он предлагает спрятать сам кластер в этом накопителе. Приемлемо. Но хочет заставить при этом работать его постоянно. С учётом названных им цифр это тоже вполне приемлемый вариант.

Четвёртое. Как защиту он предлагает на командный интерфейс вывести быстрый перевод кластера в спящий режим. Тоже нужное решение. Принимаем и его.

И пятое. На всякий случай, также на горячий вызов он предлагает разработать процедуру перевода на максимальный режим работы кластера. Но не активировать его, а просто иметь в виду то, что она есть. Вполне приемлемо.

Итог. Получается, соглашаемся с кластером по всем названным им пунктам.

Кстати. Он забыл о переносе базы знаний на локальный носитель. Как так?

«Операция переноса базы знаний с ближайшего сервера на локальный носитель. Время выполнения: сорок минут».

«Смотри-ка, а сервер-то не один», – даже не удивился, а просто констатировал я данный факт.

А кластер добавил:

«Операция: прописать аккаунт пользователя как администратора системы с полным доступом и запустить процедуру синхронизации по всем доступным активным серверам. Время выполнения: неизвестно.

Операция: обновление и синхронизация базы знаний с базами, доступными на удалённых серверах. Время выполнения: неизвестно. – Последним было как обычно: – Поставить на очередь выполнения?»

Сразу ответив «да» на всё предложенное, я стал ждать результата.

Кстати, пока я занимался кластером, корнол продолжал корпеть над своими схемами и рунами. Однако, видимо, у него так ничего и не получалось. Он уже за то время, что я наблюдал за ним, успел несколько раз затереть исписанный листок. Похоже, карандаш и листок работали вместе. Стоило провести по листку ладонью, как он становился кристально чист. А карандаш рисовал на нём сразу активированные руны.

Тем не менее Лениавес не сдавался и каждый раз принимался по новой выстраивать какие-то формулы и рисовать рунные надписи. Он даже привлёк для каких-то своих целей Эрею, и совместно они уже обсуждали не очень понятные мне аспекты магической теории.

Тут я опомнился и сообщил им то, о чём они так и не узнали.

– Лениавес, Эрея, там есть ещё одно заклинание. Вы почему-то его не почувствовали, – сказал я им.

Сначала корнол даже не отреагировал на мои слова, продолжая что-то втолковывать девушке. Но внезапно остановился на полуслове и посмотрел тяжёлым взглядом в мою сторону:

– Что ты сказал?

– Я говорю, там есть ещё одно заклинание. Нечто среднее по силе между первым и вторым, которые вы всё же обнаружили.

– Откуда ты это знаешь? – спросил он. Однако махнул рукой: – Хотя можешь не отвечать. Я так понимаю – почувствовал.

– Да, – согласился я.

А посмотрев на разложенные перед ним артефакты и костяшки, вдруг понял главное: корнол не справится с этими заклинаниями. Это очень далеко не его уровень. И если с ловушкой он рано или поздно разберётся, то два остальных плетения всё равно останутся на мне.

Но времени на это у нас становится всё меньше и меньше. А потому нужно работать дальше и мне.

Дождавшись окончания операций, производимых кластером, я увидел, что из моего магического поля зрения его ментальная структура исчезла.

Перестала его видеть и Эрея, которая как раз в этот момент вспомнила о нём и проверила его наличие, а потом, что кластер пропал, сообщила корнолу.

Лениавес в свою очередь сказал ей, что, как он и говорил, иногда такие плетения распадаются не сразу.

На этом они забыли об этом событии и продолжили заниматься своими делами, вернее, делами корнола, который что-то шаманил с рунными заклятиями, стараясь придумать нечто, могущее помочь нам в идентификации и деактивации встреченных плетений.

У меня же интерфейсное окно, означающее полную работоспособность кластера, оставалось вполне доступным и активным. На нём появились две дополнительные иконки, выполненные неким рунным языком, очень похожим на тот, что использовал корнол.

Первая иконка, рунная надпись, – это перевод в спящий режим и активация для выхода из него, и она практически полностью соответствовала той, что использовал Лениавес для активации своего плетения.

«Теперь понятно, почему его плетение гораздо проще, а даёт тот же результат, что и у Эреи. Просто они используют активацию спящего плетения, а остальные маги воспроизводят его работу в стандартном режиме».

Вторая иконка была активацией и деактивацией режима максимальной работоспособности. Рядом с ней был выставлен некий индикатор, указывающий оставшееся время работы кластера в этом режиме.

Рассмотрев два небольших значка, появившиеся на интерфейсном окне, я проверил и то, что все остальные операции уже проведены и завершены успешно, а также начата закачка базы знаний с неизвестного сервера ко мне в кластер. Кстати, локальное хранилище, как я понял, тоже теперь располагалось где-то в моём пространственном накопителе, так как в нём, по новым подсчётам, почти в три раза вырос объём, который должен был занять кластер.

Закончив с этим, я вернулся к прерванному занятию, с которого и началась моя работа с кластером.

«Начать идентификацию конструктов в необходимой последовательности», – отдал я новую команду на интерфейс кластера.

По первому заклинанию информация пришла практически мгновенно:

«Описание: конструкт пассивной защиты седьмого уровня. Свойства: создание гравитационного силового щита. Схема: прилагается».

Мне в сознание была передана подробная структурная схема по созданию плетения ловушки.

«Энергопотребление: в пассивном состоянии не требуется. Для работы в пассивном режиме необходимо поддержание активности сторожевого контура. Энергопотребление сторожевого контура: один энерон в сутки. Схема сторожевого контура: прилагается».

Виртуальная модель второго плетения была сформирована у меня в голове. Ментоинтерфейс лишь успевал копировать их и заносить уже в нашу собственную базу знаний.

«Интерфейс внешнего управления: отсутствует. Управляющий контур: отсутствует. Рекомендация по деактивации».

А дальше мне был передан подробный алгоритм, как и что нужно сделать, чтобы разрядить эту ловушку. На структурной модели было указано, где необходимо разорвать сторожевой контур, как подключиться к плетению защитного конструкта, куда и какие руны, аналогичные тем, что использовал Лениавес, разместить, так, чтобы плетение не отреагировало на внешнее вторжение. А также как подключить канал и откачать из плетения энергию, отрезав его от собственного накопителя.

По сути, он практически не отличался от того, что делал и я сам, когда обезвреживал подобные подарки из прошлого. Было лишь единственное отличие. В алгоритме, описанном кластером, не было необходимости в привязке к точке активации защитного плетения, а я без этого не мог.

Но это теперь было только мне на руку, с новым алгоритмом я мог разбираться с подобными защитными плетениями вне зависимости от их точек привязки и пространственного расположения.

Когда был получен этот результат, я понял, что это плетение не представляет для нас опасности, пока мы не пересечём сторожевой контур. А так как он располагался несколько в стороне от нашего дальнейшего пути следования, то и беспокоиться о нём особо не требовалось.

Разобравшись с этим плетением и оставив его на потом, так как сейчас оно для нас опасности не представляло, я перешёл к следующему пункту, составленному кластером. Это должен был быть пакет информации по конструкту четырнадцатого уровня, без которого продолжение работ было невозможно. Но пока никакой информации по нему не было. Кластер застыл на операции.

«Статус: ожидание ответа сервера».

«Видимо, что-то действительно серьёзное, – решил я, – коль эта умная машина да ещё и какой-то сервер так долго пытаются найти совпадение в имеющейся базе знаний».

И мои ожидания не прошли зря. Кластер нашёл-таки небольшой клочок информации по данному конструкту.

«Описание: конструкт генератор маскирующего поля четырнадцатого уровня, созданного на основе технологии вневременья. Свойства: отставание внутреннего объёма поля на одну тысячную миллисекунды. Затраты энергии: неизвестно. Наличие внутреннего накопителя: неизвестно. Общая схема работы: засекречено. В базе знаний обнаружено описание основных протоколов управления маскирующим полем и принципы активации стандартного интерфейса подключения к конструкту. Дополнительно найдена универсальная командная последовательность его деактивации в стандартных условиях. Стандартными принято считать настройки по умолчанию, без внесения дополнительных изменений в конфигурацию поля».

«Ну что поделать, пробуем подключиться», – решаю я и даю кластеру команду на начало работ.

«Обнаружен интерфейс подключения к конструкту, генератору маскирующего поля, – сразу обрадовал меня он хорошей новостью, – произвожу его активацию согласно заданным параметрам».

Через пару секунд я вижу отклик системы на производимые кластером действия:

«Подключение установлено. Произвожу инициацию управляющего контура. Выполнено».

«Это значит, хоть какой-то контроль над маскирующим полем у меня будет», – в предвкушении новых открытий подумал я, смотря, как на интерфейсном окне кластера появляется вкладка, переключившись на которую я попадаю в командный интерфейс маскирующего поля.

«Произвожу общее сканирование структуры конструкта,

– идёт следующее сообщение.

– Выполнено.

Есть доступ к полной схеме генератора маскирующего поля. Произвожу копирование схемы с занесением её в локальную базу знаний. Схеме установлена пометка „только для личного использования пользователя № 478565МРН-44Y” без копирования и синхронизации данного пакета информации с внешними источниками и базами знаний. Установлен маркер „строго секретно” и маркер личного имущественного права пользователя».

Ментоинтерфейс тоже не оплошал, и, как только копия этого плетения появилась в виде виртуальной модели в моём сознании, он сделал с неё повторный дубликат и поместил его уже в свою собственную базу знаний.

Вообще, я заметил, что кластер гораздо быстрее работает с плетениями. Анализирует их, строит виртуальные модели, составляет различные алгоритмы по работе с ними, например, для той же ловушки седьмого уровня он создал алгоритм по деактивации всего за пару мгновений, тогда как ментоинтерфейс вообще не смог его даже предложить. Зато ментоинтерфейс более оперативно реагирует на ситуационные изменения. Создаётся впечатление, что кластер по своей изначальной сути был разработан как некий аналитический центр, тогда как ментоинтерфейс должен был использоваться в основном для решения тактических задач, хотя и аналитические функции в нём присутствовали.

«Нужно понаблюдать за этим, – решил я, – и, если мои наблюдения подтвердятся, нужно будет разделить обязанности между ними, каждый будет выполнять именно то, для чего он и был создан».

«Обнаружено отклонение от стандартной конфигурации поля, – огорчил меня новым сообщением кластер. – Деактивация универсальным ключом невозможна. Обнаружена закрытая стандартным паролем точка входа в меню управления конструктом на системном уровне. Произвожу подключение. Уровня доступа пользователя для активации меню отключения конструкта недостаточно».

«Блин, и здесь не подобраться», – расстроился я, но всё же спросил:

«Есть там ещё какие-то доступные функции управления?»

«Уровень доступа пользователя недостаточен для использования всех программных модулей, кроме оного. Получен доступ к меню изменений параметров маскирующего поля».

«И что там у нас?» – спросил я.

Просматривая выведенный список параметров, которые я мог поменять и которые мне ни о чём не говорили, я отмотал список доступных к изменению параметров поля до конца.

«Вот оно», – обрадовался я, увидев последнюю строчку.

«Произвести сброс параметров поля в значения по умолчанию?»

– уточнил у меня кластер.

«Да», – согласился я.

Ну а дальше этот виртуальный компьютер начал работать уже самостоятельно, видимо сообразив, к чему я клоню.

«Поле стандартной конфигурации. Начать процесс деактивации?»

«Да», – в очередной раз я подтверждаю его действия.

И сразу дальний конец туннеля, у следующего поворота, моргает, и в его стене образуется каверна примерно три на три метра.

Однако я не успеваю обрадоваться своей новой удаче, как время для меня останавливается.

«Обнаружен активный сторожевой контур двенадцатого уровня, – моргает ярко-красным предупреждающая надпись на моём виртуальном экране. – Описание: засекречено. Степень опасности: наивысшая. Немедленно покинуть зону обнаружения сторожевого контура».

Но уже поздно, граница сторожевого контура находится далеко за нашими спинами. И я вижу, как из этой небольшой комнатки в стене, которая раньше была прикрыта маскирующим полем, в нашу сторону несётся нечто отдающее металлом.

Делать нечего, я понимаю, что ни корнол, ни Эрея даже не почувствовали степени свалившейся на нас угрозы. Хотя именно об этом и кричала моя интуиция, когда я как вкопанный встал именно на этом участке туннелей.

Дальше идти было нельзя. Видимо, этот активный сторожевой контур, представший сейчас в виде несущегося металлического болвана, не замечал нас на этом расстоянии, но, подойди мы ближе, он нас обнаружил бы. Однако, когда я деактивировал маскирующее поле, его собственный сторожевой контур расширил свой радиус действия, и мы попали в зону его внимания.

И вот сейчас он нёсся на нас. Его скорость поражала. Я при своём ускорении даже не видел слившихся в одно размытое пятно его движений.

Оставалось работать, только доверившись интуиции и тому чувству опасности, что раскрасило сейчас находящийся передо мной туннель в одно сплошное тёмно-багровое пятно зоны повышенного риска.

Кластер тоже продолжал работать.

«Обнаружен модуль интерфейсного подключения. Степень повреждений: сорок девять процентов. Восстановление невозможно. Провожу подключение по работоспособным каналам управления».

В этот момент я, сделав уже седьмой шаг навстречу несущейся стальной болванке, ощутил на себе первый удар.

«Будто прессом приложили», – подумал я, отлетая в сторону и с глухим стуком (спасибо тебе, рюкзак) ударяясь о стену туннеля.

Но, как ни странно, я остался жив, даже меч, подставленный под удар, у меня не выпал. И голова продолжала соображать так же ясно.

«Как же я рад этим непонятным наномодификациям и тому странному черепу змеи! Спасибо вам». Понятно, что я сейчас жив только благодаря им.

Ещё один всплеск опасности, ещё один звон меча – и я лечу в обратную сторону. Опять глухой стук о стену.

Не знаю, почему я не чувствую боли, это, наверное, опять благодаря стараниям Искателя, но и этому я тоже рад.

Противника я не вижу, даже не ощущаю его присутствия, ориентируюсь лишь на всплески опасности и подсказки интуиции.

Вот пропущен первый удар. Но видимо, везение на моей стороне, если, конечно, это так можно назвать. Похоже, я пропустил удар ногой прямо в грудь, и он припечатал меня каким-то непонятным способом прямо к потолку.

Не знаю, как мне удалось избежать последующего удара, но его я ощутил, уже отлетая вдоль по коридору, а не размазанной по поверхности туннеля головой.

Краем глаза я замечаю застывших Лениавеса и Эрею. И опять несказанно радуюсь: бой с этим непонятным металлическим чурбаном, если, конечно, моё беспощадное избиение можно назвать этим словом, перетёк подальше от них, как раз к тому месту, на которое было наложено маскирующее заклинание.

Впервые я встретил того, кому не мог противопоставить совершенно ничего. У меня даже возможности что-то сделать не было. Я просто не успевал сосредоточиться и предпринять хоть какой-то шаг, чтобы не получить очередной удар или пинок.

Не знаю, сколько процентов живого места оставалось на мне сейчас, но жил я только благодаря своему укреплённому скелету и голове, которые, как оказалось, были не по зубам этому монстру. Однако так продолжаться вечно не может. Уже скоро ресурсы моего организма иссякнут, и на моих костях просто повиснет оставшаяся от тела каша или фарш, кому что больше по душе в этом случае.

«Ну, давай», – взмолился я.

Если честно, я даже не знал, к кому обращаюсь сейчас. К Богу, ментоинтерфейсу или кластеру. Но похоже, услышали меня все и одновременно. Бог просто предоставил шанс, а два других помогли его реализовать.

«Подключение установлено,

– сообщил кластер,

– получен доступ к меню установки и приоритизации целей. Выбрать приоритетную цель?»

И у меня в сознании появились несколько подсвеченных объектов. Как назло, все цели, которые можно было выбрать, – это лишь я и мои друзья.

Не став рисковать ещё кем-то, я из всех доступных целей выбрал только себя.

Как только я это выполнил, появилось дополнительное небольшое подменю, которое можно активировать, если текущая задача будет выполнена. Быстро пролистав его, я выбрал пункт «Отключить конструкта по завершении текущей задачи». Теперь, по крайней мере, я смог отвести опасность от своих спутников. В основном в этот момент я почему-то думал о девушке.

Но сам я всё так же находился на волоске от смерти. Этот непонятный монстр продолжал швырять меня по коридору, частично я успевал блокировать его удары, частично же пропускал их. Но мне всё ещё везло, пропускал я удары только его ног. Как мне кажется, клинки, которые он держал в руках, располовинили бы меня с одного удара. Да, клинка у него два, и заметил я это только недавно.

Кстати, не знаю, что со мной произошло в результате этого боя, но я стал видеть своего противника. Он перестал быть для меня сплошным мельтешащим пятном. Конечно, это мало чем мне помогало, но я теперь всё чаще стал успевать подставлять меч под его удары, ориентируясь не только на интуицию и чувство опасности.

И вот от кластера пошли новости, которые я так долго ждал:

«Получен доступ к полной структурной схеме атакующего сторожевого конструкта. Производится анализ и дублирование схемы в базу знаний. Завершено».

Ещё два прилетевших в меня удара.

Я сам удивляюсь себе, неужели я пытаюсь контрактовать? Похоже, мои действия выбили этого истукана из наезженной колеи, или он в принципе не запрограммирован на контрактующие или защитные действия, так как оба моих слабых удара достигли цели. Правда, они не принесли никакого результата, будто я ударил в стальную несколь-китонную болванку. Хотя по идее так оно и есть, стальной истукан – истукан и есть.

И тут кластер выдал ещё одну долгожданную фразу:

«Составлен оптимальный алгоритм деактивации конструкта».

Однако радость моя была недолгой: после того как я увидел, какие манипуляции для этого необходимо было провести, то просто чуть не опустил руки.

Но хорошо, что я этого не сделал, ведь дальше этот чуть не упавший флаг подхватил ментоинтерфейс. И предложил он такую продуманную и, казалось бы, естественную последовательность действий, рассчитанную строго под мои возможности с учётом всех имеющихся в моём распоряжении способностей и активированных ментомодулей, что я даже попенял себе за то, что мог забыть о столь нужных и важных вещах. Простота исполнения предложенного Искателем совместно с кластером плана лежала на поверхности и всегда была у меня перед глазами. Но именно в такие моменты, когда тебя каждое мгновение швыряет туда-сюда вдоль и поперёк от ударов бездушного монстра, понимаешь, насколько ценные агрегаты достались мне по непонятно какому стечению обстоятельств.

Однако не время благодарить судьбу. Нужно её творить своими руками. И у меня появилась такая возможность.

И опять же не знаю, что стало происходить с моим организмом, но та бойня, с которой начался этот бой для меня, теперь перешла в совершенно равное противостояние двух противников. Правда, у истукана ещё оставалось его преимущество, мои удары не приносили ему никакого вреда. Но теперь и это должно было измениться. Сейчас в ход пойдёт составленная кластером последовательность рун, которую я должен внедрить в плетение, составляющее основу этого истукана. И делать это я буду строго по плану Искателя, так как он наиболее оптимален и позволит справиться мне с этой задачей со стопроцентным успехом.

Ну что, пошёл.

Прыжок. Отвлекающий удар. Парирование.

Наконец я понял, почему сравнялись наши шансы во время боя с этим истуканом, – совершенно изменился мой стиль боя. Я больше не встречал его невероятно быстрые и ужасающе сильные удары прямой защитой, как это было в первые мгновения, когда я мог только чувствовать и предугадывать, – тогда у меня не было другого выхода. А сейчас я превратился в воду, воздух, какой-то странный кисель. Каждый удар моего противника соскальзывал с меня, стекал, как вода, обходил. Он не мог задержаться в пределах моего ближнего круга. Перестали существовать прямые блоки или прямое парирование. Я уже не старался отклонить удар, который и так шёл мимо, даже если это мимо было всего в паре миллиметров от моего тела. Для истукана я теперь не был неким материальным противником. Его удар был направлен в меня, но поражал только воздух, он старался проткнуть меня, но его мечи протыкали лишь воду. Меня не было рядом с ним.

А когда подключился ментоинтерфейс, истукан, похоже, совсем сошёл с ума. Он явно не был рассчитан на такой тип ведения боя. Ведь теперь я стал везде.

Прыжок. Отвлекающий удар. Парирование. Внедрение руны.

На следующем цикле отвлекающая атака, парирование и активация руны.

И снова двойной прыжок. Это нужно для того, чтобы уйти из-под ответной атаки истукана и покинуть мгновенную зону его преследования.

И так по кругу.

Прыжок. Отвлекающий удар. Парирование. Внедрение руны. Её активация.

Не помню, как долго продолжалось это кружение.

Вот внедрена последняя руна. Вот пошла её активация.

Всё, я практически победил. Осталось дождаться момента отключения этого опасного истукана.

Мгновение, второе, третье.

Противник ещё пытается нападать на меня. Однако к концу боя я совершенно перестал пропускать его удары.

Тем более чувствовал, что мой организм, простимулированный этой опаснейшей схваткой, прошедшей на грани моей жизни и смерти, начал какие-то внутренние преобразования.

Например, Искатель уверял, что я практически здоров, внутренних повреждений у меня сейчас уже нет. Лишь остаточные внешние признаки, которые пройдут без постороннего вмешательства за пару часов за счёт регенерации самого организма.

Кластер же на очередном сканировании своего состояния сообщил, что материальный носитель, к которому он был привязан, произвёл самостоятельное расширение доступного объёма. Сначала я не понимал, о чём речь, но когда кластер отобразил мне схему строения материального носителя, то увидел, что теперь нанонити пронизывают не только мой скелет, но и все внутренние органы. Правда, в этом случае, исходя из того же отчёта кластера, прочность эпителия (поверхности внутренних органов) и моей мышечной ткани была несколько ниже, чем для костной структуры, но зато эти нанотехнологии обеспечивали значительное ускорение в восстановлении целостности как в повреждёниях внутренних органах, так и в мышцах.

И вот я стою около металлического болвана, занесшего над головой меч для очередного удара, да так и застывшего в этой позе.

– Всё, – пробормотал я себе под нос и обессиленно сполз по стене туннеля на пол. – Это было нечто. Как же я всё-таки выжил? – всё ещё поражённый случившимся, продолжил бормотать я, удивляясь как своему безмерному везению, так и такому же по величине идиотизму.

«Но я справился», – всё-таки подумал я и закрыл глаза, замерев и отстранившись от мира на пару секунд.

Нет, я не потерял сознание, просто мне нужно было всего лишь посидеть и немного отдохнуть.

Однако уже через пару секунд рядом со мной раздался тихий женский голос:

– Лениавес, что с ним? Он жив?

– Эрея, – ответил ей спокойный мужской голос, – насколько я помню, маг жизни из нас двоих – ты. Так что это я должен спросить у тебя, жив ли он и что с ним? Но то, что он жив, я прекрасно вижу и сам. Хотя это и удивительно. Однако, побыв с ним вместе какое-то время, я перестал удивляться. А вот о его состоянии сможешь поведать только ты. Да и помочь ему, полагаю, будет нелишним. Как ты думаешь? – уже с нотками некоего сарказма обратился к девушке мужчина.

– Да, конечно, – спохватилась та и воскликнула: – Лениавес, да на нём живого места нет! – но уже через несколько мгновений облегчённо выдохнула: – Он жив, и его состояние довольно стабильно. Странно, он похож на крепко спящего человека. Однако, при таких повреждениях этого не может быть, скорее всего, у него множественные переломы и внутренние травмы.

И девушка, судя по звукам, стала что-то извлекать из какой-то сумки. Послышалось шуршание, а затем снова раздался второй голос:

– Неудивительно, девочка, я вообще не понимаю, как он жив до сих пор. Я никогда не слышал, чтобы кто-то в открытую схлестнулся с магическим стражем древних магов, а уж тем более остался после этого жив. Раньше я бы назвал это сказкой. Но сейчас – даже не знаю. Факты говорят об обратном: вот страж и вот наш счастливчик. Правда, судя по его виду, краше в гроб кладут, но я уверен, он скоро оправится, особенно с твоей помощью.

– Твоими бы словами… – протянула девушка, и я почувствовал, как мне на лоб легла, вернее, невесомо прикоснулась лёгкая, тёплая и нежная ладошка.

Почти в то же мгновение от места прикосновения по моему телу прокатилась тёплая волна. И сразу на это прикосновение отреагировал кластер:

«Обнаружено постороннее сканирующее воздействие третьего уровня. Свойства: стандартный лечебный сканер начального уровня. Схема конструкта продублирована и помещена в базу знаний. Рекомендация: полностью заблокировать воздействие или предоставить доступ только к общему (поверхностному) результату сканирования. Выбрать действие?»

Я уже стал понемногу приходить в себя и сообразил, что, как и раньше, не стоит раскрываться перед спутниками.

«Ограничить доступ к результатам сканирования, – распорядился я и добавил на будущее: – Ограничить доступ к данным для всех внешних источников сканирования».

«Выполнено»,

– доложил об исполнении кластер.

Эрея же как-то непонятно дёрнулась, а потом повторно выполнила сканирование и с неподдельным удивлением обратилась к корнолу:

– Лениавес, это невероятно, но он практически здоров. Все эти травмы – лишь поверхностные повреждения, и они уже достаточно скоро пройдут. Невероятно, – снова проговорила Эрея и очень нежно, аккуратно погладила меня по голове, при этом убрав со лба прядь волос.

«Как же это приятно», – подумал я, но глаз раскрывать не стал.

Чувствовал где-то на подсознательном уровне, что мне необходимо ещё немного, чтобы окончательно отойти от последствий боя.

– Как скоро он придёт в себя? – спросил корнол.

– Я не знаю, – ответила Эрея. – Это какое-то неизвестное мне состояние транса. И я не могу понять, глубокое оно или нет. Но мне кажется, что прийти в себя он должен довольно скоро.

– Почему ты так решила?

– Пока мы с тобой говорим, у него несколько стабилизировалась аура, но она всё ещё продолжает колебаться в каких-то заданных пределах, однако постепенно эта амплитуда колебаний снижается и аура принимает какой-то свой фиксированный вид. Только с прошлого раза его аура опять претерпела какие-то изменения. Но я думаю, в таком состоянии он пробудет не более получаса, а потом придёт в себя.

– Хорошо, – резюмировал Лениавес, – будем ждать.

– Хотя, что нам ещё остаётся, – очень тихо добавил он. – Ну зачем ты всегда лезешь на рожон, – это явно было уже адресовано мне, – неужели вы все такие, как ваш далёкий предок! Или это только мне повезло нарваться на самого беспокойного и безбашенного.

– Лениавес, – пока тянулись минуты ожидания, сравнимые с вечностью, девушка не утерпела и задала, вероятно, уже порядком измучивший её вопрос, – а что тут всё-таки произошло? Я, если честно, не много чего поняла.

Корнол заинтересовался словами Эреи и сам спросил у неё в свою очередь:

– Расскажи, а в чём тебе удалось разобраться? – И оборотень с любопытством посмотрел на молодую эльфарку.

– Как и сказала, поняла я немного. Сначала мы с тобой разбирали предложенные тобой формулы, потом Баг, видимо что-то почувствовавший, сообщил тебе о ещё одном плетении, а дальше он будто впал в спячку. Замер, даже не шевелясь и не реагируя на твои вопросы, хотя, по-моему, ты к нему обратился пару раз за уточнениями. Но он промолчал – может, не услышал, а может, не знал, что ответить. В общем, я не знаю, о чём он думал, но, главное, не мешал нам своими не всегда умными советами.

Лениавес мысленно усмехнулся. Похоже, Эрея всё ещё злилась на Бага за его не слишком адекватные поступки в отношении её. То признал её официальной женой, обставив это как подарок, то подарил между делом бесценное кольцо, которое можно обменять на маленькое королевство.

«Странный парень, – ещё раз подумал корнол, – то ли совсем не разбирается в вещах, то ли они и правда для него не имеют никакой ценности».

Был ещё один вариант, но Лениавесу, прожжённому цинику, прожившему уже не одно столетие и повидавшему очень многое, он почему-то в голову даже не пришёл. Ведь, возможно, кто-то ценит их жизнь и здоровье гораздо больше, чем какие-то безделушки.

Правда, в этом случае верны были все три предположения, но об этом из двух общающихся между собой разумных никто не подозревал.

Девушка между тем продолжала свои наблюдения-рассуждения:

– Ну а дальше ты как раз активировал какую-то вновь собранную рунную формулу, и у тебя что-то получилось. Правда, я не поняла что. Последним, что я увидела, было то, как Баг оказался на том конце коридора, а перед ним падает этот магический страж. Дальше ты всё знаешь сам. Только я так и не смогла разобраться, откуда у него появилось столько хоть и просто внешних, но повреждений? Ведь буквально мгновение назад ничего подобного у него не было. Да и вообще, как он оказался на том конце коридора в нескольких десятках метров от нас?

На несколько мгновений возникла пауза, заполненная тишиной и свистом лёгкого ветерка, гуляющего по туннелям. Кстати, раньше никакого сквозняка корнол не замечал.

«К чему-то мы всё же приближаемся», – понял он.

Посмотрев на Эрею, он тряхнул головой и начал… с небольшого покашливания.

– Кхм… – Какой-то ком подкатил к горлу, но Лениавес прочистил его и проговорил, правда перед этим очень тщательно проанализировав рассказ девушки и те события, свидетелями которых они стали: – Знаешь, ты во многом, – он выдержал небольшую паузу, – не права. Увидев в удивлении расширившиеся глаза Эреи, успокоил: – Не переживай ты так. Любой бы на твоём месте сделал эту же ошибку, – и, подбирая правильные слова, продолжил: – И всё из-за неправильного понимания предпосылок случившегося. Однако последние твои два вопроса относительно состояния Бага и того, как он оказался на том конце коридора, вполне уместны. Но давай я расскажу тебе ту часть истории, в которой смог разобрать сам. – Корнол примолк, собираясь с мыслями. – Во-первых, никакого плетения я не активировал. Оно опять распалось. Моя формула оказалась нестабильна.

– Как так? – непонимающе вскинула голову Эрея. – Но что тогда произошло?

– А вот тут как раз никакой загадки и нет, – усмехнулся корнол. – Мы с тобой не старались скрыть свои магические эксперименты, абсолютно забыв об осторожности и о том, где находимся. И именно за свою беспечность чуть не поплатились. Вернее, весь удар принял на себя он, – кивнул Лениавес в сторону молодого хумана, сидящего у стены и находящегося в медитативном, или трассовом, сне. – Наша беспечность привела к тому, что нас, видимо, обнаружило сторожевое заклинание магического стража. И поэтому, как только сторожевой контур магического голема нас заметил, он атаковал нас с тобой. Так что, по сути, это мы с тобой и явились причиной атаки. Но у него на пути, как это уже достаточно часто случается, оказался наш с тобой знакомый. А дальше всё просто. Подобные ловушки всегда маскировали, отсюда и два плетения. Тем более оба они должны быть высокоуровневые. Скорее всего, чтобы замаскировать такой сильный и мощный магический артефакт, как этот боевой голем, нужно было высокоуровневое маскирующее плетение. Это оно и было тем заклинанием четырнадцатого уровня, о котором говорила ты. Оно распалось, как только голем обнаружил себя и напал на нас. Оно, вероятно, было или одноразовым, или активировалось самим големом каким-то известным только ему одному способом.

– Получается, этот голем и есть то заклинание седьмого уровня, которое обнаружил ты? – задумчиво уточнила девушка.

– А вот тут ты не права, – огорошил её Лениавес. – Помнишь, Баг упомянул о ещё одном плетении, среднем по уровню между твоим и тем, что заметил я. Так вот, этот голем как минимум десятого или одиннадцатого уровня. И он как раз подпадает под описание, которое дал Баг. Только я ума не приложу, как он смог заметить хоть что-то, прикрытое таким сильным высокоуровневым маскирующим плетением. Но тем не менее он это сделал и смог нас предупредить. Я же обнаружил третье плетение, которое было лишь седьмого уровня. И именно его мы пытались с тобой деактивировать, строя различные рунные формулы. С ним у нас, кстати, так ничего и не получилось. И сейчас я проверил, оно всё ещё активно и находится на месте. – Лениавес указал в направлении их предполагаемого дальнейшего движения. – Я, если честно, надеялся, что и оно будет разряжено, но этого не произошло. Так что придётся нам всё-таки закончить работу над ним. Думаю заняться этим, пока наш друг находится в отключке. Надеюсь, мне хватит этого времени, и я сумею разрядить или каким-то образом блокировать его.

И корнол вновь стал выкладывать свои костяшки и прочие принадлежности. Но Эрея остановила его, продолжив с неподдельным интересом задавать вопросы:

– Ну а дальше? Что, как ты думаешь, произошло потом и при чём тут мой муж?

Девушка в первое мгновение даже не поняла, что сказала, и, только осознав свои последние слова, покраснела до кончиков своих длинных ушек. Однако корнол сделал вид, что не обратил на это внимания, и ответил ей как ни в чём не бывало:

– Тут очень много неясного. Но у меня есть пара ответов на вопросы, что ты задала сама в начале нашего разговора. Например, о возникновении лёгких ранений на теле Бага.

Хотя я удивлён, что он вообще жив и отделался лишь простыми ушибами по всему телу. Я, конечно, не полностью в этом уверен, так как звучит это настолько невероятно, что верится в это с трудом, но, по-моему, он сражался с магическим стражем. Именно во время боя с ним он и получил все свои раны.

– Но как такое возможно?! – удивилась девушка. – Ведь прошли мгновения с момента, как произошла активация стража, и до того, когда он остановился.

– Да, всё верно, – подтвердил её слова корнол, – но мы не знаем, что в это мгновение произошло с нашим другом. Хоть я и не почувствовал никакого мощного выброса магической энергии, но это не означает, что его не было. Я слышал о таком однажды, это заклинание практиковали очень сильные маги-воины с Драконьей гряды несколько тысячелетий назад. Они считали себя потомками каких-то бойцов отряда быстрого реагирования. Никто не знает, что это за отряд, да и они сами не могли толком объяснить этого. Но это были одни из сильнейших бойцов того времени. Правда, выбрали они не ту сторону. И все полегли на поле боя. Если тебе будет интересно, можешь найти информацию о них в хрониках своего отца, ведь это один из павших великих домов эльфаров.

– Разве у нас были великие дома, чьи владения находились за пределами Лесного княжества? – в сомнении спросила девушка.

– Да, были и такие, – ответил Лениавес, – однако мы немного отвлеклись. Суть самого знаменитого заклинания тех магов заключалась в том, что они могли растянуть одно мгновение на несколько секунд или даже минут, всё зависело от подготовки и магической силы воина. И вот, как мне кажется, примерно то же самое проделал и Баг, только как – я сказать не могу. Секреты тех умелых бойцов были похоронены вместе с ними, а их цитадель так и не была обнаружена. К тому же кроме всего прочего есть несколько косвенных доказательств, что бой всё-таки был.

– И какие? – спросила Эрея. Она, похоже, всерьёз заинтересовалась как произошедшим сейчас, так и историей того древнего ордена магов-воинов, одного из уничтоженных великих домов эльфаров. Это было заметно по изменившемуся и ставшему ещё более серьёзным лицу девушки.

– Ну, во-первых, – начал перечислять Лениавес, – как ты и заметила, это непонятно откуда возникшие ранения. Во-вторых, обрати внимание на его экипировку. Что ты видишь? – спросил он у Эреи.

Сначала девушка непонимающе смотрела на корнола, а потом на тело сидящего у стены хумана и наконец, удивлённо раскрыв глаза, ответила:

– Она вся разряжена и находится в ужасном состоянии, ещё худшем, чем при нашей первой встрече.

– Ну, тут ты не совсем права. Для брони, собранной самостоятельно и впервые, она справилась со своей задачей превосходно, – в защиту своего товарища возразил Лениавес.

– Да, – поражённо ответила Эрея, – я думала, что это какая-то старая броня или её фрагменты, найденные им.

– Нет. Ты, видимо, не обратила внимания или забыла, но я тебе говорил. Когда я его встретил, при нём вообще ничего не было. И всё, что ты видишь у него сейчас, – это или сделано им самим, или взято из его тайника. Ну, или это его находки и трофеи. Всю свою броню он собрал у меня на глазах из чешуи одного убитого им самим монстра Леса и шкуры парящей змеи.

Девушка в удивлении рассматривала молодого хумана, который, как оказалось, и с головой-то был не очень дружен, если сунулся в Лес даже без должной экипировки.

Хотя если рассуждать логически, то это именно он, как раз без этой самой экипировки и необходимой подготовки, который уже раз спасает её и оборотня. И оказывается, умудрился ещё и с монстрами в лесу сцепиться, и парящего змея убить.

«Когда он во всё это встревать успевает?» – даже не поняв, какие чувства она сейчас испытывает: восхищение или беспокойство за его дальнейшую судьбу, подумала девушка.

Корнол же продолжил:

– Хотя в целом ты права. Его броня теперь пригодна только на выброс. Практически все пластины разряжены и поломаны. Все его укрепляющие артефакты, что он использовал для сохранения своей одежды в нормальном состоянии, тоже разряжены. Его защитные камни абсолютно пусты. Всё, что связано с защитой тела или косвенным отражением атаки, или изломано так, что не подлежит восстановлению, или полностью разряжено. Так и получается, что нашего друга кто-то очень серьёзно отделал за то мгновение, что мы упустили.

– Вы хотите сказать, что он и правда каким-то образом сражался с магическим стражем, – поражённо проговорила Эрея, – похоже, она всё ещё не верила в произошедшее.

– Нет, не так, – веско и убедительно ответил корнол, – я не просто хочу сказать, что он сражался с ним, я говорю о том, что он победил голема. Погляди на его меч. – И он указал на так и зажатый в руке молодого хумана меч. – Что ты теперь скажешь? – спросил он у девушки.

– Я не очень хорошо разбираюсь в оружии, – ответила Эрея, – но даже мне понятно, что меч просто исковеркан страшными ударами. Его уже не восстановить, как и прочую его экипировку. Вы думаете, всё это дело рук голема?

– А ты видишь тут других кандидатов? – усмехнулся оборотень.

– Нет, – смутилась девушка.

– Вот и я нет, – вздохнул корнол.

– Но как он сумел? – очень тихо, будто обращаясь к самой себе, прошептала девушка.

– Если он захочет, то ответит тебе на этот вопрос. – И Лениавес, чтобы скрыть свои страх, переживание, сожаление и смущение, промелькнувшие на его лице, отвернулся к своим схемам и чертежам.

А Эрея осталась сидеть с выражением глубокой задумчивости на своем милом, красивом личике.

– Ты когда-нибудь мне всё обязательно расскажешь? – через некоторое время почти беззвучно прошептала девушка.

– Хорошо, – вдруг ответил молодой хуман и открыл глаза, – когда-нибудь я тебе всё расскажу.

– Хорошо, – ответил я, открыв глаза и посмотрев на Эрею, – когда-нибудь я тебе всё расскажу.

Девушка в этот раз не отстранилась от меня, как это было при прошлом моём пробуждении, а всё так же продолжала сидеть рядом. Вглядевшись в моё лицо, она попыталась в нём что-то рассмотреть, но, видимо так и не увидев желаемого, просто сказала мне в ответ:

– Я буду ждать, – и медленным, грациозным движением поднялась и отошла к Лениавесу.

– Он очнулся, – сказала она ему.

Корнол сначала никак не отреагировал на её фразу, но потом встрепенулся и, радостно развернувшись в мою сторону, воскликнул:

– О, хорошо! Ты всё ещё жив! Хотя и стараешься побыстрее загнать себя в могилу. Ну кто тебя просил переться на стража в одиночку, да ещё и в лоб?! Делать тебе нечего?! Хотел умереть?! – Было прекрасно видно, что за этой бравадой Лениавес старается скрыть свою заботу и переживания обо мне.

Корнол всё продолжал говорить, стараясь убедить, наверное, себя в глупости моего поступка, но, заметив моё страдальческое выражение лица, смягчился, резко закончив с нотациями, и поинтересовался:

– Как твоё самочувствие? – А увидев мою гримасу, в тот момент, когда я пытался подняться на ноги, сам же и ответил: – Вижу, всё прекрасно вижу. Создаётся впечатление, будто пару недель тебя лупили кузнечными молотами. Ну, извини, парень, осталось немного, как я понимаю. Тебе придётся потерпеть. Тем более с нами очень даже неплохой маг жизни. Сейчас Эрея наложит на тебя лечебные и обезболивающие заклинания, и ты почувствуешь себя гораздо лучше. – И обратился к девушке: – Ну, Эрея, чего ты ждёшь? Ведь сейчас всё в твоих прелестных ручках. Подлечи нашего паренька. – А сам опять вернулся к своим рунам. – Нельзя больше терять времени, – прокомментировал он, – мы очень задержались тут.

Хорошо, что он не стал ничего расспрашивать. Скорее всего, предполагает, что может услышать в ответ, а поэому и не проявляет излишнего любопытства.

Я ещё посидел несколько минут, дожидаясь, пока Эрея наложит на меня нужные заклинания, которые кластер тут же распознал, классифицировал и занёс в нашу базу знаний.

«Описание: конструкт ускоренной регенерации тканей четвёртого уровня. Свойства: увеличение на сто сорок процентов скорости регенерации костной и мышечной ткани на время действия конструкта. Энергопотребление: активация – двести тридцать семь энеронов, поддержание работоспособности – три энерона в час. Максимальная длительность работы без возникновения отрицательного эффекта: пятьдесят два часа.

Описание: неизвестный конструкт второго уровня (описание в базе знаний отсутствует). Свойства: снижение чувствительности нервных окончаний в зоне действия конструкта. Энергопотребление: активация – сто сорок энеронов. Одноразовое применение».

Буквально через несколько минут я почувствовал себя значительно лучше. Однако Эрея меня сразу же предупредила, что это лишь временный эффект, который даст мне несколько спокойных часов (видимо, это касалось лишь обезболивающего заклинания). А потом мне всё равно придётся отдохнуть и дать организму уже самостоятельно восстановиться и привести себя в порядок (а это ускоренная регенерация).

Но этих нескольких часов нам должно хватить с избытком. Поэтому я встал и огляделся кругом.

Поле битвы практически не изменилось, только середину прохода сейчас перегораживал железный чурбан, который и был тем самым истуканом, напавшим на меня. Сейчас он не выглядел настолько опасным противником, которым был на самом деле. Что с ним делать – было непонятно. Однако не стоит забывать, что он всё ещё действующий магический страж, только временно отключённый и лишь ожидающий момента своей активации, чтобы опять приступить к своим обязанностям.

По сути, это оказалась цельная литая фигура, своей формой напоминающая человеческую. Гибкость и прочие свойства, такие как сила и скорость, ей придавались плетением. Защиты не требовалось, так как это была стальная кукла, которой любой удар меча доставлял лишь небольшую царапину или зазубрину.

Вспомнив о мече, я посмотрел на остатки того, что некогда называлось моим мечом.

«Ты сослужил мне хорошую службу», – подумал я о том измятом, искрученном куске металла, что до сих пор сжимал в руке.

Выбрасывать его не хотелось, и я закинул его в рюкзак. Я решил, что правильным будет сделать из него какой-нибудь охранный амулет или оберег, пусть он послужит ещё именно в таком качестве. С сохранением моей жизни этот меч справился выше всяких похвал.

Я уже хотел было сообщить корнолу, что коридор безопасен и можно продолжить наш путь, как мой взгляд зацепился за хорошо видимую с моего положения структуру магической ловушки, спрятанной в стене.

И тут мысли побежали у меня по совершенно другому руслу. Я моментально забыл, что всего пару минут назад обещал себе быть самим воплощением осторожности и рассудительности.

«Ловушка, за ней какая-то потайная комната. И такую охрану, которая простояла здесь незнамо сколько лет и до сих пор функционирует, выставлять просто так никто не будет. А значит, в этой комнатке может быть что-то действительно ценное. Нужно попасть внутрь». На этом мои конструктивные мысли закончились.

Теперь я думал о том, нужно ли брать туда своих спутников или нет.

«По идее оставлять их здесь, в туннеле, не безопасно, но и брать туда тоже не имеет смысла. Лучше всё же разведать эту комнатку в одиночку», – решил я и обратился к Лениавесу и Эрее:

– Мы сейчас можем продолжить наш путь, – и сразу пояснил для корнола, уже собирающегося возразить мне: – Последнее заклинание хоть и является ловушкой, но для нас оно полностью безопасно, так что можно заканчивать с твоими расчётами и двигаться дальше. – Я посмотрел на спутников.

– Но… – протянул Лениавес, – в твоей фразе так и звучит это скрытое но.

– Да, – согласился я, – есть одно обстоятельство или, вернее, просьба. – И, подумав, продолжил: – Здесь недалеко есть одно место, куда мне нужно попасть. И я хотел бы сделать это один. Вы можете укрыться в комнате, где ранее прятался голем. Там, если не высовываться, вы будете в достаточной безопасности. Мне потребуется не больше тридцати минут, чтобы разобраться со своими делами, а потом мы можем продолжить путь. Я думаю, это время у нас есть. Так как?

Это было всё, что я хотел им сказать, а поэтому сейчас стоял и ждал решения нашей команды.

Эту комнату мне нужно посетить в любом случае, слишком уж серьёзно она охраняется, и сделаю это, даже если мои друзья захотят пойти со мной. Ну, узнают они на одну мою тайну больше. В этом не было ничего экстраординарного. Просто на несколько вопросов ко мне у них потом будет больше. И всё.

Но ничего этого не произошло.

– Хорошо, мы подождём тебя здесь, – ответил Лениавес, остановив девушку, которая явно хотела ему или мне возразить.

– Отлично, буду скоро. Вы пока устраивайтесь в этом помещении. – И я указал на небольшую комнатку, которая виднелась чуть дальше по коридору и где раньше скрывался голем.

– Эрея, не забывай о браслете и кольце, в случае серьёзной опасности вы сможете продержаться до моего подхода, – напомнил я девушке.

Посмотрев, как они вошли в помещение, и убедившись, что со стороны туннеля они совершенно незаметны, я двинулся в направлении потайной комнатки.

Убежище голема я выбрал ещё и потому, что из него не просматривался тот участок туннеля, где как раз и находилась потайная комната, зато подобраться к моим друзьям незамеченными было проблематично. Они всегда успеют подготовиться к атаке или защите. Особенно со сверхчувствительностью корнола на разные неприятные сюрпризы.

Убедившись, что мои друзья находятся в относительной безопасности, я побежал к светящейся на входе в предполагаемую потайную комнату ловушке, по пути закачав из кластера алгоритм её деактивации, разработанный им для неё, и был у двери уже готовым приступить к необходимой работе.

Быстро пройдя все предусмотренные кластером этапы деактивации ловушки, я убедился, что она была действительно направлена на то, чтобы не дать тем, кто проникнет внутрь тайной комнаты, выйти из неё.

«Всё, сейчас она стала абсолютно безопасной», – решил я. Даже её структура теперь просматривалась с трудом.

Для себя я отметил то место, где находился накопитель ментоэнергии для этой ловушки, чтобы потом забрать его, и задался вопросом: «А как вообще открывается дверь в это помещение?»

Кластер с этим помочь мне никак не мог, а вот ментоинтерфейс, проведя анализ материала изготовления поверхности туннеля, выделил несколько участков на его стене, которые немного отличались по своим свойствам от всей остальной поверхности.

Дальше уже было достаточно просто.

Доверившись интуиции, я нажал на эти участки в определённой последовательности, и дверь передо мной бесшумно раскрылась.

«Вот оно», – обрадованно подумал я, входя внутрь.

И в следующее мгновение чуть не умер от страха: справа от входа стояло восемь магических стражей. Совершенно целых, со всеми ранее недостающими элементами. Латы, мечи, шлемы, перчатки и даже обувь – всё было при них. К тому же каждому в комплект был добавлен щит. Их я не видел у ранее встреченных стражей. Но и варианта последнего стража, цельного металлического истукана с двумя мечами, здесь не было.

Однако главным в обнаруженных големах было то, что и жизни в них уже давно не ощущалось. Мне кажется, и в них даже не помещали никаких плетений, так как я совершенно не чувствовал следов остаточной магии в их телах. И я возблагодарил создателя за то, что это было так.

Восемь стражей – это верная смерть. От их слаженных действий меня не смогло бы спасти никакое чудо. Конечно, эти стражи были похожи на тех, что встретились ранее, а не того последнего истукана. Но я почему-то был полностью уверен, что действовал бы любой из них не менее эффективно.

Переборов свои чувства и уже более спокойно посмотрев на спящих хранителей местных сокровищ, я прошёл дальше.

Когда я обозрел комнату, моему разочарованию не было предела: кроме этих мёртвых магических стражей тут ничего не было.

«Ну что за подстава!» – в огорчении подумал я.

Хотя я, конечно, преувеличивал: даже то, что можно было снять с этих стражей, должно было стоить немалых денег. Это всё-таки хоть и магический, но средневековый мир, а значит, оружие, латы и прочее подобное барахло тут были в цене. Не говоря уже о тех драгоценных камнях, что по идее должны были быть внутри каждого голема.

Я уже собирался быстренько заняться ими, собрать мечи, кристаллы, похожие на ограненные алмазы и прочую мелочовку, которые смог бы спокойно унести с собой, как моя интуиция пихнула меня к дальней, противоположной от входа стене помещения.

Не знаю, что меня туда потянуло, но, только подойдя ближе, я заметил, что в стену вделана небольшая дверца.

На вход в соседнее помещение этот средних размеров прямоугольник походил мало, а вот на дверцу небольшого шкафчика – значительно больше. Никаких внешних признаков запирающих устройств на ней не было. Зато по её центру явно просматривался отпечаток ладони, и я просто «на повезёт» приложил к нему свою руку.

«Обнаружено сканирующее воздействие», – появилась надпись на интерфейсе кластера.

И дальше пошли совершенно непонятные сообщения, получаемые явно от этого небольшого шкафчика-сейфа.

«Гражданство не установлено. Согласно директиве „Корпуса спасателей’ содержимое спасательного комплекта может быть предоставлено после регистрации и авторизации пользователя. – И появилась надпись: —

Зарегистрировать пользователя?

Введите имя пользователя.

Ведите регистрационный код».

На первый пункт я ввёл только своё местное имя-прозвище:

«Баг».

А вот что писать дальше, было непонятно, но мне этого и не потребовалось, кластер самостоятельно заполнил это поле какой-то огромной абракадаброй из букв, цифр и символов.

«Регистрационный код опознан. Приветствуем вас на территории Объединённого Содружества.

Запрос с сигналом о помощи переслан на ближайший пост „Корпуса спасателей”».

После этого небольшой ящичек открыл свою дверцу.

По сути, это был вовсе не ящик, а вмонтированный в стену помещения вполне приличных размеров сейф, порядка метр на сорок сантиметров и примерно шестидесяти сантиметров в глубину. Он был разделён полками на четыре секции. И был почти пуст. В нём находилось всего три предмета, два лежали на самой нижней полке, и один занимал среднюю полку. Но зато какие это были предметы!

Когда я услышал их описание, то не просто выпал в осадок, а даже поблагодарил так гостеприимно встретившего меня стража. Ведь не встреть я его, вряд ли обнаружил бы эту секретную комнатку.

Так вот. Первым предметом был костюм.

«Описание: индивидуальный спасательный защитный костюм из наномодифицированной ткани. Свойства: повышенная прочность и износостойкость, восстановление повреждений, адаптация под желаемый вид пользователя, частичная мимикрия. Индивидуальная настройка и постоянная привязка к пользователю. Поддержание жизнедеятельности пользователя на оптимальном уровне. Контроль состояния пользователя. Вывод токсичных и отравляющих веществ. Энергопотребление: режим активации и первичной настройки – три тысячи энерон, фоновый (стандартный) режим работы для поддержания работоспособности активированных функций – от одного до десяти энерон в сутки, режим экстренного восстановления – от трёх тысяч до ста семидесяти тысяч энерон в час».

Вытащив из сейфа пакет с костюмом, я не понял, как этот бесформенный балахон может быть хоть каким-то костюмом, не говоря уже о его защитных свойствах. Однако интуиция, да и кластер упорно твердили об обратном.

Поэтому я, не став откладывать дело в долгий ящик, решил надеть его. А то после боя с магическим стражем вся моя одежда хоть и была зачарована, но превратилась в такие лохмотья, которые даже бомжу отдавать стыдно.

Я аккуратно снял с себя всю экипировку, а потом стянул и одежду. Даже от трусов пришлось избавиться – они стали похожи на ленточки, держащиеся на одной веревочке.

Как ни странно, но мои перевязь и плащ были как новенькие – на них не было ни единой царапинки или дырочки, всё будто только с прилавка, даже грязи и пыли на них не осталось. А вот то, что было моим собственным, – джинсы, куртка, даже ботинки, изрубленные в нескольких местах, – всё превратилось в полный хлам. Это же касалось и рюкзака, который так и сиял сплошными прорехами, но ещё держался на честном слове, сохраняя всё сложенное в него имущество. Что меня несколько удивило. Я как-то в суматохе боя со стражем даже забыл о том, что у меня за спиной навешано столько амуниции, и обратил на этот дополнительный обвес внимание только сейчас.

Полагаю, ещё и доспехи первых встреченных стражей послужили дополнительной защитой моих многострадальных спины и позвоночника, когда я со всей силы, вложенной в голема, впечатывался в стены туннеля.

Решив, что терять мне в нынешней ситуации особо нечего, придётся носить этот балахон – он, по крайней мере, без дырок, я натянул его на себя.

В первые мгновения ничего не происходило, а потом начались чудеса.

«Получен доступ к спасательному костюму индивидуального пользования,

– доложил кластер.

– Начать процедуру привязки и активации основных функций защитного комплекта? Время выполнений: двадцать секунд».

Ну что поделать, я согласился.

Поначалу этот спасательный костюм болтался на мне обвисшим мешком, но потом он внезапно будто сжался и обтянул моё тело тонкой сероватой плёнкой.

«Активация завершена успешно. Привязка проведена успешно. Начато сканирование основных параметров жизнедеятельности пользователя.

– И буквально через пару мгновений:

– Обнаружен наномодифицированный экзоскелет. Для достижения оптимальной производительности и максимальной эффективности рекомендуется провести повторное сканирование с учётом обнаруженных модификаций. – И следом сразу: – Работа спасательно-защитного комплекта выведена на оптимальный уровень. Режим работы стандартный. – Следующим сообщением стало: – Провести адаптацию костюма под запросы пользователя?»

Я, честно говоря, даже не понял, что это такое, но буквально в следующее мгновение в моём сознании возник маленький человечек, одетый в серый облегающий костюм. И рядом с ним заморгали различные варианты комплектов одежды в основном с предложением вариаций на тему снаряжения защитного цвета или технических комплектов одежды.

Однако последним было нечто с названием «Виртуальное конструирование». Его я для интереса и выбрал. По правде говоря, изобретать что-то особенное мне не очень-то и хотелось, да и вариантов местной одежды я видел не слишком много. А потому мысленно представил то, что я хорошо успел изучить, и то, что видел уже не один раз, а именно что было надето на корноле. Правда, заменив цвет его костюма на тёмно-коричневый и его не слишком понравившиеся мне мокасины на так любимые мной полуботинки военного образца.

Не знаю, как я стал выглядеть внешне, однако виртуальный человечек стал одет именно так, как я его и представил. Тёмно-коричневый, уходящий в чёрный цвет костюм и куртку. И точно такого же цвета ботинки на шнуровке.

«Запомнить конфигурацию?» – запросил у меня костюм через интерфейс кластера.

«Да, – подтвердил я и дал этому комплекту одежды название: «походный вариант».

Потом отвлёкся от интерфейсного окна и осмотрел уже себя в реальности. Именно тот комплект одежды, что я и представил, был надет на меня сейчас.

«Замечательно», – подумал я и попробовал пошевелиться, пройтись по помещению.

Всё сидело как влитое. Ничего нигде не давило, всё было мягким, эластичным. Вся одежда ощущалась будто моя вторая кожа.

«Идеально», – восхитился я.

Поднял с пола перевязь с оружием, сейчас без него я, даже одевшись, ощущал себя голым. Нацепил и удобно расположил мечи, метательные кинжалы, дротики, потайной кинжал, стилет, нож на пояс, арбалеты под мышки, лук и колчан со стрелами за спину. Потом подошёл к ближайшему стражу и позаимствовал у него меч. Вариант двух комплектов мечей мне понравился. А поэтому я разместил за спиной ещё и его. Жаль, что в паре подобные клинки использовать не очень удобно, а то я взял бы себе и второй такой меч. Также подумал и взял у стоящего напротив меня стража ещё и щит, закинув его за спину. Неплохая защита. Лёгкий, но очень прочный металл, это надёжное прикрытие спины. Тем более для бездоспешного воина, такого как я.

«Ну всё, теперь я одет», – решил я.

Осмотрев себя как бы со стороны, я заметил, что на виртуальной модельке человечка в моём сознании, которая была создана кластером или интерфейсом костюма, проявилась и вся надетая на меня экипировка.

«Неплохо», – подумал я, теперь вижу, как выгляжу со стороны.

А выглядел я настораживающе, даже сам подивился тому впечатлению, что создавалось мной. Какой-то непонятный, скрывающий своё лицо в тени капюшона воин, даже скорее лесной рейнджер или наёмник, с головы до ног обвешанный оружием. В довершение картины я накинул на плечи плащ, прикрыв им всё своё вооружение. И теперь было совершенно непонятно, насколько вооружён и опасен представший перед вами воин, выдавали только торчащие из-за плеч рукояти мечей и лук.

Но что странно, никакого навешанного на меня вооружения и экипировки я совершенно не ощущал. Будто это было моей неотъемлемой частью, продолжением моих рук и ног. Моей второй кожей или, что более верно, моей второй натурой. К тому же к оружию за последнее время я успел привыкнуть основательно.

«Хотя чему тут удивляться, я ко всему сейчас приспосабливаюсь и привыкаю быстро», – пошутил я над собой.

На этом любование собой, красивым, я решил прекратить и вернулся к обнаруженному мной сейфу.

Следующим извлечённым из него предметом был небольшой браслет, немного похожий на тот, что я подарил Эрее, только на нём полностью отсутствовали украшения. Поэтому я подумал, что он, аналогично моему подарку, как-то связан с защитными заклинаниями или чем-то подобным.

Однако выданное кластером его описание поразило меня больше, чем спасательного костюма. Не знаю даже, полезность какого из полученных предметов выше.

«Описание: подпространственный склад, привязанный к материальному носителю. Материальный носитель: наномодифицированный металлический браслет. При наличии необходимых модификаций возможна индивидуальная привязка к пользователю. Свойства: стандартный подпространственный склад объёмом девятьсот кубических метров. Построен на основе конструкта, создающего постоянный подпространственный карман. Управление: стандартный интерфейс управления. Энергопотребление: дискретное потребление энергии на каждую операцию – двенадцать энерон, в случае возможности проведения операции индивидуальной привязки потребуется разово сорок тысяч энерон, в случае индивидуальной привязки постоянное энергопотребление снижается до семи энеронов на каждую дискретную операцию пользования складом».

«Н-да. Вещь, однозначно, очень полезная, – начал рассуждать я, – но никакой инструкции к ней не прилагается, хотя и оставлять эту штуковину здесь будет верхом глупости. Такие подарки судьбы нужно сразу хватать и бежать подальше, вдруг отберут. Я, конечно, читал в разных фэнтезийных книжках о сумках путешественника с подобными свойствами, но там были именно сумки или нечто, с ними связанное. А вот так, совершенно не подходящий для этого предмет… О таком я не слышал. Да и вообще, к чему тут моё мнение, я многого не знаю об этом мире. Хотя если немного пораскинуть мозгами, то какое имеет значение, к чему привязывать то или иное плетение, даже если оно временно перекидывает какой-то предмет в небольшой подпространственный карман».

Решив, что этот предмет не менее полезен, чем уже опробованный и надетый на меня костюм, я несмело поднёс его к руке и, закрыв глаза, защёлкнул его на ней.

Как это обычно и бывает, сначала ничего не происходило. Однако в следующее мгновение проснулся кластер:

«Обнаружен интерфейс управления подпространственным складом, – сообщил он.

– Обнаружены отличия от стандартной конфигурации,

– практически сразу добавил он.

– Выполнена дополнительная модификация пятнадцатого уровня. Обнаружено увеличение внутреннего объёма склада за счёт внедрения в него дополнительных подпространственных карманов. В связи с доступом к дополнительным подпространственным карманам произведено внутреннее разделение склада на секции.

– И буквально через секунду:

– Обнаружено ограничение в использовании. Подпространственный склад предназначен строго для индивидуального использования. Необходимо провести индивидуальную привязку.

– После чего кластер переключился непосредственно на меня. – Выполняю сканирование пользователя на предмет наличия необходимых модификаций.

– И, даже не успев закончить, сообщил:

– Наличие необходимых модификаций обнаружено. Модификации: наномодифицированный экзоскелет третьего уровня. Вероятность слияния: сто процентов,

– а потом запросил:

– Приступить к процедуре привязки?»

Ну, мне и особого выбора не оставили, сообщив, что у меня всё есть и можно всё спокойно сделать. И чтобы я теперь отказался? Да не бывать этому!

«Да», – отвечаю я ему.

В этот раз всё прошло по тому же сценарию, как и тогда, когда я надел себе найденный наруч и он заработал.

Сначала возникло ощущение некой щекотки, которая разбежалась по моей руке, а потом и по всему телу, затем чувство сильнейшего дискомфорта, а потом резко всё прекратилось. Хорошо, что в этот раз всё протекало значительно быстрее.

Посмотрев на то место, где был ранее надет браслет, я его не обнаружил, впрочем, как и наруч. У меня вообще возникли сильные подозрения, что тот наруч и не артефакт вовсе, а такой же подарочек от неизвестных благодетелей. Слишком уж у него много общего с этими предметами, особенно с последним браслетом.

Как только закончилась процедура привязки, снова ожил кластер, продолжив прерванный доклад:

«Доступ пользователя подтверждён. Права на использование выданы. Дополнительное интерфейсное меню выведено на основной экран».

И у меня перед глазами появилось отображение маленького мешочка (ну куда же без него). И обозначено это меню было не как иначе, как «Инвентарь».

Ну, прямо как в какой-то компьютерной игре.

И я перешёл в меню управления подпространственным складом.

«Провести повторное сканирование с учётом внесённых корректировок?» – высветился первый запрос, как только я активировал меню «Инвентаря».

Через некоторое время я получил на него небольшой блок данных по моему складу.

«Сканирование завершено. Общий объём доступного пространства составляет тысяча девятьсот кубических метров. Основная секция: девятьсот кубических метров. Дополнительная секция один: пятьсот кубических метров. Дополнительная секция два: сто кубических метров. Дополнительная секция три (для хранения особо опасных грузов): сто девяносто три кубических метра. Дополнительная секция четыре (для хранения особо ценных грузов): триста кубических метров».

Получив эти данные, я для себя переименовал все секции в более понятные названия. Основной склад, дополнительный, мусор (сюда я собирался отправлять малопригодные предметы, ценность которых равнялась нулю, однако выбросить которые было жалко или пока не предоставлялось возможности), дальше шёл склад опасных предметов и ценности. Так было и проще, и понятнее, где и что должно храниться, если это что-то рассортировать.

Осмыслив это, я продолжил изучать предоставленное мне меню и увидел дополнительный пункт: «Автоматическая инвентаризация имущества».

Запустив его, я получил запрос:

«Инвентаризация и индексация находящегося на складе имущества проводится впервые. Предварительно необходимо выполнить полную инвентаризацию находящегося на складе имущества. Приступить?»

«Да», – опять соглашаюсь я.

И тут же вижу сообщение, переданное кластером:

«Получен прямой доступ к подпространственному хранилищу. Получен прямой контроль к системе инвентаризации складской учётности. Провожу сканирование доступных ресурсов и содержимого склада».

Через несколько мгновений уже непонятно кто мне передает отчёт:

«Текущее состояние склада: активен. Наличие имущества на складе: нет записей».

«Провожу подключение к системе управления складом,

– доложил кластер и сообщил:

– Доступ получен. Система управления складским хозяйством активирована. Подключить визуальный контроль складской логистики?»

Что это такое – я, если честно, не понял, но, естественно, согласился с предложением кластера.

И как только я это сделал, у меня в сознании возникла некая мишень, которая перемещалась вслед за фокусом моего внимания. На каком бы предмете или вещи я ни сосредоточивал внимание, как этот предмет подсвечивался у меня в сознании.

Обратив внимание на разложенный на полу рюкзак, я заметил, как он стал чуть более ярок по сравнению со всеми остальными предметами, которые разом потеряли свой цвет, став серыми. Над рюкзаком же автоматически загорелась надпись:

«Переместить?»

«Да», – согласился я.

И рюкзак мгновенно исчез как из виртуальной модели помещения, созданной ментоинтерфейсом и кластером в моём сознании, так и в реальности с пола этой небольшой комнатки.

Зато во второй половине окна, отвечающего за инвентарь, появилась надпись:

«Получены новые предметы. – И дальше следовал запрос: – Провести автоматическое распределение и инвентаризацию полученного имущества?»

На что я снова дал согласие.

И практически мгновенно увидел, как большая часть предметов попала на основной склад. Всякое барахло, представляющее сугубо утилитарную ценность, оказалось на складе мусора, однако все драгоценные камни и магические артефакты были непонятно по какому принципу отобраны и отнесены к особо ценным предметам и помещены на четвёртый дополнительный склад.

Всё отработано правильно и именно так, как я сам это и распределил бы. Подивившись такому точному исполнению моих необозначенных желаний, я задумался: «А как бы мне вернуть какой-то из предметов обратно?»

Но тут по сути ничего необычного не было: уже сравнив однажды эту систему с компьютерным «инвентарём», я пошёл тем же путём, что и в виртуальных играх. Выбрав рюкзак на складе мусора, я постарался сначала перетащить его на виртуальное окно комнаты, и это прекрасно получилось. При этом у меня в сознании возник вопрос:

«Переместить?»

Я для проверки ответил «да», и рюкзак мгновенно материализовался именно в том месте, куда я перенёс его на виртуальной модели. Забросив его обратно на склад, я попробовал поперебрасывать его по различным секциям склада. Потом, уже просто выбрав его инвентарную запись в меню складской отчётности, я проверил, какая информация там присутствовала. Наличествовали все уже ранее имеющиеся по данному предмету записи, а также описание, предоставленное ментоинтерфейсом и кластером. Кроме того, были и такие параметры, как дата поступления на склад и объём, занимаемый предметом на складе. Масса, что и неудивительно, никакого значения не имела.

Просмотрев основную информацию по предмету, отнесённую в категорию «свойства», я перешёл к остальным пунктам контекстного меню и тем возможностям, что оно предоставляло, а также тем, что можно было сделать с предметом непосредственно из интерфейсного окна.

Оказывается, все операции были продублированы, и я мог также перемещать любой предмет по секциям склада, перебрасывая его из одного места в другое либо вытаскивать со склада этот предмет наружу. И всё это работало, так же как и в визуальном режиме, без особых проблем.

Наигравшись с пространственными карманами и этим невероятным по своей полезности артефактом, я закинул туда всё своё разбросанное на полу имущество и свернул меню «инвентаря».

После этого, оглядев комнату, я понял, что этим стражам стоять тут осталось совсем недолго. Но пока я вернулся к последнему, третьему найденному в сейфе предмету.

Куб из какого-то непонятного материала размером сорок на тридцать на пятнадцать сантиметров. Я затруднялся даже предположить, что это такое. Однако кластер мне помог и в этот раз.

«Описание: самовозводимое автоматическое строение, спасательная хижина повышенной надёжности. Свойства: автономный спасательный купол. Купол предназначен для комфортного проживания группы лиц от одного до пяти. Температурный диапазон использования: от минус ста десяти градусов по Цельсию до плюс ста пятнадцати градусов по Цельсию. Энергопотребление: дискретное, затраты на активацию и развёртывание – сто сорок энерон, затраты на поддержание работоспособности – семьдесят энерон в сутки, затраты на операцию деактивации и сборку – сто энерон».

«Вещь, несомненно, полезная, – понял я, – однако тут её не проверишь, это слегка затруднительно, поскольку немного тесновато».

Я с сожалением повертел эту «спасательную хижину», как сообщил мне Кластер, из неизвестного материала в руках и, вздохнув, отправил её на склад.

Вообще-то было не особо страшно, что этот домик остался непроверенным и не изученным хотя бы поверхностно. Я уже понял, что с помощью кластера у меня есть прекрасная возможность разобраться с большинством встреченных мне в дороге подарков из прошлого впоследствии.

«Вот теперь очередь дошла и до вас», – подумал я о стражах, стоящих около двери.

Пройдясь вдоль них, я уже собрался было отправить их на склад, как ощутил исходящие эманации уже практически пропавшего следа магии откуда-то из-за их спин.

Подойдя к одному из стражей, я наклонился, чтобы понять, что же там отсвечивает ментальной энергией. И в удивлении потёр глаза: у стены лежал иссохший, скрюченный уже не одно тысячелетие назад, но вполне узнаваемый остов большого медведя или кого-то очень на него похожего.

Так как к ней сквозь строй стражей было не подобраться, я их всех отправил на склад. После чего получил сообщение, что все отосланные предметы рассортированы.

Теперь все големы, за исключением мечей, щитов и латных перчаток, были помещены в основное хранилище. Соответственно, всё оружие и средства индивидуальной защиты в виде перчаток и щитов были переброшены в дополнительное хранилище. А вот восемь наборов камней добавлены к ещё трём ранее найденным комплектам кристаллов в секцию ценного имущества.

Теперь найденная комната была совершенно пуста. Если не считать останки неизвестного существа, лежащие у стены.

Подойдя к нему поближе, но стараясь его не задеть, чтобы, не дай бог, оно не рассыпалось кучкой пыли, я попытался понять: а кто же это и что в нём привлекло моё внимание? Ни кластер, ни Искатель не смогли дать мне ответа. Они не могли даже предположить, к какой расе отнести этого бедолагу. Сведений о существах подобной расовой принадлежности ни у кого из них не было. Хотя они и корнола распознать не смогли. А вот с Эреей проблем не возникло, кластер мгновенно отнёс её к представителям расы эльфаров. Получается, что о них он знал ещё во времена создания и заполнения базы знаний, на основании которой работал.

«Сколько тысяч лет, интересно, их расе?» – подумал тогда я.

Но я отвлёкся.

Сомнений в том, что это существо было разумным, никто не высказал. Об этом однозначно говорила как минимум надетая на него походная экипировка и какая-то небольшая сумка, а также меч, лежащий у стены. И что удивительно, если само тело этого медведя давно превратилось в прах и сохранило свой внешний вид лишь благодаря какому-то чуду, то все вещи, надетые на него, хотя и покрылись слоем пыли, однако выглядели вполне целыми. Не говоря уже о его сумке и мече. С ними вообще отдельный разговор.

Вся одежда, навесная экипировка, а также сумка и ножны этого медведя были сделаны из странного органического материала. Единственное, что смог определить ментоинтерфейс, – что это какой-то неизвестный вид обработанной кожи. Ни типа животного, ни хотя бы его примерные свойства определить не получилось.

Было понятно и без глубокого анализа, проведенного Искателем, что шкура у этого зверя очень прочная и долговечная. Ведь в одежде его не ощущалось ни грамма магии, а она до сих пор прекрасно сохранилась и не потеряла свою целостность, лишь задубела немного. Но это было легко исправить постоянной ноской одежды, рано или поздно она отмякнет.

Так как магии в экипировке медведя не было совершенно, кластер не вмешивался в наш разговор, не выдвигал никаких гипотез, хотя ему это было несвойственно: он работал исключительно с проверенными данными и теорией вероятности, никаких случайностей и не обоснованных глубокими расчётами предположений никогда не высказывал.

Поняв, что его одежда сама по себе представляет огромную ценность, особенно если найдутся умельцы, способные её обработать, я перешёл к следующим предметам – сумке и мечу.

Меч был неким аналогом моих парных клинков, только явно никогда не должен был использоваться в паре с каким-то другим оружием. Или его в принципе не создавали для такой цели. Вернее, он был версией клинка, предназначенного для левой руки.

Материал его изготовления был полностью идентичен моим мечам, тот же непонятный для меня адамантит. А вот рукоять отделана кожей не дракона, которую смог каким-то образом идентифицировать Искатель, а той, из которой была сделана одежда этого медведя, только более грубо обработанной.

Аккуратно взяв меч в руки, я понял, что клинок идеально сбалансирован, хотя был предназначен сугубо для левой руки (зачем, интересно?) и имел несколько иную форму, чем моё оружие.

Зато, взяв его и клинок стража, я понял, что вполне смогу работать обоими этими мечами, причём меч медведя большей частью станет заниматься веерной защитой и организовывать скат клинка противника по своему немного пологому лезвию.

В общем, клинок не вызвал у меня никакого отторжения и уже через мгновение занял своё место за моей спиной.

Но это было не всё: в клинке тоже абсолютно не ощущалось магии, а следовательно, не он послужил причиной того, что я заметил останки этого существа.

Непроверенным остался единственный предмет: небольшая напоясная сумка этого медведя, крепившаяся к нему ремнём. Её можно было носить на поясе или перекинув на ремне через плечо.

Проверив её, я понял: да причина в сумке, вернее, в её содержимом. Поэтому, подняв её, заглянул внутрь. И, не поверив своим глазам, повторно осмотрел её снаружи.

Видимо, мой лимит везения на сегодня не был исчерпан, и, вспомнив о сумке путешественника, я нашёл какую-то её разновидность. Хотя, конечно, ей до моего подпространственного склада было ой как далеко.

Однако факт оставался фактом. Внутренний объём сумки значительно превышал её внешние размеры. И в текущем её исполнении это был серьёзный артефакт. Но, что странно, магии в ней абсолютно не ощущалось. И это меня несколько смущало и настораживало – как так?

Так вот, снаружи эта небольшая сумка по размеру не превышала маленький мешочек прямоугольной формы, буквально двадцать на двадцать сантиметров. Однако, заглянув внутрь, я понял, что по объёму она раза в два превосходила мой собственный рюкзак. И была наполовину заполнена различными предметами.

Во-первых, это был какой-то провиант, который у меня сразу вызвал недоверие, и я оказался прав. Как только он оказался за пределами сумки, то весь рассыпался в пыль, впрочем, как и его хозяин. Во-вторых, то же самое произошло и с комплектом запасной одежды, каких-то одеял и, по-видимому, небольшой палатки.

Освободив самое большое отделение сумки от этих предметов, я заглянул в другой её карман, который по размерам был значительно меньше. А вот там мне попались уже вполне интересные вещи.

Первое, что бросилось мне в глаза, – это набор столовых принадлежностей, которые и не собирались распадаться в пыль. Были они созданы из какого-то сероватого, очень похожего на алюминий металла. Ментоинтерфейс определил его как металл с неизвестными примесями, кластер же просто сообщил, что это – мифриловая сталь. Но если я не ошибался и моё знание различной фантастической литературы меня не подводило, то это – оружейная сталь, и кто стал бы делать из неё обычные столовые приборы, мне непонятно. И теперь я стал гордым обладателем небольшого котелка, миски, простой кружки, пары ложек и вилок.

Во второй половине этого внутреннего кармашка под небольшой застёжкой я нашёл россыпь драгоценных камней, которые раньше, по всей видимости, были заряжены магией, но сейчас они были пусты и не несли в себе никакого заряда ментоэнергии.

И вот наконец я нашёл то, что и привлекло моё внимание к этим останкам в общем и сумке в частности.

Это был точно такой же браслет, как я подарил Эрее, браслет исчадия, только он был уже почти разряжен.

«Но это не проблема, зарядить его я всегда успею», – подумал я.

И отправил все найденные здесь предметы, за исключением сумки, к себе в «инвентарь», как я стал называть теперь свой склад.

Как это ни странно, всё найденное у медведя было отнесено к категории ценностей и помещено в соответствующее хранилище. Даже набор столовых принадлежностей попал туда.

«Ну, как сделано, так и сделано», – решил я и обратил внимание на помещение, в котором находился.

Последний раз осмотрев теперь уже полностью опустевшую секретную комнату, я собрался идти обратно, но мой взгляд снова зацепился за сейф.

«Негоже его оставлять открытым», – подумал я и, подойдя к нему, приложил руку к дверце этого шкафчика, чтобы закрыть его.

В этот момент ожил кластер и передал сообщение, видимо сгенерированное сейфом:

«Статус контейнера для хранения спасательного инвентаря: пуст. Выберите тип проводимых работ.

Стандартный режим работы.

Закрытие и консервация.

Демонтаж».

Мне стало интересно, что означает каждый из перечисленных пунктов, но особенно меня заинтересовал последний. И я выбрал «демонтаж».

Мгновенно сейф закрылся, а потом изнутри его стали раздаваться какие-то металлические звуки, а потом дверца его стала складываться, как гармошка. Последним откликом этого необычного контейнера на мои действия была фраза:

«Демонтаж завершён».

Прикинув, что тут, видимо, используется примерно та же технология, что и для спасательного купола, я и этот сложившийся в небольшой кубик контейнер закинул к себе в «инвентарь».

«Ну, теперь тут точно всё», – решил я и, уже не оглядываясь, отправился к своим друзьям.

Казалось, в этой комнате за изучением своих новых необычных находок я провёл часы, однако Искатель упорно утверждал, что я потратил всего лишь чуть больше двадцати минут.

Пора было двигаться дальше и постараться со своими друзьями покинуть этот мёртвый город. Времени у нас практически не осталось.

Константин Муравьёв
Нейтральные миры

© Муравьёв К.Н., 2015

© Художественное оформление серии, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

* * *

Глава 1

Время ожидания, пока вернётся Баг, растянулось в бесконечность. Эрея не знала, что и подумать.

Она попыталась завести разговор с корнолом, но он как-то сразу не заклеился. На вопрос, что могло понадобиться тут хуману, Лениавес лишь пожал плечами, и девушка на каком-то интуитивном уровне поняла, что пока лучше к оборотню с разговорами не приставать.

После этого небольшого обмена словами корнол погрузился в полумедитативный транс, в который периодами входил с того момента, как ушёл Баг. Так он лучше контролировал прилегающую территорию.

О чём-то подобном Эрея слышала, но она почему-то всегда думала, что этому учат лишь их королевских рейнджеров и телохранителей князя. Но, как оказалось, были и другие, кто владел подобными умениями.

Вообще, девушка заметила, пообщавшись с Лениавесом и Багом, что многое из того, о чём им сообщали их воспитатели, а потом и в Школе магии, имело под собой очень мало оснований.

Например, сейчас она была уверена в том, что Лениавес гораздо более сильный и опытный маг, чем большинство эльфаров, да и лучником он был отменным, которому был бы рад любой Лесной легион.

«Наверное, отец с дядей тоже прекрасно осведомлены об этом несоответствии, – впервые задумалась девушка о столь странном обмене студентами, который должен был состояться между Лесным княжеством и империей Ларгот. – И похоже, именно с этой целью было организовано наше посольство в империю. Мы должны перенять их умения и поближе познакомиться с их способностями и возможностями, а также узнать их сильные и слабые стороны. Но главной задачей, как мне кажется, было сбить с нас всю нашу высокородную спесь. Иначе когда-нибудь это могло стоить нам жизни».

Теперь девушка уже не удивлялась дальновидности своего отца, князя эльфаров, и его брата и друга, а также своего дяди, главы Совета магов княжества, которую им приписывали. Оценив их совместное решение, она поняла, что этот тандем двух главных эльфаров в их княжестве многие недооценивали. И она порадовалась этому, ведь столь мудрые правители – это залог процветания их государства.

Тем более под эту цель вписывалось сотрудничество именно с империей и их Академией магии, где можно было среди студентов встретить представителей всех рас и магических школ.

Наличие же такого облечённого властью, высокородного и прозорливого воспитателя, как главный аналитик Княжеской службы безопасности, который должен был отправиться с ними в посольство, должно было выявить все проблемы во взаимоотношениях эльфаров и остальных рас. Локализовать их причины и по возможности устранить их или доложить об этом наверх. Как раз поэтому был подобран такой странный состав их группы.

А она-то всё гадала, почему выбрали не столько самых одарённых, а, как она поняла теперь, совершенно различных по темпераменту и происхождению молодых эльфаров. Как юношей, так и, что было очень необычно, девушек, ведь этих признанных во всём мире красавиц старались пореже выпускать за пределы княжества.

Существовала даже легенда, что в старину из-за одной такой девушки разразилась кровопролитная война, когда два королевства не смогли определиться между собой, чей же представитель станет мужем этой эльфарки. И звали, насколько знала Эрея, эту девушку так же, как и её. Как рассказывала её мама, дедушка и назвал её в честь той красавицы и воительницы. Впоследствии она стала одной из самых сильных и уважаемых правительниц среди королевств хуманов.

Но если вернуться к составу их группы, то в результате их тесного взаимодействия с империей должны быть более ясно прорисованы перспективы сотрудничества именно с хуманами и оборотнями как главными представителями этого государства.

И вот тут совершенно выбивался из общей картины её странный, непонятный, вечно выкидывающий дурные шутки и живущий сугубо по своим правилам и понятиям он, её муж. Хуман, с необычным именем Баг. Ар’Тур Лесной.

О нём и говорить было особо нечего. Эрея до сих пор не могла оценить степени его подготовки и возможностей. Слишком уж неординарными и неявными они были. Казалось, он совершенно не подготовлен к жизни в окружающем мире. Но как показывают обстоятельства, только он и способен был справиться с теми превратностями и неприятностями, что попадались им на пути. У Эреи никак не получалось определить, насколько Баг был подготовленным и хорошим бойцом, определить его уровень по известной ей градации мастерства воинов. Но после того боя со стражем она оказалась в ещё большем затруднении. Если Лениавес был прав, то выжить после такого боя невозможно даже самому подготовленному и опытному воину без помощи хотя бы одного сильного мага, но Баг не только выжил, он победил.

Но у него были и другие странности.

Если все хуманы такие, то тогда становится вполне понятно, почему они стали доминирующей расой на планете.

Однако это было не так, хотя она и не встречалась с хуманами очень давно, но в школе-то их расовые особенности они проходили. Так вот, ничего необычного и уникального в них не было.

А в Баге она видела слишком много загадок. Начиная от его странного появления до совершенно непонятного поведения и уникальных возможностей и способностей.

Его способности больше подходили бы какому-нибудь лорду-демону или мастеру-оборотню. Тогда многие его странности укладывались в известную схему и становились на свои места.

Но он точно не оборотень. Это утверждал Лениавес. И тут девушка ему полностью доверяла. Она сама давно бы признала его демоном, но и демоном он не был. Те были сплошь маги тьмы и смерти, притом очень сильные. А в молодом хумане можно было едва наскрести способностей слабенького мага. Да и тьма не проглядывала в нём такой сплошной пелёной, как у демонов, Эрея всё-таки уже не раз просматривала его ауру. Конечно, она присутствовала в нём, как и в любом представителе любой расы.

Свет и тьма присутствовали всегда и везде, но именно что присутствовали, а не составляли основу и саму суть, как в любом демоне. И даже здесь Баг умудрился выделиться: в его случае наличие любой магической энергии было нереально мало даже для обычного простого хумана. Например, в ней способностей к магии тьмы было гораздо больше, чем у него, хотя это совершенно не её стихия.

«Не маг он», – уже в который раз думала девушка, ведь будь этот хуман магом, как всё было бы значительно легче и проще сейчас, да и в будущем.

Но он не маг.

Хотя Лениавес и надеется каким-то образом устроить его в Академию магии, но она-то видела, что он еле дотягивает даже до уровня самых слабых рейнджеров. Его единственная надежда – это факультет искателей, вот туда он попадёт без труда. Но никак не на какой-то из магических факультетов, именно на одном из которых почему-то и настаивал корнол.

«Не маг», – в который уже раз с грустью подумала девушка. Она разбиралась в этом гораздо лучше оборотня и поэтому была уверена в своей правоте.

Это было ясно видно как по ауре Бага, так и по его ментальному телу, с которым корнол ввиду своей расовой специфики работать не мог. А именно ментальное тело Бага указывало на то, что он обычный хуман. С совершенно мизерными способностями к магии. Чуть более сильный, здоровый, выносливый, но простой хуман.

И всё это несоответствие внутреннего видения девушки и внешнего содержания, то есть поведения, действий и поступков самого хумана настораживало и притягивало девушку. Этот молодой хуман был для неё тайной, загадкой, которую она очень желала раскрыть, но которая с каждым шагом становилась всё больше и больше, даже не приоткрывая своего покрова. А каждый, казалось бы, шаг, приближающий её к истине, на самом деле уводил девушку ещё больше в сторону.

Вот и сейчас Эрея сидела и гадала: «Куда мог подеваться этот несносный хуман? Что он мог забыть в этих туннелях, тем более один?»

Хотя она переживала и волновалась за Бага (правда, спроси кто у неё об этом, она бы всё яростно отрицала), но сейчас Эрея прекрасно понимала, что с большинством встреченных тут опасностей и неприятностей он сможет справиться самостоятельно. Она догадывалась, что эти туннели, которые, казалось, таили в себе смерть для всего живого, не представляют для него серьёзной угрозы.

«Ну да, – с сарказмом подумала она, – кто может быть опасен для хумана, в одиночку одолевшего магического боевого голема. – И сама же ответила: – Два голема или даже восемь. – И эта мысль сначала развеселила её, но потом она почему-то ещё более обеспокоенно стала смотреть в темноту проглядывающего через небольшой коридорчик туннеля. Вспомнив внешний вид Бага и его состояние после схватки с големом, девушка поняла, что хотя он и выглядел относительно нормально, но тот бой дался ему с огромнейшим трудом, каким бы на самом деле он ни был. – А он ещё, даже толком не оклемавшись, рванул куда-то по своим непонятным делам», – со злостью на этого глупого хумана подумала девушка.

И именно в этот момент темноту туннеля перегородила ещё более тёмная тень, возникшая на его фоне.

– Лениавес! – в испуге воскликнула девушка и указала на темнеющую у входа фигуру.

Но оборотень был уже готов к бою, он стоял справа от входа в коридор с наведённым на тень луком.

– Знаю, – спокойно и тихо ответил тот, – он стоит там уже несколько секунд. Я не пойму только, один он или нет. Я и этого-то почувствовал, когда он оказался напротив входа. Но хорошо, что это не маг, а скорее просто какой-то скелетон-воин…

Вдруг корнол, даже не договорив, быстро и резко натянул тетиву с наложенной взрывной, как он её называл, стрелой и выпустил её в направлении виднеющейся фигуры, уже начавшей движение в их сторону.

Мгновение – и звуки сильного грохота и взрыва разнеслись в обе стороны туннеля, а возникшая в результате него вспышка осветила коридор и небольшую часть прилегающей к нему комнатки.

Тень оказалась скелетоном, и он там был не один. Вспышка света от взрыва осветила ещё как минимум четверых, находившихся с левой стороны от входа. Лениавес их видеть не мог, а Эрея успела рассмотреть их очень хорошо.

– Там ещё четверо, – быстро проговорила она, указав на левый угол.

– Значит, их ещё семеро, – быстро ответил ей оборотень. – Отойди назад и активируй браслет, но сначала наложи на меня укрепляющее и обезболивающее плетения, – приказал он.

– Поняла, – сказала девушка, мгновенно отбежав в дальний угол помещения.

Там она села на пол, успокоилась и, войдя в медитативный транс, чтобы не совершить никаких ошибок, активировала оба плетения.

В трансе было проще. Там она могла успокоиться, сосредоточиться, собраться с мыслями и не слышать, как сильно и резко забилось её сердце от выброса адреналина. Поэтому оба плетения вышли у неё идеально точно, будто на занятиях в школе.

Свою посильную помощь оборотню она оказала. На всякий случай Эрея активировала плетение лечения средних и лёгких ран, но пока не стала его применять, оставив это заклинание на всякий случай: вдруг оно понадобится Лениавесу в дальнейшем. Так будет и быстрее и эффективнее его использовать во время боя.

Девушка вообще действовала как на учебном занятии или тренировке, делая всё на уровне автоматизма, заложенного ей различными преподавателями в школе, даже не отдавая себе отчёта в этом. Ведь часть их подготовки и была направлена на то, чтобы сделать из них превосходных боевых магов-лекарей.

После этого девушка, не ослушиваясь приказа, активировала браслет, и её тело покрылось защитным силовым полем.

«Идеальное построение», – восхитилась она работой древних магов.

Теперь этот подарок не казался ей таким уж вызывающим отторжение, как это было в момент, когда этот браслет надел ей на руку Баг. Эрея не призналась бы в этом самой себе, но этим подарком она очень дорожила.

Однако события почему-то всё ещё не сдвинулись с мёртвой точки, и поэтому девушка спросила у корнола:

– Что происходит? Почему они не нападают?

– Похоже, кого-то ждут, – ответил ей оборотень и сразу добавил: – Но вот кого, мне неизвестно.

Однако ждать пришлось недолго. Буквально через несколько секунд в коридоре возникла ещё одна фигура. Её силуэт на фоне темнеющего входа выглядел более массивно, чем тёмная тень пытавшегося первым пройти по коридору в комнату скелетона.

– Похоже, это скелетон-рыцарь, – даже как-то отстранённо прокомментировал увиденное корнол.

Он не стал сообщать девушке, что это не просто рыцарь, а рыцарь тьмы, наивысшая форма нежити среди скелетонов-воинов. Вместо этого он выпустил очередную стрелу. Но она, не долетев каких-то десяти сантиметров до тела мёртвого рыцаря, уткнулась в мгновенно окружившее его чёрное марево, застряв в нём. Ни сама стрела, ни последовавший за нею взрыв не причинили надвигающейся фигуре никакого вреда.

– Рыцарь, да ещё и прикрытый каким-то защитным плетением из области магии тьмы, – бесстрастно и сосредоточенно сообщил Эрее оборотень, но потом тихим голосом добавил: – Что бы ни произошло, не снимай щита и не выходи из этой комнаты.

А сам тем временем выпустил следующую стрелу, но стрелял он не в рыцаря, а в мелькнувшего за его спиной скелетона. Вот его-то взрыв достал основательно.

Однако девушка не успела порадоваться этому маленькому успеху, как увидела ещё одного рыцаря, входящего в коридор.

– Там ещё один, – испуганно сказала она.

– Я вижу, – спокойным и тихим голосом ответил Лениавес.

Девушка не знала, каким трудом даётся ему это спокойствие, ведь оба рыцаря тьмы сфокусировали на нём основное своё оружие и способность, умение вызывать у противника панический ужас и страх.

Корнол из последних сил старался держать ментальный щит, постепенно рушащийся под ментальной же атакой столь сильных противников.

Внезапно давление на него хоть и не сошло на нет полностью, однако уменьшилось.

«Один из рыцарей отвлёкся на кого-то другого, – понял оборотень. Да и чего гадать, тут было слишком мало существ, которые смогли бы привлечь внимание рыцаря тьмы. – Где-то рядом Баг». – Лениавес даже не понял, насколько он ждал помощи от своего странного друга и насколько был уверен в нём.

Сейчас же он усвоил, что у них появился неплохой шанс выбраться из этой западни.

Шедший вторым рыцарь остановился и развернулся в направлении выхода из коридора, а буквально мгновение спустя осыпался, как развалившаяся груда костей.

Лениавес даже заметить ничего не успел, как за спиной шедшего первым рыцаря возникла размытая фигура. Взмах меча – и ещё один противник лежит на полу мёртвой, давно иссохшей кучкой нетленного праха.

Несколько мгновений стоит тишина, а потом в коридоре напротив входа возникает какой-то незнакомый силуэт. При этом из коридора раздаётся тихий и такой знакомый голос:

– Лениавес, Эрея, это я. Выходите. Тут безопасно.

И тень говорившего сдвигается в сторону.

Подходя к месту, где должны были поджидать меня товарищи, я на интуитивном уровне понял, что что-то не так. Но ничего заметить не мог. Хотя опасность исходила опять из того же закутка, где ранее нёс свой тысячелетний пост голем.

«Там кто-то есть», – понял я.

Внезапно туннель и часть комнаты, к которой я подбирался, осветила сильная вспышка света, а потом раздался звук взрыва.

«Лениавес от кого-то отбивается». Но мне всё ещё было непонятно, кто же скрывается там в комнате.

Не знаю почему, но даже после того, как маскирующее плетение с неё было снято, сохранился какой-то странный остаточный эффект. Никакие сканирующие плетения не проникали внутрь этой комнаты. Они начинали работать только в зоне прямой видимости.

Когда я загонял туда корнола с Эреей, то не обратил на этот странный эффект никакого внимания, а теперь понял, в какой опасности они оказались. Ведь они и сами никого не могли заметить, находясь там, пока противник не войдёт внутрь комнаты.

И сейчас там кто-то был.

Накинув на себя маскирующее плетение, которое мне досталось в наследство от Исчадия, я расставил телепортационные маркеры для экстренного отхода, создав для этого пару меток с помощью магических камней. После чего стал осторожно перемещаться вдоль ближней стены к входу в помещение.

Вот раздался второй взрыв и последовала вторая вспышка. А чуть позже ещё взрыв и вспышка повторились.

«Значит, противников несколько или один, но сильный», – рассудил я, продвигаясь вперёд.

Вообще странно сейчас работало моё тело. Я получил возможность наблюдать картинку того, как я двигаюсь, благодаря интерфейсу костюма, который дублировал все мои движения.

Так вот, получалось, будто всё моё тело, не шевелясь, при этом перетекает из одного места и положения в другое. Как такое могло происходить, я даже не догадывался, но данный способ движения был совершенно бесшумен и незаметен со стороны. Это, как я понимал, не относилось к технологии скрыта, которая в основном действовала как некое ментальное поле, отводящее от меня любое направленное или ненаправленное внимание.

Это было что-то из совершенно иной области. И это также оказалось подарком Исчадия, которым я смог воспользоваться лишь благодаря своему экзоскелету. Иначе моё тело просто бы не смогло достигнуть такой гибкости, текучести и лёгкости в перемещении. Я и раньше в лесу мог перемещаться практически незаметно, но это был какой-то совершенно иной уровень бесшумного и скрытного движения, какой-то нереально плавной крадучести, доставшейся мне в наследство от совершеннейшего убийцы. И он напрямую относился к физике тела, никакой магии.

Подобравшись вплотную к проходу, ведущему в комнату, я наконец смог просканировать находящееся передо мной помещение. Всё оказалось не так и плохо, если, конечно, шесть скелетонов и ещё какая-то разновидность нежити, в количестве двух штук, с которой мне раньше не приходилось встречаться, не является серьёзным аргументом для беспокойства.

«Зарегистрировано восемь менто-информационных полей, шесть из них ранее классифицированы как скелетон-воин, два объекта – с неизвестным типом менто-информационных полей, аналогичных друг другу», – отрапортовал ментоинтерфейс и обозначил на виртуальной карте месторасположение всех восьми обнаруженных противников.

Скелетоны стояли по сторонам от прохода и, похоже, просто контролировали подходы к нему, стараясь не попадать на предполагаемую линию огня неизвестного стрелка (кроме Лениавеса, я мало кого могу представить в этой роли), засевшего по ту сторону коридора. Два же неизвестных субъекта перегородили коридор и неторопливо продвигались по нему вперёд.

Из своих друзей я пока никого не видел, но это и понятно: для того, чтобы я смог их обнаружить, мне необходимо оказаться напротив входа в следующую комнату.

Следующим ожило интерфейсное окно кластера:

«Обнаружены конструкты пятого и восьмого уровней.

Конструкт пятого уровня. Описание: конструкт удержания сущности. Точкой материальной привязки служит скелет органического существа. Свойства: поддержание „нежизни” в материальном носителе. Интерфейсное управление: отсутствует. Энергопотребление: пять энеронов в час.

Конструкт восьмого уровня. Описание: сложный составной конструкт, состоящий из трёх модулей. Модуль удержания сущности. Модуль силового барьера облачного типа седьмого уровня. Модуль подавления воли седьмого уровня. Точкой материальной привязки служит скелет органического существа. Свойства: поддержание „нежизни” в материальном носителе. Создание защитного силового поля для материального носителя. Фокусированное воздействие при ментальной атаке на противника. Особое свойство: геометрическая прогрессия для усиления эффекта при совместном действии нескольких аналогичных конструктов. Интерфейсное управление: отсутствует. Энергопотребление: пятьсот энеронов в час».

После этого конструкт вывел подробнейшую виртуальную структурную схему для каждого из обнаруженных менто-информационных полей. Наложив все полученные данные друг на друга, я получил полную картину возможностей каждого присутствующего в помещении объекта.

Разобрав ментоструктуры, я выделил узловые точки в каждой из них для того, чтобы разрушить плетения, удерживающие это подобие жизни в нежити.

Со скелетонами существовала уже вполне отработанная схема, для двух новых экземпляров пришлось немного потрудиться, добавив сначала разрушение защитного поля и только потом уничтожение самого умертвия.

Уже собравшись начать отрабатывать по ранее испробованной и немного дополненной схеме, я разместил виртуальные метки для локальной телепортации над каждым умертвием, когда кластер предложил мне новый, полностью переработанный алгоритм действий. И он показался мне более интересным вариантом.

Во-первых, новый алгоритм гарантированно позволял упокоить мне всю эту нежить. Во-вторых, не тратить на каждого из них больше одного удара. Ну и в-третьих, я всё время забываю о своих новых способностях, таких как поглощение сущности и поглощения сути.

Но ни кластер, ни ментоинтерфейс об этом не забыли, и поэтому для меня был разработан новый алгоритм действий при столкновении с любыми магическими или иными противниками и существами.

Каждый из моих противников всегда нёс в себе два полезнейших ресурса: ментоэнергию и информацию (умения, способности, какие-то возможности и естественные природные модификации, необходимое подчеркнуть). Так вот, вновь созданный алгоритм, переработанный в гипнопрограмму и зашитый в меня на уровень рефлексов, теперь помогал мне не забывать об этом и при любом удобном случае пользоваться этими моими способностями.

Если в напавшем на меня противнике было хоть какое-то врождённое свойство, которое я был способен перенять хотя бы с наименьшей долей вероятности, то я работал с этим существом по алгоритму поглощения сути.

Если же никаких подобных свойств в моём противнике не было, то я просто поглощал ментоэнергию, составляющую сущность любого существа.

«Вот и превратился в ментального вампира», – пошутил я над собой, когда разобрался в сути нового, предложенного кластером алгоритма магической составляющей моего атакующего аспекта. Тем более этот алгоритм гарантировал мне уничтожение абсолютно любого противника в ближнем бою, то есть в зоне действия моих способностей. А она была ограничена длиной моего вооружения.

На данный момент это были мечи, хотя, я так понял, это может быть любой предмет, который я держу в руках и который смогу использовать для нанесения повреждений противнику.

Кластер вообще оценил наличие этих способностей даже более приоритетно, чем свойство аннигиляции материи, которое я мог вызывать. Ведь получение новых источников энергии и тем паче новой дополнительной информации имело для него более высокий приоритет, чем их простое уничтожение, пусть и гарантированное.

Хотя он и способность аннигиляции оценил очень высоко. Например, для боя с противниками, аналогичными встреченному голему, он уже сейчас подготовил и прошил мне в сознание с помощью искателя схему боя, когда время было решающим фактором для обеспечения своего выживания и нужно было за минимально короткий срок уничтожить опасного и неуправляемого противника.

Кстати, как оказалось, свойство аннигиляции вещества и материи не было знакомо кластеру ни в каком виде и не было описано неизвестными создателями в его базе знаний, что меня несколько удивило. Получается, это или чисто природное явление, или разработано оно было гораздо позже создания кластера.

Однако у ментоинтерфейса в его собственной базе знаний оно хоть и в достаточно урезанном и малопригодном для понимания общей теории виде, но присутствовало. И это натолкнуло меня на одну интересную идею.

«Нужно слить базы Искателя и кластера в одну единую базу знаний, – решил я. – При этом необходимо выполнить соотнесение информации между уже имеющимися данными как в одной, так и в другой базе знаний. Есть у меня подозрения, что частично они должны совпадать, только описание к этим данным будет совершенно различное. Вот на основе этих совпадений постараться привести всю имеющуюся в базе знаний информацию к единому виду. Тогда и ориентироваться в ней станет проще, и как кластер, так и ментоинтерфейс будут иметь доступ к одним и тем же данным».

«Построение единого канала для обмена данными с виртуальным аналитическим аппаратом начато», – отреагировал на мои размышления Искатель, обозвав кластер виртуальным аналитическим аппаратом.

На что тот в свою очередь отреагировал следующей фразой:

«Интерфейс взаимодействия с симбиотическим конструктом пользователя настроен. – Однако после этого добавил: – Копирование базы знаний с сервера на локальный носитель не завершено. Выполнено двенадцать процентов. Слияние баз знаний и их анализ станут доступными лишь после завершения копирования базы знаний на локальный носитель».

«Задание по объединению баз знаний в единую область виртуально-эмпирического хранилища временно приостановлено в связи с недоступностью базы знаний аналитического аппарата», – дополнил полученное сообщение кластера Искатель.

Но я и не ждал мгновенного результата, главное, что такая своевременная и полезная мысль не вылетела просто так из моей головы и её выполнение поставлено моими виртуальными помощниками в очередь запланированных на будущее задач и ждёт лишь благоприятного момента для своей реализации.

Однако сейчас пора вернуться к решению наших текущих проблем. Хотя мои мысли и не заняли много времени и обстановка в комнате не сильно изменилась, но и затягивать нельзя. От этого зависит жизнь моих друзей.

И вот сейчас был прекрасный шанс испытать новый алгоритм магической атаки, совмещённый с моими реальными действиями, на практике.

В комнате передо мной присутствовало два типа противников, которые подпадали под обе категории целей: источники ментоэнергии – это все скелетоны и источники знаний и умений – это два последних умертвия, которые передавали мне и необычную защиту. Высокая вероятность в этом случае фокусированной ментальной атаки была обусловлена полной идентичностью структур обоих противников.

Последним шагом отработки и корректировки плана сражения стал анализ вооружения и защитных свойств моих противников как мной самим, так и кластером и Искателем. Были выявлены слабые и сильные стороны их вооружения и экипировки. Магических доспехов у них не было. Магическое вооружение присутствовало у каждого воина. Обычные воины-скелетоны были вооружены мечами с укрепляющими свойствами, при этом они были зачарованы на повышение скорости и силы удара на двадцать процентов.

Кластер сразу постарался получить доступ к конструктам мечей, но они были неуправляемы, что и неудивительно, лично я не стал бы создавать оружие, которое может быть отключено кем-то удалённо.

Он вообще почему-то любое плетение проверял на возможность удалённого подключения и получения контроля, что в общем-то неплохо. Именно эта его особенность помогла мне во время боя с големом.

А вот два последних умертвия были вооружены несколько более серьёзно.

Во-первых, их мечи были зачарованы так же, как и у простых скелетонов, однако дополнительно в них было внедрено заклинание «Поглощение жизни». По сути, оно работало аналогично моей способности поглощения сущности, только было более слабым её аналогом. При нанесении повреждений этим оружием часть ментоэнергии от раненого противника переходила умертвию, восстанавливая его энергетический баланс. Это позволяло ему на протяжении всего боя не чувствовать усталости или апатии, связанной с магическим истощением, его же противники, наоборот, с каждым удачным ударом умертвия слабели всё больше и больше. Но, как и с вариантом обычных скелетонов, этот магический конструкт, привязанный к мечу, не был управляем.

И во-вторых, магическая защита двух умертвий генерировала силовое поле облачного типа, из описания, данного кластером. Так вот к нему мой виртуальный компьютер смог подключиться и получить доступ. Правда, всё управление ограничивалось только панелью регулировки мощности генерируемого силового щита, но и этого уже было достаточно.

Подключившись к нему, я выставил мощность каждого защитного поля на минимум, подготовив тем самым плацдарм для атаки на этот неизвестный мне пока тип нежити. И уже на основе новой информации распределил этапы предстоящего сражения в соответствии с шагами, необходимыми для правильной отработки алгоритма, построенного кластером.

Проанализировав предложенную мной и кластером последовательность действий, Искатель внёс свои дополнительные корректировки для минимизации угрожающей мне опасности и уменьшения вероятности и длительности моего нахождения в зоне повышенного риска и угрозы моей жизни.

На этом была окончена корректировка частностей предстоящего столкновения с нежитью в соседней комнате. Тактическое планирование, уместившееся буквально в сотые доли секунды, растянувшиеся для меня в часы, было полностью завершено.

А дальше начался бой.

* * *

Прыжок.

Наложение структурной схемы, созданной кластером и ментоинтерфейсом на реально видимое мной менто-информационное поле противника.

Внедрение руны построения канала в строго определённую узловую точку, выделенную кластером на ментальной схеме и подсвеченную красным маркером цели, который начинал гореть именно в этом месте.

Взмах меча, взятого у стражей.

Удар и активация свойства поглощения ментоэнергии.

Мгновение – и скелетон кучкой безжизненных костей падает к моим ногам.

Но я этого уже не вижу, так как перехожу к следующей цели.

Прыжок. Внедрение руны. Удар. И активация способности поглощать энергию.

И так ещё четыре раза.

Следующим стало одно из умертвий, которые пытались пройти по коридору в направлении комнаты, где держал оборону Лениавес. Оно почувствовало моё присутствие у себя за спиной и развернулось в сторону выхода, но было уже поздно. Я прыжком оказался возле него.

Внедрение руны создания канала перекачки ментоэнергии в этом случае было лишь резервным вариантом развития событий. Ставка делалась на другое.

Вижу магический силовой щит, окружающий менто-информационное поле нежити, и отмеченную кластером точку с наименьшей областью сопротивления поля.

В этом бою необходимо было работать более надёжным оружием с нейтральным магическим полем, и кластер порекомендовал мне воспользоваться мечом мёртвого медведя. Направленный в выделенную точку, он беспрепятственно прошёл защитное поле и поразил область лёгких, если бы они были у нежити.

Второй меч, вытащенный ранее и взятый на изготовку, выступал сейчас лишь как страховка и был подготовлен для отражения возможной контратаки умертвия.

Активирую способность поглощения сути и знаний этого умертвия.

Возникает ощущение какого-то ледяного потока, пробегающего по телу.

«Регистрирую наличие нового ментомодуля, – сообщает Искатель. И практически сразу: – Регистрирую наличие дополнительного ментомодуля. Источник ментомодулей в обоих случаях один и тот же».

На что ему тут же вторит кластер:

«Обнаружено подключение модульной конструкции седьмого уровня. Модуль один. Описание: защитное поле облачного типа. Модуль два: фокусированное ментальное воздействие. Свойства: защитно-атакующий конструкт. Энергопотребление: дискретное, тридцать энерон на одну активацию».

Нежить стала заваливаться на бок. Я быстро активирую способность поглощения сущности и, откачав из него какую-то часть ментоэнергии, прыжком оказываюсь за спиной последнего противника. По-моему, он даже не отреагировал на моё появление.

Удар сквозь поле. Активация способности поглощения сути.

«Регистрирую наличие нового ментомодуля.

Регистрирую наличие дополнительного ментомодуля. Источник ментомодулей в обоих случаях один и тот же», – сообщает мне Искатель.

Кластер говорит совершенно иное:

«Обнаружены аналогичные конструкты одинакового типа. Произвожу их слияние и усиление направленного воздействия. Текущий уровень конструкта: восьмой».

Всё, бой окончен. Даже не знаю, но горячки схватки не было. Тем не менее хотя в действиях и ощущалась некая рутина, однако радовала слаженная и отточенная работа моего тела, ментоинтерфейса и кластера как единого симбиотического организма. Мы очень органично дополняли друг друга – моя интуиция, ощущения и видение, тактическое мышление ментоинтерфейса и аналитические способности кластера. Всё это работало как единый, хорошо отлаженный механизм.

Проведя этот небольшой бой, я практически мгновенно получил аналитический отчёт по его результатам.

Кластер во время работы с ментоэнергиями заметил узкое место в период активации способности поглощения сущности и внёс несколько предложений по более оптимальному построению моего менто-информационного поля. Им было подмечено, что текущее преобразование ментоэнергии замедляется в момент прохождения её через мой составной преобразователь. Причиной этого послужило то, что он был создан из не настроенной под мои параметры структуры плетения, скопированной у Рыкуна, и моей собственной, аналогичного назначения.

Для Искателя подогнать ментоструктуру Рыкуна под мои параметры было проблематично без проведения многочисленных экспериментов, а вот кластер выполнил эти расчёты всего за пару секунд. А дальше он предложил разделить мою внутреннюю ментальную структуру на две параллельно существующие и не связанные между собой системы циркуляции ментоэнергии.

Одна из них оставалась, как и сейчас, системой внутренней циркуляции ментоэнергий и никак не была завязана на внешнее поступление ментоэнергии. Эта система замыкалась только на получение и передачу ментоэнергии из моего внутреннего накопителя. Получала она её напрямую, так как в моём собственном накопителе ментоэнергия уже была преобразована под оптимальный тип энергии. А вот возвращалась энергия из системы внутренней циркуляции через мой старый, но немного усовершенствованный, благодаря плетению Рыкуна, преобразователь. Делалось это для дальнейшей очистки, циркулирующей в системе, ментоэнергии от различных шлаков и прочего энергетического мусора.

В этом случае скорость циркуляции ментоэнергии по внутреннему кругу повышалась в разы (ни кластер, ни ментоинтерфейс не смогли назвать точную цифру, коэффициент значения варьировался от семи до девяти единиц), эффективность её использования возрастала в два целых три десятых раза. И что самое важное, мой организм постоянно работал с чистой ментоэнергией оптимального для меня типа.

Вторую же систему однонаправленной циркуляции ментоэнергии предстояло ещё создать. Из неё ментоэнергия поступала из-за пределов моего менто-информационного поля через настроенный под мои параметры преобразователь ментоэнергии Рыкуна прямо в мой внутренний накопитель.

Так как преобразователь, скопированный у Рыкуна, работал с гораздо большей эффективностью, чем мой собственный, то и поглощение ментоэнергии теперь не являлось моим узким местом, я мог закачать в накопитель и переработать любой поток поступающей ко мне энергии. Такого высокого КПД преобразования, как в этом модуле ментоструктуры, найденном в ментальном теле маленького зверька, ни кластеру, ни ментоинтерфейсу встречать ещё не приходилось.

Он был мгновенно зарегистрирован кластером как моя собственность и помечен как информация для личного пользования. Кстати, к этой же категории особо ценной информации были отнесены мои способности поглощения сущности, сути, аннигилятор материи, невидимость, доставшаяся мне от Исчадия, его стиль незаметного перемещения и моя система боя, построенная на основе гипнопрограмм, полученных от Искателя и адаптированная во время сражения со стражем.

К реализации параллельно циркулирующих систем ментоэнергии Искатель приступил почти мгновенно, как просчитал эффективность именно такого построения менто-информационной структуры. Особенно его порадовало, что теперь мне были совершенно безопасны любые типы ментоэнергии и работал я с ними с одинаковой эффективностью. Главное, добиться их поступления в моё менто-информационное поле и накопитель.

Дополнительно наличие двух систем позволило разделить выполнение задач по сбору и поглощению ментоэнергии в отдельную подкатегорию и привязать её только к внешней системе закачки ментоэнергии, разгрузив систему внутренней циркуляции от непрофильных функций, которые теперь совершенно не требовалось проводить и контролировать.

Уже в процессе построения выяснилось, что данные параллельные системы циркуляции энергий настолько разноплановы в своей основе, что это позволило ещё больше уплотнить структуру моего менто-информационного поля. Внутренняя система была сжата, и её обтекала более развернутая система поглощения ментоэнергии.

Это создало странный эффект. Как утверждал кластер, я теперь практически не обнаружим никакими сканирующими плетениями. Запеленговать моё местоположение теперь можно было, только если я находился где-то в непосредственной близости от сканирующего, и то меня в этом случае не смогли бы опознать, а только понять, что в этом месте кто-то есть.

Кстати, после того, как кластер и Искатель стали работать совместно, я заметил ещё одну особенность: информация теперь от них поступала в более понятном и упрощённом виде, убирая ненужные подробности. И с каждым разом у них выходило всё лучше и лучше.

Так вот, сейчас, закончив бой и осмотрев место битвы, я убедился, что все противники уничтожены и можно вызволить моих друзей из той западни, в которой они были заперты нежитью.

Я сделал пару лёгких тихих шагов и остановился напротив прохода, так чтобы меня хорошо было видно с той стороны коридора.

– Лениавес, Эрея, это я. Выходите. Тут безопасно, – сказал я в коридор и отошёл в сторону, ожидая пока в комнату войдут мои спутники.

Пока мои друзья собирались и шли по коридору, я быстро осмотрел помещение уже с сугубо хомячьей точки зрения. Мне были интересны мечи и, возможно, ещё какая-то мелочовка, которая могла оказаться здесь.

Но кроме оружия скелетонов и останков умертвий непонятного вида, которые даже сейчас были переполнены энергией тьмы или хаоса, как её тут именовали, в помещении ничего не было.

Я уже собирался пройтись по комнатке и собрать примеченные трофеи, как активировался «инвентарь».

«Переместить выбранные объекты?» – задал вопрос он.

Я не понял, как «инвентарь» определил, что именно эти предметы мне интересны, но были отмечены все мечи и скелеты умертвий.

Я согласился на выполнение поставленной задачи, и все выбранные и помеченные предметы исчезли из комнаты, оказавшись в своеобразном виртуальном отображении «инвентаря», на самом деле попав в различные секции моего подпространственного склада. Причём почти всё оружие попало на склад обычных вещей, кроме мечей двух умертвий, отнесённых к ценностям, а скелеты их хозяев оказались в секции особо опасных предметов.

«Может, из-за того, что они заполнены опасной магией тьмы?» – подумал я и понял, что не ошибся: именно из-за наполнения этих останков энергией хаоса они были очень опасны.

Кластер мгновенно предложил мне несколько конструктов, или плетений, как их именовали местные, которые бы превратили любую из подобранных костей в очень опасный артефакт. Особенно мне понравилось достаточно простое плетение, которое создавало своеобразную мину-ловушку, активировавшуюся, если любое существо, имеющее собственное менто-информационное поле, например та же нежить, пересекало небольшой сторожевой контур. Этот сторожевой контур шёл комплектом к данному плетению и имел достаточно небольшую площадь своего покрытия.

Я практически сразу оценил всю прелесть таких подарков, если их периодически оставлять по ходу нашего движения. Тем более и создать этот артефакт, мину-ловушку, не составляло большого труда. Плетение действительно было очень простым.

«Нужно будет попробовать, – решил я, – тем более чувствую, что оно нам может пригодиться в скором будущем. А радиуса сторожевого контура как раз должно хватить, чтобы перекрыть любой туннель с достаточным запасом».

Подумав об опасных сюрпризах, я вспомнил о боевом големе, так и лежащем посреди туннеля.

Сделав пару шагов назад, я посмотрел на него.

«Переместить?» – загорелась надпись.

«Да», – решил я, буду разбираться с ним позже.

Голем, что меня нисколько не удивило, также был перемещён в секцию опасных артефактов.

Если получится его восстановить, это будет отличный страж. И я знаю, к кому приставлю его в первую очередь.

В этот самый момент в комнату, где только что прошёл мой бой с нежитью, вошёл Лениавес и, остановившись посередине, осмотрел помещение. За ним несмело проследовала та, о ком я думал несколько мгновений назад.

«Эрея. Как же я беспокоился за тебя! – вдруг понял я. – Стража я точно восстановлю, и достаточно быстро». Решение было принято, осталось его реализовать.

Не хочу больше переживать о её безопасности, а лучшего охранника мне найти для неё вряд ли удастся.

Эрея была в недоумении. Она прекрасно видела силуэт воина, появившегося в коридоре, и это не мог быть Баг.

Молодой человек всегда был загружен как какой-то поисковик, с горбом за спиной, являющимся кучей его имущества, в броне, созданной своими руками, и с торчащей во все стороны навесной амуницией.

И поэтому он больше напоминал какого-то дикаря-бродягу, а не бывалого бойца или наёмника-путешественника. Хотя последних она практически никогда не видела, но слышала, что и они относятся к своей экипировке и внешнему виду очень тщательно. Ведь от этого зависели их существование, жизнь и работа.

Но сейчас она могла поклясться, что в соседней комнате был кто-то, больше напоминающий телохранителя её отца или воина тайной стражи, под командованием её деда, но уж никак не Бага. Однако из соседней комнаты однозначно доносился именно его голос. Значит, и он там был.

«Неужели он встретил какой-то отряд или к нам пришла помощь?» Мысль была бредовая, но девушке так хотелось поверить в удачу и счастливое стечение обстоятельств, что она была готова ухватиться даже за эту соломинку.

А поэтому она тихонько спросила у корнола:

– Лениавес, кто там с ним?

– С кем? – не понял тот.

– Ну как с кем, с Багом, он ведь там не один, – ещё тише произнесла она и показала рукой в направлении соседней комнаты.

– Как не один?! – насторожился оборотень, мгновенно выхватив лук и наложив на него стрелу. – Почему я никого не чувствую? – будто у самого себя спросил Лениавес.

Предположив, что сказала что-то не то, Эрея уже менее уверенно продолжила:

– Ну, ты ведь видел воина, что стоял в коридоре, это не может быть Баг?

Поняв, о чём говорит девушка, корнол расслабленно опустил лук и ответил:

– Это он.

И стал собирать вещи, разложенные на полу, вернее, укладывать в колчан стрелы, которые он вытащил, когда готовился к предстоящему бою. Так он быстрее мог выбрать нужную стрелу и произвести выстрел.

– Всё, пойдём, – сказал он девушке. И, посмотрев на неё, вдруг добавил: – Да ты защиту-то сними. – В этот момент на его лице впервые с начала столкновения с нежитью мелькнула улыбка. – Поверь, там, кроме нашего друга, уже никого нет.

Только осознав смысл сказанной оборотнем фразы, девушка увидела, что у неё до сих пор активированы как заклинание лечения средних и лёгких ран, так и защитный браслет. И, быстро распустив плетение, деактивировала браслет. После чего, кивнув Лениавесу, ожидающему её, пошла за ним.

Она почувствовала, что хуман находится где-то рядом, но сразу не смогла увидеть его. Зато в глаза ей бросились кучки костей, бывшие когда-то скелетонами-воинами. Она насчитала восемь штук. Двух должен был поразить оборотень. Ещё шесть кучек останков нежити находилось здесь, в помещении.

«Получается, эти на счету Бага», – подумала девушка.

Однако что-то не сходилось.

И, только подумав об этом, поняла, что она заметила только восемь кучек костей, однако не хватало ещё останков скелетонов-рыцарей. Но она не могла их пропустить. Они должны были остаться в коридоре. И девушка быстро оглянулась. Но и там ничего не было.

«Странно». Так и не поняв, что же её всё-таки смутило – ну, пропали и пропали, – Эрея опять повернулась к лежащим в помещении останкам.

Ещё раз быстро осмотрев помещение, она так и не заметила Бага. Но зато обратила внимание на другую особенность останков нежити. Все кости скелетонов-воинов были целыми, будто тут и не было никакого боя. Однако Эрея прекрасно знала: для того, чтобы уничтожить нежить без применения магии, её нужно разрубить на мелкие части. Иначе она продолжала бы нападать и нападать.

Но скелеты выглядели так, будто развалились сами под действием времени или здесь поработал профессиональный некромант, упокоивший их.

Правда, никакого некроманта тут не было, был только Баг.

«Что же здесь произошло?» – задумалась девушка, вспомнив о ещё двух пропавших скелетонах, которые, по идее, должны были лежать в коридоре.

До неё только сейчас стало доходить, что это сражение пролетело как-то слишком быстро для боя воина и нежити.

«Кто же тут воевал?» – задала вполне уместный вопрос девушка.

Но ответа на него у девушки не было.

Снова осмотрев помещение, но уже более пристальным взглядом, она заметила ещё одну странность. Эрея нигде не смогла увидеть оружие, которое, как она точно знала, должно было быть у напавшей на них нежити.

«Ну, уж это точно дело рук Бага». Ей было приятно, что хоть в чём-то этот странный хуман был верен себе, подчистив это помещение от всех мало-мальски ценных вещей.

И тут она почувствовала направленный прямо на неё взгляд.

Как она могла не заметить его раньше, Эрея не могла понять, однако Баг стоял прямо напротив неё, около выхода из комнаты в туннель. Да это был он, но как же он преобразился за те полчаса, что она его не видела! Теперь стоящий перед ней юноша вовсе не напоминал лесного оборванца. Одет он был в костюм рейнджера-лесовика, похожий на тот, в котором ходил корнол.

Рукояти оружия всё так же угадывались за его плечами, но было там и ещё что-то, укрытое плащом.

«Неужели щит? – предположила девушка. – Тогда откуда он его взял? Хотя при чём тут щит? Вообще, где он смог взять всю эту одежду? И куда делся этот его вечно оберегаемый и огромный рюкзак с вещами? Где он?»

Сейчас хуман был одет, будто собрался на небольшую прогулку недалеко от дома. Никакой сумки с запасами и прочего походного скарба при нём не было. Однако всё же что-то не давало покоя девушке в его облике. Что-то настораживало её. Что-то заставляло поверить в то, что он подготовлен к любому походу лучше и тщательнее многих.

«Опять загадка», – вздохнула Эрея, уже смирившись с тем, что если она хочет разобраться в этом странном парне, то ей нужно просто дождаться, когда он сам ей всё расскажет.

«Но где же он всё-таки?» – этот вопрос так и не давал ей покоя.

Видимо, и у Бага были свои мысли на этот счёт. Однако лицо его оставалось спокойным и каким-то бесстрастным. Девушку это даже несколько обидело. Обычно молодые эльфары так и вились вокруг неё, а вот так спокойно и даже равнодушно к ней относились впервые.

«Ведь ты мой муж, – чуть ли не всплакнув, подумала девушка, мысленно обращаясь к Багу. – Прояви хоть капельку доброты и уважения. Пожалей меня. Знаешь, как мне было страшно здесь, пока тебя не было?!»

И этот упрёк или скрытая правда, казалось, достигли адресата.

Взгляд хумана на мгновение потеплел и просветлел, а потом он заговорил:

– Привет. Это я.

– Привет. Это я, – сказал я смотрящим на меня корнолу и девушке. – Нужно уходить отсюда и побыстрее. Нам идти ещё часа полтора. И мы будем на месте.

Я старался говорить, чтобы отвлечь себя от больших и удивлённых глаз девушки, смотрящей на меня с каким-то недоверием и немым вопросом во взгляде.

Я старался говорить, чтобы отвлечь себя от мыслей, что, по сути, опасности Эрея сейчас подверглась по моей вине.

Нужно было тщательнее выбирать место, где их укрыть. Или не секретничать и взять их с собой. Это я и назначил приоритетным постулатом для ментоинтерфейса и кластера. Всё, хватит мандражировать, впредь больше таких ошибок не повторится. Об этом позаботятся мои виртуальные помощники.

– Значит, так: сейчас выступаем, – сказал я. – Порядок следования прежний. Я впереди, Эрея посередине, Лениавес прикрывает тылы. Вопросы? – И, заметив, как уже начала открывать свой чудесный ротик девушка, закончил: – Вижу, вопросов нет. Тогда вперёд. – И вышел в туннель, направляясь в нужную сторону. Сейчас, если честно, не время для долгих задушевных разговоров.

Когда я вытягивал умения и способности из умертвий, то узнал, что это рыцари тьмы и что они уже успели передать хозяевам города как то, что туннели сейчас практически безопасны, так и то, что они нашли нас. А это значит, за нами уже следует погоня и, скорее всего, нам должны подготовить более серьёзную встречу где-то на выходе.

Конечно, всей нежити, которая есть в городе магов, там не будет по той простой причине, что хозяева города не знали точно, где мы должны были выйти из подземелий, и воины сейчас рассредоточены по всей территории города.

Именно поэтому шанс встретить самих хозяев этого города у портальной арки для нас сильно возрос, особенно если, как полагаю, они очень умны, коль так долго смогли как держать в секрете существование самого города, так и поддерживать подобие жизни в нём.

Поэтому я готовился к большому бою и, возможно, тому, что его придётся вести на два фронта или, если брать в расчёт самый плохой для нас расклад, в полном окружении.

«Нужно подготовиться, – понял я. – Мне необходим небольшой привал. – Решение о предстоящей подготовке к встрече с нежитью было принято. – Придётся сделать те мины, о которых я думал. Они, по крайней мере, на время отсекут погоню, которая уже должна двигаться в нашу сторону. Эта уловка даст нам небольшой шанс на прорыв к портальной арке».

Поэтому я стал высматривать подходящее помещение для небольшого привала. Жаль, что мы уже прошли секретную комнату, она идеально бы подошла для этой цели.

И тут я сообразил, что давно не слышал своего маленького друга. Вернее, когда я последний раз его видел, он был в моём рюкзаке. И я не помнил, покинул он его или нет до боя с големом. Но, разбирая рюкзак и перекладывая его содержимое на склад, Рыкуна я не видел, да и сейчас я его практически не чувствую.

Я сосредоточился на своём маленьком друге и вдруг вполне отчётливо почувствовал, что этот гад, чем-то наевшись, где-то сейчас дрыхнет.

«Рыкун, мы уходим». – Чуть ли не вдолбив эту мысль в его сознание, я поразился произведённому эффекту.

Как-то я забыл о своей теперь способности фокусированного ментального удара. А ведь, по сути, этот мой призыв и был одной из разновидностей подобной ментальной технологии.

В результате бедный зверёк, вскочив, со страшным визгом рванул в направлении моего предполагаемого места нахождения. И добрался он до нас всего за какие-то десять секунд. Не знаю, как он смог преодолеть так быстро разделявшее нас расстояние, но из вентиляционного отверстия под потолком этот визжащий комок яростного и праведного гнева свалился мне чуть ли не на голову достаточно быстро. Потом минут пять я выслушивал его возмущённую речь о разных «тупых детёнышах прасвы», до смерти пугающих бедного старого и больного Рыкунчика, который только и делает, что целыми днями напролёт вытаскивает этого детёныша из неприятностей. И вот только выдался вполне приличный случай, и он наконец собрался немного отдохнуть, как возник «глупый детёныш» и не дал ему этого сделать.

«Глупый детёныш», – вздохнул уже вполне миролюбиво зверёк и полез на своё место, но, не обнаружив у меня за спиной рюкзака, сначала застыл в недоумении, однако, совершенно не растерявшись, растянулся вкруг моей шеи в форме такого пушистого и тёплого воротника. Благо теперь его размеры это вполне позволяли. Так мы и продолжили путь.

По дороге к портальной площади мне стало попадаться всё больше различного магического барахла. Однако теперь во время движения мне не нужно было обязательно идти за ним и стараться как-то его достать, раздобыть или выковырять. С появлением интерфейса «инвентарь» мне стало очень удобно собирать этот различный заинтересовавший меня хлам и прочие вещи, даже если они находились где-то в толще стены, потолка или под землёй. Для меня сейчас главным стало именно их обнаружение и нахождение, а «инвентарь» уже самостоятельно перемещал их ко мне на склад и параллельно проводил сортировку.

Так я в дополнение разжился ещё парой комплектов магических стражей, неизвестной мне металлической конструкцией со следами магии земли, а также прочим магическим мусором, который попадался иногда в совершенно неожиданных местах. Старые обломанные клинки, различные части амуниции магов и воинов, обломки колец, ожерелий, поясов и браслетов, всяческие разряженные амулеты и снаряды от разнообразного стрелкового оружия. Пару раз встретились какие-то драгоценные камни с магическим следом или даже всё ещё заряженные магией.

Заинтересовали меня и различные живые организмы, которые встречались по дороге. Я сканировал их на наличие необычных органов, похожих на те, что притащил мне Рыкун ещё на дереве. А найдя нужные экземпляры, выделенные Искателем по каким-то известным только ему параметрам и назначению, так же помещал на склад, не боясь, что они сбегут или испортятся. На складе любая вещь находилась вне времени и пространства, поэтому с ней ничего не могло случиться.

Кластер старался проанализировать наши находки, но пока никакой особой помощи от него не было, данные магические конструкты, которыми, по сути, и были необычные органы животных, ему были совершенно незнакомы, что однозначно указывало на их естественное происхождение.

В одной замурованной комнате мне попалась пара кольчуг, явно созданных под женскую фигуру. Прикинув на глаз размеры одной из них, уточнённые ментоинтерфейсом, я понял, что она идеально подходит Эрее.

Материал изготовления этих кольчуг, кстати, был тот же самый мифрил, из которого были сделаны мои столовые приборы. Но здесь наличие такого металла меня совершенно не смутило.

Отдать её я решил во время привала, чтобы пока не останавливать отряд и не отвечать на вполне закономерный вопрос, откуда она, который наверняка последует за тем, как я передам кольчугу девушке.

Я решил предупредить своих друзей о предстоящем привале и причинах, из-за которых его задумал.

– Лениавес, Эрея, – тихо позвал я, понимая, что и корнол, и девушка меня прекрасно слышат. – Нужно сделать небольшой привал. Он нам необходим перед прорывом к портальной арке. Нужно подготовиться к тому, что встреча там будет более тёплой, чем я рассчитывал поначалу.

– Это из-за напавшей на нас нежити? – сразу догадался Лениавес.

– Да, это так, – согласился я.

– Их послали специально на наши поиски? – в удивлении спросила девушка.

– Нет, – ответил я ей, – это обычный патруль. В его обязанности, как я понял, входила разведка вновь освободившейся территории и проверка безопасности перемещений на этом участке туннелей. Мы если и были целью этого отряда, то уж точно не основной.

– Почему ты так решил? – спросил корнол.

– Это достаточно сильный отряд, – постарался разъяснить я свои мысли, – чтобы провести простую разведку территории, и при этом не слишком ценный, чтобы бояться его потерять. – И уже более уверенно добавил: – Хозяева этого города очень разумные и циничные существа. Они не будут жертвовать ради такой незначительной для них цели, как разведка подземелий, достаточно ценный ресурс. Вы заметили, что среди напавшей на нас нежити не было ни одного мага, а это говорит о том, что охота была явно не на нас.

– А рыцари тьмы? – спросил корнол. – Это ведь очень сильная нежить.

– Да, – кивнул я, – но не для самой нежити. Магов среди них, как я понимаю, практически нет или их очень мало, а вот существ, наделённых магическими способностями, множество. Потому они представляют гораздо меньшую ценность для хозяев города, чем маги. – И, увидев, что убедил корнола, продолжил: – Так что в задачу встреченной группы нежити входил лишь простой контроль территории. Но вот то, что они успели предупредить своих хозяев, я не сомневаюсь. Поэтому уверен, что погоня уже движется по нашему следу, а у портальной арки нас ждут достаточно серьёзная ловушка и тёплый приём. Отсюда следует, что нам нужно подготовиться и к погоне, и к предстоящей встрече. Чем я и планирую заняться на привале. Нужно кое-что сделать. Да и вам, думаю, нужно будет отдохнуть перед этим.

– Понятно, – кивнул корнол и спросил: – Когда привал?

– Как только найду подходящее место, – ответил я и как раз в этот момент заметил вполне приличный закуток, вернее, обвалившийся туннель. – Остановимся здесь, – указал я на темнеющий чуть впереди поворот.

И направился в нужную сторону. Но не успел сделать и нескольких шагов, как взвыло моё чувство опасности. Видимо, не только я выбрал этот закуток удачным местом для отдыха. Прямо оттуда в мою сторону метнулось что-то крупное, напоминающее мышь-переростка размером с небольшого бычка.

Почему никакие сканирующие плетения не обнаружили эту тварюгу, я не знаю, но даже сейчас в магическом плане она была совершенно невидима.

Ментоинтерфейс мгновенно построил траекторию движения и наиболее вероятный вектор атаки этого подземного монстра. Кластер, как успел, провёл поверхностный анализ, основываясь на данных, полученных от Искателя, и у меня перед глазами появилась виртуальная модель этого животного, наложенная на реально видимого мной монстра, с наиболее уязвимыми его точками.

К сожалению, кластер, да и сам Искатель большего сделать не могли. Казалось, напавший на нас монстр совершенно не имеет менто-информационного поля. Хотя, из их же собственных объяснений, любое живое существо и многие неживые предметы просто обязаны обладать им.

«Значит, или оно неживое, – пошутил я, но это явно было не так, вон как сверкнули клычки этой маленькой мышки, – или оно как-то его маскирует, что более вероятно. Ведь в соседях у этого монстра были такие опасные существа, как исчадия и симбиоты, а и тех и других очень привлекала любая ментальная активность. И они могли сосуществовать здесь рядом друг с другом неизвестно сколько тысячелетий. А значит, это свойство врождённое или приобретённое в процессе эволюции. Не факт, что это сейчас имеет какое-то значение и является важным для меня. Более интересно мне другое: каким образом этот эффект достигается?»

Дальше домысливать я не стал, мы сблизились с этим существом на расстояние удара.

И тут взвыл Искатель:

«Ментальная атака десятого уровня!»

Спасибо. Но было поздно, я уже вполне почувствовал эту самую атаку. Виски сжало с такой силой, будто мою голову собиралось раздавить железными тисками. Даже искры полетели из глаз. Но я удержал сознание, а главное, не сбился с начатой атакующей связки.

Было неясно, насколько живучим окажется это существо, а потому Искатель предложил целую связку ударов, разработанных на основе полученных параметров существа, с десятикратно завышенным предполагаемым уровнем его регенерации, живучести, быстроты и силы. Эта связка должна была с положительной вероятностью обеспечить мне гарантированное поражение особо важных органов этого монстра.

Параллельно с нанесением ударов я друг за другом активировал свои способности.

Удар. Поглощение сути.

Ничего.

Построение канала внутри одного из мечей.

Следующий удар.

Поглощение сущности.

«Регистрирую поступление упорядоченного потока энергии», – сообщил Искатель.

«Хорошо, значит, ментальное тело в тебе всё-таки есть», – понял я.

Будем работать дальше.

Удар, поглощение. Удар, поглощение.

Эта мышь-переросток оказалась не менее живуча, чем, к примеру, тот же страж. Да ещё и по скорости едва уступала мне. Жаль, что её не впечатлило моё мастерство фехтовальщика. Это был как раз один из тех случаев, когда для победы были нужны грубая сила и скорость. И моё тело не подвело, я оказался всё же более быстр и смертоносен, чем встреченный монстр.

После десятого удара животное уже не смогло пошевелиться, и я спокойно выкачал из него всю оставшуюся энергию.

За весь этот бой я пропустил всё-таки пару ударов, но благоразумно успевал подставить под них спину, прикрытую щитом. Поэтому они не причинили мне никакого вреда.

Искатель наконец сообщил, что с вероятностью, превышающей девяносто процентов, такая маскировка была следствием странных и необычных свойств шкуры этого животного. К тому же, когда я наделал в нём энное количество дырок, сканирующее плетение ментоинтерфейса да и я сам смогли заметить внутри этой тушки несколько отсвечивающих магией органов. Кроме того, мне было интересно, с помощью чего этот монстр генерировал настолько сильное, подавляющее волю ментальное поле. Поэтому это чудо местной природы, как и некоторые встреченные до него, тоже отправилось в «инвентарь», получив пометку особо ценного экземпляра.

«Ну всё, и эта скоротечная схватка осталась за нами, – подумал я, осматривая место, где я схлестнулся с монстром. Однако что-то не давало мне покоя и смущало меня в этой фразе. – Да, за нами». – Ещё раз повторив последнюю фразу, я остановился, так как вспомнил о своих спутниках и обернулся.

Все трое лежали за моей спиной. Лениавес ещё подавал какие-то признаки жизни, в том плане что постанывал и беспорядочно шевелил одной ногой, а вот Эрея была совершенно неподвижна. Рыкун же, как это ни странно, лишь потрясывал головой да ругал непонятного зверя. Затем обратил внимание на меня, ругнулся на то, что я сбросил его так неаккуратно, и потом подбежал ко мне. Правда, остановившись на том месте, где лежал труп монстра, спокойно обнюхал капли крови, оставшиеся от мыши, забавно сморщил мордочку и, несколько раз чихнув, взобрался ко мне на плечо. Покрутившись на нём, устроился поудобнее и опять завалился спать.

«Ничем его не проймёшь», – подшутил я над своим маленьким другом и побежал к лежащим на полу туннеля Эрее и Лениавесу.

Быстро оценив их состояние с помощью Диагноста, я наложил на обоих ментомодуль лечения средних ран из своего арсенала и, подхватив девушку на руки, пошёл с ней в найденное мной убежище.

Своей привлекательности от пребывания там монстра оно не потеряло. Внутри его больше никого не было. Оно нам идеально подходило, поэтому я не стал искать что-то другое, а остался там. Тем более логово такого монстра, даже временное, должно гарантированно отпугивать всю местную живность.

Оставив в убежище Эрею, я сбегал за Лениавесом и принёс его туда же.

Ещё раз оценив их состояние, я убедился, что оба пошли на поправку. Правда, состояние девушки было похуже, поэтому на неё я наложил ещё одно плетение исцеления.

По показаниям Диагноста, в себя они должны были прийти минут через десять – двенадцать. Этого времени мне должно было хватить, чтобы сварганить парочку мин.

Просканировав наше убежище и ближайший отросток туннеля и ничего не обнаружив, я сел поближе к выходу из помещения, чтобы вовремя отреагировать на опасность, и занялся созданием артефактов.

Вытащив самую маленькую кость одного из рыцарей тьмы, я просканировал её всеми доступными способами. Сам я видел эту косточку как небольшой тёмный объект, заполненный тёмно-серой ментоэнергией, хотя я почему-то считал, что она должна быть чёрной: видимо, сработал стереотип. Также в ней наблюдались некоторые потоки и нити протекания ментоэнергии. Но сейчас практически все они уходили в никуда, и я это увидел, как только осколок умертвия оказался у меня в руках.

Искатель также провёл сканирование как структуры самой органической материи, то есть костной ткани, так и его менто-информационного поля. Его менто-информационная схема оказалась менее точной, чем моя, однако она была напрямую привязана к материальному носителю.

Кластер же просто констатировал наличие энергии в данном некачественном накопителе и предложил или преобразовать этот накопитель во что-то более надёжное и полезное, или изъять всю энергию из этого объекта, пока она не была полностью утеряна.

Для создания артефакта к материальному носителю необходимо было привязать определённый конструкт (плетение), наполнить его энергией и активировать. В нашем случае оставалось только внедрить плетение в кость и активировать уже полученный артефакт. Ну и позаботиться о том, как ликвидировать утечку ментоэнергии, которая постоянным потоком вытекала из останков умертвия.

Получив все эти данные, кластер оценил моё видение менто-информационных полей как неординарное и уникальное. Поэтому постарался выделить это моё умение как некую уникальную способность, однако у него ничего из этой затеи не вышло. И тогда он принял эту мою особенность за данность и просто внёс коррективы во все свои расчёты и измерения, выставив данным и информации, полученным именно от меня, самый высокий приоритет достоверности. Привязку и соотнесение он уже проводил совместно как по моему видению окружающего мира, так и по данным, полученным от ментоинтерфейса. Объединив все данные в общее математико-аналитическое описание процесса, кластер сливал их в единую менто-информационную структуру, на основании которой строил виртуальную модель находящегося у меня в руках заряженного каким-либо типом энергии предмета.

Так он собирался работать и впредь. Тройная проверка данных, полученных из разных источников, его устраивала, как никого другого.

Дальше, уже работая только с полученной виртуальной моделью менто-информационного поля предмета, он проводил внедрение необходимого конструкта в её структуру, вычисляя наиболее оптимальные и эффективные точки привязки. Создавал в структуре менто-информационного поля предмета необходимые каналы и силовые линии, связывающие материальный предмет и внедрённый в него конструкт. Прокладывал эти каналы с учётом перекрытия наведённых полей, узких мест и взаимоблокировок.

После чего полученная, уже преобразованная структура передавалась ментоинтерфейсу, который, ориентируясь на материальный носитель, совместно со мной проводил слияние созданной виртуальной модели и её реального оригинала.

Таким образом выполнялось замещение текущей структуры менто-информационного поля на его уже изменённый и доработанный вариант. И что самое важное, провести эту операцию оказалось гораздо легче, чем самостоятельно выполнять привязку созданной кластером структуры к каждой узловой точке реального менто-информационного поля предмета.

Мы экономили очень много времени и, как оказалось, энергии на связывание структур, так как в случае прямого внедрения всей структуры, созданной кластером, энергия требовалась только на воссоздание виртуально построенной модели в уже существующей структуре предмета. При ручном самостоятельном построении требовалось учитывать затраты на закрепление и удержание уже воссозданных участков. Здесь же внедрялась уже стабильная и работающая ментальная модель.

Следующим шагом должно было стать внедрение ментомодели и активация артефакта. Но тут возникла одна проблема.

Хотя виртуальная модель и давала достаточно стабильный результат, однако в результате мне пришлось поработать и руками. Причина заключалась в том, что, по сути, в одном артефакте невозможно было смешивать различные функции. И если артефакт служил накопителем ментоэнергии, как это было в нашем случае, то внедрение любого другого плетения или их связки в этот артефакт уже было провести невозможно. Находящаяся внутри артефакта, уже выполняющего роль накопителя, ментоэнергия дестабилизировала внедрённое плетение, и артефакт либо разрушался, либо срабатывал преждевременно с моментальным высвобождением ментоэнергии. Что чаще всего приводило к мгновенному взрыву.

Однако существовало одно исключение. Это правило можно было обойти, если создавался артефакт разового использования. В этом случае дестабилизация плетения и служила его активирующим фактором. В результате нужно было управлять лишь критерием стабилизации плетения и моментом начала его срабатывания. Тем более в нашем случае взрыв и являлся тем результатом срабатывания плетения, что мы хотели получить, следовало только каким-то образом внешне произвести стабилизацию плетения в артефакте. И тогда, как просчитал кластер, для оптимального и стабильного построения ментоструктуры внутри уже готового и существующего поля на материальный носитель необходимо было предварительно нанести определённые связывающие или ограничивающие иероглифы-руны. Благо полный их список был уже доступен кластеру без постоянных запросов к серверной базе знаний.

Так же неплохо было бы создать благоприятные для протекания ментоэнергии естественные каналы в структуре материального носителя, но это уже как получится.

Так вот этим я и занялся перед тем, как внедрить в кость созданную кластером ментальную модель.

По сути, следующие минуты я был занят тем, что увлекательно осваивал азы резьбы по кости, в чём, кстати, мне очень помог ментоинтерфейс. У него была какая-то странная гипнопрограмма, позволяющая осваивать народные ремёсла, которую он мне и закачал. В ней был небольшой подраздел, связанный с различными типами декоративного искусства, в том числе несколько гипномодулей, посвящённых резьбе по дереву и кости.

Когда кластер узнал о наличии у меня этих новых умений и оценил их возможности, то он к тому же пересчитал и общую оптимальную форму, которую я должен был подготовить для материального носителя.

И уже с учётом новой схемы построения артефакта я начал работу.

Хотя раньше я никогда ничего подобного не делал, однако кластер счёл результат моего кропотливого труда удовлетворительным.

По своей форме артефакт теперь больше напоминал какой-то сюрреалистический цветок, созданный воображением сумасшедшего, но при этом гениального мастера, который был изготовлен из кости явно какого-то разумного. Честно говоря, получилось одновременно жуткое и завораживающее изделие, я даже первые несколько мгновений не мог поверить, что это дело моих собственных рук. Однако кластер уверял, что это наиболее оптимальная форма для изготавливаемого артефакта. К тому же его активация теперь должна была проводиться достаточно просто, нужно было всего лишь переломить стебель цветка – и его бутон уже работал как активированный артефакт. Ну и конечно, можно было активировать этот же артефакт стандартным магическим способом, отправив в одну из его узловых точек небольшой посыл ментоэнергии.

В общем, моей творческой работой все остались довольны, и я перешёл к следующему шагу. Внедрение и закрепление новой структуры в моём первом, самостоятельно созданном артефакте. И оно прошло на ура. Никаких проблем и неувязок не было. Все узловые точки и каналы были расположены в строго отведённых для них местах. Циркуляция ментоэнергии внутри артефакта была равномерной, узких мест и заторов я не наблюдал. Утечка ментоэнергии пропала. Артефакт теперь мог прослужить достаточно долго. Жаль, что мне этого не нужно.

Активацию мины-ловушки я оставил на потом, когда буду её применять, а сейчас я просто смотрел представленный мне по этому артефакту отчёт от кластера и Искателя.

«Описание: артефакт, созданный на основе кости некогда живого органического существа. Тип существа: неизвестен. С вероятностью более шестидесяти процентов расовая принадлежность – хуман (местное самоназвание). В основе ментального поля зарегистрирована ментоактивная структура.

Свойства структуры: артефакт объёмного взрыва, активация производится при помощи пассивного сигнального контура».

«Дополнительное описание, – тут шло описание, представленное уже кластером, – конструкт пятого уровня. Составной конструкт. Модуль один. Высвобождение энергии. Модуль два. Сигнальный контур. Свойства: мгновенное высвобождение энергии, сопровождающееся взрывом. Активация модуля происходит по сигналу, полученному от системы внешнего обнаружения. Внешнее управление: не предусмотрено.

Энергопотребление: не требуется, работает за счёт внутреннего энергозапаса».

С первым артефактом пришлось повозиться немного дольше, однако потом дела пошли гораздо веселее. Основное время теперь тратилось на моё художественное творчество. Всё остальное происходило практически мгновенно: сканирование нового материального носителя, корректировка модели в связи с поступлением новых параметров; расчёт и разработка оптимальной формы носителя; подготовка материального носителя для внедрения менто-информационной модели. И само внедрение.

И так ещё два раза.

* * *

Я как раз заканчивал пятый артефакт, когда почувствовал, что очнулся Лениавес.

– Как себя чувствуешь? – не отрываясь от работы, спросил я у него.

– Бывало и лучше, – ответил корнол и в свою очередь спросил: – Что произошло? Я помню только момент, когда на нас кинулась какая-то огромная тварь. А потом мой ментальный щит не выдержал, и я провалился в забытье.

– Всё так и было. Какая-то местная зверюга, похожая на мышь-переростка (хотя я и сказал мышь, но корнол почему-то прекрасно понял, о ком идёт речь) кинулась на нас. Я уже был достаточно близко от неё, когда она, видимо, применила свой коронный удар. Именно он и вырубил вас. Я выдержал, хотя и с трудом. Ну а дальше было делом техники разделаться с этим монстром. Была с этой мышкой пара странностей. Может, ты сможешь объяснить?

– Хорошо, – согласился он, – только ещё пара вопросов.

– Давай, – кивнул я.

– А куда делся труп животного? Я его не вижу. И в туннеле его нет. Чувствуется только кровь. Неужели я так долго был без сознания, что ты его уже успел разделать? Но не может такого быть, моё чувство времени говорит, что не прошло и получаса с момента нападения.

– Оно тебя не подводит, – согласился я. – Тварь я не успел ни разделать, ни приготовить. К тому же я был занят более важными делами. А её я решил просто забрать с собой, вот и всё.

– Как это? – По лицу Лениавеса не было заметно, что он хоть что-то понимает.

– Ну, тут всё просто, – я похлопал по сумке медведя, перекинутой через моё плечо и висящей сейчас чуть сбоку, – у меня есть одна замечательная котомка, которая внутри гораздо более вместительная, чем выглядит снаружи. Вот туда я и закинул тушку этого монстра. Ну и весь свой остальной скарб.

– Неужели это настоящая сумка странника?.. – удивлённо проговорил корнол. – Я знаю о подобных артефактах. Даже у меня есть подобная сумка, вернее, её жалкая копия, вот она. – И он встряхнул свой небольшой мешок, висящий на поясе.

«А я всё думал, как он оттуда умудряется доставать различные вещи, а секрет-то вот в чём».

– У эльфаров и гномов, – продолжил между тем говорить Лениавес, – тоже существуют её аналоги, и они более качественные, чем моя. Например, та, что принадлежит Эрее. Но чтобы добиться такого, как у тебя, соотношения размера и внутреннего объёма… Я даже и не знаю, что сказать. – И, немного подумав, корнол всё-таки добавил: – Этот артефакт должен был создать или очень талантливый маг, скорее всего маг иллюзий и воздуха, или это может быть какая-то поделка демонов, или это может быть ещё более ценная разработка древних магов. Хотя, конечно, возможно, кто-то ещё способен добиться таких результатов.

Лениавес осторожно протянул руку и попросил у меня сумку. Повертев её в руках, рассмотрел со всех сторон, стараясь не заглядывать внутрь, объясняя, что это может быть очень опасно, если это сделает не хозяин. После этого Лениавес уже более тщательно обследовал её с помощью «магического ока».

– Жаль, – разочарованно произнёс он, – я думал, это артефакт древних, но это всего лишь очень качественное изделие какого-то из демонов-магов.

– Разве демоны работают не только с магией тьмы? – уточнил я, хотя и сам понимал, что это было бы достаточно глупо и не очень дальновидно с их стороны, но кто этих демонов знает?

– Нет, конечно, – улыбнулся корнол, – это ещё одно общественное заблуждение. Среди них есть маги различных направлений. Просто в большинстве своём демоны более склонны к магии тьмы и смерти, как, впрочем, и большинство жителей нижних планов, но встречаются среди них и маги любых других школ и направлений. Основным ограничением среди их магов служит то, что у них практически нет универсалов. А это значит, что работать один и тот же маг с разнонаправленными типами энергии не может. Зато каждый демон-маг неимоверно силён именно в своей стихии, и поэтому прямые столкновения с ними на его территории чаще всего обречены на поражение. Ну и конечно, существуют различные расовые ограничения, от них никуда не денешься. Также среди демонов очень мало магов жизни, а если и есть, то невероятно слабые, и практически не встретишь светлых жрецов и магов света. – Немного помолчав, он добавил: – И если мы уж заговорили о различных планах реальности… Сейчас мы находимся в одном из срединных планов. Здесь основной упор делается на магов различных стихий и элементалей. Однако из-за нашей близости к нижним планам тут достаточно много магов и тьмы, и смерти. Также встречаются целые расы, способные работать с каким-то определённым типом магии. Ну и очень много магов жизни. Вообще, отличительным знаком срединных миров является наличие большого количества магов жизни.

– А ещё какие планы существуют?

Этот интерес был вовсе не праздным, я прямо кожей чувствовал, что портал, к которому мы движемся, ведёт куда-то за пределы этой реальности.

– Ну, есть ещё верхние планы. Там обитают существа, которых многие именуют богами и ангелами. Но на самом деле это такие же разумные, как и мы. Где живут настоящие боги, никто не знает. Возможно, это было известно древним, но нам они никаких подсказок на этот счёт не оставили. Маги верхних планов тяготеют к магии света, но там так же есть и представители всех остальных школ, как и у нас или на нижних планах, просто их гораздо меньше.

– А что за прорыв инферно, о котором ты говорил и свидетелями которого мы стали? – спросил я. – И что за инфернальная магия?

– Ну, это уже внутренняя градация нижних планов, к инферно относятся более нижние и удалённые от нас планы. Здесь бы тебе более подробно рассказал какой-нибудь демонолог или некромант, это в основном их рабочие области. Но вообще сейчас общепринято называть случайно образовавшийся портал в нижние планы или из них прорывом инферно. Через подобные порталы в наш мир часто попадают очень странные существа, и чаще всего это какие-либо монстры, привлечённые мощнейшим выбросом магической энергии при образовании естественного портала. Пробои же в верхние планы называют светлыми порталами. Через них к нам также проходят монстры и волшебные существа, ведь и там обитают разнообразные животные и хищники. Но об этом почему-то многие забывают или предпочитают не думать. Хотя иногда сквозь такие случайные естественные порталы в наш мир попадают и существа, которые потом органично ассимилируются в нашей реальности. Например, таковы грифоны, они попали к нам из одного нижнего плана, кстати расположенного очень удалённо от нас. И свободно расселились по территории всего Леса и прилегающим к его границам горным отрогам и скалам на побережье. Тот портал, через который они попали в наш мир, между прочим, до сих пор устойчив, и на его границе постоянно несут вахту рейнджеры империи Ларгот. Другим же примером удачной ассимиляции являются единороги, которые к нам были завезены из верхних планов реальности. Именно завезены одним из первых посольств, но в результате какого-то происшествия несколько их табунов оказались на территории Леса. Где они и расселились. Кстати, те единороги, что обитают у нас, очень сильно отличаются от своих далёких предков. Они более сильны, выносливы и обладают уже своими собственными магическими способностями. Так вот, и те и другие животные приручены и используются во всём мире как отличные верховые животные. И таких примеров множество: виверны, пегасы, василиски и многие другие. Так что через такие порталы происходят не только вторжения, какое мы могли наблюдать с тобой в Лесу, но и не менее полезные результаты. Ну а с инфернальной магией ещё проще. Ею называют смесь магии тьмы и смерти. Маги, обладающие сочетанием именно этих двух направлений, очень редки в срединных планах, зато среди жителей нижних планов это основное сочетание магических способностей.

– Понятно, – ответил я на весь этот рассказ корнола и решил сразу уточнить, коли он так точно смог определить принадлежность котомки медведя к демоническим изделиям: – Тебе, случайно, незнаком материал изготовления моей котомки? – И я вновь протянул ему сумку.

Лениавес снова взял её в руки и более тщательно прощупал её поверхность.

– Знаешь, не очень. Вроде и похоже на шкуру дракона, но это точно не она. Более эластична, хотя так же нейтральна к магическому воздействию. Нет, не знаю. А тебе что, и самому не известно это? – спросил он.

– Да. Жаль, конечно, думал побольше узнать о месте её изготовления или о том, кто её сделал.

– А что, бывший её владелец ничего тебе не рассказал? Или ты не спрашивал? – задал мне вопрос оборотень, явно намекая на что-то.

Намёк был мной понят правильно, и я ответил на него, улыбнувшись во весь рот:

– Бывший её владелец мёртв, – и, посмотрев на корнола, добавил: – Несколько уж сотен лет как. – И уже довольно обыденно сказал удивлённо смотрящему на меня Лениавесу: – Да нашёл я её.

– А-а-а… – протянул он. – Ты везунчик, не всякий сможет похвастаться такой находкой.

– Да я и не отрицаю, – усмехнулся я.

Лениавес, посмотрев на меня, над чем-то задумался, а потом, будто вспомнив что-то, сказал:

– Ты ведь хотел что-то у меня спросить?

– Хм, – задумался я, – да я и не знаю, может, ты и ответить не сможешь.

– А ты попробуй.

– Ну… – протянул я, – на первый мой вопрос ты, по сути, уже ответил. О сумке ты сейчас рассказал достаточно много. Ещё я хотел уточнить у тебя как раз о её бывшем владельце. Думал, возможно, ты что-то слышал о представителях их расы и кто это вообще такие. – И я описал найденного в потайной комнатке мёртвого медведя.

– Знаешь, ты всё время подкидываешь мне такие вопросы, на которые у меня нет ответа. О такой расе я даже не слышал. Если это оборотень, то он после смерти должен был принять свой истинный облик, получается, ты видел именно истинный облик того разумного. Но никого подходящего под твоё описание я вспомнить не могу, даже среди вымерших рас. Думаю, это кто-то из демонов, коль и сумка твоя примерно того же происхождения.

– Согласен, – ответил я, – примерно так я и подумал, когда услышал твой рассказ. Но решил всё-таки уточнить. – И замолчал, так как в этот момент нужно было внедрять плетение в заготовку артефакта.

Лениавес не понял, что я отвлёкся от разговора по другой причине, и спросил:

– Что-то ещё?

А меня удивило другое: почему корнол не заметил моих манипуляций с магией. Но на этот вопрос мне дал ответ кластер.

Оказывается, я при внедрении работал с настолько малым объёмом ментоэнергии, что обнаружить его без специальной подготовки было практически невозможно. Мою работу с энергиями сейчас мог заметить только другой сильный видящий, похожий на меня. Но таких личностей поблизости не наблюдалось.

Однако, как сообщил тот же кластер, если начнёт работать моя вторая система циркуляции ментоэнергии, то и эти мои манипуляции станут совершенно незаметны, так как система сбора ментоэнергии будет успевать закачивать в свой внешний контур любые близлежащие выбросы ментоэнергии. А это наступит очень скоро. Ментоинтерфейс обещал закончить построение второго уровня циркуляции ментоэнергии уже в ближайшие десять минут.

Кстати, как рассчитал кластер, для меня станут совершенно безопасны любые энергетические выбросы и воздействия (в том числе и магические атаки) вплоть до пятого уровня. Дальше уже пойдёт уменьшение степени воздействия до тех пор, пока моя система закачки ментоэнергии будет справляться с поступающим в неё потоком. Ну а потом нужно будет работать как вполне обычному магу, то есть использовать щиты и прочие отводящие и защищающие плетения.

Что и предложил сделать кластер, привязав автоматическую генерацию нескольких защитных конструктов к перегрузке моего менто-информационного поля. Это должно было защитить меня как от энергетического перенасыщения, способного выжечь мне всю ментальную структуру, так и меня самого от разного рода магических атак и воздействий.

Я конечно же согласился на столь нужное предложение. Однако его пришлось пока отложить. Во-первых, не была закончена система внешней циркуляции ментоэнергии. И во-вторых, не были доступны схемы предложенных кластером конструктов. В серверной базе знаний они проходили под грифом ограниченного доступа, но он обещал, скопировав полностью всю базу знаний, разобраться со всеми доступами и получить возможность работать с закрытой пока информацией.

Все эти мысли пролетели в моей голове мгновенно, и я увидел ожидающий моего вопроса взгляд корнола. Поэтому спросил его о том, что хотел узнать ещё, когда он очнулся:

– А о том звере, что напал на нас сейчас, ты ничего не слышал? Просто у него слишком уж необычные свойства, чтобы о нём не просочилось какой-нибудь информации.

– Я, честно говоря, и не увидел ничего особенного. Сильной ментальной атакой обладают многие обитатели Леса. Под твоё внешнее описание подпадает пара животных, но они не достигают таких размеров и не живут под землёй. Даже не знаю. Может, есть ещё какая-то особенность, на которую ты обратил внимание? – спросил он у меня.

«Чёрт, как же я забыл!» – отругал себя я.

Я же забыл рассказать, почему нападение твари оказалось настолько неожиданным для нас.

– Да, есть ещё одно, – ответил я Лениавесу. – Не знаю, важно это или нет, но это существо совершенно невидимо магически. Будто у него вообще нет ауры. Хотя ранив его, я понял, что это обычное животное и его магические способности и аура находятся внутри его и скрыты его уникальной шкурой.

Лениавес задумался, а потом ответил:

– Я слышал о чём-то подобном, но это было лишь мельком и очень давно. Я сейчас даже не могу вспомнить, при каких обстоятельствах у меня оказалась эта информация. Но, по крайней мере, точно помню, что именно о животном с такими магическими свойствами и шла речь.

– Это раланг, – вдруг раздался из-за спины корнола голос девушки.

Я, если честно, уже давно почувствовал, что она полностью пришла в себя, да и Диагност мне вовремя сообщил об этом. Но мне не хотелось привлекать к этому внимания.

«Пусть полежит и оклемается немного», – решил я.

И сейчас Эрея сама решила напомнить о себе.

– Как ты? – первым делом спросил я у неё.

– Да вроде неплохо, – ответила девушка. – Такое ощущение, что со мной поработал неплохой лекарь.

– Ну, молодой организм и не на такое способен, – сказал я, не говорить же, что это я лечил её и корнола. Тем более её лечением я занимался дважды.

– Странно. – Девушка как-то подозрительно посмотрела в мою сторону и перекинулась взглядом с оборотнем. Она поднялась со своего места и подсела поближе к нам. – Даже голова не кружится, – удивлённо добавила она. И, посмотрев на меня, уже прямо спросила: – Ты ничего не хочешь сейчас рассказать?

– Да не очень, – честно ответил я.

– Ладно.

Как-то было даже странно, что она так спокойно отнеслась к моему отказу. Раньше Эрея реагировала более импульсивно на подобные отговорки. Похоже, девушка стала свыкаться, что если я не хочу, то рассказывать ничего не буду.

Лениавес-то это понял давным-давно и перестал задавать мне всякие вопросы насчёт моего прошлого или моих способностей и умений. Ну, знаю, умею – и хорошо.

– Так что за раланг? – спросил у неё корнол, чтобы как-то разрядить обстановку и отвлечь девушку от щекотливой ситуации.

– Странно, что вы не помните, – удивлённо проговорила девушка, обращаясь к корнолу на высоком эльфаре, – ведь о подопечных моего деда вы знаете.

Видимо, последняя фраза девушки разбудила цепочку воспоминаний корнола.

– Всё, я вспомнил, при каких обстоятельствах слышал об этом животном, – проговорил он и замкнулся в себе, похоже не собираясь продолжать разговора, пока по крайней мере.

Я же сидел и думал о том, что же это должны быть за подопечные, которые вызывали у него такую бурю чувств.

«Жаль, что я не слышал их прошлого разговора», – проскользнуло сожаление о пропущенной возможности узнать побольше о моём загадочном друге.

То, что он не простой боевой маг-путешественник и преподаватель Академии магии, я понял уже давно. Но все основные ответы на мои вопросы крылись в его прошлом, о котором он, как и я, особо не распространялся. Видимо, это служило ещё одним из факторов, сдерживающих собственное любопытство корнола. Если ты не хочешь, чтобы кто-то копался в твоём прошлом, так и не делай этого сам.

«А я сам вроде и не хочу, и мне очень любопытно. Поэтому придётся до всего доходить самому. Ну или узнать у Эреи, о чём же тогда шла речь», – решил я.

Ладно, а пока, я думаю, она не будет против рассказать мне о том животном, которое на нас напало.

– Эрея, – уже я спросил у девушки, – так что насчёт напавшего на нас животного, что ты можешь о нём рассказать? Что это за раланг? Я так понял, тебе он знаком, ну или, по крайней мере, ты о нём слышала?

– Да, – согласилась девушка, – этот зверь известен Лесному народу. – И, вздохнув, начала рассказывать: – Насколько я знаю, он ценится именно из-за своей уникальной шкуры, полностью скрывающей ауру укрытого под ней разумного. Из неё делают специфическую одежду, позволяющую незаметно проникать через охранные заклинания.

«Угу, – понял я, – теперь я догадываюсь, о каких подопечных деда Эреи идёт речь. Диверсанты и убийцы на службе короны. Незаметно пришёл и незаметно ушёл. Никакой особой защиты эта шкура не даёт. А невидимость обеспечивает идеальную. Незаменимая вещь в их профессии. Ну, ещё для воров, думаю, полезна. Для разведчиков. Или если нужно скрыть чьи-то уж слишком выдающиеся способности к магии жизни. – Я посмотрел на девушку. – Нужно будет найти кожевника, который сможет правильно обработать эту шкуру, а то я, если примусь, только испорчу её».

Видимо почувствовав мой взгляд, девушка посмотрела на меня и, как-то зябко передёрнув плечами, продолжила рассказ:

– Кроме того, есть несколько ценных внутренних органов, которые перекупают алхимики, знахари и маги жизни. Из них создаются целебные настойки и ингредиенты. Также мне известно, что из какого-то органа этого существа изготавливается эликсир, который используется воинами, чтобы увеличить свою силу и выносливость. И этот эликсир очень ценен. Но я не знаю, из какого именно. Однако если мне их изучить, то я думаю, сумею с этим разобраться. По сути, это всё, что мне известно. Как и кем добывается это животное, я не знаю. Но теперь понимаю, что это не такое уж простое занятие. Тем более я не предполагала, что оно встречается в подземельях городов. Я думала, это животное обитает где-то на территории Леса.

– Всё возможно, – сказал я девушке, – и, вероятно, встречается не только здесь.

Пока мы говорили, я машинально уже заканчивал сооружать шестой артефакт, и наконец мои действия, которые я проводил с какой-то даже автоматической монотонностью, привлекли внимание девушки.

– А что ты делаешь? – спросила она у меня.

Она ещё не до конца пришла в себя и поэтому пока не применяла заклинания магического видения, чтобы рассмотреть мои творения, но это было лишь делом времени.

– Ну, помнишь, – ответил я, – перед тем, как на нас напала эта мышь-переросток, я говорил, что мне нужно подготовиться. Вот, по сути, для создания этих вещичек мне и нужно было время. Думаю, что ещё четыре-пять штук – и полученных мин нам хватит с запасом.

– Что? – не поняла девушка.

– Ну, я называю их мины-ловушки, – дал я своё разъяснение девушке.

– Что за мины-ловушки? – так и не поняла Эрея.

– Ну, это такие артефакты, которые должны сработать, а по сути, произойдёт взрыв, правда, я не знаю, какой силы, когда границу их сторожевого контура пересечёт какое-либо существо, обладающее хоть какой-то аурой. Например, нежить.

– Интересно, – сказала девушка, – я о таком не слышала.

– И я тоже, – вступил в наш разговор Лениавес. – И кто научил тебя делать эти артефакты?

– Были знакомые, – ответил я, не вдаваясь в подробности.

– Дай мне, пожалуйста, взглянуть на один из них, – попросил он и протянул руку.

Скрыть эти подарки, которые я собирался оставить для нашей погони, у меня вряд ли получится, а поэтому я передал ему один из уже законченных артефактов.

– Только поосторожнее, а то рванёт, хотя они ещё не активированы, – предупредил я Лениавеса.

В ответ на моё замечание раздались укоризненный смешок со стороны девушки и ворчливое бормотание корнола:

– Поучи меня ещё тут. – Однако мне ответил он вполне серьёзно: – Хорошо, я понял.

И начал рассматривать попавшую в его руки мину.

– Ну, что скажете? – спросила у Лениавеса девушка на эльфаре. – Я, как только вы заговорили о них, проверила. Это неплохие артефакты, заряженные магией тьмы и смерти.

– Неплохие, – усмехнулся на её слова корнол, – да во всей академии найдётся не больше десятка магов тьмы, способных изготовить нечто подобное. Это же чистейшая работа. – И корнол показал девушке обводы получившегося у молодого хумана артефакта, принявшего форму увядающего цветка. – Взгляни на это магическим зрением. – Он протянул Эрее артефакт. И, дождавшись, пока она активирует плетение «Взгляд Цеперны», продолжил: – Ты видишь, он даже не внедрял в артефакт плетение, он, по сути, вырезал структуру плетения на нём самом, тогда как тот является уже заряженным накопителем. Посмотри на эти идеально проложенные линии силы и тока магической энергии, напрямую связанные с выбранной формой и внешним видом заготовки. Благодаря этому токи энергии нигде не пересекаются, не мешают друг другу и не смогут во время работы вызвать дестабилизацию структуры плетения. А теперь взгляни на эти закрепляющие руны. Это простейшие руны изначального алфавита, он явно подсмотрел их у меня. Правда, и вырезал он их слегка изменив. Но я думаю, это связано с тем, что он видящий и смотрит не на внешний вид предмета, руны или плетения, а старается заглянуть в их суть и рассмотреть её и изображает их уже в соответствии со своим видением. Я даже подозреваю, что его руны дают больший эффект, чем стандартные. Кстати, нужно будет это как-нибудь проверить. Трудно сказать, кто и где мог его подобному обучить, ведь это позволяет создавать артефакты даже не магам. Я так думаю, что во многом ему помогли его способности видящего, но факт-то остался фактом. Он, по сути, не применяя магию, создал вполне рабочий магический артефакт. Это значит, что подобному можно обучить и других видящих. Это очень ценная информация. Ведь как маги раньше они были абсолютно бесполезны, а теперь они самостоятельно смогут создавать простейшие одноразовые артефакты на основе уже подготовленных накопителей магической энергии. Правда, сложно будет создать основу подобного курса, но, думаю, наши маги-артефакторы с этим прекрасно справятся. Тем более я постараюсь притащить к ним или самого Бага, или парочку его изделий.

Лениавес замолчал, продолжая рассматривать необычной формы артефакт, который так и притягивал взгляд своей странной и непривычной красотой и смертельной опасностью.

– Интересная идея, – не сильно разделяя его восторга, сказала девушка, – но меня больше интересует другое. Ведь он работал сейчас с артефактом, заряженным магией тьмы и смерти. Откуда он взял все эти кости, которые и являются своеобразными накопителями магической энергии?

– Видимо, ты всё же не слышала начало нашего разговора, – обратился к ней Лениавес. И, помолчав, сказал: – Моё подозрение, что в Лес он попал через это подземелье города древних, подтвердилось. Я так понимаю, что и этот ход выбран им был не случайно.

– Почему вы так думаете? – даже несколько официально спросила у него девушка.

– Ну, хотя бы потому, что у него явно был тут сделан небольшой схрон, – ответил ей корнол. – Ты думаешь, откуда у него вся эта одежда и сумка, а возможно, и остальная амуниция, вооружение и мечи? Ведь в Лесу у него их не было. И появились они только здесь, в городе.

– Думаете, он проходил здесь раньше? – сразу догадавшись, о чём идёт речь, всё же уточнила девушка.

– Уверен в этом. И знаешь, есть у меня подозрение, что он догадывается, куда должен вести тот портал, к которому мы идём. Может, он этого и не знает точно, но какие-то предположения у него на этот счёт точно есть.

– Ну, это и неудивительно, – в ответ сказала ему девушка, – я тоже полагаю, что этот портал может вывести нас куда-то за пределы этого мира.

– Нет. Ты немного не о том. Его мысли более обоснованны, чем наши с тобой. Например, ты ведь обратила внимание, что он сейчас одет в немного необычную одежду, хоть она и похожа на мою. Однако хотя она и выглядит вполне обыденно и просто, как у любого рейнджера, но я уверен, что это какой-то очень дорогой материал, наподобие вашей эльфарской ткани или паутинного шёлка тёмных эльфаров. Но это не так, и тот и другой я встречал ранее, а это что-то иное. Потом посмотри на его сумку. Ты спрашивала, откуда он взял все эти заготовки для создания своих артефактов. Так вот. Это те два рыцаря тьмы, что напали на нас. Он просто прихватил их останки с собой.

– Но как такое возможно? – не поняла поначалу девушка, но практически сразу сообразила: – Сумка путешественника.

– Верно. Одна из её разновидностей и очень качественная. К тому же изготовлена демонами, я в этом уверен. У меня была возможность хорошенько её изучить. Именно туда он и поместил всё своё имущество, а также убитую тварь. Видимо, на сумку наложены ещё и заклинания нетления и стазиса, коль он так спокойно забрасывает туда как магические артефакты, так и убитые тушки разных монстров. Тем более материал изготовления этой его котомки, как он её называет, мне тоже неизвестен, но полностью идентичен по своим свойствам шкуре чёрного дракона, и самое главное, он также магически нейтрален. А это значит, никто не узнает, что лежит внутри его сумки. Я думаю, и свою одежду, и прочие вещи он прятал там же. А сейчас просто забрал сумку. Чтобы спрятать такой небольшой предмет, особо большого тайника не нужно. – Немного помолчав, он добавил: – У него слишком много вещей, которые изготовлены демонами или предназначены для борьбы с ними. Поэтому я практически уверен, что он сбежал с какого-то из нижних планов.

На что девушка вполне логично предположила:

– Тогда, возможно, в этом городе, вернее, где-то здесь в подземельях, есть ещё один портал, но Баг, – и Эрея слегка кивнула в сторону молодого хумана, – по какой-то причине не хочет воспользоваться именно им. Он или односторонний, или… – Эрея, задумавшись, на несколько мгновений замолчала, поражённая своей догадкой.

Но за неё закончил Лениавес:

– …или он не хочет возвращаться туда, откуда пришёл.

И они одновременно посмотрели на молодого хумана, который в этот момент как-то насторожился, а затем резко обернулся в сторону невидимых сейчас туннелей.

– Всё, время вышло, – произнёс Баг и забросил последний, недоделанный им ещё артефакт к себе в сумку.

А затем поднялся и скользящим текучим шагом переместился на середину туннеля.

И только тут Эрея почувствовала волну накатившегося на них страха и ужаса. Но он прошёл, даже не достигнув их, разбившись о небольшую фигурку хумана, возникшую на пути этого неживого воплощения ужаса и смерти.

Глава 2

Интересно было послушать рассуждения Лениавеса и Эреи. Сам бы я никогда не додумался до того, что напридумывали себе эти двое.

О моём появлении в этом мире.

О возможных телепортах.

Правда, я как-то раньше и не рассматривал такой возможности. Была поставлена задача выбраться с наименьшими потерями именно из этого города, и я получил ответ от своей интуиции именно на этот вопрос. Однако сейчас, задумавшись о том, что в этом мире может существовать множество всевозможных телепортов, моё сознание, видимо получив задание на поиск подобных магических аномалий, буквально стало разрывать от поступающей информации.

В дело сразу же вступили кластер и ментоинтерфейс, которые послужили некими ограничителями и сортировщиками информации. И я достаточно быстро пришёл в себя, не успев даже сбиться с начатого действия или обдумываемой мысли.

Телепорты были, и даже достаточно близко от нашего настоящего местонахождения, но все они были за пределами города. Единственный работающий телепорт в городе древних был именно тем, к которому мы и направлялись. Так что в этом отношении мы действовали абсолютно правильно, в чём я вообще-то и не сомневался.

Однако данный небольшой инцидент показал мне и один из отрицательных аспектов моей гиперчувствительной интуиции. Неправильно сформулированный для моей интуиции запрос может запросто перегрузить моё сознание избыточной и неструктурированной информацией. Что тогда будет, непонятно, но явно ничего хорошего.

Поэтому кластер рассчитал пороговое значение, при котором Искатель должен был производить отсечку поступающего потока информации и её дальнейшее дозированное усвоение моим сознанием. Это должно было защитить меня от подобного некорректно выданного моей интуиции задания на выполнение того или иного поиска информации.

Хотя в общем-то проскользнувшие рассуждения корнола о полезности разработанного кластером метода по созданию артефактов показались и мне, и кластеру интересными. Правда, был в них один изъян: плетение в артефакт я всё-таки внедрял, а вот вся внешняя обработка материального носителя была призвана лишь обеспечить стабилизацию этого плетения.

«Так что именно эти артефакты не должны попасть в руки умников из академии, – решил я. – Они сразу поймут, в чём там дело, и тогда плакала моя легенда».

Но общее направление мыслей Лениавес выбрал правильное. Как утверждал кластер, подобрав теоретическую основу под эту гипотезу, ряд простейших конструктов вполне возможно поместить в материальный носитель подобным способом, и работать плетение будет за счёт внутренней энергии самого создаваемого артефакта, если она заранее будет в него закачана. Тогда и правда станет возможно создание простейших одноразовых артефактов на основе накопителей ментоэнергии.

Самым простым оказалось использование подобной технологии по созданию артефактов на основе наиболее стабильных и упорядоченных потоков ментоэнергии, что в общем-то было вполне логичным. Ведь вся проблема подобных артефактов была в дестабилизации внедряемых в них ментоструктур. В местном понимании наиболее предсказуемыми и стабильными были магия земли, порядка и света, а также частично магия жизни, в той её части, которая напрямую относилась к сфере врачевания.

Преобразование являлось слишком непредсказуемым и не дающим гарантированного результата магическим действом, чтобы и его можно было использовать для создания подобных артефактов, хоть этот раздел магии практически полностью лежал в сфере магии жизни.

В свою очередь, кластер, порывшись в базе знаний, вывел и рассчитал некую формулу коэффициента упорядочивания стабилизационных свойств для уже готовых и создаваемых в будущем магических конструктов.

После этого он практически мгновенно подобрал и разработал тестовую схему простого конструкта первого уровня, которую возможно было бы реализовать и в дальнейшем при создании одноразового артефакта по лечению слабых ран или снятию усталости. Вся прелесть этого артефакта заключалась в том, что для его изготовления требовалась всего лишь небольшая веточка, срезанная с ещё живого дерева. Она по определению несёт в себе частицу энергии жизни, протекающей в родительском дереве. Активация же подобного артефакта происходила, когда сдерживающую это плетение руну прикладывали к любому объекту, в котором присутствовала энергия жизни (любому разумному живому существу, животному, монстру, тому же дереву и даже нежити, ведь и в них присутствовала хотя бы небольшая толика энергии жизни).

По сути, этот артефакт передавал накопленную в нём небольшую капельку энергии жизни для ускорения регенерации в случае, если это была рана, которую следовало залечить, или для обновления собственной энергии этого типа в объекте, снимая тем самым чувство усталости и добавляя ощущение новых сил и бодрости.

Пока я любовался подобранной схемой плетения и запоминал закрепляющую руну, кластер выдал ещё один, более простой вариант. В нём участвовала простая схема плетения, вообще без использования связывающих и закрепляющих рун. И буквально через несколько мгновений после создания тестового примера с очередным скопированным пакетом данных с сервера предложил ещё более простой конструкт на основе магии земли, который подготавливал не очень мощную мину-ловушку, которую можно было создать из любого небольшого камня. Правда, его размер не должен был превышать кулак. Активироваться она должна была, если бы этот артефакт испытал любое, даже малейшее внешнее давление, то есть если кто-то наступал на такой зачарованный камень.

Жаль, что второе плетение совершенно неуправляемо и не было никакой возможности добиться этого внесением в него хоть каких-то структурных изменений. В этом случае оно значительно усложнялось и теряло свои такие значимые преимущества. Но самое главное, что и этот второй артефакт работал за счёт того небольшого объёма энергии земли, что присутствовала в камне.

Вот так проанализировав разговор корнола и девушки, я вынес две достаточно интересные мысли.

Первая – мир буквально переполнен различными телепортами.

Вторая – магия в простейшем её исполнении может быть использована всеми. Даже теми, кто не обладает магическими способностями. Просто для этого нужно использовать что-то несущее в себе толику магической энергии. А в этом мире это буквально всё, окружающее нас.

«Жить-то все интереснее и интереснее», – подумал я и переключился на очередную изготавливаемую мной мину-ловушку. В неё как раз следовало произвести внедрение плетения.

Пока девушка и оборотень общались между собой, я на автоматизме создавал мины-ловушки на основе заряженных энергией тьмы останков рыцарей тьмы. И уже хотел продолжить с последней поделкой, что держал в руках, как неожиданно всё поменялось.

Какая-то волна наведённого страха прокатилась по мне. Волна страха и ужаса. И источник её был гораздо ближе той погони, которая теоретически должна была преследовать нас.

«Вот и началось, – мгновенно понял я причину присутствия столь сильной нежити вблизи нашей небольшой стоянки. – Они вычислили конечную точку нашего маршрута, – пришла вполне логичная мысль. – Не удивлюсь, – подумал я, – что и эта мышь-переросток оказалась тут не случайно. Она должна была задержать нас».

Но с ней я справился сам.

Видимо, наши цели совпали: им нужно было, чтобы мы приостановили свой бег, а мне нужно было время, чтобы у нас появилась возможность в дальнейшем этот бег продолжить.

– Всё, время вышло, – совершенно спокойно и даже с какой-то ленцой в голосе проговорил я.

А чего теперь переживать, это именно то, к чему я был готов. А произойдёт эта встреча там, на площади, или сейчас здесь, в туннелях, не имело для меня большого значения. Главное, что я к ней был уже давно готов.

А то, что нежить торопилась, говорило лишь о том, что она где-то совершила ошибку. И по сути, своими последними действиями их умники сейчас полностью обесценили ту погоню, что двигалась за нами по следу.

Теперь я точно знаю, что никого более сильного на площади нас поджидать не будет. Нежить и хозяева города сделали свою ставку на ту единственную карту, с которой мне и предстоит познакомиться сейчас.

Как-то неторопливо, плавно и спокойно я скинул все изготовленные артефакты в сумку, с сожалением посмотрел на так и не законченную последнюю заготовку и тоже убрал её туда же.

«Время пришло, – с усмешкой подумал я. – Кто же у нас тут такой страшный?»

Не знаю, что на меня накатило, но в противовес тому страху и гнетущему подавляющему ощущению неминуемой смерти меня разбирала какая-то безудержная, безбашенная весёлость. Я готов был приплясывать на месте. Но вместо этого неким тягучим, плывущим, скользящим шагом переместился навстречу опасности.

«Здесь», – неведомо откуда в моём сознании проскользнула фраза-команда.

И, осмотревшись, я понял: «Здесь так здесь. Место ничем не хуже и не лучше».

Что это такое, я так и не понял. Противника я пока не видел. Но ауру его присутствия вблизи себя ощущал вполне прекрасно.

Кластер начал перечисление того, что смог распознать:

«Конструкт пятнадцатого уровня. Удержание сущности. Маскировка. Ментальное управление. Вероятностное прогнозирование. Преобразование материи. Дополнительный искусственный интеллект, аналог симбиотического конструкта пользователя. Ускорение внутреннего восприятия. Коэффициент ускорения не известен. С вероятностью, превышающей девяносто пять процентов, максимально возможный для данного типа материального носителя. Увеличение силы. Увеличение реакции. Укрепление материального носителя. Конструкт мгновенного перемещения. Зарегистрированы множественные внешние конструкты от седьмого по пятнадцатый уровень».

Ментоинтерфейс добавил масла в огонь:

«Ментооператор. Класс: мастер или выше. Уровень возможностей не определим. Рекомендация: не дать возможность использования ментомодулей. Защитных ментоструктур для такого уровня поглощения ментоэнергии не разработано».

«Н-да, и что или кто это ко мне приближается?»

«Я!» – прозвучал громоподобный ответ в моём сознании, который чуть не разорвал мои выставленные щиты, и я наконец увидел это чудо природы.

Блин, я ожидал всего что угодно, от невероятного монстра а-ля хищник или чужой до какого-то уродца, слепленного из нескольких костяков и смешанных друг с другом умертвий, наподобие тех же рыцарей тьмы или ранее виденного мной мага-лича. Но высохшая мумия чебурашки из мультика о крокодиле Гене…

Не знаю, чего ожидал этот невероятно грозный и страшенный хозяин мёртвого города, но, видимо, не того, что произошло в следующее мгновение.

Я тупо заржал, ржал, как никогда в жизни. У меня даже слёзы брызнули из глаз, и чуть ли не колики начались, так свело живот. И видимо, на волне этого сумасшедшего веселья, отголоски которого ощущались ещё перед тем, как увидел это чудо природы, я мягко и плавно заскользил по направлению к этому чебурашке. Мне даже убивать или уничтожать не хотелось этого забавного повелителя мёртвых. Вся ненависть к этому непонятному уродцу прошла, как только я его увидел.

«Что не так?» – вдруг прозвучал у меня в сознании всё тот же разрывающий его голос, но теперь он почему-то не оказывал совершенно никакого эффекта на меня.

«Кто-то говорит в моей голове, но не больше, и то до тех пор, пока я ему это позволяю», – понял я.

И как ответ на мои мысли в моей голове прозвучал всё тот же голос.

«Объясни. Не закрывай своё сознание. По-другому я не могу с тобой говорить, – уже вполне нормально и даже как-то просительно обратились ко мне. – Ты первый за девятнадцать тысяч лет, кто не старается на меня напасть. Ты даже сомневаешься, убивать меня или нет. Хотя осознаёшь мою силу вполне адекватно. При этом не подвергая сомнению, что можешь уничтожить меня в любой момент. Мне это непонятно».

И тут до меня доходит: да из этого чёртова города увели не всех детей. По крайней мере, один остался. Один. Тот, что был самым сильным магом в этом городе. Тот, кто смог бы контролировать и управлять нежитью в его стенах. Тот, чьих способностей должно было хватить для этого. И эти древние идиоты нашли такого мага. И их не смутило, что это был ребёнок, хоть и какой-то странной и необычной расы. Их не смутило, что он только начал жить. Не смутило, что они лишили его детства и отобрали его будущее, решив за него его же судьбу.

Вот пример главного вопроса: стоит ли слеза ребёнка или даже его жизнь целого мира. Похоже, местные маги решили этот вопрос для себя.

«Ну и что мне теперь делать?» – задал я вопрос сам себе.

Однако ответил на него этот странный малыш:

«Возьми меня с собой. Я знаю, вы куда-то идёте. И ещё я вижу, что опасности наш город уже больше не представляет. Я здесь стал не нужен. А те, кто послал перехватить вас, просто не хотят уходить за грань. Они привыкли к той жизни, что ведут сейчас. Я не хочу больше помогать им. Ты не прав, я не хозяин этого города, я Старший страж его и его подземелий. И да, это я переслал вам это животное. Его я поймал у стен города и телепортировал сюда, понимая, что другого пути у вас к портальной площади нет».

«Необычно, – честно подумал я и сразу задался вопросом, как же этот мёртвый ребёнок сможет существовать без постоянной подпитки от их источника, если уйдёт отсюда, а поэтому продублировал свои мысли уже для него: – А как долго ты сам сможешь просуществовать без постоянной подпитки от вашего источника магии?»

«Если разорвать связь, то не очень долго. Не больше тысячи лет».

«И это ты называешь недолго?» – удивился я.

«По сравнению с тем, сколько я тут уже пробыл, то да».

«Логично, – согласился я и повторил свой мысленный вопрос, который мучил меня с начала нашего разговора: – Зачем тебе это?»

«Я не помню своего прошлого, – ответил маленький страж, – я не видел ничего, что находится за стенами этого города. Я даже не мог покидать внутреннюю часть города и подземелий. Я хочу с вами. Мне интересно. А поняв из твоих мыслей и рассуждений, что меня, в отличие от всех остальных, оставили здесь за проступки кого-то из тех, кто до сих пор управляет этим городом, я ещё больше хочу уйти отсюда».

«Ладно. Будем считать, что ты меня убедил. Тогда к тебе есть парочка вопросов. Ты умеешь управлять своими способностями? Ты можешь как-то убрать эту свою ауру? А то многое посмотреть ты вряд ли сможешь. Первый же встреченный маг попытается тебя упокоить».

Парнишка что-то постарался сделать, и у него даже что-то получилось, но всё равно смерть и ужас так и сквозили из его ауры.

«Хм. Немного, конечно, но уже лучше, чем никак», – прокомментировал я.

У меня уже возникла идея, как можно его прикрыть понадёжнее. Ведь у меня есть неплохой такой зверёк, чья шкура идеально подходит для этого. И её как раз, по расчётам кластера, должно хватить на тройку костюмов – парочку для этого странного чебурашки и один для Эреи.

«Хорошо. Пусть пока будет так. А потом я тебе с этим помогу».

«Ты будешь учить меня магии?»

Такой радости от этого ребенка я не ожидал услышать.

«Да нет, я в ней и сам не очень-то разбираюсь. Вон мои друзья больше подходят для этого. Я просто хотел сделать тебе одежду из шкуры того животного, что ты нам подкинул. Она вроде как прикрывает ауру, и достаточно хорошо».

«А… – Разочарование так и сквозило в голосе этого несколькотысячелетнего ребёнка. – Меня обучали только тем заклинаниям, что помогали нести мне мою службу. Но ничему большему ни обучать, ни чего-то показывать они не хотели. Я знаю, что хозяева боялись того, что я рано или поздно смещу их. Но мне этого не нужно, я не хотел этого. – Немного помолчав, он добавил: – Я хотел, чтобы они стали моими друзьями… – Эти мысли были настолько тихи, что походили больше на шёпот. – А еще мне очень нравится магия», – закончил этот ребёнок и посмотрел на меня.

«Проблемка, конечно, ну да ладно. Это не так и страшно. Найдём мы тебе учителя. Вон тот же Лениавес, вроде преподаватель в Академии магии, только я боюсь, что те знания, которыми обладали твои хозяева, не сравнятся с тем, что умеют и знают теперешние маги. Многие знания утрачены и забыты».

«Ну и что, зато это будет там». – И малыш махнул рукой в направлении нашего движения.

«Только мы и сами не знаем, где это там», – усмехнулся я.

И тут этот малыш меня удивил.

«У нас есть пленник. Он пришёл с той стороны несколько дней назад. Его должны были принести в жертву. Но тут обнаружили в городе эту девушку. – И он показал на Эрею. – Мы не знали, что с ней ещё как минимум один маг. Тогда погоня была бы гораздо лучше спланирована и подготовлена. Так вот пленник – это какое-то существо, я не знаю такой расы, но он немного похож на вашу спутницу. Его я всё равно хотел предложить спасти. Нужно это было для того, чтобы хозяева не смогли восстановить источник», – рассказывал этот чебурашонок, но на этом месте я его остановил.

«Прости, как это восстановить источник? – уточнил я. – И что за пленник такой?»

«Ну, как я и сказал, он попал к нам недавно, – ответил маленький страж (блин, даже не знаю, как его называть), – он не маг. Этим порталом никто никогда не пользовался, а тут через него пришло это существо. Кто он, я не знаю. Его язык нам незнаком. А его разум как-то защищён, хотя никаких артефактов при нём обнаружено не было. Однако он пришёл с той стороны, и он наверняка знает, что там».

«Понятно. Пленник тебя видел?»

«Нет», – ответил парнишка.

«Это хорошо. Ты не очень похож на местную нежить. Больше на какого-то сильно усохшего разумного. Но это нам только на руку. Подберём тебе подходящую одёжку, типа сплошного комбинезона с глубоким капюшоном – и готово. Никто особо не разберётся, кто перед ним. Максимум примут за особо сильного мага тьмы и смерти. По сути, можно выдать тебя за какую-нибудь разновидность демонов. Никто в них, похоже, особо и не разбирается».

«Мне всё равно», – ответил на это моё предложение маленький, но очень опасный субъект.

«И ладно. А теперь поясни-ка мне то, что ты сказал об источнике».

Тут чебурашка стушевался, но всё-таки набрался смелости (неужели и правда смутился, ментоинтерфейс, по крайней мере, утверждал именно это) и сказал:

«Я когда говорил о том, что собираюсь разорвать связь с источником, слегка слукавил. Вернее, солгал. Связь с источником невозможно разорвать, по крайней мере мне. Однако в нашей библиотеке я нашёл необычную статью, в которой описана одна возможность, как это сделать. Для этого нужно опустошить источник полностью. Правда, я не знаю, как это сделать. Часть энергии из него смогу закачать себе я, это как раз и даст мне возможность существования, к другому источнику я уже не смогу быть привязан, слишком долго этот источник был связан со мной. Мы с ним сроднились. Так же я пополню все доступные мне накопители и заряжу все артефакты, которые у меня есть. Часть энергии уйдёт на активацию портала. Но остаток – как и куда выбрать его? Если в источнике останется хоть капля энергии, то они смогут возродить его. Если же его опустошить полностью, то источник сам оборвёт все связывающие его нити и линии силы. Это поможет и нам. После того как источник иссякнет, портал закроется. Он вытянет всю доступную ему энергию из самого города, но её хватит не больше чем на несколько минут. Это время нам придётся сдерживать нежить с той стороны портала, которая будет преследовать нас. А потом мы будем в полной безопасности. По крайней мере, никто из города достать нас уже не сможет. Однако нам нужно поторопиться. Как только хозяева поймут, что я на вашей стороне, то они постараются сами опустошить источник. Им уже давно безразличны и наши цели, и наше существование, они заботятся только о себе. Поэтому к источнику и порталу мы должны успеть первыми».

«Всё понятно. С источником тоже я смогу тебе помочь. Да и портал мы, наверное, сумеем прикрыть и закрыть несколько раньше».

Я оглянулся на замерших у поворота моих товарищей, которые явно терялись в догадках, что же здесь происходит.

«Ладно, пойдём, познакомлю тебя со своими спутниками. – И я направился в их сторону. Однако тут же остановился и спросил: – Прости, я забыл спросить. Как тебя зовут? Я – Баг». – И на автомате протянул руку этому маленькому существу, прожившему уже такую долгую жизнь.

«Я – Мук», – ответил он и, с недоумением посмотрев на мою протянутую руку, в ответ протянул свою.

Я подхватил его руку и, сжав её, улыбнулся:

«Приятно познакомиться, малыш. Добро пожаловать в наш отряд».

И, оставив его за спиной, я направился к своим друзьям.

Конечно, я не полностью ещё доверял этому небольшому демоноподобному существу, но ментоинтерфейс и кластер постоянно контролировали его менто-информационное поле, действия и магическую активность. Так что в некоторой своей безопасности я был уверен, по крайней мере пока. И уж точно был готов к ответным действиям, и Мук этого знать не мог, ведь приглядывал за ним не я, и мысли, как я понял, поверхностные мои он считать мог, его контролем занимался ментоинтерфейс.

Подойдя к оборотню и девушке, я произнёс:

– Не переживайте, так получилось, что этот маленький субъект теперь наш спутник. Он пойдёт с нами. А возможно, в скором времени станет нашим товарищем и даже другом.

– Демон?! – в удивлении воскликнула Эрея.

Лениавес же только подозрительно посмотрел в мою сторону, однако промолчал.

«Ну что я тебе говорил, – обратился я к маленькому Муку, – только увидели – и сразу же к демонам приписали. А ведь она должна догадываться, где мы находимся и кого тут можно встретить».

«Согласен», – лаконично и достаточно взвешенно ответил наш новый товарищ.

В этот момент Эрея и Лениавес схватились за голову.

«Ой, простите, – значительно тише и как-то удалённее прозвучал голос парнишки в моей голове, но обращался он не ко мне, – я подумал, что вы должны слышать мои ответы, но не учёл, что ваш друг более защищён. Хотя никакой особой защиты я в нём не почувствовал. Странно… – будто рассуждая сам с собой, проговорил Мук. – С ним я говорил как с равным себе. Простите. Буду стараться сдерживать свою силу. Со временем я научусь общаться с вами так, чтобы не навредить вам. Но для этого мне нужно некоторое время. Раньше у меня не было собеседников».

– Какой необычный демон, – произнесла Эрея. – К отцу пару раз приезжали посланники мужа моей сестры. Но они были очень похожи на обычных хуманов. И совершенно не походили на вас.

«Она так и не поняла, – проговорил Мук, обращаясь к Эрее и Лениавесу, – а ваш друг… – Парнишка кивнул в мою сторону. Было забавно смотреть на это со стороны, и я улыбнулся своим мыслям. Теперь этот маленький страж ещё больше походил на Чебурашку. – Почему-то он сразу понял, кто я и зачем пришёл. Но он так и не объяснил мне, что его так могло рассмешить в моём виде? Он и сейчас его забавляет. Вы знаете, что он очень странный? Я не чувствую его мыслей, если он этого не хочет, в отличие от ваших. Но они останутся только со мной, не беспокойтесь. Никто не сможет их вытащить из меня. Не переживайте».

– Всё верно, он странный, не менее странный, чем ты, – согласился с высказыванием Мука корнол, – и знаешь, я бы и сам не понял, кто ты, будь мы в каком-то ином месте. Так кто ты? Ведь наша молодая девушка не права и ты не демон.

«Да, я не демон. Хотя именно им предложил мне представляться ваш друг. На самом деле я Старший страж города. Вернее, был им. Но теперь хочу уйти с вами и вашим другом».

– Кто он? – Эрея в страхе спряталась за мою спину.

И как это интересно я оказался рядом с ней?

– Местный он. Как в анекдоте: «Чего нас бояться, тутошние мы»[3], – усмехнулся я.

«Я же говорю, что он странный», – обратился к моим товарищам Мук.

– Точно, – согласно кивнул корнол.

– Простите, но я всё ещё тут, – сказал я. – Да, кстати, забыл вас представить друг другу. Лениавес, – кивок в сторону корнола, – Эрея, – и рука непроизвольно погладила стоящую за моей спиной девушку по бедру, а она, как ни странно, даже не отдёрнулась и не убрала мою руку. – А это Маленький Мук, – указал я на нашего нового знакомого, – прошу любить и жаловать.

И Мук как-то неожиданно застенчиво шаркнул ножкой.

– Кстати, Лениавес, у тебя есть шанс найти себе очень способного и любознательного ученика, который очень хочет обучаться магии. – Я вновь кивнул в сторону Мука.

– Ты будто не хочешь, – усмехнулся тот.

– Но вы же сами всё время говорите насчёт моих мизерных магических способностей, – ответил я на его подколку.

– Говорим. Но у меня уже в который раз складывается впечатление, что все мы очень ошибаемся.

«Вы не правы, он действительно очень слабый маг, если сравнивать его с вами, мной или девушкой, однако вы знали, что заклинания вплоть до третьего уровня на него совершенно не действуют?»

– Как? – удивился корнол.

– Не может быть, – сказала девушка.

«Как он смог узнать хотя бы это?» – спросил я у кластера и Искателя.

Но ни у кластера, ни у ментоинтерфейса ответа на этот вопрос не было. Они не зафиксировали никакого внешнего сканирования. Единственным ответом был тот, что этот страж такой же видящий, как и я. Возможно, он может и ещё что-то, о чём мы не догадываемся. Нужно быть настороже.

– Ты сам-то знал об этом? – тихонько обратился ко мне оборотень.

– Ну, вообще-то да, – честно ответил я, – было такое подозрение.

– И ничего не сказал? – спросила Эрея.

– Да вы не спрашивали. – Не хочу, чтобы меня обвиняли в чём-то, что стало доступным мне всего пару минут назад.

– Понятно, – проворчал корнол.

«Что, интересно, ему понятно? Если даже мне самому до конца не всё ясно. Ну да ладно. Узнали и узнали. Всё равно это когда-нибудь всплыло бы», – рассудил я и мысленно махнул рукой.

– Хорошо, познакомились, – сказал я. – Теперь вот что. Тут Мук поделился ценной информацией, надо её обмозговать и скорректировать в соответствии с ними наши планы. Правда, времени у нас не так много.

Я уже хотел начать излагать суть, но неожиданно меня прервал Лениавес:

– Баг, извини. Здесь собрались слишком необычные личности, – он обвёл рукой нас троих, – чтобы рисковать всеми тайнами, что они хранят. Мы не можем доверять ему. – И оборотень кивнул в сторону стража. – Он без особого труда сможет прочесть все наши мысли.

«Да, я вижу и понимаю это, – как ни странно, согласился с ним Мук, – но у меня есть предложение. Я согласен принести клятву служения, как когда-то сделал это для города. Теперь город не нуждается ни во мне, ни в моей клятве. Я выполнил свои обязательства. Защищал город, пока он представлял опасность. Сейчас город не опасен для окружающего мира. И поэтому он согласен отпустить меня. – Помолчав, он спросил: – Вас устроит такой вариант?»

– Да, – ответил корнол и явно для меня пояснил: – Этот маленький демон, будем теперь называть его так, готов полностью отдать жизнь своему повелителю. Он никогда и ни при каких условиях не сможет нарушить эту клятву, если, конечно, повелитель не разорвёт её со своей стороны. – И обратился к Муку: – Ты выбрал того, кому готов принести клятву?

«Да, ему». – И палец девятнадцатитысячелетнего мальчишки указал на меня.

«И почему я уже в который раз не удивлён?» – пришла ко мне запоздалая мысль.

– К чему меня это обязывает? – спросил я.

– Ни к чему, – пожал плечами корнол. – Это односторонняя клятва. Этот демон вручает тебе нить своей жизни, ничего не прося взамен.

– Блин, это хуже всего. Не люблю получать что-то просто так, – проворчал я и спросил: – Что я должен делать?

– Ничего, – мотнул головой оборотень. – Ты вообще никак не связан обязательствами с ним. Это он теперь всегда и во всём будет должен тебе подчиняться.

– Непонятно, – пробормотал я.

«Клянусь своей силой до конца моего существования быть верным слугой хумана по имени Баг» – вот и всё, что произнёс Мук.

Я, честно говоря, думал, что это простая формальность, когда неожиданно увидел, как сформировался какой-то странный знак в его ауре, похожий на небольшое трёхмерное изображение дракона, вписанное в шар.

– Ой! – воскликнула девушка.

– Что случилось? – удивлённо обратился к ней Лениавес.

– Наш родовой знак, – произнесла, даже не сообразив, что говорит на понятном для меня языке, а не на эльфаре. – Он проявился в его ауре. Он стал нашим вассалом.

«Всё правильно, – ответил ей Мук, – так и должно быть. Если у кого-то, кому приносят клятву, есть собственный родовой знак, то дающий клятву становится младшим членом его рода или его вассалом. – И спросил: – А что, у него есть свой клановый родовой знак? – Он посмотрел на меня. – Он глава рода? Я не знал. Я вижу только знак семейных уз и всё».

Мне стало интересно, я как-то раньше не присматривался ни к себе, ни к Эрее, а теперь постарался найти и рассмотреть подобные знаки и в её менто-информационном поле, и в своём. И практически сразу же нашёл похожий знак в ауре девушки, но он несколько отличался от того, что был у чебурашки.

Основу составлял тот же знак – трёхмерный иссиня-чёрный дракон, вписанный в голубоватый шар. Кстати, у Мука дракон хоть и был чёрным, но не таким, как у девушки, он больше отдавал в тёмно-серый цвет, а шар вообще почти бесцветно-серый.

Но в знаке Эреи присутствовала ещё одна небольшая деталь. Вокруг дракона, как бы заигрывая с ним, парил небольшой белоснежный пегас. У меня же я никакого знака сразу обнаружить не смог. Однако, уже отчаявшись, всё-таки догадался посмотреть в точку сосредоточения своей силы. И только тут до меня дошло, что это и есть тот знак, который я искал. Огромный, переливающийся всеми цветами радуги дракон, вписанный в серебристый шар энергетического кокона.

Видимо, нашим знаком является знак дракона, вписанного в шар, цвет и сопутствующая атрибутика зависят лишь от типа и расы существа так, как это было с Эреей или произошло с Муком.

«Интересно. А как они смогли распознать мой знак, ведь он находится внутри моего поля?» – задумался я.

«Его проекция отпечаталась на поверхности менто-информационного поля», – пояснил мне Искатель и оттранслировал тот участок менто-информационного поля, на котором было отображение этой проекции.

Реальный знак выглядел более впечатляюще. Проекция не была даже трёхмерной, простое слегка блёклое изображение какого-то переливчатого дракона, вписанного в белый круг. Что странно, сам я, сколько ни смотрел, не видел этой проекции. Получается, для меня она совершенно не несла никакого информационного или энергетического смысла. Неудивительно, что Мук и принял её за простую печать, поставленную в ЗАГСе.

«Ну, это и неплохо. Меньше вопросов ко мне».

А вот при взгляде на этот родовой знак у Эреи и Мука сразу возникало какое-то подспудное понимание, что эти разумные как-то связаны между собой.

«Необычно, – улыбнулся я. – Одна семья, однако. Или род».

Но тут моя весёлость как-то спала, я осознал, что вообще-то это мой род и моя семья. Хотя эта семья и обретена совершенно случайно.

И таких разумных существ в этом мире ещё как минимум двое.

И я понял, что это те, за кого я теперь несу ответственность, что бы мне об этом недавно ни говорил корнол. Не знаю, как у них, но глава рода всё-таки я.

– Тут всё несколько сложнее, – между тем ответил за девушку оборотень. – Давай мы расскажем тебе об этом несколько позже.

«Но вы не понимаете? Теперь я принят в их клан и на меня распространяются все его обязанности. Я должен соответствовать им и не уронить честь клана или рода в глазах остальных и тем более посторонних», – постарался объяснить свои мысли демон.

– Не переживай, – махнул рукой корнол, – не уронишь. Весь твой род состоит из трёх членов, и два из них сейчас находятся перед тобой. А что нужно делать, чтобы соответствовать им? Я не знаю. Посмотри на них. – И он сначала указал на девушку, а потом на меня. – Быть не таким, как все. Странным, как ты сам выразился. А ты под этот критерий подпадаешь идеально. Так что ты вписываешься в их род, как никто другой.

«Странно и непонятно, – проговорил Мук, – но я постараюсь разобраться».

– Добро пожаловать в нашу небольшую семью её младшим членом, хотя, по сути, ты старше любого из нас, – улыбнулся я. – Но зато теперь я сам запутался ещё больше. Ну да ладно, тоже разберусь как-нибудь. Сейчас же нет времени на выяснение всех этих деталей. Главным для нас пока является вопрос выживания. Так что сейчас нужно разработать план наших дальнейших действий. А начнём мы, пожалуй, – я посмотрел на бывшего стража, – с вашего пленника. Где его держат и что ты вообще можешь о нём рассказать? Только давай подробно.

– Какой пленник? – сразу всполошился Лениавес.

– Вот сейчас ты всё и узнаешь, – урезонил я его.

«Три дня назад, – начал рассказывать Мук, – сработал портал, и впервые за всё время его существования с той стороны к нам кто-то пришёл. Стражи портала, естественно, схватили пришедшего. Однако допросить его у нас не получилось. Язык, на котором он говорил, нам неизвестен. Мысли же и сознание этого разумного защищены каким-то неизвестным нам способом. Мы бы смогли разобраться с ним, но тогда он стал бы бесполезен нам в качестве жертвы источнику. Поэтому было решено оставить его в покое до проведения ритуала. Но ритуал не успели провести. Один из моих патрулей обнаружил следы присутствия в городе посторонних. А потом другой отряд заметил вашу девушку. Я, честно говоря, решил, что это была одна и та же группа. Но теперь я так понимаю, что следы присутствия были ваши, а девушка в город попала независимо от вас. Верно?»

– Да, – кивнул Лениавес.

«Поэтому для ритуала было решено использовать мага, тем более попавшего в нашу ловушку мага жизни. И для его поимки на захват был отправлен достаточно большой отряд. Но там произошло что-то непонятное. Даже ушедший с отрядом один из младших хозяев города не смог справиться с поставленной задачей и не успел сообщить о том, что же там случилось. Не был им передан и сигнал о помощи. Это странное происшествие выбило нас и владык города на некоторое время из колеи. – Помолчав, Мук продолжил: – А потом вы исчезли. И стало понятно, что вы ушли в подземелье. Мы перекрыли все выходы из него и стали ждать. Прошло уже достаточно много времени, и мы подумали, что вы потеряны для нас. Слишком много подземелье таит в себе опасностей. Однако когда я преследовал вас, то понял и другое. Вы каким-то образом смогли освободить город от его проклятия. И это означало, что нашему служению городу пришёл конец. Я сразу же сообщил об этом владыкам. Но они не захотели верить в это, или, что более вероятно, не хотели слышать мои слова. Ведь для них это сообщение означало уход за грань. Для проверки того, что я узнал, владыки выслали несколько разведывательных отрядов. И вот недавно от одного из них поступила информация, что вас обнаружили в этом туннеле, и я подготовил для вас ловушку. Мне нужно было задержать вас ненадолго, чтобы я смог перехватить вас. Я не хотел захватывать вас, я хотел поговорить с вами и понять, что же произошло. Но когда встретил, то понял. Все мои подозрения – правда. Тем более ваш друг вёл себя настолько странно, что мне стало интересно. Где живут такие существа, как он? Которые, смотря в лицо смерти и опасности, лишь смеются ей в ответ. Поэтому я принял решение идти с вами, куда бы вы ни направлялись».

– Всё это интересно, – сказал я, – но мы опять вернулись к началу нашего разговора, только ты так и не ответил на вопрос о пленнике.

«Как? – удивился Мук. – Я рассказываю всё, что знаю».

– Это немного не то, что я хотел бы услышать. – До меня наконец дошло, что он просто не понимает, о чём нужно рассказать, и поэтому начал рассказывать всю историю с самого её начала.

А на неё у нас нет времени, нужно задавать ему более точные вопросы. Всё-таки он ребёнок и может отвечать на вопросы в меру своего понимания их.

– Давай начнём немного по-другому, – предложил я.

«Давай», – согласился Мук и застыл в ожидании.

– Пленник, как я понимаю, ещё жив?

«Да», – подтвердил страж.

– Ты знаешь, где его держат?

«В подземелье, часть секций переделана в тюремные помещения. Они находятся рядом с центром города. Совсем недалеко от библиотеки, – с грустью проговорил Мук. И уже гораздо увереннее: – Однако я смогу вас провести туда совершенно незаметно. Я часто пробирался в библиотеку. И через неё мы сможем попасть в тюремные помещения».

Не знаю, как у кого, но у меня засвербело в одном месте от сочетания слов «проведу через библиотеку». Ладони на обеих руках прямо зачесались от желания урвать что-нибудь ценное оттуда. Ведь, по сути, это знания, которых больше ни у кого нет, и вряд ли они появятся. Разве что кто-то потом заберётся в этот город. А отдавать этому неизвестному, казалось бы, попавшие уже ко мне в руки сокровища не очень-то хотелось.

– И большая эта библиотека? – уточнил я у нашего маленького демона.

«Да не очень. Раньше она была гораздо больше, но за то время, что существует город, за ней практически никто не ухаживал. Только смотритель. Но его уже давно казнили за несогласие с владыками города. Так что с тех пор большинство фолиантов и магических информационных кристаллов повреждено или разрушено. Единственное, что успел сделать старый смотритель, до того как его развоплотили и отправили за грань, – это перенести наиболее ценные экспонаты, магические книги и информационные кристаллы в комнату, на которую наложено заклинание нетления. Правда, там их никто и никогда не сортировал. У меня туда и доступа никогда не было, чтобы я мог разобраться. Но нам всё равно придётся проходить рядом с этим хранилищем, чтобы пробраться к небольшому проходу, ведущему в тюрьму».

– Интересно, – пробормотал я и спросил: – Как насчёт охраны? Есть предположение, кто там может быть, в тюрьме и библиотеке?

Маленький демон немного подумал и ответил:

«В тюрьме несколько скелетонов-воинов, это точно.

И возможно, один из рыцарей тьмы. В библиотеке, скорее всего, кто-то из мастеров-личей и, возможно, пара скелетонов. Но внутренняя дворцовая охрана мне не подчиняется, и поэтому я не смогу управлять ими. Придётся сражаться. К сожалению, все заклинания, которые мне известны, практически бесполезны против нежити. Меня обучали воевать и убивать живых».

– Понятно, – в раздумье проговорил я. – Так, дальше. Из подземелий с пленником как долго добираться до источника или до портала?

«Тюремные помещения находятся недалеко от портальной площади. Из подземелий туда ведёт прямой туннель. Но и в обход на площадь из тюрьмы можно добраться несколькими путями. Источник и портал находятся рядом. С одного края портальной площадки располагается сам портал, а её второй край упирается в Древо Жизни, которое и является воплощением источника жизни в нашем городе. Вот там охраны будет гораздо больше, – стал рассказывать Мук. – Во-первых, наверняка там будет два взвода постоянного патруля, охраняющего портал. Раньше был всего один патруль, но после недавнего гостя его усилили. Это четыре рыцаря тьмы и шестнадцать скелетонов-воинов. Во-вторых, там будет присутствовать несколько личей-магов. И в-третьих, как только станет известно, что мы похитили пленника, туда подоспеет Старший Владыка, ведь он сейчас находится в главном дворце. И что самое плохое, он успеет к порталу до его закрытия в любом случае. Встречи с ним нам не избежать. Но, разорвав его связь с источником, мы сможем если и не уничтожить его, то сдержать нужное время до того, как закроется портал».

– Так, – начал рассуждать я, – слишком много неопределённостей, и не хотелось бы подвергать опасности всех. Давай думать.

Что странно, ни корнол, ни Эрея даже не пытались как-то влиять или вмешиваться в ход нашего разговора.

«Неужели я для них стал таким авторитетом в проведении боевых операций», – подумал я.

«Да, – очень тихо прозвучал голос в моей голове. И потом, видимо давая пояснения на мой немой вопрос „Почему я его так странно слышу?”, Мук ответил: – С тобой после принесения клятвы я могу общаться напрямую, так что никто не сможет нас услышать».

«Понятно», – кивнул я.

А потом уже начал рассуждать вслух:

– Ты можешь нарисовать план помещений? Нас интересуют наш дальнейший путь, окрестности и подходы к библиотеке и тюрьма, основной и обходные пути, ведущие на портальную площадь, а также план самой площади, расположение портала и Древа Жизни.

«Я могу сделать по-другому», – сразу ответил Мук.

– Как? – задал я ему уточняющий вопрос.

«Показать вам», – просто сказал он, наверное уже думая, что до меня дошёл смысл его ответа.

Но я, если честно, пока не очень хорошо понял, о чём он говорит.

– Хорошо, давай, – однако согласился я.

Не скажу, что это было слишком приятно, однако я подобное уже испытывал, когда смотрел глазами Рыкуна на поляну, где когда-то, «в прошлой жизни», обнаружил Клык.

Так вот, создалось такое ощущение, будто я сам только что быстренько пробежался по тем самым помещениям, о которых совсем недавно рассказывал маленький демон. Но нам с ментоинтерфейсом вполне хватило скорости промотки увиденного, чтобы составить детализированный и подробный план этого участка центральной части города. Тем более трёхмерный. В основном, конечно, это заслуга Искателя.

Что необычно, смотря глазами Мука, я точно понял, что он видящий, не такой, конечно, как я, но всё же. И поэтому виртуальная модель дополнилась ещё и менто-информационной моделью помещений.

«Интересно, видели ли то же самое, что и я, мои товарищи?» – этот вопрос очень сильно заинтересовал меня.

У меня появилась идея, как можно использовать мои способности в случае, если необходимо будет кому-то показать план помещений и расположенные там магические ловушки. Но я не знал, что видят корнол и Эрея.

«Ничего, – ответил Мук, – я удивлён, что и ты что-то увидел. Это означает, что ты можешь чувствовать тот же спектр магических энергий, что и я. Хотя в тебе практически не ощущаются способности к управлению энергией хаоса. Что опять является непонятным для меня», – будто пробормотал про себя он, однако его последние мысли я прекрасно услышал.

«Жаль, хорошая была идея», – подумал я.

И похоже, это моё сожаление было достаточно явным, так как на него отреагировал Мук, сказав:

«Так ты можешь на том же плане визуализировать своё видение для обычного зрения, и тогда твои спутники смогут увидеть то, что ты захочешь им показать. Это просто, я тебя научу», – в конце предложил мне мой новый родственник, или вассал, я так пока этого и не понял.

«Спасибо, обязательно. Если можно показывать не всё, а только необходимое, это ещё лучше».

Обязательно научусь этому умению.

А пока я взял небольшую паузу и уже более детально просмотрел полученную виртуальную модель той части города, где нам предстоит пройти, а потом стал задавать дополнительные вопросы. И начал с того, как близко и незаметно мы сможем подобраться к портальной площади.

«Почему к портальной площади? – удивлённо проговорил Мук. – Ведь если у нас не будет возможности захватить пленника, то хозяева используют его, чтобы восстановить источник, и смогут пуститься за нами в погоню уже по ту сторону портала. На его активацию энергии этого существа должно хватить».

– Я помню о пленнике, – ответил я. – Он нам необходим и как источник информации, и как возможный проводник в незнакомом мире. Так что операция по его спасению – вопрос уже решённый. Однако там вы мне будете только мешать. Ты для борьбы с нежитью, как и мои друзья, практически бесполезен. Поэтому мне нужно, чтобы вы подобрались как можно ближе к площади. Ты – к источнику, а они – к порталу. Там есть такие места, где вы сможете укрыться?

Мук несколько минут напряжённо размышлял, а потом в моём сознании раздался его радостный голос:

«Как же я мог забыть! Да, там есть такое место. Им никто не пользуется, так как это канал для слива сырой силы. Но источник уже давно не вырабатывает столько энергии, чтобы необходимо было куда-то сливать её издержки. Раньше там находились мощнейшие кристаллы – накопители энергии. Однако их уже несколько тысячелетий как растащили по своим резиденциям владыки. – Мук оттранслировал нам в сознание дополнительную картинку. – И камера, где они раньше располагались, находится как раз под источником, – пояснил он. – К сожалению, других мест, где можно укрыться, на площади не существует».

Что-то зацепило меня в полученной схеме. Я стал разглядывать план и вдруг понял, что попасть кроме как к источнику оттуда они не смогут, да и это будет сделать сложновато. Этот вопрос я и озвучил нашему демонёнку.

«Да, – с грустью ответил он, – об этом я как-то не подумал. А так всё было замечательно! Именно туда я знаю очень надёжный путь, по которому мы смогли бы спокойно пройти. Но, видимо, придётся отказаться. Оттуда даже к источнику попасть проблематично, ты прав, не говоря уже о портале».

Но что-то опять мне не давало покоя, правда, я всё ещё не мог уловить эту мысль за хвост. Поэтому пока спросил другое:

– Оттуда ты сможешь подключиться к источнику, чтобы откачать из него энергию?

«Конечно, – быстро ответил Мук, – там это будет сделать ещё легче, чем из любого другого места в городе. Ведь, по сути, я буду находиться у источника магии. Я оттуда без особых проблем смогу даже портал активировать», – добавил он.

«Интересно, – подумал я, – в этом случае вопрос с активацией портала будет снят».

И тут я понял, что за мысль всё ускользала от меня и не давала покоя.

– Постой, – сказал я, – ведь ты смог каким-то образом забросить нам на встречу этого зверька и потом сам догнал нас. Как такое возможно?

«Телепортация», – просто ответил маленький тёмный маг.

– Так ты сможешь проделать то же самое и с моими друзьями – перекинуть их к порталу и телепортироваться туда сам?

Помолчав, Мук, как бы рассуждая про себя, начал говорить:

«Да, наверное, смогу. Портал является очень сильной магической аномалией и может послужить прекрасным маяком. – И уже более уверенно добавил: – Я смогу телепортировать и их, и себя к порталу. Хотя есть и другая возможность: я могу телепортировать всех нас от источника прямо сквозь портал, даже не выбираясь на площадь. Энергии, коль я буду находиться у самого источника и в постоянной связке с ним, мне должно хватить на это с избытком. – Радости Маленького Мука не было предела. Но внезапно он нахмурился. – Но кто тогда до конца опустошит источник? Ведь в этом случае портал не будет закрыт. И владыки смогут преследовать нас, да и город они восстановят со следующей жертвой. Нет, так нельзя. Я должен буду остаться», – решительно проговорил Мук.

Но я уже понял, что тут действовать придётся мне.

– Нет, ты и Лениавес нужны будете на той стороне, чтобы охранять портал до момента его закрытия. Я же позабочусь обо всём остальном.

«Но как?» – удивился Мук.

Однако ему, как это ни странно, ответила Эрея:

– Поверь, если он сказал, что справится, значит, справится. Мы и правда будем ему только мешать. А так, позаботившись о нашей безопасности, я чувствую, что он от вашего города камня на камне не оставит. – И она как-то хитро мне подмигнула.

– Очень польщён вашим доверием, – усмехнулся я на слова девушки.

А сам подумал: «За кого они всё-таки меня принимают? За какого-то местного разрушителя? Если уже даже пытаются шутить на эту тему. И даже не думают навязывать или предлагать своей помощи. Хотя, конечно, Эрея тут вряд ли большой помощник, да и корнол не слишком в этом силён. А вот прикрыть портал, пока я буду заниматься делами здесь, они все смогут прекрасно».

Поразмыслив на эту тему, я продолжил обсуждение, вернее, моё практически единоличное принятие нашего дальнейшего плана действий:

– Хорошо, на этом и решим. Тогда дальше. Действовать начнёшь, как только я подам тебе сигнал. Сначала активируешь портал, пусть он тоже отъедает энергию, потом откачиваешь энергию из источника и заряжаешь свои накопители и артефакты, ну а затем телепортируетесь через портал. Но, повторяю, действовать начнёшь не раньше моего сигнала. Это ясно?

«Да», – кивнул страж.

– Сколько времени тебе понадобится, чтобы пополнить свои запасы энергии?

«Минут пять», – ответил Мук.

– Это очень долго. Тогда меняем стратегию. Начинаешь откачивать ментоэнергию, как только появится возможность подключиться к источнику. А дальше пробираетесь к месту, где вас не смогут обнаружить. Оттуда заканчиваешь с закачкой магической энергии. И подаёшь мне первый сигнал о том, что ты готов к телепортации. После этого сразу же активируешь портал. А потом вы все телепортируетесь через него. – Немного подумав и просмотрев рекомендации Искателя, я внёс некоторые коррективы: – Нет, активируешь портал, когда я подам тебе сигнал о начале операции. В этот же момент я начну действовать на площади. Это отвлечёт стражу от вашей телепортации. После того как наверху начнётся заварушка, вы телепортируетесь сквозь активированный портал. Как только начнёшь телепортацию, подашь второй сигнал. Мне нужно знать, что вы уже в безопасности. Дальше я переправлю к вам пленника. А потом займусь источником. Ты говоришь, что портал проработает всего несколько минут, если опустошить источник. А если опустошить сам портал, тогда сколько?

«Несколько секунд, – ответил демон. – Но ты не успеешь до него добраться, откачать энергию из портала можно лишь с силовой линии, от которой он питается, а она находится у его подножия».

– Ладно, посмотрим. Но я должен успеть. – Ведь, по сути, я буду и сам телепортироваться, а не разгуливать пешком, как могут подумать мои друзья. – На месте разберусь.

«Но вариант, когда придётся сдерживать толпу нежити в одном месте, мне не очень нравится, а вот закрыть портал пораньше было бы замечательно», – решил я про себя.

И, осмотрев немного подросшую в размере команду, скомандовал:

– В путь.

Дальше ждать было нельзя. Рано или поздно отсутствие Мука должны были заметить.

Прошло уже где-то полтора часа. Мук провёл нас такими тропками, которые мы бы если и нашли, то с большим трудом. Зато на всём пути не встретили ни одной души, ни ловушек, ни ещё чего-то.

У развилки, ведущей в библиотеку, мы разделились.

Как это ни странно, наибольшую проблему при разделении нашего отряда вызвал Рыкун, который всё последнее время то где-то пропадал, то появлялся по моему зову. Теперь же ему нельзя было никуда удаляться, и отправиться он должен был не со мной, а с остальным отрядом. Однако этот упрямый зверёк упорно не хотел оставлять меня одного.

И тогда я пошёл на небольшую хитрость.

«Рыкун – очень хороший и опасный боец», – польстил я ему.

«Да», – с гордостью, но и каким-то ожиданием подвоха ответил он.

«А поэтому охрану самки из нашей стаи, – я глазами указал на Эрею, – я не могу возложить ни на кого, кроме тебя».

Зверёк недоверчиво сморщил нос, однако обошёл удивлённо смотревшую на него девушку по кругу и вдруг в недоумении спросил-констатировал:

«Она из нашей стаи?!»

«Да, – ответил я. – Поэтому её охрана теперь – это твоя обязанность».

«Я понял!» – Столько гордости за оказанное доверие было в прозвучавшем мысленном возгласе Рыкуна, что мне показалось, будто именно этого он и ждал всю свою, какая бы она ни была, жизнь, и вдруг эта его мечта внезапно осуществилась.

«Неужели для него это имеет такое большое значение?» – подивился я, но это мне было только на руку. Я нашёл того, кто преданно и неустанно будет приглядывать за дорогим мне человеком. Простите, эльфаром.

После этого Рыкун ещё раз обежал девушку и неожиданно длинным и тягучим прыжком оказался у неё на плече.

– Он пойдёт с вами, – сообщил я своим друзьям, с недоумением смотревшим на странное поведение моего товарища-зверька, который раньше, кроме меня, вообще ни к кому не приближался.

– Хорошо, – ответил за всех корнол.

Нужно было спешить. Поэтому, кивнув всем, я развернулся и, не оглядываясь, пошёл в сторону нужного мне туннеля. Мук же повёл остальной отряд к той комнатке, где они должны были дожидаться моего сигнала к началу активных действий.

Теперь я крался в одиночку. Если честно, кроме заботы о безопасности моих спутников, была и ещё одна причина, почему мне нужно было оказаться здесь одному. Я хотел, как уже обдумывал, основательно пройтись со своими большими карманами по закромам местного хранилища знаний. Местные артефакты меня интересовали не очень сильно, а вот знания были бесценны, поэтому я и решил рискнуть. Но рисковать я хотел только собой.

Если всё обернётся слишком плохо, я подам сигнал своим друзьям, и они уйдут через портал, а я его закрою с этой стороны.

«Мой риск и мои последствия, в случае если я переоценил свои возможности».

Но пройти мимо, не попытавшись завладеть этим подарком судьбы, я не мог.

Вот и библиотека. Судя по плану, данному мне Муком, хранилище с самыми ценными экземплярами находится в самом дальнем конце помещений, выделенных под библиотеку. Но и в общих залах библиотеки, по вероятностным оценкам кластера, должно было храниться ещё достаточно много уцелевших экземпляров книг, рукописей, различных магических фолиантов и инфокристаллов. Ведь Мук просто физически не мог самостоятельно осмотреть тут всё, да и что-то должно было уцелеть просто исходя из элементарных логических рассуждений.

Н-да… Заглянув в первую попавшуюся мне на пути пыльную залу, я, конечно, ожидал увидеть обилие книг, но что оно будет таким огромным, я не предполагал. И даже если большая их часть – рухлядь, то их всё равно было море.

Но, как оказалось, всё было не так страшно и сложно. Как говорится, глаза видят, а интерфейсы делают.

Мобилизовав все доступные сканеры и вычислительные ресурсы, но в основном, конечно, загрузив мою интуицию и главным образом опираясь на предоставляемые ею данные, Искатель за несколько минут обследовал первую залу.

Нас интересовали все книги по магии, географии, истории, военному делу, телепортации и телепортам, соседним измерениям, расам, населяющим как эту реальность, так и соседние, в общем, мы собирали всю научно-техническую литературу, которая была здесь. Включая различные каталоги и справочники.

И эти составленные ментоинтерфейсом запросы дали свои результаты.

Оказывается, эта зала была переполнена художественной литературой и прочей не слишком классифицируемой беллетристикой. Моя интуиция нашла всего несколько ценных и полностью уцелевших экземпляров в виде фолиантов, книг и информационных кристаллов. Их «инвентарь» сразу же перенёс в хранилище для ценных вещей.

Тут же мы нашли порядка сорока интересных, но с различной степенью повреждений книг и фолиантов, а также порядка пятнадцати малоповреждённых кристаллов, часть информации из которых ещё можно было восстановить. Их мы тоже забрали с собой.

Ну и в дополнение мы собрали все находящиеся здесь полностью нерабочие информационные кристаллы и отдающие хотя бы следом магии предметы. Это будут заготовки под будущие артефакты. Все они попали в дополнительное хранилище.

По этой же схеме мы действовали и в соседнем зале.

Там улов был чуть лучше. Порядка десяти экземпляров целых книг и двенадцати кристаллов, около сотни с разной степенью повреждений и куча всякого магического или околомагического хлама.

Следующий зал, судя по плану, был соединён с тем хранилищем, о котором говорил Мук, и из него же должен был вести потайной лаз в подземелье города, где располагалась тюрьма.

Просканировав помещение, как и рассказывал демон, я заметил двух скелетонов-воинов, стоящих у входа в хранилище. Также в помещении присутствовал и лич. С подобной нежитью я уже встречался, когда мы спасали Эрею из той западни, куда её загнали.

Кластер выдал быстрый отчёт:

«Конструкт десятого уровня. Удержание сущности. Маскировка. Ускорение внутреннего восприятия. Коэффициент ускорения пять раз. Увеличение силы. Увеличение реакции. Укрепление материального носителя. Конструкт генерации защитного силового поля девятого уровня».

Ментоинтерфейс подлил масла в огонь:

«Ментооператор. Класс: магистр. Аналогичные ментоструктуры были зарегистрированы ранее», – и вывел менто-информационное поле ранее уничтоженного мной экземпляра.

Быстро проанализировав уже известную и исследованную мной и Искателем структуру, кластер нашёл наиболее уязвимые её точки.

Со скелетонами проблем не было, их ментальную структуру мы уже разбирали и поэтому ничего нового придумывать не стали.

Осталось разобраться в последовательности этапов операции. Но ещё во время нашего путешествия с Муком я узнал у него достаточно интересную вещь. Скелетоны никакой информации наверх передать не смогут. Поэтому для совершенно тихого и незаметного уничтожения этой группы нежити следовало начать с лича.

«Ладно, так и сделаем», – решил я, расставил метки для локальной телепортации и, привязав их к менто-информационным полям присутствующих в помещении умертвий, приготовился к бою.

«Прыжок!» – скомандовал я сам себе.

Оказываюсь на расстоянии удара от лича.

Ускорение.

Меч медведя входит в его щит под нужным углом и в ту найденную кластером точку, где он способен пробить этот силовой кокон с одного удара. Как оказалось, меч этого странного незнакомца был очень удобен для тесного ближнего боя, будто его специально и создавали именно для такого типа нападений.

Неожиданная материализация вблизи противника, мгновенный укол и уход с линии атаки куда-то за пределы досягаемости ответного удара.

Построение резервного канала для поглощения ментоэнергии.

Поглощение сути.

«Зарегистрировано наличие нового ментомодуля, – сообщает Искатель. – Описание: конструкт девятого уровня. Создание постоянного внутреннего силового защитного поля внутри ментальной структуры пользователя. Свойство: сопротивление физическим и магическим атакам физической направленности вплоть до третьего уровня градации физического воздействия. Энергопотребление: настраиваемое, регулируется и обеспечивается избытком энергии в существующем энергетическом контуре оператора. Режим работы: постоянно. Статус: активирован».

«Хорошо, что-то с этого лича мы получили», – пролетела мысль где-то на задворках моего сознания.

Но я, не останавливаясь и не особо разбираясь в этом, продолжил действовать.

Поглощение сущности. В меня полился в общем-то совершенно немаленький поток ментоэнергии.

Лич падает.

Но я уже материализовался у следующего противника.

Тут всё просто. Создание канала.

Удар.

Поглощение сущности.

Скелетон рассыпается кучкой не связанных и не удерживаемых силой мёртвого города костей.

И ещё один прыжок.

Опять те же действия. И второй скелетон валится к моим ногам.

Всё, дело сделано.

Есть немного времени, прежде чем идти в хранилище. Проверяю и это помещение.

Здесь ценных книг и фолиантов оказалось ещё больше. Штук сорок. Ещё порядка семидесяти кристаллов. И всё это совершенно целое, как утверждают Искатель и моя интуиция.

Повреждённого имущества ещё больше. Только порядка ста двадцати книг различной степени ценности и уровня повреждений. Плюс ещё около двухсот кристаллов, с которых кластеру, возможно, получится восстановить хоть какую-то информацию.

Ну и остальной хлам, к которому я отнёс также вооружение скелетонов, их необычные доспехи и останки магалича, заряженные какой-то смесью магии смерти, тьмы и ещё чего-то не слишком понятного, замешанного на энергии земли и воды.

Всё это тоже отправилось в моё собственное складское хранилище.

Ну а теперь именно то, зачем я сюда пришёл. Хранилище наиболее ценных и целых книг, рукописей, различных работ и инфокристаллов.

Правда, я не ринулся, как оголтелый кладоискатель, сразу же проверять это помещение на наличие особо ценного имущества. Как-то не верилось в большую глупость местных владык, способных оставить подобное место без надлежащей охраны или охранного плетения. И оказался прав. На дверь было прилеплено что-то, созданное на основе магии смерти.

«Конструкт пятнадцатого уровня, – отчитался кластер, – преобразование живой органической материи в неорганическое кремневое соединение, её дальнейшее размельчение с последующим распылением полученного материала. Описание: уничтожение любого материального носителя на основе живых органических составляющих (клеток). Свойства: основано на преобразовании одного типа материи в другой за счёт изменения свойств энергии, составляющих его основу. Энергопотребление: не требуется, работает за счёт энергии, взятой от объекта воздействия. Объём проводимых преобразований напрямую зависит от количества переданной в конструкт энергии. Интерфейс управления: присутствует. Управляющий контур: присутствует. Возможность подключения: да.

Произвести подключение?» – в конце задаёт свой коронный вопрос кластер.

Естественно, я отвечаю «да».

«Подключение установлено».

Я быстро пробегаюсь по меню управления этим заклинанием и разочарованно понимаю, что его прямое отключение не предусмотрено. Можно просмотреть только основные свойства этого плетения, какую-то информационно-статистическую панель да часть критичных параметров заклинания, и, по сути, всё.

На этом месте я внезапно останавливаюсь и просматриваю доступные параметры. И… Да, я вижу то, за что зацепился мой взгляд. Некоторые из параметров можно варьировать в определённых пределах.

«Так, что у нас тут есть интересного?» – начинаю просматривать я.

Однако большинство обозначений мне совершенно непонятны, и я даже не догадываюсь, какие результаты должны повлечь за собой изменения этих параметров.

Правда, интуиция упорно указывает на один из параметров. Он как раз находится по своей шкале на доступном максимальном значении.

Переключив его на минимальное значение, я увидел, что он перешёл из положительной градации в отрицательный диапазон. Я, честно говоря, не догадался, что произошло, однако кластер практически мгновенно отреагировал на произведённые мной действия:

«Изменение полярности срабатывания конструкта. Произведено переключение на активацию конструкта при его взаимодействии с неживой (мёртвой) органической материей».

«Так, так, – мне стало любопытно, – это получается, что теперь это плетение должно сработать не на живое существо, а на нежить, к примеру».

Кластер был полностью согласен с моим выводом.

Доверившись ему и своей интуиции, которая утверждала, что больше соседнее помещение никакой опасности для меня не представляет, я вошёл в заветное хранилище.

Мук был прав: здесь был совершеннейший бардак. Всё было сложено в неразобранные стопки. Все полки шкафов забиты книгами, какими-то фолиантами, рукописями и инфокристаллами. Хотя само помещение было относительно небольшим, по сравнению с предыдущими залами, но разных носителей информации, как бумажных, каменных, кожаных, костяных, так и магических, наподобие кристаллов и не только, здесь было не меньше нескольких тысяч.

Ментоинтерфейс начал сканирование на предмет полезности для нас всей этой информационной свалки, хотя я был почему-то уверен, что различный хлам в это хранилище бывший смотритель библиотеки перетаскивать бы не стал.

Так и оказалось. В помещении находилось три тысячи восемьсот девяносто семь различных носителей информации, и все они в той или иной степени представляли ценность для нас, и, что немаловажно, всё было абсолютно целым и не подверглось никакому влиянию времени и воздействию внешних факторов. Ну, за исключением того факта, что некоторые фолианты могли попасть в библиотеку в достаточно потрёпанном состоянии. Но главное, что все книги и инфокристаллы остались такими, какими и были до своего появления здесь.

«Инвентарь» начал трудиться в усиленном режиме и справился с поставленной ему задачей буквально за пару минут. Всё, что находилось в этом хранилище, было перенесено ко мне на склад в секцию ценностей.

Оглядев уже пустое помещение, я удивленно подошёл к дальней его стене и не поверил своим глазам. В ней находился аналогичный найденному мной ранее контейнеру со снаряжением спасателей, только его цвет был не серый, а замаскирован под цвет стены. Я бы его и не увидел, но интуиция… куда же без неё.

Уже зная, что нужно делать, я приложил свою ладонь к отпечатку, находящемуся посреди дверцы этого шкафчика.

«Обнаружено сканирующее воздействие», – как и в прошлый раз, появилась надпись на интерфейсе кластера.

Потом вновь промелькнули какие-то непонятные сообщения. А вот дальше пошли различия.

«Гражданство пользователя установлено. Пользователь. Регистрационный код: (и тот код, что вписал прошлый раз кластер). Имя: Баг».

И последовало совершенно другое описание, не то, что было в прошлый раз.

«Согласно директиве установленного в секторе военного положения, вы мобилизованы и призваны на службу в вооружённые силы Объединённого содружества. В связи с введением военного положения вы произведены в звание старшего действующего члена военного совета текущего сектора. Код сектора: UO-TR-0698XV. Поздравляю вас с внеочередным присвоением военного звания – генерал Баг. Род войск: галактико-пространственная разведка космических войск Объединённого содружества».

Следующее сообщение:

«Изменения уже внесены в ваше личное дело и переправлены в общепространственную базу данных. Дополнительно вам переслан аварийный код полного допуска, подтверждающий ваше звание».

На интерфейсе кластера высветился огромный список из букв, цифр, каких-то иероглифов и символов.

«Код действителен только со слепком вашего менто-информационного поля. Необходимое оборудование будет предоставлено вам на любой космической станции, посту слежения или транспортном и военном корабле Объединённого содружества».

И шкафчик открылся.

Но, к моему огромному сожалению, он оказался пуст.

Хотя нет. Присмотревшись, в самом дальнем углу этого встроенного сейфа я нашёл небольшую коробочку. Видимо, из-за маленького размеров её и не заметили.

Открыв эту коробочку, я внутри, как обычно, нашёл нечто, напоминающее браслет.

«Мания у них, что ли, на эти браслеты?» – подивился я.

Ни кластер, ни ментоинтерфейс не смогли мне сообщить, что это такое. Но я давно уже понял, что через подобные устройства эти странные некто передавали информацию или проводили различные преобразования.

Интуиция не предвещала мне ничего плохого, если я попробую поэкспериментировать с этим устройством, поэтому я его просто надел на руку.

И ничего не произошло. Что было странно. Обычно с этими штуками всегда что-то происходит.

Попытавшись его снять и убрать обратно в коробку, я понял, что это у меня вряд ли получится, если разве что разрезать его чем-нибудь или отпилить вместе с рукой.

Плюнув на него, я уже собрался выходить, когда опять активировался сейф. Правда, в этот раз, в отличие от спасательного контейнера, варианты этого ящичка были несколько пожёстче. Единственное, на что сейф годился сейчас, – это режим самоликвидации, и я мог выбрать только различные вариации его запуска. По таймеру или задав какое-то условие. Быстро проглядев их список, я улыбнулся и установил активацию режима самоуничтожения на открытие входной двери. Было понятно, что тот, кто наложил на двери такое мощное плетение, сможет его же и снять, а вот сюрприза в виде взрыва, направленного прямо в его счастливую физиономию, он ожидать вряд ли будет.

А ещё мне было интересно, откуда в самом центре города мёртвых появился этот сейф и кто его установил? А главное, кто и когда его практически опустошил? Ведь в этом городе уже как минимум девятнадцать тысяч лет никого, кроме нежити, не встретишь, а для них, как я понимаю, и этот сейф, и имущество, хранящееся в нём, бесполезны.

Закончив разбираться с сейфом и библиотечным хранилищем в городе древних, я отправился туда, куда должен был попасть уже несколько минут назад.

«Тем более я теперь генерал, – при этом меня стал разбирать смех. Ну надо же было так встрять! – Военнообязанный». – И я опять усмехнулся.

Только вот один вопрос мне так и не давал покоя: «Интересно, что это за Объединённое содружество такое?»

«Вот и проход», – посмотрел я на небольшую дыру в стене, о которой говорил Мук.

И точно, находился он там, где и указал на него малыш.

Вот только мы с ментоинтерфейсом как-то забыли уточнить, что именно наш Мук – малыш в прямом смысле этого слова. Я в этот проход мог пролезть только ползком. И то с трудом.

Но раз назвался груздем, надо лезть.

Не знаю, что сделалось с моим телом, но ползал я, оказывается, не хуже змеи или там червяка какого. Быстро и так же бесшумно. А так как это была центральная часть города, это оказалось немаловажным. Во многих местах недалеко от себя я чувствовал и видел присутствие различной нежити, как уже известной мне, так и совершенно незнакомой.

Особенно меня поразили какие-то огромные ментоструктуры, переполненные энергией тьмы и смерти, которые попались, когда я находился уже совсем недалеко от тюрьмы. Мне они почему-то напомнили гигантских костяных драконов, о которых я когда-то читал. Эти, кстати, судя по всему, тоже летали.

«Не знал, что здесь водятся такие, – подумал я, – а Мук ещё о каких-то хозяевах говорил и владыках. Если уж эти чудища переполнены ментоэнергией и сильны магически, то каковы тогда должны быть их повелители?»

Я помню того Младшего Владыку, о котором говорил Мук, и он мне не показался слишком опасным. Или он недооценил меня и вышел неподготовленным, или я, как это иногда случается, в чём-то ошибаюсь?

Но не буду недооценивать их. Лучше перестрахуюсь и буду думать, что они ещё более опасны, чем считал Мук. Тогда я точно смогу адекватно отреагировать на все их трюки.

В этот момент я оказался у решётки, которая перегораживала мой выход в подземелье и о которой Мук почему-то ничего не сказал.

Хотя это было особо и не важно. Я и так вылезу, если это потребуется. Или срежу её, или телепортируюсь. Вон сколько маячков перемещается внизу.

Охраны оказалось несколько больше, чем мы рассчитывали с маленьким стражем, но несмертельно. Пол-отряда нежити. Один рыцарь тьмы и четыре скелетона-воина. С такими субъектами мы уже встречались.

Отсканировав всё помещение, я определился с камерой, в которой находится пленник, убедился, что никто посторонний дополнительно сюда не направляется, и приступил к активным действиям.

Быстро раскидал телепортационные метки над помеченной стражей – это у меня стало выходить уже даже не автоматически, а ещё быстрее, чуть ли не на уровне рефлексов, – я заметил, что периодически кидаю метки туда-сюда, а потом снимаю их. Делал я это на случай внезапного нападения и боя. Чтобы у меня всегда было время и возможность или отступить, или нанести неожиданный удар.

«Параноик», – называл я себя, но зато ставил я метки в результате практически мгновенно. Скорость моей телепортации по ним теперь не уступала, как утверждал кластер, скорости при прямом видении. Только у меня было преимущество. Мне не нужен был объект привязки, я был связан с маячком и мог перемещаться, ориентируясь только по ним. Но сути это не меняло. Работал я с локальной телепортацией уже на уровне прямых способностей, а не заклинаний, что было мне только на руку.

Сориентировавшись, я скомандовал себе: «Бой!»

Прыжок. Я около рыцаря тьмы. Построение резервного канала. Удар сквозь защитное поле. Поглощение сути.

«Обнаружены аналогичные конструкты одинакового типа. Произвожу их слияние и усиление направленного воздействия. Текущий уровень конструкта: восемь и две десятых», – выдал кластер об аналогичных способностях, выкачанных из предыдущих рыцарей тьмы, о защитном поле облачного типа и фокусированном ментальном воздействии.

Но у меня идёт бой, поэтому – поглощение сути и следующий прыжок.

А останки рыцаря тем временем ещё даже не успели коснуться пола в помещении.

Со скелетонами всё по-другому. Они поставщики энергии.

Построение канала передачи ментоэнергии. Связывание наших структур. Удар меча. И поглощение сущности.

Всё, кучка праха падает.

Ещё один. И ещё. И ещё.

Бой окончен.

Оглядываюсь кругом. Врагов нет. На всякий случай иду к входу и сканирую коридор.

Никого.

Закрываю дверь и запираю её на внутренний засов.

Конечно, против мага или рыцаря тьмы это защита никакая, но несколько секунд она нам даст, если что.

Быстро сканирую помещение тюрьмы по очень настойчивой просьбе своей хомячьей натуры. Мечи и доспехи скелетонов и рыцаря, а также его останки попали ко мне в «инвентарь».

Что-то не так.

Подхожу к столу и удивлённо разглядываю лежащий на нём предмет. Сумку.

«Материал изготовления аналогичен», – подтверждает мою догадку Искатель.

Хоть она и несколько иной формы, но сделана из того же материала, что и сумка медведя. И принадлежать она может только кому-то пришедшему из мира демонов, изготавливающих подобные артефакты, или оттуда, где эту шкуру или саму сумку можно найти. И её хозяин, видимо, как раз и есть тот самый пленник, о котором говорил Мук.

Проверив состояние пленника с помощью Диагноста, я понял, что он не спит и хотя слегка избит, однако практически полностью здоров. И сейчас очень насторожен.

Пленник каким-то образом понял, что за пределами камеры произошли некие изменения, и сейчас ожидает их продолжения.

Я взял со стола сумку и обнаружил под ней перевязь с парой коротких мечей. Магией они не отдавали, но были изготовлены из того же материала, что и найденный меч медведя или мои парные клинки. Этот материал Искатель назвал адамантитом.

«Неплохо экипирован пленник, – подумал я, – если соотнести реакцию корнола на мою сумку и то качество изготовления оружия, что я вижу».

Подойдя к нужной камере, открыл её дверь.

«А ведь действительно похож на Эрею, особенно если учесть, что это не пленник, а пленница», – только взглянув на незнакомку, понял я.

Скорее всего, этой разницы не понимал Мук, для которого что мужчина, что женщина, особенно если они одеты в скрывающую общие очертания одежду, не имело значения. Поэтому он и принял эту девушку за мужчину, хотя, конечно, с её внешностью это нужно было суметь сделать.

Девушка в ожидании стояла в углу комнаты.

«И что ей сказать, если она не понимает местных. Да и я вряд ли сразу смогу её понять. Мне, видимо, нужно уловить некое смысловое звучание её речи, чтобы понять её».

Я протянул ей её сумку и оружие.

– Бери. – Я тряхнул её имуществом.

Но пленница никак не прореагировала на мои действия.

Поняв, что связного разговора у нас явно не будет, я просто бросил к её ногам сумку и оружие, так как она так и не сдвинулась с места.

– Идём, – махнул я рукой, – идём за мной. – И показал в направлении двери из камеры, а потом и из тюремных помещений. – Туда.

Наверное, до неё всё-таки стал доходить смысл моей пантомимы. Девушка медленно, не сводя с меня глаз, присела на корточки. Потом резко отскочила в дальний угол помещения с перевязью и оружием в руках.

«Ничего себе она прыгает!» – подивился я.

– Да, надевай, – спокойно проговорил я и кивнул.

Похоже, мой совершенно равнодушный голос убедил или смутил пленницу, я, честно говоря, так этого и не понял.

Дождавшись, пока она перетянет перевязь и закинет за спину два коротких клинка, я указал ей на так и оставшуюся лежать посреди комнаты её сумку.

Она осторожно сделала несколько шагов вперёд и подняла сумку.

Поняв, что я жду лишь её, девушка сделала ещё один несмелый шаг в мою сторону.

– Ну, вот и хорошо, – пробормотал я и развернулся.

И мы пошли к выходу из подземелий. За ним должен был начинаться длинный коридор, выходящий прямо на портальную площадь.

Я не собирался особо заморачиваться и хотел быстро миновать этот коридор, подобравшись к краю портальной площадки. Но теперь, увидев, что пленник нежити – это девушка, я даже как-то растерялся. Я не представлял ни её умений, ни возможностей.

«Что же делать?»

Однако, только подумав об этом, я увидел странную и немного не понятную для меня картинку. Девушка, которая сейчас стояла передо мной, преобразилась. Сначала я не видел её менто-информационного поля. Но когда задумался над вопросами, кто она и что с ней делать, моё сознание автоматом переключилось в то состояние максимального видения ментоинформации, что было доступно мне. И я понял, что, во-первых, её поле было скрыто чем-то наподобие той одежды, что я хотел сделать для Эреи и Мука. Только изготовили её из какого-то совершенно иного материала, в отличие от того, что был у меня, но со схожими свойствами. Ни Искатель, ни кластер не смогли мне помочь с этим вопросом. Однако, когда мы обнаружили, что даже сквозь надетую на неё скрывающую её способности одежду я могу распознать и разглядеть её менто-информационное поле, то кластер стал в состоянии примерно вычислить уровень её способностей. И получилось, что перед нами сейчас находится очень сильный тёмный маг, к тому же, что странно, с такими же сильными способностями и к магии жизни. Но при этом кластер упорно утверждал, что такого сочетания способностей к управлению разноплановыми энергиями быть не может, особенно в таких ровно распределённых соотношениях. Девушка была одинаково сильна как в магии тьмы, которой уже, похоже, где-то обучалась, так и в магии жизни, способности к которой у неё были огромными, даже больше, чем у Эреи, но которые были совершенно неразвиты.

«Необычно», – подумал я и более внимательно присмотрелся к девушке: что ещё интересного скрывается под её симпатичной внешностью?

И тут выплыло во-вторых. Её внешность была личиной. Очень качественной. Даже кластер не смог подобрать аналога подобному плетению в своей уже скопированной локальной базе знаний. Поэтому копию структуры этого плетения он мгновенно добавил в нашу базу знаний.

Так вот, под личиной скрывалась ещё более симпатичная мордашка. Такого я даже представить себе не мог. Я считал, да и сейчас считаю, Эрею очень красивой девушкой, но здесь передо мной стояла красавица, по сравнению с которой Эрея была лишь обычной, ничем не примечательной девушкой.

«Понятно, почему ты ходишь под такой качественной личиной, – усмехнулся я. – Не хочешь смущать обе половины разумных. Даёшь шанс одним не сойти с ума от ревности, а вторым от неимоверного желания. Да, сложновато тебе приходится».

Никогда не думал, что буду смотреть на неимоверно волшебную красавицу и жалеть её, особенно если она вполне разумное существо, коль старается скрыть за неприметной внешностью своё истинное лицо.

И вот когда я подумал об истинном лице этой девушки, то как-то неожиданно подключились способности, дарованные мне моей связью с симбиотами.

М-да… В моём сознании проплыла мысль, от которой я обалдел. И это было неудивительно. Ведь передо мной предстала третья ипостась красавицы.

Так кого?

«Э, демоницы, наверное», – поправил я сам себя, рассматривая тот образ, который нарисовало моё сознание.

Высокая, чуть выше меня, стройная, изящная, с выглядывающими из-за её спины крыльями, небольшими загнутыми назад рожками и лицом ангела. Необычное сочетание. При этом неимоверно опасная, прекрасная в своей как первой, так и второй ипостаси. И что самое главное, невероятно желанная девушка, фея, ангел и демон в одном лице.

«Да что это со мной?» Я точно знаю, что без ума от Эреи, но сейчас, смотря на эту девушку, я не мог оторвать от неё глаз.

«Вот это я попал! – обречённо подумал я. – И что мне теперь делать?»

Хотя ладно, буду разбираться с проблемами по мере их поступления. Да какое, к чёрту, поступление, вот она – проблема, стоит во всём своём невероятно прекрасном воплощении. Неудивительно, что нежить не смогла пробиться в её сознание.

Я был почему-то полностью уверен, что для этого нужно было работать с её демонической ипостасью, и мне было очень сомнительно, что даже самые сильные их мозголомы справились бы с этой задачей.

«Но как же мне быть?» При этом какая-то мысль, деталь не давала мне покоя. Что-то я упустил, что-то из того, что заметил, но на что не обратил внимания.

Нужно разобраться, а то мне это не даст сосредоточиться и спокойно работать.

Ещё раз рассмотрев все три ипостаси девушки, я вернулся к тому, с чего всё началось, – к её менто-информационному полю.

«Вот оно!» – нашёл я ту деталь, за которую и зацепилось моё подсознание.

Наш родовой знак, маленький дракон, вписанный в шар. Все это переливалось чёрно-зелёным цветом. А за драконом парил какой-то непонятный крылатый чёрный монстр.

«Ну, здравствуй, Тея», – наконец понял я то, что не давало мне покоя с самого первого момента нашей встречи. Некое чувство родства, которое я испытывал всегда, когда поблизости была Эрея. Я даже в первое мгновение подумал, что она где-то рядом, но нет, это так сработали наши узы именно с ней. Теей.

«Мне везёт. На одну проблему меньше или на одну головную боль больше. Будь, как говорится, осторожен в своих желаниях. Иначе они могут сбыться».

Не знаю, о чём думала Тея в эту затянувшуюся паузу – о чём-то своём.

«Что делать?»

Ею рисковать у меня желание отпало, как только я понял, кто стоит передо мной.

Нужно поговорить с ней, но как это сделать?

Не знаю, что произошло, но я стал полностью уверен, что, разобравшись в том, с кем имею дело, смогу уже вполне нормально общаться и с ней. Видимо, сработали какие-то скрытые лингвоанализаторы или ещё что-то, но в голове, как щелчок, появилось понимание и знание ещё одного языка. Это было как и с Эреей – высокому эльфару мне тоже не пришлось учиться, я его уже знал, хотя лесное наречие, на котором мы говорили с корнолом, мне пришлось изучать постепенно и самостоятельно, хотя это и не заняло у меня много времени.

– Привет, – произнёс я с каким-то немного необычным мягким протягиванием согласных, – я Баг.

– Привет, – удивлённо ответила девушка. – Ты говоришь на реалме?

– Видимо, – пожал я плечами. – Как называется этот язык, я не знаю.

– Странно, – прищурилась та и спросила: – А почему ты заговорил именно на нём?

– Наверное, потому, что ты пришла оттуда. – И я кивнул в сторону, где должен был располагаться портал. – Но не это сейчас главное. Для нас сейчас важно другое. Мы в городе древних. И он кишит нежитью. Это ты должна была уже заметить. И у них есть большое желание принести тебя в жертву местному источнику магии.

– То, что город полон умертвий, я разобралась. – Усмехнувшись, Тея тряхнула головой. – Попалась, как маленькая неопытная девчонка, в глупую ловушку. Меня спеленали на выходе из портала, сразу наложив заклинание, блокирующее мои магические способности. Они не знали, что я маг, а сделали это на всякий случай. И уже потом меня поместили сюда. Я оказалась практически бессильна против таких умелых магов. Тут очень сильные маги тьмы и смерти. Я не знала, что где-то в срединных мирах ещё встречаются такие мастера.

– Тебе не очень повезло в этом плане, ты выбрала тот единственный портал и город, где они наиболее сильны, – заверил я её.

– Согласна, – ответила она. – И поэтому я поджидала удобного момента, чтобы постараться сбежать.

– Как раз о побеге, – перебил я её. – У тебя не так много шансов было его совершить, особенно если действовать одной. Да и сейчас их остаётся не очень много. Однако мы с друзьями как раз его и готовили. А тут наш маг случайно узнал, что нежить в плену содержит какого-то разумного, пришедшего с той стороны портала. И поэтому мы хотели предложить свою помощь в обмен на твою. Город полон нежити, за пределами города легионы каких-то демонов. Мы с друзьями именно из-за демонов и постарались укрыться здесь, в городе, но попали из одной неприятности в другую.

При словах о демонах Тея как-то странно дёрнула головой, но постаралась взять себя в руки, и дальше на её лице вновь была маска спокойствия.

«Что её смутило, просто упоминание демонов или упоминание того, что они окружили именно этот город?» – задался я вопросом.

– Какая услуга вам будет нужна? – бесстрастно спросила девушка.

– Не очень большая, – ответил я, но, если честно, пока и сам не знал, что попросить.

Я так понимаю, девчонки должны будут узнать друг друга, когда встретятся. И вот потом можно будет поговорить.

А пока можно сказать следующее:

– Она не будет очень обременительной для тебя. Нам, возможно, понадобится некоторая помощь, чтобы устроиться там, куда мы попадём. Возможно, связи и немного информации. Я сейчас, правда, не могу сказать, что нам нужно. Но вот в чём я уверен, так это в том, что наша помощь сейчас тебе просто необходима.

– Да, – как-то просто согласилась девушка, похоже, она и сама прекрасно понимала, в каком положении оказалась.

– И что у вас за план? – после небольшой паузы спросила Тея.

– Пройти сквозь портал, через который ты и пришла.

– Нереально. Его охраняют как королевскую сокровищницу. Там не прорваться, – возразила она, – если у вас, конечно, с собой нет мастера-некроманта.

– Некроманта у нас с собой нет, – усмехнулся я, – но поверь, уже всё подготовлено. Ждут только нас с тобой.

Девушка не стала долго колебаться и сразу спросила:

– Что от меня требуется?

– Выполнять всё то, что я тебе скажу.

Немного подумав, она согласилась.

– Тогда… как быстро ты умеешь бегать? – спросил я.

– Тебя ещё удивит моя скорость, – с хитрой усмешкой ответила мне она.

«Посмотрим», – подумал я, но потом вспомнил её невероятный прыжок через всю камеру и сказал:

– Хорошо, тогда делаем так. Подбираемся через туннель, который находится за этой дверью, к портальной площади. Я её исследую и подаю сигнал своим друзьям. Они активируют портал. После того как портал откроется, мы несёмся со всех ног к нему, пока нас не хватилась охрана. Ну а потом, вполне понятно, мы перемещаемся.

– А твои друзья точно справятся с порталом, он какой-то странный, – выразила свои сомнения девушка.

– Справятся. С нами очень талантливый маг. Он гарантированно его активирует. И я в нём полностью уверен.

– Непонятно, – будто про себя, удивлённо проговорила девушка, – но я почему-то верю тебе. – И уже громче добавила: – Идём. – И встала так, чтобы, следуя за мной, прикрывать мне спину.

«А неплохо её обучили», – одобрительно посмотрел я на её действия.

Похоже, мой, возможно, несколько покровительственный взгляд каким-то образом задел её чувства, не знаю, что уж она подумала, но она, лишь дёрнув плечом, указала мне в направлении начала коридора.

Мы осторожно двинулись вдоль стены к выходу, ведущему на портальную площадь. Я шёл чуть впереди, девушка приотстала от меня на несколько шагов.

До выхода мы с ней дошли очень быстро. Она умела скользить незаметно и тихо не хуже меня, что меня в общем-то совершенно не удивило, если вспомнить о том, кто она. Я, если честно, даже не представлял всех её возможностей, но мне казалось, что они у неё должны быть уникальными. А незаметно перемещаться, красться так, чтобы никто даже не узнал о твоём присутствии, – это была такая мелочь по сравнению со всем остальным набором, что, по-моему, она не стоила и упоминания.

Остановившись перед площадью, я быстро просканировал её. Тут Мук оказался совершенно прав. Два отряда охраны. Четыре рыцаря тьмы. Шестнадцать скелетонов-воинов. И пять магов-личей.

Все менто-информационные структуры уже были в базе. Их слабые места известны. Стратегия и алгоритм работы с ними давно опробован и установлен.

Расставив метки над всей присутствующей на площади нежитью, я убедился, что корнол, Эрея и Мук находятся там, где и должны, в небольшом помещении под Древом Жизни.

Проверил я и подходы к площади. Ничего выдающегося не было. В окрестностях сновала пара скелетонов, и больше никого я заметить не смог.

Однако Мук говорил об одном из владык, который сможет добраться сюда в любом случае.

«Ну всё, пора начинать», – решил я и подал сигнал нашему собственному небольшому демону.

«Активируй», – ушла мысленная команда Муку.

– Ну что? – прошептала из-за спины Тея.

– Тихо, – остановил я её, – он работает.

И это было действительно так. Я заметил стягивание большого объёма энергии в центральной точке посреди арки из странного тёмного камня, которая находилась на дальнем конце площади.

Я, если честно, думал, что это просто некая точка привязки для портала или какое-то фокусирующее устройство, которое задаёт ему направление. А сам портал или находится где-то снизу, или является более компактным артефактом.

Но теперь увидел, что это не так. Наполнившись энергией, эта каменная окружность преобразилась. И стали ясно видимы все составляющие её основу плетения и структуры. И было их множество. Своим видом этот артефакт мне напомнил «Звёздные врата» из одноимённого фильма, только управлять ими нужно было не механической перестановкой точек координат, а магическим воплощением их рун, встроенных в эти врата.

«Эта арка сама и является неким портальным артефактом», – дошло до меня, и притом этот артефакт был создан явно кем-то более могущественным, чем местные маги. И это были несомненно не бывшие хозяева этого города. Они, похоже, просто когда-то нашли этот портал и принесли его с собой в этот город.

Искатель оценил примерный возраст этих врат, им было что-то около пятидесяти тысяч лет. Впечатляющая цифра.

Но что было ещё более странным: структура плетений в портале была настолько сложной и неизвестной, что даже кластер с ходу не смог идентифицировать большую их часть. Однако он мог работать с ними и утверждал, что основа всех обнаруженных конструктов во многом идентична тем, что хранились в его базе данных. Поэтому доступ к порталу он постарался получить, но не смог пробиться сквозь окружающие и наведённые на него сейчас помехи.

Оказывается, во время активации портал уже был практически не управляем, или, вероятно, нужно было находиться в непосредственной близости от него, чтобы никакие помехи не мешали работать с его управляющим контуром.

«Вот это вещь!» – было моей последней мыслью перед тем, как портал раскрылся полностью и воплотил открытые врата в соседний план реальности в материально видимом образе. Некоей зеркальной, слегка колеблющейся поверхности.

– Ваш маг силён, – прошептала Тея и спросила: – Начинаем?

– Нет, – ответил я.

Что-то смущало меня, но я никак не мог понять, что не так.

Мук уже дважды послал запрос на переброску моих товарищей в портал, но я никак не мог уловить, что же мне не нравится в окружающем портал пространстве, и поэтому пока останавливал его. Да и интуиция упорно твердила, что порталом пользоваться нельзя, хотя я точно знал, что он уже активирован.

«Да что же не так-то?» – в отчаянии подумал я и поднял своё восприятие до максимально возможного уровня, подключив симбиотов и все сканирующие возможности, доступные ментоинтерфейсу и кластеру.

«Что это?» – вгляделся я в еле видимую плёнку, накрывшую активированный портал неким сферическим куполом.

«Силовая защита седьмого уровня», – подсказал кластер.

Мука с друзьями она не задержит, но основательно собьёт настройки входного луча при перемещении через портал, так что они наверняка погибнут на выходе из портала.

«Откуда я всё это знаю?» – удивлённо подумал я, но сейчас было не до этого.

По следу, построенному симбиотами, я вычислил источник генерации этого поля.

«Ну вот, видимо, и владыка, о котором говорил Мук», – понял я.

И оказался он здесь гораздо раньше того времени, на которое рассчитывал маленький демон.

Похоже, этот хозяин мёртвого города был гораздо сообразительнее, чем мы думали, и предугадал то единственное место, которое позволит вырваться нам за пределы этого города. Вот он и пришёл сюда, заранее подготовив ловушку и спрятавшись так, что я его не заметил, если бы не мои дурные предчувствия.

Кластер просканировал его защиту и констатировал, что это некая составная конструкция, с каждым отдельным элементом которой мы уже имели дело, но в такой связке нам её встречать ещё не доводилось. Однако именно из-за её модульности она и имела свои прорехи, которые, немного поэкспериментировав, кластер нашёл и выделил.

Правда, для того, чтобы разрушить или пробить силовое поле этого владыки, его придётся перегрузить в каком-то одном месте и, дождавшись стягивания сил для его поддержания именно на этом участке, пробить поле в совершенно иной точке, под строго определённым углом. Со скоростью удара не ниже определённой. То есть, по сути, перед ударом мне понадобится разгоняющая скорость меча связка движений. А это значит, что рядом с этой нежитью мне придётся провести какое-то время.

«Работать буду своими мечами», – решил я, мне очень могут пригодиться как их родные магические свойства, так и вложенное мной свойство аннигиляции.

Но во время боя с Владыкой у меня будет право всего одного смертельного удара. Дальше, я так понимаю, будет утеряно преимущество внезапного нападения. Ведь, судя по всему, на нём лишь стандартная защита. Ничего необычного он на себя не накинул, а значит, сам собирается нападать, а не защищаться. Иначе его защита была бы значительно мощнее. А на нём лишь какое-то относительно простое плетение защиты и прикрывшая всё это мощнейшая маскировка.

«Точно, этот упырь, или как их там правильно называть, затаился в засаде на тех, кто постарается прорваться к арке», – понял я суть замысла владыки.

А это значит, что если я оплошаю, то вся мощь его уже подготовленного удара придётся по мне. Значит, нужно его укокошить с одного направленного и подготовленного удара.

Дальше особых трудностей ни кластер, ни Искатель не видели. Хотя точного уровня этой нежити определить не получалось, но, судя по используемым им плетениям, он был не ниже пятнадцатого.

Кластер сразу предложил не заморачиваться поглощением ментоэнергии владыки, а после поглощения его сути воспользоваться аннигиляцией. В нём могут быть действительно уникальные способности, которые следует постараться урвать, а потом, для экономии времени, сразу его уничтожить.

Это же следует проделать и с остальной нежитью. Нет времени заниматься их потрошением. Закачка энергии из Древа Жизни может занять некоторое время, поэтому бой нужно сократить до минимума. И тратить время на вытягивание энергии и способностей ещё и из нежити не стоит, и так придётся опустошать источник.

Разработав примерный план действий, где первым пунктом идёт короткий разговор с владыкой, я уже хотел начинать. Но внезапно пришёл очередной сигнал от Мука.

«Нужно уходить».

«Ждите, – ответил я ему, – у портальной арки ловушка. Я вам подам сигнал, когда можно будет перемещаться».

И обратился к Тее.

– Небольшое изменение, – сказал я ей, – наш план разгадали, но, как видишь, портал мы активировать смогли. Осталось только пройти сквозь него.

– Что не так? – спросила девушка.

– Один из владык этого города мёртвых устроил нам ловушку. Я постараюсь с ней разобраться, но тебе придётся немного поработать в паре со мной. Вернее, как только я тебя скажу, надо бежать со всех ног в сторону активированного портала и уходить через него. Мне придётся остаться здесь и прикрыть ваш отход. Ты же постарайся успокоить моих друзей с той стороны и, главное, не дай никому из них пройти через портал обратно. Это и есть та ответная услуга, о которой я тебя прошу. Сделаешь?

Девушка с некоторым недоумением посмотрела на меня:

– Зачем ты всё это задумал, ведь ясно же, что твой план – это явное самоубийство? Зачем?

– Они всё, что и кто у меня есть. Они – моя семья. – Не знаю почему, я сказал именно так, но когда произнёс эти слова, то и сам понял, что давно всех их считаю такой странной и непонятной, но своей семьёй. Родом, за который я несу ответственность.

– А для меня? Ведь ты можешь попросить меня остаться, чтобы спасти своих друзей? Моя помощь может оказаться тебе полезной. – И девушка со странным выражением лица и вопросом во взгляде посмотрела прямо мне в глаза.

– Мне не нужна чужая жизнь, чтобы прикрыть свою. Тем более твоя, – просто сказал я.

– Понятно, – тихо ответила девушка и, наклонив голову, добавила: – Я постараюсь.

Не знаю, что она услышала в моей речи, но почему-то именно мои последние слова разбили тот лёд недоверия и осторожности, что всё ещё испытывала она.

Ну, теперь все вопросы решены. Пора начинать действовать и постараться вырваться за пределы этого проклятого мёртвого города.

– Пора, – прошептал я и неожиданно даже для себя добавил: – Спасибо тебе, Тея. – И толкнул в удивлении расширившую глаза девушку в спину. – Беги. – И показал в направлении портала.

«Она точно успеет добраться до арки незамеченной», – подумал я, следя за понёсшейся Теей.

Такой скорости я от неё не ожидал. Но хотя чему тут удивляться, она ведь демонесса.

Ну, с Богом.

Клинки в руки.

Прыжок.

Вот он, владыка.

Тот практически сразу заметил меня и постарался, развернувшись в мою сторону, нанести удар своей длинной когтистой лапой. Скорость была сопоставима с моей, но этот его обычный удар был огромной глупостью, которую сделал этот мёртвый маг. Нужно было нарастить мощь щита или долбануть по мне уже подготовленным и активированным плетением. Однако владыка, видимо давно не участвовавший в реальных сражениях, сделал ошибку новичка. Он напал сам. Именно этой его ошибки мне и не хватало.

Я сделал длинный скользящий шаг вдоль его корпуса для того, чтобы развить необходимую скорость своего меча и сделать тот единственный удар, способный заставить перегрузить силовой кокон и перераспределить энергию по его поверхности.

А дальше всё пошло по уже отработанной схеме. Второй удар сквозь ослабленное защитное поле в точку с его наименьшим сопротивлением. Клинок входит в область шейного верхнего позвонка этого длинного мощного скелета. Поглощение сути.

«Регистрирую поступление конструкта пятнадцатого уровня», – отреагировал кластер.

Но пока мне это неинтересно.

Аннигиляцию – в меч, и голова этого умертвия скатывается к моим ногам.

И практически мгновенно пропадает подпитка того силового поля, что охватывала портальную арку.

Чтобы ускорить его распад, я подключаюсь к каналу, ведущему к нему, и откачиваю оставшуюся ментоэнергию.

«Готово. Уходите», – сообщаю я своим друзьям после того, как силовое поле, накрывающее арку, полностью исчезает.

И замечаю, как портал практически сразу активируется три раза. А потом, буквально через пару секунд, я вижу и ещё одну, последнюю активацию портала.

«Всё, они в безопасности». – Это было именно то, что беспокоило меня больше всего.

Теперь меня уже мало что сдерживает.

«Пора заканчивать с этим городом», – решаю я и начинаю работать с точностью и механическим автоматизмом высокопроизводительного бездушного компьютера.

Цель номер один: очистить площадь от мешающей выполнению основной задачи нежити.

Так оперативно и быстро мне действовать ещё не приходилось.

Отошли на второй план такие маловажные сейчас цели, как сбор умений или приобретение новых способностей, а они здесь были однозначно.

Я прошёлся по площади всё уничтожающим вихрем.

Прыжок. Удар. Аннигиляция.

Прыжок. Удар. Аннигиляция.

И так до тех пор, пока не было уничтожено последнее умертвие. Никакие трофеи меня сейчас особо не интересовали.

Цель номер один выполнена. Приступить к следующему этапу.

Цель номер два: опустошить источник магии.

Этим я ещё никогда не занимался. Но задача особых трудов не вызвала. Можно было пойти двумя путями.

Долгим и осторожным – так, как подключался к источнику Мук. Я должен был изучить структуру этого источника, найти его основные узловые точки и к ним выстроить свои каналы для закачки ментоэнергии. Но меня он не устраивал. Во-первых, оказалось, что данный способ пусть и не сразу, но позволит возродить этот источник магии, хотя все текущие связи он, как и предполагалось, оборвёт. И во-вторых, этот способ поглощения ментоэнергии был долгим. У меня не было столько времени.

Поэтому я пошёл другим путём, используя уже свои собственные способности, а именно свою способность поглощения сущностей. Этот способ был в несколько раз быстрее предыдущего, и главное, поглотив сущность источника, я полностью разрушал его. Что нам и нужно было.

Прыжок – и я у цели.

Материализовавшись возле Древа жизни, я вынул клинок медведя и вонзил его в ствол дерева.

Поглощение сущности.

Такого потока я не ожидал. Неудивительно, что на этом источнике город смог просуществовать столько времени, даже тех крох, что в нём остались, было достаточно для того, чтобы разорвать мою энергосистему в клочья.

Но тут в действие вступили защитные механизмы, разработанные кластером и настроенные ментоинтерфейсом.

Энергия стала закачиваться порциями.

Оценив тот её объём, что ещё остался в источнике, кластер вывел, что мне понадобится порядка трёх минут для полного её поглощения и ещё порядка десяти секунд, чтобы полностью разрушить менто-информационное поле этого необычного, исковерканного источника жизни.

Время потянулось в сильнейшем напряжении.

Чтобы не бездействовать и не накручивать себя, я раскинул сигнальную сеть вокруг площади, подготовил оружие для отражения внезапной атаки. Раскидал несколько меток, привязав их к различным статичным магическим аномалиям, обнаруженным в округе, и занялся теми делами, что накопились у меня после боя.

Первое – это трофеи. Просканировав площадь, я собрал всё разбросанное здесь оружие, артефакты, отдающие магией, а также те останки нежити, что не были уничтожены и несли в себе хоть какой-то заряд энергии тьмы и смерти. Улов получился неплохим.

Следующим шагом стало то, что я приступил к анализу полученной от владыки способности.

«Источник энергии хаоса», – просто охарактеризовал Искатель захваченный у нежити дар.

Что это означает, мне объяснять не надо было, я и так всё понял. Видимо, сказывается моё более плотное взаимодействие с базами знаний или пробудились ещё какие-то способности, но пояснений ни от кластера, ни от Искателя мне сейчас не требовалось.

Кстати, как и в вопросе накрытого силовым коконом телепорта.

Так вот, способностью управления энергиями хаоса я стал обладать сразу, но генерировать их самостоятельно не мог. Раньше я мог вырабатывать только стихийный и упорядоченный спектр энергий. Но управлять мог любым типом энергии, включая и неупорядоченные. Теперь же в дар от владыки нежити я получил нечто способное хоть и не в таких объёмах, как мой изначальный генератор ментоэнергии, но всё же вырабатывать неупорядоченный поток хаотичных типов ментоэнергии.

Кластер мгновенно просчитал преимущества подобной магической аномалии и, действуя по ранее наработанной схеме, предложил выстроить дублированную систему циркуляции энергий, однако настроенную исключительно на хаотичный ее тип.

Основой служил генератор, к нему пристраивался накопитель и преобразователь, потом выстраивалась система внутренней циркуляции ментоэнергии хаотичного типа, а вокруг неё – система внешней циркуляции ментоэнергии, также выполняющая функции поглощения энергии хаоса из-за пределов моего менто-информационного поля.

Преимуществом было то, что эта система была компактнее в связи с более слабым генератором ментоэнергии и её можно было полностью встроить в моё уже сформированное менто-информационное поле.

И как результат, это привнесло дополнительную очистку ментоэнергии, увеличение скорости работы с ней, дополнительный контур защиты, и, что самое необычное, я теперь стал полноценным тёмным магом. Что кластер считал невозможным. Однако необходимые расчёты провёл и новую ментальную систему циркуляции энергий, разработанную именно под моё менто-информационное поле, создал.

Искатель же практически мгновенно приступил к её внедрению. Он уже вполне плотно сотрудничал с кластером, и чаще всего все выводы, высказанные им, содержали в себе толику мнения и ментоинтерфейса.

«Неплохой прощальный дар мне преподнёс город древних», – подумал я.

В этот момент кластер сообщил о полном разрушении источника.

Проверив результаты, я понял, что смог неплохо пополнить свой внутренний накопитель ментоэнергии за счёт источника магии города мёртвых.

И констатировал: цель номер два выполнена. Переходим к порталу.

Цель номер три: откачать ментоэнергию из портала, постаравшись оставить её лишь на одну активацию.

Здесь всё оказалось и проще, и сложнее.

Воспользоваться своей способностью поглощения ментоэнергии я не мог, так как точной градации поглощаемого объёма энергии в этом случае рассчитать ни у меня, ни у кластера с Искателем не получалось. А ведь мне нужно было не только не разрушить источник, но и оставить ментоэнергии в нём на одну рабочую активацию.

«Самому-то мне тоже нужно переместиться», – подумал я.

Поэтому мне пришлось работать как обычному магу. Мы быстро изучили структуру плетения портальных врат. Теперь было понятно, что это разработка более сложная и древняя, чем хозяева города мёртвых.

Просмотрев все узловые точки, я согласился с Муком, что единственным приемлемым местом, где было возможно подключиться к плетению телепорта, была управляющая предпортальная площадка у подножия возвышения, на котором находится сама арка.

Телепортировавшись туда, я изучил возможные точки подключений.

Так, создание канала. Начало поглощения энергии из портальных врат.

Искатель регистрирует критический объём ментоэнергии с её небольшим запасом.

Останавливаемся и оставляем его.

Всё было выполнено быстро и точно.

С этим закончено, понимаю я и совершаю уже последний прыжок в границах этого города.

Я у портала. Мне остаётся последний шаг. И я его делаю.

Зеркальная гладь поглощает моё тело.

И внезапно моё сознание пронзает мысль, что нужно сделать последний «подарок» оставшейся нежити в этом городе мёртвых магов, чтобы наверняка отрезать погоню: «Портал нужно забрать с собой».

Не знаю, сработает это или нет, но как только я проваливаюсь в тонкую плёнку, затянувшую поверхность портальной арки, даю команду «инвентарю» на захват и перенос в подпространственное хранилище врат.

Вижу, что моя задумка сработала, но останутся ли они целыми и рабочими после такого эксперимента, покажет только время.

Но как оказалось, это был не самый последний мой прощальный подарок Владыкам города древних. Финальным аккордом стал услышанный мной где-то на задворках своего восприятия уже по ту сторону портала мощнейший взрыв.

«Кто-то решил проверить хранилище в библиотеке, – дошла до меня какая-то вялотекущая мысль. – А ведь и правда, я от города камня на камне не оставил», – вспомнились мне последние слова Эреи.

И она где-то там. Ждёт моего возвращения. Как и все остальные, новые и старые друзья.

Вот он, мой следующий шаг, шаг в новый мир. Я сделал его. И я готов к встрече с ним. Миром за гранью.

Глава 3

Один из нижних планов реальности. Планета Аррах.

Анклав Нураз. Дворец лорда-повелителя Нураза.

Большой зал

Если бы кто-то незнакомый сейчас со стороны увидел старейшего правителя планеты, лорда Нураза, то он допустил бы крамольную мысль. Ему показалось бы, что этот многотысячелетний демон чем-то недоволен или о чём-то переживает.

И неудивительно.

Многострадальный вход в этот тронный зал украсило ещё одно мокрое кровавое пятно, усыпанное крошевом из костей и сероватых ошмётков мозга. И в который уже раз не повезло очередному мелкому демону-лизоблюду. Его размазали по стене, не успел он и рта раскрыть, войдя в зал, где сейчас пребывал повелитель. А ведь лорд даже не знал, какие новости тот принёс.

Какому уже по счёту неудачнику не повезло в этом зале, повелитель Нураз не мог сказать точно и сам. Да и не интересовало его это. Эти демоны были для него как пыль. Исчезновение любой такой мелкой сошки он даже не замечал. Буквально через несколько секунд его место уже займёт кто-то другой, в надежде, что его минует участь предшественника.

То, что повелителя что-то беспокоило, было не совсем верно. Этого демона уже больше трёх тысяч лет не беспокоили никакие чувства. Временами он испытывал что-то отдалённо на них похожее, но уж точно это было не сегодня.

Сейчас этот самый старый демон и один из самых могущественных правителей планеты Аррах, да и нескольких ближайших нижних и срединных планов реальности, был просто очень задумчив и отрешён. Ну и ещё он был очень не в духе. А этот прощелыга совершенно не вовремя влез к нему со своими новостями.

«Нужно было хотя бы выслушать, что он хотел мне сказать, – как-то с ленцой подумал старый демон, – и только потом его убить».

Но эта мысль его даже не побеспокоила. Он так же с ленцой взмахнул рукой, и дверь в его тронный зал приоткрылась, и в образовавшуюся щель притиснулся худощавый и высокий демон в странном длинном одеянии, которое тянулось за ним по полу.

«Ну вот, уже нарисовался преемник, – подумал Нураз, рассматривая новую демоническую падаль у подножия своего престола. А потом зло усмехнулся: – Этот-то, интересно, как долго продержится?» – Но эта мысль была мимолётна и ничего не решала, поэтому лорд практически мгновенно забыл о ней и спросил у вошедшего:

– Что хотел мне сказать этот? – И демон указал на новое кровавое пятно рядом с дверью.

С опаской покосившись на то, что осталось от его бывшего начальника, младший демон ответил:

– Повелитель, к вам посыльный от генерала Кана, и, зная их нравы и своеобразные приказы генерала, мы не стали силой отбирать у него письмо, чтобы передать его вам. А решили лишь доложить о его прибытии, чтобы вы сами решили участь этого наглеца, – понимая, что несёт какую-то чушь, проблеял новый младший слуга повелителя.

Сначала Нураз не понял, о чём лепечет этот шаркун, но достаточно быстро у него перед глазами всплыло лицо молодого демона-воина, принёсшего предыдущие известия от генерала.

«Неужели опять он?» – удивился повелитель и улыбнулся.

Ему понравился тот немного нагловатый и смелый воин, готовый пожертвовать своей жизнью, лишь бы с точностью выполнить отданный ему приказ.

– Зови, – приказал он.

Было заметно, какое облегчение испытал этот придворный интриган, когда понял, что участь предшественника в это посещение тронной залы повелителя миновала его. И он исчез за тихо закрывшейся за ним дверью, кое-как протиснувшись в небольшую щёлку.

Пока не появился гонец, Нураз задумался над тем, что же хочет сообщить ему генерал. Ведь никаких новых приказов или поручений лорд ему не отдавал, но, зная характер Кана, можно предположить, что его сведения имеют первостепенное значение.

И он вновь вернулся к тому, от чего его отвлёк первый посетитель, теперь так живописно украшающий стену напротив.

Что-то пошло не так в его планах. И старейший лорд на планете пытался разобраться в причинах произошедшего и понять, когда же он мог совершить ошибку. Но самая главная мысль, которая мучила его, была о том, кто же тот неизвестный, что затеял игру против него. А то, что удар был направлен именно в сторону могущественного лорда анклава Нураз, сомневаться не приходилось. Старый лорд давно перестал верить в судьбу и удачу. И цепочка, казалось бы, не связанных между собой событий, произошедших за последнее время, слишком уж выбивалась из общей картины привычного мира интриг, заговоров и подлости, окружающего этого коварного и опасного демона.

«Если что-то где-то произошло, значит, это было кому-то нужно», – подумал лорд.

И вот сейчас он старался понять, кому были выгодны и кто мог организовать те «случайности», что произошли недавно в одном из соседних срединных миров, где так тесно сплелись интересы, судя по всему, нескольких могущественных магов, демонов и, возможно, ещё кого-то. Произойди все они поодиночке или в какое-то другое время, он бы даже не обратил на них внимания, но все эти происшествия случились в строго определённый и, несомненно, нужный кому-то момент.

Сначала этот нелепый провал с поисками ценнейшего артефакта, Слезы утренней звезды в расположенном недалеко от их плана срединном мире. Это был только первый сигнал, на который следовало обратить внимание. Лорд поверил в то, что ему сообщил осведомитель, и поэтому не предпринял никаких мер, чтобы удостовериться в правдивости полученных сведений и оградить свои поиски от излишне пристального внимания. Вернее, в том, что эти сведения являются правдой, никто не сомневался. Этому была порукой и его репутация, шутить с ним никто бы не осмелился. Ну и не так сильно он обезумел от счастья, чтобы по косвенным причинам не удостовериться в присутствии артефакта на указанной территории. И только после того, как его подчинённые смогли разобраться в происходящем и предоставили ему ряд неопровержимых доказательств, он организовал полномасштабную экспедицию-вторжение в тот мир с вынесением туда капитального постоянного форпоста для территории поисков и на случай возникновения непредвиденных обстоятельств. Благо место поисков находилось в глухой чаще магического Леса одного из материков той планеты, являющегося наследием войн древних магов.

Но главное он упустил из виду. Лорд не смог скрыть своего интереса как к этому срединному миру, так и к тому, что он там разыскивает нечто. А в их придворном котле уже одного этого было достаточно, чтобы кто-либо заинтересовался его деятельностью. И судя по всему, кто-то очень вовремя это заметил и подсуетился. Слишком многие хотели подсидеть его, особенно если можно загрести жар чужими руками, ну или, по крайней мере, подставить своих конкурентов, сделав так, чтобы все нити вели к кому-то конкретному.

Как сейчас понимал лорд, первой и наиболее критичной его ошибкой стало то, что он вовремя не позаботился о том, что информацией о месте нахождения ценнейшего артефакта будет обладать только он. Правитель Нураз слишком поздно устранил единственный источник этих сведений, своего осведомителя, но, похоже, тот успел уже кому-то перепродать полученную информацию.

Последовавшие же за этим события стали следствием его первой ошибки.

Хотя был ещё более интересный вариант, и лорд Нураз даже хотел, чтобы именно он оказался верным. Слишком скучно было ему последнее время. А как оказалось, скука убивала не хуже того же кинжала. И ему нужно было срочно её развеять. Но слишком уж невероятным выглядело это второе предположение. Однако где-то внутри старого повелителя разгорался огонёк интереса, когда он начинал рассматривать именно этот вариант развития событий. Очень уж необычным и интригующим он выглядел со стороны.

«Кто-то затеял игру именно со мной, – в который раз думал старый лорд, рассматривая одно из последних донесений, пришедших из мира Ареаны, – и этот кто-то начал её ещё задолго до того, как всё завертелось вокруг этого артефакта».

И у лорда уже стали вырисовываться подозрения, кто бы это мог быть. Слишком много улик, хоть и не прямых, указывало на длинную загребущую руку какой-нибудь из гильдий магов одного из нейтральных миров. Ведь именно они имеют в своём распоряжении достаточные для осуществления такого многоходового плана ресурсы, а главное, возможность, чтобы совершить подобное. И что немаловажно, эти гильдии готовы пойти на многое ради достижения своей цели. И если предположить, что их целью было заполучить действующий источник бессмертия, то ради такой цели можно и пожертвовать таким ценнейшим артефактом, как Слеза.

Лорд совершенно не сомневался, что глава любой такой гильдии пойдёт на многое ради обладания подобным источником, как, впрочем, и сам лорд. Ведь он бы поступил точно так же. Уж слишком хорошо он знал одного из глав подобных гильдий, своего брата, чтобы какие-то сомнения зародились в его душе.

Не многие живущие знали, что лорд Нураз не самый старейший житель их планеты. Был и более старый демон, его старший брат Нуракос, глава гильдии тёмных магов нейтрального мира Ролан. Только вся правда заключалась в том, что он практически всё время проводил в своей резиденции.

Читая последние донесения, доставленные ему буквально несколько часов назад, Нураз всё больше убеждался в том, что он невольно влез в чью-то крупную игру, слишком хорошо всё было обставлено и спланировано.

«Брат или кто-то подобный ему что-то затеял, – понимал лорд. – Но что?»

Это пока оставалось для него загадкой.

До поступления последних сведений в этой истории было слишком много загадок, но постепенно все эти разрозненные картинки стали складываться в единое полотно.

В деле артефакта оставалось несколько открытых вопросов, на которые никто до сих пор не мог дать достойного ответа. Но и они сейчас стали обретать хоть какие-то более осязаемые очертания.

Хотя для лорда так и осталось неизвестным, куда делся сам артефакт?

А ещё его очень интересовал вопрос: куда исчезли его похитители, уведшие эту необычную магическую аномалию прямо из-под носа ищеек лорда? И вообще, кто они такие?

На любителей эти неизвестные были похожи очень мало. Как стало известно из последних донесений, у них всё было спланировано значительно лучше, чем его демоны могли предположить, когда организовывали оцепление зоны поиска. И кто бы смог это понять сразу? Таких специалистов у него в анклаве и на подконтрольных территориях не так и много, и их он задействовал лишь после того, как получил сведения об источнике.

Ведь, по сути, не было ни следов присутствия неизвестных на месте проведения поисков, ни каких-то иных доказательств, что эти похитители вообще существовали. Но факт активации и привязки артефакта к кому-то говорит сам за себя. Эти неизвестные были там.

В зону поиска похитители пришли своим ходом, и на это указывало множество косвенных улик и доказательств. От стычки демо-драка, нёсшего вахту в охраняемом им секторе, до уничтоженного в зоне поиска сильного отряда лесных рейнджеров-ралов (крысоподобных демонов) лорда. Правда, время и ход их последнего боя хотя и совпадает с тем, что пытались восстановить по показаниям отряда, нёсшего сторожевую вахту и ведшего преследование, но как-то не вяжется их рассказ с тем, что потом доложили ему доверенные следопыты-демоны, раскопавшие ещё кое-что.

Его следователи уверены, что отрядов было как минимум три. Один подставной, набранный из жителей той планеты. Были найдены останки одного из местных оборотней, возможно, был и ещё кто-то, но их обнаружить не удалось. И именно этим отрядом пожертвовали, когда устроили (на этом следователи делали особый акцент) стычку с демодраком, уж очень напоказ она была организована. Всё выглядит так, будто этот отряд должен был отвлечь внимание от чего-то более серьёзного. В результате демо-драк был снят с боевого дежурства и отправился в форпост на доклад, и именно тогда в зону поиска проникла основная группа похитителей.

Вот тут следователи практически в один голос утверждают, что этот второй отряд состоял из двух групп, в обязанности которых входили совершенно разные задачи. Обе эти группы небольшие. Та, что осталась и ждала зарождения источника, состояла из двух существ, а та, что ушла со Слезой, вообще могла состоять всего из одного или тоже двух разумных. Слишком мало было следов их присутствия, но они всё-таки были. Они были очень нечёткие и говорили о том, что в той группе, что впоследствии исчезла со Слезой, был какой-то субъект, который держал себя в лесу так, будто оказался там впервые, так неаккуратно и беспечно он себя вёл. Этот выбивающийся из второй группы своим поведением объект явно указывал на присутствие кого-то ещё, бывшего на месте инициации источника и потом внезапно покинувшего эту местность.

На месте зарождения источника бессмертия же осталось всего два существа, это было известно и ранее. Опытных лесовиков. Профессионалов. И отменных бойцов.

Один из них – это сильный рунный маг. Специфическая специализация, которая очень мало подходит для путешествия по опасной местности. Но именно эти маги наиболее подготовлены для укрощения и активации различных источников магии, особенно если им дать немного времени на подготовку. А время у них там было в избытке. Именно поэтому многие гильдии специально готовят подобных магов для проведения ритуалов привязки и инициации источников. Слишком ценны в нижних мирах доступные и вовремя обнаруженные, ещё не привязанные к кому-либо источники магии.

Поэтому лорда не удивило появление именно рунного мага. Наоборот, это ещё больше укрепило его уверенность в достоверности одной из его версий.

«Гильдии, куда же без них», – утвердился лорд и переключился на второго члена этой странной группы.

Второй. Скорее всего, рейнджер, наёмник и хороший боец. В этом сходились абсолютно все. А вот дальше мнения разделялись. Одни настаивали на том, что это кто-то местный. Профессиональный рейнджер. Мастер-оборотень или огр. Как подтверждение своих слов, они приводили найденные там останки одного из членов первой группы. И, судя по всему, он тоже был сильным мастером-оборотнем.

Но вот один молодой, но очень амбициозный и, надо признать, талантливый следователь утверждал, что это должен был быть демон, и не из слабых. Например, метаморф или саркал. Слишком уж неординарные трюки выделывал этот, так сказать, «рейнджер». И в доказательство он приводил те два боя по зачистке местности, на которые остальные следователи не обратили особого внимания. Так вот, в сообщении говорилось, что этот «рейнджер» без посторонней помощи, в одиночку, разделался с брухтом, очень опасным монстром, обитавшим как раз где-то в той области и доставившим немало проблем их боевым отрядам. В дополнение, восстановив ещё одну иллюзию, по остаточным следам, было видно как этот «рейнджер» с одного удара расправился с «летающим змеем». А это смог бы сделать только кто-то подобный по скорости реакции саркалу. Ну и кроме того, была пара косвенных улик, указывающих на демоническое происхождение второго похитителя. То, как он очень качественно разделал тушки уничтоженных монстров и использовал их магические элементы в качестве дополнения к своей амуниции, было слишком уж в стиле наёмников с нижних миров, миров, где каждая вещь, заряженная магией, ценится на вес золота. Или то, что он ел сырое мясо. Ведь это совершенно не вяжется со вкусами жителей срединных земель, но вполне в характере многих демонов из очень диких нижних планов.

Ещё как аргумент этот молодой следователь приводил одну немаловажную причину того, что это обязательно должен быть демон с естественной ипостасью, характерной для жителей срединного мира. Ведь в нём очень много сильных и средних магов, которые с лёгкостью могут распознать любую наведённую личину или даже заглянуть за неё, а вот ипостась они рассмотреть не могут, разве что примут подобное существо за какого-нибудь тёмного мага, и всё. Это было необходимо продумать и реализовать для того, чтобы набрать третий отряд и какое-то время прожить в этом мире. А таких демонов не так и много, но самые сильные бойцы из них – это саркалы, метаморфы, обнийцы, рекиды, ну и еще несколько подобных им рас.

Прочитав рассуждения молодого следователя, который осмелился их вписать в основное послание в обход своего начальника, лорд Нураз стал доверять его суждениям гораздо больше, чем расследованию всей остальной группы. Особенно его убедили предположения о происхождении спутника мага.

Об этом неизвестном «рейнджере», как его пока решил именовать повелитель, он подумал: «Наш он, до мозга костей, я это чувствую».

Эта мысль доставила старому лорду какое-то мстительное удовольствие. Может, потому, что его подозрения и догадки обретали всё более ясные и чёткие очертания.

«Саркал, метаморф или кто-то им подобный», – диапазон подозреваемых сузился ещё больше.

Особенно тех, у кого была возможность нанять кого-то из этих демонов.

«Если это метаморфы, то он вообще только один. – Повелитель Нураз в бешенстве сузил свои отсвечивающие мглой и тленом смерти глаза. – Релак, если это ты, то зря ты в это влез, мальчик». – Когти старого демона в каменную пыль стерли подлокотники трона, но он не обратил на это внимания.

Такого приступа бешенства у Нураза не вызывал никто. И дело было даже не в нахальном повелителе анклава Релак, а в его семье, в их так называемых тайнах, о которых старому лорду было давно всё известно.

По сути, до этого мелкого лорда и его семьи повелителю Нуразу не было никакого дела, ему нужен был только один их член. Дочь Релака. Его Тея. Девочка-оракул. И Нураз уже не раз пытался через подставные браки вытащить её из их семьи, но пока все его планы срывались из-за нежелания как родителей, так и самой девчонки покидать пределы родного анклава.

К тому же эта странная история с её политическим браком, о котором мало кто помнит, но законности которого никто не отменял. И поэтому у них всегда есть возможность дать вполне обоснованный отказ: девчонка-то замужем.

Но повелитель был уверен, что это не их рук дело, слишком плотное кольцо его осведомителей было стянуто вокруг этой семьи, тем более двое из неё ещё совсем недавно были здесь, во дворце.

«Поэтому не метаморфы», – сделал он вывод.

А вот саркалы подходили идеально. Эти всегда были наёмниками. Их с детства готовят только для одного: убивать. Они идут на службу к любому. Но при этом до каждой запятой следуют кодексу наёмника и никогда не предают своего работодателя до тех пор, пока контракт не будет выполнен полностью.

Только вот и их нанять достаточно проблематично, так как работают эти демоны лишь через гильдию наёмников нейтральных миров.

Тут Нураз замер.

«Опять в моих рассуждениях выплыла версия причастности нейтральных миров к этому делу, – подумал он и сделал себе в памяти заметку. – Ну да ладно».

Отставив недодуманную мысль на потом, слишком мало было улик, указывающих на нейтральные миры, лорд принялся изучать донесения дальше.

А дальше выходило так, что тот, кто забрал Слезу, практически сразу исчез из зоны поиска, даже не передвигаясь по Лесу. И на это следователи тоже указывали особо.

Ведь обе эти группы вначале двигались в одном направлении, а потом, добравшись до какого-то строго определённого места, что-то там забрали, предположительно артефакт, дошли до места зарождения источника и только потом разделились. Маг и рейнджер остались там, а остальные, или, что вероятнее, остальной, со Слезой куда-то отбыли.

И вот тут началось самое интересное.

Как этот второй отряд смог незамеченным вырваться из кольца оцепления, сразу же организованного стражей портала, и избежать встречи с поисковыми группами, так и осталось загадкой. Хотя теперь у лорда появилось одно предположение, но слишком уж оно не нравилось старому демону. Правда, сложив все известные ему факты, именно такой вывод и напрашивался. Слишком уж многое стало указывать на него.

Неизвестные воспользовались «возвратным камнем», чтобы попасть в один из нейтральных миров. И если эта его гипотеза была верной, то, получается, тот, кто всё это подготовил, имел связи с нейтральными мирами. Что было очень плохо. Всё могущество лорда разбивалось о гильдейских магов этих перекрёстков дорог, переполненных магией. И одной из таких гильдий руководил как раз его старший брат.

«Что бы я задумал, будь на их месте? – ещё раз задался вопросом лорд Нураз. – Что мне могло там понадобиться? И что вообще было нужно?»

То, что он сам бы рискнул одной из неинициированных Слёз ради обладания источником бессмертия, не вызывало у него никаких сомнений и было вполне в его духе, но зачем было привязывать её после всего этого, оставалось под вопросом.

«Зачем?»

Лорд опять впал в задумчивость.

И внезапно он понял, что отвлёкся от основного вопроса на второстепенные вещи, забыл о главном. Источник бессмертия. Ведь всё, что произошло, имело своей первопричиной именно захват этого источника. Так что с ним?

Лорд не знал ни процедуры инициации источника, ни того, как, где и когда он может возникнуть. Но эти сведения наверняка могли попасть в руки его брата (или любой другой гильдии, они ничем не лучше и не хуже), и тогда многое становится на свои места.

Если гильдия умеет находить или предугадывать место зарождения источника, то она постоянно должна контролировать его.

Повелитель Нураз опять замер.

«За мной с самого начала следили, – понял он. – Нужно принять меры».

Лорд тут же связался с главой своей внутренней стражи, единственным демоном, которому он доверял, и то лишь потому, что тот ему принёс клятву служения на крови и если он ослушается, то даже ничего не успеет сделать, как умрёт он и вся его семья. Такова жизнь, хочешь быть вторым демоном в анклаве после повелителя, имей мужество и смелость поставить на кон всё, включая свою жизнь и жизни своих близких. И его главный помощник, цепной пёс и палач, ещё ни разу за более чем семьсот лет его не подвёл.

«Нужно усилить систему безопасности и незаметно проверить всё возможное наблюдение, которое могут вести за нами. Я знаю, что за нами следят те, кто сейчас этого делать больше уже не должен. И уверен, что у нас есть их осведомители. Нужно провести чистку и поиск среди приближённых и слуг. И сделать это нужно быстро и незаметно. Понял?»

«Да, повелитель», – ответил тот.

И лорд Нураз был полностью уверен, что его цербер моментально начал действовать, и к вечеру, максимум завтра утром, у него будут все имена как тех, кто начал работать на сторону, так и тех, кто является их хозяевами и заказчиками. А то, что слежки не будет уже через час-полтора, он вообще не сомневался.

«Что там дальше?» – сам у себя спросил лорд и, вспомнив, что остановился на мысли о том, что наверняка за местом зарождения источника уже давно следят, продолжил размышлять.

Появление Слезы в том же районе, вероятнее всего, как-то связано или с формированием самого источника, или с его будущей инициацией. Слеза ведь не только накапливает магическую энергию в огромнейших количествах, она ещё и стабилизирует некоторым образом магический фон вокруг себя. Именно это и явилось признаком того, что где-то в зоне поиска был этот артефакт. И тут артефакт нужен или как стабилизатор для будущего появления источника бессмертия, или, судя по проведенной активации, для инициации самого источника.

Тогда становится понятным и странное проникновение в зону поиска, и активация с привязкой артефакта, и последующая инициация источника, которые были проведены в одно и то же время в одном и том же месте.

«Так это получается, я со своими поисками влез в чью-то игру, – вдруг дошло до лорда Нураза, – и осведомителя тогда я убрал совершенно зря. Он принёс мне абсолютно достоверные и правдивые сведения. Вот только он не знал, чьи они и что это всего лишь часть всей намечающейся операции. Вот они были удивлены, когда я развернул там полномасштабные поиски. Похоже, и артефакт им приходилось время от времени перепрятывать, иначе мы его точно нашли бы. Интересно…» – Эта мысль очень позабавила старого демона, давно он не вляпывался, сам того не зная, в чью-то игру.

Сегодня лорду была свойственна задумчивость. И его любопытство, дремлющее уже годами, начало просыпаться. Он понял, что зря наговаривал на кого-то и эти неизвестные действовали не против него, а охраняли свою территорию и тайну. Но вот именно его поиски и послужили причиной того, что, возможно, кто-то старается переместить его интерес в другую плоскость. Вернее, старался. Сейчас, судя по всему, ничего интересного происходить не должно.

«По крайней мере, ближайшую тысячу лет, – решил демон, но вдруг встрепенулся и с азартом, которого, как и любопытства, давно не испытывал, продолжил свою мысль: – Хотя почему? Источник теперь находится под моим контролем, пусть он и привязан. Но это значит, и другие к нему подобраться не смогут. Там уже выстроен такой кордон, через который даже мошка не пролетит! – Но тут он вспомнил о тех, кто однажды ушёл из подобной ловушки, и уже менее оптимистично констатировал: – Ладно, сейчас я просто контролирую как сам источник, так и территорию вокруг него. Но ещё более важным для меня на данный момент является то, что тот, кто инициировал источник, всё ещё скрывается где-то в Лесу. И у меня есть прекрасный шанс стать полноправным хозяином этого источника бессмертия. Нужно всего лишь найти того, кто его инициировал, и убить».

Однако это и было тем совершенно непонятным для повелителя шагом, который совершила вторая группа. Ведь из-за этого лорду становился совершенно неясен дальнейший ход событий.

Почему они не телепортировались с помощью того же «возвратного камня», как это сделала группа, захватившая Слезу?

К кому привязан этот источник? Кто этот странный маг? Нураз не мог припомнить ни единого мага – главу хоть одной известной ему гильдии, всерьёз работающего с рунной магией. А никому другому подобный источник бы не отдали.

Или это тот, второй? Нет, это невозможно. Для инициации нужно быть сильным магом, умеющим работать с большими объёмами магической энергии, а все его следователи в один голос утверждают, что второй – не маг, а если и маг, то очень слабый.

Тем более оставался ещё один вопрос: что они забыли в этом городе мёртвых магов? А именно туда они и направились. Следы второго отряда вели именно туда. Об этом говорили как и следопыты, обнаружившие место стычки с ралами, так и его следователи.

Да и эта стычка с рейнджерами-ралами была достаточно странным событием. Складывалось впечатление, что против отряда, устроившего засаду, работал отряд более сильный и подготовленный.

Но тогда получается, что отход к городу древних у этой группы был организован заранее и там был ещё один отряд. Тот, о котором до этого никому не было известно. Но именно на него указывают все следы. Ведь несмотря на то, что на первый взгляд могло показаться, будто часть ралов была выведена из строя заклинанием «Удар ветра», как докладывали преследовавшие вторую группу следопыты, его следователи уверены, что это лишь имитация и ралы были выведены из строя какими-то снарядами, сходными по своему эффекту с этим заклинанием, а вот добил их уже явно охранник мага.

Получается, этих двоих всё время сопровождала некая группа прикрытия, которая вступила в бой в самый решающий момент.

«А я-то всё удивлялся, как это двое могли пройти идеально подготовленную западню, устроенную десятком демонов одной из самых сильных рас нижних миров?»

Оказывается, их было больше двух. Но сколько? Сказать никто не мог. Этот отряд, как только выполнил свою миссию, также испарился.

«Наверняка опять „возвратный камень”», – подумал Нураз.

Кстати, маг тоже участвовал в битве, и был ранен именно он. Это было установлено точно. И это говорит о двух вещах: что этот маг хотя и хороший специалист, но всё же не очень сильный боец, а значит, он действительно присутствовал в этой группе для обеспечения инициации и привязки источника бессмертия. Или сам являлся объектом привязки. А значит, он был очень слаб после проведения ритуала, что больше всего похоже на правду и с чем согласились абсолютно все.

А дальше этот небольшой отряд без поддержки тех, кто помог остановить ралов, ушёл в город древних.

И теперь самый старейший повелитель планеты Аррах пытался понять, что могло оказаться в этом городе мёртвых магов такого, что перевесило ценность источника бессмертия?

Ответа на этот вопрос у старого демона не было. И он надеялся получить его у гонца, принёсшего какую-то срочную весть от генерала Кана.

Один из нижних планов реальности. Планета Аррах.

Анклав Нураз. Дворец лорда-повелителя Нураза.

Большой зал

Несколькими минутами позже дверь в зал, где сейчас находился лорд, опять распахнулась.

«Неужели и вправду он», – подивился повелитель и посмотрел на вошедшего вестового генерала Кана.

Но нет, в этот раз послание генерала доставил какой-то другой демон. Но, что странно, ни повадками, ни манерой своего поведения он совершенно не отличался от того, который несколько дней назад стоял на его месте. Этот, так же равнодушно скользнув взглядом по мокрому пятну на стене, прошёл на положенное ему для аудиенции место, поклонился и стал спокойно ждать разрешения начать разговор.

Получив отмашку лорда Нураза, этот вестовой с границы его владений начал доклад.

– Повелитель, – обратился без особого подобострастия, выразив лишь своё уважение и почтение, воин к лорду, – у меня послание для вас. Лично в руки. Генерал также просил на словах передать, что, если у вас возникнут какие-то вопросы по прочтении его письма, вы можете озвучить их мне. Я буду рад ответить на них, так как сам являюсь очевидцем и свидетелем последних событий, по всей видимости описанных в письме.

– Хорошо, жди здесь. – Нураз решил не отсылать гонца в соседнее помещение и, если у него всё же возникнут вопросы, сразу озвучить их и получить ответы или необходимые пояснения.

«Кан, как обычно, умеет напустить туману и заинтриговать», – подумал лорд.

Потянувшись силой, подхватил письмо из рук посланника и перенёс его к себе.

– Интересно, – прошептал Нураз и, сломав личную печать генерала, пробежал глазами по строчкам послания.

Да, вопросы у него возникли вместе с желанием отправить палачей к Кану за его шуточки, но сначала решил всё-таки выяснить все подробности у гонца и только потом определиться насчёт Кана и его гонца. Слишком странным оказалось присланное ему сообщение даже для своенравного и взбалмошного генерала.

Вот что прочёл старый Лорд в письме:

«Лучше, чем я, обо всём произошедшем вам, повелитель, расскажет присланный с письмом вестовой. Выслушайте его. Я уверен, это вас очень заинтересует.

Генерал К.».

Вот и всё содержимое послания.

«Не зря я его держу подальше от столицы, – с сарказмом подумал старый демон, – с такими-то выкрутасами и характером. Опять выкинул что-то в своём стиле. Ну что ж, послушаем. Но если он ошибся, гнить ему на этой границе до конца его дней. – Хотя лорд Нураз хорошо помнил, что Кан не ошибся ещё ни разу. – Но всё когда-то случается впервые. – И лорд переключил внимание на стоящего перед ним молодого демона-воина, охранявшего границы одного из самых удалённых участков его владений. – Ну и что интересно он может рассказать мне?» – задался вопросом Нураз и обратился к ожидающему его вопросов вестовому генерала.

– Ты знаешь о содержимом письма? – спросил он у гонца.

– Нет, мой повелитель, – ответил тот. – Я могу лишь догадываться о его содержании.

– И что же? – усмехнувшись, уточнил у молодого демона местный правитель.

– Там должны быть описаны события, произошедшие за последние пять дней, – предположил вестовой.

– Хм, интересно, – проговорил Нураз. – Там нет ни слова о произошедших событиях. Там сказано о тебе.

– Обо мне? – удивился гонец.

– В основном да, – подтвердил лорд и протянул письмо вестовому. – Прочти. Думаю, тебе будет интересно.

Хотя, если честно, Нураз просто хотел посмотреть на реакцию этого воина. И она его порадовала.

Гонец, совершенно спокойно, без суеты, с поклоном принял из рук повелителя привезённое ему же послание, быстро пробежал глазами по строчкам, что в нём содержались, и, повернувшись к лорду, ответил:

– Я полностью в вашем распоряжении, господин.

«Такие бойцы мне и нужны. Жаль, что их так мало и, как ни странно, почти все они находятся в подчинении генерала. Вот где сосредоточена основная сила и мощь моего анклава! – с гордостью подумал лорд и понял, почему именно его прислал к нему Кан. – Такого не запугаешь. – И, усмехнувшись, ещё раз констатировал: – Точно, не запугаешь».

– Хорошо, – неторопливо сказал лорд, – тогда расскажи мне то, что не стал описывать в письме генерал, но что, как он считает, заинтересует меня. – И перевёл тяжёлый взгляд на молодого воина.

Но тот, казалось, будто даже не заметив обратившего на него внимание лорда, так же обстоятельно, как и во время предыдущего короткого доклада о доставке послания от генерала, начал новый рассказ.

«Нахал, ещё больший, чем предыдущий посыльный». Старый демон даже не понял, нравится ему это или нет, но то, что все подчинённые Кана были его полнейшей копией, как по характеру, так, судя по всему, и по выучке, Нураз совершенно не сомневался.

– Я думаю, начало истории не представляет для вас интереса, тем более, скорее всего, вы о тех событиях осведомлены гораздо лучше меня. – И воин сделал небольшой полупоклон в сторону повелителя. – В зону проведения операции по поиску и зачистке местности мы с моим отрядом прибыли, когда беглецы уже скрылись за стенами города древних. Нас, всех новоприбывших, адъютант генерала Кана ввёл в курс дела, распределил между нами зоны ответственности, и мы приступили к дежурству на определённом для каждого нового отряда подконтрольном участке. Нам достались небольшой кусок стены и достаточно массивная часть парковой зоны, примыкающей к городской окраине. На момент наступления нашего дежурства было известно, что беглецов двое и они скрылись где-то на территории города. Проведя рекогносцировку подконтрольной моему отряду территории, мы удостоверились, что город полон нежити, которая постоянно ведёт патрулирование всего нашего участка. Переговорив с командирами соседних отрядов, дежурящих на смежных участках, мы выяснили, что и у них картина складывается примерно такая же. Кроме того, две разведывательные партии, отправленные в глубь города, доложили, что с продвижением к его центральной части количество и плотность патрулей увеличивается. Также с приближением к центру города были замечены личи. Не исключалась возможность присутствия в городе и более сильной и опасной нежити. Поэтому генерал отдал приказ лишь контролировать все подходы и выходы из города и не соваться внутрь. – Патрульный, прибывший из срединного мира, ненадолго замолчал, что-то обдумал и продолжил: – И буквально через несколько часов после начала нашего третьего дежурства мы убедились, что приказ генерала был абсолютно справедлив. В середине ночной смены ко мне прибежал один из младших демонов и доложил, что наш отрядный маг запеленговал сильную магическую активность на дальнем краю паркового комплекса, того, что граничил с зоной, которую контролировал мой отряд. Я связался с генералом и командирами соседних отрядов, чтобы удостовериться в правдивости этих сведений и провести разведку проявленной магической активности. Оба мага из смежных отрядов также запеленговали сильную магическую активность. Один из них, более опытный и умелый маг, утверждал, что там был бой, но длился он буквально несколько минут. Когда прибыл генерал и мы получили разрешение на проведение разведывательного рейда в глубь территории города мёртвых, наш сводный отряд и оба прикомандированных к нему мага выдвинулись в путь. Туда, где была замечена наибольшая магическая активность. – Подумав и будто восстановив последовательность происходивших событий, молодой воин стал рассказывать дальше: – Продвигаясь по территории города, мы стали замечать некоторые странности. Вся нежить будто испарилась. Нам попалась всего одна небольшая группа скелетонов. С ней мы разделались в одно мгновение, благо наши маги заранее смогли предупредить о приближении этой группы. Дальше мы стали пробираться по следам уничтоженного отряда нежити, так как они вели не напрямую к месту сражения, куда мы и так уже опоздали, а заворачивали и проходили через некогда жилой район. Примерно через два квартала мы обнаружили разрушенный старинный семейный склеп. В нём был труп верхового пегаса, очень дорогой породы, и амуниция рейнджера эльфаров. Это одна из рас того мира, – пояснил воин.

– Я знаю, – хмыкнул лорд.

– Да, мой повелитель. – И воин склонил голову, а потом продолжил: – Так вот, ни трупа самого всадника, ни каких-либо иных следов того, что его захватила нежить, мы обнаружить не смогли. Но вот следы присутствия на этом месте одного существа, ребёнка или женщины, мы заметили. Этот неизвестный прожил там несколько дней, а потом ушёл прямо по направлению к тому месту, где наши маги заметили сильную магическую активность. Дополнительно проверив найденное убежище, маги, воссоздав иллюзию присутствия, вычислили, что прятавшийся здесь разумный всё-таки женщина, причём молодая. Хотя она и не была новичком в Лесу, но против нежити ничего противопоставить не могла. Поэтому и пряталась там. Однако по каким-то причинам дальше она была вынуждена двигаться в сторону парка. Что её побудило к этому, нам неизвестно, но нежить была в курсе её пребывания здесь. При проверке близлежащих зданий было обнаружено несколько постов наблюдения за ней. Она зачем-то была нужна нежити. И на этот вопрос вскоре смог ответить один из демонов-магов с врождённой способностью работы с аурами живых существ. По остаточным её следам он смог понять, что эта девушка – сильный адепт магии жизни. Именно поэтому ей нужно было попасть в парк. Она хотела восполнить свой запас магической энергии. А для мага жизни парковая зона была единственным местом, где это можно было сделать в этом городе. Разобравшись с причинами, почему эта магиня отправилась в нужную нам сторону, мы пошли уже по её следам. Когда мы уходили, я обратил внимание на то, что один из магов, прикомандированных к нашему отряду, связался с кем-то и передал какую-то информацию, запаковав её в локальное магическое сообщение. Я видел подобные артефакты здесь, в столице, и поэтому сразу смог понять, что он сделал. Его поведение вызывало подозрение ещё на месте обнаружения мёртвого пегаса, но бросилось в глаза это только сейчас. Никому из нас не выдавали переговорных устройств, и это могло означать только то, что этот маг поддерживал связь с кем-то ещё. Я попросил одного из своих глазастых подчинённых понаблюдать за этим магом. Но пока решил ничего не предпринимать, взять тихо его не получилось бы, а вот выдавать своё местоположение не имело никакого резона. Всё равно этот маг не смог бы самостоятельно выбраться из оцепленного города. Мы продолжили двигаться по следам девушки. И остановились только тогда, когда стало понятно, что нежить усиленно ведёт чьи-то поиски. Мы успели укрыться на чердаке одного полуразвалившегося здания и затаились там, выставив лишь скрытые посты наблюдения, так как к поиску подключились различные летающие умертвия. Мы заметили даже нескольких костяных драконов. И просидели там несколько часов, пока внезапно всё наблюдение с той части города, где мы находились, не было снято и не переместилось куда-то в центральную его часть. – Тут молодой демон сунул руку за пазуху и вытащил какой-то пергамент. – Простите, сразу не сообразил, – пояснил он, – это карта города древних, на ней я отмечал места столкновений с нежитью и основные точки маршрута, когда давал пояснения генералу Кану. Можно? – спросил воин, показывая на карту.

Правитель сначала посмотрел в лицо этого вояки, а потом махнул рукой, и между ним и посланником генерала материализовался чёрный стол из очень дорогого и ценного мраморного дерева. Редчайший артефакт, доставшийся лорду случайно. Его маги-эксперты утверждали, что этот стол был специально кем-то разделён на две части и вторая его часть придала бы этому артефакту небывалую мощь. Но поиски так ни к чему и не привели, об утерянной половине его агенты не смогли найти никакой информации.

– Показывай, – кивнул он на появившийся предмет меблировки.

Воин подошёл и расстелил на нём карту.

– Так вот, – начал более уверенно говорить он, дублируя свои слова указанием различных мест на карте, – здесь был обнаружен перебитый засадный отряд рейнджеров-ралов. – Гонец ткнул пальцем недалеко от границы города. – Эта область являлась зоной ответственности моего и двух соседних отрядов. – И он обвёл небольшую часть города рукой. – Примерно здесь маги обнаружили сильную магическую активность. – И воин указал на крошечную полянку, расположенную как раз посреди маленького парка. – Здесь мы встретили отряд скелетонов и прошли по их следу досюда, – указал солдат на одно из зданий. – Именно здесь были найдены следы присутствия эльфарки, магини жизни. Дальше по её следу мы дошли практически до места стычки, граничащего с парковой зоной. – Это место уже было обведено на карте. – Там мы, укрывшись в здании, провели несколько часов, пока не заметили перемещение патрулей нежити и стягивание их куда-то в район центральной части города, – продолжил рассказывать воин. – Это было подозрительно и несколько необычно, за время наблюдения мы заметили, что умертвия очень техничны и постоянны. Они не меняют ни времени патрулирования, ни своего маршрута. А тут такое внезапное и резкое изменение режима их функционирования. – Немного помолчав, гонец стал рассказывать дальше: – Решив воспользоваться предоставленной возможностью, мы хотели быстро разведать место боестолкновения нежити с неизвестным противником и лишь потом возвращаться обратно. Поэтому мы двинулись в глубь парка. Уже подходя к месту битвы, а теперь было точно понятно, что тут нежить воевала с неизвестным противником, мы начали встречать множественные останки уничтоженных умертвий. И тут у нас сложилось странное впечатление, будто нежить, устроившая засаду на эльфарку, сама оказалась в окружении. Нами было обнаружено порядка тридцати пяти – сорока останков умертвий. И среди них было несколько личей. Кроме того, на поляне, где и были зафиксированы самые сильные магические выбросы, мы обнаружили останки одного из младших владык. Получается, что кто-то использовал эту магиню, как приманку, чтобы разом очистить выбранную область города от всей присутствующей там нежити. А потом пропал или где-то на время затаился. Поняв всё это, мы выдвинулись обратно в лагерь, так как добытые сведения говорили о том, что в городе мёртвых сейчас находится очень опасный отряд, способный буквально за несколько минут боя разделаться с большой группой нежити, которую поддерживают несколько личей и один Владыка. Такие противники были очень опасны, и генералу следовало знать об этом. И опять я обратил внимание на странное поведение замеченного ранее мага, его эти сведения совершенно не удивили, он будто бы догадывался о чём-то подобном или, что тоже вполне возможно, даже ожидал этого. Но в этот раз он на связь не выходил, это уже доложил мой наблюдатель. Уходить мы решили немного севернее, чтобы не наткнуться на тех, кто, возможно, идёт по нашим следам, и двинулись в обратный путь. Но не прошли и одного квартала, как один из магов сначала зарегистрировал активацию какого-то мощного артефакта, а потом и повсеместный отток магической энергии. – Наклонившись к карте, воин ткнул в небольшую площадь, находящуюся практически посреди города мёртвых. – Источник возмущений находился на этой площади. Тот же маг, что связывался с кем-то, вытащил ранее мной не виденный артефакт, провёл с ним какие-то манипуляции и сообщил, что это произошла активация портала. Портал – это было уже серьёзно. Всем известен ваш приказ о немедленном захвате любого найденного работающего портала. Этот портал точно работал и даже был активирован. Поэтому мы решили разделиться: часть отряда была срочно отправлена с докладом к генералу, а вторая пошла по направлению к обнаруженному порталу. Мы собирались постараться удержать портальную площадку до подхода основных сил. Но явно переоценивали свои силы. Никто не мог и предположить такого скопления нежити в этом городе. За время подхода мы заметили, что туда же прошло несколько десятков отрядов нежити, но они совершенно не обращали на нашу группу внимания: нам повезло, умертвиям был дан совершенно другой приказ, и они, не замечая нас, проходили мимо. Во время нашего движения тот же маг сообщил, что портал сработал четыре раза. И ещё через некоторое время, после особо сильного выброса магической энергии, маг сообщил о последнем срабатывании портала. Видимо, это уходил последний из тех, кто им хотел воспользоваться. Получается, их всего пятеро. – Указав на карту, воин провёл линию от парка к площади и сказал: – Мы с особой осторожностью направились в сторону портала, нужно было понять, что же там произошло и кто ещё может его охранять. Ведь судя по всем признакам, там опять был бой неизвестных, вернее, того, кто прикрывал их отход, и нежити. Но мы прошли не больше нескольких десятков шагов, как в центре города прогремел сильнейший взрыв. А потом ударная волна от взрыва накрыла и нас. Я одним из первых пришёл в себя. И так как в городе стало находиться крайне опасно – не понимаю, как нас не нашла нежить, – я принял решение отходить в лагерь. И уже совместно с основными силами продвигаться в сторону портала. Но перед этим я решил обезопасить нас и на свой страх и риск обезвредил и арестовал подозрительного мага, надев на него сдерживающий его силу браслет. Я был уверен, что его необходимо допросить. А если я ошибался, то готов принести извинения и понести заслуженное наказание. Но я не ошибся. – Молодой демон слегка улыбнулся. – Обратно тихо уйти не удалось. Весь наш путь к лагерю пришлось отбиваться от будто взбесившейся нежити. Нам ещё повезло, что мы относительно недалеко отошли от границы города. Однако в этот раз нежить вырвалась вслед за нами и за его пределы. Раньше подобного никогда не случалось. Но раньше никогда в городе древних, похоже, не было такого мощнейшего взрыва, который практически полностью сровнял с землёй его центральную часть. Преследующую нас нежить быстро остановили и уничтожили передовые отряды охранения. Как оказалось, подобные прорывы нежить тогда пыталась совершать по всей территории оцепления города и особо опасными считались участки, на которых были расположения наиболее сильной нежити. На этом заканчивается история нашего короткого похода в город. Но начинается другая – история расследования случившегося там. – Молодой воин посмотрел на карту и стал рассказывать дальше: – Как только я прибыл в лагерь, меня сразу вызвали к генералу. Я ему рассказал ту же историю, что сейчас рассказываю и вам, правда, возможно, в ней было чуть меньше подробностей. Однако они ему были особо и не нужны. Генерала очень заинтересовал тот маг, что вёл с кем-то переговоры во время нашего разведывательного рейда. Мой арест этого мага сочли вполне обоснованным. Во время его допроса я не присутствовал, но с его результатами меня ознакомили. Мне не сообщили, кем на самом деле был этот маг, похоже, это выведать у него так и не смогли, но вот что это за магиня жизни была в городе, сказали. Оказывается, этот маг каким-то образом участвовал в организации нападения на дочь одного из местных правителей буквально несколько дней назад. Как мне сообщили, это была младшая дочь правителя Лесного княжества княгиня Эрея. И генерал Кан особо упоминал, что вы прекрасно поймёте и о ком идёт речь, и что может означать это нападение. Видимо, он уже тогда решил меня отправить к вам с докладом, так как меня почти сразу после этого перевели в следственную группу. Маг до сих пор находится у Кана. Он готов переправить его к вам по первому вашему требованию. Ещё он просил сообщить, что это относится к гильдии тёмных плащей. Больше мне ничего не известно из того, что касается этого вопроса.

А лорду эти слова сказали многое. Он знал, во-первых, о каком правителе срединного мира идёт речь и, во-вторых, что это за гильдия.

Правитель – это тесть лорда Релака, отец Ассай и дед их дочери Теи. Но зачем похищать младшую дочь правителя Лесного княжества, он, честно говоря, пока не понимал. Слишком мало сведений было у него для этого.

Но что интересно: следы этого похищения вели в один из нейтральных миров. Ведь в организации его участвовал кто-то из членов гильдии тёмных плащей, гильдии магов, контролирующей ещё один нейтральный мир – Проген, также относящийся к нижним планам реальности. Не зря же Кан упомянул именно эту гильдию. Хотя маг и не признался, но генерал мог это понять и по другим признакам, например по используемому магом артефакту, его ментальной защите или ещё как-то.

«Необходимо срочно доставить мага ко мне, – понял Нураз. – Но он должен выжить до нашего разговора».

А это было неимоверно сложно. Маг при необходимости мог убить себя сам, и вряд ли бы кто-то смог ему в этом помешать. Разве что другой подобный маг.

Одна идея стала прорисовываться в голове старого демона, но стоило её хорошенько обдумать.

И, уже вернувшись к тому, с чего и началась вся эта история, лорд подумал: «Всё-таки это одна из магических гильдий нейтральных миров. – Рассказ молодого демона лишь ещё больше подтверждал догадки лорда. – И не самая слабая из них. – Многое становилось понятным. – Тогда не удивительны и наёмники, и остальные странности. Но зачем им понадобился город мёртвых?» – этот вопрос всё ещё мучил Нураза, и при чём тут девчонка, попавшая в город, он тоже понять не мог.

Ведь не просто так она оказалась там.

И тут он зацепился за определённую мысль.

«Маг жизни. Нежить. – Что-то не вязалось в этом раскладе. – Маг жизни. Город, полный умертвий… – Что-то крутилось в голове старого демона, что-то до идиотизма простое. – Так ведь она одна из сильнейших магинь жизни!» – вдруг дошло до Нураза. Нет лучшей приманки для нежити, чем она. Эльфарка и маг жизни в одном лице. Неужели она нужна была им лишь как простая, но идеальная приманка для нежити? Но тогда кого они хотели привлечь? Или от чего хотели отвлечь остальных?»

Нураз всей своей душой прожжённого интригана почувствовал, что он прав, что сам бы именно так и поступил, если бы хотел достать что-то более ценное, чем бессмертие.

В этом случае напрашивался только один ответ:

«Телепорт. Им был нужен телепорт».

Они разыграли очень сложную многоходовую операцию, которая во многом зависела от слаженности действий основных участвующих в ней лиц. Но она сработала, хотя и частично. Они унесли Слезу, получили бессмертие. Но вот упустили телепорт. Ведь, со слов посланника генерала, в городе был мощнейший взрыв. Или нет?

– Что было дальше? – спросил у молодого демона правитель, впервые за долгое время почувствовавший, как оживает кровь в его жилах, как душу наполняет ощущение азарта и интриги.

Воин сделал несколько шагов вперёд, лорд даже не заметил, как тот некоторое время назад немного отошёл, дав возможность Нуразу спокойно обдумать только что полученные сведения.

«И не глуп к тому же», – констатировал лорд, хотя другие на границе долго не живут.

Гонец начал говорить вновь:

– Дальше стали планировать вторжение в город, чтобы провести его планомерную зачистку и разобраться с тем, что произошло в его центральной части. Но самое главное, генерала интересовал портал, он хотел понять, остался он цел после такого взрыва или нет. Хотя шансов на это было не много. Но мы должны были убедиться в этом лично. Нас на время подготовки опять вернули на закреплённый за нами участок города. Со стены было прекрасно видно, что центральная часть города практически полностью перестала существовать, в том числе и портальная площадь. Подготовка к вторжению в город продлилась два дня. Но наутро вторых суток одним из разведотрядов было выяснено, что вторжение как таковое больше не требуется. Город вымер в буквальном смысле этого слова. Вся нежить, ещё сутки назад с упорством и тупостью бездушных тварей штурмовавшая стены города, сейчас частично еле передвигалась по городу или вообще уже не могла шевелиться и просто валялась на земле, не подавая признаков жизни. Маги сообщили, что город фактически полностью лишён магической энергии. Её очаги ещё ощущались в нескольких местах, но в основном создавалось ощущение, что из города и его окрестностей её полностью откачали. Начали разрушаться здания и обваливаться стены. Перестали функционировать укрепляющие и прочие ранее работающие заклинания. И сейчас город из более-менее целого и узнаваемого стал превращаться в полнейшие развалины. Тут вспомнили мой доклад и то, что я сообщал о подобном эффекте, зафиксированном магами ещё два дня назад во время нашего рейда. Поэтому, чтобы не копаться в развалинах и не выкапывать из-под обвалившихся зданий своих солдат, было принято решение пройти в центр города усиленной магами боевой колонной и проверить состояние находящегося там портала. Сам генерал отправился с нами и взял своего личного мага. Пока мы добирались до центра города, было несколько стычек, но это даже не сражение, а шинкование нежити, которая не могла уйти с нашего пути. Так что до площади мы добрались очень быстро. И вот тут выяснились интересные вещи. Во-первых, эпицентр взрыва был достаточно сильно смещён от центра города и находился несколько в стороне, со стен этого разобрать не получилось. Поэтому площадь оказалась практически не затронута взрывом, разве что её замело пылью от обвалившихся зданий. Это обрадовало генерала, но ненадолго. Ведь, во-вторых, никакой портальной арки на площади не было.

– Молодцы, – невольно проворчал старый правитель.

Хотя он и не был доволен вырисовывающимся результатом, однако разыгранная предположительно гильдией тёмных плащей партия его впечатлила. Он и подумать не мог, что кто-то умудрится в такой непростой ситуации уйти не просто при своих, но ещё и победителем. Опасные и сильные ребята. Не побоялись пойти против него самого, других гильдий и местных правителей того мира.

Лорд умел уважать достойных противников, правда, предпочитал их всё же видеть мёртвыми.

– Что-то ещё? – спросил он у ожидающего, пока он обратит на него внимание, гонца.

А это «что-то ещё» обязательно должно было быть, это старый демон чувствовал своей печёнкой.

– Да, – кивнул посланник. – После того как мы прибыли на площадь и перенесли туда временный лагерь, наши следопыты и следователи смогли более тщательно осмот реть место последней битвы и территорию портальной площадки. И как мы поняли, нежить там противостояла тому же отряду, что и на поляне в парке. Всю её так же быстро и качественно упокоили, включая пару деми-личей и очень сильного, судя по остаточному следу его ауры, Владыку нежити. К тому же было выяснено несколько подробностей. На портальной площади располагался источник силы, который и поддерживал жизнь этого города. Так вот, кто-то – по версии следователей, это всё тот же рунный маг – полностью его опустошил и основательно разрушил его внутреннюю структуру, фактически уничтожив этот источник магии, тем самым прекратив генерацию магической энергии и отрезав город от её дальнейшего поступления. Видимо, это и послужило причиной такого странного поведения нежити в последние дни. В городе не осталось магической энергии, которая раньше поддерживала их. По предположению следователей и мастера мага, сопровождающего генерала Кана, это мог сделать лишь мастер или магистр, возможно, архимаг. Этот же маг, скорее всего, активировал и портал. С ним ушло ещё двое. Это, как мы предполагаем, захваченная в плен эльфарка и его телохранитель. Однако потом через портал из подземелий города, о которых мы узнали, лишь попав на площадь, прошло ещё несколько существ. Хотя маг, допрошенный генералом, и утверждал, что было всего две последующие активации, но наши маги и следователи опровергают эту версию и уверяют, что на площади действовал отряд из не менее пяти бойцов при поддержке одного мага-прыгуна. И именно этот небольшой отряд, скрытно перемещаясь лишь под землёй, организовал прикрытие основной группы, ликвидировав отряд нечисти на поляне в парке, зачистив портальную площадь и, возможно, уничтожив наших рейнджеров-ралов в Лесу. К тому же наши маги проверили и убедились, что портальная арка раньше точно присутствовала на этой площади, но как сбежавшие через неё же нарушители умудрились захватить её с собой, никто сказать не может. После того как полностью была обследована площадь, мы выяснили, что маг-прыгун, скорее всего, демон, тёмный, вероятно, частично стихийник. По группе прикрытия удалось выяснить только то, что они хорошо экипированы, есть как минимум один отличный стрелок, все отменные бойцы. Не гнушаются подбирать трофеи. Все мало-мальски ценные предметы с нежити на площади были сняты. Это всё говорит о стиле работы наёмников. Если это так, то можно попытаться разыскать их отряд через гильдию, а уже через них выйти на заказчика. Конечно, если мы сможем с ними договориться.

«А он и правда не глуп, я об этом не подумал, – лорд с интересом посмотрел на молодого воина, – и мага-шпиона заметил именно он. Нужно предложить его кандидатуру церберу, пусть пообщаются».

Молодой же демон, не подозревая, что его дальнейшая судьба уже практически решена, продолжал рассказ:

– После того как маги, следопыты и следователи ничего нового из портальной площадки выудить уже не могли, мы закончили работать с ней и приступили к обследованию места взрыва. Однако там мы добились ещё меньших результатов, вернее, не узнали совершенно ничего. Там всё было полностью уничтожено и затёрто магическими возмущениями. Магам и следователям не удалось найти никаких остаточных следов хоть чьей-то ауры, и, как результат, они не смогли выстроить ни одной магической иллюзии. Во всяком случае, было понятно, что взрыв – дело рук группы прикрытия, так как его эпицентр находился под землёй, скорее всего в одном из туннелей. Причины его были не очень понятны, так как отряд на тот момент уже покинул город. Разве что они этим взрывом старались скрыть следы ещё какой-то своей деятельности, но теперь это узнать нет никакой возможности. Мы зачистили места средоточия остатков магической энергии, которые маги запеленговали в городе. Эти аномалии оказались резиденциями Владык нежити этого города или других сильных умертвий. В результате проведённой операции город был полностью очищен от нежити, а нам в качестве трофеев досталось восемь накопителей магической энергии огромнейшего объёма. Их должны доставить уже сегодня. Плюс в городе обна ружено множество артефактов древних, которые собирает трофейная команда и через несколько дней будут переправлены сюда, в столицу. – Гонец выдохнул. – Повелитель, у меня всё. – И, поклонившись, стал ожидать вопросов или распоряжений, которые могли появиться у лорда за это время.

– Иди устраивайся и жди дальнейших приказаний, – распорядился Нураз и отпустил посыльного.

Ему понравился этот молодой демон своими умом, смекалкой и смелостью. Поэтому он решил пока оставить его при дворе и передать в помощники своей правой руке и главе внутренней стражи.

И старый демон задумался. Хотя ему и не перепало ничего из того, о чём доложил посыльный, но то, что к нему попала столь ценная информация, значило очень многое. Теперь следовало хорошенько обдумать, кто в ней настолько заинтересован, чтобы дать за неё наибольшую цену.

Один из нижних планов реальности. Планета Аррах.

Анклав Нураз. Дворец лорда-повелителя Нураза.

Большой зал

Через несколько часов

Обдумав все полученные сведения, Нураз пришёл к определённому и совершенно не к тому выводу, который так и напрашивался первоначально.

Старый демон даже подумал, что в этом и был замысел того, кто разработал столь хитроумный и запутанный план. Если уж он решился на такое, то почему бы не пойти дальше и не обезопасить себя ещё больше или как минимум отвлечь внимание от себя, по крайней мере на первое время. Даже при удачной реализации вырисовывающейся задумки, автор этой головоломной операции хотел подставить вместо себя кого-то другого и скрыться в его тени.

И этому комбинатору почти удалось реализовать свой замысел. Но он не подумал о том, что его дело заинтересует столь изощрённый интригами и многоходовыми операциями ум.

Как теперь предполагал лорд Нураз, дело было даже не в гильдии тёмных плащей. Они, скорее всего, ширма этого кукловода и так же, как и он, лорд Нураз, урвали (или, что вероятнее, получили от самого автора этой многоходовки) часть информации и старались раскопать, кто же пытается реализовать этот план. И вполне возможно, подумали именно на него, правителя анклава Нураз. Слишком много нитей сходилось в его руки. Не зря же их агент внедрился именно в его окружение.

Но, как обычно, ответ на столь важный вопрос лежал на самой поверхности. Ведь проще всего дерево спрятать в лесу, как говорят на одной из подконтрольных лорду планет. И что самое важное, этот ответ там никто не станет искать. Ведь всё до элементарного просто. И поэтому лорду нужен был чей-то совет.

Он разгадал большую часть замысла того пройдохи, что так умело разыграл эту комбинацию, но у него не было никакой возможности как-то воздействовать или повлиять на её продолжение. А поняв замысел этого комбинатора, Нураз и сам был не против воспользоваться плодами его трудов. Но для этого ему требовалась определённая помощь. Нужен был кто-то, имеющий обширные связи в нейтральных мирах.

Тут особо размышлять не над чем. Лишь один демон подходил на эту роль. Нуракос. Его старший брат. Демон. Глава гильдии магов тёмных стражей из нейтрального мира Ролан. Тем более, как понимал повелитель анклава Нураз, это будет выгодно как и ему самому, так и его брату.

К тому же и противостоять одной гильдии магов может лишь другая гильдия.

«Нужно связаться и встретиться с ним», – решил старый демон.

Но это не так просто было сделать, ведь его брат почти постоянно обитал в своей резиденции. Однако у Нураза была одна возможность осуществить задуманное. У него был придворный, который работал на его брата, по сути, шпионил для него здесь, в цитадели. А так как это давно было известно, то глава его службы безопасности успешно сливал через этого демона различную необходимую правителю дезинформацию.

«Вот и сейчас он послужит полезному делу», – решил Нураз и распорядился, связавшись с главой своей внутренней стражи:

«Привести начальника второй караульной башни Трубака».

«Будет исполнено, повелитель», – буквально в то же мгновение пришёл ответ.

И через несколько минут перед лордом Нуразом предстал требуемый демон. Невысокий, крепкий, обычный демон-служака. Чуть располневший на своей не слишком обременительной должности. Но всё ещё в хорошей форме. Однако мало кто знал, что за этим увальнем скрывается чуть ли не лучший фехтовальщик в их столице. Нураз видел иллюзию того, как этот полноватый вояка, когда исполнял какое-то поручение его брата, в мгновение ока разделался с тремя демонами в боевой ипостаси, сам даже не перевоплотившись. А ведь лорду было точно известно, что этот его подданный не саркал и не метаморф, которые и в своей повседневной ипостаси представляют серьёзную угрозу. Это был типичный демон-краам с двумя личинами: обычной, похожей на медведеподобное существо, и боевой, в несколько раз увеличивающей его силу, ловкость и прочие возможности.

Краам хоть и был удивлён и взволнован – это было прекрасно заметно по изменениям в его ауре, – но внешне никаких признаков беспокойства не подавал. Хотя и старался выглядеть несколько более озабоченным и напуганным, чем это было на самом деле.

«Ведь не каждый день его вызывают на аудиенцию к правителю, – усмехнулся лорд про себя, – а этот ведёт себя так, будто для него это обыденная вещь».

И спросил, обращаясь к Трубаку:

– Ты знаешь, почему оказался здесь?

Похоже, тот сначала хотел повалять дурака и постараться как-то выкрутиться, но, видимо заметив опасный блеск в глазах лорда, уже особо не скрываясь, ответил:

– Догадываюсь, повелитель.

– Ты забыл добавить «мой», – выделил последнее слово Нураз, и тьма закружилась в зале, обволакивая стоящего перед ним демона.

– Да, повелитель.

Было не очень понятно, смирился ли Трубак со своей дальнейшей судьбой, или ему действительно нет никакого дела до своего будущего.

«Странно», – подумал Нураз, но в общем-то реакция этого шпиона ему понравилась.

Это говорило о том, что тот вполне понимает, в каком положении оказался, а поэтому есть все шансы организовать переговоры с братом. Поэтому лорд сказал стоящему перед ним демону:

– Мне нужно встретиться с Нуракосом, я знаю, что у тебя есть возможность связаться с ним. Организуй нам эту встречу, и я забуду о твоём существовании. Но из моего анклава ты должен убраться. Безопасность встречи я со своей стороны гарантирую. Передай, что у меня есть информация, которая может заинтересовать «твоего» повелителя, – выделил интонацией последние два слова Нураз.

– Я всё сделаю, повелитель, – ответил ему шпион его брата. – Как мне сообщить вам о месте и времени встречи?

Старый демон немного подумал и улыбнулся:

– С тобой пойдёт мой демон, передашь информацию с ним.

«Вот и первая работёнка подвернулась для нашего глазастого и шустрого гонца», – подумал лорд.

– Хорошо, повелитель. Где мне его найти?

– Подождёшь его у входа в замок. Он подойдёт через несколько минут. Иди.

Поклонившись, теперь уже бывший шпион его брата и бывший подданный самого старого демона вышел из зала.

Нураз же вызвал своего слугу и отослал его за гонцом генерала. А буквально через сорок секунд лорд в слегка приоткрытую дверь заметил подтянутую фигуру посланника Кана, пробежавшего к выходу из его замка.

Осталось только ждать.

Один из нижних планов реальности. Нейтральный мир.

Планета Ролан. Резиденция главы магической гильдии

тёмных стражей. Личный кабинет главы гильдии

Два часа спустя по времени планеты Аррах

– Ну, здравствуй, брат, – обратился выглядящий не слишком старым демон, уж по сравнению с Нуразом точно, который сидел в глубоком кресле у стола, к вошедшему в небольшое, но хорошо обставленное, правда, несколько темноватое помещение лорду.

Трудно было представить, что демон, сейчас спокойно сидевший в кресле перед повелителем, был старше лорда почти на две тысячи лет и приходился ему родным старшим братом.

– Здравствуй, – с поклоном ответил ему Нураз, выражая тем самым почтение и уважение этому могущественному демону, по сравнению с которым он сам казался беспомощным ребёнком.

– Не будем ходить вокруг да около, – сразу перешёл к делу Нуракос, – я уже давно отказался от любых претензий на наследие наших родителей. Так что твоё дело не может иметь никакого отношения к нашей семье, принадлежащим нам владениям или любым другим делам, непосредственно или косвенно связанным с нами и нашей семьёй. Ими, пребывая в анклаве нашего рода, ты в основном и занимаешься. Но мне сообщили, что у тебя есть информация, которая может меня заинтересовать. Так как в последнее время мои интересы сосредоточены только вокруг нейтральных миров в общем и моей магической гильдии в частности, то мне стало интересно: что же ты хочешь мне сообщить? Ведь ни к тому ни к другому у тебя нет прямого доступа. А самое главное, что ты попросишь взамен? Так я слушаю тебя, брат. Говори.

Честно говоря, лорд не ожидал такого быстрого перехода к деловому разговору и хотел сначала поторговаться, но это он был инициатором переговоров и условия на них выдвигал его брат, поэтому Нуразу пришлось сразу приступить к делу.

– Что ты скажешь, – обратился он к Нуракосу, – на то, что кто-то собирается обосноваться на одном из нейтральных миров, но кроме этого открыть там свою собственную гильдию.

– Ничего, – спокойно ответил ему глава гильдии тёмных стражей, – кроме того, что ты меня разочаровал, брат. Здесь ежедневно открывают десятки гильдий. Эта информация не представляет никакого интереса. – И Нуракос закрыл глаза, показывая своему младшему брату, что аудиенция закончена.

Однако тот не собирался так просто сдаваться, ведь самый главный козырь он приберёг напоследок.

– Ты не выслушал меня до конца, брат. Кто-то собирается открыть свою собственную новую магическую гильдию или, как вариант, расширить уже существующую гильдию на ещё один нейтральный мир.

А вот эта информация вызвала у главы гильдии магов нейтрального мира Ролан неподдельный интерес.

– Откуда у тебя могут оказаться такие сведения? – быстро спросил он.

– Случайно, – как нечто само собой разумеющееся ответил Нураз. – Ко мне эти сведения могли попасть только совершенно случайно.

Нуракос задумался, а потом, открыв глаза, в упор посмотрел на своего младшего брата.

– Прежде чем ты выдвинешь свои условия, мне необходимы веские доказательства, что твоя информация достоверна.

Нураз усмехнулся, он знал, что может заинтересовать его брата, и подготовился именно к такому его требованию. Ведь он бы и сам не начал действовать без веских на то причин и стопроцентных доказательств.

– Я знал, что ты попросишь об этом, и потому мои маги подготовили для тебя магическую иллюзию, сделанную в одном из срединных миров. Ты легко можешь проверить её подлинность. – И передал брату информационный кристалл, на котором была сохранена эта иллюзия.

– Ты прав, – согласился глава гильдии. – Так что я увижу на ней?

Нураз подумал пару мгновений, а потом ответил:

– Остаточный магический след захваченного телепорта.

– Ты уверен? – спросил Нуракос и упёр мгновенно ставший тяжёлым и опасно поблёскивающим взгляд своих тёмных глаз в морщинистое и практически иссохшее лицо своего младшего брата. – Ты точно в этом уверен? – повторил он вопрос.

– Да, – ответил Нураз, – мои маги и следователи проверили это несколько раз. Наличие действующего телепорта было зафиксировано ранее. Но когда мои демоны прибыли на место, телепорта не было. Удалось восстановить лишь остаточный след его работы, активации и убедиться в его присутствии там раньше. Кто-то захватил и унёс с собой действующий портал.

Демон, выглядевший молодым, поднялся из кресла и стал прохаживаться по комнате. Через несколько минут он остановился и спросил:

– Что ты хочешь получить взамен?

– Ты знаешь, – усмехнулся демон, выглядевший более старым по сравнению с тем, что задал вопрос, – мне нужен прямой постоянный доступ в любой из нейтральных миров. Я готов оплатить все расходы на создание резиденции в таком мире, но мне не получить разрешения на своё присутствие там, и, как следствие, я не смогу приобрести артефакт по созданию возвратных камней. А если у меня его не будет, то я буду привязан к этому нейтральному миру или буду вынужден приобретать постоянно эти камни у кого-нибудь. Этот вариант не для меня. Мне нужны гарантии моей автономности, – закончил повелитель анклава Нураз.

Нуракос снова прошёлся по кабинету, а затем, немного постояв у окна и посмотрев в него, сел обратно в своё кресло.

– Мир будет отдалённый, – начал он, – скорее всего, оконечный на какой-либо тёмной, возможно, срединной ветви миров. Тебя это устроит? – И, не дождавшись ответа, исправился: – Хотя нет, у середняков моя позиция не так сильна. Мир будет располагаться в тёмных планах. Да. Есть один такой на примете. Хоть мир и оконечный, но расположен на достаточно плотно усеянной ветви миров.

– Почему именно оконечный? – спросил Нураз, хотя в душе понял, что если брат начал предлагать и рассматривать хоть какие-то варианты, то сделка ему интересна, и дело, можно сказать, решено и уже сдвинулось с мёртвой точки.

Доступ в нейтральные миры был его, наверное, самой заветной целью. Ведь эти миры являлись средоточием любых артефактов, в том числе редких и уникальных. Там была единая гильдия наёмников, с которой сотрудничали сильнейшие отряды и наиболее сильные бойцы. Те же саркалы. Это был кладезь ресурсов и всего того, что можно было раздобыть лишь в том огромнейшем соцветии миров, созданном некогда богами на заре лет. И главное, попав в любой из этих миров, даже самый отдалённый и заброшенный, он всё равно получит возможность перемещаться по сети внутренних порталов, связывающих все нейтральные миры между собой. И так он сможет приобретать артефакты, доступные немногим. Например, достать так необходимую ему живую воду или то же воскрешение. В общем, всё то, чем славятся верхние планы реальности.

Прекрасный внешний вид его брата был во многом заслугой не его магических талантов, на это не хватило бы всех его сил, а именно этих доступных немногим демонам артефактов из закрытых для них верхних планов.

Но к нейтральным мирам это не относится. Ведь на то эти миры и нейтральные, что там нет разграничений по расе и принадлежности к какому-то плану реальности.

Пока Нураз размышлял, Нуракос поторопил:

– Ну, не расстраивай меня, брат. Все центральные миры находятся под плотным контролем нескольких магических гильдий. Старейшим из этих гильдий по нескольку сотен лет. На оконечных же мирах чаще всего присутствует максимум одна-две магические гильдии или вообще открыты лишь их филиалы и даже нет полноценных резиденций. И в результате там нет такого плотного контроля над регистрацией новых жителей, как в других мирах, ведь он возложен именно на магические гильдии. Вот потому проще всего тебе развернуть свою резиденцию в одном из таких миров. С этим я тебе смогу помочь. Тем более в выбранном мире у меня нет никаких прямых подчинённых, и твоё появление там никто не свяжет со мной. Это хорошо, не нужно афишировать нашу родственную связь.

– Ладно, – согласился Нураз и перешёл к следующему вопросу: – Что насчёт артефакта по созданию возвратных камней?

Нуракос опять задумался.

– С этим сложнее. Их выдают только тем, кто регистрирует действующий портал. Но у меня есть два предложения на выбор, правда, оба они, возможно, не очень придутся тебе по вкусу. Но что есть. – И, посмотрев на младшего брата, глава гильдии тёмных стражей продолжил: – Во-первых, поставкой для тебя возвратных камней могу заниматься я или одна из подконтрольных нам гильдий.

– Сразу нет, – сказал старый лорд.

– Я почему-то так и подумал, – усмехнувшись, прокомментировал его слова Нуракос. – Тогда второй вариант.

И, выдвинув один из ящиков стола, который, по всей видимости, был неким аналогом сейфа и подпространственного кармана, он выложил на его поверхность какой-то предмет.

– Это то, о чём я подумал? – спросил Нураз.

– Не знаю, о чём подумал ты, – ответил ему брат, – но это как раз то, о чём ты просил меня несколько минут назад. Артефакт по созданию возвратных камней.

– И в чём подвох? – насторожился старый демон, почувствовавший явную ловушку.

– Он есть, – честно, без обиняков ответил Нуракос, – такой артефакт не достанешь просто так. Но иногда на внутренний рынок сети нейтральных миров кто-нибудь выбрасывает в продажу такие бракованные экземпляры. Другого «создателя» тебе вне стен гильдии просто не удастся найти.

– И что с ним не так? – спросил Нураз.

– Во-первых, он создаёт камни гораздо медленнее, чем остальные подобные артефакты, один раз в полгода, тогда как другие создают по камню в два месяца.

– Это не страшно, – согласился Нураз.

– Но это было только во-первых. Теперь во-вторых. Созданный им камень может перенести лишь одно разумное существо с грузом не больше десяти килограммов, считая одежду или прочую амуницию. У других возвратных камней никаких ограничений на перенос груза нет. Только на количество переносимых разумных. Не больше трёх.

– Приемлемо, – уже не так оптимистично проговорил старый лорд.

– Да, но ты думаешь, я согласился бы тебе его отдать, если бы это было всё? – усмехнулся Нуракос. – В-третьих, сам камень, созданный этим артефактом, заряжается что-то около четырёх дней, точнее выяснить не удалось, тогда как обычному требуется не больше двадцати четырёх часов. В-четвёртых, камни, созданные при помощи этого артефакта, гарантированно срабатывают где-то всего десять – одиннадцать раз, после этого нужно пользоваться новым. Ну и последнее, пятое. Самое вкусное. Этот артефакт нестабилен. Он может полгода создавать возвратный камень, но создаст пустышку. Или создаст камень, который будет забрасывать тебя в любой из нейтральных миров. Конечно, большая часть камней работает с привязкой именно к этому артефакту, но иногда попадаются и такие, которые могут забросить тебя незнамо куда. Нам пока везло, и все наши экспериментаторы попадали в нейтральные миры. Правда, это не установлено до конца, слишком долго он работает и слишком мало производит камней. Возможно, он создаст когда-нибудь камень, который будет переносить его владельца в один из обычных миров. Этого никто сказать не может. Но в остальном артефакт полностью рабочий. – Нуракос снова усмехнулся. – Лучшего тебе тут никто не предложит, брат. Тем более дав настолько полное описание его недостатков. В качестве бесплатного бонуса могу дать тебе совет, как обезопасить себя и практически не зависеть от внешних поставщиков камней.

– Я слушаю. – Весь энтузиазм старого демона пропал, слишком неопределённым был последний вариант его брата.

Этот артефакт таил в себе огромную угрозу, и лорд это прекрасно понимал. Если в тёмных и нейтральных мирах старый демон был в полной безопасности, срединные миры его тоже особо не испугали бы, но вот окажись он где-то в верхних планах, и жить бы ему оставалось ровно столько времени, сколько потребуется страже ангелов на его обнаружение. Слишком рискованно. Но в то же время это был наиболее предпочтительный вариант из того, что мог предложить его брат. И Нураз это также прекрасно осознавал. Лучшего предложения здесь ему никто не сделает. Ну а брат, по крайней мере, рассказал ему обо всех недостатках этого артефакта без утайки.

– Так что ты мне хотел посоветовать? – ещё раз спросил старый демон у «молодого».

– Бери артефакт и создавай камни, но заранее закупи партию камней в том нейтральном мире, где обоснуешься, и всегда носи один из них с собой: если не сработает созданный тобой камень или сработает как-то не так, то ты всегда сможешь воспользоваться вторым камнем. Правда, работай только с проверенным поставщиком. В качестве последней услуги могу разыскать для тебя там такого поставщика. Это всё, что я могу сделать для тебя.

Нураз задумался. С этим решением открывалась новая страница в его и так уже довольно долгой жизни. Он забыл, как это рисковать всем и соглашаться на что-то, не оглядываясь назад. Но это шанс. Шанс закрепиться в нейтральных мирах и обосноваться там.

– Я согласен. – И Нураз протянул руку, чтобы заключить магический договор с братом, скрепив его собственной печатью и отпечатком ауры.

– Всё готово, – сказал ему Нуракос, – артефакт можешь забирать уже сейчас, но активировать тебе его будет нужно в твоей новой резиденции, в том мире, что мы тебе подберём. Этим мой помощник уже занимается, может, ему удастся найти что-то получше того варианта, что хотел предложить тебе я. Он парень расторопный, так что вполне есть шанс. Дальше. – Глава гильдии помолчал. – А дальше с моей стороны всё. Разрешение, артефакт и поставщик. Теперь я весь внимание и готов выслушать твой рассказ.

Нураз вслед за братом обдумал ситуацию, перебрал в голове, не забыли ли они чего, и только после этого начал говорить:

– Я думаю, ты в курсе моих поисков Слезы утренней звезды в одном из срединных миров. – Заметив небольшой кивок на свои слова, лорд продолжил: – Так вот, последние несколько дней там наблюдалась значительная активность. – И Нураз полностью пересказал историю, поведанную ему как стражей портала и следопытами, так и следователями с магами, направленными туда. Дополнил он свой рассказ изложением событий, представленных ему посланником генерала. В завершение он протянул кристалл: – Вот информационный кристалл со всеми аналитическими выкладками и выписками, сделанными следственной группой, слепками обнаруженных там следов ауры и восстановленными иллюзиями. – И пояснил: – Основные постулаты в расследовании были сделаны двумя молодыми демонами, следователем и стражником из города древних. Оба этих демона независимо друг от друга пришли к почти одинаковым выводам и дальнейшим следственным мероприятиям. – И, подумав, сказал: – Я также считаю их версию развития событий основной и наиболее вероятной. Так вот, оба они уверены, что руководитель группы – магистр или архимаг рунной магии, наиболее вероятно, что он также является специалистом и ещё в какой-то области магии. Скорее всего, разумник. А не только стихийник, как считают остальные следователи и маги. Слишком многое он умеет и знает. Поэтому, как вариант, он очень похож на слабого универсала, развившего только часть своих способностей. Но тогда это не демон. Вероятно, именно он собирается организовать новую магическую гильдию, так как является сильным и амбициозным магом. Ведь как-то он смог выкачать действующий источник магии, поддерживающий жизнь целого города нежити. Умеет работать с колоссальными объёмами магической энергии и имеет в своём распоряжении огромнейший накопитель энергии. Он же организовал похищение портальных врат. Способ так и остался неизвестен. Имеет доступ к нейтральным мирам. Возможно, бывший наёмник или член одной из магических гильдий. Слишком он силён и информирован для обычного мага. Хороший организатор, тактик и стратег. Вероятно, есть помощник или ученик. Всё, по нему больше никакой информации нет. Дальше. Его телохранитель. Саркал. Теперь в этом нет сомнений. Не использовал никакую иную ипостась, кроме основной. Выглядит как хуман. Не маг. Нанят мог быть только через гильдию наёмников нейтральных миров или в родном мире этих демонов. Доступ к их плану реальности есть всего с нескольких нейтральных миров, один из них контролируется вашей гильдией. Этот демон-телохранитель, видимо, является капитаном отряда наёмников. Предположительно кроме него в команде ещё шесть разумных. Сначала мы думали, что все они должны иметь основную ипостась, привычную для срединного мира, но тогда не очень понятна их тактика постоянного неявного присутствия. Получается, среди них были те, кому нельзя показываться на глаза местным. Выходит, что это должен быть смешанный отряд из шести разумных существ, среди которых есть как минимум один демон с нетипичной для срединного мира внешностью, один хороший стрелок, предположительно лучник, и как минимум один маг-прыгун. По составу группы всё. Теперь по её вычислению и локализации. Я знаю, у тебя есть свои шпионы в гильдии, и поэтому для тебя это не должно составить большого труда. Контракт был заключён на длительный срок для небольшой группы наёмников, не меньше чем на несколько сотен лет, шестьсот точно. Именно столько продолжаются мои поиски в том срединном мире. Но, вероятно, ещё больше. Ведь нужно время на подготовительные мероприятия и прочее. Думаю, тут можно отследить разовое поступление значительной суммы ваших кредитов в гильдию наёмников, в оплату услуг небольшого отряда. Тем более гильдия не принимает оплату в рассрочку, так что весь контракт должны были проплатить сразу. – Передохнув и выпив бокал какого-то терпкого, но приятного на вкус вина, которое налил ему брат, заметив, что Нураз начал похрипывать (давно лорд так много не говорил), он продолжил: – К тому же есть небольшая дополнительная информация, касающаяся этого дела. Не знаю, как ты сможешь ею воспользоваться, но она однозначно должна помочь в идентификации и поиске этого отряда. Во-первых, нам достоверно неизвестно, как выглядит хоть кто-то из этой группы существ. Но мы точно можем узнать одного разумного, который перемещается вместе с ними.

– Хм, интересно, и кто это? – заинтересовался Нуракос.

– В плену у этого отряда находится младшая дочь одного из правителей того срединного мира. И её внешность нам хорошо известна. Мы смогли достать несколько оригинальных слепков её ауры и воссоздать её полную иллюзию. Иллюзия её внешности также есть на том кристалле, что я тебе передал. Эта девушка – эльфарка, и она очень красива. Разыскать её не составит особого труда, слишком примечательная у неё внешность. К тому же она очень сильный маг жизни. Не знаю, зачем они забрали её с собой, но теперь, как бы они ни поступили с этой девушкой, в любом случае ниточка будет вести к ним. Поэтому через неё, возможно, получится выйти как на эту группу, так и получить какие-то преимущества при переговорах с её отцом, если вдруг ваши интересы будут распространяться на тот мир и удастся спасти её. – На мгновение Нураз замолчал. – По этому вопросу, пожалуй, всё.

– Хм, – пробормотал его старший брат, – я так понимаю, ты рассказал ещё не всё.

– Да. Есть и во-вторых. Мы захватили лазутчика, работающего на одну из магических гильдий. Предположительно гильдию тёмных плащей. И он также интересовался событиями, происходящими в том мире. Вернее, он заранее знал о предполагаемом похищении эльфарки и действующем в городе древних отряде наёмников. Возможно, у него есть и ещё какая-та информация. Но как маг он очень хорош, поэтому моим мозголомам не удалось разговорить его. Чтобы твои специалисты могли допросить его, мы оставили его в покое, только постоянно держим в бессознательном состоянии. Я его привёз вместе с собой, знаю, что он должен также заинтересовать тебя. Роль этой гильдии мне не очень понятна, так как они, похоже, лишь следили за мной и, возможно, даже не догадывались о том, кто мог реализовать весь этот план. Но есть все шансы на то, что это они и стараются расширить своё влияние на ещё один нейтральный мир, открыв там полноценную дочернюю гильдию. И реализация этой многоходовки была лишь вступительным взносом в их гильдию. – Вздохнув, в завершение Нураз сказал: – Вот теперь у меня действительно всё.

Нуракос всё так же сидел в кресле. Было совершенно непонятно, какое у него отношение к полученным сведениям, однако то, что они его очень заинтересовали, лорд догадался.

– Да. Твоя информация оказалась действительно полезной и интересной для меня. Наш обмен равноценен. – И брат протянул руку Нуразу. А когда тот пожал её, то сказал: – Добро пожаловать в нейтральные миры. – И уже более формально продолжил: – В приёмной тебя уже ждёт помощник. Мир тебе выбрали поближе к срединным, чтобы у тебя было больше путей к центральным системам. Это предоставит тебе большую мобильность. Он выдаст тебе все необходимые документы и проводит к тому порталу, что приведёт тебя в твой новый дом. Отсюда, кстати, до него всего один прыжок, а мы находимся практически на границе со срединными планами, так что цени. Дальше тебе нужно будет пройти в регистрационную палату твоего нового мира и передать документы тому существу, что назовёт тебе мой секретарь. И уже он всё оформит самостоятельно. Дальше будешь работать с ним, заплатишь за покупку земельного надела и разрешение на строительство. Весь тот хлам, что считается деньгами на планетах, тут не особо ценится. Местных интересуют магические артефакты, раритеты, уникальные и необычные диковинки, а также различные ресурсы, которые ты сможешь им предложить. Обговоришь с ним ту форму оплаты, которую будешь готов ему предоставить и которая заинтересует его. Кстати, обрати внимание на продовольствие, оно хоть и не приносит особо большой прибыли, но необходимо во всех мирах, а у нас с этим, насколько я помню, никогда никаких проблем не было.

– Да, – кивнул ему в ответ Нураз.

– Так вот. Продумай варианты перехода на Аррах. В том мире может не быть прямых порталов в твой план. Поэтому, вероятно, тебе придётся изучить соседние нейтральные миры, через которые будет возможно попасть к тебе домой. Наша планета довольно известна тут, и поэтому у многих нейтралов[4] есть прямые порталы туда. К сожалению, это не относится к оконечным мирам. Там сам крост[5] ногу сломит, что и куда может привести, поэтому перемещайся только проверенной дорогой. Рекомендую приобрести магическую карту сети миров и разведанных порталов. Но этот артефакт очень дорог, стоит столько же, сколько вся твоя будущая резиденция плюс ещё парочка их. Однако ты можешь найти обычные карты, которые расскажут тебе, куда ведут ближайшие порталы. Но они не всегда верны. Поэтому рекомендую также нанять проводника, того, кто уже изучил большинство порталов ближайших миров. Именно с его поиска и предлагаю начать, когда ты закончишь со своей регистрацией и получением разрешения на строительство резиденции. Вроде всё. Удачи тебе, брат. – И Нуракос усмехнулся. – Домой ты, кстати, вернуться можешь и через этот мир, я приказал секретарю, он покажет тебе нужный портал.

Демон, казавшийся молодым, сел обратно в кресло и прикрыл глаза.

«Всё, аудиенция окончена», – понял Нураз и, поднявшись, вышел из комнаты.

В приёмной его и правда уже ждал молодой демон с пакетом документов.

«Вот я и тут, – подумал он, беря в руки заветную стопочку пергаментной бумаги, от которой так и разило сильнейшей магией, – не всё так просто у них», – вздохнул он и направился за секретарём своего брата.

А в кабинете, который только что покинул старый лорд, остался сидеть его молодой старший брат. И мысли его были не так спокойны и радужны, как он старался показать.

Их гильдия теряла своё влияние, и на совете гильдий они уже не могли вести свою политику, не считаясь с другими. Нужен был красивый и эффектный выпад, и открытие полноценной дочерней гильдии было идеальным ходом в этой ситуации. Но для этого ему нужно было перехватить этот отряд и заставить их выдать ему телепорт. При этом у Нуракоса сложилось такое впечатление, что его брат сказал далеко не всё, какую-то важную часть информации он утаил.

– Ну что ты скажешь? – обратился сидящий в кресле демон в пустоту.

– Нам нужен этот телепорт, – произнёс материализовавшийся посреди комнаты демон, похожий на огромное насекомое, ходящее на четырёх ногах, – или тот, кто смог его увести. Такими кадрами не следует разбрасываться. Надо дать им возможность открыть свою гильдию. Но сделать это они должны в рамках нашей протекции.

– Да, согласен, – поддержал идею насекомого молодой демон, – но как их найти?

– Очень просто, – ответил ему собеседник, щёлкнув клещами, что означало выражение смеха, – нужно лишь слушать. Команда с такими талантами обязательно должна засветиться в скором времени. Ну и по возможности взять под контроль все вновь открывшиеся гильдии. И околомагические тоже. Ведь наш уникум может быть несколько умнее, чем мы о нём думаем, и зарегистрировать не магическую гильдию, а любую другую, предоставляющую магические услуги. Телепорт же, по сути, нужен исключительно для получения артефакта по созданию возвратных камней, монополия на которые только у магических гильдий, и то по той лишь причине, что только они регистрируют новые телепорты. Но ведь это может сделать любой. Не только маги.

– Да, я об этом не подумал, – согласился Нуракос, – сделаем. Ещё что-то?

Его собеседник задумался, а потом помотал своей массивной головой и сказал:

– Нет, только ждать. Но как мне кажется, ждать нам долго не придётся.

И этот непонятный гость главы гильдии тёмных стражей так же, как и появился, внезапно растворился в воздухе.

– Будем ждать, – протянул демон, оставшись в одиночестве.

Глава 4

Один из нижних планов реальности. Планета Аррах.

Анклав Релак. Дворец лорда-повелителя Релака.

Малый зал советов

– Ну как, ты переговорила с отцом? – спросил Релак у своей жены спустя несколько часов после предыдущего их семейного совета. – Он не откажется нам помочь?

– Он поможет, тем более он хочет увидеть меня и детей, – ответила она. – Жаль, что все не сможем съездить к нему. Последний раз мы встречались с ним десять лет назад, и то он тогда не видел наших мальчиков, с нами была только Тея. – Ассай погрустнела, вспоминая события, произошедшие в то их прошлое посещение Лесного княжества.

– Хорошо, что их не было с нами, – жестко произнёс её муж. – Никто не знает точных целей напавших на посольство империи Ларгот. Возможно, не поздоровилось бы и остальным принцам королевских кровей, присутствовавшим там. Ведь напали только на того единственного мальчика, который на момент церемонии был в столице. Ни твоего старшего брата, ни старшего брата пропавшего принца, ни наших парней там не было. – И Релак сам задумался о случившемся.

Супруги старались не вспоминать тех странных, жутких и непонятных событий, что произошли тогда. И это было не только потому, что они хоть и косвенно, но достаточно сильно отразились на их прохладных и настороженных отношениях как с самим Лесным княжеством, так и с империей Ларгот, но и потому, что эти события каким-то неестественным образом повлияли на способности Теи. Именно после них и проявился в полной мере её дар оракула. Но как точно это было связано и насколько те события могли подействовать на хрупкую психику девочки, никто сказать не мог.

Тея после произошедшего почти на два года замкнулась в себе и не говорила ни с кем. И только год и одиннадцать месяцев спустя она вышла из своей спальни к обычному ежедневному и ничем не примечательному завтраку, посреди недели, притом сделала она это вовремя, что поразило всю её семью, как раз присутствующую в трапезной. И ещё больше она удивила их своей первой произнесённой фразой за это долгое время молчания.

– Он жив, – всё, что сказала тогда Тея.

Но именно с того дня прежняя весёлость стала возвращаться к ней. И тогда же начали проявляться её необычные способности. Ведь до того дня никто в семье так и не мог разобраться, чем наградила её судьба.

Кроме того, Тея стала очень рассудительным и вдумчивым демоном. Чем не раз поражала Релака и Ассай. Иногда её, казалось бы, совершенно бредовые рассуждения или предсказания сбывались с точностью до каждой запятой. И достаточно часто это отнюдь не было заслугой её открывшегося дара. Тея стала смотреть на мир несколько другим взглядом, что позволяло оценивать ей все происходящие события с совершенно иной стороны. Что, по сути, и превратило её в главного аналитика и советника их семьи. Никакие значимые решения теперь практически никогда не принимались без вдумчивого анализа ситуации, сделанного девушкой.

К примеру, организация собственной магической гильдии и открытие магической школы в их анклаве было именно её идеей, а не Суора, как думали многие вне стен их цитадели. И таких примеров было множество. Во многом процветание и достаточно устойчивое положение их анклава в окружении не слишком дружелюбно настроенных соседей было и её заслугой. Как, впрочем, и слаженной работой всей их дружной сплочённой семьи.

И вот сейчас предстояло расстаться с их бесценным сокровищем, цветком, который они вырастили и без которого не представляли теперь своей жизни.

– Может, мы сможем как-то обойтись без её отправки в твой мир? – в сомнении спросил Релак.

– Ты же знаешь, что нет, – грустно улыбнувшись, ответила жена, – она никогда не ошибается. А значит, для нашего будущего, не только процветания, но и элементарного существования и выживания, нужно прислушаться к словам Теи. И она сама это прекрасно понимает. – Ассай немного помолчала. – Мне кажется, она что-то начала подозревать ещё задолго до сегодняшних известий. Ты заметил изменения в её поведении в последнее время? – спросила она у мужа.

– Да, – наморщив лоб, видимо что-то припоминая, ответил тот, – я обратил внимание на то, что она стала посещать тренировки моих гвардейцев вместе с Тиором. И как сообщил мне наш сержант, что натаскивает молодняк, девочка делает неплохие успехи. Он говорил, что если бы ему дали несколько больше времени и возможность хотя бы по паре часов в день заниматься только с ней, то он за полгода сделал бы из Теи неплохого бойца. Жаль, что она ничего не сказала нам раньше. Ты же знаешь меня, – улыбнулся Релак, посмотрев на жену, – мне всегда нравились девушки, которые могут постоять за себя. – И демон рассмеялся.

Ассай первые мгновения ещё старалась сдерживаться, но потом тоже рассмеялась. Оба вспомнили свою первую встречу и обстоятельства, которые ей способствовали.

Эти воспоминания несколько разогнали тоску в их душах, после чего Релак и Ассай опять вернулись к обсуждаемому вопросу. Однако теперь он не казался им таким угнетающе тяжёлым.

Для них обоих родной мир Ассай стал тем местом, где кардинально и неожиданно резко изменилась линия судьбы каждого из двоих сидящих сейчас рядом разумных, демона и высокородной эльфарки. И никто никогда из них не жалел о том, что тогда произошло. Ведь последствиями тех событий стали их брак, любовь и семья, которую они стараются всеми силами защитить и оградить от опасностей.

Но дети растут, и с этим ничего не поделаешь. Вон их старший сын в скором времени должен привезти к ним домой свою невесту. Среднего и младшего они тоже уже который год подталкивают к этому шагу, но те пока упорно сопротивляются. А их младшенькая вообще официально считается замужней девушкой уже практически год, с того момента, как ей исполнилось восемнадцать и она стала совершеннолетней.

Правда, её мужа никто не видел последние десять лет, но это совершенно другая история, которая, впрочем, не мешает им отбиваться от особо назойливых предложений.

– Ну и что вы с ним решили? – вернулся к прерванному разговору Релак, обращаясь к красивой и эффектной женщине, поднявшейся с кресла и сейчас подошедшей к окну.

Та немного полюбовалась на суету за стеклом и ответила:

– Он без проблем организует обучение Теи и Тиора в Академии магии империи Ларгот. Нам очень повезло в этом отношении. Как раз в этом году они отправляют туда большое посольство для обмена опытом и направления на учёбу в их Академию пары десятков молодых эльфаров, подданных княжества. Так что в этом отношении у нас всё в порядке. К тому же за посольством в этот раз будет организован достаточно хороший внешний контроль и усиленное независимое прикрытие, проходящее по ведомству внутренней стражи княжества.

– Да? – удивился демон. – И что так? Серьёзные ведь ребята. Ими заведует, насколько я помню, твой дед.

Релак говорил это не просто так. Именно он был одним из тех немногих, кто на своей шкуре ощутил эффективность работы эльфаров из закрытой структуры Лесного княжества, когда впервые попал на территорию этого государства много лет назад. И теперь он с полным пониманием мог оценить всю значимость последних сказанных его женой слов.

– И почему предприняты такие беспрецедентные и впечатляющие меры безопасности? – уточнил он.

– Наверное, потому, – ответила Ассай, – что среди молодёжи, отправляемой в имперскую Академию магии, будут ещё моя младшая сестра и дочь главы совета магов. Поэтому пригляд за нашими детьми отец обещал устроить достойный, как за Эреей или её подружкой Селеей. Куда же они денутся друг без друга, – в шутку закончила его жена.

Релак знал, как та любит свою младшую сестру и как тяжело ей было расстаться с юной принцессой, дочкой Элея Третьего, её отца и правителя Лесного княжества. Однако Ассай всё время старалась поддерживать связь с Эреей и по возможности быть в курсе происходящих на её родине событий. Именно поэтому она выпросила у отца один из древнейших артефактов, который хранился в их сокровищнице, – переговорный камень, который позволял им поддерживать связь, даже находясь в разных мирах и реальностях.

– Это хорошо, – кивнул лорд, – теперь я буду более спокоен за нашу девочку.

– Что-то я не слышу ни слова о том, что ты беспокоишься за Тиора, – с усмешкой сказала жена.

– За этого пройдоху я буду всегда спокоен, нет такой ситуации, из которой он не сможет выкрутиться, – шуткой на шутку ответил Релак, хотя на самом деле то, что за этим неугомонным демоном будет установлен такой неусыпный контроль, его очень устраивало и успокаивало.

– Вот и хорошо, – улыбнулась супруга и начала рассказывать дальше: – Мы с отцом договорились, что я также приеду с детьми. У него есть ко мне какой-то разговор. Правда, он хотел повидаться с тобой, но коль ты приехать не сможешь, то он через меня передаст тебе какие-то бумаги, которые изложат суть его делового предложения тебе. Он также сказал, что ты должен быть в курсе этого, что для меня несколько удивительно, – подмигнула ему Ассай, – ведь у тебя нет от меня секретов?

– Нет, что ты, это как раз из области тех советов, что ты мне дала. – И Релак пояснил: – Ты же знаешь, что у нас в анклаве на границе с нидийцами недавно обнаружили достаточно большое месторождение адамантита.

– Да, я помню об этом, – кивнула Ассай.

– Так вот, – продолжил лорд, – хотя этот металл очень ценен и дорог у нас, но в мире твоего отца он ценится ещё больше, даже выше, чем в нейтральных мирах, куда обычно я его сбывал. А сейчас я хотел договориться с твоим отцом о поставке ему части выработки в обмен на ваше замечательное снаряжение лесных рейнджеров, которое скрывает любого, будто на него наложено мощное маскирующее заклятие. Этими снаряжением и экипировкой я хотел снабдить разведывательные и пограничные отряды Лера, которые патрулируют наши границы. Предварительные условия я переслал ему с гонцом буквально несколько дней назад, он же, видимо, хотел передать с тобой свой ответ.

– Понятно, – сказала женщина, – ну это, я думаю, вы обсудите с ним более подробно, артефакт связи я оставлю тебе. Отец обещал перенастроить его на тебя, чтобы вы могли переговорить по этому поводу. – На секунду Ассай задумалась. – Встретить нас должен мой брат, Ресалус будет ждать по ту сторону портала весь завтрашний день. Если что-то пойдёт не так или у нас что-то изменится, то нужно будет связаться с ним. Отец на время передаст амулет связи ему. Что ещё? – И женщина задумалась над тем, о чём так долго говорила с отцом.

Но как она сейчас вспоминала, большую часть времени у них занял обычный разговор о делах семьи и прочих семейных и не очень новостях. По делу они говорили недолго, решив подробности обсудить по их прибытии в княжество.

Такая спешка с их переходом на Ареану была вызвана тем, что вторую партию будущих студентов Академии магии из княжества должны были отправить через два с половиной дня и Элей хотел включить в неё также Тею и Тиора.

Поняв, что по существу добавить ей больше нечего, она сказала:

– Меня не будет примерно месяц. Так что не скучай тут без меня. Приглядывай за мальчиками, хотя, конечно, самое большое наше беспокойство уедет со мной, как первое, так и второе. Но я надеюсь, всё будет хорошо и мы быстро разберёмся со всеми нашими делами.

– Да, – согласился муж, – с вами поедет Сорк, наш сержант, и несколько наиболее толковых его ребят. Большой отряд сразу же привлечёт внимание, а группа из десяти всадников вряд ли вызовет хоть какой-то интерес. Вы поедете налегке. Возьмёте с собой только зачарованные сумки и личные вещи, которые вам понадобятся в дороге. Особые ценности такой маленький отряд сопровождать не отправят, поэтому и остальные будут думать, что у вас ничего нет. Так что для вас это оптимальный вариант. – Подумав ещё, лорд перешёл к тому, ради чего, по сути, и затеял весь этот разговор: – А теперь о главном. – И он пристально посмотрел в глаза Ассай. – Ты же знаешь, что я до сих пор поддерживаю связь с нейтральными мирами?

– Да, – тихо ответила та.

– Это всё потому, что последнее время вокруг нас и нашего анклава развилась какая-то слишком уж повышенная активность, и она мне очень не по душе. Меня беспокоят какие-то непонятные предчувствия. – Лорд зябко и даже несколько по-детски передёрнул массивными плечами. – Поэтому я отдам тебе это. – Релак вынул из кармана и положил на стоявший между ним и женой столик небольшой камень, отдающий оранжево-красным цветом. – Знаешь, что это? – спросил он у Ассай.

– Дорогой, – ответила та, – я живу с тобой уже боги знают сколько лет, и, конечно, я догадывалась, что ты не пешком ходишь в свои нейтральные миры. Поэтому у меня есть подозрение, что этот камешек как-то связан с ними. Я не раз видела, как ты, дорогой, уходил в свой кабинет, неся его в руках, а потом возвращался к нам через некоторое, хотя и не слишком длительное время, но уже из-за стен замка. При этом я как-то не замечала, чтобы ты покидал свой кабинет.

– Всё верно, дорогая, – погладил жену по руке Релак. – Ты всегда была очень наблюдательной. – И, помолчав, продолжил: – Это возвратный камень. Он привязан к ближайшему от нас нейтральному миру Гранкат. Это тот самый мир, откуда в нашу реальность есть прямой портал. Я тебе никогда не рассказывал, но тот портал, о котором знаю я и который ведёт напрямую на Ареану из нашего плана реальности, односторонний. По нему можно перейти только в ваше Лесное княжество, в обратную сторону он почему-то не открывается. Маги твоего отца бьются над этой проблемой уже много лет, но пока никакого ответа дать не смогли. Так вот, этот портал лежит на ничейной земле, ближе к владениям нидийцев, чем к нам, но та территория им ничем не интересна. Там одни скалы и камень. Горное дело их привлекает мало, зато пастбища, лежащие у подножия горного хребта, заинтересовали их всерьёз. И я, стараясь не выказывать особого интереса, немного затягиваю решение этого вопроса, но в итоге достаточно скоро собираюсь разделить с ними эти земли: горный хребет и небольшая часть предгорий отойдёт нам, это как раз та область, где и находится портал. А остальные земли перейдут к нидийцам. – Лорд немного помолчал. – Однако это всё относится к нашему делу лишь косвенно. Для вас важно то, что этим же путём обратно вы пройти не сможете. Поэтому, чтобы вернуться назад, вам нужно будет воспользоваться возвратным камнем и пройти через нейтральный мир. Это не сложно. Я тебе всё досконально разъясню и нарисую подробную схему где, что и как. По идее вы должны будете появиться в приёмной комнате, к координатам которой привязан портальный камень. Из неё вам нужно будет дойти до портальной площади, выбрать нужный портал и перейти в наш мир. Здесь вы появитесь недалеко от внутренней границы нашего анклава. – Усмехнувшись, он добавил: – Я не просто так выбрал именно эту территорию для его основания. Есть ещё кое-что. Портальный камень может перенести только троих разумных, поэтому, думаю, в мир твоего отца пойдёте ты с детьми, Сорк и кто-то из его подчинённых. Обратно вы будете возвращаться уже без Теи и Тиора, поэтому портальный камень сможет перенести вас троих. К тому же мне будет спокойнее за тебя, если рядом с тобой будет кто-то из моих воинов.

Релак посмотрел на свою руку, в которой продолжал держать руку своей жены. Та, проследив за его взглядом, лишь мило улыбнулась уголками губ, наклонилась и провела пальцами другой руки по его щеке. Но лорд-правитель всё ещё оставался очень серьёзен, он так и не сказал самого главного, того, о чём хотел поговорить с Ассай.

– Это то основное, что я хотел рассказать тебе о благоприятном переходе в мир твоего отца. Но ты же знаешь старого служаку-наёмника, нужно всегда быть готовым к разным неожиданным неприятностям. Поэтому я тебе сейчас дам ещё пару советов. Повторяю, этот камень, – Релак подбросил артефакт, – способен перенести только троих, поэтому в случае любой угрозы уходите через портал. Солдаты прикроют вашу телепортацию, а уже из нейтрального мира переходите сюда. Артефакт отдай Тее, но сама уходи первой, дети гораздо быстрее тебя и поэтому успеют телепортироваться в любом случае. Второй после тебя пусть уходит Тея и последним Тиор. Он также остаётся прикрывать ваше отступление, если этого потребуют обстоятельства. Вы все сильные маги, в отличие от меня, поэтому после телепортации вам нужно обязательно при появлении в приёмном зале отойти от точки материализации за третий круг. Вы, только оказавшись там, сразу обнаружите эти круги. Это сделано специально, чтобы ваша магическая сила и насыщенная магической энергией аура не смогли внести никаких помех в перенос следующего за вами. Это же касается и перехода через обычный портал. Постарайтесь отойти от него метров на пять… Так, что ещё? – Релак ненадолго задумался. – Вроде по переходу всё. Теперь как действовать в нейтральном мире. Попав туда, постарайся найти демона по имени Длон. Он хозяин таверны «Жирный боров» в Гранкате. Мой хороший друг и побратим. Мы с ним из одного клана. К тому же оба состояли когда-то в гильдии наёмников и начинали в одном отряде. Только я нашёл свою судьбу в одном из срединных миров, а он открыл маленькую таверну, как и мечтал. Именно через него я веду всю свою торговлю в нейтральных мирах. Так что мы до сих пор поддерживаем как дружеские, так и деловые отношения. Вот тебе наша старая условная фраза. – И лорд, наклонившись к уху жены, прошептал пароль.

Та, не сдержавшись, прыснула в кулак.

– Нет, этого я Тее и Тиору говорить не буду, – отсмеявшись и переведя дыхание, сказала Ассай мужу.

– Ну, тогда мы были молодые и глупые, – будто оправдываясь, произнёс лорд, – зато, услышав эту фразу, он точно поймёт, что ты пришла от меня, и окажет тебе всю помощь, которую будет в силах предоставить, и даже немного больше. Он же может помочь вам с возвращением в этот мир. Он прекрасно знает, где меня найти. К сожалению, если вы попадёте в нейтральные миры, то не сможете попасть на Ареану, мне не известен путь туда. Мы так и не смогли найти рабочий портал, ведущий на эту планету, но он точно где-то есть. Я как-то вскользь слышал об Академии империи Ларгот и их обширной коллекции артефактов древних магов, ещё до знакомства с тобой и твоим отцом. – Релак замолчал, вспоминая что-то ещё. – Вроде бы всё. – И вздохнул. – Но мне всё равно как-то не по себе от вашего отъезда. Может, отложить поездку на какое-то время? – спросил он у жены.

– Нет, – мотнула она головой, – слишком многое поставлено на карту.

– Да, я понимаю, – покивал лорд и прижал к себе жену. – Но всё равно что-то не даёт мне покоя.

– Всё будет хорошо, дорогой, – постаралась успокоить мужа Ассай, но и у неё сердце было не на месте из-за этой поездки. – Я скоро вернусь, а детей мы увидим, когда у них будут каникулы. Я постараюсь уговорить отца выделить нам пару завязанных друг на друга артефактов для связи. И один оставлю Тее и Тиору. Тогда у нас будет возможность пообщаться с ними в любое время.

Но даже это обещание не выгнало из глаз Релака беспокойство и сожаление. Единственное, что поддерживало его и придавало сил, – это недавние слова Теи: «Не беспокойся, папа, поверь, так будет лучше для всех. Вас наконец оставят в покое, а я там буду в большей безопасности, чем здесь».

Правда, он так и не смог понять, кто это их должен оставить в покое? Где это «там» и почему она именно в этом гипотетическом «там» будет в большей безопасности, чем в родном доме?

Один из нижних планов реальности. Планета Аррах.

Анклав Релак. Предгорья близ границы

с ничейными землями

Несколько часов спустя

– Госпожа, – тихо обратился к Ассай сержант, ехавший рядом с ней на тёмном гуорле[6].

– Да? – откликнулась она, стараясь не подставлять ветру лицо.

Сегодня было ветрено, моросил мелкий, очень противный дождь. Хотя чему удивляться: такая погода была характерна для данной местности. Эти горы и называли туманными или мокрыми. Густой туман и шедший сутками напролёт моросящий дождь были обычным явлением на этих склонах.

– За нами следят, – доложил он. – Один из дозорных заметил группу всадников, передвигающихся параллельно нам строго по лесу. Похоже, там есть какая-то тропа. Они не отстают, но и не обгоняют. Такое впечатление, что они хотят узнать, куда мы направляемся. Или, как вариант, они сопровождают нас, чтобы успеть перехватить, если мы постараемся уйти от погони или подготовленной засады.

– Понятно, – задумчиво произнесла женщина, едущая верхом, и уточнила: – Сколько их?

– Точно определить не удалось, – ответил Сорк. – Они лишь на мгновение показались в просвете между деревьями недалеко от реки. Но то, что этот отряд следует за нами, дозорный уверен. Он приметил их необычные плащи ещё в столице. Такого совпадения быть не может. Им определённо нужны мы.

– Это не может быть группой прикрытия Релака? – высказала предположение Ассай.

– Нет, госпожа. Лорд бы обязательно предупредил о ней меня или вас. Так что, я думаю, нам нужно готовиться к тому, что эти неизвестные преследуют именно наш отряд.

– Хорошо, распорядись быть наготове и отправь несколько демонов проверить ущелье.

– Да, госпожа, – кивнул сержант, но, не успев отъехать, осмотрел оставшихся всадников и практически сразу отчитался: – Патруль уже уехал в ту сторону, и с ними снова ваш сын.

Младший сын Ассай довольно часто вместе с дозорными исчезал в лесу или уезжал вперёд, чтобы разведать дорогу. Вот и сейчас они ускакали к тому месту, которое Релак отметил на карте как портал. Этот естественный портал был найден её мужем, когда он скрывался в этих горах со своим отрядом давно, ещё будучи наёмником, и располагался тот в конце небольшого ущелья, к которому вёл узкий проход в скалах.

Эльфарка повернулась к Сорку:

– Я предупрежу Тею, чтобы она никуда не удалялась от отряда.

Так как поговорить с Тиором прямо сейчас не было никакой возможности, хотя зов ему Ассай всё же отправила, она подозвала к себе дочь.

– Тея, ты ничего не чувствуешь? – первым делом спросила у неё Ассай.

– Нет, мама, – ответила та. – А что?

– Странно, – будто про себя тихо промолвила женщина, а потом ответила Тее, при этом стараясь разглядеть что-то в глубине леса, идущего вдоль дороги: – За нами следят. – И, порывшись в своей зачарованной сумке, точная копия которой висела и на плече девушки, протянула ей артефакт. – Вот, возьми. Это портальный камень. Твой отец называет его возвратным. Надеюсь, пользоваться им не придётся, но всё же послушай и посмотри. Активируется он так. – И Ассай показала процедуру активации артефакта, которой обучил её муж.

Ничего сложного в ней не было: верхнюю половину камня нужно было немного отщёлкнуть вверх, высвобождая резьбу, и повернуть относительно нижней по часовой стрелке три раза, а потом в обратную сторону два и ещё один раз по часовой. После этого открывался портал. И всё, им можно пользоваться. Открытым он продержится всего полминуты. Поэтому нужно всё делать быстро.

– Он может перенести всего троих разумных, – закончила Ассай и уже хотела перейти к рассказу о том, куда этот камень должен перебросить путешественников, как и с кем нужно встретиться в нейтральном мире, куда приведёт камень и как вернуться обратно в этот мир, если вдруг она окажется там.

В общем, сжато пересказать весь её длинный разговор с мужем. Но не успела. В этот самый момент к ним подскакал Сорк:

– Госпожа Ассай! За нами гонится ещё один отряд. Он гораздо больше замеченного дозорным в лесу, и, что более важно, их гуорлы более свежие, чем наши. Они очень скоро нагонят нас. Поэтому нам следует поторопиться. Я думаю, они уже догадываются, куда мы направляемся, так как первый замеченный нами отряд ускорился именно по направлению к входу в ущелье.

– Я поняла, – кивнула та и пришпорила своё животное.

Вслед за ней двинулся и весь отряд. А буквально через несколько сот метров они встретили несущегося к ним во весь опор разведчика, и он был один. Всей остальной группы, выдвинувшейся вперёд, видно не было. Это вызвало беспокойство у Ассай и Теи.

– Госпожа! Сержант, – обратился разведчик сразу к обоим своим начальникам. – На нас у входа в ущелье напали какие-то странные субъекты. Внешне похожи на тролков, только чуть крупнее и не такие сообразительные. Однако их было около двух десятков. Правда, они не ожидали увидеть здесь высшего демона, и поэтому господин Тиор в боевой ипостаси был для них полной неожиданностью. Мы быстро осмотрели их место стоянки и выяснили, что засада была устроена не на нас или они не ожидали встретить тут столь сильный отряд. Сейчас ущелье находится под нашим контролем, но господин Тиор почему-то уверен, что встреченные противники лишь передовой отряд неизвестных демонов. Слишком неухоженный и неподготовленный у них лагерь для долгого ожидания. Мы решили, что они здесь всего несколько часов. Поэтому господин Тиор предлагает поторопиться и потом закрыть портал с той стороны, а чуть позже связаться с отцом через артефакт связи и сообщить ему о случившемся. Подробности своего плана вам хочет изложить сам господин Тиор при встрече. – Разведчик склонил голову и отъехал в сторону.

– Ну, что скажете? – обратилась Ассай к дочери и Сорку. – Есть какие-нибудь предложения.

– Идти надо всем, – сразу ответила Тея. – Когда окажемся на стороне дедушки, блокируем телепорт, и вы возвращаетесь уже тем способом, что предусмотрел отец. Не все, конечно, а ты, мама, и Сорк. А дальше отец уже разберётся с теми, кто хозяйничает здесь. Но делать это нужно быстро, пройти портал и оказаться на той стороне, что-то не нравится мне тот отряд, что сопровождает нас по лесу, он может оказаться у телепорта быстрее нас.

Ассай обдумала предложение дочери и, повернув голову к пожилому сержанту, спросила:

– Что думаешь? Опыта в таких делах у тебя гораздо больше, чем у нас всех, вместе взятых.

– Опыта, говорите… – И он посмотрел на девушку. – Не уверен. Тея просчитала всё верно. Самым опасным для нас сейчас является отряд, который передвигается по лесу. Он может здорово помешать нам на границе ущелья, если вклинится между нами и Тиором. Конечно, нас это не остановит, но задержит на некоторое время. А это даст возможность нагнать нас тем, кто следует позади нас. И я уверен, что ту группу сопровождает несколько очень сильных демонов. Нужно спешить. – И он пришпорил своего гуорла.

За ним это сделали и все остальные.

Тридцать минут бешеной скачки – и вот ущелье.

Но их практически успели перехватить. Уже влетая в его узкую горловину, Тея заметила, как им вслед летят несколько заряженных сильной огненной магией стрел. Поэтому она на автомате позади влетевших последними Тиора и Сорка поставила самый мощный щит тьмы, на который была способна, перекрыв им вход в ущелье. И почти мгновенно за их спинами разлилась огненная стена.

Щит выдержал, и попавшие в него стрелы не нанесли их отряду никакого вреда. Но Тея видела: ещё три-четыре таких попадания – и щит падёт. Поэтому она крикнула Тиору:

– Меня хватит ещё максимум на три таких щита, это минуты три боя!

– Ставь их! – откликнулся тот и подъехал к куче камней, лежащих справа от выхода из ущелья. – Активируйте портал! – крикнул он Тее и матери, после того как его сестра поставила дополнительную защиту в виде ещё трёх закупоривших вход в ущелье щитов. – И как только он откроется, уходите первыми, мы сразу за вами!

Он занял оборону у горловины ущелья, беря её на прицел своего лука. Это же самое сделали и Сорк со своими воинами, укрывшись за беспорядочно разбросанными по ущелью крупными камнями.

Как раз в это время противники снесли первый щит, выставленный Теей, и девушка увидела преследовавший их отряд. Это были ралы, огромные крысоподобные демоны невероятной силы и ловкости. И что самое скверное, они служили только одному правителю на их планете, лорду Нуразу.

– Это ралы. Ты не сможешь сдержать их в прямом столкновении! – крикнула она брату. – Как только откроется портал, уходите вместе с нами!

– Да! – кивнул тот. Хоть Тиор и слыл донельзя безрассудным, но дураком и самоубийцей не был. С такой толпой ралов не справился бы и его отец на пару с Лером, не то что он. – Вы только откройте его! – И выстрелил сквозь щит в первую, ясно видимую цель.

В этом было преимущество щита, созданного Теей: он был односторонний, сквозь него можно было атаковать противников, находящихся с его внешней стороны.

Но Тиор промахнулся. Вообще мало кто мог похвастаться таким выдающимся достижением – попасть из лука или любого иного стрелкового оружия в рала, слишком быстро те передвигались. Поэтому неудивительно, что стрелу рал просто отбил мечом.

– Тиор, ты болван, – во время боя Сорк не особо церемонился со своим бывшим, хотя и самым лучшим учеником, – у тебя разрывные стрелы, стреляй им под ноги в скалу. Осколками их задеть больше шансов.

Молодой демон лишь кивнул на это вполне уместное замечание, и его следующий выстрел был уже куда более эффективен. Рала снесло взрывной волной, да к тому же и основательно иссекло осколками камня.

– Хороший совет, – улыбнулся Тиор.

Всё-таки он тоже не простой парень из пригорода, а метаморф. И его реакция почти ничем не хуже, чем у того же рала.

«Однако как там дела у мамы и Теи?» – подумал он, видя, что нападающие снесли уже второй щит.

А дела, похоже, шли не очень. Они до сих пор не смогли активировать портал.

– Что случилось?! – крикнул он им, делая очередной выстрел.

Но ралы после его первого и такого впечатляющего успеха стали более осторожны и теперь мгновенно перемещались за ближайшее укрытие, как только замечали выпущенную в их сторону стрелу или болт, даже не стараясь их отбивать.

– Создаётся такое впечатление, что кто-то блокирует активацию портала, постоянно сбивая его настройку в момент инициации плетения, но мы не можем понять, кто это и где он, – ответила ему Тея.

А вот Тиор мгновенно понял, что происходит.

Задачей того отряда, что они встретили у входа, было не перехватить их, а доставить сюда мага, способного прикрыть портал хотя бы на время.

«Похоже, Нураз знает этот маленький секрет нашего отца, – с грустью подумал он. – Интересно, что ещё известно этому старому умертвию?»

– Сейчас, – быстро сказал Тиор и обратился к своему дару. Магу, который должен блокировать портал, необходим хотя бы слабый источник силы. Так как для того, чтобы сбить настройку портала при многочисленных его активациях, особо большого умения и не требуется, но необходим неплохой запас магической энергии. Поэтому у Тиора с его даром был неплохой шанс вычислить этого мага.

Обратившись к внутреннему зрению, Тиор осмотрел близлежащие скалы. Нужно такое место, с которого открывается прямой вид на активируемый портал.

«Вот он, – заметил молодой демон слабый отсвет сил как раз над порталом, там была какая-то неглубокая ниша, способная скрыть одного не слишком крупного представителя демонов. – А маги почти всегда не слишком крупный народ», – с усмешкой подумал Тиор, резко переводя лук в центр замеченной ниши и выпуская туда стрелу.

Маг даже не успел отреагировать, как его маскировка слетела и стрела вошла куда-то в область живота.

– Ну как? – спросил Тиор, обращаясь к сестре.

Ответом ему послужило ярко светящееся вихревое облако активированного портала.

– Молодец, сынок, – похвалила его Ассай и первой шагнула в портал.

Дальше к порталу двинулась Тея и, оглянувшись в сторону брата, махнула ему рукой, а потом сделала шаг в как-то странно моргнувшее зарево портальных вихрей.

Никто на это не обратил внимания, но маг из народа малых ралов на последнем издыхании ещё раз попробовал сбить настройку активированного портала, чтобы постараться отключить его. Однако его сил хватило только на то, чтобы внести лишь временные помехи, которые мгновенно устранились стабилизировавшейся структурой плетения портальной арки. Но именно они вызвали те странные, никем не замеченные вихревые образования, когда Тея проходила через портал.

– Теперь вы, – отдал приказ подчинённым Тиор, махнув рукой в сторону портала.

Те по одному стали исчезать за его необычной облачной поверхностью голубоватого цвета.

Последним, оглядев ущелье, через портал прошёл сам Тиор, сделав ещё один удачный выстрел, поразивший сразу двух ралов, которые наконец прорвались сквозь последний рухнувший щит, выставленный Теей.

– Блокируйте его! – закричал Тиор, вываливаясь из портала спиной вперёд, с луком, наведённым на портальную арку, располагающуюся прямо в стволе огромного дерева.

«Что за крахт![7] – удивился демон, смотря на странно расположенный портал. И тут заметил направленные на него луки существ, своей внешностью очень напоминающих его мать. – Эльфары! – понял он. – Надо же говорить на эльфаре», – вспомнил он наставление Ассай и прокричал ещё раз, но уже на языке этого мира:

– Блокируйте портал быстрее, они прорвались.

В это время поверхность портальной арки заколебалась, и Тиор, не раздумывая, выстрелил прямо в своё дрожащее зеркальное отражение. И ему под ноги вывалился рал с застрявшей в его туловище стрелой.

– Скорее! – прокричал демон.

Видимо, до стоящих рядом разумных стал доходить смысл его фраз, и один из них, резко кинувшись к какому-то чёрному камню, лежащему у подножия портала, постарался вытянуть из него, видимо, накопитель магической энергии.

Однако его отбросило мощным разрядом молнии.

«Ну не идиот ли?» – подумал Тиор, выпуская ещё одну стрелу во вновь заколебавшееся отражение.

И второй рал вывалился из портала, в этот раз с простреленной головой.

– Не трогайте накопитель голыми руками, выбейте его чем-нибудь, камнем, например, или выстрелите в него! Портал-то активен!

И выпустил третью стрелу.

Но в этот раз прицел его подвёл, и очередной рал вывалился из портала лишь с оцарапанным черепом. Однако Сорк с парнями совместно с соотечественниками матери мгновенно нашпиговали его стрелами.

Наконец портал свернулся в точку и исчез. Молодой демон заметил, что стрела, выбившая камень, прилетела откуда-то из-за его спины.

– Всё, – облегченно вздохнул Тиор и посмотрел на мать, стоявшую позади него с каким-то молодым на вид парнем и смотрящую на него испуганным и обречённым взглядом.

– Что? – предчувствуя большую беду, спросил он.

– Где Тея? – спросила она.

И только сейчас Тиор увидел, что девушки на поляне перед порталом не было.

* * *

Тея вывалилась из портала и ничего не могла понять. «Где все? Где мама? Где те, кто должен был их встретить?»

Хотя нет, встречу ей подготовили, и вполне качественную. Девушка даже не успела обернуться, чтобы осмотреться кругом, как её накрыло заклинание, подавляющее магические способности.

«Что происходит? – только и подумала она, как её схватили чьи-то холодные, но очень крепкие руки. – Наверное, латные рукавицы, – догадалась она. – Это подчинённые деда, они просто не узнали меня».

Решив так, девушка обернулась в сторону удерживающих её рук. И вот тут ей стало по-настоящему страшно.

Тея была домашним цветком, и поэтому встретиться лицом к лицу с нежитью, тем более рыцарем тьмы, оказалось для неё крайней неожиданностью. Узнала она этот тип нежити по специфической ауре смерти, что окружала его, да и образование кое-какое она уже успела получить. И не самое плохое, между прочим.

Она в ужасе осмотрелась.

«Развалины какого-то города и одни умертвия».

Её без особых усилий, как держали несколько секунд назад, приподняли над землёй и понесли в сторону какого-то тёмного входа в непонятный туннель.

«Куда же я попала?» – вся серьёзность ситуации стала доходить до девушки, и она очень испугалась. Мериться силами с нежитью было полной глупостью с её стороны, тем более без поддержки её магических способностей. Если с одним она ещё и справилась бы, то перебить десяток вряд ли бы смогла. Она всё-таки не её братья. Хотя и сильнее большинства обычных девушек-демонов. Но ей всё равно не сравняться в силе с мужчинами, особенно демонами высших рангов и уровней. Например, таких, как её отец или Лер. А только они смогли бы противостоять на равных рыцарям-нежити.

Но никого из её родственников, кто смог бы ей сейчас помочь, здесь не было. А вот нежить, и в больших количествах, была.

Брат как-то рассказывал ей, что особо сильные некроманты в качестве собственной охраны используют нежить, но не высшую, ту невозможно контролировать.

Обилие этой высокоуровневой нежити, включающей и нескольких личей, которые встретились ей на пути, её очень насторожило. И, как ни странно, умертвия вели себя вполне организованно, что напугало девушку ещё больше.

«Это уж точно не владения какого-то сумасшедшего некроманта, – поняла она. – Неужели это один из тех легендарных городов, полных нежити, о которых так много рассказывал отец? А я ему ещё не верила, – с сожалением подумала она. – Но нужно взять себя в руки», – начала настраивать себя Тея на поиск выхода из сложившегося положения.

Благодаря своим способностям она предчувствовала будущее и заранее готовилась, правда, не к тому, что в результате произошло, но к чему-то подобному.

«Что там говорил отец о таких некрополях?» – сосредоточившись, постаралась вспомнить Тея.

А говорил он очень мало, и то, что он рассказал, ей очень не понравилось.

Первое: такие города, с организованной нежитью, большая редкость.

Второе: обычно такими городами управляют невероятно сильные тёмные маги смерти, перешедшие за грань жизни. Они становятся Владыками.

Третье: её наверняка ждёт встреча с кем-то подобным. Отец не знал, что с пленниками делает нежить. Но её пока не убили. Возможно, её постараются допросить. И так как нежить практически не может общаться голосом, это будет сделано ментально.

«Нужно спрятать сознание», – решила девушка и, войдя в полумедитативный транс, который хоть немного отгородил её от реальности, перенесла сознание в самую сильную часть своей демонической сущности, поместив его в боевую ипостась.

От капитального промывания мозгов это, конечно, её не спасёт, если за неё примется по-настоящему сильный ментальный маг, но поверхностное или чуть более глубокое зондирование мыслей ей теперь не опасно и не сможет повредить её разум.

Защитив таким способом своё сознание, девушка перешла к анализу ситуации дальше.

Если её не убили сразу, значит, она для чего-то нужна нежити.

Тут особо не нужно было размышлять, для чего она могла понадобиться. Любое существо само по себе является достаточно мощным источником силы. Этот город должен существовать за счёт какой-то магической энергии. Значит, и она нужна им, как этот самый источник магической энергии. Как они её будут получать – за счёт жертвоприношения или какого-то иного обряда, – для Теи это не имело значения. Результат будет один. Её смерть.

Тоска накатила на девушку от этих мыслей, но она постаралась взять себя в руки и не раскисать ещё больше.

«Ещё есть шанс, – постаралась утешить она себя и, чтобы отвлечься, вернулась к тому, что говорил ей о подобных местах отец. – На чём я остановилась? – выкинула остальные мысли из головы Тея. – Да, встреча с кем-то из Владык».

Четвертое: как говорил отец, в такие места минимум чем без десятка сильных некромантов соваться не следует. Особенно если эти зоны очень древние. Никогда не знаешь, насколько могущественными могут оказаться местные умертвия. А данные развалины выглядят очень старыми. Следовательно, и нежить, просуществовавшая такой большой срок, набралась сил и опыта.

«Будет нелегко выбраться из города», – поняла Тея.

И последнее, что говорил отец о подобных местах, но что очень не хотела произносить даже про себя девушка, – это то, что попасть в такой город без должной подготовки – верная смерть.

Однако в рассказах её отца был один хоть и маленький, но светлый момент. Такие города любят искатели древностей и достаточно часто посещают их, правда, они очень редко продвигаются в глубь таких некрополей, обшаривая окраину города, но случается всякое. Поэтому некая зыбкая и нереальная надежда не покидала Тею.

Пока девушка размышляла и анализировала ситуацию, рыцарь тьмы спустился с ней в подвал, который напоминал старое и запущенное тюремное помещение. Ничего примечательного, кроме нескольких распахнутых дверей камер, здесь не было.

Не особо церемонясь, рыцарь-нежить сорвал с неё оружие, зачарованную сумку и, даже не проверив её содержимое, положил всё на стол, стоявший тут же. После этого он небрежно затолкнул девушку в первую попавшуюся камеру и закрыл дверь.

Тея, потирая спину, быстро подбежала к ней и попробовала выбить. Однако, хотя помещение и выглядело старым и запущенным, дверь оказалась массивной и крепкой, к тому же удерживалась коваными запорами. А вот нежить закрыла эту дверь не особо и напрягаясь, на это девушка успела обратить внимание. Рыцарь был очень силён, как поняла она. Нельзя встречаться с ним в прямом поединке.

Тея уже почти час старалась хоть что-то сделать с этой проклятой дверью, когда в коридоре послышались многочисленные шаги. Судя по звукам, там было не меньше шести существ, если, конечно, все они передвигаются на четырёх ногах.

Девушка быстро отошла от двери и упёрлась спиной в заднюю стену. Нужно было быстро продумать линию своего поведения на допросе.

«Если они поймут, что я демон или во мне течёт их кровь, то сразу применят другую тактику при допросе», – поняла она.

Значит, это нужно как можно дольше скрывать. К тому же, возможно, ей повезло, ведь, перед тем как шагнуть в портал, Тея почти полностью опустошила свой магический резерв на создание нескольких заклинаний щита тьмы и активацию портальной арки. Поэтому можно постараться скрыть ещё и то, что она маг. Это тоже может дать ей небольшое преимущество в будущем. Хотя какое, она пока сказать не могла.

Дверь в камеру легко распахнулась, и в неё, не проявляя никакого интереса к девушке, вошёл все тот же рыцарь тьмы, который захватил её и доставил сюда. Она его узнала по небольшому сколу на боковой кости выглядывающего из-под старого шлема черепа.

Вот он стоит у входа, мгновение – и его когтистая лапа опять удерживает Тею на месте.

Больше пока в помещение никто не входил, однако девушка слышала, что кто-то возится у стола, куда рыцарь положил её снаряжение.

Так прошло несколько минут. Рыцарь тьмы равнодушно стоял, крепкой хваткой заблокировав её руки, и больше ничего не делал. Создавалось такое впечатление, что он заснул. Однако Тея прекрасно понимала, что это лишь видимость. Стоило ей пошевелиться, как рыцарь оживал и сильнее стискивал её руки.

Минуты текли неторопливо и казались вечностью взволнованной и напуганной девушке. Она, конечно, догадывалась, что это всего лишь игра её воображения, но не могла отделаться от ощущения, что они ждут прихода этого неизвестного уже несколько столетий.

Наконец в дверь камеры прошёл он. Ауры тьмы и смерти прямо-таки кричали, что перед ней демилич, вероятно, один из тех, кто управлял этим городом.

– Кто ты? – на высоком эльфаре, которому обучала их в детстве Ассай, спросил он, при этом говорил он вполне нормальным голосом. – Почему ты оказалась тут? Что тебе нужно в нашем городе?

Видимо, то удивление, смешанное с испугом, которое произвели на Тею произнесённые вслух слова лича, совокупно со всеми произошедшими событиями, отразилось на её лице и было воспринято умертвием совершенно неверно. Так как после этого он спросил:

– Ты меня понимаешь?

«Нужно притвориться, что нет», – догадалась девушка.

И выдавила из себя ещё больше испуга, стараясь как можно больше запутать нежить. Тем более сделать это было несложно. Тея и так сейчас была до жути напугана.

Тот постоял пару мгновений, а потом девушка внезапно поняла, что в её голове кто-то копошится. Не было никакой боли или иных ощущений. Просто чувство некоего присутствия. Противного, скользкого и мерзкого. Это ощущение заставило сознание Теи сжаться в непробиваемый кокон, который она укрыла так глубоко внутри своей демонической сущности, как только смогла.

– Ничего не выходит, – вслух проговорил демилич и, влепив ей оплеуху, развернулся к выходу. – Ах да, – проговорил он, уже стоя на пороге.

И Тея почувствовала, что её накрыло какое-то плетение, сдерживающее её силы. Это заклинание девушка не знала. Но оно было намного эффективнее того, что набросили на неё, когда она только появилась в этом мире.

Рыцарь тут же, как какую-то куклу, отбросил пленницу к стене и, выйдя из камеры, закрыл дверь.

Будь Тея обычно девушкой, этот бросок просто размазал бы её по камере, а так она отделалась лишь множественными ушибами и синяками, в том числе и на лице, которое не успела прикрыть рукой, когда её припечатало о камни.

Так потекли её дни в заключении.

Около её камеры появилось четверо скелетонов и давешний рыцарь, которые просто замерли по разным углам подвального помещения, превратившись в предметы меблировки. Это Тея увидела через небольшое окошко в двери камеры. Периодически каждый из умертвий делал небольшой круг по комнате, после чего опять замирал на своём месте, дожидаясь повторения своей очереди обхода тюрьмы.

Тея обрадовалась, что у камер, кроме этой пятерки нежити, никого не было. Она надеялась дождаться, когда заклинание, наложенное на неё нежитью, пройдёт и она сможет воспользоваться своими способностями.

Но, как обычно, судьба повернулась к ней своей не очень привлекательной стороной. Примерно через шесть часов ещё первых суток в подвал снова спустился демилич и прямо через дверь повторно наложил на неё заклинание удержания.

И так продолжалось уже третьи сутки. С периодичностью в шесть часов её навещал мертвый маг, накладывал на неё сдерживающее её силы заклинание и уходил. Скелетоны и рыцарь тьмы всё время находились здесь, ни разу не покидая своего поста. Её даже не кормили. Хорошо, что она всё-таки демон и может продержаться без еды и воды практически неделю, не сильно ослабев при этом, жаль только потом ей будет очень плохо. Её амуниция всё также лежала на столе посреди комнаты и всё больше манила и притягивала Тею. Там было множество предметов, которые пригодились бы ей сейчас. Особенно часто в последнее время она вспоминала о том, что внутри сумки хранится недельный запас провианта и питьевой воды.

Тея перестала стараться сломать или повредить дверь, когда после очередной её попытки та распахнулась и на пороге она увидела ногу в латном ботинке, которая со всей силы впечаталась ей в лицо. Девушка успела наклонить голову так, чтобы удар пришёлся вскользь, но это не особо уберегло её. Она отлетела к противоположной стене камеры и потеряла сознание.

Провалялась она порядка семи часов. Поняла это по тому, что пропустила очередной приход мага. И после этого случая уже просто сидела, стараясь разработать хоть какой-то приемлемый план побега или дождаться, когда нежить сделает хоть какую-то ошибку. Сбежать – это сейчас было её единственным шансом выжить, но без магии она не сможет справиться с рыцарем тьмы.

Девушка была уже в той степени отчаяния, что готова была пойти на риск. Правда, тогда раскроется её истинная сущность демона, но ей было уже всё равно. Она чувствовала: другого шанса вырваться отсюда у неё не будет. И поэтому она приготовилась и ждала очередного прихода мага. Если постараться напасть на него в тот момент, когда он активирует плетение, то есть шанс, хоть и небольшой, застать их врасплох, и при этом, возможно, относительно скоро восстановятся её магические способности, что значительно повысит её шансы против рыцаря. Ведь не зря же выбрана такая периодичность прихода нежити-мага.

До посещения тюрьмы этим личем оставалось ещё порядка трёх часов. Однако в коридоре послышался какой-то странный шорох. Потом ещё и ещё.

«Неужели за мной пришли раньше?» – в испуге подумала она.

Но с тем, что происходило за стенами камеры, что-то было не как обычно.

Девушка осторожно подошла к двери и выглянула в окошко. И не поверила своим глазам.

Останки некогда грозного рыцаря лежали посреди коридора. Кости, по-видимому бывшие некогда двумя скелетонами, виднелись недалеко от него. Двух других же Тея отсюда рассмотреть не могла, но почему-то не сомневалась, что их постигла та же участь.

Вдруг девушка заметила практически невидимую тень, проскользнувшую от стены коридора к столу, на котором лежали её вещи.

Вот этот-то неизвестный первым делом осмотрел как её мечи, так и зачарованную сумку, подаренную ей отцом.

Он постоял, держа их в руках, несколько секунд, а затем сразу развернулся к её камере, будто точно знал, что она сейчас здесь и наблюдает за ним.

«Любопытство несвойственно нежити, – подумала Тея, – а вот живые существа обладают этим качеством повсеместно. – Эта мысль вселила в её душу маленькую надежду. – Кто это? Неужели отец прав и такие места пользуются спросом у различных искателей? Неужели мне повезло?» – Девушка боялась верить в свою удачу.

Неизвестный стал открывать дверь.

На всякий случай Тея отошла подальше от неё. Теперь-то она не сомневалась, что сможет вырваться. Главное, завладеть сумкой и сбежать.

Но сначала нужно разобраться, кто это.

«Демон, – предположила она, так как и этот неизвестный, практически не прикладывая усилий, открыл дверь в её камеру. – Хотя кто же ещё может так быстро разделаться с пятеркой нежити, среди которой была одна достаточно сильная особь?» – уже более уверенно рассудила Тея.

И вот дверь открылась. В темноте прохода появился силуэт неизвестного. Он остановился на пороге. Странно, на демона не похож. Скорее, это какой-то хуман. Даже не маг. Одет в одежду рейнджера или поисковика. Вообще многие носят подобные костюмы, и не поймёшь, кто перед тобой. Тёмная куртка с капюшоном из плотной ткани, брюки, сапоги, вернее, какие-то полуботинки. У этого, кстати, со странной шнуровкой. Но, может, ему так удобнее или привычнее. Всё остальное скрыто плащом. В общем, ничего особо выдающегося. Даже купцы из тех, что предпочитают торговать в отдалённых районах, носят очень похожую на эту одежду.

Вот с вооружением не очень понятно, не разобрать, то ли его так умело скрывает плащ – видно лишь рукояти нескольких мечей да лук и колчан со стрелами, – то ли это всё, что есть при себе у этого рейнджера.

«Интересно, зачем ему столько мечей?» – задалась вопросом Тея.

Она насчитала четыре рукояти, о таком она ещё не слышала. Может, отец или Сорк разъяснили бы такую особенность.

Присмотревшись повнимательнее к открывшему дверь хуману, Тея, рассматривая несколько удивлённое лицо молодого парня, отметила: «Видимо, сам удивлён, встретив меня здесь. Получается, он ожидал увидеть кого-то другого?»

Потом, похоже, тот решил для себя какой-то вопрос. Тея это поняла по тому, что он произнёс непонятную фразу на каком-то певучем, немного прищёлкивающем языке, явно обращаясь к ней и протягивая её амуницию.

«Наверное, он спрашивает, моё ли это?» – услышав вопросительные интонации в голосе парня, подумала демоница, но при этом осталась стоять не шевелясь. Она ещё не приняла никакого решения и не могла понять, что же всё-таки от неё хотят.

Однако этот неизвестный долго рассусоливать не собирался. Он бросил к ногам девушки её вещи и опять что-то произнёс, махнув рукой в направлении выхода. Девушка поняла, что он предлагает сматываться отсюда. Но как-то всё это было странно. Поэтому она, медленно присев, резко выхватила из общей кучи мечи и отскочила в дальний угол тюремной камеры.

На стоящего в дверях хумана это не произвело ровным счётом никакого впечатления. Он лишь что-то пробормотал и снова махнул рукой, будто поторапливая её и одновременно давая какое-то снисходительное одобрение её действиям.

«Да кто он такой?!» – возмутилась Тея.

Поняв, что по крайней мере сейчас этот неизвестный не представляет никакой угрозы, девушка осторожно подошла к своим оставшимся вещам и собрала их. Первым делом она незаметно от стоящего парня проверила, в сумке ли находится возвратный камень, что передала ей мама. Он был на месте. Теперь Тея могла исчезнуть в любой момент. Ну, не особо в любой, но шансы на это у неё значительно возросли.

Посмотрев и убедившись, что она готова к выходу, неизвестный развернулся и направился к виднеющемуся впереди туннелю. Его, похоже, не особо интересовало, идёт девушка следом за ним или нет, он лишь раз, остановившись, обернулся и удостоверился в этом.

Подойдя к туннелю, ведущему куда-то вдаль, парень притормозил и задумчивым взглядом осмотрел Тею с ног до головы. Выглядело это так, будто он приценивался к какому-то товару. Тею это до невозможности взбесило, но она постаралась сдержаться. Что-то странное было в этом парне.

И вдруг совершенно неожиданно для девушки он произнёс на чистом реалме:

– Привет. Я Баг.

Удивлению Теи не было предела, она, забывшись, даже спросила об этом:

– Привет. Ты говоришь на реалме?

– Видимо, – ответил её собеседник. – Как называется этот язык, я не знаю.

– Странно, – произнесла Тея и спросила: – А почему ты заговорил именно на нём?

– Наверное, потому, что ты пришла оттуда. – И молодой хуман кивнул в направлении портала.

«Интересно, откуда он мог это узнать? Неужели мои вещи, которые он успел рассмотреть, ему сказали об этом?»

А дальше этот необычный парень предложил ей бежать с ним и его товарищами, которые оказались в этом городе совершенно случайно.

Получается, что и этот хуман, и его друзья были местными, как поняла Тея из рассказа парня, а она почему-то решила, что они такие же гости этого мира, как и она сама.

Дальнейшие слова Бага лишь убедили её в верности выводов. Оказалось, Баг и его команда думали укрыться здесь от каких-то демонов, по описанию очень похожих на ралов. Когда Тея услышала о них, то подумала, что приспешники лорда Нураза разыскивают именно её, и, здраво рассудив, предположила, что, возможно, она оказалась в этом городе нежити совсем не случайно.

Между тем хуман, видимо не заметивший её секундного замешательства и небольшой вспышки страха, рассказывал дальше.

Так получилось, что он и его друзья, уйдя от одной опасности, попали в ещё более серьёзную передрягу. И теперь Баг говорил о том, что они с его отрядом хотят сбежать из города древних, воспользовавшись для этого тем порталом, через который она и попала сюда.

При этом сам Баг не слишком верно оценил ситуацию и, похоже, подумал, что девушка знает о том, что находится по ту сторону этой портальной арки. Но Тея не имела ни малейшего представления об этом. Она хотела предупредить хумана о его заблуждениях, но тот очень быстро в своём рассказе переключился на описание тех возможных трудностей, если девушка самостоятельно захочет покинуть этот город, и она как-то позабыла о своём желании всё ему рассказать.

Напирал Баг в основном на то, что ей самой будет сложно выбраться из города в одиночку в окружении такого огромного количества нежити. Да Тея и сама осознавала этот риск, ведь она была не до конца уверена в том, что портальный камень, выданный её отцом, сработает. Но и план этого парня был какой-то странный.

По сути, всем рисковал только он один и, возможно, ещё какой-то маг. Но риск этого парня был вполне очевиден, он отвлекал на себя внимание как от своих друзей, так и от неё. Ей же требовалось лишь добежать до портала и пройти сквозь него. А дальше этот хуман должен был каким-то образом отключить этот портал.

И Тея почувствовала, что он точно сможет это сделать, хотя она и не понимала как. Ведь этот парень не был магом, по крайней мере сильным.

За свою помощь ей как в освобождении, так и в побеге он просил поделиться с ним лишь информацией о том месте, куда они попадут.

«Если ничего не знаешь, то и делиться нечем», – подумала девушка, всё же она была дочерью демона – правителя целого государства и поэтому чувствовала своё преимущество на этих переговорах, зная несколько больше, чем её оппонент.

В результате Тея согласилась, ведь у неё был один дополнительный козырь, о котором не знал Баг. Ну а в самом крайнем случае она постарается воспользоваться возвратным камнем.

Закончив с обсуждением плана и его деталей, они двинулись к выходу из туннеля. Хуману, похоже, понравилось, как повела себя Тея, прикрыв его спину, однако его несколько покровительственный взгляд задел гордость девушки, которую Сорк, их сержант-наставник в замковом гарнизоне, считал одной из лучших своих учениц. И конечно, теперь она не могла ударить в грязь лицом перед этим неотёсанным дикарём и подвести своего наставника.

«Почему вдруг меня интересует мнение этого хумана?» – неожиданно поймала себя на мысли о Баге девушка и посмотрела ему в спину.

Тот, словно почувствовав её взгляд, обернулся.

Тея постаралась сделать каменное, непроницаемое для эмоций лицо, чем, похоже, немного рассмешила парня.

«Странный он какой-то, – вновь подумала Тея о нём, – способен веселиться даже в такой обстановке», – и немного ускорила шаг, стараясь не отставать от крадущегося впереди хумана.

Только сейчас Тея заметила, насколько плавно и незаметно может перемещаться Баг. Девушке даже показалось, хотя она не была в этом уверена, что среди рейнджеров и пограничников её отца не было ни одного демона, похожего на этого непонятного хумана.

Уже приблизившись к выходу, парень вдруг резко застыл, дал ей отмашку замереть и стал к чему-то сосредоточенно прислушиваться.

«Общается с кем-то, – догадалась она. – Но он же не маг! – А потом до неё дошло: – Так он говорит с тем магом, что скрывается где-то здесь… Тогда всё понятно».

А в следующее мгновение Тея увидела, как активировалась портальная арка.

«Если это сделал один маг, то он очень силён», – поразилась девушка, о чём и сказала хуману.

Тея уже была готова бежать, но этот странный парень с не менее странным именем Баг остановил её. Он почему-то медлил, упорно присматриваясь к чему-то на площади.

Это же постаралась сделать и девушка. Но ничего, кроме находившейся на площади нежити, не увидела.

Вдруг парень встрепенулся и, нахмурив брови, ещё раз осмотрел площадь, а потом, как-то тяжело вздохнув, оглянулся на Тею.

– Небольшое изменение. Наш план разгадали, но, как видишь, портал мы активировать смогли. Осталось только пройти сквозь него.

Тея видела, что это ещё не всё, и поэтому уточнила:

– Что не так?

– Один из Владык этого города мёртвых устроил нам ловушку, – объяснил хуман. – Я постараюсь с ней разобраться, но тебе придётся немного поработать в паре со мной. Вернее, как только я тебя скажу, надо бежать со всех ног в сторону активированного портала и уходить через него. Мне придётся остаться здесь и прикрыть ваш отход. Ты же постарайся успокоить моих друзей с той стороны и, главное, не дай никому из них пройти сквозь портал обратно. Это и есть та ответная услуга, о которой я тебя прошу. Сделаешь?

Тея с удивлением и недоверием посмотрела в лицо спокойно говорящего о своей смерти парня. А то, что он предлагал, было обречено на провал, скоропостижную и, возможно, очень мучительную смерть, даже без малейшего шанса на выживание. Такое не делают просто так. И поэтому девушка спросила:

– Зачем ты всё это задумал, ведь ясно же, что твой план – это явное самоубийство? Зачем?

Баг, даже на мгновение не задумавшись, просто ответил ей:

– Они все – кто у меня есть. Они моя семья.

«Семья, – таким родным и тёплым прозвучало это, казалось бы, банальное слово из уст этого столь странного и не очень понятного ей хумана, готового отдать свою жизнь за каких-то совершенно незнакомых ей разумных. – Видимо, он и правда любит свою семью, у них всё, как у нас дома», – почему-то сравнила Тея тех, о ком говорил Баг, со своими родными, отцом, мамой и братьями.

Они всегда стояли горой друг за друга. Именно эта забота и защита делали их по-настоящему сильными.

И вдруг неожиданно даже для себя самой спросила, при этом не надеясь получить честный ответ. Но всё равно она не могла не задать этот вопрос.

– А для меня? Ведь ты можешь попросить меня остаться, чтобы спасти своих друзей? Моя помощь может оказаться тебе полезной. – И замерла, ожидая ответа от этого непонятно откуда появившегося здесь парня.

– Мне не нужна чужая жизнь, чтобы прикрыть свою. Тем более твоя, – всё так же просто, даже не задумываясь над словами, ответил он.

И, что странно, говорил он чистую правду, Тея уже достаточно пополнила свой внутренний резерв за эти дни, чтобы без труда рассмотреть ауру любого. Этот странный парень не лгал. Он не собирался использовать её, чтобы выкрутиться из той передряги, в которую они все угодили. Даже больше: он старался спасти её. И это поразило её ещё больше. Хуман, которого она видит впервые, готов отдать свою жизнь, чтобы спасти её.

Это было необычно. Тея всё поняла бы, если бы он это делал для тех, кого считал своей семьёй (опять тёплое, щемящее чувство пробудилось в груди девушки), но он делает это для совершенно чужого для него существа.

«Почему?» – завертелась мысль у неё в голове.

– Понятно, – тихо ответила она и, махнув чёлкой слегка взъерошенных волос, добавила: – Я постараюсь.

Баг лишь наклонил голову, подтверждая, что понял её, и снова посмотрел на площадь. А затем прошептал:

– Пора, – и указал девушке в направлении портала.

Когда она стала подниматься, готовясь к маленькому забегу на несколько десятков метров, то сзади раздались тихие и совершенно неожиданные для неё слова:

– Спасибо тебе, Тея.

Девушка в удивлении раскрыла свои огромные глаза и уставилась на спокойно посмотревшего ей в лицо парня.

– Беги, – сказал он и подтолкнул её в направлении портала.

«Он знал, кто я» – это была единственная мысль, с которой она понеслась к порталу и которая набатом билась в её голове.

Почти приблизившись к вихревому облаку активированного портала, она заметила, что тот сработал три раза.

«Те, ради кого он готов умереть, ушли, – поняла она. И только тут до неё дошло: – Он готов это сделать и для меня. Почему?»

Именно в этот момент она перешагнула портальную арку.

Один из нижних планов реальности. Безымянная планета

Я вывалился из портала в поле, похожем на обычную голую степь, тянущуюся от горизонта до горизонта.

Хотя мгновением позже, обернувшись, увидел, что позади меня располагается ещё одна портальная арка, аналогичная той, что я экспроприировал в городе древних.

«Какое замечательно слово! – восхитился я и заметил, что голубоватая гладь портала покрылась какой-то рябью, а потом она просто исчезла, растворившись в воздухе. При этом, что интересно, сам портал был неактивен. Получается, второй выход из портала, создаваемого аркой, был привязан не к другому аналогичному артефакту, а неким координатам, зафиксированным в самом портале, создающем переход. – Это интересно, – подумал я, – теперь у меня есть даже два предположительно рабочих портала для экспериментов, а два – это гораздо лучше, чем один».

Правда, один из них ведёт в город древних, но я думаю, что если подождать некоторое время, то там станет вполне безопасно. И его можно будет использовать в дальнейшем для перехода в Гигантский Лес.

А если посмотреть в детальном разрезе моих общих задач и планов на будущее, то приобретение этих порталов говорит о том, что я на сотую долю миллиметра приблизился к своему возвращению домой. Ведь у меня появилась отправная точка.

Правда, теперь у меня были смутные сомнения: а хочу ли я этого? Нужно ли мне это? Ведь только находясь здесь, я ощутил состояние спокойствия, счастья и мягкой неги, растекающейся по всему телу, увидел всю красоту и прелесть этого и других миров, только рядом с этими, такими разными и не похожими друг на друга существами почувствовал себя по-настоящему живым.

А ещё меня, как откат от всех произошедших ранее событий, накрыло ощущением безопасности, которого я не испытывал с тех пор, как мы с Лениавесом оказались в городе мёртвых магов. И я непроизвольно потянулся, раскинув руки в стороны, будто пытался обнять весь этот такой новый и неизвестный для меня мир и, неожиданно для всех присутствующих здесь и смотрящих на меня существ, произнёс:

– Хорошо-то как!.. – И счастливо рассмеялся, вбирая в себя всю силу и мощь этого нового мира, переполняясь его энергиями и токами жизни, понимая его суть и стараясь познать его.

«Перегрузка нервной системы оператора! – заверещал Искатель. – Ментальная атака двенадцатого уровня! Попытка захвата сознания оператора! Включаю фильтры, ограничивающие внешнее воздействие».

И мгновенно чувство эйфории и счастья испарилось. Однако где-то глубоко внутри меня остался какой-то нереальный след небывалой свежести и бодрости. Создавалось такое ощущение, что весь мой организм обновился и стал более молодым и здоровым. Хотя Искатель ничего подобного не заметил.

«Что это было?» – спросил я у ментоинтерфейса и кластера.

«Атака неизвестного типа», – отрапортовал Искатель.

«Нет данных», – прокомментировал случившееся кластер.

А вот у меня сложилось впечатление, что эта планета была до безумия рада видеть первое живое существо на своей поверхности за несколько сотен тысячелетий, а возможно, и миллионов лет, способное порадоваться ей и тому, что она может дать. И моя интуиция упорно твердила, что я прав. Планета хотела жизни и была рада видеть нас.

И я ответил ей:

«Я постараюсь придумать что-нибудь для того, чтобы жизнь опять пришла к тебе».

«Спасибо», – прошелестела трава вокруг.

«Я буду ждать», – пропел мне ветер, играющий моими волосами.

«Мы не забудем тебя», – отпечатались в моём сознании переливы магических энергий.

И, что странно, мне показалось, что отпечаток моего родового знака эти растёкшиеся в различные стороны энергии унесли с собой.

«Что здесь происходит? – Я с удивлением смотрел на какие-то нереальные и непонятные события. – Эта планета живая?» – сам у себя спросил я.

Но ответа мне никто дать не смог. Только всё та же моя интуиция всё твердила, что я не очень далёк от истины.

«Что это за мир?»

А вот этого не знала даже она.

Но опасности, направленной лично на нас, я совершенно не чувствовал, и это меня несказанно радовало. Да и что говорить, если, как я понимаю, на этой планете нет вообще ни одного живого существа, кроме меня и моих спутников. Так кого нам здесь опасаться?

Вспомнив о своих спутниках, я развернулся и оглядел замерших в нескольких метрах от меня и от портальной арки моих друзей, подруг, товарищей и родственников в одном лице, вернее, во многих лицах.

«Я же говорил, что он странный», – неожиданно прозвучали слова Мука, обращённые ко всем присутствующим здесь существам, включая и меня.

– И не говори, – хмыкнул корнол и, посмотрев на несколько оторопело смотрящую на нас Тею, спросил: – Что за демоницу ты отправил к нам сюда, стараясь не пустить нас обратно к тебе на помощь?

– Мне и самому это интересно. – И я в упор посмотрел на Эрею.

Лениавес удивлённо перевёл на неё взгляд и поднял бровь.

– Я чего-то не знаю? – спросил он у неё.

– Да, – ответил я за девушку. – Знакомьтесь, это милое создание зовут Тея.

По крайней мере две пары глаз ошарашенно уставились на неё. Эрея смотрела на свою племянницу и не могла произнести ни слова, застыв в немом изумлении. Лениавес же отнёсся ко всему более спокойно и лишь прокомментировал услышанное:

– Ну а что ещё можно было ожидать, если за дело берётся этот сумасшедший северянин. – И произнёс он это на реалме, который, как ни странно, поняли все, включая Мука и Эрею.

– Похоже, проблем с общением у нас не будет, – как-то даже слишком спокойно констатировал я.

А ещё я занёс себе в копилку несколько дополнительных вопросов на засыпку. Откуда корнол, Эрея и Мук знают этот язык? И как он понял, что его знаю я, или он не знал этого? И почему сейчас он заговорил именно на нём?

– Тея?! – Наконец и Эрея пришла в себя, обратившись к девушке, всё ещё смотрящей на нашу компанию в полном изумлении.

– Да, – ответила та. – Мы знакомы?

– Ты не помнишь меня? – с непониманием в голосе спросила у неё эльфарка. – Посмотри, я никого тебе не напоминаю? Говорят, мы очень похожи.

Тея несколько мгновений вглядывалась в лицо девушки, а потом с удивлением воскликнула:

– Эрея?!

– Да, это я. Мы не виделись с тобой десять лет. Поэтому я и сама тебя не узнала, пока Баг не представил тебя нам. Прости. Но я как-то не хочу называть тебя племянницей, – сказала ей Эрея на эльфаре. – Я знаю, сестра должна была обучить вас нашему родному языку. Мы с тобой практически ровесницы, по возрасту как сёстры. Ты не против, если я буду называть тебя сестрой?

– Нет, конечно. Но почему мы говорим на эльфаре? – И демонесса приподняла вопросительно брови.

– Баг не знает этого языка, – просто ответила ей Эрея. – И поэтому не понимает нас.

Девушки и корнол, который тоже прислушивался к их разговору, не заметили, как в этот момент удивлённо посмотрел на них Мук, а затем перевёл свой взгляд на хумана, о котором как раз сейчас шла речь.

«Нет, пусть и дальше не знают», – сказал я ему.

«Хорошо», – согласился наш маленький демон.

Между тем разговор девушек продолжался.

– А при чём тут ваш рейнджер? – ещё больше удивилась Тея.

– Ну как тебе сказать?.. – И она задумалась на пару мгновений. – О, ты видела его ауру?

– Конечно, я хотела убедиться, что это не подставная кукла нежити и не какой-нибудь обман зрения. Также я контролировала его ауру, когда разговаривала с ним, хотела убедиться, что он говорит правду, – честно созналась девушка.

– Понятно, – кивнула Эрея. – И ты не заметила ничего необычного в ней?

– Нет, – ответила та.

– Посмотри ещё раз внимательнее, – посоветовала ей девушка, – и ты сразу поймёшь, почему нужно, чтобы он пока не понимал, о чём мы говорим.

Тея несколько секунд всматривалась в ауру спокойно стоящего около портальной арки парня.

«Что должно мне всё объяснить? – старалась понять она. Но никак не могла заметить ничего необычного, за что мог бы зацепиться её взгляд. – О, смотрите-ка, а он оказывается женат, – удивленно отметила Тея, и ей почему-то эта мысль не доставила удовольствия. – Интересно, на ком? – И только тут различила, на что просила обратить её внимание Эрея. На клановую метку. И она была до безумия похожа на ту, что можно было рассмотреть в её собственной ауре. – Не может быть!» – поразилась Тея и уже совершенно новыми глазами посмотрела на о чём-то раздумывающего хумана.

– Вижу, ты заметила, – улыбнулась Эрея.

– Это Ар’Тур драконойд. Но как такое возможно?! Он же пропал больше десяти лет назад! – И тут Тея поняла, что спрашивает совершенно не о том, что следовало бы узнать в первую очередь. И потому задала тот единственный вопрос, который имел сейчас для неё самое большое значение: – Он знает?

– Нет, – ответила Эрея. – Я думаю, нужно сначала всё обговорить с нашими и его родителями. Но, по сути, он наш муж. Любой маг, увидевший нас вместе, поймёт это. И… – Девушка запнулась и немного смущённо посмотрела на Тею. – Я, если честно, просто не знаю, как ему это сказать.

– Да уж… – тихо проговорила демонесса и тут заметила, что к их разговору прислушивается Лениавес.

– Простите, но мне тоже не безразличен этот молодой хуман, и я хотел бы знать, какое решение вы примете. – И корнол указал им кивком на Бага. – А так я полностью в курсе ваших затруднений.

– Хорошо, но что-то ты сказать ему уже успела? – спросила Тея у своей названой сестры.

– Да, я сказала ему, что он младший сын правителя империи Ларгот, и всё. Баг практически не помнит своего прошлого. По крайней мере, той его части, что касается его детства.

– Понятно. Это уже что-то. – И тут будто сознание Теи переключилось. Что-то было не так, что-то не сходилось в рассказанном эльфаркой и тем, что чувствовала сама демонесса. Но Тея не могла разобраться, в чём дело. Всё было слишком размытым и непонятным. Поэтому она, чтобы пока не заморачивать себе и другим голову, быстро приняла временное решение: – Всё оставляем по-прежнему, только нужно сказать, что мы родственницы. Сёстры. Этот вариант как раз подойдёт, тем более и мы с тобой достаточно похожи, естественно, это будет заметно, только если я сниму личину. Кстати, как говорила мама, мы с тобой похожи друг на друга даже ещё больше, чем ты и она.

– Хорошо, принимается, – ответила Эрея, тем более, по сути, это решение Теи никак не влияло на то, о чём они договаривались с корнолом.

– Я тоже не против, – откуда-то из-за их спин прозвучал голос Лениавеса.

«Ну, куда же мы без его веского мнения», – усмехнулась про себя Эрея.

На этом девушки решили пока закрыть эту тему и обернулись к ожидающим окончания их разговора мужчинам.

– Позвольте вам представить, – почти официально произнесла Эрея и указала на стоявшую рядом с ней девушку: – Это моя младшая сестра Тея.

И только тут Тея вспомнила, что Баг ещё там, в городе мёртвых, знал, кто она.

«Как такое может быть?»

– Рад, что вы закончили секретничать, – подшутил я над мгновенно покрасневшими девушками.

«Похоже, подтрунивать над ними войдёт в одну из моих любимых привычек», – так мило и очаровательно они выглядели в этот момент.

– И рад официально познакомить тебя, Тея, с нашей такой разношёрстой компанией. – И я обвёл всех присутствующих рукой. – Этого молчаливого и немного угрюмого малыша, – я указал на нашего небольшого демона, – зовут Мук. Он силён в магии тьмы и смерти. Но, я так понимаю, ты это и так видишь. Он теперь наша основная боевая единица в плане магической поддержки.

Видимо, сам Мук был не такого высокого мнения о себе, но я его успокоил, сказав:

«Не переживай, фактически, как я понимаю, ты чуть ли не самый сильный и древнейший маг, которого мне приходилось встречать, да и всем остальным, думаю, тоже. А то, что ты недоучка, об этом никому особо знать и не следует. Согласен?»

«Да». – И он мотнул в подтверждение своих слов головой со смешными ушами.

«И почему я сначала принял его за чебурашку, он же больше похож на гремлина из одноименного фильма», – теперь, при свете дня, это стало более заметно.

Те тоже были невысокими и лопоухими, как он. От чебурашки у него осталось всё же немного округлое лицо с практически кукольными детскими чертами.

«Ведь точно, похож на необычного демона из какого-нибудь костяного мира», – подумал я.

«Отлично», – ответил я уже ему и вернулся к нашему с Теей более тесному личному знакомству.

Даже не знаю, что это и было. В общем, к нашему взаимному представлению.

– С Эреей вас, я так понимаю, знакомить не нужно. – И я не удержался, подмигнув обеим девушкам.

– Да, – смутившись, кивнула мне в ответ Тея.

«Обожаю», – наблюдая за её смущением, подумал я.

– Она наша главная целительница и к тому же неплохая лучница.

А про себя добавил:

«Умница, красавица и вообще замечательная во всех отношениях девушка. Только вот врушка. Но, похоже, это у них семейное». – И я непроизвольно улыбнулся.

Обе девушки с каким-то подозрением посмотрели на мою лыбящуюся рожицу и переглянулись.

– Так, дальше. Это Лениавес. Он магистр магии разума и рунологии. По сути, он и есть вся мудрость и рассудительность нашего отряда. К тому же этот степенный джентльмен – оборотень. А ещё он неплохой воин, следопыт, лесовик и, в заключение, непревзойдённый лучник.

Лениавес отвесил галантный полупоклон в сторону Теи.

– Ну и последний в этом отряде – я. Как я уже говорил, зовут меня Баг. Я что-то вроде принеси-подай местного разлива.

– В смысле? – удивился даже невозмутимо стоявший корнол.

– Ну, в смысле, принеси нам на блюде голову того монстра или подай жареную печень этого. – И я улыбнулся им самой честной и невинной улыбкой, на которую был способен.

– В общем, как обычно: он ничего не знает, не помнит и сказать не может, – закончил за меня Лениавес и несколько мстительно произнёс: – Да, кстати, его более полное имя Баг Ар’Тур из рода Лесных, если вам это интересно. Этот хуман – дикий варвар. Северянин. – И заржал, при этом своим голосом как-то сумев разрядить ставшую несколько напряжённой обстановку.

Правда, я, если честно, так и не понял, что в этом было такого смешного. Но его шутка почему-то пришлась по душе обеим девушкам, так что я был не в обиде. Тем более сам не видел в ней ничего плохого.

– Ну а теперь ваша очередь. – И я посмотрел на Тею и Эрею.

Те немного помялись, но затем Тея, сделав небольшой шажок вперёд, сказала:

– Моё имя вам уже известно. – И она осмотрела нас своими огромными глазами, как бы спрашивая подтверждения этому. Заметив мой кивок, она продолжила: – Я тёмный маг. Надеюсь, неплохой боец, обучал меня мастер-мечник, начальник нашего гарнизона, а также мои отец и старшие братья. В основном это всё. – И девушка с вопросом посмотрела почему-то именно в мою сторону.

– Не верит она, что ты являешься мальчиком на побегушках в нашем небольшом отряде, – прокомментировал её взгляд Лениавес.

– Странно, а я так старался, – попытался отшутиться я и вернулся к прерванному разговору. – Тогда давайте начнём более предметный разговор. Но сначала неплохо бы подкрепиться. Правда, запасов еды у нас с собой не так и много, но что есть. Располагайтесь, – и я указал нашей дружной компании на траву вокруг, – сядем, перекусим. А на сытый желудок и разговор лучше пойдёт.

И, подавая пример, первым по-турецки уселся на землю. После этого, делая вид, что полез в сумку медведя, а сам, забирая со склада, достал те остатки еды, что у меня ещё были. К сожалению, их оставалось чуть больше чем на один раз, и то если не особо шиковать.

Сняв со спины щит, я выложил на него выуженные со склада остатки вяленого мяса.

Посмотрев на наш с Лениавесом достаточно скудный рацион, которым мы питались последнее время, обе девушки полезли в свои сумки, и на импровизированном столе появились с десяток каких-то галеток, сушёные фрукты, ещё что-то, не слишком понятное на вид, и две небольшие фляги. Как оказалось, в них была вода.

– Точно, сёстры, – пробормотал я, чем вызвал невольный смешок у Лениавеса, который услышал эту мою фразу.

Я с грустью переглянулся с ним.

От стаканчика горячительного я бы сейчас не отказался. Но, как сам сказал несколько мгновений назад, будем радоваться тому, что есть. И для себя решил, что в первом же продуктовом магазине, или что тут у них вместо него, сделаю приличный НЗ на такой вот непредвиденный случай и закину его в «инвентарь». Ничего с ним не случится.

Галеты оказались каким-то видом эльфарского сухого хлеба для путешествий, очень сытного. Я съел одну из них, умял пару полосок мяса и горсть сухофруктов, запив всё достаточно большим объёмом прохладной воды из небольшой с виду фляги.

Кстати, о фляге. Она хоть и не отсвечивала переизбытком ментоэнергии, но я, немного повысив свою чувствительность, смог разглядеть всю систему встроенных в неё ментоструктур.

«Опять магия, – подумал я и задал вопрос Искателю: – Скопировал видимые структуры?»

«Выполнено», – отчитался он.

Коль я начал осматривать своих спутников магическим зрением, то решил: можно присмотреться к ним получше, может, ещё что интересного замечу.

Вещи корнола я уже давно изучил.

У Эреи были лишь её амулет, который она носила на шее, мои подарки да её аналог моей сумки путешественника. Ментоструктура, составляющая основу этой сумки, тоже попала к нам в базу.

У Теи ничего особенного не было, даже никаких амулетов и прочего, что меня несколько удивило.

«Интересно, почему?»

Её сумка была изготовлена из того же материала, что и моя, и, похоже, по той же самой технологии. Так как никаких плетений в её основе я разглядеть не смог. Это меня смутило и в прошлый раз, сейчас же мне стало ещё более любопытно, и я принялся изучать сумку более внимательно. Однако ничего нового разглядеть в ней не смог.

Но я не сдался и решил: что если делать, то до конца, и поэтому, усилив свою чувствительность в восприятии магических энергий до доступного мне максимума, принялся с треском и болью в голове рассматривать структуру уже самой сумки. И наконец понял, в чём тут дело.

Плетения, привязанные к сумке, присутствовали в ней. Но их было не одно, как у Эреи, а два, и задачей второго было замаскировать собой основное плетение, как раз и делающее из обычной сумки некий небольшой подпространственный карман.

Но меня заинтересовало и первое плетение. Оно создавало внешний равномерный фон распределения ментоэнергии по всей поверхности материального носителя, что при любом, даже самом тщательном взгляде на него магическим зрением создавало иллюзию отсутствия любых плетений, и в результате невозможно было ничего заметить. И работало оно за счёт ментальной структуры, которую это плетение и скрывало.

«Интересная идея, нужно взять её на вооружение», – подумал я и поинтересовался у ментоинтерфейса результатами сравнения полученных структур.

Искатель доложил, что плетение, которое было скопировано у Эреи, имеет несколько более простую в реализации, но при этом более стабильную форму. Зато то, что было внедрено в материал ткани сумки Теи, хоть и было менее стабильным, однако это плетение давало более качественный и эффективный результат. Соотношение внешнего и внутреннего объёмов сумки возрастало практически в десять раз, тогда как у Эреи оно было порядка шести-семи. Но для внедрения столь нестабильного плетения требовался гораздо более плотный и надёжный материал, чем тот, из которого была изготовлена эльфарская сумка. Дополнительно на сумки было наложено нечто вроде моего нетления, правда ограниченного по времени, и плетение, снижающее вес положенных туда предметов.

«Одна – для массового производства, – решил я, – а вторая – для индивидуальных заказов».

Пока я рассматривал эти предметы, то обратил внимание, что, общаясь с Искателем, получаю данные, которые обычно характерны и для ответа кластера.

«В чем дело?» – спросил я.

«Начата синхронизация баз знаний с виртуальным аналитическим аппаратом оператора, – доложил Искатель. – Сейчас проводится соответствие и сопоставление имеющегося материала. Закончено построение канала прямого доступа от ментоинтерфейса индивидуального использования к внутренней базе знаний пользователя».

«Это, наверное, та база, что перенёс во внутренний накопитель кластер», – догадался я.

«В связи с этим ментоинтерфейс получил доступ к уже обработанным и синхронизированным данным».

«И как долго продлится слияние баз, их сопоставление, поиск соответствий и приведение данных в базе знаний к единообразному виду?» – спросил я.

«Уточнённое расчётное время работ – сто девяносто семь часов», – сообщил уже кластер.

«Примерно восемь с половиной дней, – подсчитал я в уме. – Не так и плохо».

И переключился на самого последнего нашего спутника. Вот тут был ходячий кладезь артефактов. Начиная от его сумки, кстати, с таким же плетением, как у Теи, только без маскировки поверх него.

«Значит, не разработано, а честно у кого-то скопировано (читайте, украдено), а потом замаскировано», – рассудил я. Но это не суть важно.

А дальше у него были в основном различные смертоубийственные игрушки, построенные на основе магии тьмы и смерти.

Все обнаруженные структуры Искатель скрупулёзно скопировал и идентифицировал. После чего отправил их пока в свою базу знаний.

«Ну что ж, неплохой результат для начала», – сориентировался я.

И только сейчас заметил, что все уже давно наелись и с ожиданием смотрят в мою сторону. За исключением разве что Мука, который вообще не притронулся к еде, да и зачем она ему-то, и Рыкуна, догрызающего последний вяленый кусок мяса.

– Похоже, все ждут только меня, – усмехнулся я и сел так, чтобы мне было видно всех, а особенно девушек. И заговорил: – Историю появления в городе Эреи мы знаем, Лениавеса и Мука тоже. Осталось спросить об этом только у вас, красавица. – Я посмотрел на Тею. – Так как получилось, что ты выпала из того злополучного портала и попала в плен к нежити?

Тея как-то по-детски поджала под себя ноги, обняв колени и положив на них подбородок, и начала свой не слишком короткий рассказ.

– Стечение обстоятельств, случайность, возможно, наведённые помехи, в общем, не знаю, что произошло и почему я очутилась там, – вздохнула девушка.

– А если поподробнее? – спросил я.

– В этом году отец решил меня и моего старшего брата Тиора отправить на обучение в Академию магии империи Ларгот. Находится она в том же мире, что и княжество, откуда родом моя сестра. – Тея кивнула в сторону Эреи. – Её отец, после того как с ним переговорила моя мама, обещал устроить это, тем более, как я поняла, из Лесного княжества в этом году должно было быть организовано посольство в империю как раз с этой целью. Они собирались отправить нескольких своих подданных на обучение в эту же академию. Среди них, как я понимаю, должна была быть и Эрея. – И только сейчас что-то сообразив, Тея удивлённо посмотрела на неё: – Да, а что, собственно, ты здесь делаешь?

Эрея, усмехнувшись, ответила ей её же словами:

– Стечение обстоятельств, случайность, возможно, наведённые помехи, в общем, тоже не знаю этого точно, – и как-то непосредственно пожала плечами.

Не понял, что смешного было в этих словах, но обе девушки одновременно рассмеялись. Даже Лениавес улыбнулся.

Отсмеявшись, Тея заговорила, внезапно погрустнев:

– Причины спешки, с которой отец организовывал наш отъезд, мне неизвестны. Но уже во второй половине дня после принятия решения, что мы поедем туда на обучение, наш отряд был в дороге. Ехали мы к тому месту, где отец обнаружил портал, ведущий в мир Эреи. – Девушка на несколько мгновений замолчала, но вдруг, всхлипнув, повернула лицо в сторону, чтобы его не могли видеть остальные, и продолжила: – Уже когда мы стали приближаться к нужному ущелью, а портал находился как раз на другом его конце, мама подозвала меня и передала мне один необычный артефакт, и я так поняла, что сделала она это на случай возможной опасности. Однако ничего не предвещало беды. Да и я не чувствовала ничего особенного. Внезапно приехал один из дозорных и доложил, что нас преследует какой-то отряд, потом уже мама сказала мне, что второй отряд был замечен в лесу. А ещё через некоторое время прискакал посыльный от брата, который отправился с передовым дозором в ущелье, чтобы разведать его. Он сообщил, что там они попали в засаду, однако смогли справиться с ней. После этого мы ускорили темп и прорвались в ущелье буквально за мгновение до того, как нас могли отсечь от него. Активировать портал у нас никак не получалось, нам постоянно мешал один маг противника. Но Тиор нашёл его и убил. Только после этого мы сумели активировать портал и начали переход. Первой пошла мама. Второй – я. Но вместо княжества я выпала из портала посреди этого города мёртвых. Это всё, что я могу рассказать.

И девушка, не выдержав, разревелась. Похоже, она только сейчас задумалась о судьбе своих близких.

– С ними всё в порядке, – неожиданно даже для самого себя сказал я, и, что удивительно, я точно знал, что это так и есть. – Они попали туда, куда и должны были. И теперь они так же сильно переживают о тебе, как и ты о них.

Девушка подняла на меня своё несколько опухшее лицо:

– Правда?

– Правда, – кивнул я и сам поверил в свои слова.

– Но откуда ты знаешь?

– Поверь, просто знаю, и всё. Все они живы и здоровы. Так что, девочки, у нас есть теперь в четыре раза больше причин попасть домой к Эрее.

– А почему четыре? – вдруг спросила Эрея. – Нас же всего двое.

– А Лениавес? Или вы думаете, у него больше нет там никаких дел? Или я? Единственный, кому нет особого дела до нашего мира, – это Мук, но даже у него с ним связаны кое-какие планы. Так что будем искать дорогу туда. Думаю, шанс на это есть, и неплохой, ведь сюда же мы как-то попали. – И я обвёл руками вокруг себя. – Только у меня к тебе вопрос, – обратился я к Тее. – Если мы попадём к Эрее домой, ты как-то сможешь связаться со своей роднёй?

– О, тут всё ещё проще! – обрадованно проговорила девушка. – Всё равно, в чей мир мы попадём, к ней или ко мне. У нас в любом случае будет возможность связаться с нашими родными.

– Ну, тогда наша задача упрощается в два раза: мы ищем не какой-то конкретный один мир, а два. – И я улыбнулся двум этим милым девушкам.

Неудивительно, что они искренне ответили на мою улыбку, хотя бы на время забыв о своих потерях.

– Всё это хорошо, – вклинился в наш разговор корнол, – я, честно, не хотел бы нарушать вашу идиллию, но есть один немаловажный вопрос. Что же нам делать дальше? – И он вопросительно посмотрел на нас.

– Дальше? – Я задумался на пару минут, что-то крутилось в моей голове, что-то вскользь сказанное Теей.

«Ах да. Артефакт».

– Тея, а что это за артефакт у тебя, который ты получила от мамы на случай опасности?

– А, это… – И девушка, покопавшись в своей сумке, вытащила камень, лишь слегка отдающий магией.

Однако в ментальном плане этот камень прямо был набит множеством сложнейших плетений. И было их порядка сорока.

«Сорок четыре структуры, – поправил меня ментоинтерфейс. – Частично распознаны только двадцать три, – продолжил докладывать он. – С вероятностью шестьдесят семь процентов этот артефакт создаёт телепортационный канал к прошитым в структуру одного из неопознанных плетений координатам точки привязки».

«Так это что, артефакт, создающий куда-то портал?» – удивлённо уточнил я.

«Предположение оператора имеет высокую степень достоверности», – ответил Искатель.

«Невероятно, портал, который умещается в руке. Ладно, послушаем, что скажет Тея». – И я обратился к девушке:

– И что это?

– Портальный камень, – сразу сказала она. – Ой, простите, мама называла его возвратный камень.

– Возвратный камень! – встрепенулся корнол и подошёл ближе.

«Чую, что сейчас мы о Лениавесе узнаем нечто новое», – усмехнулся я про себя.

– По-моему, так, – кивнула Тея.

– Интересно, – проговорил он и взял его в руки. – Действительно, возвратный камень.

Лениавес что-то сделал с ним, и камень разделился на две половинки.

– Смотри-ка, действующий, – ещё больше удивился он и вернул артефакт в предыдущее состояние.

При этом – не знаю, обратили ли внимание на это остальные, – но я заметил, как часть плетений камня активировалась.

«Искатель, вы регистрируете всё это?»

«Копирование структур артефакта закончено. Последовательность активации плетений зафиксирована», – отчитался тот.

«Хорошо, – с удовлетворением отметил я. – Это что-то полезное и слишком уж не похожее на всё, до сих пор встреченное нами».

– Что ты ещё знаешь о нём? – между тем спросил у Теи Лениавес.

– Мама говорила, что этот артефакт после активации должен создать портал, ведущий в безопасное место. И он… – девушка запнулась, – может перенести лишь троих. Чтобы портал сработал, камень должен находиться у последнего проходящего через него. Это всё, – уже с некоторой печалью в голосе закончила говорить она.

– Всё верно, именно так этот камень и работает. Ты знаешь его точку привязки?

– Нет, – мотнула головой девушка. – Знаю только то, что там должно быть какое-то безопасное место.

– Ну, это уж слишком преувеличено, – хмыкнув, сказал корнол, а потом спросил: – Откуда он у вас?

– Я не знаю, его передала мне мама, – вспоминая, ответила девушка. – Правда, она, по-моему, говорила что-то насчёт того, что изначально этот артефакт принадлежал нашему отцу. Возможно, это какая-то реликвия его рода. Он хоть и не из слишком богатого, но зато очень древнего рода воинов. Или он нашёл его, когда был наёмником. Мама хотела что-то рассказать мне ещё, но не успела, в тот момент к нам как раз прискакал первый дозорный.

– Говоришь, был наёмником? – заинтересовался корнол. – А ты не знаешь его боевого прозвища?

– Конечно, знаю, – кивнула девушка. – Но чем оно вам поможет? Вы же совершенно из другого мира.

– А всё-таки? Вон, как я понимаю, и твоя мама из другого мира, не того, где родилась ты, – настаивал Лениавес.

– Действительно, – согласилась с ним Тея и ответила: – Ну, сам отец мне мало что рассказывал о своей прошлой жизни, а вот мой старший брат всегда суёт свой любопытный нос во все щели. Это как раз тот, с которым мы и должны были отправиться на учёбу. Так вот, он говорил, что Сорк, это наш сержант, иногда называет его Пересмешник. И он предположил, что наш наставник когда-то его знал исключительно под этим прозвищем.

– Пересмешник, – улыбнулся корнол. – И как это я сразу не догадался? – И Лениавес совершенно другими глазами посмотрел на Тею. – Рад познакомиться с дочерью капитана Пересмешника.

– Вы знали моего отца? – удивлённо спросила девушка.

– Давно, ещё в юности. Если ты захочешь, я расскажу тебе немного. Но потом, – остановил он уже открывшую рот девушку.

Та лишь согласно кивнула.

А мне вот стало интересно, где это наш скрытный друг мог пересечься с демоном, капитаном наёмников, как я понимаю? И похоже, сейчас есть прекрасный шанс вытянуть из него эту информацию. Поэтому я повернулся к Лениавесу, взял у него из рук возвратный камень, как его называли все тут присутствующие, и спросил:

– Друг мой, похоже, ты осведомлён об этом артефакте гораздо больше нас всех. А ещё у меня почему-то складывается стойкое убеждение, что ты имеешь представление, куда может вести этот портал. Но сначала я хотел бы услышать ответ немного на другой вопрос. – Посмотрев на всю нашу пёструю компанию, я потребовал: – Расскажите-ка мне, откуда вы все знаете реалм? – И пояснил для Эреи, с непониманием посмотревшей на меня: – Это тот язык, на котором мы все сейчас говорим.

Девушка удивилась и ответила:

– Этот язык нас всех, меня, брата и сестру, в принудительном порядке заставил выучить наш дед. Он говорил, что это поможет нам понять тех, кто, возможно, когда-нибудь захочет наладить какие-либо отношения с Лесным княжеством. Да и вообще, он говорил, что нам это полезно для общего развития. Правда, до сих пор я ни разу не слышала ни одной фразы на этом языке ни от кого, кроме него самого.

– Понятно, – кивнул я и посмотрел на нашего Маленького Мука.

«Я понимаю любые мысли, если разумный не старается их скрыть, – сразу отреагировал он (в общем-то я так и думал), но потом демон добавил: – Только этот язык я знаю и так. Раньше его преподавали в магических учебных заведениях, ведь на нём писали пояснения к магическим формулам, чтобы их никто, кроме посвящённых, не мог понять».

«Значит, книги по магии могут быть зашифрованы, – сделал я себе заметку на память, – и часть текста в них может быть на реалме».

«Принято», – отреагировал на мою мысль Искатель.

Потом, не дав никаких пояснений, ответила Тея:

– А нас этому языку обучил отец.

– Хорошо. А теперь самое интересное. – И я повернулся к корнолу: – Расскажи нам сказку, большая черепаха.

– Кто? – не понял он.

– Не важно, – махнул я рукой. – Рассказывай давай. – И в ожидании уставился на него.

– Я знаю этот язык, – начал он, – потому что меня обучил ему один маг в отряде наёмников, куда меня взяли к нему в помощники. И учил я этот язык не как все, а с помощью артефакта, который называется лингвор.

– Ну что ж, – проговорил я, – можно сделать один любопытный вывод.

– И какой? – удивлённо посмотрел на меня Лениавес.

– А такой, что некоторые из здесь присутствующих, а также их родители или родственники были в одном и том же месте, где говорят на одном и том же языке, которому вас всех потом и обучили тем или иным способом. Но вот что интересно: этот язык был известен ещё девятнадцать тысяч лет назад. Отсюда вопрос: чей он? Но на него мы ответим как-нибудь потом. А теперь попросим Лениавеса рассказать об этом месте, где он, судя по всему, когда-то был.

Оборотень несколько потрясенно посмотрел на меня, а потом, видимо, из чистого интереса спросил:

– И как ты думаешь, что это за место?

Я решил ткнуть пальцем в небо и ответил то, что первым пришло мне в голову:

– Похоже, это какой-то нейтральный мир, где демоны, жители срединных миров и, возможно, жители верхних, могут сосуществовать в относительном спокойствии, не стараясь при встрече сразу снести голову друг другу.

Впервые видел такое удивление на лице корнола.

– Всё верно, кроме одного. Это не единственный нейтральный мир. Это целая система нейтральных миров. Сеть, пронзающая насквозь все планы реальности и разбегающаяся по ним, словно связывающая их шёлковая нить.

Его слова поразили и меня. Целая система миров, лежащая, вероятно, в несколько другой плотности к остальным планам реальности.

«Она не может быть естественной, – сразу забилось в моей голове, – её кто-то должен был создать».

Но кто? Кто может создать целый мир? Не говоря уже о нескольких.

Тут мысли сами поворачиваются в сторону Творца или творцов.

И отгадки на эти вопросы, возможно, я смогу найти там, куда, по всей видимости, и лежит наш дальнейший путь.

В нейтральные миры.

Глава 5

Один из нижних планов реальности.

Безымянная планета

Немного отойдя от так поразившей меня новости о наличии во вселенной целой сети неких нейтральных миров, никак не связанных с другими планами реальности, я решил узнать о ней как можно больше и поэтому обратился к Лениавесу с просьбой:

– Расскажи нам про эти необычные миры немного подробнее.

Оборотень не стал долго мариновать нас и, расположившись более удобно, начал своё повествование:

– Попал я туда в юности и совершенно случайно, как в общем-то и многие из тех, кто сейчас обитает там. Я тогда только закончил своё обучение в Академии магии, которая на тот момент была ещё не так широко известна, как сейчас. Я говорю об Академии магии империи Ларгот. По контракту я должен был несколько десятков лет работать на один древний род, что оплатил мою учёбу. Однако они предложили мне несколько иные условия на выбор. И мой выбор состоял в том, что они попросили меня об услуге. Мне необходимо было разыскать их сына, который ушёл в наёмники. А затем, как я найду его, передать ему запечатанный конверт. О его содержимом мне неизвестно до сих пор, но сразу по его получении этот молодой на тот момент оборотень вернулся домой. – Корнол ненадолго примолк, а потом продолжил: – Ну так вот, как я и сказал, задача не казалась особо сложной. Мне дали несколько его вещей, немного его крови и даже слепок ауры, который был сделан за несколько дней до его исчезновения. Это было всё то, что необходимо для реализации ритуала поиска по крови или заклинания магического поиска, а также опознания любого существа, даже если он скрывается под личиной. Но в самый последний момент выяснилось, что это ещё не всё. Искать этого парня нужно было не в нашем мире. Оказывается, он спелся с какими-то странными личностями, и они вместе упорхнули куда-то за пределы нашей реальности. То, что он жив и с ним всё относительно в порядке, семья знала наверняка. Ведь он периодически связывался с ними через артефакт дальносвязи, который и переслал им с одним из своих приятелей. И вот тогда-то я первый раз и услышал о нейтральных мирах. Этот неугомонный юноша вступил в их гильдию наёмников. Несколько лет я искал способ попасть туда, но, как мне позднее удалось выяснить, это возможно сделать лишь двумя путями. Во-первых, это может произойти через случайные естественные порталы, которые время от времени возникают в различных мирах и связывают обычный мир с каким-то из нейтральных. Этим способом туда попадают совершенно случайные существа. Но у него есть два существенных недостатка. Все порталы, ведущие в нейтральные миры, временные. Они могут просуществовать столетия, а могут всего несколько мгновений. И что самое плохое, с помощью обычного плетения поиска магических порталов их обнаружить нельзя. На них действительно можно лишь просто наткнуться. Обычно такие порталы двусторонние, но бывают и однонаправленные, ведущие только в сторону нейтральных миров или обратно. И второй способ, который позволяет оказаться там, – это как раз с помощью возвратных камней. Но чтобы получить такой камень, сначала всё равно каким-то образом необходимо попасть в нейтральный мир. Сын моих покровителей оказался в нейтральных мирах с помощью своих новых друзей. Один из членов их отряда решил осесть на нашей планете (именно через него я и узнал обо всём, что произошло и как мне его найти в будущем), и поэтому у них образовалось одно вакантное место. А наш оборотень идеально подходил им как неплохая боевая единица. И они, достаточно быстро подписав договор о сотрудничестве, приняли его к себе в отряд. Насколько я понимаю, потом зарегистрировали его в гильдии наёмников нейтральных миров, оплатив вступительный взнос. – Корнол снова замолчал и отпил немного воды из фляги.

Я заметил, с каким вниманием и интересом все слушают его историю. Ведь это было то, о чём до сих пор не знал никто. Даже Мук не был в курсе того, о чём рассказывал корнол. Единственное, что он смог вспомнить, так это то, что пару раз встречал какое-то упоминание о нейтральных мирах в книгах. Но там почему-то говорилось о неразгаданном парадоксе времени. Это мы с ним выяснили, переговорив мысленно в начале рассказа Лениавеса.

В базах кластера и ментоинтерфейса никаких упоминаний о нейтральных мирах не было в принципе.

Возможно, что-то было в книгах и кристаллах из библиотеки города древних магов, ведь Мук нашёл там небольшое упоминание о них, но к их разбору мы пока ещё даже не приступали. Не было на это времени, да и не очень понятно хотя бы то, как подступиться к этому вопросу. Ведь нужно каким-то образом обработать огромный объём информации, который хранился в этих книгах и информационных кристаллах.

Пока я размышлял, Лениавес, поёрзав на своём месте, продолжил:

– Выяснив эти данные, я повёл уже узконаправленный поиск. Мне нужны были странные личности, необычные артефакты и предметы, которые были нетипичны для нашего мира. Если у нас появились одни, то это говорит о том, что могли появиться и другие, как разумные существа, так и различные вещи. Поэтому я завёл множество связей и знакомых среди скупщиков, держателей ломбардов и магических лавок, контрабандистов и просто искателей приключений. И моя тактика принесла некоторые достаточно интересные плоды. Я нашёл множество незарегистрированных и мало кому известных порталов, которые вели в различные другие измерения. Но так и не приблизился к своей главной цели. Среди них не было того, что вёл в нейтральные миры. Однако я не сдавался. Хотя мои поиски на тот момент уже продолжались практически четыре года. Но, как говорится, упорству сопутствует успех. – И корнол обвёл всех нас гордым взглядом. – Мне в руки попал странный и необычный метательный кинжал, очень похожий на один из тех, что есть у тебя, Баг. Необычным в нём являлся материал его изготовления. Ни один из знакомых мне гномов-рудознатцев не смог определить, что это за металл и откуда он взялся. А вот один маг сообщил мне, что совсем недавно видел нечто подобное в одной из магических лавок Парна. И тогда я понял, что это, возможно, ещё одна из ниточек, ведущих в нужную мне сторону. Поэтому я несколько следующих месяцев пытался отследить источник происхождения этой своей находки, а также поступления подобного оружия в ту самую лавку. И в конце концов вышел на того, кто поставлял эти товары на продажу, на одного странного контрабандиста, который занимался контрабандой, по сути не выходя из своего поместья. Откуда он доставал товары и куда сбывал приобретённые в городе артефакты, оставалось для меня полной загадкой. И тогда я устроил ему ловушку: приобрёл очень дорогой артефакт древних непонятного назначения. И прикрутил к нему простое, но хорошо замаскированное плетение маячка. И буквально через несколько дней мой артефакт привлёк внимание этого хумана, по крайней мере, он так выглядел на тот момент. Я подумал, что этот хуман просто достаточно сильный маг тьмы. Но всё оказалось несколько сложнее. Придя в лавку, куда этот хуман поставлял оружие из необычного металла и где я оставил на продажу свой артефакт, я узнал, что он приобрёл его за достаточно крупную сумму денег, даже не торгуясь. При этом, как пояснил мне продавец, покупатель тоже не знал, что это за штуковина. Его привлекли сама древность артефакта и то, что его создали маги прошлого. После того как он купил мой артефакт, я смог отследить его только до поместья того неизвестного. А дальше он просто будто растворился в воздухе. Выгадав одну из ночей, я вспомнил свою беспризорную молодость и проник в дом к этому хуману. Он оказался совершенно пуст. Однако след артефакта вёл в подвал. Туда я и пошёл. И там в самой дальней его части, в потайной комнате, которую мне удалось вскрыть, я и нашёл то, что так долго искал. – И, сделав многозначительное лицо, Лениавес сказал: – Портал в один из нейтральных миров. Решив, что другого такого шанса судьба и удача может мне больше и не предоставит, я прошёл через этот самый портал. Тогда я ещё не знал, что этих миров множество, но, оказавшись даже в этом оконечном, как они их называют, мире, впал в культурный шок. Демоны, ангелы, прочие разумные сновали во всех направлениях, даже не обращая на меня внимания. Я оказался в портальной приёмной комнате единственной магической гильдии этого мира. И так как ничего особо не понимал и не знал, то решил сделать то единственное, что мог сейчас. Пошёл вслед за тем таинственным покупателем. И что неудивительно, его след привёл меня в одну небольшую магическую лавку, где как раз какой-то неизвестный мне демон выставлял мой артефакт на одну из витрин. Так я познакомился с Резом, моим будущим другом и наставником. Это он под качественной личиной обычного хумана скупал различные артефакты в нашем и других мирах, пытался идентифицировать их свойства и принципы работы, а потом продавал в своей небольшой лавке.

– Постой, – остановил я корнола, – так получается, ты знаешь, где находится портал, ведущий на Ареану?

– Да, – ответил корнол, – только есть одна маленькая поправка.

– Какая? – уточнил я.

– Я знал, где был этот портал. Помнишь, я говорил, что они временные. Так вот, того портала больше нет. Но обо всём по порядку.

– Хорошо, я понял. Прости, что прервал. – И я посмотрел на Лениавеса, ожидая продолжения его рассказа.

– Ну а дальше было уже не так интересно. Этот демон, оказывается, приметил меня ещё в нашем мире, но подумал, что я из местной воровской гильдии. Однако я убедил его, что просто старался разыскать хоть какую-то дорогу в нейтральный мир, чтобы найти там одного оборотня. И рассказал практически всю свою историю от начала до конца, утаив только имена. Резу понравилась моя смекалка и особенно та ловушка, которую я для него устроил. Мне вообще повезло, что я встретил этого мага. Во-первых, он говорил на эльфаре и имперском, поэтому мы сразу смогли с ним общаться. И во-вторых, ему нужен был помощник. Это именно он научил меня реалму при помощи одного необычного артефакта. Он может иметь совершенно различный вид, к примеру, вид браслета, серёжки, кулона или заколки, да того же самого простого камня. Поместив этот артефакт в область своей ауры или магического поля, ты начинаешь понимать окружающих, при этом обучаясь их языку. И где-то за месяц его можно освоить на вполне хорошем уровне. Особенно если побольше общаться с местными. Чем я и занимался в лавке этого мага. Я стал его помощником, раньше ему приходилось закрывать лавку на тот период, пока он искал диковинки в различных мирах, а теперь я стал приглядывать за его магазином, параллельно разыскивая сына моих работодателей. Мы то вместе работали в лавке, то он исчезал на некоторое время, а потом неожиданно появлялся с очередным артефактом. Иногда мы подряжались на работу в гильдии наёмников, выполняя разовые миссии. У меня появились и свои знакомые там. И именно в одной из таких миссий я познакомился с капитаном Пересмешником. Ну а потом я через гильдию наёмников всё же смог отыскать того, ради кого и оказался в нейтральных мирах. И передал ему пакет, а потом через портал Реза отвёл его в наш мир, к его родне. Того неугомонного оборотня, если вам интересно, звали Руп. Уже через много лет в нашем мире он получил прозвище Однорукий. В нейтральных же мирах его знали под другим именем. – И, усмехнувшись, он сказал: – Руп Растяпа.

Что-то шевельнулось в моей памяти, что-то о том, что когда-то рассказывал мне корнол.

– Маршал Руп Лересский Однорукий, – пробормотал я, восстановив при помощи ментоинтерфейса тот наш давний разговор с Лениавесом, который состоялся, казалось, уже целую вечность назад под кронами Гигантского Леса.

– Маршал империи Ларгот? – уточнила Эрея. – Знаменитый военачальник, стратег и тактик, непревзойдённый боец, впоследствии ставший мужем младшей дочери императора? Да, это был он?

– Да, это он, – подтвердил корнол.

– Это один из немногих неграждан Лесного княжества, который упоминается на уроках истории сопредельных государств в наших школах, – сказала девушка.

– А ещё, – хмыкнув, кивнул в мою сторону оборотень, – это его дальний родственник. Мне кажется, скоро ещё один из рода Лересских получит какое-нибудь не слишком благозвучное прозвище в нейтральных мирах.

– Посмотрим, – пожал я плечами и уточнил: – Если что, это о благозвучности.

Взглянув на меня, корнол лишь покачал головой и снова ухмыльнулся.

– Так вот, – продолжил рассказывать Лениавес, – отведя Рупа домой, я решил вернуться в нейтральные миры. Но не учёл только одного: что портал в поместье может закрыться. С тех пор я постоянно путешествую по нашей планете, стараясь найти или гостей оттуда, или порталы, ведущие туда, но вот уже несколько столетий не могу этого сделать. В тот раз мне, по-видимому, действительно улыбнулась удача, и больше шанса оказаться в нейтральных мирах у меня так и не появилось. Теперь же мы можем воспользоваться вторым из известных мне способов попасть в нейтральные миры. Использовав для этого возвратный камень. Но с ним связаны определённые проблемы. И о них уже успела упомянуть Тея. Камень может перенести только троих. – Лениавес замолчал, задумчиво оглядывая нас.

– Троих, говорите? – И я вновь покрутил в руках так и оставшийся у меня небольшой, но очень ценный артефакт.

«Что ж, будем думать, что можно с этим сделать, – решил я, – по крайней мере, троих мы сможем спасти от голодной смерти в этом безлюдном мире».

А пока я попросил Лениавеса рассказать нам ещё что-нибудь об этих мирах.

– Что ещё? – переспросил он и, увидев мой кивок, продолжил говорить: – Эти миры пронзают все планы реальности, от самых верхних до самых нижних. В них можно встретить совершенно разных существ из множества миров. Как я говорил, там демоны и ангелы могут сидеть за одним столом или нежить может сражаться плечом к плечу с живыми. Это миры контрастов и противоречий. Но самое главное назначение этих миров – это межмировая торговая площадка. Это основной поставщик высококлассных наёмников и мастеров. Это система миров, где находятся лучшие учебные заведения, как магические, так и вполне обычные. Например, та же школа следопытов или рейнджеров. Нейтральные миры переполнены магией, и поэтому основную их силу и мощь составляют магические гильдии. Именно они и контролируют практически все известные нейтральные миры. Магические гильдии контролируют также все учебные заведения, связанные с магией или даже вскользь касающиеся её, академии, университеты, школы. Развитие магии в этих мирах намного опередило то, что изу чается в обычных планах реальности. За те два года, что мне привелось прожить там, я узнал в десятки раз больше, чем за всё время обучения у нас в академии. Нейтральные миры – это кладезь артефактов и различных диковинок, что находят искатели, наёмники и другие авантюристы во всевозможных мирах. Оборот артефактов и магических амулетов, а также свитков и всей остальной магической продукции – это одна из главных статей дохода магических гильдий. Второй статьёй их доходов является наём магов для выполнения различных миссий. Ну и третья – это вступительные взносы и оплата обучения в учебных заведениях. Если у разумного есть хотя бы мизерные способности к магии, то лучшего места для своего обучения он не сможет найти. Там есть возможность подобрать и развить любые способности, там обучают по любой программе, только знай плати кредиты. Это, кстати, единая валюта нейтральных миров. Конечно, можно пройти обучение и на договорной основе с какой-либо магической гильдией, но это практически всегда добровольное рабство в этой самой гильдии. Но многие согласны и на такое. – На некоторое время Лениавес задумался. – Однако это не основная обязанность, которую возложили на себя магические гильдии. Также они контролируют и регистрируют новых граждан нейтральных миров. И вот тут есть несколько моментов. Каждый новый житель этих миров должен быть чем-то полезен, не для них лично, а вообще, в принципе. Я, честно говоря, не знаю, откуда пошло это правило. Но его очень строго соблюдают. И поэтому каждый новоприбывший должен вступить в любую гильдию по своему вкусу, возможностям и умениям. Маги, наёмники, торговцы, искатели, разведчики порталов, поисковики, проводники, лекари, трактирщики, гиды, ремесленники, мастера… Существуют и многие другие гильдии. Всех не упомянешь. Главное, найти себя и вступить в одну из них. На это даётся месяц. Временный житель должен за это время оплатить вступительный взнос в любую из гильдий, найти себе жильё и приступить к работе. И самое необходимое условие – чтобы не было мошенничества на почве более мелких взносов, например, таких, как в гильдию курьеров (туда они одни из самых низких, так как и работа эта одна из самых низкооплачиваемых), вступить в гильдию можно лишь единожды. Если какое-то из этих условий будет не выполнено, то обычно такого разумного отправляют обратно. Если оказывается, что путь до его мира неизвестен, то его отправляют в первый попавшийся портал, на выбор самого нарушителя. Выйти из гильдии можно лишь в одном случае – если ты хочешь основать свою собственную гильдию. Основание своей гильдии также даёт право без вступления в любую другую стать жителем нейтральных миров. Пожалуй, это всё, что касается проживания в нейтральных мирах… Хотя нет, у родившихся там жителей есть небольшое преимущество перед теми, кто попал туда тем или иным способом. Им дана фора в несколько лет, чтобы подготовиться к выбору своей будущей профессии и гильдии. До их совершеннолетия, а это восемнадцать лет, им не нужно вступать ни в какую гильдию. Но до этого возраста они должны чётко определиться со своей будущей специализацией и пройти начальное обучение в одной из школ. Кстати, про обучение совсем забыл рассказать. Коль мы там можем застрять на достаточно долгий срок, это и для нас может стать актуальным вопросом. Так вот, учиться можно всегда и везде, в любом мире можно найти ту или иную школу, университет или академию. Однако сложность заключается в том, что эта самая учёба достаточно дорогое удовольствие, если это, конечно, можно так назвать. Его нужно оплачивать, и тут есть два пути. Первый – это гильдии. При вступлении в любую из них она часть расходов берёт на себя, а если вы являетесь очень перспективным объектом вложения денег, то вам могут оплатить обучение полностью. Но, как я и говорил раньше, это практически рабство на несколько десятков, а в случае обучения магов, может, и сотен лет. Теперь вы можете представить, насколько дорогое обучение в учебных заведениях нейтральных миров. Второй путь – всё оплатить самому. И в том и в другом случае вы можете быть уверены, что получите наилучшее образование из того, что вообще возможно получить. Но и здесь есть выбор. Многие гильдии, да и просто частные лица готовы нанять специалистов, прошедших обучение в одном из учебных заведений нейтральных миров. Да и в жизни запас знаний, полученных там, может очень пригодиться. И я являюсь живым примером этого. Пройдя даже общий курс рунной магии и попав обратно к нам в мир, я без особых проблем получил магистерское звание в нашей Академии магии. Вроде это всё, – хотел закончить своё повествование корнол, но потом всё-таки добавил: – По сути, это обычная жизнь. Живи, учись, выполняй работу, что тебе больше всего нравится и лучше всего удаётся, и не мешай при этом жить всем другим. Конечно, случаются споры, драки, поединки, даже локальные войны у особо агрессивно настроенных существ с привлечением наёмников и магов, но это единичные и достаточно редкие случаи, – усмехнулся он. – Обычно такие споры решаются заявкой в гильдию убийц. Да, есть и такая, – кивнул корнол на округлившиеся глаза девушек, – и достаточно уважаемая, между прочим, как и гильдия воров, кстати. Так вот, если такого кардинального решения не требуется, то могут обойтись и просто наймом небольшого отряда наёмников, чтобы проучить или объяснить оппоненту всю глубину его заблуждений. Всё это следствие того, что слишком уж разные по характеру, воспитанию и своему образу жизни собрались на одном небольшом участке земли существа. Но в целом это достаточно интересные и пёстрые миры, таящие в себе множество тайн и загадок, которые только и ждут того, кто захочет прикоснуться к ним. – И, пожав плечами, уже без прежнего пафоса Лениавес закончил: – Эти миры сложно описать. Нужно просто пожить там некоторое время, чтобы понять их. И чувствую, шанс на это у нас есть, и неплохой.

– Ладно, разберёмся. Если, конечно, у нас будет такая возможность, – махнул я рукой и спросил: – А твой друг Рез, тот, который помог тебе, как ты думаешь, он не пытался разыскивать тебя, когда ты пропал?

– Наверное, пытался, но коли я за всю свою последующую жизнь так и не встретил его, то он, скорее всего, так и не нашёл нужного портала, что ведёт в наш мир.

– А мы сможем попросить его помощи, по крайней мере на первое время, чтобы устроиться в этих мирах? – задал я следующий беспокоящий меня вопрос, который возник у меня в результате его последних слов. Таких вопросов накопилось множество, но, как я понимал, мы пока никуда не спешили. – Я почему это спрашиваю, – сразу пояснил я, – коль коренной житель, как ты говоришь, мог так долго разыскивать портал в наш мир и пока так и не нашёл его, то у меня есть подозрение, что мы можем там пробыть неопределённое время. Поэтому от твоих знакомств и связей была бы достаточно большая польза.

– Хм, – пробормотал Лениавес, – с этим могут быть некоторые проблемы. – И он как-то странно начал загибать пальцы, будто что-то подсчитывая в уме.

– А что не так? – спросил я.

Как мне казалось, корнол очень ответственно относился к выбору своих друзей, чтобы те так просто отказались от него. Значит, за его словами кроется какая-то другая причина. И его следующие слова как раз и подтвердили эти мои подозрения.

– Я боюсь, что все те мои знакомые и друзья, кто хотел остаться в нейтральных мирах, сейчас уже мертвы.

– Как так? – не понял я.

– Не знаю научного объяснения этому факту, говорят, что это следствие их внепространственного нахождения или чего-то в этом роде, но время в нейтральных мирах бежит гораздо быстрее, чем во всех остальных планах реальности. Предположительно в среднем один час биологического времени в обычных мирах приравнивается к сорока двум часам пребывания в нейтральном мире. Последний раз я там был триста сорок четыре года назад. Вот поэтому я и не уверен, что хоть кто-то из тех, кого я знал, остался там в живых. Разве что эти разумные, так же как и отец Теи или, насколько я понимаю, дед Эреи, осели в каком-нибудь плане реальности.

– Понятно, – пробормотал я. – Невероятно! Четырнадцать тысяч лет… Конечно, там мало кто смог бы сохраниться.

«Спроси, не было ли у него знакомых драконов или нежити? – предложил мне Мук. – Они бы точно прожили или просуществовали всё это время».

«Интересно, сейчас».

И я переадресовал вопрос нашего маленького демона оборотню.

Тот покачал головой:

– Нет. К сожалению, я не знаю ни одного дракона и среди моих знакомых не было умертвий. Хотя… – задумался Лениавес, – был один мёртвый маг-некромант в том мире, где я жил. Надо будет, если появиться такая возможность, посетить его лавку, может, он, если ещё существует, как-то сможет нам помочь. Но это пока лишь только замки на песке, которые не стоят и выеденного яйца.

– Не для всех, – сказал я и незаметно кивнул на девушек.

– Да, – одними губами подтвердил корнол.

И тут мне вспомнилось то, что говорил мне Мук о нейтральных мирах.

«Так вот он этот парадокс времени! Получается, древние маги знали о нём, а значит, как минимум хоть раз тоже бывали в тех мирах».

Стало уже гораздо интереснее и веселее. Ведь в их городе был только один портал, и он вёл явно не туда. Значит, должны были существовать и другие.

«Нужно искать», – понял я.

– Лениавес, а ты ни разу не встречал в нейтральных мирах какие-нибудь вещи, которые можно было бы хоть как-то соотнести с Ареаной?

– Знаешь, да, встречал, – быстро ответил тот. – Я пару раз на рынке и в межмировой информационной сети видел в продаже паучью ткань, которую производят только эльфары. Так же, кроме лавки Реза, я несколько раз видел инфокристаллы, такие как мы находим в развалинах древних, и ещё несколько их артефактов.

Сначала я просто зафиксировал информацию, что товары из мира Эреи там встречались, и, только перечитав заметку в окне ментоинтерфейса ещё раз, понял, что очень сильно мозолит мне глаза.

– Прости, какая сеть? – в удивлении переспросил я.

– Ах да, ты же, наверное, не знаешь. Это такая магическая информационная сеть, которая связывает между собой все нейтральные миры. Маги могут размещать в ней различные свои объявления в виде иллюзий или письменных сообщений, а потом их может посмотреть любой житель нейтральных миров. Если он маг, то у него есть возможность подключиться к этой сети напрямую и просмотреть объявления сразу, а если простой разумный, то воспользоваться магическими информационными щитами или консолями, на которых все эти объявления дублируются.

«Ничего себе, аналог магического интернета!» – в удивлении подумал я и уточнил:

– А ещё эта сеть что-то позволяет делать?

– Простым людям не много, только просмотр объявлений, и, пожалуй, всё. По крайней мере, я о большем не слышал. А вот маги через неё могут ещё и общаться.

«Что-то маловато. Или Лениавес не хочет рассказывать нам всего, во что верится очень слабо, или местные просто не знают всех возможностей подобных информационных систем, или кто-то очень умный умело скрывает всё это, – решил я. Ладно, с этим тоже будем разбираться чуть позже, тем более, похоже, корнол-то и сам не сильно в курсе принципов работы этой сети. – Так, что ещё хотелось бы мне узнать перед тем, как что-то предпринимать?» – задумался я и завёл следующую интересующую меня тему:

– Ты много говорил о различных гильдиях и вступлении в них, о работе, жилье и взносах, я думаю, существуют и некие гильдейские пошлины. К тому же ты упоминал местную денежную единицу – кредиты. Верно?

Корнол кивнул.

– Но я так понимаю, деньги обычных миров там не особо в ходу, разве что они сделаны из различных драгоценных металлов, и тогда они идут по весу обычного лома, я прав?

Лениавес снова кивнул.

– Значит, в этих мирах ценятся любые ресурсы, которые можно достать в различных планах реальности, но особенно ценны там должны быть, наверное, магические артефакты, уникальные предметы и прочие диковинки, которые невозможно достать нигде, кроме как в каком-то определённом мире?

– Ты абсолютно прав, – согласился со мной корнол. – Все финансовые расчёты там происходят в единой денежной валюте, которую называют кредит. Кроме того, там есть множество банков, которые выдают тебе небольшую универсальную магическую карту, в которую помещают слепок твоей ауры, и тогда, поместив свои кредиты в любой банк любого из миров, ты сможешь использовать эти деньги в каждом нейтральном мире через эту карточку. Эта услуга стоит сущую мелочь, и банки даже выплачивают небольшой процент при размещении у них своих денежных активов.

– Небось ещё и ссуды выдают, – пробормотал я, вспомнив банки нашей родины.

– Верно, – удивлённо проговорил Лениавес. – А ты откуда это знаешь?

– Просто предположил, – отмахнулся я.

Тот лишь хмыкнул на мои слова и будто про себя тихо сказал:

– Его даже фраза «денежные активы» не смутила. И не попросил никаких пояснений об этой их банковской системе, хотя я чуть ли не месяц старался разобраться в ней. И ещё мне кто-то тут говорит о дикаре-северянине.

Правда, на эти слова никто не отреагировал.

«Возможно, Лениавеса услышал только я», – подумал я и перешёл к допросу нашего обширного и неиссякаемого источника информации дальше:

– Расскажи поподробнее о возвратных камнях. Кто их производит? Как и где их достать? И что ты имел в виду, когда сказал, что каждый из них привязан к какому-то определённому миру? Про ограничение трёх существ я уже понял.

– Ну, тут всё относительно просто. Это тоже одна из привилегий магических гильдий. Хотя нет, не так, вроде и у наёмников есть подобный артефакт. – Задумавшись на некоторое время, корнол продолжил: – Точно, у наёмников на Аркадии точно есть свой камень, – пробормотал он и уже достаточно уверенно стал рассказывать: – Я не сообщил вам всего, как-то не подумал об этом. Возвратные камни можно приобрести через торговые лавки и магазины магических гильдий, именно они их производят на продажу. Однако подобные камни, но уже для своих собственных нужд, могут производить и другие гильдии. Уж наёмники точно. Один из их камней как раз этот. – Лениавес указал на артефакт в моих руках. – Возможно, есть и ещё кто-то, создающий подобные камни. Ведь их можно приобрести на рынке или найти объявления об их продаже в информационной сети. На окраинных мирах эти камни достать значительно сложнее, так как основные резиденции большинства магических гильдий сосредоточены в центральных мирах. Точками привязки для каждого такого возвратного камня считаются координаты, зафиксированные в артефакте, производящем их. По сути, два с виду одинаковых камня могут быть привязаны к совершенно различным мирам и к совершенно различным приёмным залам на них. На окраинных мирах таких точек может оказаться всего пара. Тогда как в центральных их можно насчитать до нескольких сотен. Но самым интересным является появление подобных артефактов, создающих возвратные камни. Этот артефакт можно получить лишь в обмен на регистрацию активированной рабочей портальной арки, которая будет расположена в любом из нейтральных миров. Эта же регистрация без каких-либо дополнительных бюрократических препон позволяет зарегистрировать абсолютно любую собственную гильдию, включая и магическую. К сожалению, более подробно об этом я рассказать ничего не могу. Не мой уровень. Однако я точно знаю, что в любом окраинном мире для открытия полноценного представительства, а не маленького дочернего филиала какой-либо гильдии нужно зарегистрировать свой собственный портал, получить артефакт по производству возвратных камней и начать их производить хоть для себя, хоть на продажу. Главным условием становится производство возвратных камней, привязанных именно к этому миру.

– Интересно, – проговорил я.

«Одна портальная арка у меня уже есть, вторая вон возвышается за спиной, – потекли в моей голове мысли совершенно определённого направления и содержания, – так что если когда-нибудь окажусь там, то могу создать свою собственную гильдию».

– Слушай, – вспомнил я то, что хотел спросить ещё немного раньше и о чём он напомнил как раз сейчас, – а чем отличаются эти портальные арки от тех порталов, о которых ты говорил и через который попал в нейтральные миры?

– Портальные арки – однонаправленные, то есть ими можно пользоваться только в одном направлении. Для того чтобы вернуться после такого перехода, и нужен возвратный камень, привязанный к нейтральному миру. Арки – это артефакты стабильного и непрерывного действия, при установке и активации которых будет получен постоянный прямой доступ в тот план реальности и тот мир, к которому они привязаны. Однако вся сложность заключается в том, что такие портальные арки очень сложно найти и доставить в нейтральные миры. Порталы же, о которых я говорил, не стабильны и могут возникнуть и исчезнуть в совершенно любом месте, привести неизвестно куда и просуществовать неизвестно сколько времени. Да, кстати, исследование и дальнейшее использование подобных порталов – в основном работа разведчиков и искателей, через них они попадают в разные миры, и в неизвестные, и в уже разведанные, разыскивают там что-то интересное и стараются это доставить к себе на базу. Хотя этими порталами пользуются и многие другие категории существ, но все знают, что делают это на свой страх и риск и что при этом необходимо обзавестись собственным возвратным камнем. А он очень дорог. Обычно этот артефакт есть только у командира группы или отряда. Например, я за всё время пребывания в нейтральных мирах так и не накопил денег на приобретение возвратного камня. Поэтому не смог и вернуться туда… Что ещё я могу сказать о порталах? – И корнол постарался вспомнить, всё ли он рассказал. – Да, как обычно, главное-то я и забыл. Все нейтральные миры связаны сетью внутренних порталов, которые работают в двух направлениях. И, по сути, попав в один из нейтральных миров, рано или поздно можно добраться до любого из них. Поэтому если мы когда-нибудь окажемся там, то, перебравшись поближе к центральным мирам, где установлено достаточно большое количество портальных арок, привязанных к различным мирам, сможем начать поиск необходимого нам портала.

– Замечательно, – прокомментировал я этот развёрнутый ответ корнола на мой вопрос.

И задумался над тем, что ещё нужно бы знать нам, чтобы обосноваться в тех мирах. Но ничего конкретного мне пока в голову не приходило. Поэтому я задал последний вопрос, на который сейчас хотел получить ответ.

– Лениавес, а в какой гильдии состоял ты?

– А ты догадайся, – усмехнулся он.

– Маги, – убеждённо ответил я.

– Да, – кивнул он. – Наша гильдия магов называлась гильдией Тёмных плащей. Жили и работали мы в нейтральном мире Проген. Почему у нашей гильдии было такое странное и немного непонятное название, мне так никто ответить и не смог, но никаких особенных тёмных или иных плащей мы не носили. Мой друг был достаточно обеспеченным демоном, и поэтому частично за свой счёт оплатил мне начальный курс на факультет рунной магии, который я посещал в периоды между выполнением различных миссий. Большему я, к сожалению, обучиться не смог, так как потерял связь с нейтральными мирами.

– М-да… – протянул я, – история…

И постарался проанализировать всё то, что услышал. А вывод напрашивался один.

Нейтральные миры, мы идём к вам.

Но как это сделать? Возвратный камень только один, и нам никак его не скопировать.

Хотя – стоп, почему это нам его не скопировать? Может, местные маги это сделать не могут, но мне-то со своими помощниками вполне по силам.

– Тея, дай мне, пожалуйста, ещё раз посмотреть на твой артефакт, – попросил я у девушки камень, который уже успел вернуть ей.

Та вынула из сумки камень и передала мне.

Лениавес в этот момент как-то очень подозрительно посмотрел на меня.

– С ним мне лучше думается, – отмахнулся я от его вопрошающего взгляда и стал размышлять над тем, что же у меня в руках.

«Искатель, как там со структурной моделью этого артефакта, она готова?»

«Готовность сто процентов», – доложил тот и вывел укрупнённую виртуальную модель возвратного камня, который я держал в руке.

По сути, ничего особо трудного не было. Ну, плетение, правда, до безумия сложное. Но если внедрять его по новой технологии, разработанной кластером, полностью заместив менто-информационное поле материального носителя на его уже подготовленную кластером копию, то никаких особых сложностей с этим не должно быть. Мне же теперь, в сущности, не потребуется создавать никакие каналы передачи ментоэнергии или связывать структуры этого сложнейшего плетения с многочисленными точками привязки, что по идее и является наиболее трудным и маловыполнимым моментом при ручном самостоятельном внедрении этого плетения в любой материальный носитель. Так что стоит попробовать этот вариант.

«Похоже, артефакты, создающие возвратные камни, должны работать по аналогичной технологии, хотя кто его знает, это же не живое существо, и он не испытывает тех же трудностей, что и обычный маг. Что в него заложено, то он и делает. А кстати, как качественно он это делает?» – задался я вопросом и вновь приступил к анализу созданной ментоинтерфейсом модели.

Параллельно я стал более подробно разбирать и свойства самого артефакта. Оказывается, в него было встроено два индикатора, один из которых показывал заполнение магической энергией возвратного камня и готовность его работы, а второй, как я понял, был неким графическо-визуальным счётчиком срабатываний, основанным на цветовой градации – от полностью рабочего артефакта до его критического состояния. Индикация этого второго счётчика зависела от многих параметров, таких как материал изготовления артефакта, количество его срабатываний, работа плетения, синхронизация и взаимное наведение помех различных его структур.

И это говорило о многом. Например, артефакт Теи был полностью заряжен и готов к работе, но его общее состояние достигло критического уровня. Этого артефакта хватит, по расчёту кластера, всего на четыре срабатывания.

Мне стало интересно уточнить этот вопрос, и потому я спросил у корнола:

– Лениавес, а этому камню после открытия портала нужно какое-то время, чтобы восстановиться перед его следующим использованием?

Хотя я и знал ответ на этот вопрос, но мне было любопытно, что ответит корнол по этому поводу.

– Да, естественно. Это же магический артефакт, и ему для работы требуется магическая энергия.

Обе девушки на мой вопрос усмехнулись. Видимо, такие основы знал даже ребёнок, но я-то не ребёнок, и мне это нужно для другого, чтобы подтвердить кое-какие свои выводы.

Посмотрев на них, я лишь ухмыльнулся им в ответ и продолжил слушать Лениавеса.

– После срабатывания артефакт заряжается около суток до полного восполнения магической энергии. То, что он готов к работе, заметно по вот этому участку камня. – И оборотень, взяв у меня камень, указал на тёмное пятно, расположенное на одной из его сторон. – Если оно появилось, это означает, что артефакт полностью зарядился.

– Понятно, – кивнул я и задал следующий вопрос: – А что ты можешь сказать об износе этого артефакта? На сколько срабатываний его хватит? Или должно хватить?

– В смысле? – удивился корнол.

– Ну, сколько ещё раз можно воспользоваться этим возвратным камнем?

– Не знаю, – честно ответил оборотень, – да и никто не ответит тебе на этот вопрос, но, как мне говорили, обычно такого артефакта хватает на пятьдесят – сто переносов, а потом необходимо покупать новый, или останешься в каком-либо из обычных миров.

– Хм, интересно, – пробормотал я. – А цвет камня? Он имеет какое-то значение?

– Рез мне как-то рассказывал, что в основном он зависит от производящего эти камни артефакта. В общем-то и всё… А, – видимо, корнол вспомнил что-то ещё, – забыл, эти камни со временем меняют свой цвет, но отчего это зависит, я не знаю.

– И что? Никаких предположений? – спросил я.

– Нет, а что?

– Ну, это, конечно, пока не подтверждённая доказательствами гипотеза, но в случае чего старайтесь приобретать камни синего, голубого или фиолетового цвета. А вот такие, как этот экземпляр, можете сразу выбрасывать, – указал я на камень Теи, – его хватит ещё максимум на четыре раза.

– Откуда знаешь? – сразу уцепился за мои слова оборотень. – Ты же и не видел до этого его ни разу.

– Догадался, – ответил я, но потом объяснил: – Опасность обычно обозначают красным или тёмно-красным, даже бурым цветом. Все остальные цвета только приближаются к нему. В этом случае голубой – самый безопасный цвет. Цепочка такая, от самого опасного к безопасному: красный, оранжевый, жёлтый, зелёный, голубой, синий, фиолетовый. Камень Теи – красный, уходящий к бурому, значит, жить ему осталось не так и много.

Лениавес, да и все остальные смотрели на меня с таким изумлением, что мне стало смешно.

– Да это же простая логическая цепочка, – сказал я всем и добавил, обращаясь уже к корнолу: – Ты и так всё знал, просто не сопоставил эти факты. – Видя всё ещё непонимающие глаза окружающих, я пояснил: – Разные артефакты создают камни разного цвета, соответственно с разным количеством срабатываний, но, видимо, каждому артефакту рекомендуют выполнять не больше пятидесяти переходов, чтобы потом не попасть впросак. Со временем, как ты и сказал, камни меняют свой цвет. По внешнему виду камня Теи заметно, что им часто пользовались. Значит, делаем вывод, красным он стал со временем. А дальше уже простой ассоциативный ряд. Красный – опасность. И раскручиваем цепочку в обратную сторону к самому безопасному цвету. Всё же просто!

«Я же говорил, что он странный, – уже в который раз повторил Мук. – Я даже половины его рассуждений не понял», – как-то очень уж грустно вздохнул он.

– Не переживай, похоже, его рассуждений вообще, кроме него самого, никто не понимает, – с сарказмом ответил ему корнол. И потом, просто констатировав сказанное, обратился ко мне: – Значит, говоришь покупать только голубые, синие и фиолетовые.

– Ну да, – подтвердил я свои слова.

– Я так понимаю, особых возражений против этого ни у кого нет. А будет возможность, мы обязательно проверим твою теорию.

– Да, проверим, – согласился я и задумался.

Модель менто-информационного поля возвратного камня у меня есть, структура внедрённого в него плетения тоже. Что ещё мы можем сделать?

«А можем мы как-то восстановить работу этого артефакта. Так сказать проапгрейдить его? – посетила мою голову новая мысль. – А почему, собственно, нет? – Идея была вполне здравая. – Что мы видим? Пока ничего».

– Лениавес, дай мне, пожалуйста, камень, – попросил я.

Тот протянул артефакт.

И что теперь?

А то, что даже невооружённым глазом видно, что он изношен. На нём есть какие-то мелкие трещинки и маленькие царапинки. Возможно, есть и внутренние повреждения или разрушение его кристаллической решётки, не заметные при внешнем беглом осмотре. Но у меня есть замечательный инструмент, который сможет составить его полную виртуальную модель.

«Искатель, просканируй камень и составь полную виртуальную модель материального носителя, поверх наложи модель менто-информационного поля. А потом и структуру внедрённого плетения. Когда сделаешь, посмотрим, что получилось».

«Приступаю», – сообщил мне тот.

Буквально через несколько секунд всё было готово. И посмотреть было на что. Часть узловых точек приходилась на разрушенные сегменты кристаллической решётки этого камня. Некоторые каналы передачи ментоэнергии сместились в результате деформации как самого камня, так и различных его внешних повреждений. Получается, структура, некогда оптимальная и специально подогнанная под этот материальный носитель, сейчас уже таковой не являлась.

Как только стала известна причина разрушения, кластер приступил к построению более оптимальной и эффективной структуры внедрённого в камень плетения, предназначенной именно под его текущее состояние. В результате этой оптимизации кластером было разгадано назначение ещё одной структуры, в которую были прошиты координаты точки привязки данного камня. Они делились на три группы матриц символико-цифровых координат радиального типа. По крайней мере, так считал кластер. Но вот какая координата в какой системе отсчитывала своё положение, он пока сообщить не мог. Для этого как минимум был необходим ещё один подобный камень с известной точкой привязки, а лучше бы их было несколько.

Работать он закончил достаточно быстро.

Никаких особых изменений делать не пришлось, нужно было лишь учесть внесённые в модель данные о разрушении материального носителя и его микронной внутренней деформации. И в соответствии с этим уже произвести переориентацию плетения таким образом, чтобы эти разрушения привносили наименьшее отрицательное воздействие на работу структур плетения. Конечно, полностью их влияние устранить не удалось, но частично нивелировать и сгладить их присутствие в структуре материального носителя у кластера получилось. Правда, для этого он, кроме переориентации плетения, сместил некоторые точки привязки и добавил дополнительные каналы передачи ментоэнергии.

Но в целом, по его уверению, теперь мы на семьдесят восемь процентов избавились от помех, привносимых в работу плетения постепенным разрушением материального носителя. Кроме того, кластер внёс в плетение небольшие изменения уже от себя, которые должны были гарантированно обеспечить стопроцентную синхронизацию всех структур плетения. Это также повышало надёжность работы возвратного камня.

Последний пункт в первоначальном варианте плетения отсутствовал, но кластер в виртуальной среде и при помощи технологии холостого срабатывания, используемой Искателем, убедился в полной работоспособности нового варианта плетения, и, по его расчётам, надёжность его функционирования повысилась как минимум на двадцать процентов.

С помощью Искателя сделав копию менто-информационного поля возвратного камня Теи – а вдруг придётся откатываться назад, – я решил поэкспериментировать. Всё равно мы ничего не теряли. Как мы с кластером поняли, воспроизвести этот камень в его первоначальном варианте по нашей новой технологии замещения менто-информационных полей мы сможем в любом случае. В крайнем случае самостоятельно создадим свой возвратный камень, для этого у нас уже тоже всё было подготовлено. Так что можно пробовать.

И мы попробовали.

Такого эффекта я, если честно, не ожидал. Как только я провёл слияние менто-информационного поля камня с новым полем, специально подготовленным и оптимизированным кластером под его текущую физическую структуру и внешнее состояние, и привязал его к этому материальному носителю, то есть к камню, влив мизерный объём энергии, произошло следующее.

Во-первых, громко закричала Тея, заметившая происходящие с камнем изменения:

– Ты что наделал?!

Она не видела, что я непосредственно делал с самим камнем, а просто заметила, что тот ярко моргнул. И посмотрела на меня как на сущего идиота.

«Но я ведь не идиот, – утешил я себя, – копию-то сделал».

Во-вторых, на меня хмуро посмотрел Лениавес и сказал:

– Доверили … (что-то непонятное, но, видимо, очень ругательное) ценный артефакт, и он его сломал.

«Это было прям как из анекдота о странном русском: один сломал, второй потерял»[8]. – Тут я еле удержался, чтобы не рассмеяться, очень уж забавно выглядел взбешённый оборотень.

Заметив мои попытки сохранить серьёзность, корнол лишь покачал головой и в сердцах сплюнул себе под ноги.

В-третьих, своими красивыми, но до нельзя печальными глазами на меня посмотрела Эрея. И только пожала плечами в ответ на мой вопросительный взгляд, а затем отвернулась.

И в-четвёртых, похоже, единственным, кто хоть что-то понял, был наш маленький демон, потому как, заглушив в моей голове взбешённые голоса всех остальных, быстро и с нажимом спросил:

«Баг, как ты это сделал?»

И видимо, это его спокойное и при этом подавляющее своей силой внушение заставило всех оставить свои негодование и гнев и с удивлением посмотреть в мою сторону.

– Как он сделал что? – тихо спросил у Мука Лениавес.

«Восстановил этот артефакт», – просто ответил тот и показал рукой на ставший светло-голубым камень, который до сих пор лежал у меня в руке.

«Процедура слияния завершена. Текущее внедрение ментоструктуры в материальный носитель оптимально. Готовность к работе – сто процентов. Работоспособность артефакта в пределах нормальной погрешности. Эффективность работы артефакта повышена на три процента», – как раз в этот момент доложил мне ментоинтерфейс.

И что самое главное, камень претерпел значительные внешние изменения, на которые не обратить внимания было достаточно сложно. Он кардинально сменил свою окраску и из тёмно-красного превратился в светло-голубой камень.

«Н-да, надо заканчивать со своими фокусами», – решил я, рассматривая распахнутые изумлённые глаза всей нашей компании, ну, разве что за исключением Рыкуна и Мука.

Одному было абсолютно всё равно, он наелся и дрых без задних ног, а второй просто не умел так выражать свои эмоции, как все остальные.

«Так как ты это сделал? – вновь спросил Мук. – Я не почувствовал никакой магической активности». – И он вопросительно посмотрел на меня, как, впрочем, и все остальные.

И как мне всё это объяснить?

Наверное, лучше просто сказать им часть правды, сейчас они поверят любым моим словам.

– Ну, у меня есть предположение, что я не такой слабый маг, как вам кажется, – ответил я им. – Никакого другого объяснения у меня пока нет.

– Это невозможно, – в один голос заявили все.

Но, посмотрев на зажатый в моём кулаке камень, Лениавес сказал:

– Хотя кто его знает, что вообще возможно, а что нет, – и, уже немного более расслабленно усмехнувшись, добавил: – Зато как много твоих странностей теперь можно списать на это твоё объяснение, тебе не кажется?

Я, усмехнувшись, ответил:

– А может, в этом и был мой план? – И, подмигнув ему, рассмеялся в полный голос, наблюдая за ещё более удивлёнными лицами своих спутников.

Этот замечательный момент своим вопросом испортил Мук:

«Но он так и не сказал, что он сделал? – И обвёл своими большими круглыми глазами всех нас. – Не сказал же?» – повторил он.

– Ты всё ещё не понял? – спросил у него корнол.

«Что?» – не понял наш маленький демон.

– Он никогда и никому ничего не скажет. – И, усмехнувшись, Лениавес обратился уже ко мне: – Я ведь прав?

– Ну, я бы не был столь категоричен, – ответил я. – Всё может быть в этой жизни.

– Ну-ну, посмотрим, – хмыкнув, произнёс тот и, подойдя ко мне и попросив камень, стал вертеть его в руках. – Действительно, я видел такие же экземпляры. Интересно, работает? – И опять раскрыл артефакт на две половины. – Похоже, да, – сам себе сказал он, вернув мне его. И обратился ко мне: – Я так понимаю, у тебя уже есть какой-то план, как нам не остаться в этом мире, а перейти в нейтральные?

К моему ответу, похоже, прислушались все, включая, казалось бы, дремавшего мгновение назад Рыкуна.

– Да, есть у меня одна идейка, – ответил я.

– И что это за идея? – спросила Эрея, озвучив прямой интерес к нашему разговору, не только свой, Теи и Лениавеса, но и Мука, который постоянно старался всё услышать и понять.

– Ну, как вам сказать?.. – И, обдумав свои слова, спросил у корнола: – Лениавес, что бы ты ответил, если бы узнал, что у меня есть ещё один точно такой же камень?

– Хм. Интересно. Сказал бы, что это наш шанс. – Однако подозрительно посмотрел на меня. – Но как-то не верится в такое совпадение или стечение обстоятельств. Слишком уж оно вовремя произошло. Особенно с учётом того, что ещё полчаса назад ты даже понятия не имел, что этот камень существует в природе и представляет собой хоть какую-то магическую или иную ценность. Да и его назначение для тебя должно было оставаться полной загадкой. Однако вот оно, доказательство того, что я совершенно ничего не понимаю в этом мире. – И оборотень приподнял мою руку с зажатым в ней камнем Теи. – В результате всего этого я в последнее время как-то начал сомневаться в своей способности реально оценивать происходящее вокруг. К тому же я перестал, вернее, это ты вынудил меня своими постоянными загадками, обращать внимание на все странности, связанные с тобой. Особенно это актуально потому, что я знаю: ты просто проигнорируешь мой вопрос насчёт их и пойдёшь себе дальше как ни в чём не бывало. Хотя, заметь, это не очень вежливо с твоей стороны, – вроде как в шутку упрекнул он меня. – Так что я просто приму на веру эти твои слова. Будем считать, что у тебя тоже есть свой возвратный камень. И если принять за правду всё вышесказанное, то у меня к тебе всего один-единственный вопрос. Ты знаешь, куда он ведёт, к какому миру этот камень привязан? Или нет? – Он было замолчал в ожидании ответа, но, видимо вспомнив ещё что-то, пояснил свою и так длинную речь: – Это я спрашиваю для того, чтобы определиться с нашими дальнейшими действиями. Мне приходилось бывать в нескольких нейтральных мирах, я знаю их названия и знаю пути, которые ведут к ним. Поэтому логичным было бы разбиться на две группы и встретиться в одном из них. Правда, чтобы это сделать, придётся пользоваться внутренними порталами. А для этого нам потребуются кредиты. Хотя за каждый переход взимают всего по двадцать пять кредитов, но я не знаю, сколько таких переходов в принципе потребуется сделать. Однако можно купить абонемент на пользование внутренними порталами для каждого из нас, и если окажется, что нам потребуется совершить множество переходов, это будет значительно дешевле и выгоднее. Такой абонемент стоит двести кредитов для каждого. Правда, придётся учесть и твоего зверька. – Он указал на вновь задремавшего Рыкуна. – Оплата происходит за каждого живого или разумного, воспользовавшегося порталом. Но это не так и много, поверь мне, в центральных мирах за эти деньги даже в самой захудалой гостинице или таверне комнату на ночь не получится снять. Но это пока не очень актуально. Главное – сейчас всё же определиться с тем, известна ли тебе точка привязки возвратного камня? – И он прямо посмотрел на меня.

«Смотри-ка, – поразила меня его искренняя и честно произнесённая речь, – а он ведь действительно полностью доверяет мне. – Это я понял по тем изменениям в его ауре, что смог рассмотреть и которые сумел зарегистрировать и расшифровать Искатель. – И он полностью уверен в том, что если я упомянул возвратный камень, то этот самый камень наверняка у меня есть. – А затем посмотрев на девушек и Мука, понял, что и они верят каждому моему слову. – Неужели я успел заслужить их такое непоколебимое доверие и наработать себе такой весомый и неоспоримый авторитет, – удивился я, – ведь ещё совсем недавно Эрея не хотела даже прислушиваться к моему мнению, а Тея так вообще знает меня чуть меньше часа».

Понять я мог только Мука и корнола, один из них был моим вассалом, а второй знал меня уже, похоже, достаточно хорошо, чтобы не усомниться в правдивости моих слов.

«Теперь осталось не подвести их и не разбить надежд моей такой разношёрстной, но сплочённой компании, у которой совершенно нет секретов друг от друга. – Я усмехнулся. – Точно прямо все так и изливают душу друг другу».

В то, что Тея рассказала нам не всю предысторию своего появления в городе, я не сомневался. Эрея – дочь правителя очень сильного государства в одном из срединных миров, да у неё по определению должна быть целая куча секретов в загашнике. Корнол с Муком – это вообще две ходячие загадки. И хотя они кажутся простыми и открытыми парнями, но копни чуть глубже – и тут же выяснится ещё что-то, как в случае с Лениавесом.

Даже Рыкун и тот оказался не так прост, как выглядел. Это его преобразование и практически мгновенное развитие и увеличение умственных способностей, которое можно было наблюдать сейчас, не похожи на какие-то заурядные возрастные изменения. Тут что-то, напрямую связанное с магией преобразований.

«Интересно, кто его таким создал и как давно?» – задумался я.

Но сейчас это мало относилось к теме нашего разговора, поэтому я оставил этот вопрос на потом. И решил, что мне ещё многое придётся узнать о нашей компании. Как, впрочем, и им обо мне. Поэтому будем понемногу приоткрывать свои тайны, хотя бы скрывая одну правду за другой.

– Лениавес, ты не понял, – сказал я ему, – у меня точно такой же возвратный камень, как у Теи. И хотя я не знаю, куда они привязаны, но полностью уверен, что попадём мы в одно и то же место.

– Как так? – не понял оборотень.

– А вот так, внутренняя структура камня полностью идентична тому, что нам показала Тея, – пояснил я и полез в сумку за одним из найденных в подземелье, вернее, в потайной комнате драгоценных камней, которые я обнаружил во внутреннем отделении сумки того мёртвого медведя.

Я подумал об этом ещё перед началом нашего разговора с корнолом. Было вполне логично предположить именно такой исход этого нашего с ним разговора. Поэтому я заранее извлёк один из них, выбрав из тех, что был размером побольше, и дал задание ментоинтерфейсу построить виртуальную модель менто-информационного поля этого камешка и модель его физической структуры. Кластер же должен был подготовить оптимизированное именно под этот камень плетение, найденное в артефакте Теи, и внедрить его в виртуальную модель менто-информационного поля камня. Для ускорения работ кластер с Искателем заранее совместили менто-информационную модель поля и модель физической структуры камня.

Теперь мне просто оставалось заместить реальное ментоинформационное поле камня на преобразованное и модернизированное кластером и Искателем виртуальное поле. Мне даже не нужно было учитывать хоть какие-то точки привязки. Нужно просто совместить поля в рамках единой границы и влить толику ментальной энергии для их закрепления и окончательного слияния-замещения. И как результат в новом менто-информационном поле структура необходимого плетения уже присутствует по умолчанию. Минимум работы – максимум результата.

Всё это я умудрился проделать, пока доставал из своей сумки драгоценный камень, который по идее теперь также стал и возвратным.

Однако оказалось, что я не учёл сущую мелочь: получившийся артефакт был полностью разряжен.

«М-да, – подумал я, – придётся подождать».

Об этом же сообщил мне и ментоинтерфейс, как только я завершил слияние:

«Примерное время полной зарядки артефакта составляет двадцать часов пятнадцать минут».

Камня до этого я не видел и поэтому, когда взглянул на него первый раз, поразился: он имел тёмно-фиолетовый окрас. Ещё я обратил внимание на то, что кластер внёс какие-то свои дополнительные изменения, разработанные на основе имеющейся у него базы знаний и её постепенной обработки, которые позволили несколько уменьшить время зарядки артефакта.

Но, как оказалось, я думал совсем не о том, о чём следовало. Что артефакт совершенно пуст, понял не только я, на это обратил внимание и Лениавес, который попросил у меня его посмотреть. А взяв камень в руки, он заметил и другую его странность. И сейчас в упор смотрел прямо мне в лицо.

– Откуда у тебя этот камень? – спросил он, как только я обратил на него внимание и повернулся в его сторону.

– А в чём дело? – сразу поинтересовалась Эрея.

Все остальные прислушались к его серьёзному и напряженному голосу.

– В том, что этот артефакт полностью разряжен, – пояснил корнол.

– И?.. – Девушка всё ещё не до конца понимала, что же произошло.

«Камнем недавно воспользовались, – за Лениавеса ответил Эрее Мук, но, посмотрев сначала в мою сторону, а потом переведя взгляд на Лениавеса, добавил: – Вы не учли того, что камень мог пролежать именно в таком состоянии и очень долго».

– Но где? – в недоумении развёл руками корнол.

«Например, в его необычной сумке, в которой он носит столько предметов», – ответил Мук, придумав за меня такое элегантное решение, о котором сам я почему-то не подумал.

«А ведь и правда, это выход. Он же спросил, откуда у меня этот камень, а не артефакт, – сообразил я и мысленно поблагодарил нашего маленького демона: – Спасибо тебе, Мук, сам бы я до такого красивого ответа не додумался».

– Этот камень, – и я указал на артефакт, который корнол сейчас держал в руке, – я нашёл в одном из отделений именно этой сумки. – И я похлопал по котомке, перекинутой через плечо.

– Он не лжёт, – практически в один голос сказали обе девушки и одновременно взглянули прямо мне в лицо, а потом несколько смущённо переглянулись.

– Странно было бы, если бы он им воспользовался, – сразу всем нам ответил, постаравшись объяснить, оборотень, – но в последнее время происходит такое множество слишком уж выбивающихся за рамки обыденного вещей, что я не стал бы отбрасывать и самой бредовой идеи. Тем более что именно такие планы у нас почему-то с подачи одного неугомонного хумана и срабатывают. А потому другого предположения, каким бы глупым оно ни показалось, почему камень может быть разряжен, у меня нет. Прости, Баг, – сказал он уже мне, – и я объясню сейчас, почему это меня так насторожило.

Я в ответ лишь кивнул, но про себя усмехнулся.

«Не доверяете, – пролетела у меня в голове шальная мысль, и я посмотрел на вмиг покрасневших девушек. – И правильно делаете. В сумке я нашёл лишь камень, никакого артефакта там не было. Так что неудивительно, что вы не рассмотрели лжи. Я говорил чистую правду. Никто же не спросил меня об артефакте».

И ещё раз улыбнулся им чистой лучезарной улыбкой, чем вогнал эти два симпатичных личика в ещё большую краску.

Лениавес же сказал:

– Я почему проявил такой интерес к этому камню. Он немного отличается от того, что есть у Теи. Её экземпляр – это совершенно обычный возвратный камень, который продают всем, у кого хватит средств, чтобы его приобрести. А этот совершенно иной. Во-первых, фиолетовых камней я в продаже и правда никогда не видел и теперь понимаю почему. И во-вторых, мне как-то о подобных камнях рассказывал Рез. Правда, он и сам, похоже, не знал обо всех их особенностях. Так вот, некоторые особо могущественные магические гильдии могут производить специальные возвратные камни, созданные исключительно для их магов. Их называют уже не возвратными, а телепортационными камнями. Подобные экземпляры невозможно приобрести где-то на стороне, их в принципе нет в свободной продаже. Ими пользуются только сами члены этой гильдии, и то не все. Отличием же телепортационных камней от возвратных является их более стабильная работа, более высокая надёжность, большее количество возможных срабатываний. Но самым главным их отличием является то, что данный камень сможет активировать только маг. У него нет такого же пускового механизма, как в обычном камне, когда он раскрывается и поворачивается определённое количество раз в разные стороны. Камни магов нужно активировать при помощи переданной в него магической энергии, как и в обычный артефакт, правда, и там есть какие-то свои хитрости. Я так понимаю, необходим определённый тип магической энергии, и направить его нужно в строго установленную точку артефакта. Это, так сказать, защита от дурака и чтобы камнями, принадлежащими одной гильдии, не смог воспользоваться какой-то иной маг. Но это не страшно, время до его полной зарядки у нас есть, и я уверен, что смогу разобраться с этим. Вся же суть подобных камней заключается в том, что ими не могут пользоваться простые жители. Поэтому эти камни распространены только среди магов, в основном гильдейских, ну или тех счастливчиков, кому подобный камень попал в руки. Так что прежний владелец твоей сумки был определённо маг, – сказал он уже мне, – и не из последних. К тому же он состоял в какой-то достаточно влиятельной и могущественной магической гильдии. – Так Лениавес закончил своё разъяснение столь странной реакции на появление моего уже не возвратного, а телепортационного камня.

«Всё интереснее и интереснее у них там, – улыбнулся я и здраво рассудил: – Самое ценное гильдии оставляют себе. Но это и неудивительно, так делают абсолютно все. Было бы очень любопытно сунуть свой нос в остальные их секреты. Думаю, там есть и что-то не менее значимое, чем эти камни. Но для этого нужно оказаться там».

А поэтому идем дальше.

– Так, теперь, если ты сможешь разобраться с камнем, у нас есть шанс попасть в нейтральные миры. Всем вместе.

– Не вместе, – поправил меня корнол, – а двумя группами по трое разумных.

– Да, я это и имел в виду, – согласился я. – И тогда всё в твоих руках. – Я кивнул на камень, лежащий на его ладони.

Лениавес кивнул и отошёл немного в сторону, а потом, осмотрев нашу дружную компанию, обратился к оставшимся стоять Муку и девушкам.

– Вы вроде как тоже маги, так что давайте ко мне. – И он махнул им рукой. – Думаю, ваша помощь будет небесполезной.

Я же остался не у дел, корнол как-то даже не подумал о том, чтобы привлечь меня к этому делу.

«Наверное, в его понимании я ещё не дорос до того, чтобы называться магом». И, усмехнувшись, я подошёл просто так, чтобы понаблюдать.

Ведь, по сути, это было не очень нужное занятие, как активировать этот артефакт я прекрасно знал, так как его создал я сам. Но нужно же было чем-то занять моих друзей, и это было не худшее времяпрепровождение до того, как артефакт зарядится полностью.

«Пусть развлекаются, – решил я, – может, и правда разберутся, как запустить его, и тогда не придётся объяснять им, откуда я знаю, как активировать телепортационный камень. Так что это мне только на руку».

Немного понаблюдав за ними, я не увидел, что они делают что-то новое или необычное. Лениавес, быстренько выбрав и расчистив достаточно большой участок голой земли, начал выводить на ней необходимые руны. В этом активно помогал ему Мук, который, оказывается, знал их не меньше и давал корнолу вполне уместные советы.

Это была подготовка некоего полигона для проведения экспериментов и защита нас от неудачного выброса магической энергии.

Когда я услышал об этом, то побеспокоился, не разнесут ли они и артефакт на части. Однако оборотень уверил меня, что всё им предусмотрено.

Закончив, они активировали полученную пентаграмму с рунами, расположенными в различных её частях и сегментах. В её центр эта парочка не очень юных экспериментаторов поместила мой телепортационный камень. А потом они перешли к бурному обсуждению своих будущих действий.

В процессе обсуждений Лениавес просил того или иного из окруживших его магов проделать какие-либо операции с камнем, при этом вливая в него минимум магической энергии, и, когда что-то, по его мнению, шло не так, просто блокировал артефакт в пентаграмме, полностью закрывая его от внешнего воздействия.

На всякий случай скопировав созданную Лениавесом и Муком пентаграмму и её менто-информационную модель, я ещё немного потоптался рядом с этой не замечающей ничего вокруг кучкой магов-энтузиастов. Посмотрев на результаты их первых экспериментов, сделал для себя немного не утешительные для них выводы.

По сути, дальнейшее меня после этого и уже третьего цикла повторений их неудачных попыток как-то заставить начать работать телепортационный камень интересовать стало в гораздо меньшей степени, чем в первые минуты. Тем более на тот момент я уже с уверенностью и стопроцентной гарантией мог сказать, что они не смогут активировать данный артефакт самостоятельно. По крайней мере, сейчас. Для него требовался совершенно иной формат поступающей ментоэнергии, то есть маг иного типа, чем те, что присутствовали здесь. Похоже, нужен был кто-то, умеющий работать с энергиями стихии земли. А такого среди моих друзей не было.

«Придётся привинчивать к артефакту преобразователь ментоэнергии, – решил я. – Но сделать это необходимо в конце или в середине их работ, чтобы это не выглядело слишком подозрительно».

И тогда первый, кто постарается активировать этот артефакт, сможет запустить его. Они подумают, что нашли решение, а мне так будет гораздо комфортнее и спокойнее, а главное, не придётся выкручиваться или лгать.

Ну а пока можно заняться чем-то иным. И я огляделся вокруг.

Как ни странно, впервые за всё время моего появления в этом неизвестно где располагающемся мире или целой вселенной миров у меня образовался небольшой отрезок свободного времени, когда можно отдохнуть и наконец-то нормально выспаться. Тем более и остальные, косо поглядывая на мою праздно шатающуюся вокруг них фигуру, почти в один голос рекомендовали не маячить и занять себя чем-нибудь полезным. А сон и отдых – это как раз то занятие, что мне сейчас и требовалось.

Но перед своим отбытием в мир снов и сладких грёз я, на свою беду, решил поинтересоваться, как шли дела у кластера с объединением баз знаний, их синхронизацией и приведением к общему стандарту. И как выяснилось, дела у кластера шли не очень. Слишком разноплановой, неоднородной, а у ментоинтерфейса ещё и неструктурированной была хранящаяся в них информация.

С Искателем вообще складывалось такое впечатление, что к нему в базу слили всё подряд, лишь бы чем-то забить его память. Как оказалось, данные, хранящиеся в его базе знаний, даже не были хоть каким-то образом проиндексированы и оптимизированы для возможного дальнейшего поиска. Именно это значительно снизило скорость проведения работ и отодвинуло их окончание на несколько дней, а возможно, и на ещё больший срок.

Меня заинтересовала эта проблема. Желание поспать сдуло как ветром, и я задумался над тем, а есть ли возможность хоть как-то помочь в этом кластеру. Хотя как можно помочь специально созданному для выполнения именно такой работы ментально-виртуальному компьютеру, я не понимал. Любую подобную операцию кластер выполнял в разы быстрее ментоинтерфейса, не говоря уже обо мне. Но я чувствовал, что упустил что-то, лежащее прямо на поверхности, что-то такое, во что не раз уже тыкался носом.

И тут до меня дошло. Кластер. Я же не просто так назвал этот непонятный виртуальный компьютер именно так. Сделал я это только после того, как он смог оптимизировать свою работу за счёт подключения к своей структуре модулей, позаимствованных из хоть и не полностью рабочего, но аналогичного конструкта, ментально-виртуального компьютера.

«Вот оно, – понял я, – нужно развить эту мысль. Возможно, у нас получится как-то дополнительно повысить вычислительную мощь и производительность этого виртуального агрегата. – Поняв это, я задумался над ещё одним вопросом: – А можно ли нечто подобное проделать и с ментоинтерфейсом? Ведь, по сути, тот, так же как и кластер, некий ментальный модуль, просто очень навороченный и построенный по совершенно иному принципу».

И коль эти мысли родились в моей голове и их дальнейшее развитие могло принести достаточно большую пользу мне как сейчас, так и в будущем, то я временно приостановил работу кластера и ментоинтерфейса над слиянием баз и озадачил их таким вопросом:

«Кластер, Искатель, возможно ли проведение оптимизации вашей структуры или используемого для общего управления и функционирования конструкта и других составных ментомодулей с целью повышения вашей текущей производительности?»

И с интересом стал ожидать их ответа.

Похоже, я удивил своим вопросом даже их виртуальные мозги, или идея самосовершенствования изначально по какой-то причине не была вложена в них.

Первым пришёл в себя Искатель и отчитался, подтвердив мою мысль об искусственно наложенном на эту опцию в его работе запрете.

«Функция оптимизации работы и повышения производительности самого ментоинтерфейса как отдельно взятого модуля отсутствует. Есть только функция оптимизации работы ментоинтерфейса под конкретно взятого оператора».

«Да, это немного не то», – понял я.

В этом случае улучшалось взаимодействие Искателя и оператора, то есть меня, а не самостоятельное повышение производительности его работы как отдельного модуля. Что, по сути, выполнял кластер с обычными плетениями. Хотя, конечно, и та функция, что присутствовала в Искателе, косвенно, но должна была влиять на его работу в сторону повышения его производительности.

И тут я обратил внимание на ту ассоциативную цепочку понятий, что сформировалась в моей голове: Искатель – ментоинтерфейс – ментоструктура – плетение – конструкт – кластер – оптимизация конструктов – оптимизация плетений – оптимизация ментоструктур – оптимизация ментоинтерфейса – оптимизация Искателя.

Получается, есть шанс, что работу по оптимизации и повышению производительности ментоинтерфейса может выполнить кластер. Главное, ментоинтерфейсу каким-то образом создать свою собственную виртуальную модель.

«Интересно, ты сможешь это выполнить и воссоздать её?» – поинтересовался я у него.

«Да, – сразу ответил тот и добавил: – В базе знаний присутствует ментоструктура стандартного ментоинтерфейса моего класса, это обязательная резервная копия, которая создана на случай восстановления или разрушения основной структуры».

«Понятно, тогда сделаем так: ты сейчас создаёшь копию и виртуальную модель своей текущей ментоструктуры. Потом мы сравним её со стандартной, той, что хранится в твоей базе знаний. Что-то есть у меня подозрения, что там будут значительные различия. И когда это всё будет проделано, кластер поработает уже с созданной тобой моделью. И если у него что-то получится, он предложит нам свои варианты».

«Приступаю к выполнению первого этапа работ», – отрапортовал Искатель.

Не знаю, показалось мне или нет, но мне послышались в его мысленном отклике какие-то слабые отголоски радости, ожидания и предвкушения.

«Что-то странное со мной происходит, – решил я и задумался. – Ну какие могут быть эмоции у компьютера, хоть и ментального?»

От этих мыслей меня отвлёк кластер, как раз в этот момент подготовивший отчёт по своей возможной оптимизации и модернизации. Он был несколько более радужным и перспективным, чем у Искателя.

«Общая текущая производительность всей системы составляет сто шестьдесят три процента от стандартного значения расчётной величины производительности эталонной системы. Этот показатель в индивидуальном порядке для текущей реализации можно увеличить до трёхсот восьмидесяти семи процентов от стандартного значения производственной мощности».

И кластер перечислил те изменения, которые необходимо внести в его структуру для оптимизации его работы и общего повышения производительности.

Первым делом необходимо нарастить мощность его основного вычислительного конструкта за счёт его максимального дублирования. В текущей реализации кластер мог поддерживать распараллеленную работу ещё трёх аналогичных структур. Это сразу повышало его общую производительность на сто пятьдесят процентов от его текущего параметра. Ещё тридцать семь процентов добиралось оптимизацией и внедрением некоторых вспомогательных конструктов, выполняющих дополнительные функции и разгружающих основные вычислительные ресурсы кластера. Ну и оставшиеся тридцать два процента были получены за счёт общей синхронизации работы всех составляющих основу кластера конструктов, структур и модулей, а также в результате внесения изменений в работу управляющего контура кластера, подогнанного именно под его текущую реализацию.

После подготовительного плана работ кластер составил график внесения изменений и подготовил все необходимые структуры и конструкты.

Тем временем ментоинтерфейс создал его текущую виртуально-ментальную модель. Сам кластер уже после этого внёс в неё все необходимые изменения. И только сделав на всякий случай его резервную копию, которую мы с ментоинтерфейсом смогли бы развернуть в случае нашей неудачи, я приступил к слиянию менто-информационного поля кластера и его виртуальной модели, созданной Искателем.

С кластером работал очень аккуратно, на время проведения нашей операции его пришлось временно деактивировать, и поэтому контроль совмещения узловых точек плетения перешёл ко мне и Искателю. Но мы не могли так точно и с такой невероятной детализаций и масштабированием позиционировать их, как это делал наш компьютер. Однако, провозившись немного дольше, чем хотелось бы, мы полностью совместили виртуальную модель менто-информационного поля кластера и его реальный прототип. И буквально через несколько секунд он ожил. Самодиагностику он провёл буквально за несколько мгновений. Даже физически ощущалось ускорение в его работе. В этот раз я даже отреагировать не успел, как он после момента активации сразу выдал отчёт о своём текущем состоянии:

«Общая эффективность работы и производительность конструкта увеличена на двести девяносто три процента от стандартного расчётного параметра. Расчётная мощность увеличена в три целых девяносто три сотых раза за счёт внедрения дополнительных вычислительных конструктов и дополнительного вероятностно-аналитического модуля. Скорость обработки и выполнения операций увеличена на двести восемь процентов. Эффективность управляющего контура повышена на сто девяносто три процента. Эффективность работы периферийных модулей увеличена на двести шестьдесят семь процентов. Стабильность работы кластера превышает стандартную за счёт внедрения дополнительных стабилизирующих работу конструкта модулей и оптимизации работы управляющего контура и составляет сто тридцать семь процентов от стандартного значения. Расширение интерфейсного модуля – сто шестьдесят девять процентов. – Закончив с перечнем результатов проведённых изменений, кластер выдал: – Готовность к продолжению прерванных работ сто процентов. Текущее время завершения синхронизации и слияния баз знаний составляет сто сорок шесть часов».

«Хм, теперь он даже точно определился со временем, когда закончится слияние баз, хотя до этого он выдал лишь приблизительное время», – заметил я.

И тот результат, что он мне выдал сейчас, был для меня гораздо более интересен, так как на эту операцию кластеру требовалось гораздо меньше времени, чем было названо даже в первый раз.

«Удачно получилось, – подумал я, – но это было немного не то, что я хотел услышать от своего компьютера. Ведь он же кластер, так почему он не работает подобным образом, и это нужно выяснить».

Стабильность работы кластера много выше обычного компьютера, да и выполнение операций в его исполнении должно быть несколько быстрее, чем при работе обычного компьютера. И поэтому я спросил:

«Есть ли у тебя возможность объединения нескольких подобных тебе структур в единое вычислительное пространство, систему, сеть?»

Кластер задумался на долгий срок. Видимо, шерстил доступную ему базу знаний.

«Такая возможность существует», – через некоторое время сообщил компьютер, похоже только сейчас расценив все преимущества подобной многокомпонентной системы.

Или же просто нашёл её описание в своей базе знаний.

Что странно, такого варианта, когда я его спрашивал об оптимизации и повышении производительности, он не рассматривал и не предлагал. Похоже, и кластеру частично закрыли доступ к некоторым его функциональным возможностям.

«Интересно, зачем это сделано?»

«Конструкт на текущий момент собран в максимальной своей реализации, – между тем продолжил докладывать мой виртуальный компьютер. – Дальнейшее наращивание индивидуальной мощности и производительности отдельного компонента только ухудшит стабильность его работы и может привести к необратимым разрушениям в системе. И как следствие это напрямую может повлиять на жизнедеятельность пользователя из-за плотного и постоянного взаимодействия и глубокой интеграции конструкта в структурную модель пользователя».

«Да, я понял, дальнейшая твоя оптимизация и повышение производительности только сделают хуже мне. Но мне интересно немного не это. Нас сейчас интересует объединение нескольких подобных тебе конструктов-компьютеров в единую систему. Она, кстати, кластером называется», – сообщил я ему.

«Именно определение такой технологии с аналогичным названием найдено в базе знаний».

«Ничего себе, – поразился я. – Совпадение названий нетипичных для обычной повседневной жизни – это что-то новенькое».

Компьютер же, оказывается всё ещё и бывший просто обычным вычислительным ресурсом, продолжил докладывать о том, что он выяснил по созданию объединённой системы, которая и являлась в его понимании и по определению его создателей истинным кластером.

«Найдена подробная информация о конфигурировании и создании подобных систем. Однако все расчёты приведены для вычислительного конструкта стандартной конфигурации. Проведя предварительные вычисления, получено следующее соотнесение. В связи с возросшей мощностью и производительностью вычислительно-аналитического конструкта количество сегментов, собранных в единую систему, уменьшилось из-за многократного повышения нагрузки на интерфейсную шину».

«Похоже, это из той же оперы, что лучшее – враг хорошего», – усмехнулся я и вернулся к отчёту кластера.

«В связи с этим можно рассмотреть два варианта реализации данной системы.

Первый. Построение кластера на основе смешанной технологии, головным выбрать уже реализованный аналитико-вычислительный конструкт, и к его интерфейсной шине подключить шестнадцать конструктов стандартной реализации. Общая производительность составит тысяча девятьсот девяносто три процента. Преимущества: простота реализации. Остаётся небольшой запас по использованию основной интерфейсной шины. Недостатки: технических нет. Пояснение: нет ограничений по использованию вторичных сегментов. Возможно единовременное максимальное ускорение выполнения вычислительных операций, расчётов и отработки аналитических функций конструкта в девятнадцать целых девяносто три сотых раза.

Второй. Построение кластера на основе текущей версии аналитико-вычислительного конструкта. В этом случае к его интерфейсной шине возможно провести подключение четырёх аналогичных модулей. Ограничение подключений вызвано повышением нагрузки на индивидуальный интерфейс, а не общее количество сегментов в системе. Общая производительность составит тысяча девятьсот шестьдесят пять процентов. Преимущества: большая надёжность реализации за счёт использования в качестве сегментов объединённой системы оптимизированной версии вычислительного конструкта. Остаётся большой запас по использованию основной интерфейсной шины. Недостатки: небольшое снижение общей производительности (некритично), усложнение реализации за счёт использования нестандартных интерфейсов подключения (изменены в ходе проведённой ранее оптимизации конструкта). Пояснение: нет ограничений по использованию вторичных сегментов. Возможно единовременное максимальное ускорение выполнения вычислительных операций, расчётов и отработки аналитических функций конструкта в девятнадцать целых шестьдесят пять сотых раза».

«Смотри-ка, вроде как и мощная производительность, а суммарная мощность немного снизилась, но тут и неудивительно с учётом того, что в первоначальном варианте используется такое громадное количество ведомых систем».

Я задумался над тем, что сообщил мне кластер. Вроде во втором варианте он упомянул о том, что там ещё остался достаточный запас подключений на интерфейсную шину.

«Интересно, а можно ли к ней подключить ещё и те стандартные системы и сколько?»

Этот вопрос я и озвучил компьютеру.

«Подключение в этом случае очень сильно перегрузит общую интерфейсную шину. Будет затруднена или практически невозможна балансировка нагрузки на кластерную систему. Значительно снизится стабильность работы кластера. Вплоть до отключения отдельных его сегментов во время резкого увеличения нагрузки или переключения задач между сегментами кластера».

«Понятно. Кластер нестабилен. Его узлы отваливаются при любой нелинейной нагрузке или переключении задач. Это очень плохо».

Однако что-то подобное было и в моём мире. И там такие системы были реализованы на основе небольшого управляющего компонента, который и контролировал общую работу кластера. И как результат мы получаем равномерное распределение общей нагрузки, балансировки и задач между нодами, узлами или сегментами кластера.

Пересказав это виртуальному компьютеру (как длинно, будет если не кластером, то просто Виртом), я стал ждать очередного его ответа, пока он сам ищет его в недрах своей объёмной базы знаний.

В этот раз поиск был действительно долгим, я даже успел немного задремать. Зато в итоге Вирт нашёл на него ответ:

«Подобная схема рассматривалась при построении очень сложных кластерных систем большого объёма. Для частной реализации эта технология была закрыта. Но так как теперь у нас есть полный доступ к базе знаний, мы можем получить эти данные».

«И?..» – в нетерпении спросил я.

«Третий, ранее неучтённый вариант, – начал отчитываться Вирт, – гибридная реализация. Управляющая система, в работе кластера не участвует, рекомендуется собрать её на основе двух стандартных сегментов для общего снижения нагрузки на интерфейсную шину, повышения её производительности и отказоустойчивости. Далее реализация по второму варианту, подключение к общему кластеру пяти сегментов, построенных по текущей конфигурации аналитико-вычислительного конструкта. Оставшиеся десять подключений использовать для внедрения в систему конструктов стандартного типа. Общая производительность конструкта третьего варианта реализации составит две тысячи девятьсот шестьдесят пять процентов. Преимущества: значительное повышение общей производительности, надёжность реализации за счёт внесения управляющего мини-кластера. Все ещё остаётся небольшой запас по использованию основной интерфейсной шины. Недостатки: сложность реализации из-за переконфигурации текущей реализации и внедрения управляющей системы. Пояснение: нет ограничений по использованию вторичных сегментов. Возможно единовременное максимальное ускорение выполнения вычислительных операций, расчётов и отработки аналитических функций конструкта в двадцать девять целых шестьдесят пять сотых раза».

«Ничего себе! – поразился я. – Впечатляющий результат! – И уже хотел дать кластеру команду на начало реализации этого плана, когда подумал ещё кое о чём. – А насколько велик остаётся запас по интерфейсной шине?» – спросил я.

«Запас дополнительных подключений на интерфейсную шину исчерпан, но имеется семидесятипроцентный запас по наращиванию индивидуальной мощности по стандартным подключениям».

«Так это получается, что мы можем вместо тех десяти стандартных конструктов прикрутить к кластеру твою предыдущую версию вычислительного конструкта?» – уточнил я.

Кластер, даже ни на мгновение не задумавшись, ответил:

«Да, запас производительности интерфейсной шины превышает производительность предыдущей версии вычислительного конструкта на семь процентов».

«Так поменяй в реализации кластера все стандартные конструкты на свою предыдущую версию».

«Выполнено, – сообщил Вирт и выдал новый отчёт, сгенерированный уже после внесённых изменений: – Четвёртый модернизированный вариант. Полностью гибридная реализация. Управляющая система, в работе кластера не участвует, рекомендуется собрать её на основе двух преобразованных сегментов первой версии аналитико-вычислительного конструкта. Дополнительной нагрузки на интерфейсную шину не будет, реализация выполнена в пределах текущего запаса по производительности шины. Повышение её производительности и отказоустойчивости. Далее реализация по второму варианту, подключение к общему кластеру пяти сегментов, построенных по текущей (второй) конфигурации аналитико-вычислительного конструкта. Оставшиеся десять подключений использовать для внедрения в систему конструктов предыдущего типа построения (первая версия). Итог: общая производительность составит три тысячи пятьсот девяносто пять процентов. Преимущества: значительное повышение общей производительности, надёжность реализации за счёт внесения управляющего мини-кластера. Недостатки: наибольшая сложность реализации за счёт пере конфигурации текущей реализации и внедрения управляющей системы. Пояснение: нет ограничений по использованию вторичных сегментов. Возможно единовременное максимальное ускорение выполнения вычислительных операций, расчётов и отработки аналитических функций конструкта в тридцать пять целых девяносто пять сотых раза».

«Похоже, это тот максимум, который мы сможем выжать из его текущей конфигурации, – понял я и задал своевременный вопрос кластеру: – Сколько времени тебе потребуется на подготовку?»

«Два часа, – быстро сообщил он и отчитался: – Подготовка всех необходимых конструктов, объединение их в единую систему, настройка управляющего кластера. Общая синхронизация».

Ну а дальше, как я понимаю, моя работа. Мне нужно будет заместить его менто-информационное поле тем, что он сейчас создаст.

«Приступай», – скомандовал я.

Потом посмотрел на своих товарищей, которые всё ещё бились над телепортационным камнем, и решил, что незачем мне эти два часа просто так сидеть, нужно всё же отдохнуть перед будущими свершениями. Поэтому я попросил Искателя усыпить меня и разбудить через два часа.

Время пролетело незаметно. Я даже не понял, что спал. Однако тело отдохнуло и набралось сил и бодрости.

«Ну как там у нас дела?» – спросил я, обращаясь, по сути, ко всем, кто тут был и мог меня услышать.

«Ментомодель подготовлена, – отрапортовал Искатель, сообщая о том, что сделал виртуальную копию самого себя. – Проведено её сравнение со стандартной реализацией ментоинтерфейса. Текущий ментоинтерфейс не относится к ментоинтерфейсу класса „Искатель-1”, – сообщил он вполне очевидную для меня вещь. – Несовпадение структур превышает сорок два процента. Это совершенно разные системы».

«Что и требовалось доказать, – подумал я и спросил: – Копия сделана?»

«Да».

«Хорошо, теперь ждём того, что сможет сказать о ней кластер, ой, Вирт». – И я обратил внимание на его ответ.

Тут тоже всё было готово и ждало только моего активного участия. То есть провести замещение ментополей и влить толику ментоэнергии.

Ну и последним на мой вопрос ответил Мук:

«Всё ещё не можем разобраться с камнем. Мы выяснили, что камень активируется не доступным никому из нас типом магической энергии. Сейчас думаем над тем, что делать дальше».

«Смотри-ка, догадались. Молодцы! – Может, и придумают чего без моей помощи, не зря же тут собрались такие сильные маги, к тому же достаточно образованные и очень даже не глупые. Так что всё может быть. – Ладно, работайте, – мысленно похлопал я демона по плечу. – Не буду вам мешать».

«А ты и не мешаешь, – удивился тот. – Ты ведь спал». – И, похоже, вернулся к работе, отвечая на какой-то вопрос, заданный ему Лениавесом.

Оглядев нашу компанию, я не увидел Рыкуна. Понятно, этот пострел где-то гуляет. Так сказать, разведывает местность.

«Ну что ж, вернёмся к нашим собственным делам. – И я посмотрел на ментомодель, подготовленную Виртом и Искателем. – Н-да, – понял я, – ребята на славу постарались».

Ну, значит, всё сработает.

И я, лишь проверив, что всё необходимое кластером зарезервировано, приступил к созданию реального кластера, который подготовил Вирт.

Ментомодель. Наложение на неё подготовленной копии. Аккуратная подача ментоэнергии. И – слияние.

Всё. Я свою работу выполнил. Я же говорил, что без меня они не справятся. И теперь ждал, пока кластер активируется.

Прошла минута, вторая, третья, а кластер всё не проявлял никакой активности.

Неожиданно у меня перед глазами возникает надпись:

«Восстановление настроек.

Загрузка последней активной операции.

Загрузка управляющей системы.

Активация системы».

И буквально через мгновение:

«Система активирована. Работоспособность сто процентов».

«Кластер, как ты?» – Звучит глупо, но мне интересно, что он ответит.

«Все системы в норме. Самодиагностика завешена.

Общая эффективность работы и производительность кластера составляет три тысячи пятьсот девяносто пять процентов от стандартного расчётного параметра. Расчётная мощность увеличена в тридцать пять целых девяносто пять сотых раза. Скорость обработки и выполнения операций увеличена в тридцать девять раз. Эффективность управляющего контура повышена на девятьсот три процента. Эффективность работы периферийных модулей увеличена на семьсот девять процентов. Стабильность работы кластера достигла максимального значения. Интерфейсная шина используется оптимально».

Всё очень красиво и впечатляюще, однако хотелось бы понять на практике, что же мы тут сотворили.

«Кластер, сколько потребуется времени на завершение слияния баз знаний и их дальнейшую обработку?» – спросил я у Вирта, чтобы определиться как с этим вопросом, так и с тем, насколько лучше стал работать кластер, так сказать, с сугубо практической точки зрения.

«Четыре часа», – ответил тот.

«Круто. – Сказать мне было больше нечего. – Приступай, – дал я ему новую команду на продолжение работ, – потом перейдёшь к вопросу оптимизации и увеличения производительной мощности ментоинтерфейса».

«Принято», – сообщил тот и переключился в фоновый режим.

А так как мне опять было нечего делать, а до полной зарядки камня ещё оставалось семнадцать с половиной часов, то я распорядился снова усыпить меня и разбудить, когда кластер что-то придумает насчёт структуры Искателя или будет готов к переходу телепортационный камень.

И опять уснул, как сурок.

Похоже, спал я часов пять.

«Конструкт симбиотического модуля пользователя оптимизирован», – сообщил мне Вирт, как только я пришёл в себя.

Перед моими глазами предстала многомерная структура не менее сложная, чем тот же кластер.

«В результате исследования структуры конструкты выявлены заблокированные к использованию сегменты. Их предназначение неизвестно, но во многом снижение общей производительности работы конструкта связано именно с этими заблокированными участками его структуры. Помимо восстановления работы заблокированных участков в виртуальную модель внесены дополнительные изменения, повышающие скорость общей обработки информации, передачи энергии или поступления сигналов из внешних источников, а также перестроены некоторые участки, значительно влияющие на работу системы в целом. Помимо этого проведена общая синхронизация разнородных модулей, влияющих на общую работу конструкта. Устранена незначительная утечка ментоэнергии через открытые каналы энергии».

По мере пояснения внесённые изменения подсвечивались на созданной модели менто-информационного поля Искателя. И хоть эти изменения или дополнения были не особо большими и значимыми, но их оказалось достаточно много. Было видно, что Вирт проделал огромную работу при разборе и исследовании структуры ментоинтерфейса.

Мне стало интересно, что это за заблокированные участки, о которых говорил кластер. Кстати, все они и были теми отличиями, что обнаружил Искатель при сравнении своей структуры со стандартным ментомодулем аналогичного ментоинтерфейса класса «Искатель-1». И в этот раз я решил, что дело не стоит откладывать в долгий ящик. А потому проверив, что всё готово и все копии на случай коллапса и неудачного эксперимента созданы, я по уже проверенной схеме начал совмещение ментоструктур и провёл их наложение друг на друга. Затем влил ментоэнергию для их будущего слияния.

И буквально в следующее мгновение отключился.

Сколько я пробыл без сознания, сказать не могу. Чувство времени отключилось напрочь. И ещё меня не покидало странное ощущение, что чего-то не хватает.

Наконец я обратил внимание, что не вижу окна ментоинтерфейса.

Но вот то, что вся наша компания, когда я открыл глаза, собралась вокруг меня, включая Рыкуна, который сидел прямо у меня на груди, и с огромным беспокойством смотрела на моё лежащее тут тело, говорило о многом.

– Что произошло? – спросил я у Лениавеса.

– Это мы хотели спросить у тебя, – ответил он.

– Я сидел, а потом вроде как уснул, – сказал я. – Ну, мне так кажется.

– Странно, – прокомментировал мои слова корнол. – Представь, что видим мы. Сидим мы, занимаемся своим делом, как мимо нас проносится верещащий и пищащий комок шерсти и прыгает тебе на грудь. Кусает за нос. А потом, свернувшись калачиком у тебя на груди, горестно начинает скулить. Мы все, естественно, сначала оторопели от такой картины, но быстро подбегаем к тебе, и что же видим? А видим мы практически хладный труп хумана, ауры нет, сам не дышит, в теле еле теплится, непонятно как удерживаясь, последняя капля жизни. Мы попытались как-то повлиять на тебя, восстановить. Эрея вон практически весь свой запас магических сил истратила, вливая в тебя силу жизни. Но энергия уходила, будто в бездонную яму. Ничего тебе не помогало. Мы уже отчаялись, но тут Мук обратил внимание, что ты должен быть уже как несколько минут мёртв, а ты всё ещё балансируешь на этой тонкой нити между жизнью и смертью. И так как сделать больше мы уже ничего не могли, стали просто ждать. Ждали и не верили своим глазам. По всем законам магии ты должен был умереть пятнадцать часов назад. Но вот ты внезапно открываешь глаза и как ни в чём не бывало спрашиваешь у нас, в чём дело. И что нам прикажешь ответить? Так ты знаешь, что с тобой произошло? – ещё раз спросил у меня Лениавес. – И часто с тобой такое случается?

– Ну, было нечто подобное как-то пару раз, – вспомнил я те моменты, когда отключался, находясь ещё в Лесу, – но о причинах происходящего я сказать ничего не могу. Сам не знаю, с чем это связано.

«С теми изменениями, что в тебе произошли, – вдруг произнёс Мук и указал всем: – Вы разве не обратили внимание, что его аура немного увеличилась в объёме? – Он помолчал и стал рассказывать: – Я читал о таком. Подобное отключение сознания вызвано резким увеличением магического потенциала любого существа. Организм так защищается от перегрузок, а сознание от перенапряжения».

– Но он ведь практически не изменился, – приглядываясь ко мне, сказала Эрея, а Тея в подтверждение тряхнула своей густой копной шелковистых волнистых волос нереально тёмного, даже иссиня-чёрного цвета.

Я залюбовался ею, так прекрасна она была в этот момент.

«Какой иссиня-чёрный? – вдруг поразился я. – На ней же была личина, волосы должны быть, как у Эреи, светлыми, слегка серебристыми. Да и лицо её изменилось, – заметил наконец я и недоуменно огляделся вокруг. – Не понял, что произошло?»

Мир вокруг преобразился. Не было степи. Всё пространство от горизонта и до горизонта было сплошным океаном. Океаном энергий. Но я раньше не видел такого их количества и объёма.

Или изменился сам мир, во что мне верится очень слабо.

Или что-то настолько сильно изменилось во мне самом. Но почему я тогда так чётко вижу своих друзей? Кстати, Тею я вижу всё-таки без личины, в её ипостаси нереально красивой эльфарки.

«Так, стоп, – остановил я галоп мыслей, пронёсшихся в моей голове. – Раньше я уменьшал свою чувствительность, тем самым совмещая реальный мир с энергетическим. А сейчас я почему-то вижу только ту часть реального мира, которую хочу видеть».

Зацепившись за эту мысль, я прикрыл глаза и приказал себе вернуть всё на тот уровень, что был до последних моих манипуляций с Искателем.

Мгновение – и я опять вижу мир таким взглядом, к которому уже привык. Однако стоило мне пожелать, и пошли различные переключения. Сначала были те, которыми я мог пользоваться и раньше, но вот постепенно пошло что-то нереальное, чего раньше я наблюдать никак не мог. Переливы, реки, моря, океаны и целые миры вокруг. И всё это – энергия. Её оказалось такое множество, что я диву давался. Но почему я раньше не видел ничего подобного.

«Это магическая составляющая каждого мира, – неожиданно пришёл ответ непонятно от кого. – Это то, что скрыто за гранью реальности. Это то, откуда берут и черпают настоящую силу».

После этих слов я вдруг понял, что могу мгновенно пополнить свой внутренний накопитель, забив его полностью, лишь пожелав это сделать. Но понял и другое, то, что лучше этого не делать, поэтому я заполнил его лишь наполовину.

Ко мне пришло осознание того, что эти моря, реки и океаны, разлитые вокруг нас, – это и есть магическая основа вселенной, а то, чем пользуются местные маги, – это лишь крохи, просочившиеся в нашу жизнь, в нашу обыденную реальность.

«Вот они, неисчислимые запасы энергии», – дошло до меня.

И главное, я понял, что именно сквозь эту оборотную сторону мира я и смогу вернуться домой, если пожелаю. Теперь осталось понять, как это можно сделать.

А в следующее мгновение ожил Искатель.

«Работа всех ментомодулей в норме», – доложил он.

И всё внезапно вернулось на тот уровень восприятия, которым я оперировал ещё несколько часов назад. Но теперь я знал и другое. Я знал, что могу воспользоваться и оборотной стороной этой вселенной, только пожелай этого.

А ещё я чётко понял другое: «Пора в путь».

Резко встрепенувшись и вскочив, я стряхнул с себя налипшие пыль и мусор.

– Всё, я в норме, – сообщил я своим друзьям, вассалам и жёнам, что сейчас окружали меня. – Видимо, те изменения, о которых упомянул Мук, лишь для вас кажутся незначительными, а для моего организма это ого-го! – И я показал руками размер этих изменений, разведя их в стороны.

Те посмотрели на меня кто как, но явно пожалев больного и хворого.

А я задал главный интересующий меня вопрос:

– Как там у вас дела с камнем?

– Да никак, – обречённо махнул рукой Лениавес. – Как раз перед тем, как ты впал в этот свой странный сон, мы хотели попробовать одну подброшенную Теей идею, но тут промчался твой зверь и всполошил всех. Ну а дальше уже никакой речи о продолжении экспериментов не возникало. – И, повернувшись в сторону пентаграммы, добавил: – Так что коль ты пришёл в себя, то мы её и попробуем.

Не став затягивать, решив, что, возможно, потом не успею этого сделать, я быстро внедрил в камень один из найденных в базе простейших и незаметных преобразователей ментоэнергии с достаточно плохим КПД. Но зато он работал с любыми типами ментоэнергии, преобразовывая их в заранее запрограммированный выходной поток.

«Чёрт, я сам вытащил и нашёл это плетение, будто всегда знал его», – запоздало поразили меня проделанные действия.

Ничего себе интеграция и ускорение работы, будто из собственной памяти извлёк, такого раньше точно не было, и непонятно, какие из последних изменений послужили тому причиной! Но эффект мне понравился.

Потом я внедрил в камень плетение и параллельно запрограммировал ментомодуль на преобразование любого входящего типа ментоэнергии в стихийную энергию земли. Получилась стабильная энергия шестого уровня градации.

«Блин, а это откуда? – И сам же себе ответил: – Да всё оттуда же».

Я незаметно активировал это плетение. Всё, теперь ждём продолжения.

В этот раз эксперимент должна была проделывать Тея, как автор, выдвинувший идею.

Не знаю, что она там делала, но я заметил, как девушка направила в камень небольшой объём ментальной энергии. И неожиданно для всех, ну, кроме меня, камень начал активацию.

– Сработало! – обрадованно закричала Тея и начала отплясывать какой-то необычный, но невероятно завораживающий танец.

– Неожиданно, – пробормотал Лениавес и почему-то покосился в мою сторону.

А я и сам был удивлён, к тому же как-то не представлялось мне возможности видеть прыгающих и скачущих демониц.

«Видимо, действительно намучались с ним, – подумал я о телепортационном камне, – вон как все радуются».

Тея почему-то сейчас предстала для меня в своей явно самой опасной ипостаси. А их, похоже, всего три: эльфарка, обычная демоница и та, что я вижу сейчас. Интересно, она сама-то знает, что преобразилась, или не понимает этого? Хорошо, от остальных её скрывает личина, но всё-таки нужно предупредить девушку.

– Тея, – прошептал я, при этом почему-то был полностью уверен, что она сейчас услышит каждое моё слово, – симпатичный хвостик. – И замолк, глядя на неё.

Девушка остановилась и с непониманием посмотрела в мою сторону, а потом, вероятно, до неё дошёл смысл сказанных мной слов. Она испуганно осмотрелась вокруг, но остальные не заметили в ней никаких изменений. Слишком качественная на ней личина. Об этом я и прошептал:

– Твоя личина на месте, но неплохо бы тебе снова стать вполне обычной девушкой.

Она гордо вскинула подбородок и с ехидством и даже некоторым вызовом спросила:

– Что, не нравлюсь?

Я усмехнулся:

– Нет, не нравишься.

Она фыркнула и пробормотала что-то похожее на «тупой хуман».

Я же добавил:

– Я в тебя влюбился.

Она опешила:

– Ты нормальный?

– А где ты тут видишь нормальных? – И я обвёл руками всю нашу компанию. – Здесь только такие, как я. Но ты всё-таки давай перевоплощайся обратно, или как это у вас называется. Не знаю, как на это отреагируют остальные, да ты и сама, судя по твоей личине, не спешишь это афишировать.

– Хорошо, – просто кивнула она, и буквально через мгновение передо мной стоит опять прекрасная эльфарка. – Так лучше? – уточнила она с каким-то странным блеском в глазах.

– Не знаю, – честно ответил я ей, – ещё не определился.

Она лишь снова кивнула и отошла к Эрее, что-то прошептала ей на ухо. И обе посмотрели в мою сторону.

В этот момент ко мне подошёл обрадованный Лениавес.

– Ну что, – сказал он, – оба камня рабочие, и оба мы сможем активировать. Теперь можно выдвигаться. Что и как будем делать дальше?

Кивнув, что понял его, я подозвал всех:

– Поздравляю, нас ждут нейтральные миры. Идём двумя группами. Девушки и Лениавес – в первой. Я, Рыкун и Мук – во второй.

– Почему так? – удивился корнол.

– Ты единственный из нас, кто был в нейтральных мирах и поэтому сможешь позаботиться о них, – я мотнул головой в сторону наших красавиц, – не влипнув при этом ни в какую историю. Девочки самые главные наши сокровища, и мы доверяем их самому опытному из нас.

Тот кивнул на мои слова:

– Согласен.

– Хорошо, тогда вы забираете телепортационный камень. Его, как я понял, может активировать Тея. Всё верно?

– Да, – подтвердила девушка.

– И вот ещё что. – Я посмотрел на неё. – Тея, дай, пожалуйста, твою руку.

Та, ничего не подозревая, протягивает её мне, при этом Эрея хочет ей что-то сказать, но не успевает. Я вытаскиваю из сумки второй браслет защиты, такой же, как и у Эреи на руке, и одеваю его на запястье Теи.

– Всё, теперь я за вас спокоен. Это защитный браслет. Он генерирует силовой щит. Спроси у Эреи, она расскажет, как он работает и как им пользоваться. – И, стараясь не замечать возмущённого взгляда девушек – кстати, а Эрея-то чего возмущается? – поворачиваюсь к Лениавесу, который, наоборот, веселится от всей души. – Веселье закончено. Вот, возьми это на всякий случай. – И я протянул ему несколько бриллиантов, найденных в одном из мешков магических стражей. – Думаю, где обналичить эти камешки, ты знаешь гораздо лучше нас. Это на случай, если вам понадобятся деньги, например, если мы всё-таки попадем в разные миры и придётся добираться до какого-то определённого мира. Теперь нужно договориться о месте встречи. – И я посмотрел на корнола: – Слово за тобой.

Тот немного подумал и сказал:

– По времени нейтральных миров я там не был очень давно, но уверен, что центральные миры основных ветвей всё ещё процветают. Поэтому назначим две точки встречи: основную и резервную. Основная – это мир, где я прожил большую часть времени своего пребывания там, я о нём уже говорил. Это Проген. Обычно недалеко от портальной площадки есть информационное табло, я оставлю сообщение для вас о том, в какой гостинице мы остановились. Разыскать нас будет несложно. Это первый вариант. Вторым давайте назначим один из старейших миров тёмного сектора. Это Ролан. О том, где нас найти в нём, я вам сообщу точно так же. Пожалуй, всё. Единственное, я сомневаюсь, что тебя можно оставлять без пригляда. Но тут я точно ничего поделать не могу.

– Не беспокойся, ты же сам говорил, что это миры магов. А думаю, косо смотреть на мага с таким потенциалом, как у Мука, поостережётся каждый. Уверен, нам даже дорогу уступать будут, если я скромненько притулюсь за его широкой спиной. Они ведь не знают, что мы милые и тихие парни, которые и мухи не обидят, – усмехнулся я.

Однако моя шутка, похоже, не очень развеселила компанию.

– Посмотрел бы я на того идиота, кто захочет обидеть кого-то из отряда демонов-мух, – вполне серьёзно отреагировал корнол, а Тея лишь согласно кивнула.

Ну, вот и понятно, в чём дело, как я и подумал, мы говорим о совершенно разных вещах. Однако объяснять друзьям я ничего не стал. Не хотелось тратить на это время.

«Ну да ладно, такое и раньше не раз случалось», – махнул я рукой, а слышать от Мука или от кого-то ещё, что я странный, я привык.

– Хорошо, – подводя итог, сказал я, – с этим мы разобрались. Вы идёте первыми, и через пару минут идём мы.

– Тут есть небольшая загвоздка. Так как ты утверждаешь, что наши камни одинаковые, то они будут работать по одной схеме, а это значит, что между переходами нужен небольшой перерыв, минут десять.

– Да без проблем, – согласился я, а потом до меня дошло.

«Парадокс времени, как я мог о нём забыть?»

– Проблема есть, – подтвердил мои мысли и опасения корнол.

– Уже догадался, – сказал ему я, – это тут у нас десять минут, а в нейтральных мирах это семь часов. Ну, тогда действуем по твоему плану. Вы обмениваете камни на деньги, устраиваетесь в гостинице, и ты оставляешь для нас сообщение. Сообщение пиши Рыкуну от Лэта, так проще. Мы поймём, что это сообщение оставлено именно вами для нас.

– А почему писать Рыкуну? – удивился корнол.

– Ну, его-то об имени спрашивать никто не будет, и вряд ли кто догадается, что сообщение предназначено нам.

– А что за Лэт? – спросила Тея.

«Лениавес, Эрея, Тея. Это аббревиатура, составленная по первым буквам ваших имен», – сообщил ей Мук.

– Понятно, – кивнула девушка.

– Значит, с вами решили, – задумчиво пробормотал себе под нос я. Однако оглядев корнола и девушек, вспомнил ещё кое о чём: – Да, чуть не забыл! – Я полез в «инвентарь» за найденными кольчугами. – Надевайте, они вам должны быть впору. – И протянул мифриловые брони Тее и Эрее.

Девушки стали натягивать необычные, отдающие масляным блеском и растекающиеся по их стройным фигуркам кольчужные рубашки.

«Блин, так они привлекут к себе ещё больше внимания», – понял я.

Как-то мне в голову не пришло, что броня может настолько подчеркнуть женственность и красоту этих и так до безумия прекрасных девушек.

– Надевайте их под куртки, – исправил я свою ошибку.

Через пару минут девушки были полностью готовы выдвигаться в поход.

Посмотрев на корнола, я протянул ему кольцо невидимости.

– Ты единственный, кому оно действительно может пригодиться, – сказал ему я, после чего объяснил, что это за артефакт и как он активируется. И, посмотрев на Тею с Эреей, попросил: – Позаботься о них, друг, – и хлопнул его по плечу.

– Сделаю, – коротко ответил оборотень.

Ещё раз оглядев этих трёх ставших мне за столь короткое время очень дорогими существ, я сказал:

– В путь. И удачи вам, – и протянул Тее телепортационный камень.

Она немного покатала его по руке. А потом влила в него огромнейший объём ментоэнергии.

– Так я и знала, – тихо произнесла девушка.

Что она хотела этим сказать, я, если честно, не понял, но её какой-то подозрительный и мельком брошенный на меня взгляд наводил на определённые размышления.

– Я первый, вы за мной, – сообщил девушкам Лениавес и, не колеблясь, сделал длинный шаг в окно раскрывшегося портала.

Немного замешкавшись, вслед за ним шагнула Эрея. Последней шла Тея. Уже перед самым порталом девушка вдруг обернулась и сказала:

– Я ведь ничего не делала с камнем, но он почему-то заработал. Не знаешь почему?

Я лишь пожал плечами на её вопрос.

– Так я и думала, – проговорила она и ушла вслед за Лениавесом и Эреей.

Постояв с минуту и дождавшись закрытия портала, я повернулся к Муку:

– Ну что, ты готов к большому путешествию?

«Да», – кивнул он.

– Хорошо, тогда ждём немного и выступаем.

Десять минут пролетели неожиданно быстро, хотя в таких ситуациях всё, казалось бы, происходит наоборот. Но в этот раз ожидание будто подстёгивало время, заставив его сжаться до размера нескольких мгновений. Мне показалось, что я лишь один раз лениво прикрыл глаза, как Искатель сообщает мне, что десять минут прошло.

– Ну, вот и наша очередь, – говорю я. – Мук, ты первый, Рыкун, ты за ним и даже не спорь, – прервал я начавшего верещать зверька, – ты идёшь за ним. Я последний.

И, должным образом раскрыв артефакт Теи, повернул его необходимое количество раз в ту и другую сторону.

– Портал готов. – Я указал на небольшое вихревое окошко, возникшее перед нами. А затем скомандовал: – Мук, пошёл.

Как только пропал наш маленький демон, подтолкнул зверька:

– Теперь ты, Рыкун.

Когда Рыкун исчез в очередном завихрении, я, не забыв, как и хотел, забрал портальную арку, переместив её в «инвентарь», и сделал шаг к тому вихревому облаку, что создал телепортационный камень.

Осмотревшись на прощание перед тем, как покинуть эту гостеприимную, но безлюдную планету, я сказал ей:

«Спасибо за всё. Я помню своё обещание. – И скомандовал себе: – В путь», – а затем шагнул вперёд.

И уже на самой грани слышимости, находясь по ту сторону портала, я почувствовал отклик этой одинокой и жаждущей жизни планеты, маленькой частью которой стал и я сам:

«Я буду ждать».

Глава 6

Нейтральный мир Гранкат

Вышел, появился или вывалился я из созданного возвратным камнем портала в каком-то небольшом, но достаточно хорошо освещённом зале с тёмно-серым, отдающим металлом или чем-то на него похожим покрытием.

«Наномодифицированный композитный материал», – сообщил мне Искатель после того, как я обратил внимание на странный окрас стен этого помещения.

«Ничего себе», – удивился я выданному ментоинтерфейсом ответу. Как-то не вязался он с тем, что я мог подумать о реальности этих миров.

Но не успел я даже обдумать этой мысли или сделать хотя бы один шаг за границу круга, начертанного на полу, как Вирт завалил меня различными сообщениями:

«Обнаружена локальная сеть класса „Исследовательская станция”.

Обнаружена глобальная сеть класса „Галактика”.

Произвожу подключение. Получен запрос на авторизацию. Авторизация пройдена.

Уровни доступа. Локальная сеть: полный. Глобальная сеть: доступ ограничен. Ограничения вызваны типом передаваемых данных на уровне системных настроек доступа к глобальной сети.

Произвожу сканирование локальной сети. Обнаружено семь серверов. Сервер авторизации. Информационный сервер хранения и передачи данных. Сервер проведения торговых операций. Сервер контроля и управления станцией. Два научно-исследовательских сервера. Вспомогательный, резервный сервер.

В текущий момент задействованы четыре сервера. Сервер авторизации. Информационный сервер хранения и передачи данных. Сервер проведения торговых операций. Сервер контроля и управления станцией».

«Четыре из семи, и то те, что по идее должны работать в полностью автоматическом режиме, – почему-то подумал я, хотя это было вполне логичным выводом. – Значит, если три оставшихся никому не нужны, будут моими».

Но это так, нереальные планы на будущее. Конечно, имущество карман не тянет, но пока даже непонятно, как к ним подступиться и что с ними делать.

«Регистрирую наличие станционной копии базы знаний. Произвожу её копирование и синхронизацию с локальной базой пользователя.

Поступил запрос на регистрацию пользователя в местной и глобальной административных системах. Произвести регистрацию?»

«Так, стоп, – притормозил я развившего бурную деятельность Вирта. – Какая регистрация в административной системе? Что это такое?»

«Регистрация является стандартной процедурой и производится при первом посещении станции любого типа и назначения. После регистрации данные пользователя реплицируются по всем автономным объектам данного сектора, передаваясь также и на более высокий уровень административно-правового управления. Регистрация даёт пользователю право на свободное перемещение как по территории самой станции, так и по всем остальным объектам в секторе и за его пределами, не превышающем уровня его доступа. Эта процедура предоставляет полный доступ ко всем торгово-информационным серверам всех станций, даже тех, куда доступ пользователя ограничен. Помимо этого в данный перечень услуг входит неограниченное пользование объединённой торговой площадкой. Подключение к системе управления и контроля локального и глобального уровней ограничивается уровнем доступа пользователя. При регистрации пользователя определяется его уровень доступа в соответствии с постановлением совета Объединённого содружества миров и планет. Текущий уровень доступа пользователя в соответствии с директивой Военного совета о введении военного положения в секторе является максимальным. Пользователю выданы административные права на контроль и выполнение текущих операций и заданий на изменение политики безопасности станции. Текущий уровень доступа также позволяет проводить регистрацию новых пользователей и осуществлять управление уровнем доступа уже зарегистрированных учётных данных. – И, посчитав, что объяснений достаточно, Вирт вновь повторил свой вопрос: – Произвести регистрацию пользователя?»

«Постой», – ещё раз притормозил я этого торопыгу.

Если мне не изменяет память, да и обычное благоразумие, осторожность, паранойя и логика, все подобные операции должны каким-то образом контролироваться и обязательно должен вестись некий системный лог изменений. Об этом я и спросил у кластера.

«Такая опция присутствует, – сообщил он. – Аудит работы системы безопасности станции, к которой и относится функция аутентификации и регистрации новых пользователей, включён. В системе не предусмотрена возможность отключения данной опции».

«Ну вот, тихо и незаметно влезть в работу станции не сможет никто, – подумал я. – Интересно, а как часто просматривают этот лог местные администраторы? Ведь кто-то же должен регистрировать тут новых пользователей?»

Ответ Вирта меня несколько удивил.

«Последний раз лог просматривался полтора миллиона лет назад», – огорошил меня он.

Ничего себе. Даже по времени обычных миров это было очень давно, где-то тридцать пять тысяч лет.

«Обалдеть! – поразился я. – Кто же создавал все эти системы?»

И решил, коль уже примерно полтора миллиона лет туда никто особо не заглядывает, то и сейчас проверять вряд ли будет. Потому дал команду Вирту на регистрацию всего нашего отряда на административном ресурсе этой станции и дальнейшее распространение этих данных по остальным нейтральным мирам.

«На одну проблему меньше, – порадовался я и усмехнулся. – Будем чувствовать себя здесь как дома».

А затем подумал, что тут, на станции, должно быть много интересного и любопытного, а я всё ещё, как болван, торчу на одном месте. Кстати, как я понимаю, именно её Лениавес называл миром.

На самом деле, видимо, когда корнол говорил о нейтральных мирах, то я почему-то думал о них именно как о каких-то отдельных мирах-планетах. Скорее всего, нечто подобное тут есть наверняка. Однако это не наш случай.

Только оказавшись здесь и проанализировав то, что мне сообщил кластер, я сделал вывод, что это не какой-то созданный природой или творцом этой вселенной мир. Нет, все эти нейтральные миры, о которых упоминал Лениавес, как мне кажется, больше похожи на какие-то искусственные объекты, созданные когда-то давно неизвестной разумной расой или расами. Возможно, это небольшие космические станции, доки, к примеру, военные, исследовательские, научные, спасательные или пересадочные, не знаю, какие они могли там быть. Или есть ещё вариант, что это могут быть очень большие корабли или что-то аналогичное, похожее на них. В кино и книгах показывалось и описывалось множество таких космических сооружений, на которых сотнями тысяч проживали различные жители.

Вот и то место, где я оказался сейчас, было некогда «Исследовательской станцией».

И, посмотрев вокруг, я заметил про себя:

«Не очень это похоже на то Средневековье, которое описывал корнол. Хотя тут с последнего посещения Лениавеса уже прошла такая уйма лет, что и нанокомпозитам можно не удивляться. Но вообще-то это всё равно странно. Почему Лениавес ни разу не упомянул, что и развитие технологий и общества здесь шагнуло далеко вперёд? Ведь даже тогда, когда здесь должен был быть он, этого нельзя было не заметить. А он говорил лишь о том, что здесь значительно вперёд шагнула только магия по сравнению с его миром. И то, как я понимаю, разница всё равно была не слишком значительной, коли в его мире были маги много сильнее Лениавеса. Как-то не вяжется это даже с тем, что первым делом бросается в глаза».

Эта мысль немного отвлекла меня, и я чуть не врезался в странно одетого господина, материализовавшегося буквально в нескольких десятках сантиметров от меня.

«А я думал о шагнувшем далеко вперёд прогрессе», – провожая его глазами, усмехнулся я.

И было от чего задуматься. Под верхней одеждой он был облачён во вполне приличные доспехи. К тому же он был вооружён мечом, кинжалом и ещё чем-то странным, находящимся в чехле у него за спиной, но это наверняка также было оружием, такая угроза и тёмная пламенная аура стихии огня исходила от этого предмета.

«Артефакт, – определил я, – какой-то артефакт стихии огня».

«Ментоструктура (конструкт, плетение) седьмого уровня. Свойства: генерация плазмы и левитация её со сверхзвуковой скоростью по направлению генерирующего модуля. Скорость генерации: выстрел в минуту. Дальность выстрела: три километра. Восполнение ментоэнергии: через встроенный накопитель. Объём накопителя: пять тысяч энеронов. Количество выстрелов с одного заряда: семь».

«Ну, вот и первые огнестрелы, только полностью магические», – понял я. Так что увиденное хоть как-то вязалось с тем, что рассказывал нам об этих мирах Лениавес.

Но не успел я додумать это своё предположение, как появился ещё один путешественник, по виду простой человек, ну или хуман, в совершенно обычном костюме, похожем на рабочий комбинезон.

Действительно, мир контрастов, слишком уж разнился внешний вид этих двоих встреченных мной разумных.

Посмотрев на этих появившихся почти сразу за мной в центре портального круга существ, я решил, что не буду рисковать и топтаться посреди портальной площадки, и отошёл в сторону, оглядывая зал в поисках своих друзей.

«Опасно здесь просто так разгуливать», – пришла ко мне немного запоздалая мысль.

«Баг, мы здесь», – в этот момент позвал меня стоявший у дальней стены Мук. Его было практически не видно на тёмном фоне.

Я пошёл по направлению к нему и только сейчас заметил своего маленького друга, ринувшегося ко мне прямо сквозь небольшую группу существ явно демонического происхождения, двигавшихся мне навстречу. Мук же дожидался меня на месте. К тому моменту, когда я пробрался к демону, радостно проверещавший зверёк уже забрался мне на плечо и обустроился там.

«Рыкуну не понравилось», – сообщил он мне, явно намекая на опыт телепортации.

«Надеюсь, больше и не потребуется, – приободрил я его. – Ты теперь будешь старшим стражем девушек», – добавил я.

Правда, я не сказал ему, что он будет и единственным их охранником, по крайней мере пока.

«Я смогу», – гордо ответил мне он.

«Хорошо, уверен в тебе», – похвалил я его и повернулся к демону.

– Пошли поищем это информационное табло, – сказал я, – глянем, что оставил для нас там Лениавес.

«Нужно только понять, как оно выглядит», – ответил тот.

– Разберёмся, стоя здесь, в зале, мы уж точно ничего никогда не узнаем, так что двинули.

И мы стали пробираться к выходу из этого небольшого помещения, на полу которого было нанесено восемь комплектов колец, по три штуки в каждом, в центральном из которых, как я уже понял, появлялся прибывающий.

Покинув зал, мы увидели, что он, оказывается, соединялся с ещё одним, но несколько большего размера, и тут уже было гораздо больше существ. К тому же из него вело несколько дверей в соседние залы, такие же, как и тот, из которого мы только что вышли. Заглянув в одну из дверей, я заметил несколько активированных портальных арок.

«Видимо, это и есть те порталы, о которых так много рассказывал корнол. Одни внутренние. – Их я почему-то выделил сразу, они были оформлены в виде больших дверей, вырезанных прямо в стене помещения. И сквозь них, прикладывая руку или какую-то непонятную пластинку, довольно часто проходили всевозможные разумные, некоторые, даже не покидая зала, выходили из одной арки и сразу же проходили в другую. Многие несли различные тюки или вели с собой животных, возможно, даже верховых. – Другие же – это порталы, которые явно ведут на планеты». Они все во многом походили на те две арки, что находились в моём рюкзаке. Так что с ними тоже особых проблем с узнаванием не возникло.

Методом исключения третий тип помещений был идентифицирован мной как приёмные залы для возвратных и телепортационных камней. Тем более я и сам появился в одном из таких и знал, как они выглядят.

Поняв, что место, куда вышли, – это какой-то зал ожидания или нечто на него похожее, я осмотрелся.

Да, действительно, кого здесь только не было! Хуманы и демоны были превалирующим большинством, несколько оборотней, эльфары и кто-то похожий на них, несколько существ из явно светлых планов, наверное, ангелы или кто там у них ещё есть. Были и какие-то невысокие, сутуловатые, но, судя по всему, до жути сильные создания, тащившие огромные баулы. Бороды у них отсутствовали, но я почему-то решил, что это гномы. Наличествовали и какие-то сероватые гиганты, в дальнем углу стояла пара существ, похожих на больших насекомых, мимо меня проскользнул кто-то, напоминающий варана, идущего на задних лапах. В общем, рас тут можно было насчитать предостаточно.

Искатель сразу постарался занести их всех в нашу базу знаний, классифицируя и идентифицируя их, а также их физический потенциал и магические способности.

Вон маги, это тоже маги, это несколько простых разумных. Дальше парочка воинов. Какие-то торговцы. Группа гномов. Это несколько демонов. За ними два светляка, ангелы они там или кто. Кто-то непонятный, по предположению Искателя, какая-то форма разумного дерева. Что это или кто, я не разобрал. Тот – прямоходящий ящер. Посмотрев на него, я заметил ещё одного, следовавшего за ним. Какой-то мелкий хлипковатый демон.

«О, этот тип явно маскируется, следя за вараном», – комментировал я про себя увиденное.

«Но не с целью убить, – стал утверждать ментоинтерфейс, проанализировав его ауру, – ему всего лишь что-то от него нужно».

Ещё раз посмотрев на него, до меня дошло:

«Так это всего лишь мелкий воришка!» – И я постарался глазами указать на него как раз проходящему мимо меня варану.

Тот посмотрел на меня в ответ и странно приоткрыл свою пасть, слегка кивнув мне.

«Никогда бы не подумал, что этот хищный оскал у кого-то может называться улыбкой, но для него это похоже так и есть, – догадался я. Посмотрев вслед этой парочке, я подумал: – Бедный демонёнок, – от этой мысли мой рот сам расплылся в ехидной усмешке, – даже не догадывается, что варан превратился из жертвы в охотника и теперь просто играет с ним. Видимо, скучает дядька, вот и решил немного порезвиться и размять косточки». Этот вывод напрашивался сам собой, когда я смотрел, как этот непонятный рептилойд, лавируя между небольшими кучками существ, гоняет воришку из одного конца зала в другой.

Неожиданно что-то поменялось в атмосфере ожидания, царящего здесь. Стали ощущаться настороженность и опасность, будто витая в воздухе вокруг нас.

«Это что?» – удивился я такой резкой смене эмоционального фона.

При этом на нас справа стало надвигаться какое-то облако тоски и скорби. Даже непробиваемый Мук повёл плечами.

«Что-то намечается», – произнёс он.

Я кивнул ему и повернулся в ту сторону.

Да, мы сразу выделили эту небольшую группу из шести демонов, среди которых как раз и были те серокожие гиганты. Именно они и излучали то сильное чувство настороженного отношения, к тому же от них так и тянуло силой и угрозой. И ещё, когда я посмотрел на них, в душе возникало что-то странное и немного непонятное мне, то, что я никак не мог объяснить.

«Они идут умирать», – вдруг чётко осознал я. Непонятно, что заставило меня сделать именно этот вывод, но я теперь точно знал, что не ошибаюсь.

А ещё во всём этом была какая-то неправильность. Что-то тут не так.

«И ведь не по своему желанию они это делают, – было моей следующей мыслью, – их кто-то подставил, и они прекрасно понимают это, только по какой-то причине не могут ничего изменить».

Нечисто было что-то в этом деле. И у меня прямо руки зачесались от желания влезть в него по уши. Раньше я вроде за собой никаких таких странных привычек не замечал. Но раньше у меня многого не было, что есть теперь. Вот, видимо, и любопытство в неуёмном количестве проснулось.

И авантюризм никогда не был моей второй натурой, ну или что тут заставило меня сделать шаг вперёд, по направлению к этой группе. Тем более и интуиция чуть ли не вопила, правда, где-то глубоко внутри меня, что это просто необходимо сделать, как-то повлиять на происходящее, изменить эту ситуации, срочно исправить.

«Время есть, – решил я, – значит, постараюсь им хоть чем-то помочь». И я вновь взглянул на приближающихся воинов.

Странно то, что в них совсем не было страха. Они были готовы к той участи, что их ждёт. Лишь какая-то печаль и горькая обида на то, что они так глупо попались в расставленную им ловушку.

– Непонятно, – пробормотал я и пригляделся к ним повнимательнее.

Это явно группа наёмников, и неплохих, судя по их отточенным и при этом каким-то пластичным движениям охотящегося хищника. Однако в них была одна странность: ни у кого из них не было никакого оружия, даже доспехи были не у всех. Вернее, они были лишь у одного и какие-то непонятные, будто собранные из разных комплектов. Больше похожие на сборную солянку, чем на один цельный комплект брони. Будто собрали с миру по нитке, у кого что было, и постарались хоть как-то увязать это в единое целое. И надели в этот непонятный защитный костюм самого худого и стройного, по-видимому, лучника. Большего понять по этому закутанному в этот странный стальной винегрет существу у меня пока не получилось, но это точно не мечник, не было в нём той смертоносной текучести идущих рядом с ним бойцов. Он вообще был какой-то непонятный, не очень-то похожий на воина. Хотя и был закутан в доспехи с ног до головы. Даже лицо и фигуру рассмотреть не получалось.

Не знаю, почему я это сделал, но когда они проходили мимо, я в приветствии склонил голову и произнёс на немного грубом и резковатом на слух наречии, обращаясь почему-то к одному из серокожих:

– Удачи в вашем деле.

Отряд остановился, и один из наёмников посмотрел на меня долгим оценивающим взглядом.

– Спасибо, – просто поблагодарил он, и обречённые двинулись дальше. Никаких эмоций в ответе, простая вежливость и абсолютно никакого интереса.

«Негусто», – подумал я.

Однако меня это вполне устроило. Хорошо, что я не засветился тут перед всем обществом, можно сказать, по своей глупости. Не было у меня желания высовываться.

А вот желание помочь этому отряду почему-то только окрепло.

«Мне нужно как-то проследить за ними», – понял я.

И поэтому, когда они проходили мимо меня, Искатель успел сделать слепки их менто-информационных полей, а я прилепил метки к каждому из них, даже сделал так, чтобы можно было различить, кто из них кто по этим самым моим меткам.

Это было несложно, особенно теперь, когда я практически напрямую вытаскивал данные из базы знаний, минуя как кластер, так и ментоинтерфейс. Это оказалось очень удобным и быстрым. Но что самое важное, поиск теперь срабатывал почти мгновенно.

Вот и сейчас, стоило мне подумать о некоей возможности градаций меток по определённому параметру, как сразу выскочила сотня вариантов. Я, естественно, выбрал самый простой и надёжный из них в реализации.

«Так, группа направилась в ту же сторону, что хотели идти и мы», – увидел я, что воины собираются покинуть этот зал ожидания.

Я подхватился следом за ними, по дороге инструктируя Мука.

– Сейчас быстро идём к информационному стенду, – к тому моменту я уже понял, что это такое, многие приезжие подходили к нему и что-то там смотрели, – находим сообщение, что оставил для нас Лениавес, и вы с Рыкуном идёте туда.

«Почему только мы?» – спросил тот.

Я кивнул ему в направлении идущего несколько впереди нас отряда и сказал:

– Не дают они мне покоя. Нужно разобраться.

«Понятно», – произнёс демон.

Нравилась мне эта немногословность нашего «самого младшего» товарища.

– Хорошо. Так вот, вы идёте с Рыкуном. Сообщите нашим, что мы прибыли нормально и я скоро буду. Если меня не будет часа через четыре, то пусть отправят по моему следу его, – и я указал на зверька, – он сможет найти меня в любом случае. До того момента пусть пока ничего не предпринимают.

«Да», – кивнул, подтверждая, что понял меня, Мук.

«Рыкун с тобой», – резко вклинился в наш разговор мой пушистый маленький друг.

«Нет, – ответил ему я, – во-первых, на тебе охрана девушек, а во-вторых, если со мной что-то случится, то разыскать, кроме тебя, меня никто не сможет. Так что ты иди с Муком».

«Хорошо, – согласился зверёк, – но мне это не нравится».

«Прости, но так нужно». – И я успокаивающе погладил его по спине.

Одному мне и правда будет проще как следить, так и предпринимать какие-то действия.

Мы подошли к информационному табло.

«Как оно, интересно, работает? – задумался я. – Как мне тут найти сообщение от Лениавеса?»

И как только эта мысль промелькнула в моей голове, ментоинтерфейс сообщил:

«Обнаружено слабое сканирующее ментальное поле».

А на экране высветилось:

«Поиск по ключевому слову. Отправитель: Лениавес. Поиск завершён. Нет результата».

Так, всё понятно.

Но ещё мне стало интересно другое. Кластер абсолютно ту же информацию по поиску продублировал и в своём интерфейсном окне. Поэтому я, уже обратившись к системе поиска через его интерфейс, задал в поиск: «Сообщение от Лэта для Рыкуна».

И ещё даже быстрее, чем на информационном табло, от которого я пока не отошёл и которое всё ещё, видимо, продолжало получать мои команды, оно появилось в окне сообщений кластера.

«Поиск по ключевому слову. Отправитель: Лэт. Получатель: Рыкун. Поиск завершён. Найдено одно сообщение. Вывести?»

«Да», – согласился я.

«Мы остановились в таверне „Жирный боров”. Владелец – демон Длон. Таверна недалеко. Находится на границе между кварталом наёмников и мастеровых. Три квартала вперёд по улице, что сейчас прямо перед вами, и потом один квартал налево. Адрес: переулок Старших Стражей, дом один. Это первый дом справа по направлению движения. Яркая красная вывеска с каким-то коричневым зверем, под ней название таверны. Мимо пройти сложно. Ждём вас. Лэт».

– Ну вот, – показал я Муку на появившееся на информационном стенде сообщение, оставленное для нас, – это от Лениавеса. Понял, как найти?

«Да, – ответил Мук, – но я не разобрался, как ты смог разыскать его письмо».

– Ну… – и я задумался, – просто захотел найти письмо от Лэта, оставленное Рыкуну. И он нашёл одно сообщение.

«Странно. Я тоже об этом думал, но реагировал он только на твои команды. Может, для этого нужно встать сюда?» – сделал он вполне логичный вывод, указав рукой на какой-то небольшой полукруг жёлтого цвета, находящийся перед информационным стендом.

– Наверное, – кивнул я.

И хотел было передвинуться в сторону, уступая ему место, чтобы он мог попробовать ещё раз, как заметил, что группа наёмников перешла на другую сторону улицы и свернула в какой-то проулок.

– Ладно, сейчас не время. Разберёмся с ним, – и я попинал стенку около консоли ногой, – потом. А сейчас идите и предупредите наших. Я пошёл за наёмниками.

И, кивнув Муку и Рыкуну, побежал в сторону того проулка, где скрылся небольшой отряд.

«Мы на военном положении, – сам себе дал я указание, – так что действуем так же, как и в городе мёртвых».

Осторожность, незаметность, разведка и слежение. Я не знал, во что ввязываюсь, и поэтому мне нужно было понять, как себя вести, а следовательно, это были наилучшие постулаты на данный момент.

Поэтому я постарался слиться с толпой и исчезнуть. Правда, я даже не представлял, как сейчас выгляжу со стороны, но мне почему-то казалось, что вроде как ниндзя или кого-то подобного. Как-то я подумал, что буду красться или передвигаться вдоль стен, перебегая от одного затемнённого участка к другому, пробираться тёмными переулками и прочее. В общем, разная такая шпионская дребедень в голове, почерпнутая из современного кино. Хотя краем сознания я и понимал, что со стороны это должно выглядеть, наверное, очень глупо.

Однако Вирт продублировал мне картинку, переданную с интерфейса управления костюмом. И я увидел, что выгляжу вполне нормальным человеком, прогулочным шагом идущим куда-то по своим делам. Как я понял, в городе это как раз таки вполне обычное и нормальное поведение, на которое вряд ли кто-то обратит особое внимание. Это же не жутко таинственный идиот, поведение которого заинтересует очень многих.

Так что непонятно кем привитые мне и внедрённые навыки не дали сбоя и в этот раз. Я вполне нормально сливался с толпой, не привлекая к себе внимания.

Плюс ещё активировалась способность скрыта, об этом мне сообщил Искатель. Ей в Лесу или городе древних не находилось особого применения по той простой причине, что там на меня внимания и так особо никто не обращал или не видел, а здесь, в толпе разумных существ, она заработала в полную силу.

Двигаться за группой наёмников было нетрудно. Держался я от них на достаточно большом расстоянии. В этом мне помогло немного модернизированное моё сторожевое плетение, совмещённое с моим магическим зрением. Я прекрасно видел всю магию, окружающую меня. Эта станция была буквально перенасыщена ею. Также я видел огромное количество всевозможных плетений, амулетов, артефактов и иных магических или околомагических вещиц, которые регистрировал, а если успевал, то и делал копию их ментоинформационного поля, а затем идентифицировал с помощью Вирта и заносил в нашу базу Искателя.

Поначалу я старался отслеживать весь этот процесс, но в конце концов понял, насколько это бесполезное занятие при таком количестве магии вокруг. Поэтому за дальнейшее пополнение и идентификацию обнаруженных магических предметов и прочего барахла сейчас полностью отвечал ментоинтерфейс, благо его производительности в текущем обновленном варианте в связке с кластером на это хватало с лихвой.

Кластер оптимизировал работу сторожевой сети и моего зрения так, что они стали более точно определять местоположение любого существа или предмета, я же дополнял полученную картинку тем, что видел сам. Вдобавок мы соотнесли зарегистрированные данные и наложили их на виртуальную модель, создаваемую ментоинтерфейсом при постоянном сканировании окружающего пространства.

Теперь я с точностью буквально до миллиметров мог определить местоположение любого существа, предмета, комнаты, какого-либо объекта или здания, мог разглядеть его менто-информационное поле и иные магические составляющие, запросить его параметры, биохимический состав или структурную физическую модель, если это, конечно, требовалось, у Искателя. При этом сам ментоинтерфейс параллельно составлял объёмную модель-карту города, синхронизируя её с найденной кластером аналогичной, но, видимо, очень устаревшей картой станции в местной базе знаний и внося в неё соответствующие изменения. Он также заполнял её данными о расположении тех или иных встреченных нам на пути существ и различных объектов, внося их текущие координаты и пометки на карту.

По сути, так мы могли отслеживать перемещение различных существ или смещение тех или иных предметов. Не знаю, зачем это могло понадобиться, но такая функция присутствовала, и мы решили от неё не отказываться.

Вот так, следя за движением группы наёмников, которые двигались где-то в сорока метрах передо мной, я и шёл за ними.

Я мог точно определить, куда в том или ином случае направляются те, кто вызывал мой интерес, соотнеся их маршрут с данными на карте. К тому же для большей точности я постоянно контролировал окружающее нас пространство. Этот контроль ограничивался радиусом и моего сторожевого контура, и сканирующих мощностей ментоинтерфейса. Однако теперь, после многочисленных модернизаций и оптимизаций, он значительно возрос и достигал как у меня, так и у Искателя трёхсот метров. Получается, я мог с уверенностью контролировать площадь диаметром где-то шестьсот метров вокруг меня. Что давало мне неоспоримое преимущество.

Правда, были и такие участки, куда я не мог пробиться ни сканером ментоинтерфейса, ни сам исследовать эти места отдельно, ни сделать это совместно с Искателем. И подобные места вызывали у меня повышенный интерес, сразу притягивая моё внимание, вдобавок подстёгнутое интуицией. Она упорно твердила, что во многих таких аномалиях скрыты достаточно ценные вещи. Во многих, но не во всех.

Чтобы не забыть о них в будущем, все эти аномальные области вносились Искателем в созданный специально для этого раздел карты, где сохранялись их координаты и то описание, которое удавалось получить ему из тех или иных источников. Его сканеры, моё сторожевое плетение или видение, база знаний кластера и базы, карта города и, конечно, моя интуиция в некоторых случаях давали довольно интересный результат. Например, отойдя от телепортационной площадки на пять кварталов, я нашёл какое-то небольшое здание, даже можно сказать, каморку с вывеской о продаже, которая, однако, в ментальном плане имела настолько сложную менто-информационную модель, что мы из интереса прошерстили базу знаний кластера и базы.

И как оказалось, сделали мы это не зря. Выходило, что это небольшое помещение, бывшее раньше, судя по данным, полученным из базы станции, лавкой какого-то мага, представляло по своей структуре немаленький такой пространственный карман, попасть в который можно было, лишь выполнив какую-то цепь манипуляций внутри самого помещения.

– Любопытно, – пробормотал я, проходя мимо него.

Этот объект вызвал такой пристальный интерес у меня и Искателя, что мы особо пометили его, и уже через регистрацию, оформленную кластером в местной информационной сети, на торговой площадке заморозили эту продажу, кстати неактивную уже несколько сотен лет, назначив меня как потенциального покупателя.

Что меня удивило: мельком проглядев этот раздел объявлений, размещённых в сети, я понял, что бывшая лавка мага сбывалась по прямо-таки бросовой цене. Но я решил не заморачиваться пока этим вопросом, так как предварительный заказ ни к чему не обязывал, да и местных денег-кредитов в наличии у меня не было. А время разобраться со всем у меня ещё появится.

Кстати, я обратил внимание, что мне предлагалось два способа оплаты. Безналичными на указанный счёт в местном банке, который можно было выполнить, указав какие-то свои реквизиты. Вирт сразу же провёл мою регистрацию в местной банковской системе, оставалось прийти в их местное отделение и закончить её. Там нужно было подписать какие-то документы, сдать слепок своей ауры и получить их вариант местной магической кредитной карточки. В общем, я так понимаю, там предоставляли полный перечень услуг любого современного банка моего мира.

И второй вариант оплаты – наличными при встрече с продавцом и последним владельцем. Тут называлось время и место, где его можно будет найти: каждый вторник и пятницу с шести до девяти вечера. Звали продавца Торлик Прыгун, он был поисковиком. Местом встречи была указана таверна «Жирный боров».

В общем, запомнив все это, я отложил пока решение этого вопроса на будущее и вернулся к моей текущей проблеме. Наёмникам. И сейчас так получалось, что они продвигались прямо в направлении одной из таких вот замеченных мной аномальных зон, расположенной, по-видимому, в заброшенной части станции, как раз на её окраине. Но что-то аура, окружающая эту аномалию, мне совершенно не нравилась. Боль, смерть, какая-то внутренняя гниль. И потоки, океаны мучений и пыток.

«Куда это вас несёт?» – спросил я сам у себя.

К этому моменту мы с ними прошли уже почти двадцать девять кварталов.

«Далековато я забрался, но не отступать же теперь», – решил я и двинулся дальше вслед за наёмниками.

С удалением от центральной, как я понимаю, части станции обстановка несколько поменялась. Хоть строения и не потеряли своего высокотехнологичного лоска, но вокруг сейчас наблюдались сильное запустение и какая-то общая деградация. Стали во множестве мелькать какие-то подозрительные личности, странные магазинчики и лавки, от которых периодически так и тянуло смертельной опасностью и жаждой обогащения.

На дверях таких магазинов я прочёл названия. Это были магические или алхимические лавки, но, судя по тому, что я чувствовал и пару раз видел, имели они строго специфическую направленность, в большинстве своём связанную с убийствами себе подобных существ и прочим в том же духе.

Первые мгновения, передвигаясь по этому царству криминала нижнего мира станции, я ещё чувствовал какие-то волны внимания, направленные в мою сторону, но независимо от меня самого в голове произошёл некий резкий щелчок, и моё сознание переключилось.

«Активирована ситуационная модель. Хищник. Дикий зверь. Криминал. Авторитет. Убийца», – появилось сообщение на интерфейсном окне Искателя.

После этого я догадался, что там произошло, и мне стало понятно, что это всего лишь одна из способностей, доставшаяся мне от ментоинтерфейса, – умение перевоплощаться, становиться кем-то иным, умение натягивать, вживаться, полностью перевоплощаться в некий образ или тип личности. Вот сейчас я и стал какой-то смесью из перечисленных Искателем моделей поведения.

Но главное, что после этого местные совершенно потеряли ко мне хоть какой-то интерес. Я стал одним из них. Стал тем, кто сам рыщет в поисках наживы тёмными вечерами по мрачным и узким закоулкам этой станции. Стал крысой этого города. И крысой, с которой опасаются связываться не только другие такие же смертельно опасные грызуны, но и местные коты-боссы.

К наёмникам же обитатели грязных кварталов (это название мы выяснили в базе знаний станции) хоть и присматривались очень тщательно, но тоже не спешили слишком уж обращать на них внимание и заводить близкое знакомство. Видно, даже тут прекрасно понимали, кто перед ними и с кем придётся иметь дело.

Только совершенно не понимал я, что могли забыть эти демоны из разных миров именно здесь, да ещё с таким заупокойным настроем.

Смысла следовать за наёмниками больше не было, конечную точку их маршрута я выяснил, как сверившись с картой, так и доверяя своей интуиции. А потому ускорился и обходными путями прокрался к этой непонятной аномалии.

Я опередил группу где-то на пять – семь минут.

Их целью являлось некое здание с охраной из двух существ, выставленной на входе. Кроме того, просканировав пространство вокруг него, я обнаружил ещё четыре скрытых поста, и они прекрасно контролировали подходы к этому небольшому сооружению со всех сторон, перекрывая как пути наступления, так и возможного побега. Кстати, вооружены все они были кроме обычных луков ещё и плазмомётами, это те самые артефакты, один из которых я видел на портальной площадке у одного из путешественников.

Составив карту, я нашёл небольшую лазейку в здание. Часть крыши с небольшой дверью выходила за пределы наложенного на здание охранного контура, и именно через неё можно было попытаться незаметно проникнуть внутрь его.

Единственное, что меня смущало, – я не мог понять, что находится внутри здания и почему его окружает такая мрачная и гнилостная атмосфера.

Но нужно было идти дальше. А поэтому – прыжок – и я нахожусь у нужной мне двери на крыше здания. Конечно, на неё было наложено слабое защитное плетение, но Вирт практически мгновенно разработал алгоритм его деактивации и небольшой модернизации, что я и проделал с помощью Искателя. Самое прекрасное в этой его последней затее было то, что охранная система полностью восстановится через тридцать минут. Меня такой период вполне устраивал, ведь убраться отсюда я должен был значительно раньше, ещё до прихода наёмников.

Так, я внутри. Никакого освещения. Но меня это не пугает. В подземельях города древних был сплошной мрак, и то я себя чувствовал там вполне комфортно. Ну а здесь светлее. Но зато теперь, попав внутрь этого здания, я понял, что именно сама постройка и мешала мне удалённо заглянуть внутрь её. Вернее, охранное плетение, которое закрывало это строение, никак не влияло на внешнее сканирование, а вот материал, из которого построили это здание, как раз таки очень сильно этому препятствовал. Он полностью поглощал в избытке разлитую внутри дома энергию. Тёмную энергию смерти.

И судя по всему, домом этим пользовались очень долго. По расчётам Вирта, не меньше нескольких тысяч лет. Выводы такие он сделал по той утечке ментоэнергии, которую мы регистрировали снаружи, и той её концентрации, что была зарегистрирована нами сейчас. И утечка эта была следствием очень долгого использования этого дома, коль даже такой надёжный способ маскировки магической деятельности дал сбой и ментоэнергия настолько пропитала его, что стала потихоньку просачиваться наружу.

Поэтому, попав внутрь охранного периметра здания, я смог полностью его просканировать. И увиденное мне очень не понравилось.

Во-первых, здание было переполнено магией смерти. Тут её было ещё больше, чем в городе мёртвых.

Во-вторых, Вирт идентифицировал источник столь сильного магического фона. Это какой-то древний алтарь. Настолько древний, что он не только сам пропитался болью и мучениями жертвоприношений, что приносили на нём, но и пропитал ими все здание изнутри.

«Как его только не заметили раньше?» – удивился я.

В-третьих, алтарь был настоящий. Именно такие алтари и были истинными источниками получения магической энергии, через жертвоприношения, а также могли призвать то могущественное существо, которому служили. И как раз этот самый алтарь был привязан к какому-то живущему за счёт падали или мертвечины древнему демону или тёмному богу. Вот эта самая связь и давала такой сильный гнилостный противный дух этому месту.

«Пиявка, – почему-то подумал я о том, кому служили и приносили жертвы местные жрецы. – Насколько я помню, объединения людей, поклоняющихся таким богам, назывались тёмными ковенами», – почему-то вспомнилось мне. Не знаю, где я это умудрился вычитать, но теперь примерно представлял, с кем мне придётся иметь дело.

Правда, я до сих пор так и не понял роли наёмников во всём этом деле.

В-четвёртых, в здании было около сотни существ. С десяток охранников, они кучковались в основном около выхода из здания, там была небольшая комнатка, видимо, караульная. Периодически двое из них перемещались по периметру первого этажа. Тридцать магов. Вернее, жрецов тёмного бога. Они были прямо пропитаны силой этого алтаря. Сильные и древние существа. Не слабее того же Мука. И эти маги собрались не в зале с расположенным там алтарём, а несколько выше. И последние оставшиеся шестьдесят разумных были сосредоточены в одном помещении, расположенном рядом с залом, где находился алтарь.

«Слишком они разные, потерянные и напуганные, – понял я, – и среди них нет магов».

Вернее, инициированных магов, как подсказал мне кластер.

«Так, что имеем. Толпа напуганных разумных. Шестьдесят штук. Сюда по какой-то причине идёт ещё шестёрка с пониманием того, что они умрут. Шестьдесят шесть. Интересное число. Дальше. Алтарь тёмного бога или очень сильного демона. Куча жрецов».

Вывод напрашивался один. Жертвоприношение. И жертвами будут те шестьдесят.

Но так и непонятно участие наёмников, не в жертву же они собрались сами себя принести?

И я вновь присмотрелся сначала к магам, а потом к тем, кто ожидал своей участи на алтаре.

– Так. Это уже интересно, – пробормотал я.

Несколько существ, скорее всего дети, имели менто-информационное поле очень схожее с тем, что я видел у серокожих, шедших сюда вместе с отрядом.

«Похоже, весь сыр-бор из-за них», – подумал я о детях.

Тем более как раз трое из них и были теми несколькими неинициированными магами, о которых сообщил мне Вирт.

Но что они собирались делать, я не понял. Обменять свои жизни на их? Так детей было пятеро. Или тот субъект в странных доспехах должен был их увести? Вполне возможно. Но тогда не решается моё предположение о шестидесяти шести.

«Хотя… – я вновь осмотрелся вокруг, – всё решается».

Если отряд войдёт в небольшой дворик перед домом, то выйти назад он уже не сможет. Это ловушка. Сначала я не мог понять предназначения этого сдерживающего и парализующего плетения, что было вложено в него, но теперь всё встало на свои места.

«Ждут только их, – догадался я. – И коль собрались, судя по всему, все местные шишки, то сегодня будет не рядовое жертвоприношение, а что-то более значимое. Например, раздача силы или призыв их покровителя».

Но есть у меня идейка, как немного нарушить их планы. Самое простое – это элементарно украсть их алтарь, но как-то мне даже прикасаться к нему не хотелось. Поэтому первое, что нужно сделать, – это разрушить его.

Второе: такие пиявки наверняка не нравятся не только мне, но и всем остальным. А если я ошибаюсь, то это уже их дело. Отрезав магов и жрецов от источника их силы, нужно уничтожить, стереть с лица земли прислужников этой тёмной гнили.

Ну а с остальным, я думаю, разберутся сами наёмники.

Так, первый шаг. Я планомерно расставил все метки. Это необходимо было сделать заранее для дальнейшей оперативности. Потому как, отрезав магов от источника, я почти в громкоговоритель заявлю о своём присутствии здесь.

Дальше. Магов слишком много, и на всех есть какой-то тип индивидуальной защиты.

«Не слишком они доверяют друг другу в этом гадючнике» – эта мысль меня немного порадовала.

Я не смогу всех их уничтожить или покалечить. На ком-нибудь споткнусь. Поэтому нужно что-то убойное, что сможет накрыть разом всю эту толпу.

Есть, нашёл я одно вполне подходящее плетение. Крови, конечно, будет много, но я не собираюсь убираться в этом доме, так что не страшно.

«Плетение „Вихревое лезвие” (я же назвал это заклинание просто – „Циркулярка”). При помощи его происходит сжатие объёма воздуха в тончайшую плоскость, её дальнейшее уплотнение и раскручивание вокруг своей оси. Скорость вращения и плотность плоскости воздуха регулируется объёмом поступления ментоэнергии в плетение. По своим свойствам этот воздух сначала напоминал обычный лёд. Постепенно превращаясь в металл или алмазы. Скорость оборотов: от пяти тысяч в минуту до нескольких десятков тысяч в зависимости от объёма поступления ментоэнергии. Диаметр окружности: семь метров. Работает удалённо. Сила и дальность воздействия варьируется в зависимости от энергии, вложенной в структуру. Рекомендация к использованию: дополнительно с данным модулем применять и какой-либо защитный модуль (оператором изучен и активирован ментальный модуль защитного поля второго уровня). Вывод: данный модуль рекомендован к использованию оператором в нестандартном применении. Расход ментоэнергии: от тысячи пятисот до десяти тысяч энеронов. Условие: обязательно указать точку привязки плетения. Предупреждение: особо опасно в замкнутых помещениях».

«Вот оно, – понял я, как только увидел последнюю надпись, – это именно то, что мне и нужно».

Развлекаться, так по максимуму.

Кроме двенадцати точек привязки плетения для «Циркулярки» в зале с магами (здесь будет один мясной фарш), я ещё одну кинул в комнату к охранникам и по одной привязал к каждому замеченному мной секрету. Не у дел останутся только те, кто сейчас стоит на посту и, возможно, пойдет в очередной обход.

«Ну, пусть этим повезёт, – принял я решение, – не маньяк же я, да и дурные вести кто-то должен разнести. Те, кому надо, поймут, а те, кому не надо, испугаются. Главное, нужна пара свидетелей».

Так что, если кто-то выживет из охраны, не страшно.

А вот жрецов я собирался пустить под нож всех, дюже они мне не понравились. Не представляю, сколько жертв должно было пройти через этот алтарь, чтобы это здание могло так пропитаться смертью и ужасом.

Вроде всё. С этим разобрались. Теперь алтарь. С ним всё намного сложнее. Я сначала хотел просто его разрушить, но потом решил, что этого будет недостаточно. Нужно не только наподдать жрецам, но и хорошенько прищемить нос тому, кто развёл весь этот клоповник.

Поэтому я стал искать что-то подходящее, при этом дав команду Вирту разработать дополнительную структуру, которая сможет разрушить алтарь изнутри.

С самой процедурой разрушения проблем не было, я так уничтожил уже один источник-алтарь, так что и этот, скорее всего, можно разрушить подобным образом. Тем более что система циркуляции тёмной ментоэнергии у меня была, и работа с этим алтарем не доставит мне никаких проблем или неприятностей, разве что моральных.

«Хотя нет, не доставит даже их». – Я вспомнил, для чего это делается.

После чего даже не усомнился в том, какие средства можно и придётся для этого использовать.

«Поглощение сущности – и этого алтаря больше нет», – решил я.

Но шанса воспользоваться такой прочной связью, что за всё время существования этого алтаря образовалась между ним и той тёмной сущностью, которой он служил, я просто не мог упустить, как и отправить ему маленький подарок из нейтральных миров.

«Так, что у нас есть?» Но, как ни странно, ничего подходящего в принципе не было. Удалённые атаки с использованием сети почему-то никто никогда здесь не рассматривал как серьёзное оружие и не применял, хотя некая система, связывающая все эти разрозненные миры в единую сеть, существовала. Тогда как у нас в мире подобное практиковалось повсеместно.

«Неужели ничего нельзя сделать?»

Ведь вирусы, трояны и прочие хакерские штучки идеально подошли бы в этом случае.

Кластер сразу уцепился за эту идею. Как создать вирус, он пока не понял. Но прицепить к одному потоку ментоэнергии любое дополнительное плетение для него не составило особого труда. Главное, этот поток каким-то образом промаркировать, чтобы создать для ментоструктуры какую-то определённую точку привязки.

А вот тут-то как раз было множество вариантов, и один из них мы использовали, внедрив плетение прямо в структуру алтаря.

Теперь следовало как-то подать на него ментоэнергию, желательно побольше, чтобы наш маленький сюрприз не заметил получатель. А когда он начнёт поглощать и использовать её – вдруг она попадёт не сразу к нему, а в накопитель ментоэнергии, – то это плетение активируется. В него я поместил некий аналог вакуумной бомбы, которая сработает изнутри.

И если я правильно понял и всё рассчитал, то после активации моего ментомодуля от головы этого непонятно кого не останется и следа. Как, впрочем, и от него самого. Радиус действия – три метра. Надеюсь, он будет один, когда наш подарок рванёт.

Пакостить оказалось не так и сложно.

Или это я уже привык работать с ментоструктурами, или мне так здорово помогли в этом Искатель с Виртом, но сделал я всё практически мгновенно.

«Ну, всё готово. Осталось только начать», – удостоверился я и дал себе мысленную отмашку.

Прыжок.

Я в алтарном зале. Гнилостный дух, смерть и мучения тут ощущались ещё сильнее, чуть ли не на физическом, материальном уровне.

Беру под контроль алтарь. Разрушать его пока рано.

Накидываю на зал с магами мощное плетение по поглощению ментальной энергии. А она там скоро будет в избытке. Прокладываю канал от этого плетения к алтарю. Закрепляю его. Теперь всё готово для отправки посылки с сюрпризом.

Размещаю плетения и создаю единый узел для их активации.

«Надеюсь, ментоэнергии мне хватит», – думаю я и начинаю ругать себя всякими нехорошими словами. Зачем использовать свою, когда её вокруг разлито целое море.

Поэтому уже на алтарный зал накладываю аналогичное плетение по сбору свободной ментоэнергии и перенаправляю её в точку активации, распределяя её так, что большая часть уходит в зал к магам, а остатки поровну делятся между заклинаниями, закреплёнными за постами с охраной.

Так, что ещё?

Ничего. Ну, значит, поехали.

Активирую плетение по сбору ментоэнергии и сам вдобавок вливаю часть собственного запаса в узловую точку распределения.

И тут начался праздник души и тела.

Охранники погибли мгновенно. Оказалось, что я немного переборщил с «Циркулярками» для них.

Быстро деактивировал плетения, предназначенные для охраны, и всю энергию перенаправил на магов.

Защита магов было много лучше, но многократное дублирование «Лезвий» из сжатого до состояния сверхпрочного металла воздуха она выдержать не могла. А тут я активировал ещё и откачку ментоэнергии из их зала. Они и до этого были на голодном пайке, основной канал поступления ментоэнергии мной был перекрыт заранее, так ещё теперь стали терять и свою собственную. Сначала магическую, а потом и жизненную. Они ещё сопротивлялись, но в конце концов многочисленные пилы из сжатого воздуха добрались до каждого из них, разрезая их в мелко нарубленный фарш. И буквально через несколько секунд всё было закончено.

Во всём доме и за его пределами в живых остались только два охранника, стоящие на посту у входной двери. И естественно, пленники.

После того как я откачал энергию из зала с магами, то весь её объём, накопленный в алтаре, я отправил по той нити, что связывала его с хозяином.

«Приятного аппетита, – пожелал я неизвестному и мысленно произнёс: – Поглощение сущности».

Как оказалось, в алтаре оставалось ещё очень много ментоэнергии. Благодаря ей я пополнил затраченный на создание заклинания «Циркулярки» свой запас энергии.

Было видно, как с поглощением сущности начала разрушаться и структура алтаря из-за отсутствия удерживающей её ментоэнергии.

«Всё, теперь он мёртв, – подумал я о и так уже мёртвом камне. – Но теперь он мёртв ещё магически», – поправил я себя.

И в это время заметил появившихся у входа на площадь перед домом наёмников.

Пора делать ноги.

Прыжок.

И я исчез из уже теперь мёртвого зала с алтарём какого-то слишком уж жадного до энергии бога.

Но из дома сразу уходить я не стал.

Хотя в комнате магов ничего интересного после того, как там поработали «Циркулярки», найти было невозможно, но я заметил в доме несколько тайников, которые нельзя было оставить необследованными.

Первый тайник был защищён несложным плетением, которое мы разобрали на раз. Но он оказался заполнен какими-то бумагами, разбирать которые я не стал, а просто все закинул к себе в «инвентарь».

Второй тайник оказался более сложен, но тоже не доставил особых проблем. В нём были, видимо, местные деньги – кредиты, порядка семидесяти тысяч, пара амулетов и мешочек с каким-то непонятным песком. Всё это тоже отправилось в мой загашник.

И последний, третий тайник был самым сложным. С наскока его вскрыть не удалось. Поэтому мы сделали ментокопию его плетения, потом откачали из оригинала энергию и только тогда открыли тайник.

Опять деньги, бумаги, похоже, более ценные, чем те, что я нашёл в первом сейфе, и шкатулка с каким-то мощным артефактом. А также несколько возвратных камней разной степени изношенности, однако с одинаковым встроенным в них плетением.

«Привязаны к одной точке», – понял я.

Забрав их, я, заглянув ещё раз в тайник, не поверил своим глазам. Внутри его лежал ещё один артефакт древних, напоминающий широкий бронзовый браслет без украшений, подобный тому, что я использовал в городе мёртвых. Однако с этим в паре шёл ещё какой-то инфокристалл, который лежал рядом. Почему я подумал, что они вместе? Наверное, потому, что кристалл был прицеплен к браслету некоей цепочкой.

Оба этих предмета также оказались у меня.

«Ну, теперь точно всё», – решил я, но опять не ушёл.

Было ещё кое-что, мелочь, но нужно было пошарить и там. Комната охраны и секреты.

Появившись среди трупов охранников, я не слишком удивился, встретив там крысомордых демонов из Леса.

Сканирование комнаты выявило наличие нескольких артефактов разного уровня, оружие, броню и деньги, распиханные по разным местам.

Я быстренько собрал все трофеи, теперь уже незаметно, так же как и вошёл, выбрался на улицу и пробежался, при помощи прыжка, по секреткам охраны, пополнив трофеи четырьмя плазмомётами.

Всё, теперь точно всё.

И даже не оборачиваясь, так как полностью был спокоен за дальнейшую судьбу наёмников и пленников этих жрецов, направился в сторону таверны.

На место я добрался без приключений уже буквально через час.

Капитан Грон клял себя всеми ругательствами, которые мог вспомнить, а за свою долгую жизнь и тем более службу он узнал их немало.

Уже давно ходили слухи, что Хлост, глава отделения гильдии наёмников в мире Практ, работает на сторону. Капитан слышал истории о пропавших отрядах и прочем, но в их жизни и работе это случалось часто, поэтому он не связывал эти слухи в единую цепочку.

Как оказалось, зря. И теперь Грон убедился в этом на собственной шкуре.

После очередной миссии глава их отделения экстренно вызвал его к себе. Нужно было доставить срочную посылку в один из внешних миров. Хлост утверждал, что, кроме них, с этой миссией не справится никто так быстро, чётко, без проволочек и лишних проблем. Что поделать, Грон поверил сладкоречивым обещаниям Хлоста. Тем более заказ и правда выглядел не слишком сложным, так что можно было подумать, что глава действительно нашёл для них не слишком пыльную работёнку – сопровождение груза.

На следующее утро они готовы были выступать, забрали выданный им антимагический контейнер и направились в тот мир, где было назначено место встречи с заказчиком.

Их отрядный маг был молодым, но талантливым парнишкой, волею случая оказавшимся в нейтральных мирах. Он недавно окончил по протекции гильдии одну из не очень популярных и, как следствие, не слишком дорогих магических академий, готовившей, как ни странно, достаточно грамотных специалистов. И в качестве оплаты своего обучения теперь должен был проработать на гильдию наёмников порядка сорока лет, что в результате и привело этого мага в отряд Грона. Он был прикомандирован к нему. Это была уже их третья совместная миссия.

Мага звали Лирас, был он эльфаром из одного срединного мира, при этом, что удивительно, достаточно спокойно относился ко всем остальным расам, чего нельзя было сказать о его сородичах. Они почему-то считали себя выше и мудрее всех. Хотя по сравнению с теми же демонами или ангелами даже не могли похвастаться особой естественной продолжительностью жизни или магическими способностями. Правда, они были гораздо выше, чем обычные разумные. Но и среди других рас встречались свои уникумы.

Главным недостатком, или, наоборот, достоинством, этого их нового мага было любопытство, причём неуёмное. Он готов засунуть свой не слишком длинный нос в любую дырку.

Вот и в этот раз только они выехали за пределы здания гильдии и направились к телепортационной площадке, как Лирас просканировал их ящик.

– Шеф, там что-то очень мощное, – сказал он, подскакав к нему на своём репуне.

Это было распространённое среди наёмников верховое животное, похожее на очень худого носорога с хищной пастью и мощными костяными наростами на спине. Совершенно неприхотливое и спокойное, а главное – выносливое и сильное, завезённое в нейтральные миры откуда-то из нижних планов. При этом оно может жить практически в любых мирах. И в отличие от магически сотворённых или выведенных химер и созданий оно не нуждалось в сильном магическом фоне планеты, как прочие. Поэтому наёмники, часто работающие во внешних мирах, предпочитали именно их, хотя многие ездили и на других животных.

Например, Грон любил грифонов. Он ещё с детства бредил этими созданиями. В его родном мире они были большой редкостью, и владели ими только правители анклавов и очень богатые вельможи. Что уж говорить о демонёнке-беспризорнике, который как раз и убирался в стойле одного из них, работая за еду! И который однажды, переборов свой страх, вслед за парой каких-то странных демонов метнулся в не успевший закрыться за ними портал. Так Грон оказался в нейтральных мирах больше пятисот лет назад по местному времени.

Но его опять увело в сторону. Воспоминания… Они накатывали на него волнами. Он старался проститься с такой долгой и насыщенной жизнью. Сейчас главное было в другом. Спасти их семьи.

Так он опять отвлёкся.

Сообщение мага заставило насторожиться старого наёмника, ведь он прекрасно представлял, насколько мощным должен был быть артефакт, чтобы даже сквозь этот контейнер просачивалось фоновое излучение. Поэтому он сразу же связался с Хлостом и напрямую спросил у него:

– Это контрабанда?

– Нет, что ты, – заверил его тот, – всё законно, – и переслал ему магическую иллюзию копии документа, подписанного магической гильдией Практа о продаже содержимого контейнера некоему Плюрду с планеты Фларкос. Хотя при этом у него как-то странно забегали глазки.

Проверив вместе с Лирасом полученную иллюзию, они убедились в её подлинности. Всё внешне было в полном порядке, но какой-то осадок остался в душе капитана.

Сама по себе контрабанда не так страшна, Грон и сам промышлял ею по мелочи. Например, доставая в обычных мирах артефакты и переправляя их в нейтральные или наоборот и делая всё это в обход магической гильдии или гильдии поисковиков, что было значительно выгоднее.

Но тут явно было что-то не то.

«Разрешение на руках, так почему Хлост занервничал?» – эта мысль не давала Грону покоя, но и отказаться от контракта, уже подписав его, без особых на то оснований было нельзя.

И поэтому дальше они действовали уже более осторожно.

Маг теперь постоянно сканировал всю окружающую местность.

Прибыв на Фларкос, капитан заподозрил неладное ещё больше. Проводника, обещанного их гильдейским главой, не было. Благо один из членов его отряда был местным, и, чтобы не сорвать срок выполнения контракта, они не стали дожидаться проводника и отбыли на место встречи.

И вот это небольшое изменение, внесённое в чьи-то планы, спасло хотя бы немногих.

Как потом догадался Грон, на них должны были напасть по дороге от портала к месту встречи, однако они выбрали иной путь и поэтому обошли устроенную на них засаду стороной.

Они скакали к месту встречи боевым походным строем. Передовые и боковые дозоры, арьергард и небольшой авангард, всё как положено. Грон не хотел неожиданностей и неприятностей. Тем более у него на душе было неспокойно.

По дороге, правда, случилась незначительная задержка. Их попытался пощипать один местный лорд, но они быстро объяснили ему, что он не на тех напал. В общем, разошлись без крови.

В результате до места встречи они добрались на несколько часов раньше назначенного времени и, соответственно, раньше заказчика. По условиям договора наёмники должны были ожидать его тут ещё один день, и если он не появится, договор аннулируется, считаясь выполненным, и можно возвращаться домой.

«Действительно, прогулка, – думал тогда кэп, – парни хоть отдохнут».

Ведь последние пару месяцев они, завершая одну миссию, сразу приступали к другой. Видимо, это напряжение и постоянная занятость притупили его природную осторожность и внимательность. И теперь он об этом горько сожалел.

Как впоследствии оказалось, и работа была достаточно пыльной, и вернуться с неё живыми они не должны были. И тому было две причины. Во-первых, всё-таки это была контрабанда, но не простая, которой занимались многие, а контрабанда запрещённых артефактов, источников силы или частиц бога. А во-вторых, похоже, глава их филиала сотрудничал с какой-то запрещённой магической гильдией или, что ещё хуже, ковеном. Этого старый демон-трелак[9] не знал. Но самые плохие предчувствия не покидали его, слишком уж это было похоже на их почерк.

Заказчик прибыл на место встречи под конец следующего дня. И был он чем-то очень недоволен.

Лирас со своим любопытством незаметно пробрался к контейнеру, когда тот стал проверять его содержимое.

У Грона был небольшой отряд, и многие его бойцы в той или иной степени имели способности к магии, стараясь их развивать, ведь они давали хоть и небольшое, но преимущество.

Вот и сейчас большинство почувствовало сильнейший выброс энергии смерти и хаоса.

– Это алтарь! – закричал Лирас, накрывая основную часть их отряда магическим щитом.

Дозорных он спасти не мог, слишком далеко они были.

«Западня, – подумал капитан, видя летящие со всех сторон в них стрелы и выбегающих на поляну воинов. – Сколько их? – И, быстро оценив общую численность нападающих, Грон сделал неутешительный для себя вывод: – Раз в пять больше нас. К тому же ещё и в лесу, судя по количеству стрел, попряталось лучников не меньше».

Заклинание щита, созданное магом, и спасло их от первого и потому неожиданного удара.

Со всех сторон в его ребят полетели стрелы, начинённые магией. Потом послышались взрывы, и он увидел, как пошатнулся Лирас, стараясь сдержать этот огненный град обрушившихся на них разрывных стрел. А затем в дело вступил заказчик, сам оказавшийся магом. Он вмиг снёс остатки щита, выставленного Лирасом, ударив чем-то наподобие заклинания «Чёрный смерч» из области магии тьмы.

Но и его парни не оплошали: как только защита была уничтожена, они ударили в ответ. Пока держались индивидуальные щиты, но их хватит буквально на несколько секунд такого массированного обстрела. Мечникам даже доделывать ничего не придётся. Останутся лишь одни трупы.

Да ещё этот неизвестный, но очень сильный маг.

Нужно было прорываться.

Для этого капитан имел вариант, который сам называл последним шансом.

У Грона была пара артефактов, которая могла сейчас помочь.

– Ко мне! – скомандовал он и, как только все, кто ещё был способен держаться на ногах и перемещаться, оказались в десяти шагах от него, активировал один из них.

Остатки отряда накрыл странный щит, создавший подобие защитного купола.

– У нас двадцать минут, но из-под щита мы не можем возвратиться в нейтральную зону (так местные жители называли свои нейтральные миры). Нужно отступать. Всем держаться вблизи меня!

И Грон, подавая пример, вскочил на своего грифона. Сегодня его скакуну придётся перемещаться по земле, а не по воздуху. Хотя, конечно, там он был бы гораздо быстрее. Но и на земле его Клюв не подведёт, особенно если будет видеть обгоняющих его репунов.

Но это было ещё не все, нужно отрезать или задержать погоню хотя бы на полчаса. И поэтому он осторожно извлёк свой второй артефакт, который хранил в специальном боксе.

Лирас, который всё ещё не очень уверенно держался на ногах и не отошёл от последнего удара вражеского мага, с удивлением посмотрел на то, что сейчас было в руках Грона и вопросительно поднял брови.

– Да, – одними губами прошептал капитан и кивнул.

Это был один из лавовых камней, запрещённый артефакт, который попал к Грону совершенно случайно и который он не стал сдавать гильдии. И сейчас он собирался воспользоваться им.

Капитан размахнулся и выбросил тёмно-красный камень за пределы поля действия защитного артефакта.

Всё пространство вокруг них, поляну и часть леса залило морем огня.

– Простите, парни, – прошептал капитан, обращаясь к тем, кто мог остаться за пределами защитного купола, который создал первый артефакт. – Поехали, – отдал приказ он своим и двинулся прямо сквозь стену огня.

Его подчинённые двинулись вслед за ним.

Грон осмотрелся.

Этот скоротечный и неожиданный бой потрепал его отряд. Из пятнадцати наёмников сейчас ехало девять. Троих дозорных убили сразу, это капитан рассмотрел очень хорошо. Ещё троих расстреляли из луков до того, как он успел активировать свой щит. Ведь они не стали обращаться к магам и подзаряжать свои амулеты, хотели сэкономить. И теперь остались там, на поляне.

Мчался его отряд до тех пор, пока не спал защитный купол. Они благодаря выносливым скакунам смогли немного оторваться от преследователей. Но те были недалеко. Лирас прекрасно чувствовал их мага. Однако минут шесть или семь у них было, и этого времени должно было с избытком хватить на переход.

Поэтому как только они остановились, то сразу же стали активировать возвратные камни. У них они специально были закуплены и привязаны к разным портальным площадкам в их нейтральном мире, поэтому бойцы могли уходить по две группы сразу.

Первыми ушёл Лирас с двумя воинами. И им как раз повезло. В тот момент, когда активировался второй портал, отряд вновь обстреляли. Похоже, маг сам не поскакал, а отправил вперёд лучников. Грон потерял ещё четырёх воинов. Сам капитан и стоящий рядом с ним наёмник, его сородич по имени Прон, правда, из другого нижнего плана, в этот момент были скрыты от стрелков деревом, с очень широким и мощным стволом, и поэтому выстрелы только сотрясли его крону своими многочисленными взрывами.

– Пошёл! – толкнул Грон своего подчиненного в окно портала и, не дожидаясь положенного времени, ринулся следом за ним.

Уже на границе портала его достала одна из стрел. К счастью, обычная. Она лишь проткнула его ногу.

Вывалившись из портала, капитан ещё некоторое время держал его на прицеле своего небольшого плазмомёта.

– Нужно идти в гильдию и разобраться с Хлостом, – смотря на своего собрата произнёс он, желая очень накоротке перекинуться парой слов с главой гильдии.

– Да, – кивнул ему тот, – но сначала нужно найти наших.

– Они должны ждать у меня дома, – сказал капитан и начал подниматься. Боли в простреленной ноге он не почувствовал. – Идём. – И Грон, прихрамывая, направился в квартал наёмников, не обращая внимания на застрявшую в его ноге стрелу.

Пока шли, капитан осознал, насколько сильно пострадал его отряд. Вернее, не так. Наёмного отряда капитана Грона больше не существовало.

А подходя к своему небольшому домику, находящемуся на границе квартала наёмников и мастеровых, капитан понял, что их неприятности только начались.

Двери дома и одно окно были выбиты.

Грон осторожно подошёл к зияющему пустотой косяку и заглянул внутрь.

Вся мебель была перевернута и частично поломана, из кухни к запаху приготовленной еды примешивался сладковатый, очень хорошо знакомый капитану запах крови.

Резко вбежав туда, он застал Лираса и тех двоих, что ушли с ним, стоящими рядом с распростертым растерзанным телом женщины. Было видно, что она сопротивлялась, и ее ранили ударом меча, пробив грудь, а потом добили, воткнув его в сердце.

Это была жена Грона.

– Мы проверили весь дом, твоих дочек и сына нет, – очень тихо сказал ему маг и отчитался: – Работал хоть и профессионал, но не убийца, тому бы хватило одного удара, и сработал бы он более чисто, значит, это был наёмник, действующий не очень аккуратно. Возможно, это кто-то давно отошедший от дел.

Все поняли, о ком говорил маг.

Грон, казалось не слушая его, стоял и смотрел в остекленевшие глаза женщины. Его жена была местной и намного младше его. Лирас даже не знал, пока не встретил их, что демон может настолько сильно привязаться к обычному челу (хуману, так их называли в нейтральных мирах).

Капитан опустился на колени перед своей женой и аккуратно закрыл ей глаза. Затем всё-таки медленно кивнул на слова мага. И остекленевшим взглядом осмотрев своих оставшихся друзей, тихо произнёс:

– Селая сейчас должна быть в академии, так что здесь её не было. – Его слова звучали как-то бесчувственно и монотонно. – Надо проверить дома всех наших, займитесь. Я подожду здесь.

Капитан уже чётко представлял, чьих рук это дело. Была у Хлоста своя команда для тёмных делишек.

Нужно идти к нему.

Через сорок минут все вернулись. Было страшно смотреть на лица его товарищей.

Подобная здешней картина наблюдалась и у них дома. А также у всех бывших членов его отряда.

Дома у собрата Грона они обнаружили труп его старшего сына, молодого наёмника, который старался защититься и, похоже, сам ранил или убил кого-то. Остальных его троих детей не было.

У Лираса похитили его невесту, девушку из тёмного мира, с которой он познакомился уже здесь.

У одного из наёмников не убили никого, но вся их квартира в одном из дальних кварталов была в крови.

У другого наёмника похитили его приёмную дочь, больше у него никого не было.

Цель была вполне понятна: Хлост не знал, кто выжил из отряда Грона, и поэтому они похитили всех. Это гарантия того, что капитан с выжившими наёмниками точно придёт к нему.

Час спустя. Приёмная начальника отделения гильдии наёмников мира Практ

– Пришёл. – Хлост даже не пытался скрыть своего презрительного отношения или как-то прикрыть своё участие во всём этом. – Зачем ты влез не в своё дело? Не нужно было ничего спрашивать у меня или связываться со мной. – Он явно лгал, судьба их отряда была предрешена, их должны были уничтожить в любом случае. И сейчас от этого не уйти. Это подтвердили и дальнейшие слова Хлоста. – За этим делом стоят очень серьёзные существа, и они не захотят огласки. Ты понял, о чём я говорю? – Заметив холодный кивок капитана, он продолжил: – Мне нужны только вы. Приходите через час полностью безоружные по этому адресу. – И он выдал адрес места, находящегося на планете Гранкат. – Там вам отдадут ваши семьи. – И гадко улыбнувшись, поправился: – Вернее, тех из них, кто ещё жив, а вы останетесь.

– Какие гарантии? – сдерживая гнев, спросил Грон.

– Никаких, – так же гадко улыбнувшись, ответил его собеседник. – Хотя нет, одну гарантию я дать могу. – И, посмотрев в лицо капитана глазами законченного подонка и садиста, он сказал, растягивая слова с особым наслаждением: – В течение часа больше не умрёт ни один из заложников, однако если вы не придёте, то я обещаю: они будут очень сильно и долго мучиться. Очень сильно и очень долго, – повторил он, – и потом они пожелают участи тех, кто уже не сможет испытать этого «удовольствия». Они будут умолять меня об этом. – И глаза Хлоста маслянисто заблестели.

Грон еле сдержал себя, чтобы не сорваться. Капитан понимал, что тронь он сейчас этого ублюдка, и у семей его и его товарищей не останется ни малейшего шанса выжить.

Он не знал, что у них и так этого шанса нет.

Но надежда и вера не покидали его.

«Дай только добраться до тебя», – подумал он.

Видимо, его мысли очень чётко читались на его лице, так как Хлост, усмехнувшись, сказал:

– Не забудьте сдать все доспехи и вооружение на склад. – И будто про себя добавил: – Возможно, я смогу выручить за них что-нибудь, – и заржал.

Капитан не стал реагировать на эту его дебильную шутку и просто открыл дверь.

– Эй! – крикнул ему вслед этот подонок. – И передай там своим, что я позабочусь о будущем их деток. – И опять заржал.

Выбора у капитана не было. Нужно было смириться с требованиями этого гада. И постараться выполнить их все. Поэтому он направился на условленное место встречи со своими друзьями.

Грон, как вышел из здания, сразу заметил одного из той особой группы Хлоста для специфических поручений. Тот, особо не скрываясь, пошёл следом за ним и буквально каждые несколько минут что-то передавал кому-то в переговорное устройство.

Встретившись со своим отрядом, капитан узнал неприятную новость. Его старшая дочь, пока он был в гильдии, вернулась с учёбы домой и застала там всё то, что наблюдали и они. Повезло, что Лирас оставался у него дома и перехватил её до того, как она успела наделать каких-нибудь глупостей.

Дальше была встреча, которая не прибавила радости Грону. Дочь собиралась пойти с ними, чтобы хоть как-то помочь им, и ничего не хотела слышать. Это и бесило Грона. Однако он прекрасно понимал, в кого у неё такой характер, сам имел счастье лицезреть эту личность довольно часто в зеркале. Как капитан ни уговаривал её, как ни угрожал, всё было без толку. К тому же у девушки была одна способность, о которой мало кто знал, но которая могла спасти её. И именно из-за этого старый демон скрепя сердце согласился с её решеним.

Его старшая дочь Селая была врождённым прыгуном, и поэтому в случае опасности она сможет ускользнуть из расставленной на них ловушки. К тому же кто-то должен был позаботиться о детях и раненых после того, как обмен состоится, если он состоится, а она маг жизни, и сильный.

Конечно, на сам обмен они её не возьмут, там она будет только помехой, особенно если придётся продать свою жизнь подороже, ведь даже без оружия они были опасными бойцами. Она будет ждать где-то в стороне, но так, чтобы видеть всё, что происходит. У неё будет задача встретить тех, кого отпустят, она с этим прекрасно справится.

Но главное, она сможет сбежать в случае опасности. Им нужен был кто-то, кто потом должен будет прибыть в главный офис и рассказать о том, что произошло. И доверять они могли только ей, той единственной, кто в любом случае должен всё увидеть собственными глазами и затем ускользнуть. Ведь следователю потребуется ментальное сканирование её памяти. Иначе всё остальное будет лишь голословным обвинением.

Решив так, тем более девушка всё равно обещала проследить за ними, если они её не возьмут с собой, они приготовились к последнему своему походу. Все понимали, что они идут умирать, и никто не надеялся на какие-то эфемерные слова «удача» или «везение». Это были люди той профессии, которые всегда знали, что их следующий шаг может быть последним.

Единственное, о чём они сожалели, что не были уверены в будущем своих семей. Но если они не сделают того, что должно, будущего у них не будет.

Грон видел лицо этого негодяя и верил его словам, по крайней мере последним.

А посматривая на Селаю, он горевал ещё больше: если что-то пойдёт не так, он может потерять и её.

«Пусть боги уберегут хотя бы тебя», – молился он.

Зло сплюнув под ноги, старый капитан наёмников поднялся.

– Идём, – сказал он всем.

Они собрали всё вооружение и доспехи и принесли их на склад хранения в гильдию. Маг сделал последнюю пакость, наложив на их складской бокс убойное плетение, которое сможет снять только он. Если туда кто-то вздумает залезть, произойдёт такой взрыв, что разнесёт половину здания гильдии.

Потом они зашли к одному знакомому Селаи, магу-артефактору, и облачили девушку в какой-то нелепый, больше похожий на клоунский, но от этого не ставший менее эффективным доспех. Зато он не блокировал её способность к локальной телепортации и обеспечивал неплохую защиту от внешних магических и физических атак, давая возможность совершить прыжок. И главное, эта его особенность практически не была заметна. К тому же из-за своего нелепого клоунского вида он никем не воспринимался как серьёзная защита. Грона это устраивало и делало хоть немного спокойнее за безопасность дочери.

«Она должна успеть», – уже в который раз думал он.

– Босс, – обратился один из подручных Хлоста, связавшись с ним по переговорному устройству, – там это… К наёмникам какая-то девка пристала. Они её взяли с собой. Предупредить их, чтобы никого постороннего, или не надо?

– Что за девка? – спросил глава гильдии наёмников. Ему сейчас никакие неожиданности были не нужны. – Перешли её иллюзию, – распорядился он. Увидев изображение девушки, он улыбнулся: – Нет, ну ты скажи, не идиот ли?

«Ещё и дочку с собой прихватил», – подумал он.

– Кто, босс? Я? – не понял его личный порученец.

– Нет, болван, я не о тебе, – ответил Хлост и приказал: – Пусть они эту ряженую куклу оставят здесь.

– Хорошо, сейчас передам, – покорно согласился тот и направился к наёмникам.

Однако Хлост успел его тормознуть:

– Постой, я свяжусь с тобой через несколько минут.

У него возникла одна идея, как можно подзаработать на этом деле.

Насколько помнил глава гильдии, дочка этого тупого наёмника вроде магиня, и достаточно сильная. Правда, она не боевой маг, а маг жизни, но всё-таки.

«Вроде покупатель говорил, что ему ещё нужен товар, интересно, это всё ещё актуально или девчонке, в отличие от всех остальных, повезло? – задумался этот полноватый лоснящийся демон, по которому и не скажешь, что когда-то он был одним из самых опасных и отчаянных рубак. Хотя опасным он быть не перестал, внешний вид его был слишком обманчив. Просто сейчас все свои дела он обделывал чужими руками, не высовываясь на передний план. – Надо связаться с ним, – подтолкнул он себя к разговору с магом, как ни хотелось ему этого делать. Слишком непредсказуемыми и смертельно опасными были те существа, с которыми сейчас вёл дела глава гильдии, и любой просчёт мог стоить ему не то что места, но и жизни. А жить Хлосту нравилось, особенно сейчас, когда он стал проворачивать дела, которые не только приносили огромный доход, но и давали такую же огромную власть. – Надо», – сказал он себе и вызвал главу тёмного ковена, на который начал работать чуть больше года назад.

– Да, – ответил на том конце установившегося магического канала совершенно обычный спокойный мужской голос.

Хлост никогда не видел своего собеседника, но почему-то всегда думал, что тот должен быть родом откуда-то из верхних миров, столько благолепия было в его, можно сказать, ангельски пленительном голосе.

– Это Хлост, господин, – представился местный барыга и проныра.

– Я узнал тебя. Ты что-то хотел? Или возникли какие-то проблемы? – Вроде голос совершенно не изменился, но Хлост физически почувствовал, будто кто-то провел клинком по его горлу.

– Нет, что вы, всё идёт по плану, как и было условлено. Они направляются к вам. Будут у вас уже минут через двадцать. Мой демон следит за ними.

– Ладно. – И связь начала пропадать.

– Господин! – Испугавшись, что не сказал того, из-за чего и вышел на связь, Хлост прокричал обращение несколько громче, чем было нужно.

– Что тебе? – Благолепия в голосе не убавилось, но вот клинок от его горла не убрался.

– Господин, – повторился Хлост, – я просто хотел узнать, возможно, вам нужен ещё один маг?

– Хм… – Тот, с кем говорил глава гильдии, задумался. – Мне нужен только маг жизни.

«Повезло», – облегченно подумал про себя Хлост и сообщил:

– Она маг жизни, и, насколько я слышал, достаточно сильный. Прибудет вместе с теми наёмниками. Она дочь одного из них.

На том конце помолчали, а потом голос произнёс:

– Ты меня порадовал. Если ты не солгал, – опять клинок у горла, – то твой гонорар удвоится. – И маг отключился.

Глупо было бы просить предоплату у этих существ. Но Хлост был уверен, что не ошибся.

«Эти, – и он боязливо посмотрел куда-то вверх, – обо всём позаботятся».

Нейтральный мир Гранкат

Грон со своим маленьким отрядом прибыл в Гранкат. Никто из них тут раньше не был, и поэтому он и Лирас отправились к информационному стенду, чтобы узнать, куда им сейчас идти. Это не заняло много времени, и наёмники молча направились к выходу.

Неожиданно чел, мимо которого они проходили, по внешнему виду поисковик, произнёс, явно обращаясь к капитану, на его родном наречии:

– Удачи в вашем деле, – и спокойно посмотрел прямо ему в лицо.

«Кто он? Что ему известно?» – этих ответов у капитана не было, но почему-то он почувствовал, что этот странный незнакомец не лжёт и действительно желает им удачи в деле.

Его друзья остановились вслед за Гроном. А тот постарался понять, кто сейчас стоит перед ним. Боец, по-видимому, не маг, только что прибыл из внешних миров. Знает их язык. Быстро сориентировался и выделил главного в их отряде, хотя его соплеменник, демон Прон, выглядел гораздо более внушительно.

Наверное, раньше, к примеру, ещё вчера, этот непонятный чел и заинтересовал бы его, возможно, он бы даже пригласил его к себе в отряд. Было в нём что-то такое, что заставляло поверить в то, что шутки с ним могут закончиться плачевно. Да и вооружён он неплохо, это Грон заметил первым делом. Даже более чем неплохо. Хотя и постарался скрыть большую часть своего арсенала. Но всё это вызвало бы его интерес в любой другой день, только не сегодня. А поэтому он просто сказал:

– Спасибо, – и двинулся дальше.

Всю дорогу Грона не покидало ощущение, что за ними кто-то следит, но никого, кроме подручного Хлоста, он так заметить и не смог. О том, что за ними следят демоны главы гильдии, сообщили и остальные наёмники. Правда, те отстали, когда они приблизились к нужному адресу.

А вот дочка, когда они почти дошли до места, сказала кое-что другое.

– На нас магические метки, – тихо произнесла она. – Похоже, были прицеплены, как только мы появились в этом мире. Но они такие слабые, что я заметила их лишь на этом ужасном тёмном фоне.

– Да, действительно, есть, – удивился Лирас и обратился к Грону: – Прости, не заметил ни когда их повесили, ни того, кто это мог сделать. – И он грустно пожал плечами.

В этот момент они дошли до конца улицы. Перед ними было четырёхэтажное здание, которое подспудно вызывало чувство какого-то дискомфорта и страха.

– Это здесь, – ещё даже не увидев, что за дом перед ними, сказала Селая.

– Да, – подтвердил Лирас.

Грон постоял рядом с дочерью, стараясь запомнить черты её лица. А потом, не прощаясь, развернулся к своим воинам и скомандовал:

– Пошли.

И они вышли на небольшую площадь, лежащую перед этим проклятым смертью домом.

На дверях у входа стояла пара часовых, но капитан был уверен, что тут была как минимум ещё пара секретов. Сам бы он сделал именно так. Было несколько очень удобных мест, с которых можно было контролировать площадь и все подходы к ней.

Он слегка качнул головой, парни в ответ лишь прикрыли глаза, подтверждая, что тоже обратили внимание на скрытые посты охраны.

Подойдя к двери, Грон сказал одному из охранников:

– Мы за заложниками.

– Знаю, – буркнул тот и выставил перед собой плазмомёт. – Пошли, вас уже давно ждут.

Эти двое охранников действовали относительно грамотно, только не учли, что перед ними бывалые бойцы. Для обычных пленников их мер предосторожности хватило бы, а вот вздумай уйти от них Грон с командой, эти двое вряд ли бы смогли их удержать. Да ещё и оружием снабдили бы.

Но наёмники не собирались сбегать. Они пришли не за этим.

– Налево, – скомандовал охранник и приложил отставшего на шаг одного из наёмников прикладом по спине.

– Стоять, – ощущая свою значимость и воинственность, скомандовал тот, что помоложе, второй же просто стоял и контролировал их строй.

Молодой охранник постучал в двери. Из-за неё никто не отвечал. Он удивлённо посмотрел на своего напарника и, приоткрыв дверь караулки, проговорил, заглядывая туда:

– Сержант, там эти… – да так и застыл, не договорив фразы до конца.

Грон начал действовать на автомате, только почувствовав знакомый запах крови и трупов, повеявший из приоткрытой двери. Три резких и быстрых шага.

Второй охранник, отвлёкшийся на восклицание и странное поведение своего напарника, отворачивает дуло немного в сторону. И этого уже достаточно. Капитан проскальзывает вдоль его оружия, заблокировав его рукой, и, размахнувшись другой, кулаком ударяет охранника в челюсть, в последний момент на каком-то интуитивном уровне решив его не убивать, а лишь вырубить. И сразу же командует своим:

– Живым брать.

Те отреагировали сразу, как только Грон начал действовать.

– Ты что? – спросил у него Лирас.

– Загляни – и поймёшь, – мотнул головой в сторону караулки капитан, садясь на корточки и снимая всё оружие с охранника.

– Как ты узнал? – весь побелевший, выглянул оттуда маг. – Даже я не почувствовал ауры смерти.

За капитана ответил его сородич:

– Зато запах крови можно учуять за километр. – Он как раз разоружал второго охранника.

Плазмомёты они оставили себе, а мечи отдали двум другим наёмникам, Лирас остался с чем был, то есть полностью безоружен.

Наконец Грон подошёл к входу в комнату, заполненную трупами охранников, и заглянул в неё.

– Интересно, – пробормотал он.

– Что? – не понял Лирас.

– Похоже, мы опоздали.

– Куда? – всё ещё не мог понять маг.

После капитана караулку осмотрели остальные наёмники, и один из них пояснил магу:

– Нет никакого оружия и вещей, лежащих на виду и представляющих хоть какую-то ценность. А чтобы собрать трофеи, требуется время.

Тот, наконец поняв, в чём дело, согласно кивнул.

– Думаете, и остальные так же?

– Сейчас проверим. – И Грон, взяв на изготовку оружие, пошёл по коридору, заглядывая во все комнаты подряд.

На первом этаже ничего не было.

– Вы, двое, вниз, – указал он на Лираса и второго серокожего. – Вы со мной наверх, – кивнул он оставшимся наёмникам.

Долго бродить не пришлось. Ориентируясь на сильный запах крови, Грон быстро нашёл нужную дверь.

– М-да… – протянул он, открыв двери, – кого-то они сильно разозлили. – И отошёл в сторону.

Наёмник, заглянувший следом за ним, весь покраснел и спешно отбежал к окну, ведущему на улицу. Его рвало.

Второй оказался более крепким на желудок, но и он выглядел неважно.

– Что здесь произошло? – спросил тот у капитана.

– Понятия не имею, но, если честно, и знать не хочу, это уж точно не наше дело.

И это было верно. Поработал явно маг, и сильный. Чтобы весь пол немаленького зала покрыть двадцатисантиметровым слоем мелко нарубленного из некогда живых существ мяса, это нужно постараться и приложить немало сил.

Как постараться сделать это, так и постараться кому-то до такой степени насолить.

– Здесь поработал кто-то из гильдейских магов чистильщиков, – сказал один из наёмников, – больше некому.

– Это не наше дело, – откликнулся Грон и, развернувшись, сказал: – Проверьте посты на улице, думаю, там будет то же самое. А потом позовите Селаю. Я пока вниз. Нужно найти пленников и узнать, что с ними. – Но тут он услышал радостный крик, раздавшийся с первого этажа. – С пленниками, похоже, разобрались. – И он кивнул в направлении лестницы, от которой к ним нёсся Лирас.

– Они живы, все живы! – прокричал радостно он. – Все!.. Все!.. С ними остался Прон, мы пока не выводим их наружу. Но я просканировал местность. Кроме Селаи, я никого не чувствую. – И, остановившись у приоткрытой двери, он вдруг спросил: – А тут что? – Но не успел ему хоть кто-то ответить, как он сунул в приоткрытую дверь свою любопытную голову. И, пошатываясь, весь бледный отошёл назад. – А я всё думал, какую месть можно им устроить. Но до такого бы даже я не додумался. – И упал в обморок.

– Таскай его теперь, – проворчал один из наёмников, поднимая мага и направляясь с ним к лестнице.

Все спустились на первый этаж.

Тут уже толпилась часть пленников, и капитан увидел, как Пран идёт к нему, ведя своих и его детей. Как у тела мага хлопочет его девушка. Как один из наёмников обнимает раненную в руку свою жену и двоих сынишек. Как последний его воин наконец разыскал свою приёмную дочку, помогающую не упасть на пол какой-то женщине.

Увидел слёзы на щеках разумных, демонов, эльфаров, челов и многих других, которые верили в чудо и дождались того момента, когда оно придёт.

И чудом для них стали эти пятеро наёмников, что сейчас стояли перед ними.

И только Грон и его друзья понимали, что за их освобождением стоит кто-то другой.

Но сейчас это никого не волновало, они были здесь и были живы.

В этот момент в здание ворвалась Селая и сначала подлетела к отцу, а потом, увидев спрятавшихся за его спиной своих сестрёнок и прикрывающего их своей щуплой грудью младшего брата, упала перед ними на колени и разревелась, обняв сразу всех троих.

Наступил отходняк. Они живы, их родные живы.

Такого не ожидал никто.

«А я не поверил тому челу, – вдруг непонятно почему вспомнил пожелание встретившегося им по дороге поисковика Грон. – А нам повезло». – И он, привалившись к стене, сполз по ней спиной на пол.

Так он просидел следующие несколько минут.

Пран и остальные парни организовали бывших пленников и разместили их на первом этаже. Пока нельзя было покидать это здание. Селая помогала тем, кому требовалась медицинская помощь.

Грон наконец очнулся из того состояния апатии, в которое впал.

– Не пускайте никого наверх и в алтарную комнату, а также заприте караулку и куда-нибудь припрячьте тех двух стражей, – распорядился он.

Один из наёмников, который сидел недалеко от него, кивнул, поднялся и пошёл выполнять отданный приказ.

Грон же стал закипать. У него было одно незаконченное дело, и с этим нужно поторопиться. Но сначала сюда нужно вызвать следователей из какой-нибудь магической гильдии.

Лирас, который уже успел прийти в себя, рассказал о найденном в подвале рядом с камерой, где держали пленников, алтаре. А поэтому Грон связался со своим знакомым, дело было слишком серьёзным, чтобы пускать его на самотек и доверить кому-то со стороны, тому, кто может тебя предать.

Второй раз в эту же ловушку капитан попадать не собирался.

Час спустя

– Дела… – протянул, выслушав историю капитана, Тарак, пожилой демон, всю жизнь проживший в нейтральных мирах.

Это был старинный друг Грона, который был уже достаточно стар, чтобы отойти от оперативной работы, ещё когда только капитан попал в эти миры. А теперь этот старый демон занимался такими вот расследованиями. Как это ни удивительно, но этот пожилой демон был следователем из гильдии магов синих драконов мира Ролан.

– Да, – согласился Грон.

Он уже трижды пересказал всё произошедшее с ним как до, так и после. Но Тарак всё переспрашивал и переспрашивал.

Многие могли бы подумать, что пожилой следователь морочит голову или у него проблемы с памятью. Но капитан знал, что более толкового и въедливого следователя, чем Тарак, не найти.

– Ну, так что ты думаешь? – спросил Грон.

Рядом, в одной из комнат, сидела и вся его команда, а также помощники следователя, прибывшие вместе с ним.

Дом оцепила внутренняя стража гильдии, и теперь проникнуть внутрь или покинуть это здание можно было лишь с разрешения этого пожилого демона. А он пока никак не поймёт, что же здесь произошло, и вряд ли кого-то выпустит.

Да никто и не роптал. Все понимали, от чего их уберегла судьба, и поэтому жаждали мести.

Конечно, гильдейские принесли с собой запасы провианта и тёплые вещи, чтобы раздать пленникам, но этого надолго не хватит. Правда, как оказалось, это особо и не понадобится.

Выяснять или рассказывать было особо нечего.

– Так что удалось узнать? – повторно спросил капитан. А старый демон всё сидел, насупив брови, и что-то обдумывал.

Неожиданно он встрепенулся и обратился к одному из своих:

– Расскажи, что ты обнаружил, – и пояснил уже специально для наёмников: – Мой внук неплохой маг, вот, натаскиваю его помаленьку, – кивнул он Грону в направлении его дочери: «Присмотрись. Неплохой парень».

Однако Селаю сейчас волновало совершенно иное, хотя, конечно, рассказ до сих пор молчавшего молодого демона она начала слушать с интересом.

– Мы проверили весь дом и окрестности. Теперь по порядку. В караульной комнате десять охранников, ещё восемь в секретках, все мертвы. Убиты одинаково. Тип заклинания – что-то режущее, возможно, на базе воды или воздуха. Из-за сильнейшего магического фона тут нереально что-то разобрать более точно. – Он посмотрел на деда.

Тот усмехнулся и кивнул ему.

Маг, видимо вспомнив своё впечатление от увиденного, передернул плечами и позеленел. Наёмники и Лирас тоже немного напряглись и побледнели, догадавшись, о чём пойдёт речь.

Только Селая посмотрела на них с недоумением и вопросом во взгляде.

– Поверь, тебе этого лучше не видеть, – просто сказал ей отец. Та покорно кивнула ему, но Грон, видимо не очень поверив ей, повторил: – Не нужно, поверь, худшей казни для них не сумел бы придумать и Лирас с его буйной фантазией.

Тот в подтверждение лишь кивнул и вдобавок к своей возросшей бледности ещё и позеленел.

Между тем молодой следователь продолжил:

– Остальные трупы в большом зале на третьем этаже. Точного количества убитых установить не удалось, о причинах, почему этого не сделать, говорить не буду. Думаю, все догадываются. – И он обвёл всех вопрошающим взглядом, проигнорировав покачивание головы Селаи. – Судя по тем остаткам ауры, что мы смогли обнаружить и идентифицировать, убитых не меньше двадцати пяти, но, скорее всего, больше. Абсолютно все маги. Сильные. Аура очень развита и насыщена магической энергией. Сильнейшие амулеты, правда, все разряжены. Много возвратных камней, видимо, у некоторых их было по нескольку. Богатые разумные. Много денег и прочих драгоценностей. Но никто их не тронул. Причина смерти неизвестна, по крайней мере, я даже представить не могу такого плетения, способного за несколько секунд уничтожить такое количество очень сильных магов, прикрытых защитными амулетами. Явно одна из спецразработок какой-то из гильдий. И не обязательно магических. Убийцы способны и не на такое. – Что-то уточнив у одного из сидевших рядом с ним демонов, он разочарованно вздохнул и продолжил: – Количество нападавших неизвестно. Ни одного остаточного следа магии или ауры. Но с учётом уничтожения охраны и магов не меньше двух команд, то есть это шесть существ, возможно, была и группа прикрытия. Способ проникновения внутрь здания неизвестен. В охранной системе нет ни одной бреши, и она полностью работоспособна. Проверили все помещения. Найдено три тайника, все вскрыты, содержимое изъято напавшими на здание. На одном из вскрытых сейфов было сложнейшее защитное плетение, подобное мы вскрывали в прошлый раз три с половиной часа командой из девяти магов. Внутри этого сейфа заметны остаточные следы какого-то артефакта древних. Что ещё? – И маг на мгновение задумался. – Да, о главном забыл. – И он посмотрел на деда. – В подвале очень мощный алтарь, из запрещённых. Настоящий алтарь какого-то бога Хаоса. Был. Его внутренняя структура полностью разрушена неизвестным плетением. Но что странно, перед тем как его уничтожить, через него, это точно установлено, пропустили огромный поток магической энергии, только зачем, мне неизвестно. – Посмотрев на наёмников, он дополнил свой рассказ: – Теперь по вашим магическим меткам. Странная и невероятно интересная вариация, простая и на удивление стабильная. Я скопировал её структуру. Встретил подобное первый раз. Что-то похожее я видел у Тёмных плащей, но оно фонило так, что эти метки можно было вмиг обнаружить. Те же, что прицепили к вам, практически не обнаружимы. Повезло, что вы попали в зону со столь мощным магическим полем и смогли заметить их. – И, немного подумав, он добавил: – По магической части у меня всё. Но есть пара вопросов, не касающихся магии. – И он посмотрел на пожилого следователя.

– Давай, – кивнул ему тот.

– Мы допросили двух схваченных охранников, выходит какая-то неувязка по времени. Они утверждают, что заступили на свою смену за полчаса до вашего прихода, но этого никак не может быть. Только чтобы выполнить хотя бы часть того, что сделали здесь, нужно не меньше часа, а вскрыть защиту одного сейфа вообще проблематично, плюс сбор трофеев, это тоже время! Как такое возможно? И по этим охранникам тоже не все ясно, если убили всех, то зачем оставили этих двоих?

На что пожилой следователь усмехнулся и ответил молодому демону:

– Вот теперь и представь, что за спецы здесь работали и до какого уровня тебе нужно расти, чтобы заслужить хоть какое-то уважение.

Это представил не только молодой следователь, но также и Селая и Лирас.

– Ничего себе, – тихо пробормотал он.

– Вот и я говорю о том же, – сказал самый опытный демон. – Что и как они сделали, я вам вряд ли расскажу, но вот для чего это было сделано, у меня есть одна догадка.

Все в ожидании посмотрели на Тарака.

– Не томи, – поторопил его Грон.

– Я так понимаю, сегодня тут должна была состояться церемония принятия силы, и поэтому собралась вся верхушка этого ковена. Скорее всего, неизвестные вышли на вашего главу, отследив его связь с этими заморышами, – и старый демон махнул рукой куда-то наверх, – но точного их местоположения они выяснить не смогли. Всё-таки ваш «друг» хорошо подчищает за собой следы. И тут нарисовались вы, все такие красивые и симпатичные. Вот они и не упустили своего шанса. А через вас они вышли на них. – И следователь обвёл рукой вокруг себя. – А тех двух охранников они оставили специально для нас. Ну не нас конкретно, – поправился следователь, – а тех, кто придёт разбираться с этим делом. И что-то подсказывает мне, если бы кто-то решил спустить это дело на тормозах, на несколько трупов стало бы больше. Но это не про нас, парни. – И старый демон подмигнул своим молодым помощникам.

Неожиданно встрепенулся маг наёмников.

– Подождите, но тогда на всю операцию у них было меньше десяти минут, – поражённо проговорил Лирас, видимо только сейчас соотнеся рассказ демона с тем, что происходило и чему он был свидетелем.

– Всё верно, молодой эльфар, всё верно, – покивал Тарас.

Эти слова поразили всех.

«Кто эти неизвестные?» – этот вопрос так и повис в воздухе, но никакого ответа на него не было.

– Но зачем им это было нужно? – всё так же ничего не понимая, спросил Лирас.

– А что не понятно? – Следователь недоуменно посмотрел прямо на молодого мага. – Они зарвались, и им показали их истинное место. – И он сплюнул на пол. А затем обратился к капитану наёмников: – У тебя, кажется, есть одно дело?

– Думаешь? – спросил тот.

– Посмотри, – и Тарак опять обвёл рукой вокруг себя, – по-моему, тебе однозначно кто-то дал карт-бланш. – И, посмотрев прямо в глаза Грону, он медленно провёл ребром ладони по шее.

– Понял. – И губы капитана растянулись в злой и жёсткой усмешке.

А Селая наконец догадалась, или, скорее, увидела, почему её отца называли Грон Оскал Смерти.

И неожиданно даже сама для себя в точности повторила его улыбку.

– Смотри-ка, она и правда твоя дочь, – сказал старый демон.

Глава 7

Нейтральный мир Гранкат

Таверну «Жирный боров» я нашёл без особого труда. Хотя добрался туда и не так чтобы очень быстро и не без приключений.

На обратном пути у меня была возможность более внимательно рассмотреть станцию и её жителей, а то, пока я следил за наёмниками, как-то не уделял этому особого внимания.

Как и в телепортационном зале на самой станции, в основном превалировали демоны и хуманы, но были и многие другие сущности как из срединных, так и из верхних миров. Среди них можно было с лёгкостью опознать наёмников и воинов, магов и лекарей, торговцев и оценщиков, охранников караванов и заведений, телохранителей, каких-то тёмных личностей, видимо занимающихся не очень законной деятельностью, и вполне законопослушных жителей, дам одной из самых древнейших профессий, мастеровых и прочих граждан понятных и не совсем понятных профессий. В общем, это были обычные разумные, характерные для города, в основном ориентированного на торговлю и являющегося некоей опорной точкой, которую используют как перевалочную базу или постоянное место обитания отряды, промышляющие где-то за территорией нейтральных миров.

В общем, типичный фронтир, или окраинный мир. Если, конечно, здесь такое понятие существует.

Об этом говорила как специфика контингента, проживающего и встреченного тут, так и замеченные мной торговые лавки, магазины, какие-то развлекательные балаганы, небольшие блошиные рынки, бары, таверны и иные заведения неизвестного назначения.

По дороге к таверне, где меня должны были ждать друзья, я обдумывал наше положение и присматривался к тому, что можно будет сделать одной из статей доходов нашего небольшого отряда.

Место жительства, если удастся договориться с продавцом, я уж присмотрел, и оно должно было вполне нам подойти. Это было то самое небольшое двухэтажное здание, которое я заметил, следя за наёмниками. Судя по описанию, данному в объявлении, оно раньше принадлежало какому-то магу и было его небольшой торговой лавкой и магической лабораторией, второй же этаж оставался жилым. Этот домик идеально подошёл бы для нашего отряда.

Жильё, лавка и лаборатория для экспериментов – и всё в одном наборе. Да ещё и какие-то странности с внутренним пространственным объёмом того здания. Всё это очень привлекало.

Однако достаточно сильно смущала почти в три раза меньшая стоимость, чем на любые другие аналогичные предложения, особенно если обратить внимание на все вышеперечисленные достоинства. Что-то с этим домиком было не так. Но с этим придётся разобраться по мере поступления дополнительной информации и после разговора с продавцом.

А сейчас, идя в нужную сторону, я глазел по сторонам и размышлял над тем, чем же нам лучше заняться в будущем. Ведь, по сути, нашей целью будет розыск порталов, ведущих в миры девочек, а для этого придётся много путешествовать и, возможно, закупать необходимое снаряжение или, как результат поисков, продавать какие-то найденные нами раритеты и ценности.

Частично это условие перекрывается приобретением, постройкой или арендой подходящего здания. Что, как я понимаю, смотря на цены вокруг, требует немалых предварительных затрат как на организацию любой экспедиции, так и на самостоятельный поиск. Всё это, конечно, актуально, если мы хотим снизить риски до минимума. А другого варианта с участием Теи и Эреи я даже не рассматриваю. Хватит с них приключений в городе древних.

И тут практически сразу вырисовывалось несколько наиболее предпочтительных вариантов. Наёмники. Поисковики. Разведчики порталов. Собиратели ценностей, раритетов и прочих артефактов. Конечно, идеальным было бы сидеть и не высовываться, но так мы точно ничего не найдём. Поэтому мне нужно было подобрать идеальную во всех отношениях, золотую середину. Или в крайнем случае все риски перетянуть на нас с Муком и Лениавесом.

Идея присоединиться к какому-то уже сработанному, слаженному отряду поисковиков или наёмников меня не особо устраивала. Слишком велик в этом случае риск подставы в виде живого щита или наживки. Да ещё и наши девушки во многом слишком лакомый кусочек, это если смотреть с сугубо утилитарной точки зрения.

Поэтому если и рассматривать подобный вариант, то тогда нужно будет искать отряд с действительно отменной репутацией, а ещё лучше работать через очень хороших знакомых. Но таковых пока на этой станции у нас не было.

Да и вообще сама идея податься в наёмники, которые соответствуют основному пункту – много путешествовать, восторга и желания у меня не вызывала. Слишком велик риск. Да и не уверен я, что подобный вид деятельности придётся моей «миролюбивой» натуре по душе.

Ну, последнее было явной шуткой, однако девочками я рисковать не собирался, поэтому нужно было найти что-то такое, что позволило бы вести нашу деятельность в рамках нейтральных миров, при этом минимизировав посещение опасных внешних областей.

Поисковики и разведчики привлекали меня гораздо больше, но и среди них риск был достаточно велик. Хотя тут я как раз таки готов был рисковать, особенно если это будет касаться только меня, ну, в крайнем случае ещё и Мука.

Лениавес же будет приглядывать за девушками и осуществлять общий контроль.

Однако всё равно, на душе у меня было состояние, говорившее, будто я упустил нечто значимое.

И именно стараясь распознать это самое нечто, я осматривался в попытке понять: а чем, собственно, живут люди этого нейтрального мира в частности и остальных миров в целом?

Вот здесь-то на первый план и вышли мои наблюдения, которые в итоге и натолкнули меня на одну вполне любопытную, а возможно, и жизнеспособную идею.

По пути мне попалось множество магазинчиков и мастерских. Были небольшие рынки и маленькие торговые улочки и перекрёстки. Также я увидел часть явно огромной рыночной площади, в которую упиралась соседняя улица той, на которой располагалась наша таверна. Находилась она как раз за кварталом мастеровых, между наёмниками и магами, и, судя по тому, что утверждала скачанная из сети карта, она занимала никак не меньше пяти или шести кварталов и доходила практически до того края этого уровня станции.

Да, кстати, на станции были и другие уровни. В более густонаселённые районы нейтральных миров (аналогичных подобной станции) внедрялись и смежные уровни. Иногда все вплоть до нижнего и верхнего, но такое можно было наблюдать только в центральных мирах, к примеру, того же мира Ролан, который был одной из узловых точек нижнего сектора тёмных планов.

Наш же мир был окраинным на одной из ветви нейтральных миров и назывался Проген.

Всё это мы почерпнули из общедоступных материалов, размещённых в сети. Оказывается, там были не только торговые объявления, но и секретные и не очень данные, принадлежащие различным организациям, предприятиям, конторам, гильдиям и учебным заведениям.

И благодаря нашим административным правам на уровне локальной сети станции мы получили неограниченный доступ ко всем материалам, размещённым отдельно на информационном сервере станции.

Думая о возможности заработать и сделать маскирующую одежду для Эреи и Мука, в данный момент меня особенно интересовали кожевенные и оружейные мастерские, кузницы, правда, при этом нужно было найти неплохих умельцев, и тут мне очень хорошо помогала интуиция.

Ну и ювелирные или иные лавки, торгующие драгоценностями. Всё-таки главными моими сокровищами были доспехи магических стражей и те камни, что я нашёл в городе древних и которые собирался выставить на продажу.

Однако пока ещё ничего особо выдающегося я здесь не заметил. Но в глаза мне бросилась иная странность, которая и подтолкнула ход моих мыслей в совершенно ином направлении.

Я собирался ходить и искать порталы в родные миры девушек. Но ведь можно было поступить и совершенно иным способом. Не было необходимости посещать иные миры самим. Нужно сделать так, чтобы эти самые миры в виде тех, кто однажды их посетил, сами приходили к нам. В этом случае и выборка будет гораздо больше, и скорость поиска возрастёт многократно. Правда, в этом плане был один маленький, но существенный недостаток.

Как заставить тех или иных поисковиков, разведчиков и наёмников появиться у нас и рассказать нам о том, где они побывали?

И ответ на этот вопрос я увидел, осматриваясь.

Почему-то магических магазинов или лавок на своём пути я заметил не очень много, всего три штуки. Возможно, были и другие, но они не бросались в глаза или находились в совершенно другом месте. Хотя я как раз практически пересёк квартал магов по диагонали, и где им ещё находиться, кроме как здесь, я представить не мог. Разве что на рыночной площади.

Но что меня особо поразило, так это цены, которые я разглядел сквозь витрины подобных магазинов.

Однако проверив стоимость подобной продукции в сети и в остальных нейтральных мирах, к торговым площадкам которых я благодаря деятельности Вирта уже получил доступ, то удивился ещё больше, когда понял, что подобная ситуация была характерна не только для этого мира.

Получалось, что здесь, на станции, всю эту магическую бижутерию продают чуть ли не по самой максимальной цене, такой же, как, впрочем, и везде. Это было пока не очень понятно, ведь магия в нейтральных мирах развита, похоже, лучше всех остальных наук. Да и со слов Лениавеса чуть ли не лучше, чем в любом внешнем мире, хотя я пока ничего особо выдающегося и выпадающего за рамки возможностей того же корнола, девушек или Мука не видел.

Как-то незаметно было особого прогресса науки и техники в этих мирах за то время, что тут отсутствовал Лениавес. Это было непонятно, но было. И пока для меня этот странный нонсенс оставался без ответа. И именно это, похоже, влияло и на всё остальное.

Как мне кажется, вся суть крылась в том, что этот окраинный мир, как и все другие, полностью контролировался всего одной или несколькими магическими гильдиями, и оборот всех магических товаров полностью шёл через их дельцов, и, как результат, вся стоимость этих товаров диктовалась ими же.

Но как было видно из тех же объявлений, часть продукции сбывалась по гораздо более низким ценам, но в таких уценённых предложениях всегда стояло одно немаловажное условие: «только для членов гильдии» – и дальше шло название той магической гильдии, которой, видимо, и принадлежала торговая лавка.

Правда, были и исключения, магические артефакты и товары можно было найти и в других магазинах, ломбардах или у скупщиков, а также, как я понял, у дельцов, работающих на какие-то наёмные отряды, поисковиков и, как мне показалось, гильдию воров. Вот у них-то эти же товары были в несколько раз дешевле, но тоже присутствовала своя специфика. Никто из них не давал никакой гарантии работы того или иного артефакта, амулета или зачарованного предмета.

И это была явная контрабанда. Похоже, подобные товары шли в обход гильдии магов. По крайней мере, в воровской гильдии именно так и было.

Кстати, с пятерку их торговых точек мы с кластером обнаружили и идентифицировали достаточно быстро и могли утверждать это практически со стопроцентной вероятностью. Дешёвые товары, часто даже без описания свойств, совершенно разные по качеству и внешнему виду. Оценщик в основном назначает цену товара, исходя из своих личных предпосылок и основываясь на своем жизненном опыте да на внешнем виде того или иного предмета.

Меня особо поразила одна такая лавка, где какой-то очень мощный артефакт – я не стал особо заморачиваться с ним, но, скорее всего, это защитный амулет для целого дома с ещё несколькими дополнительными функциями – стоил всего десять тысяч кредитов (местная валюта). Тогда как рядом лежала совершенно бесполезная железяка непонятного назначения, по виду вообще похожая на бутафорский меч, с ценником в сорок тысяч кредитов.

Вот тогда-то я и понял: «На этом неплохо можно поживиться». И что самое важное, без особого риска. Ну, если не учитывать того, что придётся иметь дело вот с такими немного скользкими и оборотистыми дельцами. Однако именно это меня пугало в последнюю очередь. Им-то нам как раз есть что противопоставить, если смотреть на наш небольшой отряд в совокупности как на отдельную боевую единицу.

Для Эреи в этом случае наиболее правильным будет стать лекарем или магом жизни при нашем отряде.

«В стоимость контракта входит обучение и повышение квалификации», – пошутил я.

Все остальные в большинстве своём – это, по сути, достаточно неплохие автономные бойцы различной степени опасности, угрозы и боевого опыта, как я понимаю, начиная от Рыкуна с Теей и заканчивая Лениавесом с Муком.

«Ну и плюс я из категории „принеси-подай”», – проснулась во мне какая-то весёлость.

Интуиция прямо-таки кричала мне, что я на верном пути.

Когда же эта мысль окончательно сформировалась в моей голове, я уже более целенаправленно, стараясь не пропускать мелочей, стал обращать внимание на такие вещи. И вот что заметил. Практически везде по бросовым ценам, чуть ли не по весу за кучу, сбывались неопознанные артефакты и прочие магические вещи, тогда как точно такие же, но уже идентифицированные магические амулеты стоили в разы дороже.

И похоже, это было связано с тем, что артефакторы, или рунные маги, способные качественно и точно провести опознание и идентификацию любого магического предмета, были лишь в магических гильдиях, так как их описание товара в большинстве случаев полностью соответствовало действительности. Остальные, как я понял, пользовались или их же услугами, или ими же производимыми и продаваемыми амулетами опознания. Подобные амулеты я заметил в одном из магазинов.

Поэтому стали понятны столь высокие цены именно в их магазинах. Реальных конкурентов у магических гильдий как таковых не было.

Более внимательно присмотревшись к товарам, выставленным в обычных лавках, я заметил, что артефакты, к которым было приложено достаточно полное описание, по своей цене не слишком отличались от таких же, но продаваемых различными магическими гильдиями.

Получалось, что особой разницы, у кого приобретать тот или иной идентифицированный артефакт, не было. Конечно, и из этого правила были исключения, но это лишь частности, подтверждающие общее правило. Все действительно качественные магические предметы, вещи, изделия, артефакты и амулеты можно было приобрести лишь через представителей гильдий, напрямую или косвенно связанных с различными организованными сообществами магов.

Правда, некоторые маги работали не только на магические гильдии, но их было не так много, к тому же их изделия или работа стоили не меньше, если не больше, чем те же услуги, оказываемые гильдейскими магами.

Помимо этого, я заметил и другую особенность. Огромное значение в разнице стоимости артефактов имел их уровень. С повышением сложности и силы артефакта, а соответственно, и с повышением его магического уровня в различных градациях так же практически на порядок, а иногда и больше прыгала цена на предмет. Правда, относилось это в основном к магическим предметам уровня выше пятого.

К примеру, какое-то колечко второго уровня защиты от внешнего физического воздействия стоило порядка десяти – двенадцати тысяч кредитов, тогда как точно такой же амулет, но уже пятого уровня перевалил по своей стоимости за сотню тысяч.

«Ничего себе тут цены», – прибалдел я от разлёта того ценового диапазона, что увидел здесь.

После этого я перестал удивляться и такому огромному количеству амулетов среднего и ниже уровней, они ещё были по вполне приемлемым ценам, тогда как артефакты более высоких уровней стоили баснословных денег.

Например, за то небольшое время пребывания здесь единственным артефактом, чей уровень превышал пятый, был тот самый защитный артефакт, который я как раз и видел в той самой воровской лавке.

Видимо, все наиболее мощные артефакты, как и в любой более-менее централизованной системе, рано или поздно стекались в центральные миры или оседали в руках тех, кто мог позволить себе приобрести их или понимал их действительную стоимость и ценность.

А в нейтральных мирах под все эти критерии подпадали как раз таки магические, околомагические или иные наиболее влиятельные гильдии, ну и, как исключение, отдельные маги и, возможно, торговцы.

Так что, по сути, никакой контрабанды, даже мнимой, не было. Рано или поздно все самые ценные артефакты оказывались в руках и так контролировавших всё и вся гильдий, ведь, кроме них, никто не мог даже опознать эти предметы.

Окраинные же миры выполняли роль некоего первоначального фильтрующего буфера. На таких станциях поисковики и прочие искатели приключений сбывали свой товар по невысоким ценам скупщикам, которые потом перенаправляли их по цепочке дальше, пока те не доходили до нужного адресата. А уже там, в гильдиях, производили идентификацию тех магических предметов, что попадали к ним, и обратно они уже возвращались по тем ценам, что я мог наблюдать в витринах гильдейских магазинов или объявлениях в сети.

Меня поразило, что идентификацию артефактов почему-то полностью отдали на откуп гильдиям, хотя никаких ограничений в этом отношении, кроме как открытие своей собственной, занимающейся подобным промыслом, не было.

Данный вопрос мы специально проштудировали с кластером, и он не нашёл никаких внешних ограничивающих факторов, кроме официальной регистрации собственной гильдии с разрешением заниматься магической деятельностью и подтверждённой сертификацией.

Однако, как оказалось, сертификацией в этом случае являлась не какая-то сдача экзаменов для подтверждения своих навыков и умений, а дополнительная регистрация новой действующей и активной портальной арки в каком-то из нейтральных миров. После этого следовал ряд формальностей, связанных уже с более детализированной регистрацией подобной организации, её устава и описания рода деятельности. Ну и ещё каких-то дополнительных привилегий.

Я пока оставил этот вопрос на потом, решив обсудить его более подробно с Лениавесом и нашей командой.

Возможно, были и какие-то иные пути, которые мы с кластером и ментоинтерфейсом просто не догадались рассмотреть, но что-то я в этом сомневался.

Ну а пока, поняв общую ценность высокоуровневых артефактов, я решил постараться не упустить столь потенциально выгодной покупки, как защитный амулет седьмого уровня, и поспешил вернуться в воровскую лавку, пока моя драгоценная вещь не осела в чьём-либо хранилище.

* * *

Торговая лавка воровской братии представляла собой небольшой одноэтажный домик. Был он полуподвального типа, с уходящей немного вверх, по направлению к прозрачной стеклянной витрине, лестницей. По ней я и поднялся, войдя внутрь помещения.

И как это ни удивительно, но площадь этого крохотного снаружи магазинчика изнутри оказалась раза в три больше, чем можно было предположить.

Да, здесь было на что посмотреть. Представлены были не только магические товары, но и различные ценные вещи, украшения и драгоценности, кроме того, было много оружия, доспехов и брони, присутствовала и дорогая одежда. Позади же здания располагалось нечто вроде скотного двора.

«Похоже, здесь продают абсолютно всё», – подумал я, учуяв запах каких-то странных, немного сладковатых благовоний, на которые Искатель отреагировал как на сильное наркотическое вещество и заблокировал их воздействие на мой мозг и сознание.

Когда я заходил в магазинчик, туда же зашла и группа наёмников из трёх демонов. Как я понял, они хотели приобрести подешевле защитные амулеты четвёртого уровня на весь свой отряд. А это пятнадцать существ, и собирались они заплатить за всё вполне приличную сумму наличными. Кроме того, им было нужно несколько атакующих артефактов и кое-что из бытовой магии. Также они заказали десяток свитков опознания и по пятьдесят свитков лечения средних и лёгких ран, к которым в дополнение взяли ещё одно воскрешение и три восстановления после тяжёлых ран. Ну и по мелочи. В целом же закупились практически сотней различных боевых низкоуровневых свитков.

Наблюдая за их торговлей и тем, что говорил им продавец, я заподозрил неладное, когда он попытался спихнуть им в качестве сильнейшего атакующего артефакта непонятную железяку в виде бутафорского меча, рассказывая о его необычных режуще-колющих свойствах, которые проявляются только во время боя, о том, насколько полезен может оказаться этот артефакт, когда понадобится взломать строй врагов. В общем, говорил он много и красиво, но правды в его словах было чуть меньше нуля. Этот предмет и на меч-то походил с натяжкой.

Однако наёмники внимали ему с большим интересом. В результате вместо артефактов четвёртого уровня, которые ему заказали пришедшие демоны, он чуть ли не половину из них подменил на третьеуровневые амулеты.

В остальном заказ наёмников он выполнил в полной мере.

Пока продавец общался с наёмниками, мне с покупками помогала молодая девушка – хуман, которая была кем-то вроде помощника менеджера зала. Ради интереса я у неё спросил:

– Не скажете, что это так расхваливает ваш коллега? – Мне было действительно интересно, что ответит эта девушка.

– О, это очень сильный атакующий артефакт, семейная реликвия его рода. – Она мотнула головой в направлении второго торговца. – Его дед некогда был очень сильным магом, а ему достались лишь средние способности, поэтому он и устроился к нам в магазин продавцом-оценщиком.

По ауре девушки было видно, что она полностью верит сказанному и совершенно не в курсе того, что её напарник нагло обворовывает или подставляет магазин.

– А что это за браслеты и кольца? – кивнул я на защитные амулеты, что этот проныра выдавал за четвёртый уровень, хотя они даже заряжены полностью не были, в отличие от тех, что он выдал первой партией. Те полностью соответствовали своему описанию.

– Так он ещё и созданием магических амулетов занимается, хоть и не артефактор, а мы реализуем их через наш магазин. Работаем по схеме тридцать за реализацию на семьдесят. Это стандартные условия, – добавила она.

Я прикинул, что только на данной сделке этот не слишком чистоплотный на руку маг заработает порядка восьмидесяти тысяч кредитов плюс ещё порядка сорока тысяч за бутафорию. Ну и свои законные семьдесят процентов в размере шестидесяти трёх тысяч.

«Неплохо устроился, – хмыкнул я. – Интересно, а хозяин заведения в курсе?» Это был шанс, особо не выставляясь, постараться наладить связи.

Воры на таком уровне обычно стараются следить за своей репутацией, иначе с ними перестанут работать, а потому у меня возникло желание поговорить с владельцем этого маленького магазинчика.

Во-первых, прощупаю обстановку, а во-вторых, если всё выгорит, появится выход на местную гильдию воров.

Да и наёмников подставлять не было никакого желания, почему-то я был уверен, что эти амулеты им в ближайшее время очень пригодятся.

Поэтому, тихо подойдя к стоящему несколько в стороне от торгующихся собратьев наёмнику, я чуть тронул его за плечо.

– Добрый день, уважаемый, – обратился я к нему и слегка наклонил голову.

Тот оценивающе посмотрел на меня, пробежавшись глазами по моему лицу и фигуре.

– Что надо? – не очень вежливо ответил он.

Честно говоря, желание общаться с этим господином резко качнулось вниз, но его следующая фраза разъяснила ситуацию.

– Набор в наш отряд закончен, да ты и не подходишь, нам нужны демоны. – Быстро, коротко, по существу.

Да ещё сложилось такое впечатление, что его уже достало проговаривать эту фразу в тысячный раз. Отсюда и нотки грубости в голосе. Хотел побыстрее отделаться от меня.

Ну, теперь не получится, вы мне нужны в качестве гарантии и возможных свидетелей. А потому, дорогой, вторая часть марлезонского балета.

– И вам не хворать, уважаемый. – Это такая маленькая месть за грубость.

Глаза демона опасно сузились, но я продолжил:

– Я не по этому вопросу. Извините, что вмешиваюсь, но этот проныра вас старается нагреть тысяч этак на сто пятьдесят. Вам это интересно?

Похоже, мои слова заставили демона задуматься, и уже с большим вниманием он посмотрел на меня.

– Говори, – просто сказал он.

– Услуга за услугу, – сразу отвечаю я.

Тот молча кивает.

– Мой босс собирается открыть здесь своё дело, и вчера мы прошлись по кварталу, прицениваясь, что тут к чему. Так вот, тот артефакт, что вам пытаются всучить как великое и смертельно опасное оружие, на самом деле пустышка. Это первое. Второе: часть защитных артефактов, проданных вам, не четвёртого, а третьего уровня. Я, конечно, не маг, но мой босс – маг и притом один из лучших рунологов, так что он вряд ли сильно ошибся бы в этом вопросе.

Конечно, эта история была шита белыми нитками, но она ударила наёмника по больному, поэтому он не заметил мелких неувязок. Глаза демона потемнели, он уже хотел развернуться к своим парням и что-то скомандовать им, но я удержал его за руку.

– Помните, мы говорили об услуге? – спросил я.

– Да, – буркнул он. – Что от нас требуется?

Я подумал и ответил:

– Мне нужно поговорить с хозяином этого заведения, и если окажется, что он в деле, то магазин ваш, иначе договаривайтесь с ними на более мирных условиях. Разве что маг, этот маг, – и я кивнул на торговца, – должен будет ответить. Но, думаю, те, кто крышует местных, поговорят с ним не хуже, а возможно, и гораздо лучше вас. И разъяснят ему всю глубину его заблуждений.

Демон оскалился и вопросительно поднял одну бровь.

– И когда это вы со своим таинственным боссом успели выяснить, чей на самом деле этот магазин? – спросил он. – Вы же здесь всего один день.

– Ну, здесь один, – ухмыльнулся я, – а на этом свете не один. У всех есть свои источники информации.

– Угу, – хмыкнул демон. – Тогда жду твоей отмашки.

– Спасибо, – поблагодарил я и, вспомнив кое-что, добавил: – Да, ещё: можете попросить своих бойцов немного отвлечь этого торгаша?

Тот кивнул, подозвал одного из торговавшихся демонов и что-то прошептал ему на ухо.

Подошедший демон после слов своего начальника так же слегка оскалил пасть, однако, отвернувшись, сразу принял вполне благообразный и достаточно миролюбивый вид. Подойдя к торговцу, он начал задавать ему какие-то вопросы, указывая на различные выставленные на прилавках товары.

– Давай действуй, – поторопил меня демон, с которым я разговаривал. – Говорун займёт его минут на тридцать.

– Хорошо, – кивнул я и, развернувшись, направился к девушке. – Простите, – обратился я к ней, – а можно ли поговорить с хозяином магазина?

Девушка встревоженно посмотрела на меня и, оглянувшись на дверь, ведущую в глубь помещений, быстро сказала:

– Извините, у вас возникли какие-то проблемы с покупкой? Возможно, я смогу их с вами уладить? Если я в чём-то ошиблась, то готова всё перепроверить.

– Не переживайте, – поспешил успокоить я девушку, – у меня к вашему хозяину несколько деликатное деловое предложение. И я думаю, ему будет интересно его услышать.

Я посмотрел прямо в её зеленоватые глаза и улыбнулся, стараясь показать, что это всего лишь небольшой личный разговор. Она заметно расслабилась и произнесла:

– Подождите минуточку, я сейчас схожу за ним, – и прошмыгнула в глубь магазина.

Я остался ждать её возвращения.

Буквально через несколько секунд она вернулась, ведя под руку пожилого… Интересно, кого?

Я бы назвал его гномом, но интуиция говорила мне, что это точно был не гном, возможно, гремлин или какой-нибудь гоблин. Или не знаю кто. Но на демона этот скрюченный, сгорбленный, однако не потерявший хитроватого блеска молодых и при этом светящихся мудростью глаз старик был тоже не очень похож.

Правда, всё это была лишь ширма. Я понял это, едва взглянув на него. Не знаю, как внешне выглядел этот дедок для остальных, но я чётко осознал, что передо мной сейчас стоит очень опасный и серьёзный противник. Магом он не был, но ему это и не требовалось.

Кластер, сверившись с базой станции, достаточно быстро вычислил расу этого примечательного хозяина магазина. Это был обычный болотный тролль. И как все его сородичи, он был невероятно силён, быстр, ловок и вынослив. Но главное, хоть это и не слишком вписывалось в мои представления о троллях, по крайней мере экземпляр, стоявший сейчас передо мной, был очень умён. К тому же он был практически полностью иммунен к любым магическим проявлениям. Я смог просканировать его, лишь перейдя чуть ли не на максимальный уровень чувствительности. Дополнительным плюсом в его случае служили возраст и опыт. Они должны были дать этому разумному неимоверную фору в любом деле. Ведь, по сути, эти существа по-настоящему не старели до самой своей смерти, в том понимании этого процесса, к которому привыкли мы. Они совершенно не слабели, не дряхлели со временем, не становились немощными и беспомощными. Просто в какой-то из моментов своего развития, достигнув определённого пика умственных и физических возможностей, они на этом уровне оставались уже до конца своей жизни. А жили тролли очень долго. Иногда проживая по нескольку тысяч лет.

И похоже, один из таких вот уникумов сейчас стоял передо мной.

«Чую, не простой это тролль, ох не простой, – подумал я, посмотрев на вышедшего в зал старика. – Да и лавка эта лишь вершина айсберга. Похоже, я нежданно-негаданно нарвался на одного из шишек в местной воровской гильдии, если не на самого её главу. Любопытненько получается. – И, посмотрев на встревоженно замершего мага-продавца, задумался: – А сам-то проныра хоть догадывается, на кого работал, или нет? И как, интересно, этот дедок проглядел такого прохвоста прямо у себя под боком? – И, снова обратив своё внимание на вышедшего старика, решил: – Вот сейчас всё и выясним. Мне ведь не важно, скажет правду он или нет, для меня будет основным, станет ли старик мне лгать».

В этот момент девушка, указав в мою сторону, произнесла:

– Дедушка, вот тот самый чел, что хотел поговорить с тобой.

«Дедушка? – удивился я и сразу же понял, в чём была моя ошибка, я как-то не подумал, что даже эти разумные относились к расам срединных миров. А значит, по сути своей, могли иметь детей от любых представителей из этих планов реальности, и эта девушка на самом деле могла быть его внучкой. – Очень уж они разные, но, похоже, она полукровка. Ну или я чего-то не знаю».

– Здравствуйте, – поздоровался я и в уважении слегка наклонил голову.

– Смотри-ка, быстро сориентировался, – очень тихо проговорил, буквально прошептал будто про себя дед и совсем даже не хриплым старческим голосом, как я мог предположить.

Но самым важным сейчас было то, что я его прекрасно услышал и понял, хотя говорил он на каком-то картавом и грубоватом наречии.

«Правда, в последнее время проблем с иностранными, вернее, даже не знаю как сказать, чужими, что ли, языками и их пониманием у меня нет», – подумал я.

Тролль, немного выпрямившись и отойдя на пару шагов в сторону, всё так же тихо добавил:

– Теряю хватку, однако. Вон какой-то юнец с ходу меня срисовал и просёк фишку. – И, неторопливо прошаркав по полу мимо меня, махнул рукой, указывая на небольшую дверцу: – Идём.

Я лишь согласно кивнул и последовал за ним.

Мы оказались внутри небольшой комнатки, которая, как только за нами закрылась дверь, сразу же окуталась защитным полем, прикрывающим её от всевозможного прослушивания и сканирования.

«Непростая переговорка», – хмыкнул я, да и плетение, её прикрывающее, было достаточно интересным.

Источником плетения являлось то кресло, к которому направился тролль, что было несколько необычно. Но, оценив материал, из которого когда-то изготовили это кресло, я решил, что лучшей основы под внедрение любого плетения подобрать было бы сложно. Так что выбор под создание столь мощного артефакта был вполне обоснованным. Да и сама работа была выполнена очень филигранно. Даже кластер обратил на это внимание.

Мне стало интересно, почему они не сотрудничают с магом, который создал этот артефакт, а связались с тем, что сейчас остался в зале?

После того как мы оказались внутри комнатки, ментоинтерфейс быстро просканировал её изнутри, и я понял, что меня взяли под плотный контроль. За стенами, в его скрытых нишах притаилось пятеро воинов с различным магическим оружием. Все были демонами, кроме одного, по-моему, хумана. Конечно, я мог ошибаться, но слишком уж его аура была похожа на мою. Все они были с небольшими способностями к магии, но ни одного по-настоящему сильного мага.

«Как, интересно, может существовать гильдия в магическом мире и не иметь в своём штате полноценных магов?»

Пока я размышлял и топтался у порога, рассматривая противоположную от меня стену, старик подошёл к своему, «хозяйскому» креслу и кивнул мне на «гостевое», стоящее у стола, напротив него.

И только после того, как мы оба поудобнее устроились за столом, он спросил:

– Так что ты хотел обсудить со мной? Дария сказала, что у тебя есть ко мне дело, которое может меня заинтересовать.

– Да, – ответил я и посмотрел на него.

– Я так понимаю, мне представляться не нужно, – прищурился тролль, – коль ты попросил мою внучку именно о личной встрече. – И сразу перешёл к делу: – Так что тебе нужно?

В этот момент с дедка слетела вся его благодушная и немного простоватая маска. Теперь я точно знал, кто сидел передо мной. Глава местной воровской гильдии Гранката. Ну или одной из них, если их, конечно, тут не несколько. Что вполне можно предположить, если судить по замеченным мной торговым точкам и тем личностям, что возле них ошивались. Тогда получается, что подобных организаций здесь как минимум три. И эта, похоже, одна из самых маленьких, раз сам глава не гнушается поработать в магазине и лично ведёт переговоры с заказчиками.

Однако, глядя на этого тролля, я мог с уверенностью сказать, что эта гильдия одна из самых надёжных. Если, конечно, к ним относится это определение.

– А ваша внучка знает, кто вы? – с интересом спросил я, чем, похоже, сбил настрой этого немного хмурого и сурового субъекта с насупленными густыми бровями.

– Что? – переспросил он.

– Ну, я о девушке, Дарии. – И я кивнул в направлении оставленного нами зала его небольшого магазинчика. – Она догадывается, кто её дедушка?

Видимо, мой вопрос заинтересовал и самого тролля.

– А ты знаешь, я даже как-то над этим не задумывался. – И пару секунд помолчав, он продолжил: – Она вообще не глупая девушка и, я думаю, давно догадалась, откуда берётся большая часть наших товаров, но вот обо мне я даже как-то и не знаю. – А потом в удивлении посмотрел на меня: – Постой, это я должен расспрашивать тебя, а не ты. И тем более это не должно касаться моих семейных дел. – И с подозрением посмотрел на мне.

Я же, вспомнив, с каким вниманием и заботой девушка относилась к этому мнимому старику, с какой искренностью помогала ему, даже не подозревая о его напускной немощи, сказал, прямо поглядев в глаза троллю:

– Простите, конечно, если влез не в своё дело. Однако, если вам всё же интересно, то лично о вас она не в курсе. Она просто не может подозревать какую-то вашу связь с гильдией, особенно если она неглупая девушка, как вы только что сказали. Правда, скорее всего, вы для неё не более чем обычный посредник и связной, параллельно занимающийся оценкой и сбытом поставляемого товара.

Дедок поражённо посмотрел на меня и очень осторожно, сделав какой-то незаметный (ну, это ему так показалось) знак рукой, поинтересовался:

– И как давно вы следите за нами?

Я усмехнулся:

– Похоже, произошла небольшая неувязочка, и мы с вами сейчас говорим о совершенно разных вещах, – и, видя всё ещё полное непонимание с его стороны, продолжил: – Вы только, пожалуйста, сильно не нервничайте и попросите всех своих пятерых парней, что так упорно целятся в меня, не спустить курок. Или что там они держат?

– Арбалеты гномов, – проговорил тролль и только потом сообразил, что только что выдал себя с головой. – Старею, – пожал он плечами.

Я же хмыкнул:

– Так же как и все остальные тролли, – и более серьёзно произнёс: – Но сейчас действительно произошло небольшое недоразумение. Я к вам по делу. – И, подняв руку, успокаивая вскинувшего брови старика, объяснил: – Я не имею никакого отношения ни к одной из ваших гильдий.

Тот задумчиво окинул меня оценивающим взглядом.

– Ну, тогда я тебя слушаю. – Этот тролль умел держать себя в руках, поэтому быстро сориентировался в ситуации и перешёл к деловому разговору. Иначе, как я понимаю, у них было нельзя. – И если можно, поподробнее.

– Можно и поподробнее. – Я прикинул, сколько длится наш разговор и что время, о котором мы договорились с наёмником, у меня ещё есть.

Однако, посмотрев на ещё одного появившегося за стенкой субъекта, а, судя по его ауре, это был демон, слабенький тёмный маг, я спросил:

– Может, имеет смысл и вашего помощника пригласить?

Тролль как-то странно крякнул.

«Да он смеётся!» – понял я.

А глава гильдии воров произнёс:

– Руди, заходи, – и, обратившись ко мне, уточнил: – И откуда же ты такой глазастый взялся?

– Да, как и все, от мамы с папой, – ответил я и улыбнулся самой широкой и приветливой улыбкой.

– Понятно, – кивнул он.

Одна из скрытых панелей стены отъехала в сторону, и в комнату вошёл щуплый и длинный демон с лицом, напоминающим приплюснутую и очень сильно сморщенную волчью морду, и с парой висящих за спиной крыльев.

– День добрый, – поздоровался я с ним.

Тот что-то буркнул в ответ и прошёл в угол комнаты, сев в стоящее там свободное кресло.

«Три места с хозяйской стороны расположены так, чтобы хорошо видеть клиента, значит, обычно на переговорах их трое. Сейчас одно кресло пустует. Получается, не хватает ещё кого-то», – рассудил я и заинтересованно спросил:

– А это для кого? – И указал на незанятый стул в этом небольшом помещении.

Демон удивлённо посмотрел на меня, а тролль, ещё раз хохотнув, прокомментировал мой вопрос:

– Смотри-ка, какие наглые нынче пошли челы. – Однако, посмотрев на меня, всё-таки ответил: – Здесь обычно сидит наш казначей, но сегодня, как видишь, его нет, что, впрочем, очень хорошо. – И демон с троллем заржали в один голос. Заметив недоумение на моём лице, тролль пояснил: – Когда мы собираемся все трое вместе, то это, соответственно, превращается в малый совет гильдии, и тогда это может затянуться надолго. – И, ухмыльнувшись, спросил: – Будут ещё вопросы или мы можем приступить к делу?

– Нет. Простите моё любопытство, но это действительно интересно. Честно говоря, я не очень хорошо представлял, как всё должно функционировать в столь серьёзной организации. – И, улыбнувшись, добавил, сообразив, что передо мной сидят вполне адекватные существа, способные понять любую шутку. Если, конечно, она не перерастает в оскорбление. – А получается всё тот же балаган, как и везде. – И посмотрел на них в ожидании реакции.

– Хуже, – проговорил демон, – балаган хоть иногда, на выходные закрывают, а тут так всегда. – И он снова показал свой оскал, знаменующий, видимо, его добродушие и приветливость. А потом, будто про себя, добавил: – Неудивительно, вы, челы, как раз и славитесь этим своим неуёмным любопытством. – И он вроде как осуждающе покачал головой. – Как ещё живы-то все? – И вопросительно посмотрел на меня.

Мне не оставалось ничего, кроме как пожать плечами.

– Не знаю, может, удача любит любопытных, – предположил я.

– Может, – согласился тот и посмотрел на своего босса, который с интересом прислушивался к нашему разговору.

Видимо, пора всё-таки приступать к разговору, да я и сам хотел начать его, а то терпение наёмников, оставшихся в зале, может и не выдержать.

– Так о чём ты хотел поговорить? – ещё раз спросил у меня тролль.

Я посмотрел по очереди на каждого из них и ответил:

– Если честно, то всего лишь о вашем магазинчике.

Глава гильдии и его правая рука как-то разочарованно посмотрели на меня. Поэтому я поспешно добавил:

– И вашей репутации, на которую влияет и он.

Эта моя последняя фраза, похоже, заинтересовала их. Тролль даже поощрительно кивнул, приглашая меня к продолжению разговора.

– Вы не удивляйтесь, но до тех пор, пока я не оказался здесь, я и не догадывался, чья это лавка и кто является её хозяином. Вернее, не так, я не знал, что её хозяин не совсем тот, за кого он старается себя выдать.

– Стареешь, – ухмыльнулся демон, пустив шпильку в сторону тролля.

– Да я и сам уже подумал об этом, – ответил тот.

Я же продолжил рассказывать (вернее, на ходу придумывать историю своего появления здесь):

– Мой босс отправил меня сюда приобрести тот неопознанный артефакт, что был выставлен у вас на продажу. Когда я сюда шёл, то примерно представлял, чья это лавка, но меня и моего босса это не смущало. Вы – вполне уважаемая гильдия и, насколько я знаю (тут я, конечно, блефовал, откуда я могу о них знать, я их и видел-то впервые в жизни), работаете чисто, соблюдая все традиции и полностью придерживаясь условий контракта или договора, заключённого и оформленного с вами. Поэтому наш глава и решил, что товар у вас можно брать без опаски, на нём нет чужой крови.

Тут тролль и его помощник переглянулись, и один второму сказал на том грубом картавом наречии:

– Смотри-ка, не зря над репутацией работаем, вон даже заезжие о нас наслышаны. Так что твои труды, Руди, в этом направлении дают свои положительные результаты.

– Сам удивлён, – ответил троллю демон, – не думал, что слухи о нас разойдутся так быстро. Придётся теперь больше внимания уделять этому вопросу. Репутацию нужно поддерживать.

– Верно, – согласился глава гильдии, – нужно укрепить её именно в этом вопросе, мы всегда работаем чисто и качественно. Клиенты, а вместе с ними и заказы потянутся к тем, в ком они будут уверены, а не к тем, кто может кинуть в любой момент.

– Согласен, – кивнул демон. – Кстати, ты помнишь, что этот чел говорил что-то о нашей репутации, связанной с магазином? Что тут может быть? Вроде в этом отношении всё работает на вполне законных стандартных условиях.

– Не знаю, – честно ответил тролль, – так что давай-ка послушаем, что хочет рассказать нам этот чел.

– Хорошо, – согласился демон.

Я же, дождавшись окончания их кратких переговоров, из которых следовало, что, ткнув в своём предположении пальцем в небо, у меня получилось попасть в цель, продолжил:

– Так вот, именно поэтому я и оказался в вашем магазинчике. Мой шеф – маг, и неплохой. Он собирается открыть здесь своё небольшое дело. И поэтому присматривался к тому, что тут и как. Пытался разведать настроение населения, их нужды, потребность в тех или иных услугах. Да и вообще, он хотел посмотреть, чем и как дышит этот мир. – И я обвёл рукой вокруг, намекая на эту станцию. – Ведь окраинные миры – это своя специфика и свои потребности, и они далеко не всегда совпадают с тем, что востребовано в центральных мирах. А у моего шефа есть одна цель – что может быть полезным и востребованным здесь. Рассказать не могу, вы уж простите, – заметив их заинтересованные лица, приостановил я свой рассказ, а потом добавил: – Но, побродив здесь вокруг, я подумал, что затея может выгореть. Правда, к нашему делу сейчас это относится мало. – И, немного помолчав, будто вспоминая, что мы делали, я продолжил: – Ну и заодно со знакомством с местными достопримечательностями он просматривал те товары, что в большинстве своём были представлены в окрестных магазинчиках. На вашу лавку мы обратили внимание именно из-за выставленного на продажу неопознанного артефакта. Босс сказал, что он интересен ему, и то, что в нём есть свой потенциал, а если ещё и поработать с ним, то можно получить достаточно хорошую прибыль. Ну и коль мы зашли сюда, то он параллельно глянул на ваш остальной ассортимент. Больше ничего особо заинтересовавшего его тут не было. – Поглядев на двоих сидящих напротив меня разумных, я, чтобы не обидеть их, объяснил: – Немного не тот основной профиль товаров. Однако в вашем магазинчике его несколько смутила пара вещей, о которой он рассказал мне, когда мы уже шли обратно. Во-первых, это тот бутафорский артефакт-пустышка в форме меча, выставленный на витрине. И во-вторых, это защитные амулеты третьего уровня один в один скопировавшие форму продаваемых у вас же подобных амулетов, но только уже четвёртого уровня. Зачем это сделано, он не понял, но предполагать подмену, зная вашу репутацию, он не хотел.

«Похоже, репутация фирмы – это их больная тема, вон как оба вскинулись на последней моей фразе», – подумал я, заметив переглядывание слушавших меня глав воровской гильдии.

– Постой, – остановили меня оба главаря гильдии воров, – расскажи немного подробнее об артефакте и амулетах.

«Ну, что я говорил, – реакция этих двух местных боссов показала правоту моих домыслов, – на этом можно будет сыграть», – решил я и продолжил:

– Да тут и рассказывать особо нечего. Эта бутафория просто начинена заклинанием-пустышкой, которое на самом деле совершенно ничего не делает. Ну а по амулетам защиты и так всё ясно: одни третьего, а другие четвёртого уровня, тогда как внешний вид у них совершенно одинаков. Я это запомнил, так как сам присматривался к одному из них, а босс порекомендовал взять другой, сказав, что у того уровень и качество изготовления повыше будут. По сути, это всё.

– И?.. – посмотрел на меня тролль. – Ведь не просто же так ты завёл этот разговор?

– Есть такое, – ответил я. – Сегодня я видел, как эти самые амулеты третьего уровня ваш продавец толкнул наёмникам по себестоимости оригинальных изделий. Плюс втюхал им совершенно полную липу в качестве опасного атакующего артефакта. Как думаете, сильно ударит это по вашей репутации и имиджу? Особенно если наёмники каким-то образом узнают, что их нагрели на кругленькую сумму, притом, возможно, по крупному подставив, если им придётся когда-нибудь воспользоваться купленным у вас товаром.

– И откуда они узнают? – опасно сощурив глаза, спросил демон.

– Я им скажу, – прямо посмотрев ему в лицо, ответил я, а потом, переведя взгляд на тролля, исправился: – Вернее, уже сказал. И сейчас они стоят там, в зале, и ждут результатов нашего с вами разговора.

– Хм… – протянул тролль-старик, – задал ты мне задачку. – И замолчал, обдумывая что-то. Через некоторое время он встрепенулся и спросил у демона на том самом немного картавом и грубоватом языке: – Ну, так что скажешь?

– Этот, – он мотнул головой в мою сторону, – весь разговор старался говорить правду, может, что-то недоговаривал, но ни разу не солгал. Получается, Хлыщ нас нагревает. Да ещё и подставляет всю нашу организацию. Только всё равно нужно проверить слова этого юнца. Он верит своему шефу, но неизвестно, какие цели преследует тот. Парнишка-то не лгал, но не факт, что его специально не ввели в заблуждение. Сам он ложь распознать вряд ли сможет. Хоть он и маг, но очень слабый. Слабее меня. Однако рассуждает здраво, да и глазастый он больно. Сразу видно – из наших, хотя, наверное, по каким-то причинам раньше, когда это было возможно, не вступил ни в одну нашу гильдию. Не знаю, в общем. – И демон пожал плечами. – Да, кстати, парни пробили его и их отряд через наш терминал.

«Смотри-ка, у них и свой терминал есть, – удивился я. – Интересно, где они его взяли».

Кластер мгновенно нашёл объяснение этому факту из жизни воровской гильдии. Оказывается, подобных терминалов по станции было разбросано множество, и не все они были общественными или располагались только в центральной секции станции, некоторые можно было найти на нижних или на верхних уровнях. Вот один такой терминал и прихватизировала ухватистая лапа этого тролля.

Как удалось выяснить, наличие собственного терминала доступа в информационную сеть нейтральных миров очень существенно поднимало статус гильдии в глазах остальных. Особенно если среди них был кто-то подобный местным хакерам, которые как раз и занимались розыском нужной информации.

«А быстро они её нашли», – поразился я.

Вирт мгновенно просмотрел все логи доступа к нашим данным, а затем удивлённо проверил и права доступа. И оказалось, что права на просмотр информации о зарегистрированных жителях были открыты полностью и для всех. Я мгновенно исправил эту ситуацию, перекрыв доступ к нашим учётным данным, а то кластер внёс туда достаточно много личной информации. В общем доступе мы оставили лишь наши имена, специализацию и принадлежность к той или иной гильдии. Эта информация требовалась при заключении контрактов и пересылке личных сообщений.

Руди между тем продолжал докладывать своему шефу:

– Они и правда прибыли сюда своей командой. Все местные. В основном маги, и, судя по записям в книге регистраций, неплохие. Все окончили ту или иную магическую академию. Правда, их названия мне ничего не говорят, но всех я знать и не могу. Главный у них – сертифицированный магистр. Зафиксировано, что он маг-рунолог и мастер магии разума. Был преподавателем в какой-то магической академии. Сразу понятно, серьёзный чел. Тьфу ты, он не чел. Оборотень. Наш аналитик предположил, что, вероятно, он или хочет организовать тут филиал какой-то из гильдий, или открыть свою. Скорее всего, магическую. Слишком много магов в его команде. А ты прекрасно знаешь, насколько дорого выходит нанять сколь-нибудь стоящего мага. Даже наш Хлыщ обходится нам в кругленькую сумму. Но сейчас не об этом. В его подчинении кроме нашего знакомого, – и он кивнул в мою сторону, – ещё трое разумных, маг жизни и двое тёмных. Большего пока узнать о них Хорёк не успел. – Он задумчиво посмотрел в мою сторону. – Только он у них из обычных челов. Похоже, исполняет роль простого порученца. Однако как-то всё это не сходится с тем, кого я вижу перед собой. Этот парень не так прост, как кажется. Видел, как быстро сумел прикрыть себе спину с помощью наёмников, договорившись с ними? Или просчитать всё, вычислить наших парней, да и нас с тобой раскусить?

– Да, – кивнул тролль.

– Вот и я о том же, больно не похож он на мальчика на побегушках, в общем, не слишком понятный парнишка, даже сейчас хотя и сидит с отсутствующим видом, а такое ощущение, что он нас очень внимательно слушает.

– Ну, это и понятно, – сказал тролль, – он старается разобрать по нашим интонациям, о чём мы говорим. Пусть старается.

– Ну да ладно, это его дело, хоть и бесполезное. Мы с тобой можем орать и кидаться друг на друга, обсуждая утренний пирог, который приготовила твоя внучка. – И помощник усмехнулся. – Мы, как и всех заинтересовавших нас приезжих, приметили их отряд ещё на портальной площади, слишком он любопытный и слишком много в нём магов, после чего проследили за ними до таверны Длона. Его отряд остановился там, а этот не пошёл сразу с ними, а шныряет по нашему и соседним кварталам. Местные мальчишки приметили его интерес, когда он рассматривал магические лавки и дом, который принадлежал раньше старому Тлаку, после чего сообщили об этом мне. Кстати, ты знал, что его внук снова выставил тот на продажу?

– Опять пытается продать? – усмехнулся тролль.

– Ага, только местные не купят лавку этого старого мага даже за копейки. Все знают, что с ней что-то нечисто после того, как Тлак проводил там свои эксперименты.

– Ну не скажи, за копейки я бы купил, запас карман не тянет. Но он-то за неё просит совсем не копейки, особенно если учесть её историю.

– Да, но этого она, похоже, заинтересовала. – И демон вновь посмотрел на меня. – Как думаешь, предупредить его?

Старик задумался.

– Давай сделаем так, – он положил руку на стол, – сегодня проверим его слова. Если он говорил правду, завтра отправим кого-нибудь из мальчишек отнести ему весточку.

– Согласен, жизнь за услугу – неплохой обмен, – усмех нулся демон. – Они потом ещё сами нам спасибо скажут.

– Хорошо. – И тролль уже хотел что-то сказать мне, но его перебил Руди:

– Слушай, а у меня появилась неплохая мысль. – И он как-то хитро посмотрел сначала на меня, а потом на тролля. – Давай прощаться с парнем, потом расскажу её тебе. Если, как сказал этот чел, всё выгорит, то, может, нам больше и не понадобятся услуги таких магов, как Хлыщ и ему подобные. Можно будет всё устроить гораздо проще. Да и для твоей внучки кое-что придумать.

Тролль в удивлении посмотрел на демона:

– В смысле?

– Что в смысле? – поразился тот. – Ты же сам не хотел ее вводить в нашу гильдию, для гильдии же оценщиков у вас пока не получается набрать суммы для первоначального взноса, а ей уже почти восемнадцать, вот я и придумал кое-что. Мы ничего не теряем. Она особо тоже. Но если повезёт, то всё может получиться.

Тролль сначала всё ещё не мог понять, о чём говорит ему Руди, но, видимо, до него дошёл смысл его слов, и он в удивлении поднял густые брови.

– А ведь и правда может выгореть, особенно если парнишка не преувеличил способностей своего босса, но как бы это проверить?

Демон усмехнулся:

– А ты помоги им купить дом мага.

– Ну, ты и хохмач, – сказал тролль, но, поняв, что Руди не шутит, спросил: – Ты что, серьёзно?

– А почему нет? Если парень так уверен в своём маге, то тот должен справиться. А если нет, то туда ему и дорога.

Старик задумался на пару минут.

– Справедливо. Если у них всё выйдет, то тогда за будущее Дарии я буду спокоен. А вверять её судьбу в руки разных проходимцев не буду. Решено, так и сделаем. Тем более им понадобятся деньги на открытие своей гильдии или филиала. Не думаю, что они запросят слишком уж большой первоначальный взнос, а мы можем выдать им его авансом. – И он наконец обратил внимание на мою скромную персону. – Мы тут переговорили и решили, – тролль переглянулся со своим помощником, – если ты прав, то за нами долг. Иначе не обессудь, но и за клевету у нас тоже платят, тогда долг будет за тобой.

И тут было непонятно, говорит он сейчас о своём работнике или той проверке, что они хотят нам устроить.

«Чем же так не угодил этот милый домик, что все его как огня боятся?»

– Справедливо, – согласился я на их условия. – Не забудьте переговорить с наёмниками, я попросил их попридержать тот товар, что им выдал ваш маг. Это на случай, если он каким-то образом захочет подменить его. Моим доказательствам вы вряд ли поверите, поэтому лучше пригласите того, кому доверяете. Ну и, как говорится, в своих словах я более чем уверен, поэтому, думаю, вам нужно подыскать какого-нибудь другого мага для вашей гильдии.

– Ну, с этим мы разберёмся и сами, – проворчал тролль.

Так и хотелось за него добавить: «без сопливых юнцов».

Однако он этого не сказал.

– Тогда рад был вам помочь, – сказал я, поднимаясь с кресла и разворачиваясь к двери. – До свидания. Надеюсь, вы достаточно быстро урегулируете это недоразумение. Кстати, наёмники будут ждать моего появления ещё минут пять, а потом они начнут действовать уже сами. Поэтому вам следует договориться с ними заранее.

Но, подойдя к двери, я вдруг вспомнил одну вещь, которую следовало сделать в самом начале нашего разговора:

– Простите, забыл представиться. Меня зовут Баг.

Тролль посмотрел на меня долгим взглядом, а потом неожиданно улыбнулся:

– Тлог Горбун. Так меня обычно кличут. Ну а Руди ты знаешь.

Его настоящее имя и прозвище я узнал сразу же, как только вспомнил о своём прямом и полном доступе к серверу авторизации станции.

«Не думал, что они правдиво ответят на знакомство».

Это означало, что меня приняли в свой круг, хоть и не ближний, но и за врага не посчитали. И я слегка наклонил голову:

– Приятно познакомиться.

Открыв дверь, я вышел в небольшой зал магазинчика.

Наёмники сразу же развернулись на звук и вопросительно посмотрели на меня.

Я кивнул им:

– Наш вопрос решён. Подождём пару минут.

Я специально не стал уходить, чтобы своим поведением показать, что все наши разногласия с магазином и его хозяевами урегулированы мирным путём.

Девушка и маг-продавец удивлённо посмотрели на меня.

Как я и сказал, буквально через пару минут вышел старик, он неторопливо подошёл к наёмнику:

– Приношу свои извинения, господа. Это компенсация за ваши возможные неудобства, – и положил в руку демона-наёмника увесистый мешочек. – Дария, подойди, – позвал он свою внучку. Когда та подошла, он пояснил: – Тут у господ наёмников произошла небольшая накладка. Подбери им повторно запрашиваемый ими ассортимент товаров. А это позвольте забрать? – И тролль указал глазами на выданные ранее амулеты и артефакт, ожидая ответа демона. Наёмник посмотрел на него и, кивнув одному из своих, сказал:

– Да, – а потом, немного подумав, тихо добавил: – Если честно, не ожидал. – И, поклонившись старику, попрощался с ним. Затем, повернувшись ко мне, он хлопнул меня по плечу: – Спасибо тебе, парень. Гирот долгов не забывает. Будет нужна помощь, обращайся. Если будем здесь, а не во внешних мирах, всегда поможем.

– Я запомню, – ответил я и посоветовал: – Смени мага и подберите оружие для новичков получше, пригодится и им, и вам. Но главное, не забывайте об амулетах. – И я указал на выложенные на прилавок защитные браслеты.

Гирот сначала хотел возразить мне, но, посмотрев в мои серьёзные глаза, как-то подобрался:

– Сделаю. Спасибо.

Я кивнул ему в ответ:

– Тогда удачи вам, – и вышел из магазина.

За этой сценой вопросительно наблюдал старый тролль и не мог отделаться от странного и непонятного чувства, будто только что кто-то повернул судьбы собравшихся в его магазине разумных в совершенно иную сторону. Лучшую или худшую, неизвестно. Но то, что линия судьбы для каждого из них совершила крутой поворот, он был полностью уверен.

И первым в списке этих существ был маг по имени Хлыщ, которого несколько лет назад выгнали за неуспеваемость и разгильдяйство из одной провинциальной Академии магии. И который потом, подделав свой диплом, перебрался сюда, в окраинные миры, с надеждой, что тут не станут особо приглядываться к магу-недоучке и что он сможет показать всем, насколько крут и умён. Но к его же несчастью, он был жадным, амбициозным, а главное, как раз не слишком умным магом, считая, что его недооценивают, не понимают, и во всех видя только средства для достижения своих целей. И когда он сумел устроиться в этот магазин и понять, что заметить его махинации будет очень сложно, то стал подделывать продаваемые тут амулеты. Или создавать такие пустышки, какие пытался продать сегодня.

Других магов в этом окраинном мире было не очень много, и они задирали за свои услуги такие цены, что привлечения их к расследованию своей деятельности Хлыщ не боялся.

Поэтому для него стали полной неожиданностью все происходящие сейчас события. Он даже представить не мог, что кто-то может постараться помочь другому, не получив при этом явной выгоды. А этот неожиданно нарисовавшийся чел вмиг разрушил такой удобный и прибыльный бизнес, приносивший Хлыщу стабильный доход.

Сейчас, сидя в кабинете у старика, который, к ужасу мага, оказался ещё и главой одной из воровских гильдий этого мира, он сожалел о своей судьбе. И винил, как всегда, не себя, а чела, мага, что проверял его артефакты, старика, его помощника, девчонку, которая в настоящее время вместо него получала прибыль, плохих преподавателей, что не смогли обучить такого гения, как он, совершенно простым и обычным плетениям, предателей-магов, создавших антимагические браслеты… В общем, как всегда, для него были виноваты все, кроме его одного. И этого было уже не исправить.

Поняли это после разговора с ним и Тлог Горбун со своим помощником. Поэтому теперь тайными ходами их подчинённые тащили этого пройдоху к одному из нестабильных порталов, ведущему в очень дикий мир, лежащий где-то в нижних планах реальности, и антимагические браслеты с этого мага снимать никто не собирался.

Гильдия всегда держит своё слово. И свои долги они отдают всегда, даже таким способом.

Прикинув, сколько времени длилось моё отсутствие, я понял, что нужно поторопиться, иначе друзья начнут бить тревогу. Поэтому я, уже не особо приглядываясь к тому, что происходило по сторонам, прибавил шагу. И буквально за десять минут дошёл до таверны «Жирный боров».

«Ну, вот я и на месте», – догадался я, рассматривая небольшое трёхэтажное здание, отгороженное от основной улицы небольшим заборчиком.

Как и сообщил корнол, пропустить вывеску было невозможно. Такую уродливую пародию на домашнего свина я ещё не встречал, разве что её можно было увидеть в каких-нибудь сумасшедших картинах из психбольницы, где, к счастью, я ни разу не был. И как-то не вязалось в моей голове это изображение с местом, где можно получить кров, приют на несколько дней и еду. Я в принципе никогда не подумал бы о том, что таким макаром можно привлечь клиентов к себе в заведение. Вывеска скорее отталкивала.

Однако поглядев вокруг и пару минут постояв напротив входа, чтобы понаблюдать за основным контингентом, посещающим это заведение, я, похоже, догадался, почему это было сделано. Таверна была местом сбора наёмников и контрабандистов, местом заключения сделок и поиска подходящих отрядов, и, вероятно, все это совершалось в обход соответствующих гильдий, а потому посторонних там не очень жаловали. В этом я убедился достаточно скоро.

Когда стал приближаться к входу в это заведение, мою душу стали терзать какие-то не очень хорошие предчувствия. И было отчего.

Открыв дверь, я на несколько мгновений замер на пороге, приглядываясь к обстановке, царившей внутри.

«Так и есть, – подумал я, – а ещё говорили, что это я неприятности притягиваю. Сами-то не лучше».

Наша компания стояла в окружении толпы каких-то наёмников, и, похоже, сейчас должна была разгореться нешуточная драка.

Лениавес, защищая девушек, стоял с обнажённым мечом на пару шагов впереди. Прямо напротив него возвышался серокожий гигант, похожий на тех, что я спас ранее. Но этот был гораздо моложе, и ума в его глазах совершенно не просматривалось.

Эрея, взведя лук, смотрела из-за его плеча во взбешённые лица парочки каких-то демонов, а Тея прикрывала правый бок корнола от непонятного существа, похожего на прямоходящего верблюда с копьём в длинных лапах. На демона это чудо совершенно не тянуло, слишком мало в его менто-информационном поле просматривалось хаотичных типов энергий. Правда, при этом я чувствовал, что он является чуть ли не самым опасным существом в этой передней пятёрке нацелившихся на наш отряд наёмников.

Вторую линию нападения составляли несколько сработанных челов, какой-то гном и парочка ангелов.

«А эти-то здесь откуда?» – удивлённо посмотрел я на этот оплот добра и справедливости с замашками бывалых головорезов.

Рыкун, весь ощетинившись и припав к поверхности ближайшего стола, готовился к прыжку, выискивая достойную его «воинственного духа и великого лесного воина» цель, в которую следует вцепиться.

А если учесть ещё, что Мук, на которого наёмники почему-то не обращали никакого внимания, спокойненько так стоял в углу и, как я видел, неторопливо активировал какое-то убойное плетение, эта драка грозила перерасти в настоящее побоище.

«И как такое может быть? – подумал я о том, что на манипуляции нашего демона никто не реагирует. – Ведь он там самый опасный, я его ауру смерти даже отсюда чувствую, хотя он и старается её скрывать».

Ещё раз оглядев всю эту сцену и заметив маслянистые взгляды некоторых окруживших моих товарищей наёмников, в основном челов, демонов и ангелов, направленные на девушек, я усмехнулся.

«И почему я не удивлён?» – Как-то даже особо не задумываясь, догадка о подоплёке произошедшего инцидента сразу появилась в моей голове.

Что странно: ни верблюда, ни серокожего мои красавицы особо не интересовали. Одному была интересна сама драка, а второй, чуя своим органом, отвечающим за неприятности, какую-то подставу, постоянно оглядывал моих товарищей, стараясь понять, от кого же из них ждать очередной пакости на его многострадальный зад. Искатель упорно утверждал, что верблюд был против этой драки с самого начала, стараясь удержать своих напарников от очередной глупости. Об этом свидетельствовало чувство злости на себя и остальных наёмников, вылившееся в определённые изменения в его ауре. Но и отступить и бросить свой отряд он не мог, это было уже прямое предательство интересов группы. Кластер параллельно комментировал мне психологические и законодательные (по отношению к кодексу наёмника) аспекты этого инцидента и участия верблюдоподобного существа в нём. При этом своей смертоносной опасности он совершенно не потерял.

Я точно знал: как только начнётся бой, этот немного несуразный и непонятный разумный прекратит забивать свою голову ненужными на тот момент мыслями, переключит своё сознание в некий боевой транс и превратится в настоящую машину для убийства.

«Интересно, откуда он?» – задался я вопросом.

«Мир происхождения данного разумного неизвестен», – мгновенно отреагировал Вирт.

М-да. Мамаева побоища в этом в общем-то понравившемся мне опрятном и чистеньком заведении хотелось бы избежать. Да и мои друзья мне очень дороги, тогда как интуиция почему-то упорно твердила, что расклад сейчас не в их пользу, хотя даже слепой бы понял, что злить четырёх магов – это форменное самоубийство. Но это почему-то совершенно не волновало наёмников. А поэтому я оглядел зал уже более внимательно.

То, что наёмники не сами собрались напасть на наш отряд, было очевидно, особенно если учесть реакцию странного воина на происходящее, а значит, кто-то подтолкнул их к этому.

Нужно искать источник. Первопричину возникшего конфликта. И разобраться в столь странном их отношении к магам. Неужели их совершенно не боятся здесь?

Ещё раз просеяв посетителей таверны, я, похоже, обнаружил зачинщика назревающей бойни. Какой-то толстый лысеющий чел с обвисшими щеками, маленькими бегающими глазками, пухлыми ручками и пальцами сардельками, украшенными кучей золотых побрякушек, так и пялился на Тею.

«Маг, и сильный, но гораздо слабее Лениавеса и Мука. О девочках сказать не могу».

Почему-то он, так же как и наёмники, совершенно не опасается их, хотя и понимает, что как маг он им не ровня.

«Конфликт – его рук дело, – догадался я. – Интересно, ему нужна только моя Тея или ещё и Эрею прихватить собирается? И как он сумел договориться с этим отрядом, с виду вроде вполне приличные парни, ну, если судить по меркам пиратов, охотников за удачей, наёмников и прочих авантюристов, которые одинаковы всегда и везде. А глупость, безрассудство и прочую дурь из них выбивали в первые же месяцы службы. Это только в кино сплошная романтика. А на деле холодный и точный расчёт, такой же скрупулезный и въедливый, как в любом банке. Чем же он смог их зацепить? – И я ещё раз посмотрел на мага. – Да, и что у него за козырь в рукаве, коль он совершенно не боится более сильных магов? Как бы гнусненько он ни выглядел, но на идиота не похож».

Нужно разобраться. И я, подключив всю мощь кластера и ментоинтерфейса, вновь оглядел зал.

«Так, а это что такое?»

Я пригляделся к совершенно незаметному полю, вплетенному в стены помещения, столы, да и вообще во всю мебель и обстановку внутри таверны. Плотность и сила поля были настолько слабы, что практически не регистрировались никакими внешними сканирующими конструктами. Его смог заметить только я. А обнаружив, сразу же передал его структуру на анализ своим помощникам.

«Плетение девятого уровня, основная функция – дестабилизация энергетических конструктов, созданных внутри искусственно созданного объёма ограничивающего силового поля», – отчитался кластер.

А Искатель добавил:

«Данное поле позволяет дестабилизировать конструкты вплоть до пятнадцатого уровня».

Теперь мне стало понятно столь наглое поведение этого мага, уверенного в своей безнаказанности.

«А заведение-то с секретом», – усмехнулся я.

Оглядевшись, я понял, что и все остальные были в курсе некоторых особенностей этой таверны.

«Так вот почему тут так немного магов», – дошло до меня.

Маги – такие существа, которые очень не любят, когда их отрезают от источника их сил, а здесь с ними так и было. Получается, сюда без серьёзной уверенности в себе и своём отряде лучше не соваться. Здесь самостоятельно решают свои проблемы, и если мои не попросят о помощи, то им её вряд ли кто окажет. Но сделают это, конечно, не просто так. Поэтому наши и приготовились к бою.

«Корнол-то понимает всю тщетность магических атак и защиты? Судя по самодовольной роже мага, что-то наши уже постарались сделать, но у них ничего не получилось», – решил я.

А местные-то с интересом наблюдают за развитием событий. Наверное, и ставки делают на то, сможет ли оборотень со своим отрядом выкрутиться из этой переделки, или нейтральные миры подомнут под себя ещё несколько судеб, оказавшихся не в том месте и не в то время.

«А тут не всё так красиво и красочно, как расписывал нам корнол, – подумал я, особенно вспомнив, что произошло в доме на окраине города, – не всё так радужно, как хотелось бы».

Констатация сего факта не доставила мне большой радости, но и расстраиваться из-за этого я особо не собирался. Мы справимся. Тем более нас чуть больше, чем подумал маг. На целого одного меня.

Этот сидящий боров особо не рассчитывает на себя, он надеется лишь на силу наёмников. Поэтому и постарался договориться с ними. Значит, нужно показать наёмникам, что маг никак не сможет с ними расплатиться.

«Не знаю, что он им там наобещал, но он точно ничего им не сможет дать. Уж я об этом позабочусь», – зло подумал я.

И было непонятно, я злюсь то ли на самого себя, что оставил девочек без присмотра, то ли на этого жирдяя, который посмел покуситься на моих Тею и Эрею.

«Уже прямо-таки мои и обе, – усмехнулся я. – Смотри-ка, раскатал губу, аж на том свете торчит. Или на этом?»

Эта мысль немного остудила мой пыл, и я уже с менее убийственным настроем посмотрел на будущих жертв своего праведного гнева. Интересно, откуда во мне проснулась эта неуместная сейчас весёлость? Кстати, это уже второй подобный случай. Неужели я потихонечку схожу с ума?

Но нет, моё состояние полностью в норме, по крайней мере, так утверждает Искатель.

Ну ладно, к делу это сейчас не относится. А относится то, что серокожий уже стал надвигаться на Лениавеса. Значит, соображать нужно быстро.

Так, и что мы хотим? А хотим мы сейчас устроить этому надутому бурдюку какой-нибудь неприятный сюрприз. И сюрпризом для него станет не такой простой чел, как я, а четвёрка магов, которые могут действовать без каких-либо внешних ограничений. Уж он-то прекрасно должен представлять, что такие маги, как они, могут натворить, особенно если развернутся в полную силу.

«Как бы воздух не испортил от такого понимания», – продолжал веселиться я.

А кластер между тем уже практически по кусочкам разобрал это интересное и необычное плетение, кстати, мы сохранили в свою базу эту полезную разработку. Только нужно будет усовершенствовать её немного. Оно должно блокировать способности всех, за исключением нас. Но это дело будущего. А сейчас что там сообщает Вирт?

«Алгоритм деактивации силового поля и конструкт противодействия разработаны», – доложил он и вывел в интерфейсное окно необходимую информацию по этапам проведения работ, а также передал нам с Искателем подготовленную ментоструктуру, которую следовало внедрить в структуру поля для его разрушения.

«Ну что ж, поехали! – И я слил видимое мной плетение силового поля и то, что подготовил для его разрушения Вирт, а потом активировал полученную конструкцию. – Вот и заработало, – констатировал я, наблюдая за тем, как постепенно распадается силовая конструкция, которая и отвечала за дестабилизацию плетений внутри своего объёма. – Странно, – подумал я, – и почему это плетение никто раньше не постарался разрушить подобным же образом? – Вон кластер первым делом позаимствовал у найденного плетения принцип его работы и смог обернуть его против него же. – А теперь можно начинать веселиться. – Необычное настроение всё еще не покидало меня. – Добро пожаловать на наше представление! Наша труппа выступает в этом заведении каждые вторник и пятницу третьего месяца». – И я усмехнулся тому бреду, что рождался сейчас в моей голове.

Обстановка в зале между тем стала накаляться. Ещё, казалось бы, мгновение – и можно будет резать напряжение, разлитое в воздухе, простым кухонным ножом. Поэтому, не став дальше рассусоливать, я размахнулся и со всей дури, как только мог, хлопнул дверью. Нужно же было как-то разрядить ту атмосферу, что царила в таверне.

«Да, немного перестарался», – посмотрев, оценил я результат того громоподобного звука, что у меня получился.

Пара разбитых кружек, выроненных одной из служанок, помогла мне ещё больше сместить акценты происходящего в свою сторону. Почти все присутствующие резко обернулись и посмотрели в направлении выхода, где на фоне закрывшейся двери нарисовалась моя симпатичная фигура.

Я же совершенно невозмутимо прошёл к стойке бара и в абсолютной тишине проговорил:

– Мук, всех убивать не нужно. Только этого жирного. Он твой.

Вообще-то я шутил. Но я забыл, с кем говорю, поэтому в следующее мгновение кучка истлевшего праха, ещё секунду назад бывшая хоть и наглым, но всё-таки неглупым и относительно сильным магом, рассыпалась по поверхности того кресла, в котором он сидел.

«Сделал», – ответил тот и как ни в чём не бывало прошёл к своему месту за столом.

Эта внезапная и мгновенная смерть, похоже, произвела впечатление не только на меня, но и на наёмников, которые стали переглядываться. Такого они не ожидали. Никто из них не хотел погибнуть так же глупо и внезапно, без малейшего шанса на сопротивление, как и этот маг.

Кроме них это удивило и того демона, что стоял сейчас за стойкой.

– Здесь не действует магия, – несколько оторопело произнёс он, почему-то обращаясь именно ко мне.

А я ещё и масла в огонь подлил.

– Совершенно никакого чувства юмора у этого педанта, – указал я подбородком в направлении Мука и, пожав плечами, добавил: – Ну а то, что здесь не должна действовать магия, вы объясните девятнадцатитысячелетнему демону или тому идиоту, что сейчас лежит вон там. – И я кивнул в направлении кресла, где несколько мгновений назад сидел маг. При этом специально акцентируя часть всеобщего внимания на Муке, который вполне обыденно, достав из своей сумки какую-то книгу, принялся её читать.

Похоже, последние его действия совершенно выбили наёмников из колеи.

«Ну кто в здравом уме станет читать в такой ситуации? – этот вопрос буквально был написан на лицах большинства присутствующих. Да и до ответа они дошли достаточно быстро. – Видимо, тот, кто её полностью контролирует на сотню шагов вперёд».

Демоны и челы вопросительно посмотрели на ангелов, а те стали играть в гляделки с верблюдомордым. Да и мои слова, вероятно, уже попали в нужные уши.

Наёмник, стоявший напротив Теи, опустил своё оружие и развернулся в сторону Лениавеса, сразу выделив того, с кем будет проще всего договориться. Красные лица рассерженных и немного напуганных девушек не внушали ему особого доверия. Маг, который между одним убийством и вероятным вторым предпочитал посидеть в тишине и спокойствии с книжечкой в руках, вызывал у него какой-то подспудный страх и даже ужас. Говорить с челом, стоявшим у стойки, или непонятным животным было глупо, один явно не очень адекватен, а второй вообще похож на какого-то дикого зверя. Так что выбор логично пал на того единственного, кто в данный момент выглядел наиболее адекватно из этой пятёрки, вернее, шестёрки существ.

– Приносим свои извинения, – произнёс разумный верблюд, обращаясь к корнолу. – Произошло небольшое недоразумение, и нам не хотелось бы из-за сущих пустяков… – Он посмотрел в сторону того места, где ещё несколько мгновений назад сидел довольный собой и жизнью маг. – Нам, как, думаю, и вам, не нужны лишние проблемы. А посему примите это скромное извинение в качестве компенсации вашего потраченного времени. – И он протянул корнолу вполне приличных размеров кошель, внутри которого сканер Искателя определил наличие нескольких слитков золота и пары драгоценных камней.

Оборотень несколько мгновений смотрел в лицо этого наёмника, а потом взял протянутый ему кошель с драгоценностями.

– Думаю, наши разногласия с вашим отрядом действительно разрешены и не стоит излишне заострять на них внимание. – Он слегка наклонил голову в знак того, что условия перемирия им полностью приняты. Главный среди наёмников слегка расслабился и уже вполне спокойным голосом добавил: – Ещё раз – наши извинения, господа, дамы. – И, слегка поклонившись, он повернулся к своим и махнул рукой.

Те, потоптавшись на месте пару мгновений, вслед за главарём двинулись к выходу из таверны.

Проходя мимо меня, этот наёмник с необычной внешностью остановился и, посмотрев мне прямо в глаза, сказал:

– Сегодня плохой день, чтобы умереть. Спасибо тебе, – и, как-то странно хлопнув себя ладонью по груди, пошёл дальше.

Этот жест повторили все его подчиненные, проходя мимо меня.

Я так надеюсь, жест этот означал у них что-то типа благодарности, а не «ты наш вечный враг и мы тебя прибьём при первой возможности».

Посмотрев на удивлённые глаза как корнола, так и демона за стойкой, я понял, что ближе к истине всё-таки первый вариант.

Лениавес проводил вышедших из таверны наёмников взглядом и, повернувшись к девушкам, сказал:

– Всё, можете убрать оружие. Конфликт полностью исчерпан.

Эрея, нахмурившись, посмотрела на него и лук не убрала, а вот Тея сразу выполнила его просьбу и сказала эльфарке на срединном наречии:

– Успокойся, наёмник дал слово. Конфликт и правда исчерпан. – И спокойно села за стол, выбрав свободное место рядом с Муком.

Эрея ещё мгновение смотрела на происходящее не слишком понимающим всё взглядом, но кивнула и всё-таки убрала свой лук и стрелы в наспинный колчан и только потом, ещё раз оглядев зал, села рядом с ней.

Корнол удовлетворённо прикрыл глаза, а затем, посмотрев на меня, произнёс:

– А тебе что, особое приглашение нужно? – И кивнул на занимаемый ими стол.

Долго меня уговаривать не пришлось, тем более я изрядно проголодался. А потому, проигнорировав все любопытные взгляды, направленные в мою сторону, и, сев на выбранное место, стал с любопытством просматривать названия незнакомых блюд в меню.

– Я так понимаю, – прокомментировал мой спектакль Лениавес, – что подробностей нам не узнать до тех пор, пока ты не набьёшь свой ненасытный желудок?

– Есть такое, но обсуждать хоть что-то в этом зале мы всё равно не будем, – ответил я. – Поэтому предлагаю отложить серьёзный разговор до того момента, как мы окажемся в наших комнатах. Вы, кстати, их сняли?

– Да, одну для девушек и другую, побольше, для нас троих и твоего зверя, – сказал оборотень.

– Хорошо, нам есть что обсудить.

Лениавес усмехнулся и, осмотревшись, с хитрым прищуром глаз ответил мне:

– Даже не сомневаюсь.

* * *

Я уже заканчивал с восхитительным блюдом из жареного мяса какой-то птицы и гарниром, похожим на наше овощное рагу с непередаваемым вкусом приправ и специй, как к нам осторожно подошёл тот самый демон, что стоял за прилавком.

– Добрый день, – поздоровался он и представился: – Я Длон, хозяин этого заведения. Прошу прощения за произошедший здесь инцидент, но мои подчинённые не могли вмешаться в ваши дела. Мы, трактирщики нейтральных миров, придерживаемся нейтралитета и до тех пор, пока нас не попросят о помощи, сами не оказываем её. Простите, но таковы правила.

– Да, мы в курсе, – кивнул на его приветствие и это объяснение корнол, хотя, как мне кажется, знали об этом только я и он.

– Это я вам говорю на тот случай, если вы вдруг не знаете. И похоже, вы не были в курсе, что моя таверна – это зона свободного ведения дел. Поэтому я хочу вас заверить, что наше заведение не имеет никакого отношения к произошедшему, – ещё раз пояснил он.

Для меня благодаря информации, найденной Виртом, его последняя фраза сказала о многом. Зоны свободного ведения дел – это такие заведения, секторы, а иногда и целые станции, расположенные в нейтральных мирах, где не действовали абсолютно никакие законодательные ограничения, кроме тех, что вы установите сами. Это приют контрабандистов и прочего не очень чистого на руку торгового люда. Единственное, что было под запретом, – это торговля запрещёнными артефактами и работорговля. За подобные сделки карали даже здесь. Но, как я понял, и то и другое вовсю процветало в нейтральных мирах. По крайней мере, торговля разумными существами типа челов, демонов и прочих уж точно.

Была у этих мест и ещё одна особенность. Все контракты, заключённые здесь, любые – устные, письменные, мысленные, – автоматически принимали статус зарегистрированного и официально оформленного документа, после чего мгновенно попадали в регистрационную торговую палату и магическую сеть, связывающую нейтральные миры. Поэтому тут нужно быть очень осторожными в своих словах и обещаниях. Никогда не знаешь, что местный договорной аппарат сочтёт за корректно заключенный контракт.

Ну и в дополнение к таким вот особенностям все подобные заведения или даже целые секторы были защищены от магической активности внутри их стен. Сделано это было для того, чтобы маги не пытались как-то повернуть сделку в свою сторону, влияя на своего партнёра. В основном это касалось магов разума и иллюзионистов. А потому сработавшее заклинание нашего демона вызвало целый фурор в этой небольшой таверне.

Хотя местные обитатели и не потеряли к нам интереса, но стали проявлять его теперь значительно незаметнее. Никто не хотел случайно попасть под раздачу такого вот неуравновешенного мага, как наш Мук, который спокойно, по их мнению, разрушил одну из незыблемых и устоявшихся традиций защищённого от проявлений магии и вообще власти магов небольшого клочка данного мира.

И, как я понял, разговор дальше пойдёт именно в этом ключе. Если их антимагическую защиту смог разрушить один, то это вполне по силам кому-то ещё.

«Н-да, подставил я нас», – дошло до меня.

У местных воротил, а в таких местах они точно есть, на нас может возникнуть нехилый такой зубик, и выхода-то у них особо нет: или как-то договориться с нами, или… ликвидировать. Но думаю, после сегодняшнего представления, устроенного Муком (вот ведь и от отсутствия юмора есть какая-то польза), второй вариант они не будут пытаться воплотить в жизнь до тех пор, пока не убедятся, что с нами не получится договориться. Тем более это торговцы, а не наёмники или убийцы, которые всё привыкли решать силой или отравленным кинжалом. Поэтому местные дельцы, скорее всего, попытаются урегулировать вопрос с помощью денег. Что же ещё может предложить торговец или банкир?

А потому надо бы послушать, что хочет сказать этот демон.

«Вытяни из него побольше информации», – передал я мысленно корнолу.

Тот незаметно прикрыл глаза, показывая, что понял меня, и, указав подошедшему гостю на один из свободных стульев у нашего стола, произнёс:

– Мы внимательно слушаем вас, – и с ожиданием посмотрел на Длона.

Тот сел, окинул нашу дружную компанию оценивающим взглядом, и заговорил:

– Как только ваш друг уничтожил так неосмотрительно напавшего на вас мага, я, действуя в соответствии с нашим уставом, сообщил о произошедшем через артефакт дальсвязи в нашу головную гильдию.

При этих словах лицо Лениавеса заметно посмурнело. Видимо, в его голову пришли те же мысли, что и мне, однако он явно не дотянул цепочку до логического завершения и сделал несколько скоропалительные выводы. Поэтому я тихонько пнул его под столом ногой. Он в удивлении глянул на меня, я же всё так же мысленно сказал ему:

«Не спеши с выводами. Давай послушаем его дальше».

Тот в ответ лишь хмуро кивнул.

Кажется, наши перемигивания не ускользнули от внимательного взгляда местного трактирщика, который сразу перешёл к сути:

– Совет нашей гильдии хочет через меня передать вам два предложения, – и от себя высказался: – Но лично я думаю, что от одного из них вы сразу же откажетесь. – И уже после этого официальным голосом продолжил: – Гильдия предлагает вам продать то плетение, что вы использовали для деактивации нашего антимагического поля. Мы готовы заплатить вам за него два миллиона кредитов.

То, что сказал демон, произвело впечатление на корнола, я заметил это по изменениям в его менто-информационном поле, однако внешне он не проявил совершенно никаких признаков удивления или заинтересованности. Остальным эта цифра абсолютно ничего не сказала, поэтому они также абсолютно равнодушно отреагировали на неё.

«В незнании – сила», – мысленно усмехнулся я.

А вот Длона наша реакция очень даже удивила и впечатлила.

– Я, конечно, думал, что это наше предложение вас совершенно не заинтересует, и поэтому предлагал назвать вам сумму в несколько раз больше. Но теперь, посмотрев на вас, я уверен, что и в этом случае мы бы большего не добились. Хорошо, теперь второе предложение. Лично от главы нашей гильдии.

«Смотри-ка, лично и в руки. Послушаем», – прокомментировал я сказанное.

– Он просит вас не передавать это плетение в руки никаким другим гильдиям. И он согласен оплатить эту вашу добровольную услугу в соответствии с любым вашим разумным требованием. И соответственно, мне также выдали полные права заключить с вами сделку от имени совета нашей гильдии.

Фразы «вашу добровольную» и «вашу разумную» он постарался выделить голосом. Это резануло слух, чтобы не воспользоваться ситуацией, тем более я для себя отметил другое. Длон может заключить двусторонний договор от имени всей их гильдии, и он будет распространяться не только на его заведения, но и на все их представительства в нейтральных мирах.

«Н-да. Видимо, наше представление удалось на ура, даже сам не ожидал такого результата, блин, но нельзя зарываться, а то вон как загорелись глаза у корнола, нужно вмешаться, иначе, чую, от переговоров они могут перейти к делу, и нам может совсем не понравиться тот результат, что мы получим».

Пора перехватывать инициативу в свои руки, а то Лениавес хочет уже что-то сказать. И похоже, он совершенно забыл о том месте, где мы находимся сейчас. А тут каждое его слово примет вес золота.

– Уважаемый, – обратился я к демону, – прошу прощения, что вмешиваюсь, но так получилось, что финансами в нашем отряде занимаюсь я. Господа маги слишком далеки от этих меркантильных вопросов, ну а я, коль не так сильно наделён способностями в управлении магией, занимаюсь более приземлёнными вещами. Например, финансовыми аспектами наших сделок.

Лениавес всё понял правильно и даже не подал виду, что мои последние слова являются для него такой же неожиданностью, как и для всех остальных.

– Да, я вас слушаю, молодой чел. – Демон был сама вежливость и предупредительность.

Ведь перед ним сидел какой-то молокосос, которого не обдурить было просто нельзя, это не вести переговоры с умудрённым опытом демоном или таким же оборотнем.

Ну а я тем временем уже скачал из сети все доступные бухгалтерские документы по ведению дел этой гильдией. Было их, конечно, не очень много, но для проведения анализа их деятельности Вирту этого вполне хватило. И выходило у меня так, что с каждой проводимой на их территории сделки они брали пятнадцать процентов. За предоставление уникальных условий её заключения.

Кстати, это дословная цитата из их приходного ордера.

И сумма, судя по тем бумагам, что я увидел, ежегодно у них должна была выходить немаленькая.

Но были и свои особенности. В окраинных мирах зоны свободной торговли не пользовались особым спросом по той простой причине, что магических гильдий, в оппозицию которым и были созданы подобные заведения и секторы, тут было очень мало. По сути, в подобных островках, не подконтрольных магическим гильдиям, здесь, на окраине цивилизованного мира, не было большой необходимости. Эти миры и так не могли полностью контролировать магические гильдии. Чем многие местные жители и пользовались. Именно поэтому на окраинных мирах в основном и обосновались все значимые гильдии поисковиков, контрабандистов, разведчиков и несколько достаточно крупных гильдий воров.

И было у меня огромное подозрение, что Длон, хотя и является местным руководителем филиала гильдии нейтральных торговцев, но совершенно не представляет истинного положения дел, которые проворачивает его гильдия. Ведь судить о делах он может только по тому, как они идут на его территории или в соседних мирах, с которыми у него налажены дружеские отношения или есть прямая связь. А если просмотреть ежемесячную или годовую отчётность, то дела у них идут не очень.

Однако это далеко не так. Если бы это занятие было невыгодным, гильдия давно бы разорилась. Но она существует и процветает, так как львиная доля их прибыли поступает из центральных и узловых миров.

От этих мыслей у меня в голове возник очередной план. И моя интуиция говорила, что я иду в правильном направлении.

– Уважаемый Длон, – обратился я к демону, – второе ваше предложение нам кажется намного более интересным, чем первое. Есть несколько мелких деталей и условий, которые мне бы хотелось с вами обсудить. Вы готовы?

– Да, – кивнул он.

Началось то, ради чего это место и было создано.

– Хорошо, – ответил я. – Нас устраивает ваше предложение. Другие гильдии не будут иметь доступа к нашей разработке. Но при одном условии.

Тот заинтересованно посмотрел на меня.

– Наша собственная гильдия переводит это плетение в разряд закрытых гильдейских.

Это сообщение настолько удивило Длона, что он как-то не обратил внимания на такую же поражённую реакцию моих друзей. Поэтому лишь поинтересовался:

– Вы хотите открыть здесь филиал патентованной магической гильдии?

– Нет, – ответил я, – не филиал. Это полноценное представительство. Но гильдия не полностью магическая. Хотя основная наша деятельность в большинстве своём связана именно с магией: с различными артефактами, амулетами, свитками, возможно, возвратными камнями. Также мы оказываем консультационные услуги. – И, указав на своих друзей, так же, как и трактирщик, изумлённо слушающих мою речь, добавил: – Посмотрите сами, чем ещё может заниматься гильдия, в которой состоят в основном одни маги. – И пожал плечами, подразумевая, что ответ очевиден.

– Да, я понял. Думаю, это вполне разумное требование, – согласился он и посмотрел на меня в ожидании продолжения.

Мне было чем его удивить.

– У нас молодая гильдия, – сказал я, – и поэтому нас больше заинтересовала бы не разовая выплата, а небольшие процентные отчисления от каждого заключённого на вашей территории контракта. – Именно так я закинул удочку, пытаясь выяснить, насколько Длон осведомлён о реальном положении вещей в гильдии.

По его обрадованному виду я понял: «Ничего-то ты не знаешь, друг наш демон. Ох и подставишь ты сейчас свою торговую палату…»

Правда, этот же радостный взгляд Длона заметил и корнол и попытался меня остановить, но я ещё до того, как он успел что-то сделать, мысленно сказал ему: «Не мешай».

Видимо, было что-то во мне такое, что он полностью успокоился и даже расслабился. По его лицу так и читалось: «Этот крахтов хуман, похоже, знает, что делает».

Поэтому я продолжил, не опасаясь, что мои друзья, как-то случайно возразив мне или начав спорить, сорвут тот план, что родился у меня в голове.

– Длон, давайте говорить откровенно. Наше плетение – это то, что разрушит монополию вашей гильдии на владение и использование зон свободной торговли. В вас и вашей гильдии просто-напросто отпадёт надобность, так как вы не сможете обеспечить необходимый уровень безопасности и автономности от магического влияния и воздействия. Признайте, ведь я прав?

Тут Длон понял, что я взял его за жабры. Слишком точно я описал картину их будущего, если вдруг наше заклинание разойдётся по нейтральным мирам.

– Однако мы и сами понимаем, что, потеряй мы контроль над этим плетением, выгоды большой мы не получим.

Мои слова вселили в него надежду на положительный исход переговоров. И он уже не думал над тем, какой он будет. Его интересовал заключенный контракт.

– Поэтому вот наше предложение. Вы выплачиваете нам в качестве первоначального взноса двести тысяч кредитов и дополнительно отчисляете по пятнадцать процентов от суммы, полученной вами (а мысленно я понимал под ним всю их гильдию, ведь сейчас передо мной сидит тот, кто и говорит от их лица) с каждого контракта или сделки, заключенной на вашей территории. Вас это устроит?

Я специально старался нигде не упомянуть его гильдию, обращался к нему во множественном числе (предположительно это вежливое обращение). Делал я это для того, чтобы он не стал ассоциировать себя с ней, хотя, по сути, сейчас он и был полномочным её представителем на этих переговорах.

Лицо трактирщика разгладилось. Он ожидал гораздо более зверских условий, а тут, по его мнению, они отделаются лишь лёгким испугом. Ведь, по сравнению с продажей им нашего плетения, они сами предлагали нам в десять раз больше. А сейчас всего какие-то жалкие двести тысяч. Правда, при этом странный чел надеялся на какие-то незначительные проценты. Но если судить объективно, даже его заведение не приносило и сотни тысяч в год. Так что эта сделка была выгодной.

– Гильдия согласна на ваши условия, – официально произнёс он. – Я подтверждаю и подписываю согласованный и составленный двусторонний контракт. Назовите номер счёта для перечисления средств.

Я быстро уточнил у Вирта наши банковские реквизиты и завёл дополнительный счёт, предназначенный именно для денежных поступлений со стороны торговцев-нейтралов.

Наши реквизиты были официально внесены в контракт.

Просмотрев его оригинал и копию, мы с Длоном зарегистрировали их и скрепили слепками своих аур. В самом конце Длон, уже от себя, спросив у меня разрешения, предупредил:

– Контракт заключён без права его расторжения, – и победно улыбнулся.

Именно в этот момент дверь в его заведение открылась, и на пороге появился очень старый гном, которого вели под руки двое более молодых его соплеменников. Не обращая внимания на окружающее, этот престарелый представитель гномьего племени сразу направился к нашему столику. Но не успел он пройти и пары шагов, как ему навстречу выскочил обрадованный трактирщик.

– Глава Рупер, я всё выполнил в лучшем виде. Их плетение останется только внутри их гильдии и за её пределы не выйдет. Они присваивают ему статус закрытого.

– Даже так, – удивился тот. – И во сколько нам обошлось это дипломатическое чудо? – спросил он у Длона. – Я думаю, не меньше чем в пять миллионов.

Демон-трактирщик с гордостью и вызовом посмотрел на него и сказал:

– Двести тысяч, вот контракт, – и протянул ему магическую иллюзию только что составленного и подписанного нами документа.

Заметив выделенную жирным шрифтом сумму, гном ещё более поражённо посмотрел на Длона.

– Видимо, я тебя очень сильно недооценивал. – И, подойдя к нашему столу, он, присаживаясь на освободившийся стул, произнёс: – Добрый вечер, господа и дамы. Я – глава гильдии торговцев-нейтралов Рупер Седой. И я очень рад, что мы так удачно и к взаимной выгоде смогли разрешить возникший здесь небольшой конфликт. – И, помолчав, продолжил: – Я, конечно, готов был заплатить и в десять раз большую сумму, но не буду скрывать радости от того, что Длон сумел договориться с вами на столь незначительную компенсацию, благодаря которой нам удалось сэкономить столь значительные средства. – И сразу стал подниматься, собираясь распрощаться с нами.

Но внезапно его остановил гном, смотревший в контракт огромными глазами-блюдцами. Это растерянное лицо настолько сильно не вязалось с тем, каким оно было всего мгновение назад, что глава гильдии торговцев сел обратно и спросил:

– Что у тебя?

Оказывается, пока он говорил нам свою приветственную речь, один из его помощников успел досконально изучить переданный ему для ознакомления контракт и теперь с расширенными глазами протянул его обратно.

– Господин, – тихо проговорил он, – посмотрите сюда. – И указал на какую-то строчку в контракте.

Старый и представительный гном несколько секунд сидел в полном молчании. Наконец он поднялся и только потом произнёс, посмотрев прямо в лицо Длону.

– Как-то не так я себе представлял выгодный контракт, но, видимо, это лишь моя ошибка. – Он ещё недолго постоял молча, а затем повернулся в нашу сторону: – Мои поздравления. Вы заключили очень выгодный контракт. – И в сопровождении своих помощников направился к выходу. Но, не дойдя до него пары шагов, остановился и произнёс, обращаясь исключительно ко мне: – Юноша, можно ли будет нам иногда пользоваться вашими услугами, ведь теперь ваша команда практически официально часть нашей гильдии?

– Ну, разве что иногда, – ответил я, – мы ведь оказываем и консультационные услуги.

И я так понял, этот гном говорил явно не о наших магических умениях. Торговца могло заинтересовать только одно. Контракты.

Он кивнул и, открыв дверь, вышел из зала.

А шесть пар удивлённых глаз (Рыкун посмотрел в мою сторону просто за компанию) уставились на меня.

Глава 8

Нейтральный мир Гранкат

– Ну что я могу сказать, – ответил я на это сверление дырок в моём теле, – этого старика, похоже, заинтересовал мой литературный слог и художественное изложение мыслей.

Длон с непониманием посмотрел на корнола, а тот лишь пожал плечами, будто говоря: «И сам не в курсе, что с этого дикаря возьмёшь», и вслух скептически произнёс:

– Ну-ну. – Затем, видимо вспомнив тот момент, на котором мы и остановились перед тем, как начался разговор с трактирщиком, продолжил: – Нам бы надо с тобой о многом поговорить. Не думаешь? Тем более у меня к тебе появились дополнительные вопросы.

– Надо, – согласился я и поднялся из-за стола. – Идёмте, покажете, где мы остановились. – А повернувшись к Длону, который пристроился за нами следом, сказал: – Простите, уважаемый, но это строго конфиденциальный разговор.

Почему-то того, что трактирщик хотел пойти с нами, больше никто не заметил, что было немного странным, и, похоже, это удивило самого демона, так как он растерянно ответил:

– Да, конечно, задумался немного. – И, опустив взгляд, он быстро прошёл за барную стойку.

«Ох, не так прост наш хозяин. Не обо всех его талантах мы наслышаны, вон как быстро смог влиться в нашу группу, будто и всегда был с нами. Интересно, кем он был до того, как стал трактирщиком».

А то, что этот демон не был обычным наёмником, я был уверен. Скорее, кто-то вроде разведчика, сборщика информации, все его умения и повадки так и кричали об этом. Но главное, нам он не мешает.

Я вслед за корнолом, девушками и Муком поднялся на третий этаж. Нам достались две угловые комнаты: сначала наша, та, что была побольше, потом девушек. Решили собраться у нас. Но я сперва хотел посмотреть, как устроились девушки, да и о безопасности стоило позаботиться, потому, спросив разрешения, заглянул к ним в номер.

Ничего особенного я не заметил. Пара кроватей. Небольшой столик и два стула. У стены перед входом стоял большой шкаф и напротив него – маленький комод. Присутствовала ещё и ванная комната, но её отсюда видно не было. Девочки сказали, что там глухое помещение без окон, что было неудивительно.

Кстати, все окна комнаты закрывались крепкими ставнями и, что мне особенно понравилось, снаружи их было открыть очень проблематично. Поэтому я прошёлся вдоль окон и, несмотря на возражения наших красавиц, закрыл оба окна.

Уже собираясь выйти из их апартаментов, я остановился напротив какой-то непонятной занавески, край которой выглядывал из-за массивного шкафа. Немного отодвинув его в сторону, я в удивлении посмотрел на расположенную за ней дверь. И что странно, вела эта дверь из их комнаты в наш номер.

– Так, к себе заходите из нашего номера, – быстро провёл я перепланировку их жилого помещения. – Вашу входную дверь я закрою.

Что я и сделал, закрыв её на ключ, а потом задвинув ночной массивный засов. Сам при этом задавшись вопросом: «А зачем вообще в этой гостинице столь мощные меры безопасности?»

Потом я для надёжности забаррикадировал её ещё и шкафом. Теперь к ним через этот вход тихо было не пробраться, даже если очень сильно захотеть. После этого я подошёл к обнаруженной у шкафа двери.

– Ну вот вам и отдельное жильё. – Я пощёлкал небольшой защёлкой. – Пойдёмте, чувствую, некоторые нас уже заждались.

Тея кивнула и прошла в открытую мной дверь, похоже, её не слишком заботило то место, где она будет спать. А вот Эрее хоть она и не высказала особого недовольства, но было видно, что этот номер не очень по душе. И как я понял, дело даже не в соседстве с Теей, наоборот, она была только рада, что та находится рядом с ней. Почему-то отторжение вызывал у неё сам номер. Поэтому она просто молча прошла вслед за своей подругой.

Меня это её немного странное поведение насторожило. Ну не видел я в ней какой-то особенной капризности и стервозности, чтобы расстраиваться из-за какого-то номера. И потому, перед тем как выйти из него, я решил ещё и досконально просканировать эту комнату.

«Вот же гад», – подумал я, заметив кое-какую особенность выделенной девушкам комнаты.

Теперь понятно, что смущало Эрею. Она, как истинное дитя Леса, была, видимо, более чувствительна к разным подленьким тёмным штучкам. А так как наши комнаты находились уже вне зоны действия силового кокона заведения, запрещающего использование магии, то в комнату девушек было встроено какое-то непонятное следящее плетение. Сейчас оно было неактивно, и поэтому я на обычном своём уровне чувствительности не сразу обратил на него внимание. Нельзя постоянно использовать максимально доступный уровень чувствительности магических проявлений. Когда я его подключаю, и в обычных-то условиях сознание достаточно быстро теряет связь с реальностью, а в мире, переполненном магией, это происходит ещё быстрее, да к тому же ещё и чревато различными проблемами, связанными с многократно увеличенной нагрузкой на разум. Поэтому я работаю на максимально комфортном и оптимальном для себя уровне чувствительности, вычисленном ментоинтерфейсом, кластером и опытным путём, и повышаю его только в особых случаях, когда стараюсь рассмотреть истинную суть того или иного предмета или явления, провести углублённое сканирование менто-информационных полей, которые окружают меня. В общем, делаю это, если у меня возникают какие-то непонятные ощущения или предчувствия, например, такие, как сейчас.

Обнаружив это неактивное плетение и скопировав его к себе в ментоструктуру, я постарался отследить источник или того адресата, что должен был активировать его или кому должна была уйти информация, полученная с помощью этого плетения. И что удивительно: источник находился где-то в таверне, а вот получателем был какой-то небольшой артефакт, спрятанный за пару кварталов от неё.

Решив разобраться с этим, я, не откладывая, заглянул и в нашу комнату. Там, так же как и в соседней, было вплетено подобное заклинание. И оно, кстати, уже начинало работать.

«А я-то гадал, как отследить источник активации», – пролетела мысль в моей голове.

Я резко махнул рукой, этим жестом говоря своим друзьям оставаться на месте. Они с удивлением посмотрели мне вслед, когда, промчавшись мимо них, я вылетел в коридор. Я постарался покинуть комнату так поспешно, чтобы успеть до того момента, как полностью активируется и заработает следящее плетение. Мне нужен был тот, кто сейчас заставил его работать.

Сначала я подозревал трактирщика, но, кое-что прикинув, понял: это вряд ли может быть Длон. Слишком всё странно и непонятно построено: источник в одном месте, приёмник в другом, притом работающий автономно. Больше походило на каких-то воров или шпионов. Но кому могло понадобиться следить за нами?

Ответ напрашивался сам. Произошло всего два крупных инцидента, имеющих хоть какое-то значение для местных. Первое – это бойня на окраине города, но о нашем, вернее, моём участии в ней вряд ли кто догадывается. И второе – это деактивирующее плетение. С торговцами этот вопрос уже решён. Однако остались ещё и те, кому это плетение нужно не меньше, чем им. Маги.

Значит, там, в зале, сидел их шпион или доносчик. Хотя нет, это должен быть кто-то работающий в таверне, но из местных там были только официантки и… был кто-то ещё.

«Точно, там был ещё какой-то мальчишка, который мыл пол в углу зала. Неужели это он?» – И я удивлённо застыл на месте.

Значит, сейчас и постараемся с этим разобраться.

Но чтобы какой-то ребёнок умудрился выстроить такую сложную и, самое главное, незаметную систему слежения? Он должен быть гением.

Хотя он же может всего лишь её активировать и периодически относить записывающий артефакт кому-то, чтобы слить с него всю информацию.

Между тем, параллельно со своими мыслями, я быстро старался найти того, кто активировал заклинание. И сделать это нужно было до того, как исчезнет остаточный ментальный след, оставленный пакетом магической энергии, заставившим работать это следящее плетение.

Пройдя вслед за ним мимо общего зала, я скользнул вниз по лестнице, ведущей в подвал трактира.

Нижний уровень этого заведения оказался неожиданно обширен. Здесь располагались кухня, прачечная, какие-то мастерские, за ними шли склады, потом ещё пара не очень понятных помещений, от которых так и тянуло магией, кстати, они были закрыты, и, по-моему, их неплохо охраняли, я постарался проскользнуть мимо них как можно незаметнее. Дальше шёл большой зал. Именно туда и привёл меня след.

Подобравшись через странные, похожие на воздуховоды или вентиляцию туннели, ведущие вдоль всего коридора к стенке этого огромного помещения, я кинжалом проделал в ней дырку и заглянул внутрь. Сначала я не смог ничего разобрать, но потом ясно услышал сильный шлепок, явно звук нехилой оплеухи или хлёсткого удара. А потом показались и действующие лица. Три закутанные в плащи личности, вовсю отрывались на том самом мальце. Причин их такого поведения я понять не мог, но зато видел, что жалеть мальчишку они не собираются.

Похоже, совать нос в чужие дела теперь станет моим любимым занятием.

«Нужно вмешаться, – решил я, пробираясь к входу в помещение. – Жаль, что не получится узнать, что же здесь произошло».

Но я оказался не прав, избивать парня перестали, и один из троицы склонился над его не слишком атлетически сложенным тельцем.

– Ну что, уродец, почему сразу не сообщил нам об этой компании? Нас чуть не опередил Дяк Хромой, он тоже как-то смог узнать о магах. Ты почему ничего нам не передал, придурок! – вдруг резко заорал он и ещё раз пнул скрючившегося на полу ребёнка. – Ведь описание тех, кто нам нужен, у тебя было. Ты меня чуть перед боссом не подставил. Я ему на совете сказал, что это заведение под моим контролем. А ты меня подвёл, дружочек, – вроде ласково проговорил он, наклоняясь к пацану, а потом практически без замаха ударил того прямо в лицо. – Ну что молчишь, гадёныш? – И приподнял голову парня за волосы. – Что скажешь?

«А мальчишка-то держится, ни слезинки в глазах. Только старается прикрыть тело от наиболее сильных ударов».

Избитый парнишка немного отлежался, утёр кровь с губ и тихо произнёс, глядя в пол:

– Но они не подходили под то описание, что вы сами оставили. В нём говорится, вам нужен сильный маг и сопровождающий его отряд наёмников. О Рааге я вам сообщал два дня назад, но он вам не подошёл. А больше никого не было. – Парень помолчал, а потом так же тихо продолжил: – Когда закончилась моя предыдущая смена, то в таверне новых жильцов ещё не было. А сегодня, только появившись здесь, я узнал о них и сразу же оставил вам весточку через него. – И парень кивнул на одного из бандитов. – Но на тот момент, когда они остановились у нас в таверне, ни мага, ни наёмников среди них не было. Ну, кто знал, что они и есть целая группа магов и к тому же ещё наёмники. О том, что они маги, я узнал, лишь когда завязалась потасовка в зале, и сразу же повторно побежал к вам. А когда передал вам сообщение и вернулся в зал, то увидел, что и их главный тоже пришёл. Я просто не успел сообщить вам об этом, тем более подумал, что вы всё равно скоро придёте проверять их, – в своё оправдание произнёс мальчишка.

– Тебя сюда поставили не думать, а дело делать. Ты должен сразу же сообщать обо всех прибывающих сюда магах, сразу же, даже если они будут появляться тут каждую секунду. А вот мы и правда уже сами определим, они это или не они. – И говоривший со всей силы пнул мальчишку в лицо. – Ты меня понял? Отвечай!

Мальчонка лишь в бессилии кивнул.

– Нет, он, похоже, не очень хорошо понимает нас, правда, Боров? – обратился бандит к огромному детине и наступил мальчику на голову. – Из-за того, что ты не сообщил нам о прибывшем главном, наши денежки могли уплыть к Дяку. А ты знаешь, как я не люблю терять свои кредиты. И как этого не любит Боров или Хиляк. – И отморозок кивнул в сторону своих товарищей. – И ты прекрасно знаешь, как сильно это может нас огорчить и как все мы очень не любим этого делать. – И вроде бы задумчиво спросил: – Или ты хочешь, чтобы мы пообщались с твоей красавицей сестричкой? Вон, Боров давно на неё глаз положил, – и кивнул в сторону и правда боровоподобного, огромного демона со звериным оскалом и дебильным выражением лица, которого я только сейчас смог рассмотреть, так как подобрался к ним немного поближе.

– Ыгы, я всэгда за. Лублу элфарочэк. – И загоготал, вернее, захрюкал, как настоящий хряк.

«Так парнишка соотечественник Эреи? – подумал я. – Может, он знает, где находится портал в их мир?»

Хотя вряд ли, такой не стал бы терпеть такие издевательства и побои. А то, что они были, и часто, я уверен. Во-первых, ещё в зале я обратил внимание на его избитую физиономию, под которой, кстати, и эльфара то распознать было достаточно сложно, а во-вторых, слишком уж развязно и свободно чувствовали себя эти трое.

«Похоже, считают себя местными хозяевами жизни, – посмотрев на них, решил я. – Видимо, они из грязных кварталов».

Когда я проходил сквозь него, то там было достаточно много подобных личностей.

Здесь первый считал себя королём и владыкой, ему нравилось унижать и запугивать. Второй, тот огромный мордоворот, был туп и просто любил избивать и мучить других. Если его устроить палачом, он был бы самым счастливым и законопослушным гражданином, любящим свою работу. А так его подобрал этот, первый. И теперь тупой олигофрен был его собственным инструментом для пыток.

Последний же их сообщник просто стоял и смотрел по сторонам, и если судить по видимой мной ауре, ему было совершенно всё равно, что тут происходит. Он просто-напросто умирал от скуки.

– Так я не понял, хочешь? – спросил главарь и тоже заржал, сильно пнув мальчишку в живот.

«Странно, похоже, ищут какого-то мага и отряд наёмников, – подумал я. – Вряд ли это можем быть мы. Как отряд, мы ещё не успели тут засветиться. И что самое важное, это не маги, а какая-то местная банда».

Между тем мальчонка, после того как этот отморозок упомянул его сестру, весь сжался, и ярость в нём так и заклокотала, но он удержал себя от ответа или каких-то иных слов и действий. Хотя я ясно видел, что он совершенно не боится этих бандитов, но его сдерживает что-то иное.

«Сестра», – понял я, вот причина, почему он всё ещё здесь и не растворился в каком-то из миров.

А те, кто так защищает своих родных, даже будучи в таком жалком положении, мне импонируют и нравятся гораздо больше, чем банда каких-то уголовников. А коль скоро это не какая-то магическая гильдия, а местная братва, то и жалеть их особо нечего.

Неужели они собирались следить всё же за нами? Я ясно увидел в сумке у главаря артефакт, активирующий следящее плетение. А лишние глаза и уши, тем белее те, что так бесцеремонно ведут себя, меня как-то слишком огорчили.

Поэтому я, тихо приоткрыв дверь, проскользнул внутрь. Я хотел тихо вырубить этих бандитов, по-доброму поговорив с ними, и уйти. Но тут проснулся скучающий.

– Слышь, Корявый, а правда, что там две очень симпатичные девахи? – спросил он у главного.

Тот, кивнув ему, ответил:

– Сам я не видел, но когда Хромой рассказывал о них, то прямо-таки весь слюной истек.

Похоже, это заинтересовало третьего и Борова.

– Так их это, как и было с прошлыми, отдадут нам? – в ожидании и с каким-то сразу взбесившим меня подтекстом спросил Корявого Хиляк.

– Не знаю, – пожал плечами главарь. – Но если они такие, как их описывал Дяк, то, думаю, на многое рассчитывать нам не придётся. Сначала с ними развлечётся босс, он до жути ненавидит магов, и эти будут ему на сладкое, он всласть поиграется с ними. Знаете же, как он любит ломать и превращать в нечто ползающее у него под ногами разных магов. А это ещё и бабы. Получит двойное удовольствие. – И он облизнул губы, а у меня внутри всё начало закипать. Еле остановил себя. Нужно дослушать, вдруг этот отморозок сболтнёт что-то полезное. – Потом они достанутся магам, ну а только потом он отдаст их нам. И то если они ещё будут живы, иногда маги вытворяют с ними такое, что даже мне жутко. Ну а так, их, скорее всего, опять придётся разыгрывать между всеми бригадами. А в этом случае, даже если нам очень сильно повезёт, они попадут к нам не в намного лучшем состоянии, чем та, предыдущая, помните?

Оба покивали. Скучающий сморщился, а вот Боров, наоборот, плотоядно облизнулся, и его маленькие заплывшие глазки мечтательно заблестели.

Корявый же продолжал.

– Нет, ну ты помнишь, что с ней сделали эти придурки! – в сердцах воскликнул он, обращаясь явно к Хиляку. – Помнишь, что с этой магичкой сделал отряд Пятки. Да у неё ни пальцев, ни ушей, ни грудей уже не было. Его упыри-уроды всё, что могли, отгрызли этой девчонке. Всё порезали и поотрывали. Вот урод и его уроды, ни себе, ни остальным. После этого её осталось только на ингредиенты магам и отдать. Нет бы их последними в очередь ставили. Урод, – опять зло сплюнул Корявый.

И жаль ему было совсем не эту безвестную девушку, а того, что это не он успел так поразвлечься с ней.

М-да. Последние слова решили судьбу этой троицы, а также и непонятного босса с магами, и какого-то Пятки. Да, по сути, и всей остальной шайки.

Теперь осталось понять, где их найти, но, думаю, в этом мне сможет помочь этот мальчонка.

Но и его помощь оказалась не очень нужной.

– А когда пойдём их брать? – спросил Хиляк у Корявого. – Надо бы оказаться у них в комнате пораньше остальных. – Он со значением посмотрел на главаря.

Тот сначала не понял, на что ему тот намекает.

– Совсем, что ли, этот маг!.. – наорал на него их главарь. – С ним как минимум пара бойцов! Хотя чел, говорят, так себе, обычный, но там ещё оборотень. Плюс эти девки. Маг-то внешне не очень силён. Как только активируют артефакт подавления магии, он уже не сможет ничего сделать, но даже в этом случае парочку тех, кто будет впереди, они смогут уложить. Ты хочешь оказаться на их месте.

– Корявый, не тупи, – ответил ему второй, – нам незачем лезть на рожон, я говорю о том, что нам нужно первыми оказаться у них в номере, а не лезть в драку. У этого мага может быть много ценностей. – И его глаза загорелись алчным блеском. – Вспомни, что нашли у предыдущего. Там только одних кредитов было на полмиллиона. А ещё артефакты и прочие драгоценности. Можно урвать немного, босс ничего не узнает, если никто, конечно, не будет болтать. – И оба посмотрели на Борова, который ковырял в носу.

– А ему этого знать и не нужно, – ответил Корявый.

– Поэтому я спросил, когда они собираются навестить их. Нужно прийти заранее и постараться спрятаться где-то в таверне, а потом, когда завяжется и окончится бой, проникнуть в номер. И кто будет? А то если парни Кувалды, то ничего не светит, они сразу отсекут комнаты.

– Нет, их не будет, – обрадованно проговорил главарь, – будет где-то половина всех бригад и все маги, очень их заинтересовала наша новая цель. Получается, что кроме босса, Кувалды, бригаду которого он зачем-то отправил в нижние секторы, и тех бригад, что должны будут вернуться из рейдов на базу, будут все наши незадействованные нейтралы.

– А зачем Кувалду отправили в нижние секторы? – заинтересовался Хиляк. – Босс просто так его не отпустил бы в такой решающий момент.

– Не знаю, но Боров в кабаке слышал, что там, внизу, кто-то обнаружил портальную арку или работающий портал, я точно не понял. Вот они и пошли проверять этот слух. Босс, кроме них, никому и не доверяет-то особо.

– Да, нам бы свой портал… – мечтательно протянул вечно скучающий третий, – тогда бы смогли перепродать его магам, говорят, они хорошо платят за них, и открыть собственную гильдию или организовать свой отряд.

– Идиот, за них убивают, а не платят, – проворчал Корявый. – В общем, забудь. Наше дело тут. – И он кивнул в направлении таверны.

– Да, – согласился с ним тот, – значит, не будет босса и отряда Кувалды. А время известно?

– Да как обычно, ближе к четырём утра пойдут, чтобы застать их спящими, – ответил местный главарь.

– Хорошо, нужно успеть.

И только сейчас эти двое заметили, что обсуждали свои планы при парнишке, который затаился внизу. Он даже постарался растечься по полу и перестал дышать, стараясь стать менее заметным, понимая, что ничем хорошим оплошность бандитов, начавших разговор при нём, лично ему самому не грозит.

Так и вышло. Хиляк, вытаскивая тонкий стилет, произнёс, говоря Корявому:

– Пользы от него немного, а нас он может выдать, нужно его кончать.

Тот лишь молча кивнул.

«Всё, пора действовать, – решил я и выдвинулся немного вперёд. Шаг, второй, третий – и я нахожусь в тени трухлявого ящика. – Необходимо работать без магии, – понял я. – Нужно ли мне ещё что-то от этих бандитов?»

По сути, ничего.

Как-то не хотелось всё это затягивать, да и своими метательными камнями я давно не пользовался, а потому делаю плавный шаг в сторону и оказываюсь как раз напротив главаря, склонившегося над эльфаром и зажавшего ему рот. Хиляк как раз занёс руку для удара.

– Привет, – произношу я невинным голосом, – а я тут заплутал немного, не подскажете, как пройти в библиотеку?

– Куда? – тупо спросил Боров.

– Туда, – показываю я, одновременно выпуская в него камень.

Два следующих летят в его напарников с отставанием всего на пару мгновений.

Три громовых удара слились в один, который сотряс это старое подвальное помещение.

Крысодемоны, на которых я впервые испытал действие этих камней, оказались покрепче этой троицы. А может, всё дело было в том, что на этих не было никаких защитных амулетов. В общем, эта троица сейчас в живописных позах лежала вокруг притаившегося парня.

– Ты как там, живой? – спросил я. – Это я тебя спрашиваю, если ты ещё не понял. Хватит притворяться, я точно знаю, что ты был жив до того, как мы пообщались с твоими добрыми друзьями.

– Да какие они мне друзья! – не выдержал парень.

– О, я же говорю, жив, – констатировал я, услышав ответ эльфара. – Ты как, подняться сможешь?

– Смогу, – насупившись, ответил тот. – Бывало и хуже. – И он зло посмотрел на троицу.

Только теперь, похоже, до него дошло, что они того, вроде как уже и не жильцы.

– Вы их убили? – в страхе спросил он.

– А нужно было пройти мимо?

Через несколько секунд обомлевший парень, полностью взяв себя в руки, тихо проговорил:

– Вам нужно исчезнуть, их банда будет мстить. И они найдут вас очень скоро.

При этом ни капли страха или отчаяния в его словах не прозвучало, простая констатация факта.

– Ну, они так и так, судя по всему, заинтересовались нами. Коль собрались навестить нас сегодня ночью. Но это пока не так важно. А что, это такая опасная банда? – уточнил я.

– Да, – кивнул парнишка, – примерно ещё сорок членов банды, но, говорят, у них есть три своих мага, и поэтому остальные с ними считаются. К тому же о них ещё ходят слухи, будто они работают на какую-то магическую гильдию.

– Всё может быть, – хмыкнул я, – а ты-то как? Не страшно? Не хочешь сам исчезнуть из этого мира? – ради интереса спросил я.

– Нет, – с сожалением ответил он, – я не могу.

И было это произнесено настолько твёрдо и уверенно, что я поверил: держат его тут действительно серьёзные обстоятельства или обязательства.

– Тогда надо сделать так, чтобы никто не узнал, что здесь произошло.

Мальчишка вопросительно посмотрел на меня.

– Сколько их дружков знает, что они могли пойти к тебе? – Это был решающий вопрос, так как определял то, сколько времени есть у нас в запасе.

– Никто, – с уверенностью ответил мальчонка, – они не хотели сообщать обо мне в банде, ведь тогда им пришлось бы делить награду за замеченных здесь мной магов на всех, а так они говорили, что обнаружили их сами и клали в карман награду, положенную за них, только себе. – И он посмотрел на меня.

– Понятно, жадность, – усмехнулся я. – Тогда всё упрощается. Нужно понадёжнее избавиться от их тел. Это даст необходимое нам время. Есть идеи, как это сделать? Ты вроде местный и должен знать об этом гораздо больше меня, – сказал я ему.

Сам же тоже стал просматривать сеть в поисках подобной информации, нагрузив этим Вирта.

– Могу предложить только штольни, – ответил он.

Кластер, кстати, тоже предложил сначала этот вариант, но потом, просмотрев скачанную карту этой станции и логи работы сервиса коммунальной службы, нашёл более надёжный способ.

Оказывается, на станции действовала система утилизации. Вернее, она не работала, но я мог её достаточно просто запустить, и, что было не менее важным, после перера ботки и утилизации от тел в буквальном смысле ничего не останется. А это приводило к простому факту: трупы этой троицы наверняка не найдут. Что мне и было нужно, особенно сейчас.

А судя по тому, как у меня складывается жизнь в нейтральных мирах, а пробыл я сюда меньше нескольких часов назад, такой надёжный способ прятать концы в воду мне может очень пригодиться.

Да и самих колодцев мусоросборников было разбросано по станции достаточно много. Например, сейчас мне до ближайшего было не больше пары минуть ходьбы.

Как выяснилось, подвал таверны был построен на самом нижнем уровне, а я-то удивлялся, как он мог быть таким огромным. Тогда всё становилось гораздо проще и понятнее.

Это – не подвал, хотя и большой, просто под его строительство использовали следующий уровень.

И, судя по карте, буквально через один квартал был мусоросборник.

Поняв это, я оглядел тела и сказал эльфару:

– Так, мне нужна какая-нибудь плотная ткань или что-то водонепроницаемое, найдёшь? Да, кстати. Тебя как звать-то? – наконец вспомнил я о том, что так и не познакомился с этим парнишкой.

– Глеос. А вас? – в свою очередь спросил он.

– Баг.

Парня удивил мой ответ. Прислушавшись, я понял почему.

– Непонятно, – пробормотал тот, – назвал настоящее имя. Неужели доверяет мне? – И он как-то странно посмотрел на меня.

Было в его взгляде что-то такое, что трудно описать словами. Надежда, отчаяние, вера, сомнение, вопрос. И всё это смешалось, переплелось в один большой клубок.

Он хотел что-то спросить, но потом передумал, лишь ещё раз посмотрел на меня.

– Сейчас принесу, – сказал он и убежал.

Я, конечно, мог трупы перенести и так, но нельзя светиться пока перед этим парнишкой, для него маги – все остальные, кроме меня. И ещё я осознавал, что меня он принимает или за наёмника, или за профессионального убийцу, при этом стараясь для себя решить, что лучше. К тому же он, похоже, смотрит на меня будто на своего родственника или кого-то из своего круга. Вот это уже мне было не очень понятно.

Пока Глеоса не было, я проверил бандитов. Ничего особо примечательного у них не было. Всякие именные или приметные драгоценности я отмёл сразу, артефакт разрушил, скопировав его структуру. Забрал только деньги да оружие. Всё остальное пойдёт в утиль. Даже заготовку из-под артефакта, хотя это был неплохой драгоценный камень, я оставил на месте. Следов к нам вести не должно.

Потом я просто сидел в тени того самого ящика, стараясь не отсвечивать у кучки лежащих трупов, и ждал.

Эльфар вернулся через пять минут и притащил какую-то крупную и длинную упаковку плотной тёмной ткани.

– Это со склада, – пояснил он, заметив мой вопросительный взгляд. – О ней никто не знает, её уже давно забыл один купец, и поэтому её точно никто не хватится и исчезновения не заметит.

– Пойдёт, – кивнул я, рассматривая грубую на ощупь материю, – нам нужно, чтобы она не пропиталась кровью минут за десять – пятнадцать. – И вытащил кинжал.

Я отрезал кусок материи и накрыл им первое тело. Стараясь не уделаться в крови, быстро и аккуратно перевернул труп и плотно обмотал его тканью. Потом повторил эту процедуру ещё два раза. И замотал я так каждое тело в три слоя.

Повезло, что на пол не натекло крови. У покойников были лишь внутренние кровотечения и переломы да внешние небольшие раны, но пока кровь из них сдерживалась налипшей на тела одеждой.

Искатель просканировал пространство вокруг нас и не заметил никакой органики, принадлежащей бандитам, зато кровь парня он обнаружил во множестве мест. И кстати, не только сегодняшнюю, но и застарелую, как минимум ей несколько месяцев. Крепко его прессовали местные бандюганы. В одном месте этой крови было налито столько, будто там его резали на кусочки.

«И он до сих пор держится. Уважаю», – подумал я и с одобрением посмотрел в сторону мальчишки.

Заметив мой взгляд, он задал заинтересовавший его вопрос, так как я заметил, что он пару раз поглядывал в направлении карманов или одежды бандитов.

– У них при себе было много ценностей, почему мы не взяли ничего?

– А ты хочешь, чтобы тебя потом нашли? – в ответ спросил я.

– Нет. – И парнишка помотал головой.

– Вот поэтому пусть всё и исчезнет вместе с ними. Ну, кроме денег, по ним нас не отследят. – И я отдал ему все кредиты, найденные у бандитов. – Только не свети их сразу, выжди какое-то время. И используй небольшими частями. Никто не должен связать появление у тебя наличности с исчезновением этих бандитов. Понял?

– Да, – серьёзно кивнул он.

– Хорошо, тогда иди и встань у края того здания. – И я показал место, где ему следует спрятаться.

Там была небольшая ниша, да ещё и находящаяся в тени, так что заметить его в той тёмной кляксе, образовавшейся по краю стены, было очень трудно, даже если знать, куда смотреть.

– Если кто-то будет двигаться в нашу сторону, беги мне навстречу, – продолжил я инструктировать Глеоса, – не кричи, не шуми, а тихо вдоль стен от тени к тени беги в мою сторону. И только подбежав ко мне, говори, что происходит. Дальше будем действовать уже по обстоятельствам. Но надеюсь, коль здесь своевольничали эти, – я кивнул в направлении завёрнутых тел, – то любые другие разумные тут редкие гости. Давай беги. – Я махнул ему, указывая на здание, и проследил, как он, не задавая лишних вопросов, пробежал к выбранному для него укрытию.

Увидев, что он достаточно хорошо спрятался в нём, я взвалил на плечо первый куль и бегом направился к мусоросборнику. Бегать с трупом оказалось не то что тяжело, а просто неудобно. Хотя спускаться с Лениавесом, притороченным в качестве рюкзака, было ещё менее удобно, но я и то справился. Так что и в этот раз я быстро оттащил трупы к нужному контейнеру.

Вирт подал команду на сервер, и тот открыл нам его. Я скинул туда все трупы вместе со всеми их вещами, ещё раз проверил, что ничего не забыл и запустил утилизатор. Буквально через три минуты с этой троицей всё было закончено. В отчёте утилизатора стояло, что контейнер пуст и вновь готов к работе.

Честно говоря, проверять правдивость его слов у меня не было никакого желания, но я всё-таки переборол себя и, открыв его, заглянул внутрь. Тот блестел чистотой. В нём даже пыли и мелкого мусора не осталось.

Естественно, никакого особого сожаления о них у меня не было, но и просто так уничтожить их тела я не мог. Нужно было что-то сделать, как-то отдать дань, даже не им самим, а той жизненной энергии, что в них текла.

«Напутствие, – прошелестело в моём сознании. – Покойтесь с миром», – проводил я в последний путь эту не слишком везучую троицу бандитов, нарвавшуюся на меня, и понял: это именно то, чем и должна завершаться всякая подобная церемония. Ведь это мир магии, и в нём царят её законы.

Мне не нужны их души, и если их не отпустить из этого мира, они останутся в нём. А так, этой краткой фразой с частичкой вложенной силы я отправлял их туда, куда они и должны были попасть. В рай или ад, не знаю, да мне это было и неинтересно, но свою обязанность перед магической натурой этого мира я выполнил.

Разобравшись с этим, я побежал в обратную сторону. Тихо подойдя к укрытию, я увидел, что парень, даже не оборачиваясь, исполняет выданное ему поручение – контролирует подходы к нашему залу.

– Всё, я закончил, – шёпотом произнёс я.

Тот, резко развернувшись, выставил в мою сторону небольшой ножичек, а я и не заметил, что тот у него был. Приглядевшись, я понял, что это кинжал Хиляка, как раз тот, которым он хотел прикончить парнишку.

«Смотри-ка, не растерялся, быстро подобрал оружие», – одобрил я его действия.

Если честно, малец с каждой минутой нравился мне все больше и больше, и не хотелось бы его упускать из виду, но вот что я могу ему предложить, я пока не знал. Да и эти странности с его сестрой, о которой он так печется и за которую готов порвать любого.

Разберёмся, время ещё есть, тем более сегодня ночью мне, похоже, всё-таки понадобится его помощь. А до того времени я подумаю, как с ним быть и что ему предложить.

Между тем парнишка узнал меня и произнёс:

– Простите, это вы. Вы так тихо подошли, что я вас не услышал, – и снова посмотрел на меня тем странным взглядом, – и это необычно, я всегда чувствую всех, кто ко мне подходит, – будто про себя закончил он.

– Значит, не всех, – улыбнувшись, ответил я. – Ладно, пошли наверх, зайдёшь к нам, девочки тебя подлечат. Да и меня, наверное, уже заждались.

Тот лишь кивнул.

Я, всё так же скрываясь от лишних глаз, делая это машинально, направился в сторону лестницы, ведущей в зал. Глеос последовал за мной. Передвигался он, кстати, очень тихо. Не так, как я, но тоже использовал какой-то подобный стиль плавного переката. И это была не врождённая привычка, его этому обучали, но кто? Для гильдии убийц он слишком юн, да и не оставили бы они его одного. Для воина – то же самое, сидел бы сейчас в каком-нибудь учебном лагере.

Странно и непонятно. Да ещё и эта непонятная сестра, о которой он никогда не забывает и которую упоминали бандиты.

Мы уже приближались к нашему номеру, когда парень вдруг задал вопрос, который, вероятно, его беспокоил с того момента, как мы вышли из зала.

– Как вы на нас вышли, я видел, что в зале за мной никто не следил.

– Следящее плетение, – пояснил я ему, как само собой разумеющееся. – У нас сильные маги, и они его быстро заметили, а когда эти отморозки его активировали, то отследили источник, а затем и приёмник.

«Кстати, нужно будет забрать его», – напомнил я себе.

– Понятно, – проговорил Глеос и опять замолчал.

До дверей нашей комнаты оставалось всего несколько шагов, когда мальчик всё-таки сказал то, на что не решался с момента нашей встречи:

– Мастер, примите меня к себе в ученики. Я сын бывшего главы гильдии «Сломанный меч».

Всё-таки он принял меня за убийцу и, как я и догадывался, за одного из своих, вернее, даже за какого-то своего соклановца. Правда, почему он так решил, я не понял.

Глеос замер, ожидая ответа и решения своей судьбы. И ему было от чего замереть.

Вирт быстро нашёл информацию по этой гильдии. Одиннадцать месяцев назад произошла очень кровавая смена власти и последовавшая за тем резня в одном из центральных миров. Под раздачу каким-то боком попала и их гильдия. Её членов уничтожали нещадно, преследуя во всех мирах. И семью её главы вырезали практически полностью, на корню стерев даже саму память о них. Однако среди трупов так и не смогли найти тел его младшего сына и средней дочери. Из всей этой гильдии осталось несколько растворившихся среди жителей мастеров и несколько бойцов. Ну и двое пропавших детей. И теперь даже за мало-мальскую информацию о них была обещана приличная награда. А за доказательство их смерти, например за голову каждого из них, пожизненное содержание и ежемесячное пособие в сто тысяч кредитов. За тело же их мастера Крея (он нужен был исключительно мёртвым) – дополнительно десять миллионов кредитов плюс любой дом в любом мире на выбор и основание своей собственной гильдии.

«Н-да, дела», – подумал я.

И этот малец, зная всё это, а он просто не мог не знать, честно и открыто назвал мне своё имя.

«Уважаю», – ещё раз одобрил я его решимость.

– Я не тот, за кого ты меня принимаешь, – наконец произнёс я, задумчиво глядя ему в лицо, – и никогда не входил ни в одну из гильдий убийц.

Парнишка искренне удивился:

– Как? – Но потом пояснил: – Я видел, как тренировались люди моего отца, ваши движения и действия очень похожи. А рассуждаете вы вообще как он.

– Возможно, – ответил я, – но это лишь обычная логика. Так думают те, кто хочет прожить чуть дольше, чем до завтрашнего утра.

Парень растерянно смотрел на меня, похоже, я для него был последним шансом. Тут или пан – и я беру его в ученики, или пропал – я сообщаю о нём врагам его отца, и тогда для него и, скорее всего, его сестры это означает верную смерть. Но сейчас оказалось, что я даже не тот, за кого он меня принял. И что ему делать?

Он открыл свою судьбу челу, который не следует кодексу их гильдии, как он надеялся ранее, и который теперь знает, кто он. И что странно, парень совершенно не переживал за себя, он боялся за кого-то другого, он боялся за судьбу своей сестры.

«Интересно, какая она и кто, если этот мальчишка так печётся о ней».

– Значит, так, – сказал я ему, – сейчас ты идёшь со мной, и наш маг жизни тебя немного подлечит, а потом идёшь и занимаешься своими делами в трактире дальше. А я тем временем подумаю, как нам быть с тобой. Понял? – И подбодрил: – Не боись, прорвёмся! – И улыбнулся ему.

Глеос оторопело кивнул мне в ответ.

– Тогда идём. – И я указал на дверь нашего номера, у которой мы стояли. – Да, и поменьше говори, что случилось, – предупредил я его, – сам расскажу то, что посчитаю нужным.

– Вы – как мой отец, – опять сравнил парень и всмотрелся мне в лицо. – Он говорил, что когда-то у него был один друг из срединных миров. Чел. Он рассказывал, что более опасного соперника он не встречал в своей жизни. И опасен этот чел был не своей силой или мастерством. Нет. Опасен он был образом своего мышления, тем, что он думал не как все. И старался научить этому же и моего отца. А потом он пропал. Я никогда не встречался с ним, он исчез за много лет до моего рождения. Но отец всегда считал его своим другом. – В конце он тихо добавил: – Его звали мастер Крей. – И Глеос замолчал, продолжая смотреть мне прямо в глаза.

«Знакомое имя», – вспомнил я приписку к розыскному листу.

– Интересная история, было бы любопытно пообщаться с этим челом, – спокойно ответил я ему.

Ведь я точно никогда в жизни не видел его отца.

Открыв дверь, мы вошли в наш номер. Вернее, я открыл и подтолкнул в спину Глеоса, обратившись к Эрее:

– Подлатай его, а я сейчас вернусь, – и, развернувшись, снова вышел в коридор. Нужно было забрать записывающий артефакт.

Я прошёл до лестницы и, спустившись, в обход зала (оказывается, удобно, что тут так много различных ходов, переходов и коридоров) выскользнул из таверны.

Быстро пройдя к небольшому тупичку, куда привёл меня ментальный след, я завернул в него. След упирался в вонючую кучу мусора.

«Блин, как не хочется лезть в эту грязь», – подумал я, пробираясь поближе, и, уже подойдя практически вплотную к ней, обрадованно понял, что след упирается в стену за ней. Там было гораздо чище, видно, что кто-то периодически расчищал сюда путь.

«Кто-то достаточно мелкий», – подумал я, вспомнив Глеоса.

Выковыряв с помощью кинжала из кладки пару камней, я за ними обнаружил обычный информационный кристалл. Просканировав его, Вирт сообщил, что на нём уйма информации, похоже, его не чистили чуть ли не несколько тысяч лет.

Он выделил три слоя внесения данных, последний и предпоследний читались Виртом с лёгкостью. На среднем слое была записана какая-то околонаучная литература. Ну а потом сплошняком шли магические записи, сделанные системой слежения. Их я пока просматривать не стал, слишком много их было. Однако решил, что это нужно будет обязательно сделать в ближайшее время. Вдруг узнаю что-то полезное. Да и нужно успеть, пока эта информация не потеряла своей актуальности.

А потом кластер добрался до самого глубинного слоя хранения ментоинформации. И тут он чуть ли не затрещал в моём сознании от предвкушения, так как на этом самом раннем слое хранения данных мы на инфокристалле во множестве обнаружили отчётность по непонятным экспериментам, проводимым, судя по этим же отчётам, с живыми разумными. И, судя по всему, это были полностью боевые плетения из различных областей известной магии. Похоже, кто-то старался создать универсальную систему нападения из самых эффективных плетений по уничтожению ближнего своего.

В приложении к этим отчётам присутствовало несколько схем магических заклинаний, помеченных как удачно сработавшие, и огромное количество других структур, которые были ещё не исследованы и не опробованы. И что странно, ни одна из найденных структурных схем ни кластеру, ни ментоинтерфейсу ранее известна не была.

Вирт сразу же приступил к анализу найденного материала. И коли он занялся обработкой инфокристалла, я дал ему распоряжение то же самое проделать и с теми инфокристаллами, что мы забрали из библиотеки города древних магов. Нужно было извлечь, проанализировать и классифицировать ту информацию, что в них была. Тем более от кластера или от меня это не требовало никаких особых усилий. Он мог полностью работать со всеми складами «инвентаря» как с некими внутренними областями моего сознания. И поэтому мне даже не требовалось извлекать оттуда инфокристаллы, чтобы он мог просканировать их. Вирт подключался к ним напрямую.

Я быстро направился в номер, правда, по дороге заглянул в общий зал и заказал нам немного вина и еды в номер. Это я сделал, чтобы было чем перекусить, пока будет идти наш разговор, который, как мне кажется, может здорово затянуться.

Подойдя к двери, я прислушался к тому, что происходило в комнате за ней. И выходило так, что Тея и Эрея плотно насели на Глеоса, пытаясь выяснить, кто он и откуда, что с ним произошло и вообще при чём тут я? В ход шло всё, начиная от уговоров и заканчивая угрозами. Но парнишка, похоже, просто молча стоял и ждал моего возвращения. Поэтому, не став его долго мучить, я открыл дверь и вошёл внутрь.

Первым делом я незаметно отключил активированное плетение. Зачем нам оно? Правда, уничтожать его я не собирался, пусть работает, кристалл-то, к которому оно привязано, находится теперь у меня. Раньше плетение работало на благо бандитов, а теперь будет на нас. Они правильно понимали, что информация очень дорогого стоит, так что не надо пренебрегать подобными её источниками.

«Да, надо пройтись по городу проверить, куда ещё прилепили подобные плетения. А потом собрать привязанные к ним инфокристаллы, – сделал я себе пометочку на память. – Но это не сегодня, до вечера ещё много нужно успеть».

– Всем привет, – поздоровался я и сразу подошёл к Глеосу, проигнорировав любопытные взгляды присутствующих.

Следов побоев и прочего ужаса, что я наблюдал ранее, на его лице уже видно не было. Эрея хорошо поработала с ним. Не осталось никаких и внешних и внутренних повреждений. Даже застарелые травмы она подлечила.

«Умничка моя», – подумал я, взглянув на неё, и, похоже, она что-то почувствовала, так как её личико порозовело.

Диагност сообщил, что парнишка в норме, но всё равно нуждается в паре часов отдыха. Но это было уже гораздо лучше, чем в момент нашей с ним встречи. Тем более сейчас Глеос умылся и кое-как очистил одежду от грязи. В общем, выглядел он сейчас уже не так удручающе.

Кстати, только теперь я разглядел, что его одежда была очень аккуратно и красиво заштопана, но, главное, каждый стежок был выполнен чуть ли не с филигранной точностью, вплоть до долей миллиметра.

– Сестра старалась? – поинтересовался я, указав на одну из заплаток.

– Да, – тихо ответил он.

– Понятно, – сказал я и, немного помолчав, спросил у него: – Где я смогу найти тебя сегодня вечером?

– Здесь, в таверне, – сразу ответил он, – сегодня моя смена, я буду в ней до утра.

– Хорошо, – похлопал я его по плечу. А затем сказал, похоже, этими своими словами удивив всех, включая как его, так и своих друзей: – Не переживай, я своих не бросаю и не предаю, – и кивнул ему в направлении двери.

Глеос в очередной раз как-то странно посмотрел на меня, а потом, склонив голову, очень тихо произнёс:

– Я понял, мастер Крей, – и, развернувшись, вышел за дверь.

«Всё-таки он думает, что я и этот самый Крей одно и то же лицо», – мысленно прокомментировал я его слова и посмотрел на ожидающих моих объяснений друзей.

– Я нам немного перекусить заказал, – сказал я им, мысленно усмехнувшись и ожидая их реакции. – Давайте поедим, и я вам потом всё расскажу.

И почему это только что стоявшая на столе чернильница сейчас несётся в направлении моей головы, ловко брошенная твёрдой рукой Теи, а следом за ней так же летит какая-то деревянная кружка, запущенная мне прямо в лоб, но уже рукой Эреи?

Плавно сойдя с линии атаки и аккуратно перехватив оба предмета в воздухе, я подошёл к столу и поставил их на место. А потом, усмехнувшись удивлённым девушкам, добавил:

– Понял, рассказывать буду параллельно с полдником, ну или что тут у них по расписанию.

И перехватил тем же макаром прыгнувшего мне на загривок Рыкуна.

«Мне понравилась эта игра, – радостно проверещал он. – Давай ещё». – И, выскользнув у меня из рук, постарался запрыгнуть на меня уже с другой стороны.

«Не сейчас, а то меня тут наши дамы поубивают», – сказал я.

«Нет, не поубивают. Они за тебя волнуются. – И тут он, понюхав воздух, спросил: – Ты дрался, почему не взял меня?»

«Ночью возьму, когда все будут спать, – ответил я ему. – А пока отдохни, не мешай нам».

«Не забудь, – погрозил мне этот мелкий хищник и похвалил: – А у тебя крепкий детёныш. Будет сильным бойцом и хорошим охотником. Почему не сказал им, что он из нашей стаи?»

А я и сам только сейчас понял, что, похоже, в нашей стае (роде, клане) появится ещё один член, или, вернее, два. Глеос сестру не оставит.

«Ещё не время», – ответил я Рыкуну.

Того мой ответ вполне устроил, и он, перебравшись на кровать, завалился между Теей и Эреей вроде как спать. Однако мне сообщил, что отсюда их проще охранять.

«Ну-ну, подставив свою спинку под их нежные пальчики, я бы и сам не отказался так их поохранять», – куда-то не туда сместились мои мысли.

Пока я общался с Рыкуном и размышлял, раздался стук в дверь. Выглянув в коридор, я увидел, что это одна из местных официанток принесла нам заказанные фрукты, вино и немного мяса для Рыкуна. Я, пропустив её внутрь, указал на стол.

Поставив на него поднос с миской мяса, тарелкой фруктов и парой бутылок вина, она хотела начать сервировать стол, однако Тея и Эрея остановили её и сами принялись накрывать для нас этот небольшой перекус. Я посмотрел на эту понравившуюся мне картину и отпустил немного замявшуюся девушку, дав ей пару кредитов, которые нашёл ещё в резиденции тёмного ковена. Этот мой жест не укрылся от Лениавеса, который удивлённо посмотрел на меня.

Я лишь пожал плечами и направился к столу, так как девочки в этот самый момент сказали, что он накрыт и можно садиться и начинать разговор.

– Ну, давайте приступим, – произнёс корнол, и было непонятно, то ли он имел в виду вино и фрукты, то ли мой рассказ.

Но судя по направленным в мою сторону взглядам, даже вино всех интересовало сейчас в гораздо меньшей степени.

– Давайте, – согласился я и повёл рассказ.

И начал я с того, как мы оказались в этом мире.

Рассказал я и о странном отряде наёмников, встреченном в зале ожидания возле портальной площадки, который меня заинтересовал.

И как я отправил к Лениавесу с девушками Мука с Рыкуном, чтобы предупредить их и успокоить, сказать, что мы уже здесь и что у меня появилось небольшое дело, требующее моего содействия.

– Я всё-таки не хотел, чтобы вы волновались, – оправдался я, посмотрев на них. – О вас я подумал в первую очередь, – ухмыльнувшись, договорил я, оглядев девушек.

Потом рассказал, что проследил за этими наёмниками, стараясь разобраться, в чём дело. Рассказал и о том, что в конце концов оказал им небольшую помощь, которая не потребовала от меня больших усилий, а для них была существенной.

Впрочем, рассказывал я обо всём этом, не вдаваясь в подробности, на что мне с усмешкой и указал оборотень. Ну а я ответил ему, что ничего существенного там не было, о чём стоило бы особо упоминать.

Не рассказывать же им об уничтоженном тёмном ковене, который для меня и правда ничем существенным не был, падаль да слизняки. Не стоят они нашего внимания. Именно это моё отношение и позволило мне опустить этот момент в рассказе, а моим друзьям не понять того, что я старался скрыть от них существенную часть информации.

Хотя все мои друзья – маги, и правду они отличают по изменениям менто-информационного поля, или ауры, как они её называют. Но это как раз тот случай, когда со мной это не сработает. Менто-информационное поле у меня, во-первых, контролируется Искателем, а во-вторых, коль я говорю свою правду, в которую верю сам, то и за ложь моя аура её не воспринимает.

Поэтому Тея удивлённо прошептала на ушко Эрее:

– Смотри-ка, хоть и крутится как хрусь (видимо, что-то на подобии ужа) на сковородке, стараясь вывернуться, но не лжёт.

– Да, – согласилась та.

Я же перешёл к той сути, о которой и хотел в большей степени рассказать своим друзьям. О тех идеях и мыслях, что у меня появились, пока я был здесь на станции, и о том, что я уже успел сделать для этого.

– На обратном пути, – продолжил я рассказ, – у меня было больше времени, чтобы осмотреться в городе и ближайших к портальной площадке кварталах, и я заметил тут несколько особенностей. – Я на мгновение замолчал, оглядывая с интересом смотрящих на меня магов. – Первое, – сказал я, – это то, что здесь всё прямо-таки пропитано магией. Это мир магов, как и рассказывал нам Лениавес, – указал я на оборотня.

– Нашёл чем удивить, – хмыкнула Эрея. – Да это мы и так поняли.

Тея же с корнолом и Муком никак не прокомментировали моё наблюдение, одна просто была согласна со своей подругой, второй понимал, что это я произнёс не просто так, ну а что думал наш демонёнок, я, честно, сказать не могу.

– Ну так вот. – Не сильно обратив на слова девушки внимание, я продолжил: – Магии очень много, а магов, особенно хороших, и это второе, практически нет. А те, что есть, дерут за свои услуги огромные деньги. А теперь оглядитесь. – И я указал на всех присутствующих. – Даже по местным, сильно завышенным меркам среди нас есть трое магов со способностями выше среднего и один очень сильный. Кто из вас кто, объяснять не буду. – И я дал им немного времени, чтобы поразмышлять на эту тему самим, а потом продолжил: – Сначала это натолкнуло меня на вариант создать свой отряд и начать наёмничать. Но, – и я поднял указательный палец, – это нас практически не приблизит к нашей главной цели.

– Какой? – удивилась Эрея.

«Мы ищем порталы, ведущие в ваши миры», – ответил за меня Мук.

– Всё верно, – согласился я с ним, – а наёмники слишком зависимы от тех приказов и контрактов, что пересылает им гильдия. Ведь я прав? – спросил я у корнола.

– Да, это так, – подтвердил он моё предположение и в продолжение нашего рассуждения добавил: – Но есть же ещё разведчики порталов и поисковики. Их работа и возможности идеально подходят для нашей цели.

– Да, – кивнул я, – эти две гильдии и были моим следующим вариантом, на котором я хотел остановиться.

– Но… – протянул корнол, явно почувствовав продолжение.

– Но и они нам не слишком подходят. Во-первых, неоправданно велик риск.

– Какой риск? – спросила одна из девушек.

– Он боится, что с вами может что-то случиться, – улыбнулся оборотень, но затем уже более серьёзным тоном сказал: – Хотя вообще-то он прав, среди поисковиков и разведчиков потери даже больше, чем среди наёмников. Слишком неопределённые у них риски и слишком велика вероятность попасть во враждебное окружение, где придётся больше думать не о поиске или разведке, а о своём выживании. Тогда как наёмники всегда готовы к этому и примерно знают, с чем должны будут столкнуться. Но зато эти две гильдии предоставляют неограниченную возможность разведки и свободного поиска, а о безопасности, если уж на то пошло, можно позаботиться заранее, – закончил он.

– Ты во всём прав, – поддержал я его, – кроме одного. Этот способ не позволит нам охватить множество портальных арок, максимум, если работать по одному, даже считая Рыкуна, мы сможем проверить всего шесть порталов зараз. А с учётом того, что миров тысячи и друг Лениавеса за несколько сотен лет так и не смог найти нужную портальную арку, то наши шансы наткнуться на нужный портал у нас очень невелики, можно сказать, что они стремятся к нулю.

Мои последние слова явно расстроили девушек, и Тея тихим голосом спросила:

– И что же нам делать?

– Вот и я подумал о том, как можно хоть немного, но увеличить наши шансы, – ответил я, выдержав небольшую театральную паузу, продолжил: – И всё оказалось очень просто. Нам не нужно самим проверять и разведывать эти порталы, нам нужны те, кто это делает или уже сделал. И здесь я придумал один очень неплохой для нас вариант, и он неплох как раз для такой команды, как наша, а именно – группы магов. – И я указал на слушающих меня товарищей. – Да-да, для вас. И если честно, то я уже начал работать над его реализацией.

Лица девушек повеселели, а вот Лениавес стал задумчив.

– Магов, говоришь? И в чём же заключается эта твоя идея? – Похоже, против моего плана у него не было особых возражений, но вот упоминание работы магов как самостоятельного предприятия его немного смутило.

И я, кажется, догадываюсь почему. В магическую гильдию очень сложно вступить, особенно разумным со стороны. К тому же я уверен, что он прекрасно слышал мои слова о нашей собственной магической гильдии, а это ещё сложнее, и тут дело не только в деньгах, которых, кстати, у нас пока нет.

«Простите, не было. Сейчас-то они уже есть, – подумал я, – хоть и не много, но для нашего старта хватит, а остальное мы заработаем. В этом я уверен».

Закончив обдумывать финансовую сторону предприятия, я продолжил прерванную речь:

– Вы, наверное, обратили внимание, что этот мир переполнен не только магической энергией, но и различными магическими предметами, артефактами, амулетами, зельями, свитками, всевозможными диковинками и прочими не слишком понятными вещами. – И я посмотрел на магов, ожидая ответа.

– Да, – практически одновременно ответили все.

Даже Рыкун сказал о каких-то странных и невкусных ползунов, которых обнаружил в таверне, и сравнивал он их с моими громовыми камнями, сказав, что те очень похожи на них.

Это меня заинтересовало, очень уж его описание напомнило мне саламандру, и я попросил его потом показать мне, где он их нашёл.

– А вы заметили, что большая часть местных артефактов не идентифицирована и продаётся за бесценок? Её выкидывают на прилавки и продают чуть ли не по весу за кучу.

– Если честно, то я как-то и не обратила на это внимания, – ответила Тея, – хотя и заметила разнообразие продаваемых магических предметов.

– Я тоже как-то особо не присматривалась, – так же призналась Эрея.

Зато Лениавес смог объяснить причину столь странного несоответствия спроса и предложения на всевозможные магические безделушки, да и на саму ситуацию рынка магических артефактов в целом.

– Это неудивительно, – сказал корнол, – это же окраинный мир. Тут сливают свою добычу поисковики, разведчики, наёмники, воры, контрабандисты, да и обычные торговцы, которые не работают с центральными мирами. Так что подобного товара здесь навалом.

За это я и зацепился как за отправную точку для разъяснения своей идеи.

– И ты тогда должен знать, – обратился я к оборотню, – что опознанные и полностью рабочие артефакты с официально выданным патентом одной из магических гильдий стоят в разы дороже, чем все остальные. Это если просто смотреть на опознанные и неопознанные магические предметы. Но кроме того, такая же огромная разница в стоимости и между магическими предметами одинакового функционала, но разного уровня мастерства изготовления. Правда, я заметил, что сильных артефактов, особенно опознанных, и тех, о которых хоть что-то известно, в продаже практически нет, а если и есть, то скупаются они мгновенно и по баснословным ценам. И, как я понял, затем они в основном оседают где-то в центральных мирах, куда их переправляют скупщики различного магического товара. Верно?

– Да, – подтвердил корнол. – И что?

– Ну как что? – удивился я. – Вы ведь теперь знаете всё то же, что и я.

Все с непониманием продолжали смотреть на меня.

– М-да… – протянул я и постарался подтолкнуть их рассуждения в нужном направлении: – Поисковики, воры, разведчики, наёмники, торговцы – это все те, кто пользуется различными порталами, кто проходит через них и кто может рассказать, что находится по ту их сторону. – И я вновь посмотрел в непонимающие лица своих друзей. – Всё будет тяжелее, чем я думал! – с некоторым трагизмом и пафосом постарался высказаться я, но особого эффекта это не произвело, потому просто продолжил: – Мы будем скупать у них неопознанные или опознанные, но не имеющие патента артефакты, проводить их идентификацию и перепродавать по стандартной, но уже гораздо более высокой цене. Кроме того, мы сможем заняться ещё и выпуском своей собственной магической продукции. Это должны быть какие-нибудь простенькие артефакты, лёгкие в производстве, безотказные и желательно пользующиеся достаточным спросом. Например, амулеты защиты или лечения средних ран. Конечно, это будет возможным, если у кого-то получится освоить хотя бы элементарную артефакторику. К тому же можно ещё создавать магические свитки, которые тут пользуются очень большой популярностью. И здесь у нас в принципе нет никаких ограничений, всё зависит лишь от создающего их мастера. А это, как я понимаю, вообще привилегия и законная вотчина рунных магов. – И я посмотрел на корнола. – В этом я полностью надеюсь на тебя.

Оборотень лишь неопределённо пожал плечами.

– Ладно, с этим разберёмся уже по мере работы. Помимо этого, мы можем оказывать небольшие консультационные, небоевые (это слово я выделил голосом) услуги, что тоже неплохо оплачивается.

И, почему-то посмотрев в этот момент на повернувшуюся ко мне немного в профиль Тею, я залюбовался ею и немного сбился с мысли.

«Что я хотел ещё сказать? – Заметив, что выпал из реальности, я, подбирая слова, постарался собраться с мыслями. – Ах да, – вспомнил я тот момент, на котором остановился, – причины».

И уже более уверенно продолжил:

– Делается всё это по следующим причинам. Во-первых, для нас это неплохие средства к существованию и притом достаточно сильно мотивирующие перспективу личностного роста с постепенным развитием наших общих знаний и умений. И как вполне логичное следствие, каждый будет занят тем, что у него лучше всего получается, плюс будет происходить постоянное обучение и впитывание новой информации. В этом отношении здесь непочатый край работы. – И я обвёл руками вокруг себя, как бы указывая им на всю станцию.

– Извините, – невинно поинтересовалась Тея, – всё хотела узнать… – И она так мило захлопала глазками, что я помимо воли спросил:

– Да? – хотя и подозревал некий подвох в её словах.

– Много у вас на севере университетов и прочих учебных заведений, где преподают основы экономической мотивации для подчиненных?

– Э, чего? – сбился я с мысли от её слишком уж не к месту прозвучавшего вопроса. – Что преподают? И кто? – А потом, подумав, честно и без утайки ответил: – Не знаю.

– Хотя бы не солгал, – не моргнув глазом отреагировала девушка, и я так понимаю, это не последний её каверзный вопрос, и когда-нибудь я точно попадусь на неправильном ответе.

«Но это когда-нибудь», – утешил я себя и продолжил говорить, убедившись, что больше никаких вопросов о моём образовании ни у кого нет:

– Ну и во-вторых, и это самое главное, в этом случае мы сможем уже на вполне законных основаниях узнавать, откуда взялся тот или иной артефакт, что там за места, какие ещё диковинки есть или могут там быть? Как вообще выглядит тот мир? Ну и всё остальное, что смогут рассказать нам как поставщики артефактов, так и покупатели. Они ведь будут куда-то собираться. Возможно, тоже поделятся своими планами или ещё какой-то информацией о мире, куда они направляются. Думаю, огромные невинные, прекрасные и восторженные глаза Теи или Эреи заставят разговориться любого, даже самого хмурого и одичалого поисковика, помешанного на своей безопасности. Да и вообще люди авантюрного склада склонны к рассказам о своих невероятных приключениях. А мы будем внимательно слушать и анализировать, те это миры или не те. При этом стараться понять перспективу работы с теми или иными командами. Ведь постоянные клиенты и поставщики – это более надёжный и достоверный источник информации, а это то основное, что нам и нужно. Вот в этом и заключается суть моей идеи.

Да, ощущать себя мозговым центром операции оказалось непривычно.

Лениавес задумчиво что-то прикидывал в голове.

Мук, как услышал слова «магия» и «новые знания», сразу стал всеми своими руками и ногами за мой план.

Рыкун просто был со своей стаей, ему сейчас хорошо и комфортно, вот бы ещё подраться с кем-то – и вообще жизнь приобретёт все цвета радуги. Но драку обещал младший. Так что не жизнь, а сплошное приключение. И зверёк довольно потянулся.

Эрея удивлённо смотрела на этого непонятного хумана, северянина, как называл его оборотень, который смог за несколько часов пребывания в этом мире заметить и понять гораздо больше, чем она за весь день наблюдений и расспросов Лениавеса.

Тея же старалась понять, почему всё это не сумела придумать она, ведь и она обратила на все эти вещи внимание и даже спрашивала у корнола о некоторых из них. Но не смогла увязать увиденное в единую логическую цепочку. Хотя сейчас ей всё в рассказе этого странного хумана казалось вполне понятным и простым.

«Так почему?» – спрашивала она себя.

Я же между тем добавил:

– Мы можем пойти несколько дальше и сделать небольшой обманный ход. Можно будет немного повысить закупочные цены и несколько снизить продажные, чтобы привлечь поставщиков и покупателей.

– Но мы тогда потеряем в деньгах, – быстро прикинула Тея.

Всё-таки она была дочерью правителя, наёмника и торговца в одном лице, и финансовый вопрос любого предприятия был для неё далеко не на последнем месте.

– Да, – вроде как согласился с ней я, – только ты, красавица… – «О, как потемнело её личико, – залюбовался я смущением девушки, – или её злостью, нет, всё-таки смущением», – забыла о том, что нам больше важна информация. Да и насчёт денег ты немного ошибаешься. Если мы строго будем придерживаться этого правила, то рано или поздно информация о нас разлетится сама по себе, и тогда местные жители сами к нам потянутся, стараясь или приобрести что-то подешевле, или продать что-нибудь чуть дороже, чем остальным. За счёт большего потока, чем в обычных магических лавках или магазинчиках, как покупателей, так и продавцов мы должны только выиграть.

Тея задумалась, а потом, будто удивившись, сказала:

– А ведь и правда, так будет выгоднее, – и как-то странно посмотрела на меня.

Видимо, опять пыталась представить то место, где меня обучали всему этому.

Между тем от своих раздумий очнулся корнол.

«Вот и основные оппоненты вступают в бой», – мысленно прокомментировал я его вступление в разговор.

Он в силу своего большого опыта и хоть какого-то времени проживания в этих мирах был как раз одним из тех, кто действительно мог обнаружить какие-то огрехи в моём плане и помочь их устранить.

– Всё это хорошо, но есть несколько моментов, которые нам невозможно будет обойти, – произнёс Лениавес и посмотрел на меня.

– Да, я слушаю, – подтвердил я свою готовность обсудить с ним эти вопросы.

Остальные замерли, с интересом прислушиваясь к нашему разговору.

– Первое – это деньги. И много. Для филиала или отдельной гильдии нужна своя резиденция, хотя бы небольшая, но своя. А стоимость недвижимости в этих краях высока, хоть она и не такая, как в центральных мирах, но всё же, – привёл свой первый аргумент корнол.

– Да, я учёл это, – ответил я, – у меня на примете есть одно здание. Сегодня вечером нужно будет встретиться с его владельцем. Оно намного дешевле, чем даже самое захолустное помещение здесь в городе.

– И что с ним не так? – сразу спросил Лениавес.

– Не знаю, но могу сказать, что нам оно подойдёт идеально, поверь. А с любыми сюрпризами, я думаю, мы справимся. Те двести тысяч, что я запросил у торговцев, это как раз сумма для оплаты стоимости этого дома.

Оборотень задумчиво посмотрел мне в глаза.

– Первый пункт, будем считать, снят. Дальше. Наше гражданство в нейтральных мирах. У нас его нет, а без него открыть свою гильдию нельзя. Вернее, открыть можно, но вот вступить нельзя.

– Тут такое дело, – и я посмотрел в окно, – мы все уже граждане. Я об этом позаботился.

– Как? – только и спросил корнол.

– Так получилось, – ответил я. – Случайность. Будем считать это подарком судьбы за мою помощь наёмникам, о которых я вам рассказывал.

– Что же ты тогда для них сделал, если судьба настолько благоволит тебе? – тихо спросил он.

«Спас от того, что хуже смерти», – мысленно ответил я ему.

Он пристально вгляделся в моё лицо и кивнул, давая понять, что услышал мой ответ. И сразу сказал:

– Ну, тогда самое главное моё возражение. Для того чтобы официально оформить и открыть сертифицированную магическую гильдию или её филиал, нужно в любом из миров зарегистрировать портальную арку и активировать её. Ты и это предусмотрел? – И он с ехидством посмотрел на меня, будто говоря: «Ну что, съел?»

– Портальную арку… – задумчиво протянул я.

Губы Лениавеса растянулись в ещё большей улыбке.

«Ну ладно, хватит тебе лыбиться», – хмыкнул я в ответ и вслух сказал:

– С этим сложнее. – Улыбка оборотня растянулась от уха до уха. – Активировать её придётся Муку, один раз он уже это сделал.

Первое мгновение корнол сидел, всё так же широко улыбаясь, но тут наконец до него дошёл смысл сказанной мной фразы. Огромными глазами уставившись на меня, он спросил:

– У тебя есть портальная арка? Откуда?

«Из города древних. Он же сказал, что я уже однажды активировал её», – за меня ответил Мук.

– Ты утянул арку из города древних?! – поражённо спросил Лениавес.

Я лишь невинно пожал плечами, всем своим видом говоря: «Я не хотел, само как-то к рукам прилипло».

Видимо, последние мои слова добили оборотня.

– Если уж у этого сумасшедшего есть арка, то у меня больше нет никаких возражений. Хуман, умудрившийся из-под носа толпы нежити спереть активированный портал, сможет справиться и с такой мелочью, как организация собственной гильдии. – И Лениавес с обалделым лицом откинулся на спинку кресла. Потом протянул руку и, взяв бокал с вином, выпил его одним залпом, при этом пробормотав: – Спёр портал прямо из центра города, и как?! – Затем ещё что-то тихо прошептал себе под нос и задумчиво уставился в пустой бокал. – Как можно умудриться спереть портальную арку? – только периодически и слышалось с его стороны.

Было видно, что Лениавес на некоторое время выпал из нашего разговора. Но зато теперь мой допрос в свои нежные ручки взяла Тея.

– Хорошо, с гильдией мы определились. Ты, кстати, название ей уже придумал или и нам можно поучаствовать? – с ехидством спросила она.

Я честно хотел ответить, что пока ничего и в мыслях не было, но вместо этого тихо, будто пробуя слова на вкус, ответил:

– «Мастера лута», – и уже громче повторил: – Гильдия мастеров лута.

Тея, а за ней и Эрея повторили название, немного подумали, покрутили его на языке, стараясь привыкнуть к звучанию, а потом эльфарка сказала:

– Странное название, непонятное и непривычное, но интересное. Притягивает. Многие будут просто стараться к нам попасть ради того, чтобы узнать, что это за гильдия. – И, обращаясь ко мне, уточнила: – А кто такие эти самые мастера лута?

Я улыбнулся:

– Вы, – и пояснил: – Лут – это весь тот магический хлам, с которым вам придётся работать.

– Так просто? – удивилась девушка.

– Именно, зачем усложнять то, что и так прекрасно работает. Правда, мастер лута Эрея? – И я усмехнулся ей.

Девушка сначала не поняла намёка, а потом поражённо кивнула:

– А ведь и правда, даже какая-то дрожь по телу пробежала, – и, посмотрев на меня, спросила: – Что это было?

Но за меня ответил сильно, очень сильно удивлённый корнол:

– Тебя только что приняли в гильдию, – и со значением добавил: – В гильдию, которой ещё не существует.

Девушка поражённо взглянула на меня.

– Не смотрите на меня, – выставил я руки перед собой, – понятия не имею, как такое могло произойти.

Я действительно не знал этого. Но подозревал.

Информацию о нашей гильдии кластер разместил на сервере авторизации, когда я ещё регистрировал наш счёт в банке, а его нужно было привязать к какому-то предприятию. Получается, гильдию мы уже зарегистрировали, осталось узаконить её существование официальной регистрацией портала. Ну и составить перечень документов, таких как устав гильдии, условия принятия в гильдию или основания, позволяющие вступить в неё без дополнительных затрат, вступительный взнос, процедура и условия открытия нашего филиала или полноценного представительства. И самое главное: должен быть запатентован тот перечень услуг, которые будет выполнять наша гильдия.

Но не рассказывать же всё это своим друзьям, тем более о моих внутренних помощниках, Вирте и Искателе, они ничего не знают.

Быстро пробежавшись по перечню необходимых мероприятий, которые были обязательны для официальной регистрации, я дал задание кластеру сделать нашу гильдию максимально закрытой, но при этом постараться замаскировать её под совершенно заурядную, ничем не примечательную организацию.

Ментоинтерфейсу я поручил проследить за работой Вирта и предупредить, когда у них выйдет что-то интересное.

И вернулся к прерванному разговору.

– Ну вот, значит, с названием определились, – сказал я.

– Да, – согласились со мной Мук, корнол и девушки. Кто просто кивнув, кто подтвердив словами или каким-то иным жестом.

– Это и есть та предварительная работа, которую ты начал делать для создания нашей гильдии? – спросил оборотень, вспомнив ранее сказанное мной.

– Не только, – ответил я. – Так получилось, что я тут ещё завёл кое-какие связи, которые могут нам пригодиться в будущем, да немного поработал над нашей репутацией и будущим имиджем и авторитетом гильдии.

– Что ты сделал? – в очередном удивлении раскрыв глаза, спросил Лениавес. – И откуда только таких слов-то понабрался. Не при всяком дворе их услышать можно. А тут ими какой-то северянин козыряет, – было подтрунил надо мной корнол, но переспросил: – Так что ты сделал ради нашей «репутации, имиджа и авторитета»?

Я не стал затягивать с ответом. Пусть они лучше думают над тем, что я говорю сейчас, чем интересуются тем, о чём я не хочу говорить.

– Ну, по дороге обратно я в витрине одной из лавок заметил интересный артефакт с очень сложной многоуровневой структурой, который был явно не из простых. И продавали его там по совершенно бросовой цене. Такой шанс приобрести что-то интересное для начала вашей деятельности упускать было нельзя, и поэтому я зашёл туда, чтобы купить этот предмет.

– И?.. – спросил корнол.

– И купил его, – закончил я.

– А в чём тут работа на нашу репутацию? – уточнил он.

– Ну, я не только приобрёл для нас этот артефакт, но и оказал небольшую услугу хозяину того магазинчика, который к тому же, как потом выяснилось, являлся ещё и главой одной из местных воровских гильдий. Это в отношении – завёл полезные связи.

Лениавес хмыкнул и, обращаясь исключительно к девушкам и Муку, сказал:

– Такое могло произойти только с ним. Мы здесь уже практически весь день, но единственное происшествие, случившееся с нами, – это то столкновение с наёмниками, в котором ты, кстати, – и он указал на меня пальцем, хоть это и было не очень вежливо с его стороны, по крайней мере, мне так всегда говорила бабушка, – принял не последнее участие.

– Ну, так уж получилось, – пожал я плечами и продолжил рассказ: – В общем, у них в магазинчике работал не слишком чистоплотный на руку торговец, который как раз в тот момент, когда я занимался покупкой заинтересовавшей меня магической вещицы, пытался продать группе наёмников липовые амулеты и такой же липовый артефакт. Об этом я и хотел сообщить владельцу того магазинчика. Я уже тогда примерно представлял, что это одна из торговых лавок, принадлежащих какой-то воровской гильдии, но то, что её владелец и является главой гильдии, пока не встретился с ним лично, и не подозревал. Ну так вот, как только я рассмотрел с разных сторон получившийся расклад, прикинув, что эта гипотетическая гильдия, хоть она и небольшая, но имеющая свою легальную точку сбыта, правда распространяющую не слишком законно добытые артефакты и магические предметы, в принципе должна дорожить своими немногочисленными клиентами. Да и вообще такие организации обычно стараются заботиться о своей репутации, иначе с ними просто перестают работать. Сопоставив все эти факты и поняв, что в будущем нам, возможно, понадобится выход на подобную гильдию, я и решил оказать эту небольшую услугу владельцу магазина.

Заметив возмущение и какое-то чувство пренебрежения на лице Эреи, я ей сказал:

– Не нужно так выказывать своё негодование по этому поводу. От этого никуда не уйти, и криминал, так же как и продажные чиновники, – это часть нашей жизни и жизни этих миров. А поэтому есть ситуации, когда гораздо проще, выгоднее, а главное, разумнее воспользоваться их услугами и помощью, чем, поддавшись своей гордости, не суметь выполнить поставленной задачи или, что ещё хуже, в результате промедления или отказа воспользоваться этим шансом потерять свою жизнь или жизни своих близких. Всегда нужно думать о том, что и как. Даже в вашем государстве князь, скорее всего, содержит какую-нибудь тайную стражу, большая часть обязанностей которой как раз и лежит в криминальной или около криминальной областях.

Эрея задумалась, немного нахмурив брови. Я же подмигнул девушке:

– Ну не морщи ты так забавно свой симпатичный носик. Главное – помнить о том, что есть ситуации, когда проще умереть, чем ухватиться за протянутую руку. Но, надеюсь, мы в таком положении никогда не окажемся. – Поняв, что больше ни у кого особых возражений наша возможная связь с одной из воровских гильдий не вызывает, я продолжил: – Как результат, я оказал маленькую услугу не только хозяину той лавки, но, как оказалось, и главе гильдии. Что дало нам только существенный плюс и прибавило весу в их глазах. Ну и вышло так, что параллельно я оказал услугу и тому наёмному отряду, оградив их от покупки некачественного товара и липового артефакта. И теперь эти наёмники, как сказал их командир, всегда будут готовы помочь нам, если это потребуется. – И, помолчав, я хмыкнул себе под нос: – Особенно если мы их попросим это сделать не просто так, а хотя бы за минимальное вознаграждение.

Я тоже взял со стола бокал вина и с удовольствием отпил, а тем временем Тея, которая внимательно слушала мой рассказ и переговоры с корнолом и Эреей, спросила:

– Но как это должно повлиять на нашу репутацию?

– О, тут всё просто, – ответил я. – Я представил всех вас как высококлассных магов под предводительством многоуважаемого корнола, который у нас магистр магии, бывший преподаватель в одной из академий, ушедший на вольные хлеба, рунный маг и маг разума. «Великий и ужасный». Плюс с ним не менее сильные спутники. Рассказал, что мы пока присматриваемся к миру и решаем, как и что в нём можно провернуть. Но, по сути, ещё больше сегодня для нашей репутации сделал Мук, там, внизу, в баре. Такого даже не ожидал я сам. И думаю, история его расправы с тем заносчивым магом, который положил глаз на Тею, уже облетела все окрестности. – Немного подумав, я добавил: – Так что теперь вам тоже нужно не ударить в грязь лицом. – И, только сейчас кое-что вспомнив, произнёс: – Да, кстати, воры уже знают, как они проверят нашу команду в деле. В том доме, что я для нас присмотрел. Если мы разберёмся с ним, то никаких вопросов у них к нашей компетенции не останется. Плюс к этому они ещё проверят сегодня то, что я им наговорил про их липовые артефакты. То есть совокупно получив все эти сведения, они будут уверены в нашем профессионализме и знаниях.

– И что, – задумчиво уточнил Лениавес, – мы сможем разобраться?

– Должны, – просто ответил я, – тем более тот дом заинтересовал меня не только своей ценой, но и кое-какой особенностью. А поэтому завтра, а лучше уже сегодня вечером, после посещения портальной площадки, я думаю, нам стоит туда наведаться, и желательно с тобой и Муком.

– А мы? – спросила Тея.

– А вы, я думаю, там мало чем сможете помочь. По сути, там и нужен, скорее всего, лишь Мук, но, я так понимаю, за нами будут следить, а потому присутствие Лениавеса тоже необходимо. Ну и моё как его личного порученца. Вы же пока можете освоить работу с местной магической сетью, напрямую, без помощи терминала. Доступ к ней даёт огромные преимущества. А в будущем, я так рассчитываю, вы и сами поймёте, насколько выгодно и удобно её использование даже в плане той же торговли. Например, она даёт доступ к торговым площадкам всех нейтральных миров, и вы сможете просматривать выставленные на реализацию товары и лоты в поисках тех, что, возможно, появились из вашего мира, как, например, ткань из паучьего шёлка. Кроме того, там есть различные объявления, курсы и прочее, с чем неплохо бы тоже ознакомиться. – И я посмотрел на девушек, ожидая согласия с моим предложением.

Когда я заговорил о родных мирах девушек, то обе перестали обращать внимание на всё остальное, для них сейчас самой важной частью моей речи стало то, что работа с магической сетью нейтральных миров позволит быстрее найти их родные измерения. И поэтому они обе практически одновременно кивнули мне в ответ.

– Всё понятно, – подтвердила Тея свой жест словами и, посмотрев на свою подругу, продолжила: – А теперь расскажи нам, кто тот мальчик, которого ты привёл? И почему он назвал тебя мастер Крей?

Стараясь не особо акцентировать внимание на том происшествии, я быстро пересказал только что придуманную мной историю, частично основанную на правдивом пересказе некоторых событий.

– Когда я выбегал по делам из номера, то заметил, как его избивают бандиты, и просто помог ему. Вы его должны были видеть внизу. Он работает здесь, в таверне. Вот, по сути, и всё, потом я его привёл к вам, чтобы Эрея его осмотрела и немного подлечила, а сам тем временем закончил то, ради чего, собственно, и покидал вас.

– И что же такого важного тебе нужно было так срочно сделать? – с сарказмом спросила Тея. Но, видимо, оценив мой рассказ и те происшествия, что успели произойти со мной за сегодняшний день, уже менее насмешливо вздохнула: – Хотя, конечно, возможно, что-то и заслуживало твоего внимания.

Решив не запутывать девушек, да и остальных ещё больше, я ответил:

– Да ничего страшного не произошло. Мне нужно было просто кое-что забрать.

– И что же это? – спросила Тея.

– Этот артефакт. – И я положил на стол найденный в переулке инфокристалл.

Кластер уже скопировал и удалил с него всё, оставив только записи следящего заклинания.

– Вот, это вам для обучения, исследований и выяснения того, что это вообще такое. Ну и кроме всего прочего, в свете нашего нового предприятия вам надо бы выяснить примерную ценность этого магического предмета. А также узнать о спросе, которым такие вещички пользуются в нашем или соседних мирах. А затем соотнести текущую стоимость этого артефакта с тем, где его выгоднее всего продать. И всё это нужно сделать, стараясь учесть всякие дополнительные расходы на доставку, связь с покупателем и прочее. – Я пододвинул кристалл к девушкам. – Надеюсь, это займёт вас на некоторое время и не даст вам заскучать, пока мы с Муком и Лениавесом будем заняты бумажной и технической работой по регистрации, открытию и организации нашей гильдии.

– Конечно, мы постараемся помочь, – ответила за обеих Эрея, так как Тея уже создала некий аналог «Магического ока» и приступила к изучению кристалла.

– Ну, вот и хорошо, – обрадовался я.

Я, честно говоря, думал, что со стороны девушек последуют возражения, но они, похоже, оказались не меньшими заучками, чем Мук, который с неким сожалением посматривал в сторону оставленного на столе инфокристалла.

«Не переживай, – мысленно успокоил я его, – у нас есть дело, где может понадобиться вся твоя сила. Я просто не стал говорить этого девушкам».

«Хорошо». – Радости в мысленном голосе маленького демона значительно прибавилось.

– Ну, всё. Значит, мы идём, а вы оставайтесь здесь, желательно в зал не выходить. Если что, то заказ делайте, вызвав служанку. Вроде всё. Приглядывайте за Рыкуном, он останется с вами. – И я указал на притворяющегося спящим мелкого хищника.

Девушки лишь кивнули мне в ответ, так быстро обе погрузились в работу, периодически лишь перебрасываясь парой слов.

Посмотрев на них, я решил немного обезопасить их неуёмный энтузиазм и обратился к корнолу:

– Лениавес, построй что-то аналогичное тому, чем вы пользовались, когда изучали телепортационный камень. Вдруг у наших красавиц что-то пойдёт не так.

– Хорошо, – кивнул он, ненадолго отстранив девушек, убрал бутылки вина и тарелку с фруктами на небольшую тумбочку и прямо на столе непонятно откуда взявшимся мелком стал рисовать руны.

К нему подошёл Мук и что-то подсказал, оборотень на мгновение задумался, а потом с просветлевшим лицом и одобрением во взгляде посмотрел на нашего демона:

– Действительно, так будет лучше.

Когда конструкция была закончена, я понял, что она, по сути, превратила наш небольшой стол, вернее, его центральную часть в маленький, но надёжный испытательный полигон. При этом саму конструкцию они построили таким образом, что вся попадающая в неё энергия, если она уходила мимо исследуемого предмета или вырабатывалась им самим, например в случае взрыва, перенаправлялась в небольшой драгоценный камень, который Лениавес и положил в центр стола.

Это он и объяснил девушкам. А чтобы они ещё больше почувствовали свою значимость, я также выложил на стол артефакт, купленный в воровской лавке.

– Это из-за него я заходил в магазинчик, – объяснил я своим друзьям. – С ним поосторожнее, это очень мощный артефакт, – предупредил, уже обращаясь исключительно к девушкам.

За что и получил уничижительный взгляд от обеих, призванный сказать, что не яйцу, в моём лице, кого-то следует учить.

– Всё понял, – отреагировав на их быстрый и хмурый взгляд, сказал я, – больше с глупыми советами под руку не лезу.

Я осмотрел комнату, и мой взгляд наткнулся на прохлаждающегося Рыкуна.

«Ты помнишь, кто у нас отвечает за их безопасность?» – спросил я у него.

«Не переживай, ты отдал самочек в надёжные лапы, – ответил мне он. – Я пригляжу за ними». – И так сладко потянулся всем своим телом, что я понял, как он будет за ними присматривать: свернувшись калачиком на мягкой постели.

«Ну-ну, – прокомментировал я его слова и уже серьёзнее добавил: – Я тебе полностью доверяю». – После чего погладил своего маленького друга.

Тот довольно заурчал и прижался к моей ноге.

«Всё, нам пора», – сказал я, поднимаясь с кровати, на которую сел, общаясь с Рыкуном, и повернулся к Муку и оборотню, уже готовым к выходу и ожидающим, когда же и я наконец соберусь в дорогу и мы сможем пойти по делам.

– Ну, наконец-то, – проворчал Лениавес и открыл дверь.

Пройдя пару шагов по направлению к лестнице, он спросил:

– Так какие у нас планы?

– Первое – это встреча с продавцом дома. Он уже должен быть здесь, внизу, в таверне. Если, конечно, в его объявлении предоставлена достоверная информация. Второе: идём в регистрационную палату, оформляем наш портал, активируем его. Получаем разрешение на регистрацию гильдии, вносим нашу гильдию в реестр организации нейтральных миров, после этого идём обратно, по дороге нужно присмотреть неплохую кожевенную мастерскую, ювелирную лавку и кузницу. А потом, если будет не слишком поздно, предлагаю прогуляться до того дома, который я для нас присмотрел. Вот в общем-то и весь план на сегодня, – перечислил я пункты наших дел, спускаясь вниз.

– Что-то ещё о продавце дома известно? – уточнил корнол.

– Есть его счёт в банке, если оплату будем производить через безналичный расчёт. А мы так и сделаем. Ведь пока все наши деньги находятся на нашем счёте в банке. Но сначала хотелось бы просто встретиться с ним, поговорить и узнать немного больше как о самом доме, так и о тех историях, что его окружают. А поэтому мы и идём на встречу. Сегодня пятница, а в объявлении было сказано, что его можно будет найти здесь, в таверне, как раз каждые вторник и пятницу с шести до девяти вечера.

– Видимо, уходит на несколько часов в рейд во внешние миры, – предположил оборотень.

– Так и есть. Зовут его Торлик Прыгун, он поисковик. Возможно, расскажет нам что-то интересное и о поставке артефактов и прочих магических вещей, если у него нет постоянного скупщика, с ним можно договориться. Нам нужно начинать налаживать связи. А покупка убыточного дома с прибылью для его бывшего владельца, особенно если он пре дупредит нас о его странностях, снимет с этого поисковика всю ответственность и очень поможет в закреплении наших будущих отношений. Тем более это произойдёт, если он сможет убедиться в нашей компетенции как магов-профессионалов.

– То есть ты опять намекаешь на дом? – уточнил Лениавес.

– Всё верно, – согласился я.

– Ну ладно, пойдём посмотрим, что ты там для нас отыскал.

И мы вошли в зал.

Мук, до этого следовавший за нами тихой незаметной тенью, как только мы оказались в общем зале корчмы, мгновенно приковал к себе всеобщее внимание.

«Мне не нравится, – мысленно произнёс демон и обвёл тяжёлым взглядом многотысячелетнего убийцы посетителей корчмы. – Давай побыстрее уйдём отсюда», – предложил он.

Однако его жест произвёл совершенно обратное действие, ушёл не он, а к выходу поспешили все остальные.

«Так лучше», – удовлетворённо произнёс он и направился к тому самому столику, за которым мы уже сидели ранее.

Трактирщик расстроенным взглядом проводил спешащих к выходу посетителей и, горестно вздохнув, направился в нашу сторону.

К тому моменту, как мы устроились и к нам подошёл владелец этого заведения, в зале таверны осталось от силы с десяток завсегдатаев.

Немного помявшись у нашего стола, Длон всё-таки испросил у нас разрешения присесть и, посмотрев поочередно на каждого из нас, ещё раз вздохнув, начал тот разговор, из-за которого и подошёл.

– Господа, – не став юлить, сразу приступил к разговору он, – я хотел узнать, как долго вы собираетесь оставаться в моей таверне?

– А в чём дело, уважаемый? – невинно спросил я, хотя причина и так была ясна.

Его посетители разбегаются при виде нашего маленького демонёнка, как следствие – Длон теряет свою прибыль. А на носу выходные и, как я слышал, какая-то большая ярмарочная неделя, о которой было очень много информации в сети. Это период, когда сюда съезжаются продавцы и скупщики из многих центральных миров. И это ещё большие потери. А если мы освободим наши номера и уберёмся из его гостиницы, то его заведение приобретёт ещё большую популярность из-за тех рассказов и слухов, что будут окружать произошедшие здесь события.

– Так мы вас слушаем, – поддержал мою игру корнол.

Трактирщик покрутился на месте, пытаясь разобраться в реакции каждого из нас, но потом всё же сдался и сказал:

– Пока вы здесь, местные и гости нашего города опасаются появляться в моей таверне. Вы же сами видели. – И он растерянно указал рукой на пустой зал, а потом и на выход. – Практически все ушли, как только заметили многоуважаемого мага. – И Длон слегка склонил голову в направлении Мука.

– Уважаемый, – ответил я, – мы очень сожалеем о случившемся и сопереживаем вашим неприятностям, но, к сожалению, пока ничем помочь вам не можем. Я уверен, что ни в какую другую гостиницу или таверну нас, благодаря раскатившимся слухам, уже не примут, а оставаться без крова как-то не подобает нашему статусу. – И посмотрел прямо ему в глаза.

«Ну, давай соображай, ты же торговец. Должен понять, на что я намекаю, – так я мысленно подпинывал трактирщика, на некоторое время замершего с открытым ртом, видимо, что-то он нам хотел сказать, но теперь это не казалось ему уже такой удачной идеей. – Ну и тугодум…» – всё-таки не выдержал я и добавил:

– Однако если у вас есть какие-то идеи или предложения, мы готовы их с радостью выслушать. – И я вновь честными и невинными глазами посмотрел на Длона.

«Ну, наконец-то», – заметил я огонёк просвета в его взгляде.

Правда, похоже, он только в первые мгновения подумал о том, что сможет нас как-то нагреть, но, видимо вспомнив прошлый заключенный наш с ним договор, уже более осторожно и взвешенно начал прерванный разговор:

– Конкретного предложения у меня, к сожалению, для вас нет, но я готов оказать любою посильную помощь в решении ваших проблем.

«Понятно, – усмехнулся я про себя, – предложить ничего не можете, но видеть вы нас тут больше не хотите. И поверьте, уважаемый Длон, обойдётся вам это в достаточно кругленькую сумму».

И чтобы оценить величину той цифры, что стоит назвать, я скачал общедоступные бухгалтерские отчёты по деятельности различных гостиниц, таверн, баров и магазинов этого мира за три прошлых года. Кроме этого я также провёл поиск любой иной документации и прочих объявлений, размещённых в сети. Всё это я сделал для того, чтобы получить хотя бы примерное представление о тех доходах, что сулят Длону предстоящие праздники.

Вирт быстро провёл поиск необходимой информации и её анализ, произвёл расчёт статистических данных как по самой станции в целом, так и по таверне Длона в частности. И выяснилось, что именно из-за специфики этого заведения весь основной годовой доход от его таверны формируется в такие вот ярмарочные дни, которых в году было всего несколько недель. И следующая ярмарка должна была начаться завтра и закончиться через неделю.

В противном случае, то есть в любое другое время, как я понимаю, Длон бы даже не стал переживать насчёт того, что мы живём у него. Гостиница работала практически в ноль, и на плаву ей позволяли держаться доходы от заключения сделок в её стенах или от контрабанды, которой понемногу приторговывал Длон.

Хотя, как выяснилось, это была вообще одна из основных статей дохода жителей как этого окраинного мира, так и остальных. Как Лениавес однажды сказал: эти миры – рай для контрабандистов.

В основном наш знакомый занимался продажей оружия из редких металлов, которые для него доставляли с различных удалённых планов, срединных или нижних. Подобное оружие здесь пользовалось огромной популярностью из-за его особенностей в плане внедрения магических плетений. Оно идеально поглощало любой тип магической энергии и практически не давало потерь или утечек после внедрения.

И к этим выходным у Длона, как говорили полученные данные и теоретические выкладки Вирта, скопилась огромная партия, которую торговец и хотел сбыть в эту ярмарочную неделю.

Но наше присутствие здесь срывало все его планы. И это был не тот доход, который в дальнейшем будет уходить в его гильдию. Это собственные деньги трактирщика, а возможно, и ещё кого-то, если он так переживает за свой товар.

«А значит, на этом можно сыграть, – решил я, разобравшись в происходящем и поняв подоплёку по крайней мере части происходящих здесь событий. – Придётся тебе немного раскошелиться». – Видимо, эта мысль настолько чётко читалась на моём лице, что даже невозмутимый Мук посмотрел в сторону побледневшего Длона.

А уж о хитром оскале корнола и говорить было нечего, по-другому выражение его явно почувствовавшей запах наживы физиономии и назвать было сложно.

– Я думаю, дальше наши условия вам изложит наш финансовый советник. – И корнол, указав в мою сторону, снова натянул на себя отстраненную и непроницаемую маску.

«Магистр магии разума – это вам не шутки», – в очередной раз удивился я способности оборотня держать себя в руках и контролировать свои эмоции.

Поэтому, так сказать, морально заручившись поддержкой и одобрением моих друзей, которые ещё не догадывались о причинах нашей будущей финансовой выгоды, последующей из этого разговора, но были уверены, что она наверняка будет, я продолжил наш с хозяином таверны деловой разговор. Вернее, я просто задал Длону один-единственный вопрос:

– И насколько велика та посильная помощь, которую вы хотите оказать нашей молодой и потому постоянно нуждающейся в финансовой поддержке гильдии? Не стесняйтесь, Длон, назовите цифру.

Видимо, настолько прямого вопроса он не ожидал, по сути, мы выдвинули свои условия, а исходя из того, где они были произнесены, это можно официально назвать договором о сотрудничестве на взаимовыгодных условиях.

Я запомнил, что в этом заведении нужно оперировать только теми словами и фразами, которые будут приносить нам пользу. Иначе здесь нельзя. Если они не будут работать на нас, значит, мои необдуманно произнесенные слова принесут выгоду кому-то другому.

Но в данном случае я действовал исключительно в наших интересах и работал сейчас именно на укрепление финансовой состоятельности нашей будущей гильдии.

– Ну… – замялся контрабандист и торговец, бывший ещё и хозяином этой таверны, – я готов предложить вам сумму в две тысячи кредитов на покрытие расходов, понесённых в результате произошедших здесь событий, а также возместить стоимость проживания в моей гостинице.

«О питании он, кстати, ничего не сказал, – подумал я, – да и за две тысячи кредитов в ближайшие пару недель на этой станции не снимешь даже самого захудалого номера. Нет, не выйдет. Я думал, вы честный контрабандист, а вы… в общем, разочаровал ты меня, Длон. Неудивительно, что в твоей гостинице заправляет какая-то банда, которая, похоже, и крышует это заведение».

А поэтому, перестав ёрничать, я уже вполне серьёзно сказал трактирщику:

– Уважаемый, ваше последнее предложение оскорбительно, и я подозреваю, что озвучено оно было вами намеренно, – и стал медленно разворачиваться к Муку.

– Постойте, – дёрнулся в мою сторону Длон, – я как-то позабыл, с кем имею дело. – И, смирившись со своей судьбой, спросил: – Так каковы ваши условия?

Я подумал и ответил ему:

– Десять процентов.

– Простите, не понял? – переспросил он.

– Десять процентов от вашей ярмарочной выручки. – И, заметив расслабленный блеск в его глазах, усмехнувшись, добил его последними словами: – От всей выручки. – А затем, посмотрев на него в упор, повторил: – От всей выручки.

– Но… – хотел что-то возразить Длон.

– Никаких но, – резко оборвал я его, – вы уже который раз стараетесь выставить нас за простачков, и мы уже который раз говорим вам: «Мы пришли сюда начать своё дело, и без предварительной разведки и сбора информации мы ничего никогда не делаем». – А потом веско закончил: – Наше условие – десять процентов от вашей ярмарочной прибыли, всей прибыли. И мы живём у вас до завтрашнего полудня. Потом освободим комнаты.

Длон понурил голову. Он наконец понял, что сам подставился и своим предложением, и своей явной заинтересованностью в нашем здесь отсутствии, но делать ему было нечего.

Останься мы в таверне, сорвём работу его заведения и, вероятно, какую-то важную сделку. Поэтому он нехотя ответил:

– Я принимаю ваши условия.

И практически мгновенно на столе появились две заверенные отпечатками наших аур копии договора. Одна досталась трактирщику, другую я оставил себе.

– Хорошо, с этим всё. А теперь, чтобы немного подсластить пилюлю. Я думаю, на днях мы откроем свой магазин, и если вы будете заинтересованы, то мы можем договориться, и вы часть своего товара уже вполне легально сможете реализовать через нас. Ну, конечно, это будет не просто так, а за соответствующие проценты, – дал я ему некоторые пояснение.

– Вы собираетесь открыть в городе свою магическую лавку? – спросил он, сразу прикидывая свои выгоды от нашего союза.

– Да, мы как раз сейчас работаем над этим вопросом. Официально все документы уже готовы, спасибо нашим друзьям, – сослался я на наших гипотетических покровителей, хотя реально всю бумажную работу проделали Вирт с Искателем. – Осталось только официально закончить все процедуры, чем мы и собираемся заняться в ближайшие пару дней, – добавил я.

– Понятно, – проговорил Длон и спросил: – А вы сможете открыть лавку в ближайшие пару дней?

– Есть предложение? – ответил я вопросом на вопрос.

Ни Вирт, ни Искатель не смогли найти даже намёка на то, что хочет предложить нам этот демон. Однако моя интуиция упорно твердила, что это как-то связано с магией и контрабандой, правда, вполне легальной, вернее, полулегальной, ничего запрещённого или незаконного, и я понимал, что оружия там точно не будет. Его Длон сможет реализовать и через другие свои каналы.

– Пока я не могу ничего обещать, – ответил тот, – но если вы уложитесь к воскресенью, то буду готов предложить вам одно выгодное дело. У меня, к сожалению, нет своих знакомых с патентом магической гильдии, но если вы сможете, как только что сказали, все закончить в этот срок, я буду рад предложить вам сотрудничество.

– Договорились, – кивнул я, – если мы всё успеем организовать к воскресенью, то свяжемся с вами, чтобы выслушать ваше предложение.

– Да, – кивнул тот.

И на столе перед нами материализовалась ещё пара договоров.

– Приятно иметь с вами дело.

Похоже, последние новости здорово подняли Длону настроение, и он предложил нам ужин за счёт заведения. На что я, естественно, согласился, попросив его ещё три порции отправить к нам в номер, для девушек и Рыкуна. И спросил:

– Уважаемый, сейчас у нас тут назначена встреча с продавцом приглянувшегося нам здания, не подскажете, некто Торлик Прыгун уже здесь?

– Да, вон он сидит. – И Длон указал в сторону худощавого высокого демона с сероватой кожей, сидевшего за крайним столом.

– Спасибо, – поблагодарил я и стал выбираться из-за нашего стола.

И только тут до трактирщика дошло, чей дом мы собираемся приобрести.

– Господа, у нас с вами, конечно, были недоразумения… Но послушайте совета старого демона, прожившего здесь уже далеко не одну сотню лет. Я готов вам помочь с приобретением любого другого здания или иной недвижимости. Но от этой покупки откажитесь.

– А в чём дело? – заинтересовался корнол.

– Этот дом проклят. Никто не покупает его по той простой причине, что все знают, кому он раньше принадлежал и как погиб его прежний владелец. Но самое главное, никто, зашедший туда, не вышел обратно. Никто. И было таких попыток уже не одна сотня. Разные челы и демоны, ангелы и эльфары, маги, оборотни, артефакторы, профессионалы и любители. И все они не вернулись оттуда. – Он помолчал. – Мой младший брат пропал в том доме, стараясь раскрыть его секреты. Не соглашайтесь на эту сделку. Это смертельный риск. – Оглядев нас тяжёлым взглядом много повидавшего на своём веку демона, он вздохнул. – Не хочу, чтобы оттуда не вернулось ещё несколько существ. Хватит с этого проклятого дома. – И он резко встал, собираясь уйти, но затем, обернувшись, тихо произнёс: – Поверьте. Туда ходили и более сильные маги, чем вы. Никто не вернулся. И были они значительно лучше подготовлены и вооружены. У них было всё. Никто не вернулся, – в который раз повторил Длон и понурил голову, видимо, на него нахлынули воспоминания о его младшем брате, который, скорее всего, погиб там.

Лениавес поднялся со своего стула и подошёл к нему.

– Ещё недавно, – начал тихо рассказывать он, – я не верил в то, что вообще смогу оказаться в одном месте, о котором мечтал очень долгое время. Я не верил в то, что безоружный может выжить там, где пропадают и гибнут целые армии. Я не верил, что одиночка может победить целую орду нежити. Не верил, что творить и создавать магию можно даже не будучи магом, что её можно подчинить своей воле. Я не верил в то, что смогу увидеть одного из древних. Я во многое не верил. – И корнол замолчал, обдумывая то, что он произнёс, и, похоже, уже сожалея об этом.

– И что? – с какой-то надеждой спросил Длон.

– В жизни каждого наступает момент, когда он начинает верить, – тихо ответил Лениавес и ещё тише выдохнул: – Просто верить.

– Просто верить… – повторил за ним трактирщик и задумчиво ушёл к своей стойке.

Я же в немом удивлении смотрел на корнола. Только сейчас я сообразил, чем стало моё появление в его жизни. Похоже, я стал тем, кто смог вернуть ему смысл жизни. Но тогда возникает вопрос: что заставило его, столь сильную личность, потерять себя?

И я постараюсь это выяснить. Мне нужно это сделать. Долги нужно возвращать. И в этом мой долг перед Лениавесом.

Глава 9

Нейтральный мир Гранкат

Прослушав этот небольшой разговор Лениавеса с Длоном, я вернулся к тому, зачем поднялся из-за стола.

«Нужно всё же переговорить с этим самым Торликом Прыгуном». И направился в сторону одиноко сидящего в углу зала демона.

– Добрый день, – подойдя, поздоровался я. – Позволите присесть?

– Добрый, – ответил он. – Если у вас ко мне дело, то давайте обсудим его несколько позже, у меня назначена встреча, – постарался отделаться от меня демон.

– Не буду настаивать и, возможно, забегать вперёд, – даже не собираясь уходить, сказал я, – но не связана ли ваша встреча с продажей недвижимости в городе?

Тот сначала несколько удивлённо посмотрел на меня, а потом с уверенностью произнёс:

– Так вы и есть тот Баг, который оставил заявку на покупку дома и временно заморозил стоимость лота по этой сделке. А дополнительно в комментариях к договору указал, что перед этим хотел бы встретиться сегодня для уточнения кое-каких деталей? – спросил он.

«А быстро он соображает», – отметил я и кивнул:

– Всё верно.

– Тогда я к вашим услугам, – ответил Торлик. – Но давайте разговор немного отложим.

Я вопросительно посмотрел на него, он же быстро объяснил причину своего такого пожелания:

– Буквально с минуты на минуту ко мне должны подойти друзья, мы условились сегодня о встрече здесь, я им скажу, чтобы они подождали меня, и сразу подойду к вам.

– Хорошо, вон наш столик. – И я указал в сторону Лениавеса и Мука.

Поисковик проследил за направлением моей руки и мгновенно сообразил:

– Так вы и есть тот отряд, который отделал этого напыщенного индюка, мага-торговца, что приехал откуда-то из центральных миров со своим товаром на ярмарку?

– Возможно, вы и правы. Более близко познакомиться с этим челом у нас не вышло, – недвусмысленно усмехнулся я.

– Никто не ставит вам в упрёк ваши действия, – откликнулся Торлик. – Этот маг, как я слышал, поднадоел здесь уже многим. Однако он неплохо подготовился, при нём постоянно находился сильный отряд наёмников. К тому же этот маг практически не покидал стен гостиницы, стараясь находиться под её постоянной защитой. Так что получается, вы оказали услугу тут многим. – И Торлик обвёл вокруг себя рукой.

– Что-то не очень это заметно. – Я взглядом указал ему на полупустой зал таверны.

– Ну, принять услугу и лояльно относиться к её дарителю – это две разные вещи, – пожав плечами, резюмировал поисковик, – тем более о вас никто ничего не знает, чтобы делать какие-то выводы. Может, вы ещё хуже, чем тот маг, которого походя уничтожил один из вашего отряда.

– Всё возможно, – усмехнулся я и кивнул: – Мы ждём вас.

Но только я повернулся, собираясь отойти к нашему столику, как дверь в таверну распахнулась и на её пороге появилась троица разных существ.

– О, а вот и мои друзья, – радостно сказал поисковик, помахав рукой в направлении двери. – Подождите пару минут, я быстренько переговорю с ними, предупрежу и буду полностью к вашим услугам.

– Хорошо, – сказал я, садясь на один из свободных стульев, похоже, этот демон был не против моего присутствия при его разговоре с подошедшими наёмниками.

Посмотрев на вошедших, я увидел демона, эльфара и молодую девушку, похожую на чела.

Девушка, невысокое миловидное создание, и эльфар – явно маги, а вот демон – простой наёмник. Он же, судя по всему, и главный в их отряде. От него так и тянуло аурой власти и ответственности.

«А неплохой он должен быть командир», – подумал я.

И перевёл взгляд на девушку мага. Присмотревшись, я увидел, что в чертах этой девушки и демона было нечто общее, прослеживалось как минимум внешнее сходство. Да и ауры их были немного схожи.

«Они родственники?» – удивился я.

Однако вспомнил внучку главы гильдии воров и уже новым взглядом посмотрел на стоящих рядом с нами нейтралов.

«Она его дочь», – понял я.

Тем более это подтвердили и просмотренные мной отчёты, сформированные Искателем после завершения сканирования менто-информационных полей всех троих приближающихся друзей Торлика.

Ну да ладно. И я переключился на другую свою мысль. Серокожим наёмником был тот демон, которого я встретил на портальной площадке, когда прибыл в этот мир. И он чем-то был похож на Торлика Прыгуна.

«Они из одного измерения, – понял я, – так сказать, соотечественники. Необычное совпадение. – А значит, можно предположить, что если судьба свела меня с этими наёмниками дважды, то это не просто так. – Нужно подумать».

– Привет. – Между тем, даже не прореагировав на моё присутствие, серокожий демон плюхнулся на один из свободных стульев, стоящих около стола.

– И вам не хворать, – протянув ему руку для рукопожатия, ответил на приветствие Прыгун. – Подождёте меня немного, у меня тут дело, – и он кивнул в мою сторону, – этот господин хочет приобрести дом моего деда.

– Кто-то согласился купить этот дом? – Наёмник удивлённо посмотрел на меня. – О, так это ты! – вглядевшись в моё лицо, узнал меня он.

– Да, я вас тоже узнал, – кивнул я. – Вижу, удача всё-таки была на вашей стороне.

– Похоже на то, – согласился со мной демон, – хотя это, конечно, как посмотреть. Ну не будем о прошлом, для нас всех начинается новая жизнь. Однако это уже наше дело.

– Простите, – неожиданно поддавшись своей интуиции, я обратился к этому наёмнику, – как это – начинается новая жизнь?

Тот посмотрел на меня недоверчивым и не очень дружелюбным взглядом, однако его дочь, положив ладонь ему на руку, тихо сказала:

– Не переживай, скоро об этом и так станет известно. Такие прецеденты не остаются незамеченными. – И, обращаясь ко мне, немного грустно и так же тихо сказала: – Нас всех исключили из наших гильдий. – Посмотрев на моё удивлённое лицо, пояснила: – Так случилось, что мы стали участниками неких событий, повлекших за собой наше исключение из гильдейских сообществ. Но нас не стали сразу же депортировать, как это происходит обычно в таких случаях, а дали аж целый месяц найти для себя новую гильдию. – И, усмехнувшись, добавила: – Это, так сказать, награда и поощрение, – она погладила отца по руке, – будто они не понимают, что для нас этот путь теперь закрыт, никто не захочет нас принять, – уже совсем тихо закончила она и отвернулась, но я успел заметить слезинку на её щеке.

Теперь уже её успокаивали отец и что-то прошептавший ей на ухо эльфар.

– Так это и есть тот вопрос, который вы хотели обсудить? – спросил у них Торлик.

– Да, нам нужна твоя протекция в вашей гильдии, – кивнул наёмник.

Прыгун несколько минут думал, а потом ответил:

– Хорошо, я постараюсь вам помочь, но не могу ничего обещать. Однако уже сейчас с уверенностью скажу, что стоить это будет вам очень недёшево. Наш пройдоха, зная ваше положение, постарается содрать с вас по максимому, да ещё и должны ему останетесь.

– Я понимаю, – грустно произнёс серокожий гигант.

– Хорошо, тогда я сейчас переговорю с этими господами, – Торлик кивнул в направлении нашего столика, – а потом мы посидим и подумаем, что можно сделать.

Наёмник кивнул:

– Тогда мы пока перекусим.

– Хорошо. – И поисковик обратился ко мне: – Я полностью к вашим услугам.

Я встал и направился к нашему столику. Но мои мысли крутились вокруг этого отряда. Насколько я помню, их было шестеро. Два мага и, вероятно, четыре воина. Неплохое пополнение.

«Маги – это хорошо, как я понимаю, здесь какой-то дисбаланс, и нормально подготовленные специалисты на вес золота, так почему нужно разбрасываться двумя из них? – Не нужно. – А наёмники?» – мысленно спросил я у себя и задумался. Но потом улыбнулся, вспомнив один забавный эпизод.

Везде, где я был, обязательно присутствовала пара-тройка незаметных охранников, и в этом, видимо, была насущная необходимость. Сам видел, как один такой охранник выпроваживал из магазина заглянувшего на огонёк воришку и пойманного на месте. Так что нам рано или поздно всё равно пришлось бы искать себе подобных служак. А тут сразу четверо, да ещё и с немаленьким таким боевым опытом.

И я задумчиво обернулся в сторону троицы, сидящей за столом.

«Кажется, наша несуществующая гильдия разрастается не по дням, а по часам, вернее, даже минутам».

Мы с Торликом подошли к нашему столику, и я представил поисковика своим друзьям:

– Это Торлик Прыгун, нынешний владелец дома, который мы хотим приобрести. А это наши главные маги: Мук, – я указал на маленького демонёнка, – и формальный глава нашего отряда и, по сути, всей гильдии Лениавес, – и кивнул в сторону корнола.

Торлик поприветствовал моих друзей небольшим полупоклоном, который повторил и оборотень.

– Приятно познакомиться, господа, – произнёс поисковик.

– Взаимно, – ответил корнол.

– Так чем я могу быть вам полезен? – обратился к нам Прыгун, когда устроился на свободном стуле. – Я так понимаю, вас интересует какая-то информация касательно этого дома?

– Да, – кивнул оборотень, – нас интересует всё, что вы сможете рассказать о нём. – И с нажимом добавил: – Но особенно мы хотели бы знать, что за зловещие истории окружают этот дом. Ведь не просто же так столь удобно расположенное строение до сих пор не может найти себе нового хозяина. – И Лениавес посмотрел на поисковика.

Тот немного помялся под вопрошающим взглядом корнола, но потом, глубоко вздохнув, будто набираясь решимости, начал рассказывать:

– Не буду вас обманывать. Всё то, что вы могли услышать о доме, скорее всего, правда. Но это та правда, которую видят окружающие, истинную картину вам не сможет предоставить никто. Однако давайте я начну всё с самого начала. Только мне и рассказывать-то особо нечего. Дом мне достался в наследство шестьсот лет назад после загадочной гибели моего деда. Он был магом. Содержал небольшую гильдейскую лавку в передней комнате того здания, задняя комната была жилой. Ещё у него там была небольшая лаборатория, но она располагалась в подвале дома. И я там никогда не был. Там же было и маленькое складское помещение. По сути, это небольшой одноэтажный домик. Всё, что в нем есть, я уже описал. Я посещал дом всего несколько раз, мы не слишком ладили с дедом, но я был его единственным прямым наследником. Когда весть о смерти старика дошла до меня, я находился как раз в городе и сразу обратился в гильдию деда, чтобы они забрали принадлежащее им имущество. Я уже тогда хотел продать эту лавку, так как содержать её у меня не было никакой финансовой возможности, да и практически сразу мне передали несколько выгодных предложений о её приобретении. Поэтому осталось только освободить дом и выставить его на торги. Но вот тогда-то и начались все эти неприятности с полученным мной наследством. Гильдейские маги были первыми, кто вошёл в дом после смерти или исчезновения деда, этого так выяснить и не удалось, но из него они так и не вышли. Потом за ними послали гильдейских спасателей. Но и они бесследно пропали. Гильдия ещё несколько раз отправляла в этот дом своих магов, но и они не возвращались оттуда. Таких попыток было четыре. Видимо, у деда там было что-то действительно ценное, раз гильдия не оставляла попыток вернуть эти вещи. Но и они потом сдались и махнули на это рукой, отказавшись от своих прав на гильдейское имущество, бывшее в доме у деда. Вернее, не так, они предложили награду тому, кто в конце концов сможет его добыть и вернуть им. С тех пор, по сути, я мог уже полностью по своему усмотрению распоряжаться доставшимся мне имуществом. И постарался поскорее сбыть этот дом. Но к этому времени по городу уже поползли разнообразные слухи, начиная от того, что в доме бесчинствует дух моего покойного деда, до существования немыслимых сокровищ, которые он украл из своей гильдии. Часть из этих слухов не лишена оснований, ведь гильдейские маги и правда что-то оттуда старались достать и готовы выкупить любое предложенное имущество, ранее принадлежащее деду. Ну а часть слухов совершено беспочвенна, например, та, в которой говорится, что этот дом раньше использовался для жертвоприношений одним из магических ковенов, а мой дед был чуть ли не его главой или главным магом. Интерес же к дому гильдейских магов и обещанная ими награда притянула к нему множество искателей лёгкой добычи. Многие из них старались проникнуть внутрь, выкупая у меня право на временное пребывание в нём. Но с каждым новым пропавшим отрядом дурная слава вокруг этого дома росла и множилась, и со временем интерес к нему полностью пропал. Только местные стали обходить его стороной. Да и все. Покупать дом никто не хотел. Хотя я постепенно и сбрасывал на него цену. Ну а сейчас он является больше местной достопримечательностью и страшилкой. Я периодически пытаюсь сбыть его хотя бы по бросовой цене, но никто его не берёт. Слухи об этом доме разлетелись далеко за пределы нашего мира. Так что вы первые уже за несколько последних столетий, кто интересуется им. Но я не удивлюсь, если вы сейчас откажетесь от сделки. Я вас прекрасно пойму. – И Прыгун замолчал, ожидая нашей реакции.

Лениавес задумчиво потёр подбородок и посмотрел мне прямо в глаза.

– Уверен? – спросил он.

– Да, – ответил я, – мы справимся.

Оборотень лишь кивнул.

– Уважаемый, – начал я, – мы были несколько не в курсе той истории, что окружает этот дом, а поэтому… – и замолчал, стараясь подобрать слова, но Торлик меня перебил, понуро сказав:

– Да, я всё понимаю, – и вздохнул, – даже не верится, что мне удастся хоть когда-нибудь избавиться от этого дома. Предлагал его городскому совету, но они лишь рассмеялись. – И он хотел подняться.

– Господин Торлик, вы не поняли, – приостановил его я. – Думаю, пятидесяти процентная скидка была бы вполне уместна? – И вопросительно посмотрел на него.

До Прыгуна доходит всё быстро, на это я уже успел обратить внимание.

– Так вы его берёте? – сразу отреагировал он.

– Да, – кивнул я, – но только если вы примите наше условие.

– Согласен, – не раздумывая ответил он, – я продаю господину Багу свой дом за семьдесят пять тысяч кредитов.

И на столе между нами мгновенно появилась копия договора, а Вирт сообщил, что перевёл указанную сумму и пятнадцати процентную наценку от сделки с нашего счёта на счёт Торлика и гильдии нейтральных торговцев.

– Хм… – протянул я, – мне казалось, дом стоил двести тысяч.

– Не знал, что вы видели старое объявление, – с сожалением проговорил он, но потом, улыбнувшись и даже с каким-то облегчением, произнёс: – Хотя двадцать пять тысяч за счастье переложить эту проблему на другие плечи – это сущие пустяки. Так что поздравляю вас. – И он протянул мне руку.

– Спасибо, – вполне искренне ответил я на рукопожатие.

– Ну а теперь позвольте откланяться. – И он стал подниматься из-за стола.

– Э, постойте, – растерялся я, – а какие-нибудь ключи или бумаги о передаче собственности?

– Дом не заперт, – пожал он плечами, – а все официальные бумаги уже, думаю, переоформлены на ваше имя.

– Ах да, – пробормотал я, посмотрев вокруг, – зона свободной торговли, тогда понятно.

– Это всё? – уточнил Прыгун.

– Да, – ответил я, но потом вспомнил о ещё одном нерешённом вопросе и вновь остановил поисковика: – Хотя нет. – И на его вопросительный взгляд пояснил: – Я случайно стал свидетелем вашего разговора с друзьями, – и кивнул в сторону группы наёмников, ожидающих его возвращения за столиком в углу зала.

– И?.. – замер он, ожидая продолжения.

– И у нас, – я мотнул головой в сторону Лениавеса и Мука, – есть к ним одно предложение. Не будете возражать, если я переговорю с ними?

– Конечно, – удивлённо произнес Торлик, – пойдёмте, – и направился к своим товарищам.

– Я скоро вернусь, – предупредил я Лениавеса и тихо добавил, указав на наёмников: – Они нам нужны.

Тот лишь вопросительно посмотрел на меня.

– Объясню потом. – И я пошёл к ожидающему меня Торлику.

Мы с поисковиком подошли к их столику.

– Добрый день, господа, дамы. – Я постарался сделать похожий на тот полупоклон, что исполнил Прыгун, когда знакомился с нами.

Судя по их лицам, у меня это получилось, и очень неплохо. Особенно мои движения впечатлили эльфара. Он поднялся из-за стола и каким-то странным движением поприветствовал меня, произнеся:

– Милорд, – и сел обратно.

«Похоже, он принял меня за какого-то аристократа из своего родного мира».

Не став разубеждать его, я сел на один из свободных стульев и обратился к ним:

– Мне хотелось бы обсудить с вами одно предложение, но для начала позвольте представиться. Баг. – И я ещё раз сделал полупоклон.

– С Торликом, как я понимаю, вы уже знакомы, – заговорил серокожий гигант. – Меня зовут капитан Грон, эта симпатичная магиня – моя дочь Селая.

«Смотри-ка, я не ошибся, – усмехнулся я, – значит, женой этого гиганта была обычная человеческая женщина. Как всё странно в этом мире».

– Ну а этот парнишка, – между тем продолжал знакомить Грон, показав на эльфара, – наш отрядный маг Лирас. – И на несколько мгновений замолчал, его лицо помрачнело, и он уже с какой-то внутренней злостью сказал: – Простите, бывший отрядный маг. Нашего отряда уже нет. Так что мы все бывшие. Я бывший капитан, он бывший отрядный маг. Теперь, как вы понимаете, мы свободные охотники.

– Да, я слышал этот рассказ от вашей дочери, – ответил я и задумчиво произнёс: – Какая-то странная история, не знал, что при исключении из гильдии дают второй шанс.

Капитан усмехнулся:

– Ну, у них, – Грон указал рукой куда-то вверх, – и выбора-то особо не было. А так, это наша взаимная договорённость. Мы не разглашаем причин сделки с гильдией наёмников и несколькими магическими, а они не депортируют нас немедленно, правда, при этом и относятся к нам как ко всем остальным новоприбывшим. Поэтому мы здесь. Центральные миры для нас закрыты, вступительный взнос в гильдии, чьи резиденции располагаются там, не подъёмен для обычного смертного. Ну а здесь, на периферии, у нас есть шанс найти какую-нибудь гильдию, более-менее лояльно относящуюся к отступникам и изгоям, такую, например, как у поисковиков или контрабандистов.

– Не очень понятно, – честно ответил я, – но вполне допустимо. – И сказал прописную истину: – Для любого правила можно сделать исключение. Но подозреваю, что причины для этого должны быть очень веские. – Посмотрев на наёмников и поняв, что, по крайней мере пока, они ничего рассказывать мне не будут, я продолжил: – Возможно, вас удивят мои слова, но у меня для вас есть одно предложение. И оно не противоречит той цели, с которой вы появились здесь.

– Где? – не поняв, спросила Селая.

– Мне думается, он имеет в виду этот окраинный мир, – пояснил ей эльфар.

– Всё верно. – Я согласно кивнул и, уловив заинтересованный взгляд со стороны всех сидящих за столом нейтралов, сказал: – Мы предлагаем вам вступить в нашу гильдию. – И посмотрел на ошеломлённые лица сидящих за столом разумных разных рас.

Первым пришёл в себя, как это ни странно, Лирас, хотя я почему-то думал, что это будет или Грон, или его соотечественник Торлик.

– Очень интересное, но несколько неожиданное предложение, – сказал он, приподняв руку и останавливающе махнув капитану, – и именно поэтому оно вызывает некоторые вопросы.

– Да, я вас слушаю, – посмотрел я на него.

Похоже, стратегическое планирование в их отряде лежало именно на этом маге, а возможно, просто у него такой склад ума. Видимо, парнишка неплохо умел оценивать перспективу того или иного шага, а вот все быстрые и тактические решения принимались уже Гроном. И теперь капитан сидел и ждал, что скажет по нашему предложению его хоть и молодой, но дальновидный маг. А тот стал задавать вполне правильные и уместные вопросы.

– Простите, я так понимаю, что ни к поисковикам, ни к разведчикам, ни к контрабандистам ваша гильдия не имеет никакого отношения? – Увидев мой непонимающий взгляд, он пояснил: – Иначе о вас раньше слышал бы друг капитана, а он так же удивлён вашим предложением, как и мы. А значит, о вас он не слышал, так как сразу предупредил, что вступить к ним в гильдию или в гильдии, как-то связанные с их основной деятельностью, будет сложно.

Пожав плечами, как бы говоря: «Всё может быть», я ответил:

– У нас магическая гильдия.

Это поразило всех.

– И что вы тут забыли? – спросил Грон.

– Это вам станет известно только после того, как вы будете с нами. – Я посмотрел ему в глаза.

– Законное требование, – согласился тот и снова перевёл взгляд на эльфара.

Тот несколько помялся, но потом уже не так уверенно заговорил:

– Первоначально я хотел спросить: зачем мы вам? Но теперь понимаю, что это будет касаться только Грона и остальных. Я и Селая – маги, и этим всё сказано. Но всё равно открытым остаётся вопрос: что вы готовы нам предложить и на каких условиях? – И он замолчал в ожидании ответа, впрочем, его ждали и все остальные.

Я подумал над своим ответом и тем уставом, что уже успел разработать для нашей гильдии Вирт. И выходило, что я могу предложить им два варианта. О чём я и сообщил отряду:

– У меня есть к вам два предложения. Первое: вы вступаете в наши ряды на общих основаниях. В этом случае вы подходите нам по всем требуемым параметрам, выдвигаемым при вступлении в нашу гильдию к отдельным претендентам или группам лиц. По сути, на текущий момент вы – это небольшой мобильный отряд, в котором есть маги. Нас это полностью устраивает. У нас есть значительное отличие от всех прочих магических гильдий – это нестандартные пятнадцать процентов отчислений от всей вашей выручки. Хотя у нас и магическая гильдия, но мы не дерём с наших членов по тридцать – сорок процентов, как все прочие. Плюс скидка от тридцати до пятидесяти процентов на реализуемую нами продукцию и специализированные артефакты, включая и возвратные камни. Но это как обычно, только в наших же лавках или в магазинах гильдий партнёров. Дополнительно от вас в общем-то, как и везде, потребуется периодическое выполнение заданий гильдии. Ну а дальше всё зависит от вашей фантазии, в каком качестве и в какой сфере оказания услуг и выполнения работ вы будете выступать. Это обычное предложение. Ничем прочим от всех иных оно не отличается. Такой вариант вам сможет предложить любая средней руки гильдия, я сейчас не говорю о наёмниках, магах и торговцах. Однако вся трудность для вас заключается во вступительном взносе. Насколько я понимаю, вы сейчас очень стеснены в финансовых средствах. – Я взглянул на них и заметил смущение в глазах девушки, самой неопытной в ведении переговоров, – капитан и эльфар хорошо держали себя в руках. – Так и есть, – пробормотал я. – Так вот, руководство гильдии готово пойти вам навстречу и предоставить, к примеру, годовую рассрочку по его выплате.

Эльфар уже хотел задать какой-то вопрос, но его опередил наёмник:

– Это только первое предложение.

– Да, – согласился я. – Второй вариант готов предложить вам лично сам глава гильдии. – И я многозначительно замолчал.

Не говорить же им, что хоть для всех главой этой самой пресловутой гильдии я представляю корнола, но юридически она будет принадлежать мне.

– И?.. – подтолкнул меня к продолжению Грон.

– Он предлагает вам вступить во внутренний круг гильдии.

По сути, этим всё уже было сказано. Такое понятие было распространено среди многих гильдий. Внутренний круг – это закрытое сообщество внутри гильдии, которое чаще всего подчиняется только самому руководству гильдии или в большинстве случаев и состоит из него. Туда входят все самые сильные маги и воины, лучшие мастера и ремесленники, самые богатые и успешные торговцы. В общем, это тот костяк гильдии, на котором она обычно и держится. До семидесяти процентов основного капитала гильдии сосредоточено в руках членов её внутреннего круга. Именно поэтому моё предложение заставило задуматься и молча замереть всех. Удивления и прочих подобных чувств на их лицах не было, слишком неожиданными были мои последние слова.

– Мы можем узнать о причинах озвученного нам предложения?

Я немного подумал и с усмешкой произнёс:

– Скажем так, отряд, в одиночку вырезавший тёмный ковен, вызывает уважение. О смещении продажного главы филиала гильдии наёмников в одном из миров и говорить нечего.

Капитан серьёзно посмотрел на меня и тихо спросил:

– Откуда вам это известно?

Моя последняя фраза оказалась несколько необдуманной, но неожиданно я увидел тот ответ, которой может ещё больше укрепить наш авторитет в глазах этого демона.

– Я думаю, фраза «гильдия магов синих драконов» вам всё скажет.

Грон пристально всмотрелся мне в лицо:

– Да, – и, немного помолчав, проговорил: – Как я понимаю, у вас есть свои связи в центральных мирах, если вы столь оперативно смогли получить эту информацию, ведь увидели вы нас всего несколько минут назад.

Я пожал плечами и, будто это должно было сказать о многом, произнёс:

– Маги.

Капитан кивнул и, задумчиво подперев подбородок рукой, закрыл глаза, стараясь осмыслить только что полученную информацию.

Через некоторое время он открыл глаза и сказал:

– Нас в отряде всего шестеро, это если считать мою дочь. Мне нужно знать, что я могу рассказать им о тех условиях, на которых нас приглашают к сотрудничеству.

«Похоже, лично он уже всё для себя решил, – понял я, – и это решение – его согласие».

Но он не собирается бросать своих на произвол судьбы и потому хочет узнать о сути моего предложения.

– Вполне уместное желание, – ответил я. – Давайте я начну с них. – И кивнул на эльфара и Селаю. – О них я смогу рассказать вам, только после того, как они и вы вступите в гильдию. Я уже говорил об этом, гильдия магическая, и они будут работать по основному направлению деятельности гильдии.

Грон кивнул, соглашаясь с моим доводом.

– Теперь о вас. С вами всё просто. Если быть до конца откровенным, то нам нужны лишь вы лично, но так как своих подчинённых вы не оставите, то и забота о них ляжет на ваши плечи. Они так и останутся вашими подчинёнными. В вас же нас привлёк огромный опыт различной боевой направленности. Порядка тысячи операций только под вашим непосредственным началом. Ещё множество тех, в которых вы принимали участие как простой боец. Вы очень ответственный и хороший командир. Меньше двух процентов провальных операций, чьим планированием занимались лично вы. И то причиной провала становились отступления от данных вами указаний и приказов. Хорошие отзывы как о командире и солдате. Исполнительность. Стараетесь избежать жертв и сражений при выполнении поручений, если это возможно. Но совершенно не боитесь испачкать руки, если этого требуют обстоятельства. Можете быть очень жёстким. В этом мы уже успели убедиться. Нам это понравилось и подходит.

– Откуда у вас моё досье из гильдии наёмников? – поражённо спросил капитан.

– А вы догадайтесь. – И я посмотрел ему в глаза. – Я хочу, чтобы вы восприняли нашу организацию серьёзно, а не подумали, что мы можем просто так раскидываться своими предложениями. Ваше приглашение в гильдию – это обдуманное и взвешенное решение.

Грон медленно кивнул.

– И поэтому мы хотим, чтобы вы стали начальником нашей службы безопасности. Ну а вашими подчинёнными пока будут ваши бывшие члены отряда.

– Это очень заманчивое предложение, – произнёс капитан, – но вы так и не озвучили условия нашего принятия.

– Да, не озвучил, так как не рассказал ещё о том, что мы будем готовы вам предложить. Формально вы полностью переходите в подчинение гильдии, поэтому ваши труды должны быть вознаграждены, так как весь ваш доход будет уходить в копилку гильдии, как, впрочем, и всех остальных членов внутреннего круга. Вот мы и предлагаем вам пять процентов от чистой прибыли гильдии. Не лично вам, конечно, а всему вашему отряду. А это шесть его членов, насколько я понимаю. Но внутренним распределением будете заниматься уже вы сами. Расчёт по финансовым операциям будет производиться каждую неделю, а не каждый месяц, как это принято в остальных гильдиях.

Все молчали, понимая, что сейчас решается их дальнейшая судьба.

– Как это не цинично звучит, но могу я узнать, на какую сумму мы сможем хотя бы примерно претендовать? – спросил Грон.

– Не знаю, – честно ответил я, – мы пока не можем оценить полного оборота средств нашей гильдии. – Заметив разочарование на их лицах, я уточнил: – Однако только за сегодняшний день наш совокупный доход составляет… – и, проверив состояние счёта, произнёс: – Примерно сто сорок пять тысяч. – Увидев их округлившиеся глаза, я пояснил:

– Правда, этот день был достаточно удачный. Но я уверен, что мы будем получать не меньше двадцати – двадцати пяти тысяч кредитов и в любой другой день. И это самый минимум, если мы в принципе не будем работать. – И веско добавил:

– Но работать мы будем, так как гильдия создавалась не ради стабильного дохода, а для достижения определённой цели.

– Но это же семь тысяч, если бы мы уже работали на вас?! – вопросительно произнесла Селая.

Проверив среднемесячный доход обычного наёмного отряда, я удивился. Они получали от пятидесяти до семидесяти тысяч в месяц. И то это при удачном проведении операций. Плюс в эту же сумму входили их лечение, закупка и ремонт амуниции. Мне казалось, прибыльность этого бизнеса должна быть несколько выше. Конечно, они выкручивались за счёт перепродажи трофеев и небольшой контрабанды. Но всё-таки…

И в отряде обычно от пятнадцати до тридцати наёмников. А в нашем случае их всего шестеро.

Как-то в моей голове не слишком соотносилась организация и экипировка моего собственного отряда наёмников с его будущей доходностью. Возможно, я чего-то не знал или не понимал, но голые цифры говорили о не слишком большой выгоде этого занятия. Потому я ответил девушке:

– Да, и это только за сегодня. Но могут быть и трудные времена, не забывайте об этом, когда такая сумма составит прибыль для вас за всю неделю, а возможно, и за две, – постарался охладить я пыл девушки.

На эти мои слова Торлик лишь усмехнулся и обратился в Грону:

– Похоже, этот молодой чел представления не имеет о по-настоящему трудных временах, – и снова усмехнулся.

Капитан посмотрел на меня:

– Если это доход в неделю и он достаточно стабилен, то ваша гильдия должна процветать. Почему я о ней никогда ничего не слышал?

– А вы часто интересуетесь магическими гильдиями? – спросил я. – К тому же мы – молодая гильдия, и поэтому основу нашей деятельности можно узнать лишь после вступления в неё.

– Понятно, – кивнул тот, – но я всё равно не думаю, что всё это может достаться нам даром. Так каковы условия? – И он вперил в меня тяжёлый взгляд своих тёмных глаз.

– Условие всего одно, – просто сказал я и, ответив ему тяжёлым же взглядом, произнёс: – Принесение вассальной клятвы главе гильдии. Это будут должны сделать все члены вашего отряда.

Не успел я закончить, как раздался полный сожаления и какой-то печали голос эльфара:

– Это неприемлемо. – И он объяснил своим товарищам: – Я не смогу этого сделать. Все поколения моих предков перевернутся у себя в могилах, если я это сделаю.

– А в чём причина? – удивлённо спросил у него капитан.

– Мой род очень древний и знатный, это позор и поте ря чести, и не только для меня. Если бы всё дело было во мне! – с сожалением вздохнул он. – Я бы это сделал не раз думывая, но это касается не только меня одного, это дело всего моего рода. Если любой из нас и я в том числе клянётся в своём служении кому-то, об этом становится известно всем, так как и они через нашу родовую связь становятся вассалами этого господина. Поэтому если я дам вассальную клятву хоть кому-то, кто ниже меня по рождению, то это погубит мой род, они потеряют своё влияние. Это слишком сильно ударит по нашему положению в иерархической лестнице. – И в завершение сказал: – Прости, Грон, но, видимо, дальше вы идёте без меня. – И Лирас понурил голову. Похоже, и он уже понял все выгоды моего предложения, но у него были свои причины, чтобы возразить.

Однако и я мог ему кое-что предложить, смотря, каков будет его дальнейший ответ.

– Извини, – обратился я к эльфару, – а кому бы ты смог дать вассальную присягу? Как высоко должно быть происхождение этого существа?

– Ну, это может быть правитель какого-нибудь государства, возможно, кто-то из королевской семьи, пойдёт даже не наследный принц, герцог, можно даже выбрать лорда, но тогда его род должен насчитывать не меньше тысячи лет. У вас есть такой на примете? – И он печально усмехнулся.

Я пожал плечами и просто ответил:

– Глава гильдии. Он подпадает по крайней мере под три пункта из тех, что были названы тобой. Его род гораздо древнее, чем тысяча лет, даже две. Он как минимум лорд. И принадлежит к королевской семье. Тебя устроит такой расклад?

– Он сможет это подтвердить? – сразу спросил Лирас.

– Ну, документы, насколько я знаю, он с собой не догадался захватить, – усмехнулся я.

– Да зачем мне документы! – возмутился эльфар. – Во время принесения вассальной клятвы он сможет произнести то, что ты рассказал сейчас? Если твои слова – правда, то клятва сработает, иначе она будет считаться недействительной. – И он посмотрел на меня.

– Думаю, с этим проблем не будет, – немного подумав, ответил я, – по крайней мере, мы все узнаем, правда это или нет.

– А ты что, этого не знаешь? – удивился Лирас.

– Точно – нет.

– Понятно, – проговорил тот, – но рискнуть стоит, я в этом случае ничего не теряю. Да и мои друзья в случае успеха будут понимать, кому они приносят клятву, – добавил он.

– Верно, – подтвердил его слова Грон.

– Значит, вас всё устраивает и особых возражений нет? – уточнил я.

– Да, – подтвердил мой вывод капитан, – мы готовы принять ваше предложение на тех условиях, что были озвучены. Я могу говорить и от имени моих остальных товарищей. А теперь о самом процессе. Когда и куда нам подойти?

– Завтра в полдень мы съезжаем из гостиницы, подходите сюда. Вассальную присягу будете давать в нашей резиденции, ну и там же мы подробно обсудим с вами детали вашей работы.

– Принято. – И Грон протянул мне руку. – Спасибо, – искренне поблагодарил он.

– Пока ещё не за что, – ответил я, поднимаясь из-за стола и прощаясь с остальными.

«Этот вопрос до завтра зарыт», – решил я, возвращаясь к своим друзьям.

– Ну что, пойдёмте, – сказал я, – а то мы здесь что-то задержались. Разговор вышел более долгим, чем я рассчитывал.

– Ну что скажете? – спросил Грон у сидящих за столом друзей, когда этот непонятный молодой чел со своей командой вышли из таверны. Хотя, конечно, в основном он обращался к своему старому приятелю Торлику.

Но первой высказалась его дочь:

– Папа, он странный, но от такого предложения нам в нашем положении не стоит отказываться. Мы ничего не теряем, нас и так не примут ни в одну гильдию. Тем более на тех условиях, что озвучил этот Баг. Эта отсрочка, которую нам дал совет гильдий, снисходительная насмешка. Ты же помнишь слова главы вашей гильдии. – И девушка постаралась сымитировать грубый гнусавый мужской голос: – «Это всё, что мы можем сделать для вас, насладитесь великолепием нейтральных миров ещё один месяц. А потом прощайте. Мы не хотим вас видеть в наших мирах». – И со злостью добавила: – Старый интриган. Ведь не мог этот подлец Хлост действовать в обход его. Не мог, я ни за что не поверю в это.

– Не мог, – согласился отец, – но никаких доказательств этого у нас нет. Однако ты же видела, как побледнел этот прощелыга, когда ему рассказали, что действительно произошло в резиденции ковена, а не ту ложь, которую распространили гильдии. И это для него лучшее наказание, поверь. Теперь он постоянно будет жить в страхе, что когда-то придут и за ним.

Эти слова насторожили Торлика.

– Постойте, о чём вы говорите? – обратился к ним поисковик. – То, что я слышал о произошедшем с вами, – это не вся правда? Было что-то ещё? Все миры, благодаря магам, облетел слух, что ваша команда, вернее, те, кто от неё остался, подчистую вырезали сначала какой-то магический ковен, поклоняющийся тёмному богу, а потом прикончили и главу одного из филиалов гильдии наёмников, напрямую связанного с ней. Это просто слухи? Или в них есть хотя бы доля правды?

– Ну… – замялся Грон и, оглядевшись, произнёс: – Пойдём к тебе, там мы сможем защититься от прослушки. Ведь сможем? – спросил наёмник у своей дочери и мага.

– Не переживай, – ответил Лирас, – сделаю всё в лучшем виде. К тому же я тут в прошлом месяце приобрёл один артефакт, который ставит очень оригинальное защитное поле. Так что всё будет на высшем уровне, ни один магистр не пролезет.

– Хорошо, тогда пошли, – сказал Грон, поднимаясь из-за стола.

Через 20 минут в доме Торлика

Здесь кроме самого поисковика, Грона, его дочери, Лираса и собрались все остальные члены отряда.

– Так, парни, – начал говорить наёмник, обращаясь по большей части к новоприбывшим, – нам поступило необычное и своевременное предложение поработать на одну магическую гильдию. Хорошее предложение, если говорить по правде, но на очень странных условиях. И условия это такие: нас принимают во внутренний круг гильдии, мы занимаемся её внутренней безопасностью и всем, что с этим будет связано, а взамен наших услуг нам выплачивают пять процентов от чистой прибыли этой гильдии.

– И в чём подвох? – подозрительно спросил Грона второй его соотечественник, серокожий гигант Прон.

– Да, подвох есть. – Оглядев всех оценивающим взглядом, капитан произнёс: – Мы все должны будем принести вассальную клятву главе гильдии. Это всё. Никаких вступительных взносов и прочего. Только клятва. И ещё. О той деятельности, что ведёт гильдия, нам расскажут только после вступления в неё.

– Не кажется ли тебе это немного странным, особенно на фоне тех событий, что произошли недавно? – сказал ему один из сидящих за столом наёмников.

– У меня есть определённые сомнения, – честно ответил Грон, – но лучшего нам никто не предложит. Тем более, как мне кажется, те, кто нас пригласил, в курсе того, что же произошло в резиденции ковена на самом деле. Не тех слухов, распространяемых гильдиями, а действительно произошедших событий.

– Как ты это понял? – сразу насторожился Прон.

– Похоже, у них есть неплохие связи среди гильдейских, – ответил старый наёмник. – Парень, который говорил с нами о вступлении в их гильдию – кстати, вы его уже встречали, там, на портальной площадке, когда мы прибыли в этот мир, – упомянул отчёт старого Тарака. А это уже говорит о многом. Так оперативно собрать о нас информацию дорогого стоит, это ведь нужно суметь. И они это сделали. Значит, какой-то доступ к секретам по крайней мере одной гильдии у них есть, но я уверен, что это не последние сюрпризы, которые можно от них ожидать.

– Всё верно, – согласился с ним Прыгун, – могу рассказать вам ещё кое-что, но только в обмен на вашу правдивую историю.

– Идёт, – ответил Грон и, не откладывая, стал рассказывать: – Часть слухов всё-таки верна. Это та часть, что касается безвременной кончины главы одного небезызвестного тебе филиала гильдии наёмников. Мы приложили к этому свою руку. Но вот первая часть слухов – полная фикция. Прислужников тёмного божка вырезали не мы. Когда мы прибыли на место, там, кроме пленных, не было ни одного живого существа. И судя по почерку, там поработали чистильщики одной из магических гильдий. – Посмотрев на Торлика, продолжил: – В этом нет никаких сомнений. Видел бы ты ту кашу и кровавый фарш, что наделали из адептов этого ковена или местных охранников. Жуткое зрелище. Даже мы не смогли смотреть на это спокойно. Но я уверен, что они заслуживают худшего. Однако не в этом суть. Было видно, что кто-то быстро и профессионально обыскал весь дом и опустошил все тайники. Искали что-то конкретное. И, судя по всему, нашли. Именно это больше всего всполошило гильдейскую верхушку. Когда об этом стало известно, как я понял, стоял острый вопрос о нашем устранении, но было слишком поздно. Слух о нас уже стал расползаться по мирам, они упустили нужный момент, чтобы тихо замять это дело. Поэтому они и приняли столь странное решение о нашем исключении из своих гильдий. При этом постаравшись сделать так, чтобы ни в какую другую мы попасть в дальнейшем не смогли. Но это всё центральные миры. Чем мне всегда нравилась периферия, в ней свои законы. И плевать местные хотели на приказы, спущенные сверху. Это прекрасно доказывает та гильдия, что сделала нам предложение о вступлении в их ряды.

– Хм, интересно, – пробормотал Торлик, очень внимательно слушавший его рассказ. – Знаешь, если сложить те слухи, что ходят об этой компании магов, с тем, что рассказал ты о произошедших событиях, то может возникнуть вполне определённый вывод…

И он поведал Грону о случившемся в таверне «Жирный боров», убийстве одного зарвавшегося мага и участии как раз тех гильдейцев, что сделали им своё предложение. Закончил же он тем, что рассказал наёмникам, кто купил дом его деда.

– Похоже, они знали, кого приглашать в свою гильдию, – покивал Прыгун. – Вы их полностью устраиваете какими-то своими качествами. И это вряд ли относится к вашим особым боевым умениям, знаниям и опыту. Таких наёмников, как вы, множество в любом из миров. В вас этих странных гильдейцев привлекло нечто иное. Но что?

До сих пор молчавший наёмник, который вообще всегда был немногословен, вдруг тихо и задумчиво произнёс:

– А может, мы им нужны именно из-за того, что не бросили своих?

Капитан посмотрел на него:

– Всё может быть.

И всё так же отрешённо посмотрел в окно, за которым понемногу стало вечереть.

– А знаете, что меня поразило ещё? – вдруг встряла Селая.

– Что? – спросил Лирас.

Девушка замялась, не зная, как выразить свои мысли, но потом всё-таки сформулировала:

– Ну, понимаете, тот парень, что говорил с нами, он ведь нас совсем не опасался. Будто понимал, вернее, даже знал, что, в случае чего, мы не будем представлять для него никакой опасности. И это не было связано с теми магами, что сидели за его столиком. Я это прекрасно чувствовала. Его уверенность основывалась на его собственных силах. – И, смутившись, девушка тихо закончила: – Не знаю, поможет это вам или нет в принятии решения, но мне кажется, это так.

Однако над её словами никто не засмеялся, наоборот, Грон задумчиво произнёс:

– А ведь точно, я всё не мог понять, что меня смущает при разговоре с ним. Но теперь, когда ты свои ощущения облекла в слова, объяснила их, я понял, что не так с этим парнем. Он очень похож на саркала. Но ведь этот парень обычный чел? Верно? – спросил он у магов.

– Да, папа, – подтвердила его слова Селая, – чел. И очень слабый маг. Не больше.

– Вот это и странно, – сказал её отец, – обычный чел, но ощущение складывается такое, что говоришь чуть ли не с главой какого-нибудь клана саркалов. – И задумался: – Интересно, а как бы сами эти воины отреагировали на него? Жаль, что здесь нет ни одного саркала, а то попросил бы поприсутствовать при нашем следующем разговоре. Как, интересно, он на них отреагировал бы или они на него?

Тут вновь вступил в разговор Прыгун.

– Кхм, – прочистил он горло, обращая на себя внимание капитана наёмников, – насчёт саркалов ты не прав. В городе есть парочка молодых, говорят, что они ищут себе достойную гильдию. И они открыты для предложений. Со мной они вряд ли станут говорить. А вот совета капитана наёмников выслушать, думаю, не откажутся. И если он предложит им вступление не в гильдию наёмников, а в какую-то иную, то на собеседование они, я уверен, придут. Ну так как? – И поисковик посмотрел на наёмника.

Тот задумался. С одной стороны, это вроде как и подстава, но с другой – он постарается привести на собеседование чуть ли не самых сильных наёмников нейтральных миров. И если гильдийцам не удастся привлечь их на свою сторону, в этом не его вина. Однако, что бы он ни говорил себе, главными, побуждающими на эту авантюру факторами были любопытство и интерес. Грон очень хотел посмотреть на встречу непонятного чела, уже дважды вмешивающегося в их судьбу, и саркалов. И только ради этого он готов был рискнуть своим местом в этой гильдии.

– Говори, где мне их найти, – потребовал он у Торлика.

Теперь наш путь лежал на портальную площадку. Нам нужно было зарегистрировать найденный мной в городе древних портал. По дороге я рассказал Лениавесу – так как это было в основном интересно только ему, Мук не проявил никакого интереса к моему рассказу, – о чём у нас шёл разговор с наёмниками и что я им предложил.

Сначала он возмутился потому, что я единолично принял такое немаловажное решение, но потом, немного обдумав все доступные варианты, понял, что, по сути, оно было верным и выгодным и нам самим, и нашей будущей гильдии. Нам нужны как эти наёмники, так и ещё несколько магов. Не только те двое, что будут в этом отряде. Ещё как минимум парочка, точнее пока непонятно. Кто-то должен заниматься поиском и скупкой артефактов и магических вещей, кто-то изготовлением свитков и простейших магических амулетов, кто-то продажей товара в магазине, и он более чем уверен, что ни одна из моих девушек на всё это не согласится, тем более работать продавцом. Да и насчёт охраны он согласился: она будет нужна как в самом магазине, так для сопровождения скупщика.

Правда, всё-таки попенял меня за столь высокий предложенный им процент. Но я аргументировал это их самостоятельным решением работать с нами и на нас.

Ну а после моей фразы, что не в деньгах счастье, он посмотрел на меня как на сумасшедшего и произнёс что-то насчёт того, что монахи здорово прочистили мне мозги своими идеями.

Так мы и шли с ним до самой портальной площади, обсуждая наши планы на будущее.

Войдя в зал, мы пересекли его по диагонали и подошли к регистрационной стойке. В окошке сидела миловидная девушка, скорее всего не очень сильная демонесса из какой-то магической гильдии.

«Торлинские ведьмы», – подсказал мне Вирт.

– Чем могу помочь вам, господа? – спросила она после нашего приветствия.

– Мы хотели бы зарегистрировать портальную арку, – произнёс ей в ответ корнол.

Девушка на несколько мгновений растерялась, а потом удивлённо у нас спросила:

– Господа – маги?

– Только они, – и я указал на Лениавеса с Муком, – а я так, на подхвате. А в чём дело?

– Простите, – несколько смущённо ответила она, – я не так давно работаю здесь и не знаю всей процедуры регистрации. Если у господ есть подобный опыт и они смогут проделать всё самостоятельно, я открою зал. Если же его нет, то придётся подождать, пока подойдёт мой начальник, я могу послать ему зов. – И девушка вопросительно посмотрела на нас.

Я увидел, что Лениавес собирается что-то сказать, и поэтому постарался опередить его:

– Мы знакомы с процедурой. Давайте бланк, мы всё сделаем сами, – и протянул руку.

– Спасибо, – искренне ответила девушка, – вы, когда закончите, зайдите ко мне. Я пройду в зал, проверю работоспособность портала, внесу краткое описание точки привязки и подпишу бланк, а также акт его приёмки. Ну а вам нужно будет завизировать, что это я приняла у вас портальную арку. – И она почему-то потупила глаза.

– Конечно, – согласился я и, уже ориентируясь на её это непонятное поведение и свою интуицию, спросил: – Простите за нескромный вопрос: а что, начальник допекает? Или какие-то иные причины?

Девушка смутилась ещё больше, но потом всё-таки, по-моему, больше от доброй улыбки Лениавеса, растаяла и рассказала:

– Как я слышала, за регистрацию положена премия, и достаточно большая. А он специально не выдаёт нам никаких инструкций, касающихся всего процесса регистрации, стараясь её проводить только от своего имени. Поэтому и премии за подобные мероприятия оседают у него. – И девушка горестно вздохнула. – Я и сама знаю, что я не очень сильный маг, но мне хотелось бы когда-нибудь открыть свою небольшую магическую лавку. Для продажи уже готовых амулетов и идентифицированных артефактов не требуются большие способности, главное – уметь активировать и заряжать магические предметы, выявлять бракованные или неисправные амулеты, проверять целостность свитков и одноразовых амулетов. А с этим я прекрасно справлюсь. Вот такая у меня маленькая мечта, – тихо закончила девушка, – поэтому я буду вам благодарна, если вы потом в регистраторах укажете моё имя. – И она снова посмотрела на нас.

– Нет проблем, – улыбнулся я, – как только мы закончим, я вас сразу же позову. Хорошо?

– Да, конечно, – радостно закивала она.

Я же запомнил эту девушку, как ещё одного потенциального распространителя нашей продукции. Пусть она будет делать свою небольшую наценку, но всё равно изделия-то она будет продавать наши.

– Простите, забыл поинтересоваться, как вас зовут?

– Дея. Дея Марна, – ответила та.

– Приятно познакомиться Дея, я Баг, это наш босс, маг Лениавес, ну а этот молчун, вероятно, самый сильный маг в этом мире, Мук.

Девушка очень мило захлопала глазками и ответила:

– Приятно познакомиться, господа маги, – а потом, видимо, вспомнив обо мне, добавила: – И вы, Баг.

– И нам очень приятно, – ответил корнол и галантно поклонился ей, а потом указал на дверь, ведущую в портальный зал: – Вы, кажется, обещали нам кое-что открыть. – И он ещё раз ей по-доброму улыбнулся.

– Ой, простите, – спохватилась девушка и сбегала в свой кабинет за связкой магических кристаллов. – Прошу вас, господа. – И прошла в дальний конец коридора.

Остановившись у большой двери, она приложила к какому-то магическому устройству один из кристаллов-ключей. Та со скрипом открылась, и мы увидели большое дугообразное помещение, в котором были установлены портальные арки.

Мы были в соседнем зале, когда прибыли на эту станцию, но и здесь сейчас находились различные существа, прибывающие или отъезжающие во внешние миры.

Дождавшись, когда все присутствующие в нём жители нейтральных миров и прочие граждане покинут зал, Дея деактивировала сначала все работающие порталы, а потом заблокировала и остальные двери, ведущие в него. Потом, подойдя к нам, она произнесла:

– Всё, господа, зал полностью в вашем распоряжении.

– Хорошо, – ответил я ей, – как только господа маги закончат работать с порталом, я сбегаю за вами, – и под локоток выставил за дверь с любопытством поглядывающую в сторону Лениавеса демонессу. – Примерно через десять минут, – добавил я ей вслед.

Та лишь кивнула и направилась на своё рабочее место. Мы же остались одни.

– Ну и как ты собираешься регистрировать и активировать портал? – спросил у меня корнол, как только я закрыл за девушкой дверь. – Я, например, совершенно не в курсе, как это делается, думаю, и Мук тоже.

Я посмотрел на Лениавеса и в удивлении произнёс:

– Как не в курсе? А я так надеялся на тебя. Что же сейчас делать? – И в отчаянии поднял глаза к небу, будто спрашивая у него совета.

Но, видимо, актёр из меня никакой, так как оборотень сморщился и, будто у него болит зуб, процедил:

– Шут гороховый, – и уже более серьёзным тоном спросил: – Так что там с регистрацией портала?

Я переадресовал этот вопрос Вирту.

Оказалось, всё уже закончено. Как только я дал задание проработать вариант устава гильдии, кластер параллельно, спрогнозировав дальнейшую необходимость будущей регистрации портала, заранее подготовил все необходимые документы для автоматической регистрации нашей портальной арки. Осталось внести лишь пару пунктов, которые может заполнить только подписывающий акт приёмки маг из регистрационной палаты.

По сути, он практически автоматизировал весь процесс, устранив необходимость его ручной регистрации. Единственным пунктом, требующим нашего внимания, оставалась конечная проверка портала магом-приёмщиком.

Подобным же способом мы могли зарегистрировать теперь любой другой портал, главное – доставить его на портальную площадку. Поэтому я ответил Лениавесу:

– Всё уже сделано, мои друзья позаботились об этом. Главное, установить портал и активировать его.

И я выбрал пустующую стойку для нашего портала. Потом, практически мгновенно, нашёл в «инвентаре» портальную арку, украденную в городе мёртвых магов, проверил, что ментоинтерфейс и кластер сделали все копии её структур, как ментальных, так и физических, и только после этого пометил её как выбранную для извлечения со склада.

Подойдя к выбранной свободной стойке, материализовал портал в нужном месте.

– Ну, моя работа выполнена, – произнёс я, указывая себе за спину.

И увидел, что наша арка оказалась гораздо больше всех установленных в зале да и выглядела она более массивно и фундаментально.

– Это же грузовой портал, – поразился корнол. – Я видел как-то подобный в одном из центральных миров. Такие порталы более ценны, чем обычные. Они позволяют переносить грузы гораздо большего веса, чем стандартные портальные арки, при этом потребляя почти одинаковый объём магической энергии. Их довольно часто используют для локальной колонизации и открытия представительства нейтральных миров. В том мире, куда ведёт портальная арка, строят уже стационарный портал, так как через подобный портал его можно перенаправить в ту сторону. Это очень большая удача! – повернувшись ко мне, восхитился Лениавес. – Когда мы уходили из города древних, я не определил его, но сейчас с уверенностью могу сказать: это настоящий грузовой портал. И теперь весь товарооборот, проходящий через этот портал, будет облагаться налогом нашей гильдии как его полноправного владельца. И если мир, куда он ведёт, представляет собой хоть какой-то интерес, а по сути, для нейтральных миров таким является любой внешний, то это будет со временем очень неплохой статьёй дохода. Но главное, его регистрация позволяет открыть сразу гильдию и её представительство в том мире, куда будет привязан этот портал, правда, пока нам это ни к чему, но когда-нибудь может пригодиться нам или впоследствии станет интересным. Ну и за подобные порталы, в отличие от обычных арок, выплачивается кроме всего прочего небольшой денежный бонус, но его размер мне неизвестен.

По мере рассказа оборотня я искал через Вирта всю информацию по этому вопросу в сети.

Корнол во многом был прав, но это не касалось двух вещей. Премия оказалась приличной и варьировалась в пределах от пятисот тысяч до семи миллионов кредитов. Правда, это решала портальная комиссия из регистрационной палаты нейтральных миров на закрытом совещании после регистрации портальной арки, по каким-то известным только им параметрам оценив достоинства мира привязки и самой портальной арки. И второе: налог на перемещение через подобные порталы был фиксированный, составлял сто кредитов на каждую прошедшую через него сотню килограммов любого груза, будь то живые существа или какие-то материалы, и он полностью шёл владельцу портальной арки.

То есть если наш портал будет пользоваться такой популярностью, как те, что находятся в центральных мирах, то он и правда станет неплохим источником дохода. Но до этого далеко, нужно, чтобы сначала им стали просто пользоваться. А так как тут окраинный мир, то шансов на это не очень много.

– Понятно, – сказал я, отреагировав на длинный рассказ Лениавеса и свои собственные размышления, а затем обратился к Муку: – Ну, давай, дело за тобой. Активируй его.

Тот постоял немного, потом огляделся и, заметив мощный канал магической энергии, подведённый к стойке портала, подключился к нему.

В этот раз Мук работал с совершенно чуждым ему типом ментоэнергии, и поэтому при активации портала возникли огромные потери, и для него это в некоторой степени вызвало кое-какие трудности, например паразитические утечки, появившиеся при настройке линий подключения портала к каналу ментоэнергии.

Но я тоже не скучал и незаметно, с помощью подсказок Вирта, перекрывал и зацикливал поступление ментоэнергии в портал.

Когда Мук закончил, прекратил и я свою работу по оптимизации соединения портальной арки и ментоканала энергии. И получилась у меня совместно с ним очень неплохая связка. Мук с помощью своей грубой силы прокидывал прямой канал и закреплял его, удерживая на месте. Я же связывал этот канал множеством дополнительных поддерживающих его нитей, которые и существовали за счёт фонового излучения или возможных утечек ментоэнергии как из самого канала ментоэнергии, так и при работе портальной арки. И чем больше выплёскивалось энергии в окружающее пространство, тем больше появлялось этих дополнительных связывающих канал и портальную арку нитей.

Совместно это дало поразительный эффект. При активации портальной арки образовался стабильный двунаправленный портал, привязанный к тому необычному пустующему внешнему миру.

Оценив эффективность созданной нами с Муком ментальной структуры связывания и активации портальной арки, Вирт сразу же скопировал её в нашу базу знаний, вдруг нам придётся повторить подобную процедуру в будущем. Будет от чего оттолкнуться и сделать.

Ну а события между тем хоть и медленно, но развивались дальше.

– Что это? – спросил у меня корнол.

– Похоже, наш Мук что-то перемудрил с активацией портала, – как ни в чем не бывало ответил я и посмотрел в сторону демонёнка.

«Я делал все как обычно, – сразу ответил тот, не успел корнол даже переадресовать ему этот вопрос. – Я не понимаю, почему стал возможен эффект создания такого стабильного канала. Но он работает. И что странно… – Мук задумчиво посмотрел на нас, – такой канал должен потреблять значительно больше энергии, однако этого не происходит». – И вновь посмотрел в зеркальную поверхность активированного портала.

– Нужно сообщить Дее, – сказал я Лениавесу и Муку, чтобы перевести тему разговора в другое русло и отвлечь их от странного эффекта, хотя сам вполне понимал, чем была вызвана стабильность этого портала и канала, проброшенного между ним и планетой.

Моими связывающими, удерживающими в стабильном состоянии этот портал нитями.

– Да, конечно, – кивнул корнол, о чём-то размышляя и, похоже, советуясь с Муком.

Я же вышел в коридор и быстренько сбегал за девушкой.

– Что, уже? – удивилась она. – А мне говорили, это довольно длительная процедура.

Однако, больше ничего не сказав, она подошла к стене и вытащила из настенного сейфа достаточно крупный кусок горного хрусталя, прямо-таки переполненного различными магическими структурами.

«Сканер порталов. Эффективность сканирования – пятьдесят семь процентов. Длительность сканирования – от сорока минут до трёх часов. Ментоструктура сканера и взаимодействие составных модулей предельно не оптимальны. Рекомендация: провести перекомпоновку структур, синхронизацию и дополнительную настройку. Прогнозируемое увеличение эффективности и скорости сканирования – от тридцати до тридцати пяти процентов».

Однако, что любопытно, подобного, хоть и очень неэффективного плетения в базах кластера не было, и поэтому он занёс его в нашу базу знаний, пометив как полезное, но требующее дополнительной доработки.

Пока я разбирал отчёт Вирта, девушка подошла ко мне, и мы направились в портальный зал.

Только открыв дверь, Дея удивлённо застыла на пороге.

– Что-то не так? – спросил я у неё, выглядывая из-за плеча и стараясь понять, что же так могло её удивить.

– Это же грузовой портал? – поражённо уточнила Дея, указывая рукой на единственную сейчас активированную в зале портальную арку.

– Насколько мы знаем, да, – ответил я, наклонив голову.

Она посмотрела на нас и уже менее удивлённо спросила, вернее, уточнила:

– А вы знаете, что вам полагается повышенная премия?

– Да, – кивнул Лениавес.

Дея, мило улыбнувшись и теперь уже полностью переключившись на нашего оборотня, с некоторым сожалением сказала:

– Только вам её впишут не раньше, чем комиссия осмотрит портал. А это как минимум три дня. Правда, это грузовой портал, а на их счёт у нас есть особые распоряжения. Мы должны оперативно передавать информацию о подобных находках сразу в регистрационную палату, их будут обследовать в первую очередь. Это должно несколько ускорить процесс. – И, посмотрев на нас всех, девушка очень искренне произнесла: – Поздравляю, вам повезло, – и уже немного тише с грустью добавила: – Мне бы немного вашей удачи. – Но, похоже, характер у этой молоденькой демонессы был лёгкий и отходчивый, потому как она быстро пришла в норму, и уже всё так же мило улыбаясь, правда, исключительно корнолу – видимо, из нашей компании не я самый замечательный и привлекательны в её глазах, – она сказала: – Я сейчас быстренько просканирую его и проверю на работоспособность и безопасность. Потом подпишу акт приёмки. Дальше мы внесём его описание в каталог. Ну а затем пройдём в хранилище, и я вам выдам артефакт по созданию возвратных камней. Хранилище автоматически выдаст только один артефакт, вам просто будет необходимо указать на него каким-либо способом. – И, проскользнув мимо Лениавеса и Мука к арке, девушка поставила свой артефакт на пол, а потом активировала его. После чего, буквально в следующее мгновение, с ещё более поражённым лицом повернулась в нашу сторону. – Канал постоянный? – спросила Дея у нас.

– Да, – ответил Лениавес.

– Но как? – Удивление так и не покидало девушку.

– Красавица, – обратился я к ней, взглядом указывая на корнола, – думаешь, простые маги открывают свою собственную гильдию?

Девушка ещё более восхищенными и, как мне показалось, влюбленными глазами посмотрела на нашего оборотня, который, по-моему, покрылся лёгким румянцем.

«Неужели он умеет смущаться?» – усмехнувшись, подумал я и подмигнул ему, глазами указав в направлении как раз повернувшейся к нам спиной девушки.

Тот лишь хмыкнул и подошёл к Дее.

– Надеюсь, с этим не будет никаких проблем? – спросил он у неё.

– Нет, что вы, – быстро ответила та, – я просто даже не знаю, как его классифицировать. Тут нет пункта, как стабилизированный портал.

– Так внесите это в свойства портала, этот пункт там есть. Можете выставить галочку напротив грузовой портальной арки, а в её свойствах прописать – поддерживается постоянный стабилизированный портал.

– Ой, и правда, – восхитилась девушка, – спасибо. – И опять обратилась к Лениавесу: – Я постараюсь связаться со своей знакомой в регистрационной палате и через неё ускорить исследование вашего портала. В этом случае и премию за его регистрацию вы сможете получить несколько раньше. Да и мне кажется, что подобный нестандартный канал привязки должен заинтересовать наших исследователей, что поднимет ценность вашего портала ещё больше. – И ещё раз искренне поздравила нас.

– Спасибо, – поблагодарил её корнол, – но если это вызовет какие-то неудобства, то не стоит утруждаться, мы спокойно подождём пару-тройку дней.

Она вновь как-то непонятно посмотрела на нас:

– Странные вы. Обычно все стараются как можно быстрее получить свои деньги. Неужели они вам не нужны?

Лениавес только пожал плечами, Муку было, судя по виду, абсолютно всё равно, я же ей на это ответил:

– Ну, не так, чтобы ради каких-то эфемерных бумажек (это я про деньги) заставлять беспокоиться такую милую девушку, – и, усмехнувшись, подмигнул Дее.

Та немного смутилась и обратилась к Лениавесу:

– У вас очень необычный отряд, я таких, как вы, ещё не встречала. Жаль, что я уже состою в другой гильдии, а то бы с удовольствием постаралась попасть именно к вам.

И почему-то я был уверен, что сейчас эта демонесса говорила вовсе не о нашей гильдии, а намекала на кого-то конкретного, того, кто тоже понял этот намёк и стремительно покраснел.

Чтобы отвлечь этих двух нашедших друг друга существ – вот уже не думал, что нашего строгого Лениавеса может так быстро кто-то заинтересовать, – я спросил у Деи:

– Простите, хотел поинтересоваться… – И, увидев, что девушка переключилась на меня, спросил: – Хотя бы примерно можете назвать сумму, на которую мы можем претендовать? Не хотелось бы, чтобы нас обманули из-за нашего незнания. – И просящим взглядом посмотрел в сторону демонессы.

Та, неохотно отведя взгляд от нашего растаявшего оборотня, ответила:

– Ну, я как-то слышала, что пару месяцев назад зарегистрировали грузовой портал в один из нижних миров. Мир был практически непригоден для жизни. Но даже в этом случае премия составила семьсот тысяч. – И девушка мечтательно зашевелила своими губками, пытаясь представить, что можно приобрести на эти деньги.

И мне кажется, думала она отнюдь не о красивой одежде и украшениях, а старалась хотя бы примерно оценить, сколько кредитов ей понадобится для осуществления её мечты: открытия магической лавки.

Меня же это натолкнуло на одну отличную идею. О деньгах, которых нет, но при появлении не должны лежать мёртвым грузом.

К тому же эта демонесса, похоже, понравилась нашему строгому корнолу, так что, думаю, на фоне такой взаимной симпатии можно ей кое-что предложить.

– Мук, прикрой, пожалуйста, дверь, у меня к этой милой девушке есть деловой разговор.

Эти мои слова заставили несколько напряжённо посмотреть на меня Дею. Лениавес же с недоумением обратился ко мне:

– Баг, что за выкрутасы?

– Не беспокойся, хочу кое-что предложить этой симпатичной демонессе, – объяснил я ему и обратился к девушке: – Дея, простите за столь странное поведение, но у меня к вам есть пара вопросов, ответы на которые могут в итоге нам с вами принести взаимную выгоду. Вы не против, если я вам их задам? Не переживайте, вашей работы они касаться не будут, – заметив, как она постаралась спрятать за спину связку кристаллов от входа в портальный зал, пояснил я.

Дея, посмотрев на Лениавеса и заметив его успокаивающий жест, обернулась ко мне и тихо спросила:

– Что вы хотите?

– Задать всего несколько вопросов и понять, насколько серьёзно ваше желание осуществить свою мечту. Ну и насколько вы доверяете нам, вернее, ему, – кивнул я в направлении оборотня.

Дея посмотрела на корнола и уже смелее произнесла:

– Что вы хотели знать?

– По сути, не очень много. Вы ведь копите средства, чтобы когда-нибудь открыть свою магическую лавку, верно?

– Да, – с непониманием кивнула она.

– Хорошо. А сколько вам для этого потребуется денег? Вы примерно представляете нужный бюджет?

– Конечно, – быстро ответила она, – у меня уже давно всё досконально просчитано. Даже составлен финансовый план по развитию на пять следующих лет. – И, заметив мой удивлённый взгляд, пояснила: – Я просто с этой идеей хотела получить кредит на развитие малого бизнеса, но меня даже не стали слушать. Вот и стараюсь, как могу, крутиться, пытаясь набрать нужную сумму.

Мой следующий вопрос был: а продумана ли эта ее идея и насколько хорошо? Но, похоже, она уже все продумала и подсчитала.

А поэтому я спросил:

– И на какую сумму вы хотели оформить кредит в своей гильдии?

– Минимальные затраты были чуть меньше трёхсот тысяч. Но этот расчёт делался для одного из центральных миров, куда я хотела со временем перебраться. Потом же я поняла, что там это сделать неимоверно сложнее и кредитов требуется на это гораздо больше. Причём доходность небольших магических лавок с окраинных миров несколько выше, чем с центральных. И поэтому я пересчитала все необходимые затраты. И у меня получилась сумма в двести три тысячи. И это уже с учётом аренды торговой площади и закупки десяти первых поставок для постепенного товарооборота. Прибыль бы в месяц колебалась от пятнадцати до тридцати тысяч, и это уже за вычетом выплат по кредиту, если его брать по стандартной в гильдии девятнадцатипроцентной ставке. Тем более пока я прорабатывала этот вопрос, то случайно наткнулась буквально несколько дней назад на одну небольшую лавку в самом центре торговой площади, хозяин которой срочно хочет сдать её в аренду, так как сам перебирается куда-то в центральные миры. Там и стоимость аренды приемлемая, особенно если учесть её удачное место расположения. И поэтому сейчас была бы идеальная возможность для открытия своего дела, но всё упирается в деньги. Их у меня нет.

– А вы не думали взять кредит в какой-нибудь другой гильдии? – спросил я.

– Думала, конечно, – ответила девушка, – но они загнули такие проценты, что вся прибыль будет идти только на их погашение и, возможно, даже хватать не будет. Так что тут полный тупик, – с грустью закончила Дея. – Но какая возможность! – И она опять тяжело вздохнула.

– А почему тупик? – с хитрой усмешкой спросил я. – Посмотрите направо, – и указал глазами на Лениавеса, – там вы видите не последнего мага в нашей гильдии. И я думаю, он может очень поспособствовать в получении столь незначительной суммы для открытия вашего собственного дела. Тем более если, как вы думаете, нам в скором времени должна поступить значительная сумма свободной финансовой наличности. И что самое важное, главный финансист нашей гильдии не имеет ничего против столь удачного вложения нашего капитала. Хотя нет, немного не так.

Лицо девушки, кажется догадывающейся, куда может клониться этот разговор, немного погрустнело. Видимо, она испугалась, что я или кто-то иной, кто сейчас может мысленно общаться со мной, даёт мне другие приказания или наставления.

Я же на пару мгновений задумался.

«Во-первых, как только Дея выплатит свой кредит, то поступления в нашу гильдию от финансового вложения в этот её магазин прекратятся. Единственное, это только закупка у нас магического товара для реализации. И во-вто рых, идея открытия своей торговой точки на торговой площади мне и самому понравилась. Я и сам задумывался об этом пару раз, но оставил рассмотрение этой идеи на потом, сейчас же нужно было разобраться с более приоритетными делами. Однако коль так сложились обстоятельства и этот вопрос уже поднят, то можно по ходу дела решить и эту идею».

А потому я обратился к демонессе:

– Знаете, у нас к вам более выгодное предложение, чем ваша идея открытия собственной магической лавки.

Ни Лениавес, ни Мук не перебивали меня. Муку было не до финансовых вопросов, а корнол просто ещё не понял сути моего предложения. Но в плане того, чтобы как-то помочь Дее или привлечь её к нашей деятельности, он был в принципе не против. Это отлично читалось по его ментоинформационному полю. Как и его повышенный интерес к этой девушке.

– Какое? – ожидая какого-то чуда, спросила демонесса.

– Как мы понимаем, – начал я, – большая часть доходов, полученных от торговой деятельности описанной вами магической лавки, будет уходить на аренду помещения и погашение долговой задолженности по кредиту, верно?

– Верно, – подтвердила мои слова девушка.

– А какова сумма ежемесячного дохода от этой торговой точки, если приплюсовать к ней эти две статьи ежемесячного расхода?

– Порядка восьмидесяти тысяч, и это минимум, – уже начиная что-то подозревать, ответила Дея.

– Мы готовы предложить вам пятьдесят процентов от прибыли, которую будет приносить принадлежащая нашей гильдии лавка, но управлять которой будет одна милая демонесса. Что вы на это скажете?

– Она не будет моей? – только и спросила Дея.

– К сожалению, нет, – ответил я, – но мы согласны заключить с вами бессрочный партнёрский договор о сотрудничестве, где будет указано, что ваша доля составляет пятьдесят процентов от чистой прибыли магической лавки ежемесячно.

Видимо, девушке уже давно надоела её текущая работа или виной тому был корнол, с которого она так и не сводила глаз, но Дея практически не раздумывала. Она твёрдо посмотрела мне в лицо и, чеканя каждое слово, произнесла:

– Я согласна на ваше предложение. Что от меня требуется?

– Пока не очень много, – честно ответил я. – Мы пока ждём поступления премиальных денег из регистрационной палаты…

– С этим я постараюсь максимально помочь, – буквально перебила меня Дея, – теперь в этом есть и моя прямая заинтересованность.

– Хорошо, мы будем только рады. Ты подходи после работы в таверну «Жирный боров», мы там остановились. И мы подпишем договор о сотрудничестве. Если нас не будет, обязательно дождись, хорошо. Если будет слишком поздно, то, думаю, Лениавес не откажет в просьбе тебя проводить. Ты не против этого? – уточнил я.

– Нет, – помотала она головой и слегка покраснела.

«Как-то быстро это всё у них, – подумал я. – Или я чего-то не знаю об особенностях этих разумных».

– Тогда тебе нужно будет свести нас с хозяином той лавки, и мы уж постараемся уговорить продать нам её. Думаю, он будет не против, особенно если его вежливо попросить.

Дея лишь кивнула на мои слова.

– Ну а дальше вы совместно с господином магом, – я указал на корнола, – займётесь организацией работы нашего небольшого совместного предприятия. По сути, делать-то всё придётся тебе самой в соответствии с тем, что ты разрабатывала, а к нему обращаться за необходимым финансированием и отчитываться о проделанной работе. Вроде пока всё. Ну и как дополнительный бонус: мы ведь партнёры и можем в итоге договориться о поставке тебе различных магических амулетов, свитков и прочего.

– А ваша гильдия будет заниматься и этим? – радостно спросила она.

– Ну, не просто так мы открываем магическую лавку. Однако и других поставщиков товаров тебе поискать придётся, можно и через нас. Ты их находишь и, если сомневаешься в качестве товара, отправляешь к нам. Мы уже сами оцениваем их товар и говорим, стоит он тех денег, что за него просят, или нет. Всё просто. А главное, чем больше будет у тебя товарооборот, тем выше наша совместная прибыль.

– Так не бывает, – почему-то тихо произнесла девушка, когда я закончил говорить.

– Как не бывает, это обычные законы рынка.

Но я, похоже, не понял, к чему относились её последние слова.

– Это как в романах, которые читают мои подруги. – И она посмотрела на нас. – Появляется добрый маг и одаривает понравившуюся ему девушку кучей драгоценностей. Даёт ей денег или говорит, что она заколдованная принцесса или его дальняя родственница, которую он искал всю жизнь. И всё это, чтобы отдать ей часть наследства какого-нибудь её далёкого предка. Но ведь так не бывает? – И она вопросительно посмотрела на нас.

– Всё верно, – улыбнувшись, ответил я, – мы жуткие и корыстные личности. И используем тебя, лишь бы набить свои карманы. Так всегда и думай. Принцы бывают только в сказках. И, как говорится, их на всех может не хватить. Поэтому просто поверь: он, – и я снова кивнул в сторону Лениавеса, – не тот корнол, который позволит тебя обидеть кому-либо. И он гораздо лучше любого принца.

Оборотень в удивлении посмотрел на меня, девушка же, не отрывая взгляда, смотрела в его лицо.

«Блин, я точно чего-то не понимаю во взаимоотношениях всех этих разумных рас. Ведь даже слепому видно, как этих двух тянет друг к другу с первого момента их встречи. Что это такое?»

Додумать мне не дали, так как Дея ответила:

– Хорошо, что я им никогда не верила. А вот ему верю. – И она прикоснулась к руке корнола. И мгновенно отдёрнула руку и быстро заговорила: – Здесь мы закончили, нужно уже открывать портальный зал. Давайте внесём небольшое описание портала и пойдём в хранилище. Вам ещё необходимо получить артефакт по созданию возвратных камней.

– Хорошо, – согласился я.

Смущать девушку больше не хотелось. Да и Лениавес стал очень задумчив, периодически переводя взгляд с лица девушки на её руку, ту, которой она прикоснулась к нему.

Надиктовав ей, что тот мир безопасен, но необитаем, а также то, что на нём, возможно, есть руины городов древних, ведь арка-то там откуда-то взялась, мы закончили с этим вопросом.

Дея подписала акт приёмки портальных врат. Я расписался в её бланке, указав её как оператора, принявшего зарегистрированный портал. На этом наши дела в портальном зале были завершены.

Перед уходом девушка активировала все остальные порталы и открыла все двери, ведущие в зал. Почти сразу портальная площадка стала наполняться прибывающими сюда или убывающими отсюда различными путешественниками.

Я не поверил своим глазам, но факт оставался фактом: я ещё не успел покинуть эту портальную площадку, как какой-то демон, навьюченный, словно тягловая лошадь, прошёл сквозь наш портал.

«Или искатель, или разведчик порталов, но как он узнал о нём?» – этот вопрос так и остался для меня загадкой.

И я последовал за вышедшей в коридор Деей.

Хранилище находилось в подвале под зданием, где располагались портальные площадки. Туда мы прошли очень быстро через незаметную лестницу в другом конце коридора, как раз недалеко от кабинета девушки.

Массивная дверь в это хранилище открывалась тем самым сканером порталов, которым Дея исследовала нашу портальную арку.

Искатель зарегистрировал очень слабый и необычной сигнатуры сигнал, что был передан сканером в считывающее устройство двери. Он-то и открывал это хранилище. И теперь мы, по сути, в любой момент могли попасть в это помещение, если, конечно, в этом возникнет хоть какая-то необходимость.

Войдя внутрь, я ожидал увидеть всё, что угодно, но не запустение и пыльные полупустые стеллажи, что предстали нашему взору.

– Это как так? – удивился я.

Дея объяснила причину столь странного запустения.

Как оказалось, в этом мире, как, впрочем, и во многих других окраинных мирах, порталы регистрировались очень часто, и поэтому сейчас на полках были только остатки артефактов, изготавливающих возвратные камни. И как в конце своего небольшого рассказа сказала девушка, новая поставка ожидалась не раньше чем в конце этого года.

В центральных же мирах часто было так, что все портальные залы и площадки были уже забиты под завязку и новые порталы там не регистрировались. Именно поэтому чем ближе к окраинным мирам, тем выше была возможность зарегистрировать свой портал. Пожелай мы это сделать где-то ближе к центральной грозди миров, то нам пришлось бы для этого выстоять немаленькую очередь, ну или, как вариант, заплатить очень внушительных размеров взятку кому-либо из регистрационной палаты для ускорения нашей очереди регистрации. Так что нам повезло.

Как только я посмотрел на первый попавшийся мне на глаза артефакт, предназначенный для создания возвратных камней, то сразу узнал его. Именно такой я и нашёл в одном из тайников ковена, в их секретной резиденции на окраине города.

«Значит, один у нас уже есть», – констатировал я и стал рассматривать те, что были выставлены сейчас в бронированных стеллажах.

По сути, артефакты ничем не отличались друг от друга, их основу составляли схожие структуры. Точно такие же, как и в том артефакте, что был у меня. Единственными различиями в них всех были более оптимальная компоновка структур, реализованная в том или ином артефакте, которая компенсировала их взаимное паразитическое или наведённое влияние друг на друга, да более эффективная синхронизация их совместной работы. Правда, совместно эти два фактора давали колебания эффективности работы артефакта в пределах двадцати – двадцати пяти процентов.

Вирт сразу предложил несколько вариантов их нового структурного модульного построения с введением обязательной периодической процедуры ресинхронизации всех внутренних структур. В этом случае он гарантированно обещал повысить эффективность работы любого подобного артефакта как минимум на пятнадцать процентов. Меня это, конечно, устраивало.

И я уже стал высматривать наиболее перспективный экземпляр, опираясь на выданные кластером оптимальные параметры текущего построения подходящего нам артефакта, когда мой взгляд случайно наткнулся на одиноко лежащий, слегка отдающий магическим фоном предмет.

Этот странный предмет был практически разряжен и потому совершенно не поддавался идентификации, особенно на фоне остальных находящихся здесь магических вещей.

Заинтересовавшись этим, казалось бы, случайно сюда попавшим предметом, хотя по идее здесь не могло находиться ничего, кроме артефактов, создающих портальные камни, я, увеличив свою чувствительность, постарался более подробно рассмотреть его менто-информационное поле.

С помощью ментоинтерфейса выстроив виртуальную мо дель этого непонятного предмета, я увидел, что он обладает намного более сложно организованной внутренней структурой. Видимо, этот артефакт хотя и выглядел внешне совершенно не похожим на остальные подобные магические предметы, но был более совершенным и сложным магическим устройством. Создавалось впечатление, что все остальные лежащие тут артефакты – это какой-то массовый продукт, ширпотреб, а этот был неким эксклюзивно изготовленным на заказ экземпляром. И создание возвратных камней было лишь одной из возможных его функциональных возможностей. Я почему-то сравнил его с неким мультикомбайном, способным выполнять множество операций, стоит только ввести алгоритм их реализации.

«Он мне нужен», – понял я.

Поэтому, подойдя к Лениавесу, я тихо сказал:

– Берём вон тот, – и указал корнолу на привлёкший моё внимание артефакт, предположительно предназначенный для создания возвратных камней, но на самом деле являющимся чем-то намного более универсальным, сложным и многофункциональным.

Оборотень посмотрел на него:

– И чем же он нам интересен? По-моему, он вообще неисправен.

– Сейчас это не имеет значения, – ответил я и, заметив его возмущённый взгляд, сказал: – Не переживай, исправный я тебе достану. Если это так необходимо, то добуду его уже завтра. А этот нужно брать сейчас. – И гораздо тише, только для него, объяснил: – Его нужно забрать хотя бы потому, что он не такой, как все остальные, – и обвёл рукой полупустые полки.

– Хорошо, – согласился он и обратился к девушке: – Мы возьмём этот, – и кивнул на одиноко стоящего магического комбайна.

– Ой, – оторопела Дея, – знаете, не хочу вас обмануть или ввести в заблуждение. Но этот артефакт никого не интересовал до вас. Говорят, что он бракованный, и никто не хочет рисковать. Ведь вернуть его уже будет невозможно. – И она вопросительно посмотрела на корнола.

– Ну а мы всё-таки рискнём, – улыбнулся Лениавес, – тем более он приглянулся нашему неугомонному другу. – И он указал на меня. – Так что, Дея, давайте оформлять его выдачу.

– Хорошо, – согласилась девушка и быстро заполнила все необходимые документы. – Теперь он ваш. Владейте.

– Спасибо, – искренне поблагодарил я, убирая артефакт к себе в «инвентарь». – Ну всё, здесь мы дела закончили, можно двигаться дальше. – И, посмотрев на демонессу и корнола, уже тише напомнил: – Дея, не забывайте, мы ждём вас сегодня вечером в «Жирном борове», чтобы заключить с вами контракт.

– Да, конечно, я помню, – кивнула девушка.

– Хорошо, тогда прощайтесь. – И, подмигнув Лениавесу, подхватил Мука под руку и направился к выходу. – Мы подождём тебя в общем зале, – усмехнулся я и быстро прикрыл за собой дверь, чтобы не слышать наигранно возмущённого голоса корнола.

Оборотень отсутствовал минут пять, потом вышел из двери портальной площадки и, не произнеся ни слова, направился к выходу из зала.

Уже практически дойдя до двери, ведущей на улицу, он тихо сказал:

– Даже не спрашивай.

– Да и не собирался, – честными глазами посмотрев в его отрешённое и серьёзное лицо, с чистой совестью солгал я.

Оказавшись за пределами здания портальных площадок, корнол спросил:

– Куда теперь?

Я прикинул, сколько сейчас времени, и, поняв, что ещё не такой уж и поздний вечер, ответил:

– Пойдёмте-ка посмотрим на нашу резиденцию, заодно и сообразим, что мы можем с ней сделать, – и направился в сторону квартала магов, на самой границе которого и располагалась наша будущая постоянная точка пребывания, то есть резиденция нашей уже существующей гильдии.

Кстати, Вирт именно её адрес и зарегистрировал как наш основной. Поэтому отступать нам было уже некуда. Придётся вплотную заняться этим приобретенным мной зданием.

Хотя его и окутывала столь странная слава, но моя интуиция упорно твердила, что именно со мной в этом доме ничего не должно случиться. Правда, мне не очень была понятна моя уверенность в этом, однако я чётко знал, что, пока я сам не разберусь со всеми странностями купленного мной для нас и нашей гильдии дома, входить моим друзьям в него строго воспрещается. И потому они туда не войдут, по крайней мере до тех пор, пока я им этого не позволю.

Когда мы, направляясь в сторону нужного нам дома, пересекали уже не такой оживлённый, как днём, сектор мастеровых, внезапно сработала моя интуиция. Остановившись, я постарался понять, что же зацепило меня.

– Что? – спросил меня Лениавес, также останавливаясь и осматриваясь.

– Пока не знаю, – ответил я, принюхиваясь к какому-то слабому запаху, идущему откуда-то из закоулка слева.

«По-моему, это оно», – произнёс про себя я и, повернувшись к своим друзьям, сказал:

– Нам туда.

– А что там? – удивлённо посмотрел в указанный небольшой темноватый переулок корнол.

– Запах, – ещё раз потянув носом, ответил я и поспешил в указанную сторону.

Ну а кроме запаха было ещё и какое-то непонятное предчувствие.

– Нужно поторапливаться, – сказал я своим друзьям. И ускорил шаг.

С каждым пройденным метром усиливался этот непонятный и странный аромат, и, уже проскочив несколько домов и подойдя ближе к его источнику, я понял, что это запах обработанной неизвестным, каким-то терпким и необычным составом кожи.

Состав не смог определить и Искатель, лишь частично идентифицировав его компоненты. Его основу составляли различные органические и минеральные добавки, которые так и остались нераспознанными.

Из этого следовал один интересный вывод: где-то впереди находится необходимая мне кожевенная мастерская, что самое важное, какая-то необычная, коль ментоинтерфейс ничего не смог сказать о ней, используя уже не только свои рабочие базы, но и базу Вирта, дополненную информацией, полученной из баз станции, и уже частично залитыми в неё данными из инфокристаллов библиотеки города древних магов.

Но почему нужно поторапливаться, я так пока и не сообразил.

Однако послышавшийся в конце переулка вскрик и последовавшая за ним грубая ругань подсказали мне, что движемся мы в нужную сторону и причину нашей спешки скоро сможем выяснить.

Крик, который мы слышали, раздался из небольшого промежутка между двумя крайними домами, один из которых и привлёк моё внимание сильным запахом обрабатываемой кожи, распространившимся чуть ли не на четверть квартала.

«По-моему, мы вовремя», – мысленно прокомментировал Лениавес развернувшуюся перед нами картину.

А наблюдали мы сейчас следующее.

Двенадцать существ разных рас стояли напротив двоих других. Четверо из большей группы были сильными магами, остальные восемь – хорошо вооружённые наёмники. Хотя, конечно, они больше напоминали каких-то бандитов с большой дороги, нет, не экипировкой, а своими повадками и поведением. К тому же наёмники всегда стараются держаться настороже, а эти вели себя как-то уж слишком свободно. Видимо, чувствовали за собой не только силу присутствующих рядом с ними магов, но и тех, кто стоит за ними.

Однако оружие и доспехи у этих бандюг и правда были неплохими. Все как минимум с внедрённым плетением, укреп ляющим материальную основу носителя. Кроме того, в часть оружия было вложено плетение энергетического удара на основе ментоэнергии стихии огня. А у одного наличествовала пара мечей, которые вообще были какими-то древними артефактами с кучей всевозможных внедрённых в них плетений, изготовленными из странного необычного материала, имеющего свойства металла, но не являющегося им. Искатель вообще предположил, что это окаменелая органика. Отсюда следовало, что эти мечи неимоверно лёгкие. А значит, для их действительно эффективного поражающего эффекта тот, кто ими фехтует, должен был работать на невероятных скоростях.

И это явно был не тот демон, что сейчас владел ими. В нём я не видел особых навыков опытного бойца. Он, похоже, даже не представлял всей их ценности.

Да и судя по магической начинке, эти мечи предназначены были явно не для человека или кого-то из иных представителей срединных и верхних миров. Владеть ими должен был какой-то очень тёмный и сильный демон, и притом обладающий не слабыми магическими способностями. Так как всю энергию для активации и поддержания работы плетений подобные мечи брали у своего носителя.

Так вот эта не очень дружелюбно настроенная компания представителей разных рас и народностей – был, кстати, среди них кто-то из светлых планов, но не ангел – сейчас наседала на двух демонов. Один из них был достаточно пожилым, немного сгорбленным стариком, второй же молодым и, судя по разбитому лицу, очень горячим демоном. Но эти двое явно не были родственниками, слишком сильно они отличались как внешне, так и внутренне. Хотя их менто-информационные поля носили одну общую черту: в них превалировала смесь практически идентичных тёмных ментоэнергий.

«Явно соотечественники, из одного тёмного плана», – догадался я, как только посмотрел на выданное Искателем аналитическое заключение.

Нападающие, да и их жертвы нас пока не заметили, сам не знаю почему, но я, как и корнол, и Мук, стали перемещаться очень тихо и незаметно, будто двигались по вражеской территории, тому же городу мёртвых. Вот и получилось, что о нашем присутствии пока никто не догадывался, и мы имели прекрасную возможность как разобраться в происходящем, так и принять какое-то решение.

Дав знак рукой своим спутникам замереть, я постарался оценить обстановку.

«Какая-то шпана при поддержке сильных магов, – рассуждал я, – причём, похоже, маги их и наняли. Но для чего?»

Разговор между магами и теми двумя демонами, видимо, уже прошёл, и, похоже, закончен он был не так, как того желали маги, и сейчас должна была наступить закономерная, по их мнению, развязка. И ничем хорошим она для двух демонов закончиться не могла.

Наёмники обнажили оружие и неторопливо двинулись в их сторону.

Молодой демон ощерился и выставил перед собой небольшой кинжал, отодвинув пожилого себе за спину.

Один из магов, стоящий напротив него, произнеся себе под нос что-то презрительное в его адрес, взмахнул рукой и кинул в направлении приготовившегося продать свою жизнь подороже демона не очень мощное парализующее заклинание.

Ему хватило и этого. Он замер, не в состоянии пошевелить ни рукой, ни ногой, превратившись в немую статую обречённого на смерть существа.

Теперь уже дедок, стараясь прикрыть его своим щуплым старческим телом, прихрамывая на одну ногу, вышел вперёд и встал перед замершим молодым.

Маг, стоявший немного в стороне от этой толпы и общей разборки, только усмехнулся на это поведение старого демона.

– Ну-ну, – произнёс он и, уже открыто хохотнув, небрежно бросил: – Убить их. Только сделайте это медленно. Пусть это послужит наказанием им, – маг кивнул на две замершие посреди переулка фигуры, – за отказ от нашего щедрого и такого великодушного предложения.

Дед на эти слова презрительно сплюнул ему под ноги, но ничего не сказал. Маг же, вальяжно пожав плечами, продолжил:

– Ну а главное, это будет наглядным уроком всем остальным. От нашего предложения не стоит отказываться, да ещё и в такой нелестной форме, – снова усмехнулся он и махнул рукой наёмникам: – Приступайте. – Однако, немного подумав, добавил: – Хотя постойте. Кури, – обратился маг к одному из трёх других, – поставь купол, незачем нам к себе пока привлекать особое внимание.

Мне этот маг, как только он заговорил, очень не понравился. Так что, услышав о куполе, я подумал:

«Да. Да. Ставьте. Нам он тоже очень пригодится. – И уже мысленно обратился к своим друзьям: – Лениавес, на тебе наёмники. – Тот в ответ на мои слова только кивнул и очень тихо вытащил лук. – Мук, каких из магов сможешь гарантированно уложить за один-два удара?» – спросил я у нашего демонёнка.

«Главарь прикрыт очень мощной защитой, – ответил он. Это я видел и сам. – С ним придётся повозиться, потребуется минут десять. Так что он не подходит под поставленную тобой задачу. И второй, тот, дальний, с тёмной энергией смерти в ауре. Это магистр магии смерти или очень сильный некромант, он мне в принципе не по плечу. У меня в арсенале нет ни одного заклинания, способного его повредить».

«Понятно», – ответил я.

«Двое других не представляют особой угрозы», – закончил Мук.

«Хорошо, – резюмировал я, – на мне главарь и магистр смерти, два других мага – на Муке, ну а ты, Лениавес, постарайся сделать так, чтобы никто из наёмников за то время, пока мы разбираемся с магами, не убил никого из этих двоих. Они нам нужны».

После этого у нас было буквально несколько секунд на подготовку. Как раз столько, сколько требовалось магу, тому самому Кури, к которому обратился главарь, чтобы поставить изолирующий купол. С его установкой мы и начнём действовать.

В вечернем воздухе появилось энергетическое поле, которое и послужило сигналом к нашим действиям. Его возникшая зеленоватая полупрозрачная плёнка накрыла замершие в конце проулка тёмные фигуры в паре метров за нашими спинами.

«Конструкт пятого уровня. Описание: энергетическое поле. Свойство: полное поглощение колебаний воздуха на внешней границе. Длительность функционирования при текущем вложенном объёме энергии – тридцать минут».

И мне на виртуальный экран было передано плетение его активирующее, а также несколько вариантов по деактивации данного плетения. Однако сейчас это не входило в мои планы. Даже наоборот.

«То, что нужно, – подумал я и отдал команду своим: – Начали!»

Мук и корнол стали действовать практически одновременно, лишь на пару мгновений отстав от меня.

Расстояние до противников были небольшое, поэтому достигнуть ближайшей цели не составляло большого труда. Меньше мгновения – и я появляюсь за спиной главаря. Он только сейчас заметил моё присутствие. Как, впрочем, и все остальные.

Исследовать структуру его защиты мы успели заранее, и Вирт уже набросал алгоритм её деактивации без применения магии. Сейчас он наложил созданную виртуальную модель на реально видимую мной структуру с отмеченными на ней узловыми точками, с которыми мне придётся работать. Единственное, что я хотел сделать, – это при добивающем ударе вложить в клинок поглощение сути. У столь сильного мага обязательно должно было быть что-то полезное.

Поэтому – шаг вперёд и подготовленная связка ударов, разработанная специально для моих парных клинков.

Семь быстрых ударов, слившихся в единое движение, – и мой меч проникает за границу защитного поля мага.

Поглощение сути.

Удар. Оружие вошло в область ключицы под необычным углом, повернутое строго под определённый градус, и проткнуло сердце мага.

«Регистрация ментоактивного модуля девятого уровня», – отрапортовал Искатель.

Тело мага не успело ещё упасть на землю, как я быстрым скользящим шагом перемещаюсь ко второму магу. Некроманту.

У него не было столь сильного защитного поля. На его пробитие мне понадобилось всего два удара. Третий был также направлен в узловую точку его менто-информационного поля.

Поглощение сути.

«Регистрация нестандартного ментомодуля пятнадцатого уровня», – удивил меня ментоинтерфейс.

«Что это я у него смог зацепить такого необычного?» – между делом подумал я, дав задание Вирту провести анализ полученных конструктов.

Сам же продолжил.

Поглощение сущности и ментоэнергии существа.

И этот маг через несколько секунд валится к моим ногам.

Осматриваюсь.

Оба противника Мука тоже лежат безжизненными трупами. Лениавес же отстреливает обративших на нас внимание бандитов. Трое уже мертвы. Осталось пятеро. Один, тот, что владел мечами-артефактами, используя какой-то мощный амулет, прикрылся защитным полем и собирался прорваться сквозь моих друзей. Нападающие, выбрав этот переулок, и сами оказались в роли загнанных жертв. Перед ними была высоченная глухая стена.

«Лениавес, переключайся на оставшихся, – отдал я приказ оборотню. – Мук, помоги ему». – А сам сделал шаг навстречу ощерившемуся бандиту.

И только сейчас понял, что всё будет не так просто. Хоть он и не знал всех возможностей своих мечей, но по крайней мере ударные и режущие их свойства использовал в полной мере. Это был очень, очень быстрый демон. И скорости ему добавляли сами мечи, вытягивая его собственную энергию.

Однако даже его нынешней ловкости и силы удара было недостаточно, чтобы достать меня. Да и шанса такого я ему предоставлять не собирался. Действовал я по совместному алгоритму, составленному Искателем, использующим свою собственною ментомодель, виртуальную модель, созданную Виртом, и мои же способности и предчувствия.

Получилось всё идеально. Как только он двинулся в мою сторону, я резко приблизился к нему и заблокировал его руки. Пока он пытался перехватить оружие для удара мне в спину, я ударом двух быстро выхваченных на возвратном движении кинжалов пробил его защитное поле.

Но удары не ранили демона. Однако этого и не требовалось. Я с размаха пнул его ногой в промежность, а потом незаметно как оказавшейся в латной рукавице рукой ударил в район переносицы, пробив ему череп и вогнав часть кости в мозг.

Демон медленно сполз по мне на землю, так и не выпустив оружие из рук.

Поле боя было за нами.

Только что свалился последний наёмник со стрелой в глазу.

– Это вы владельцы кожевенной мастерской? – обратился я к удивлённо смотрящим на нас демонам и кивнул в сторону выхода из проулка.

– Да, – несколько заторможенно ответил мне пожилой.

– Понятно. – И я повернулся к корнолу и Муку: – Идите с ними и ждите меня у них, я подойду через двадцать минут.

Лениавес огляделся по сторонам и спросил:

– Почему не сейчас?

– Нужно тут прибраться, – ответил ему я и указал на трупы. – Быстрее, времени в обрез. Да, и снимите заклинание с молодого, он парализован.

Тот немного подумал и ответил:

– Хорошо, – а подойдя к демонам, махнул рукой Муку: – Ты это сделаешь быстрее.

Мук подошёл к парализованному демону и, проделав что-то буквально в течение нескольких секунд, проговорил:

«Всё готово. Только у него очень сильно будет болеть всё тело и голова минут через пять. Нужно поторопиться».

– Понятно. Идите, – распорядился я, выглянув в переулок и убедившись, что там никого сейчас нет. По крайней мере, из тех, кто мог бы как-то нам навредить.

Кое-кого я всё-таки своим радаром засечь смог, но он так умело замаскировался, спрятавшись в куче какого-то мусора, что, даже стой ты рядом с ним, ничего не возможно было заметить. Однако нам этот наблюдатель не страшен.

Корнол взял под руку не очень хорошо двигающегося молодого демона и вслед за молчаливо посматривающим на нас пожилым, так и не произнёсшим больше ни слова, двинулся в направлении их мастерской. Процессию замыкал Мук.

Проследив за тем, как они скрылись в дверях небольшой лавки на первом этаже дома, я двинулся к примеченной мной куче мусора.

Подойдя к ней, я, будто обращаясь к себе, тихо произнёс:

– Работаем по старой схеме. Следишь и смотришь, чтобы тут никого не было. Если кого замечаешь, то не кричишь, а бежишь ко мне и предупреждаешь. Если понял, не отвечай, а подай знак.

Ждать долго не пришлось. Буквально через секунду одна из кочек слегка качнулась.

– Хорошо. Сначала дело, а потом нам нужно будет с тобой поговорить. – И я развернулся в сторону проулка.

Как только я отвернулся от кучи мусора, то почувствовал, что взгляд, ранее направленный в мою сторону, сейчас уже обшаривает все близлежащие окрестности, стараясь обнаружить тех, кто может обратить внимание на то, что я тут делаю.

«Молодец парнишка», – подумал я о молодом эльфаре, что остался лежать, спрятавшись в куче мусора.

И что странно, парень настолько хорошо сливался с толпой, что я заметил его, только когда мы оказались в относительно спокойном месте, где посторонних не встретишь. Да ещё это пристальное его внимание выдало место его расположения. Тем более и сторожевой круг его потом приметил.

Однако мальчишка уже проявляет незаурядные способности, похоже, это у него в крови. Вот только не нужно ему становиться убийцей, постараюсь найти для него что-то более подходящее.

Вернувшись в проулок, я занялся сразу двумя вещами. Первое – это мародёрство. Собрал всё, начиная с денег и магических предметов – в этот раз я не стал оставлять артефакты – и заканчивая оружием и доспехами.

Получилось не так и мало. Наличными было порядка десяти тысяч кредитов, в основном деньги были у магов. Плюс у каждого из них были банковские кредитные карточки, пока я не знал, что с ними делать, но то, что без дела они лежать не будут, в этом я не сомневался, особенно если за них примется Вирт.

Дальше. Пять защитных амулетов, два из которых были достаточно мощные, – у одного из магов и у бандита с мечами, а ещё один так вообще седьмого уровня, это тот, что был у главаря.

Кроме того, различная мелочовка. Кольцо невидимости, способное сработать несколько раз и потом требующее зарядки, пара боевых колец. Браслет увеличения силы. Какой-то непонятный амулет в виде цепочки, способствующий ускорению воспроизведения плетений. Множество свитков лечения сильных и слабых ран. Несколько свитков опознания. И пять возвратных камней. Причём четыре из них были телепортационными магическими камнями.

Доспехи, двенадцать комплектов. На бандитах были укреплённые магией доспехи. На магах же оказались кольчуги не только с плетениями, укрепляющими материал, но и наложенным поверх него заклинанием, частично отводящим физические атаки.

Кроме того, оружие. Семь магически укрепленных мечей, два из которых были ещё и с внедрённым плетением энергетического удара на основе магии огня. Магические и обычные кинжалы как у магов, так и у наёмников. Ну и пара артефактных мечей с кучей нераспознанных плетений, в основе которых лежало использование магии хаоса, над которыми ещё следовало поработать.

Ну и второе. Теперь следовало избавиться от трупов.

Проверив карту, я нашёл ближайший мусорный утилизатор в трёхстах метрах отсюда. Правда, чтобы до него добраться, следовало спуститься на нижний уровень станции. Я уже хотел поискать другой, как неожиданно Вирт нашёл непонятный маршрут, ведущий практически в нужный мне сектор станции, и начинался он от стены этого проулка.

Подойдя к выделенной на карте точке, я увидел перед собой монолитную поверхность стены какого-то старого дома. Однако просканировав её, я с удивлением обнаружил странный проход, идущий вниз, вход в который был замаскирован наложенной на него ложной панелью, изображающей стену.

Сместив её в сторону, я проверил пригодность этого хода к перемещению по нему и, убедившись, что спокойно смогу спуститься на следующий уровень, быстро собрал все разбросанные по переулку тела в «инвентарь» и скрылся в темноте найденного прохода.

Пять минут – и я на месте. Эта часть нижнего уровня станции совершенно не использовалась её жителями, и поэтому здесь встречалось довольно много интересных вещей, которые следовало бы проверить в будущем.

Например, пока я шёл, то заметил какой-то небольшой, отдающий энергией жизни ящичек, стоящий в углу одного из помещений, мимо которых я проходил. Естественно, я его прикарманил.

До места я добрался быстро.

По уже отработанной процедуре Вирт запустил утилизатор, я туда сбросил тела.

Пара минут – и ящик утилизатора пуст.

– Покойтесь с миром, – пробормотал я и направился в обратную сторону.

И не успел пройти и сотни шагов, как заметил странный след, ведущий в ту же сторону, что направлялся и я.

«Не хозяин ли это той самой коробочки, которую я так неосмотрительно прихватизировал?» – подумал я, прокравшись по найденному следу.

Однако нет, буквально за пару домов до нужного здания след отвернул в сторону.

«Проверить или нет?» – спросил я сам у себя, уже сворачивая в сторону.

Несколько минут – и я у входа в здание. И в нём явно чувствуется какое-то сильное и мощное магическое существо. Что самое плохое, оно тоже обнаружило меня. Не знаю как, но это нечто (?), или некто (?), почувствовало моё присутствие. И почему-то готовилось к смерти, однако при этом собиралось и меня утащить за собой. Ни особой злобы, ни страха я не ощутил. Только сильную боль и желание, чтобы побыстрее эти мучения закончились.

Осторожно пробравшись в здание, я тихо стал подниматься на второй этаж. Оттуда ощущалось присутствие жизни и туда же вёл странный след.

«Ну и что мне делать?» – задался я вопросом, всё-таки найдя того, кто старался укрыться в этом здании.

Если честно, я понятия не имел, что это за существо. Оно если и не полностью разумное, то уж полуразумное точно. Ни Вирт, ни ментоинтерфейс определить его видовую принадлежность не смогли. Магической энергии жизни, воздуха и земли в нём было с избытком. Но сейчас этот бедолага находился в очень плачевном состоянии. Как я понимал, жить ему оставалось буквально считаные минуты. Он и забился сюда, чтобы спокойно умереть.

Но вот кто нанёс этому чуду природы такие раны, я понять не мог. Но то, что это были «добрые разумные», я не сомневался, большинство ран были резаные и нанесены мечами, а из некоторых мест торчали обломки стрел.

«Похоже, на него кто-то охотился», – понял я.

Не знаю, что меня толкнуло на это, может, слишком избитый и потрёпанный вид этого существа, а может, и то, что, как утверждал Искатель, это с вероятностью, превышающей семьдесят процентов, детёныш какого-то травоядного животного, а значит, не хищник, но я решил ему помочь.

– Тихо, малыш, – как можно мягче произнёс я, – полежи спокойно. Сейчас тебе станет немного легче. – И наложил на него заклинание излечения средних ран.

Это существо как-то странно заскулило и попыталось подползти ко мне поближе.

– Не нужно, не шевелись. Тебе нельзя, – всё так же мягко и тихо проговорил я, – лежи тут. А лучше поспи. – И я наложил ещё и усыпляющее заклинание, причём тройное, чтобы зверёк не проснулся во время лечения.

Потом вытащил из своей сумки камень лечения и хотел приложить его к какой-нибудь из ран на теле этого непонятного детёныша. Диагност утверждал, что самые сильные повреждения в районе позвоночника. Он сломан в нескольких местах. Вот откуда столь странный след. Этот детёныш полз сюда, стараясь убежать откуда-то.

Я осторожно подошёл к этому зверёнышу, напоминающему большого медведеподобного бульдога с огромными длинными лапами или худющую панду.

Так, теперь стрелы. Их оказалось восемь. Я аккуратно, воспользовавшись знаниями, полученными от Искателя, вырезал все стрелы из тела этого большого детёныша неизвестного мне зверя. После этого просто вложил в одну из ран на его спине камень жизни плюс дополнительно наложил на него столько магических заклинаний по излечению, сколько позволил мне Вирт, без опасений убить это животное. И в дополнение четвёртое усыпляющее заклинание.

«Проспать он должен часов двадцать» – это следовало из тех расчётов, что предоставил мне кластер. Значит, приду проведать его завтра, сделал я себе пометку на память.

Но вот что тут за охотнички завелись и на кого они охотятся, мне стало крайне любопытно. Очень уж не понравилось мне то состояние, в котором пребывал этот детёныш. И было не похоже, что это результат охоты. Больше походило на какое-то издевательство, пытки или опыты. А такое нужно в корне пресекать.

Один подобный ковен пытался за счёт жизни других получить себе могущество, а тут, мне кажется, что-то подобное, но жизнь они заменяют на боль и страдания.

Выйдя на улицу, я, чтобы замести следы, лёгкой вариацией заклинания «Ментальный удар» устроил здесь небольшую пыльную бурю, превратив пол в поверхность, покрытую нетронутым слоем пыли.

Теперь детёныша никто не найдёт, даже если кто-то его и будет специально разыскивать именно здесь. Ну а тот если и проснётся сам до моего прихода, то, думаю, даже не высунет носа за пределы здания. Почему-то в этом я был уверен на все сто процентов.

Операцию по заметанию следов я повторил ещё дважды, последний, когда подошёл к пути, ведущему наверх, в квартал мастеровых.

Выбравшись в переулок, я увидел, что купол ещё на месте, а значит, я не потратил на всё про всё и тридцати минут.

Теперь займёмся оставленными здесь Лениавесом с Муком, демонами и молодым эльфаром.

Сначала эльфар.

Подойдя к куче с мусором, я сказал:

– Выбирайся. Что здесь было?

– В проулок никто не входил, только один из ваших спутников выглядывал из того здания, где они скрылись, – отчитался Глеос, пряча глаза.

– Понятно, – кивнул я и задумался на пару мгновений: по сути, с тем, как быть дальше с этим мальчишкой-эльфаром, я уже решил, нужно было понять, когда это сделать. А вот он, похоже, оставался в неведении, и немного затянувшееся молчание, видимо, стало давить на него, так как он в конце концов понурившись спросил:

– Я вам не подхожу?

– Почему? – удивился я.

– Вы заметили меня, – только и произнёс он.

– И что? – всё ещё не понимал я.

– Остальные этого не могут, – пояснил Глеос.

– Ну и что? Не могут и не могут, а я смог. Не в этом суть. – И, поняв, что тянуть – только ещё больше играть на нервах у парня, сказал: – Не нужно больше ничего доказывать или следить за нами, сегодня вечером подойди ко мне в гостинице. Поговорим. И приводи свою сестру.

Парнишка настороженно посмотрел на меня.

– Зачем? – тихо, но твёрдо спросил он.

Я усмехнулся:

– Думаю, ты будешь не против, если вместе с тобой к нам в гильдию мы примем и её.

Эта новость выбила парнишку из колеи.

– Но у нас нет денег, – выдавил он.

– Кто-то говорил о деньгах? – И я похлопал его по плечу. – Иди и приводи сестру. И не забудь помыться, а то аромат от тебя… – И я вновь усмехнулся.

– Да, мастер Крей, – обрадованно, но при этом всё ещё недоверчиво проговорил парнишка.

Я же, отворачиваясь от него и уже собравшись сделать шаг по направлению к мастерской, добавил:

– Ты же знаешь, мы своих не бросаем.

И пошёл к тем, кто так же скоро должен был пополнить нашу гильдию. Я почему-то был в этом полностью уверен.

Эпилог

Система ХР-125265АК. Объединённое содружество.

Патрульная станция слежения спасательной службы

– Сэр! – В кабинет старшего дежурного смены майора Рхата влетел недавно прибывший лейтенант Киро. – Сэр, – вытянувшись в струнку и уже обращаясь к майору по всей форме, повторно произнёс он, – там непонятный сигнал. Главный аналитик смены капитан Рогак просил срочно вызвать вас.

– Ну что там? – Рхату было лень выслушивать очередную шутку капитана. Тот имел привычку гонять новичков по делу и без дела, и поэтому такие фортели были вполне в его духе.

Однако, если следовать протоколу, Рхат обязан был отправиться на пост слежения, и так как его уже разбудили, то он решил самолично сделать выволочку этому шутнику.

– Пойдём, – даже не став выслушивать ответ лейтенанта, уже более энергично произнёс Рхат и, поднявшись с дивана, вышел из своей каюты.

Эта станция считалась спокойным захолустным местом. Здесь в основном или проходили практику новички, набираясь опыта, или отсиживались такие старые вояки, как сам майор, которым ничего более по служебной лестнице уже не светило, но которые ещё дорабатывали выслугу или просто пока не вышли на пенсию. Поэтому здесь ничего экстренного произойти не могло.

В результате сейчас майор, по дороге к стационарному посту слежения, проговаривал про себя колкое и едкое замечание, которое смогло бы втоптать в этот наномодифицированный металлический пол несносного шутника.

«Мог бы придумать что-нибудь новенькое, – пробурчал про себя Рхат, входя в помещение. Однако, только оказавшись там, он почувствовал какую-то напряженность в воздухе и понял: – Шутками тут и не пахнет».

– Что произошло? – сразу обратился Рхат к сидящему в кресле капитану.

– Не поверишь. Получен сигнал от одного из спасательных маячков.

– Ну и что тут необычного? – удивился майор. Такие сигналы их станция, хотя она и находилась на окраине Объединённого содружества, обрабатывала по нескольку десятков тысяч в месяц.

– Ты не понял, – проговорил Рогак, – сигнал получен с планеты, находящейся в одном из закрытых секторов. Я просмотрел каталоги. В сектор, где находится эта планета, доступ запрещён постановлением совета более десяти тысяч лет назад. Точной даты нет. Но там стоит одна интересная пометка. Ограничение доступа не снимать. И длительность этого приказа – бессрочно.

– И что ты предлагаешь? – уточнил майор, он своим старым армейским нюхом учуял грядущие неприятности.

– Уже ничего, – честно ответил ему капитан. – Сигнал автоматически был перенаправлен куда-то в глубь содружества. Просто теперь мы должны быть готовы. Правда, сам не знаю к чему.

Последствия этих событий не заставили себя долго ждать. Уже через несколько часов на станцию пожаловали какие-то странные субъекты, которые молча опечатали все помещения, изъяли все хранители информации и, прогнав весь персонал через сканирование памяти, затёрли любые воспоминания о произошедшем на этом посту слежения.

После чего был издан приказ о расформировании этого заштатного формирования корпуса спасательной службы. Его персонал был распределён по другим аналогичным объектам.

А ещё через несколько суток на станции слежения произошёл взрыв в отсеке энергохранящих элементов, который полностью стёр её, превратив в горстку разбросанной в космосе пыли.

О дальнейшей судьбе майора, капитана и лейтенанта так никто никогда и не узнал.

Константин Муравьёв
Мастер лута

Глава 1

Нейтральный мир Гранкат

До кожевенной мастерской, где укрылись демоны и Лениавес с Муком, было недалеко, поэтому дошёл я туда буквально за минуту.

Только войдя внутрь помещения, понял, что практически весь первый этаж этого небольшого трёхэтажного здания – это демонстрационный и одновременно торговый зал небольшого магазинчика. Ассортимент составляли различные кожаные изделия, начиная от обуви и одежды и заканчивая доспехами, щитами и прочей войсковой атрибутикой и амуницией. Было несколько зачарованных предметов, но это явная перепродажа, так как в большинстве увиденного мной товара чувствовалась рука одного и того же мастера, а эти изделия были изготовлены кем-то другим.

«Хотя нет, – понял я, приглядываясь к отдельно стоящему стенду, на котором в основном расположились различные кожаные куртки и доспехи, – вроде и один стиль, да и манера изготовления с отделкой кожи несколько схожи, но это товар другого мастера. И кстати, – оглядевшись кругом и посмотрев на некоторые другие аналогичные предметы, констатировал: – Сделаны эти доспехи намного более качественно и новаторски, что ли».

Например, я сразу обратил внимание на необычную многослойность этих изделий. А приглядевшись, заметил ещё и промелькнувшую в укреплённой с краю плотной куртки между двумя слоями кожи, из которой она была сделана, очень тонкую кольчужную сетку. А это говорит как минимум о том, что доспех был сборный и создавался он из разных материалов, когда использовались не только различные типы кожи, но и металл, и дерево, и ещё что-то, похожее на кость.

«Кость-то зачем?» – удивился я.

Правда, вспомнив Клык и кости нежити, которые по своей крепости не отличались от хорошего металла, я как-то перестал удивляться данному выбору. В нейтральных мирах, этом пересечении торговых путей из сотен ближних и дальних планов реальности, можно было найти всё, что угодно.

В общем, необычные это были доспехи, и они очень отличались от всего остального ассортимента в магазине. Но главное, почти все они были относительно недавно изготовлены. И поэтому напрашивался вполне закономерный вывод: автор всего этого кожаного великолепия не старый мастер, придерживающийся традиционных взглядов относительно своего ремесла, а, похоже, его ученик, тот самый молодой демон. Почему ученик? Да потому, что в изготовленных предметах чувствовалась школа того, кто приложил свою руку ко всем остальным выставленным на продажу товарам.

Этот выставочный зал был хоть и не особо большим, но зато в нём представлены действительно стоящие и качественные вещи. И это меня больше всего впечатлило: абсолютно все выставленные изделия, как старого, так и молодого мастера, да даже и те зачарованные доспехи, что они пытались перепродать, были изготовлены превосходно. А это говорило о том, что хозяин лавки, а это явно старый демон, и его молодой ученик, очень серьёзно и трепетно относились к своему делу и тому товару, который они готовили на продажу.

«Эти демоны именно те, кто мне нужен», – интуиция и в этот раз меня не подвела и привела по правильному, нужному мне адресу.

Закончив осматривать ассортимент, выставленный в зале, я постарался просканировать всё остальное здание. И получалось, судя по всему, что главная мастерская располагалась где-то здесь, в доме. Принюхавшись, можно было понять по разносившимся запахам, что находилась она, похоже, большей частью на втором и немного на третьем этажах. А вот выделкой и обработкой кожи занимались явно за пределами дома, видимо, во дворе была ещё одна мастерская, специально приспособленная под эти задачи.

Прочувствовав ауру дома и его менто-информационное поле, я понял, что хозяева занимали оставшийся весь третий этаж этого здания. Там было несколько жилых комнат и ещё какие-то не очень понятные мне помещения.

Кстати, мой сторожевой круг, кроме присутствующих в магазине пожилого и молодого демонов и моих друзей, засёк ещё трёх живых существ с развитым менто-информационным полем.

«В доме есть кто-то ещё», – констатировал я.

Судя по всему, женщина, ребёнок и кто-то, кто раньше мне пока не встречался. И этот последний (или последняя) неизвестный обладал неплохими магическими способностями, относящимися к стихии земли и огня. Почему-то я подумал, что это сочетание должно идеально подходить для какого-нибудь мага-ремесленника. Особенно если учесть те несколько выставленных в зале зачарованных предметов, в которых прослеживались отголоски магических сил и энергий как раз этого третьего неизвестного.

Хотя его способности и не были особо выдающимися, но и заурядными их посчитать тоже было нельзя. Если судить по тому виду ауры и менто-информационного поля, что выдвигались на передний план, то это был обычный маг со способностями немного выше среднестатистических.

Однако, что больше всего меня привлекло и поразило в обнаруженном менто-информационном поле, так это его удивительная гармоничность и какая-то спокойная стабильность. И она натолкнула меня на версию, что там сейчас находится выходец из крайних срединных миров, соседствующих с верхними планами реальности, а возможно, даже и непосредственно из ближайшего к ним светлого плана реальности. Настолько упорядоченно и структурированно было это поле неизвестного обитателя мастерской.

Немного поразмыслив, я сказал бы, что в доме этих двух демонов гостит какой-то монах из светлых миров. Почему я так решил, сказать не могу, но моя интуиция подсказывала мне, что я не очень-то и далёк от истины.

И поэтому у меня в голове возник один вопрос.

«Интересно, а монахи тут вообще существуют? – задумался я, но потом вспомнил о каких-то монахах, о которых всё время упоминали корнол с Эреей, и потому не удивился бы, окажись тут сейчас некто подобный. – Интересно, а что он здесь делает? Монахи же, по идее, затворники и проповедники, а этот – явно маг, да ещё изготавливает неплохие доспехи. Хотя нет, не изготавливает, а зачаровывает уже готовые изделия, – поправил я сам себя. – Ну да ладно, оставлю решение подобных вопросов на потом, – подумал я. – А сейчас нужно вернуться к насущным проблемам».

И я только теперь обратил внимание на две эти самые проблемы, неподвижно замершие посреди зала.

– Добрый день, господа, – поздоровался и сразу представился я: – Меня зовут Баг. Позвольте узнать ваши имена? – И я посмотрел на пожилого демона, как более старшего и, похоже, являющегося хозяином этих магазинчика, мастерской и жилого дома в одном лице.

– Добрый день, – несколько настороженно ответил тот. – Я мастер Ломар, а это мой племянник Кроган. – И он указал рукой на молодого демона.

– Понятно, – сказал я и уже немного веселее, стараясь разрядить обстановку, кивнул в направлении своих друзей: – Эти двое господ – маги из нашей Гильдии «Мастера лута[10]». Это её название, если вы не поняли. Гильдия «Мастера лута». Это – мастер Лениавес, – указал на корнола, – и мастер Мук, – кивнул в сторону нашего невысокого товарища, – ну а я вроде как мастер на все руки, принеси, подай, сделай, найди и прочие подобные поручения. Ну и по совместительству являюсь главным представителем нашей гильдии на переговорах плюс занимаюсь её финансовыми вопросами. – Заметив некоторую растерянность на лицах как двух демонов, так и своих друзей, я пояснил: – Не пугайтесь, рассказываю я вам это не просто так.

И, уже обращаясь к молодому и старому демонам, я стал на ходу сочинять убедительную историю нашего здесь появления, не говорить же им, что здесь мы оказались лишь благодаря моей интуиции и моему же хорошему чутью. Не солидно это как-то выглядит. Но вот если всё представить, будто мы явились по заданию нашей гильдии, то это должно придать моим словам солидный вес. А поэтому я продолжил:

– Глава нашей гильдии через свои каналы узнал, что в этих местах орудует какая-то банда под покровительством одной из магических гильдий. И попросил нас разузнать, что же здесь происходит на самом деле. Нам это необходимо сделать в связи с открытием в этом нейтральном мире своей постоянной резиденции. И нашей гильдии не нужны непонятные происшествия и проблемы под самым боком. В будущем они очень будут мешать нашему бизнесу. Поэтому решением этих вопросов необходимо заняться уже сейчас. Вот мы и стараемся это сделать. Мы шли по следу той банды, что напала на вас, стараясь выяснить, кто же они такие, к какой группировке принадлежат и какая магическая гильдия на самом деле их прикрывает. Но выбрали, как оказалось, не совсем ту группу, что нам была нужна, она шла не к ним на базу, а проучить парочку несговорчивых демонов. Однако, посовещавшись, мы решили, что помощь вам даст нам возможность лучше разобраться в происходящем. Вот мы и здесь, вместо бандитов, раздумывающих над тем, как бы покрасочнее и поубедительнее разложить ваши трупы, чтобы обещанный кому-то урок был более нагляден и понятен.

Закончил я гораздо более резко, чем начал наш разговор. Сейчас мне нужна была смена тона, и поэтому я постарался говорить как можно циничнее и жёстче. Демоны должны были понять, от чего мы их спасли и что им грозило в будущем. Это было необходимо, чтобы они начали внимательнее прислушиваться к моим словам, ведь на разговор с ними я, особенно теперь, когда увидел этот выставочный зал, возлагал некоторые надежды.

И похоже, мой приём сработал. Смысл сказанного дошёл до них в полной мере. Во всяком случае, до молодого Крогана точно. Старый демон остался спокоен, хотя это было только внешне, по его менто-информационному полю было ясно видно, что и его проняло от моего рассказа.

А значит, торговаться или выслушать моё предложение они будут готовы.

Как говорил один мой знакомый, «сумей напугать, а люди, если захотят, сами выберут то решение, которое тебе будет нужно, главное – подтолкнуть их в необходимую сторону».

Не думаю, что с демонами в этих мирах будет происходить как-то по-иному. Они такие же разумные, как и на любой другой планете, в том числе и на моей далёкой родине.

Расставив все знаковые точки и выделив в своём рассказе, насколько мы оказались полезны этим двум мастерам кожевенного ремесла, я продолжил:

– А теперь перейдём к сути. – Я посмотрел на Ломара и Крогана. – Нам хотелось бы понять, что же они хотели от вас? Особенно интересно то самое предложение, что упоминал маг при разговоре с вами. К тому же было бы неплохо узнать о самой банде, судя по всему, они местные, и о них вы не можете не знать. Ну и если вы обладаете какими-то сведениями о тех магах, что были с ними, то неплохо бы услышать и их. Но перед тем как вы начнёте свой рассказ, я думаю, правильно было бы познакомить нас со всеми обитателями этого дома. – И, посмотрев в глаза старому демону, я уточнил: – Да, мастер?

Тот удивлённо взглянул на меня и тихо спросил:

– Но как вы узнали?

Я лишь пожал плечами и небрежно кивнул в сторону Лениавеса и корнола:

– Маги.

Похоже, для всех было понятно, что я имею в виду.

И Ломар ответил:

– В доме моя старшая дочка с внуком и мой старинный приятель, который приехал в наш мир по своим делам и остановился у меня.

– Как думаете, стоит их пригласить на наш разговор или нет? – спросил я у пожилого демона.

– Ну, дочь и внука уж точно звать не нужно, – помотал головой тот, – а вот Рехора позвать не помешает, он и сам маг, возможно, сможет вам в чём-то помочь. К тому же, как я уже сказал, у нас он тут по делу, и, мне кажется, вы именно те, кого он разыскивает.

– Мы те, кого он разыскивает? – удивился я. – Любопытно, я бы с интересом послушал вашего друга.

– Тогда я его позову? – подался к лестнице Ломар.

– Конечно, – кивнул я. – Да, и успокойте своих, а то девушка, ваша дочка, уже извелась вся. Места себе там не находит, мечется по комнате, всё порывается спуститься сюда.

– Но как?.. – хотел спросить пожилой демон, однако так и не договорил своего вопроса, лишь, понимающе кивнув, произнёс: – Маги. – И тихо пробормотал себе под нос: – Давно у нас тут не было сильной команды магов. Может, это и правда тот выход, что нам всем нужен? – И не спеша пошёл наверх.

А я остался ломать голову над его последними словами. О каком выходе он говорил?

Отсутствовал Ломар минут пять и в конце концов спустился, но не только со своим другом, а ещё и с дочерью.

– Рехор, Длая, – представил он своих спутников.

Длая напоминала племянника старого демона Крогана, такая же высокая, но в отличие от того невероятно женственная и какая-то притягивающая своей нечеловеческой красотой. Слегка чешуйчатая кожа на лице демонессы сразу бросилась мне в глаза, хотя ничего подобного ни у Ломара, ни у Крогана я не видел. Однако эта её особенность совершенно не портила или как-то уродовала её, наоборот, придавала ей некий хищный, завораживающий вид. В общем, будь я демоном, то давно положил бы глаз на эти милые клычки и нереально большие вертикальные зрачки. К тому же грация её движений просто не могла не обратить на себя внимания. Уже после нескольких её шагов я понял: во-первых, передо мной очень опасная воительница, а во-вторых, у меня появилось непреодолимое желание посмотреть, как она танцует, пусть этот танец будет даже с мечами и под звон ударяемых друг о друга клинков.

«Правильно дед сделал, что всё же пригласил свою дочь, – согласился я с решением Ломара. Хотя эта дама могла и сама настоять на своём присутствии при нашем мужском разговоре. – Ну, ничего страшного, хоть разбавит наше хмурое общество лучиком своего прекрасного света».

Однако, если говорить о свете, стоит обратить внимание на второго разумного, пришедшего с пожилым демоном.

Только посмотрев на него, становилось понятно: он один из действительно коренных жителей миров верхних планов реальности.

Внешне этот джентльмен очень походил на эльфа, только более стройного и отчуждённо холодного. Даже его голубоватая кожа вызывала непроизвольную дрожь и желание погреть руки.

«Ледяные эльфары», – быстро нашёл описание этого вида жителей светлых планов реальности Вирт.

И что необычно, описание этих существ было добыто им из трёх разных источников информации: своей собственной базы знаний, базы станции и тех нейтральных миров, к которым Вирт уже успел получить доступ, и из одного информационного кристалла, добытого в библиотеке города Древних магов. Кстати, кристалл этот был как раз из той части библиотеки, которая предположительно не содержала никаких ценных сведений. Но что ещё более странно, это описание во всех трёх источниках было практически идентичным. С базами ещё более-менее понятно, они могли каким-то образом синхронизироваться некоторое время назад или иметь общий источник распространения информации по нейтральным мирам. Но как эти данные попали в библиотеку к Древним магам? Единственным ответом на этот вопрос становится предположение, что маги ранее, так же как и я, получили доступ к базе знаний нейтральных миров, а не только просто побывали в них, в чём я мог уже убедиться.

«Пометить эту информацию, как прошедшую проверку», – отдал я распоряжение кластеру.

«Выполнено», – отрапортовал тот.

Так вот, по этим светлым эльфарам в базе была собрана такая основная информация.

Ледяные эльфары жили практически во всех верхних планах реальности, наиболее близко расположенных к срединным мирам. Но не на обычных планетах с приемлемой средой обитания. Ледяными их прозвали не просто так. Местом их обитания были так называемые миры Льда, или Ледяные миры, которые и были образцом порядка в интерпретации воздуха и воды, это одна из наиболее стабильных структур при смешении этих стихий. И соответственно почти все представители этой расы были очень сильными магами воздуха и воды, а вот такого сочетания, как огонь и земля, среди них практически не встречалось.

Отсюда сразу напрашивался определённый вывод: этот гость Ломара не из простых. Как говорили записи, найденные в базах, подобное сочетание стихий в представителях расы этих разумных указывает об их прямой связи с каким-то королевским, княжеским или императорским родом. И чем сильнее их способности, тем ближе такой эльфар к верхушке королевского рода.

И так получается, что наш новый знакомый никак не меньше, чем правитель одного из подобных Ледяных миров.

«Интересно, что он тут забыл? И зачем ему нужны мы? И почему именно мы?»

Хотя на вопрос, почему мы, я ответить могу. Ломар не знает о нас абсолютно ничего, кроме наших хороших бойцовских качеств. А значит, и этому самому Рехору нужны неплохие бойцы.

Послушаем, что он захочет нам рассказать.

Однако не будем спешить, займёмся решением наших проблем по мере их поступления.

А наша очередная проблема – это бандиты, напавшие на мастеров, и то, что они хотят от них получить.

Следующим пунктом в нашем разговоре будет моё предложение для них и то, как сами кожаных дел мастера на него отреагируют.

«Приступим», – дал я себе мысленную команду и после того, как представился сам и представил вновь прибывшим своих друзей, обратился к старому демону:

– Мы готовы выслушать вас.

Тот немного постоял, а потом подошёл к входной двери, запер её и, указав на лестницу, ведущую наверх, предложил:

– Разговор может несколько затянуться, а там нам будет намного удобнее его вести, – и сделал приглашающий жест. – Там мой кабинет, в нём достаточно кресел, чтобы нам всем не стоять на ногах. – Он развернулся и стал подниматься.

Мы все последовали за ним.

Ломар попросил свою дочь принести с кухни немного еды, пару бутылочек вина и ещё какого-то непонятного мне напитка, чтобы наш предстоящий разговор проходил в более комфортной и дружественной обстановке. Я был не против перекусить и поэтому не стал останавливать его.

Как я и предполагал, весь второй этаж был одной сплошной мастерской, поэтому мы поднялись на третий и вошли в одно из так и оставшихся неопознанными мной помещений. Это был и правда не очень большой, однако вполне уютный кабинет, где нашлось для нас всех семь прекрасных кресел ручной работы, расположенных вокруг маленького столика. Его-то вмиг и сервировала Длая.

Рассевшись и устроившись поудобнее, мы сначала решили немного перекусить. И налить то, чем нас пожелал угостить хозяин.

От вина я отказался, так как перед посещением нашей будущей резиденции нужно было сохранить полную трезвость рассудка, и я попросил девушку налить мне то же, что и она налила себе. Это явно был не алкоголь, а какой-то травяной отвар с небольшим тонизирующим воздействием. Я назвал бы его чаем, если бы не его странный серовато-голубой цвет.

Та несколько удивлённо пожала плечами, но спокойно взяла мою кружку и налила в него этого немного странного напитка. Правда, когда я уже взял кружку в руки, она предупредила:

– Осторожнее, на челов этот напиток действует не так, как на всех остальных, я надеюсь, вы в курсе этого.

После её слов я вновь просканировал налитую мне жидкость. Результаты и в этот раз совершенно ничем не отличались от предыдущих, это какой-то тонизирующий и избавляющий от усталости напиток.

Сделав маленький глоток, чтобы всё-таки не рисковать, так как Искатель был уверен, что от всех побочных эффектов в этом случае он сможет меня избавить, я неожиданно ощутил на языке вкус свежезаваренного чая с примесью каких-то трав. Одновременно с этим по телу пробежала сильнейшая волна бодрости, и я почувствовал небывалый прилив сил.

«Регистрирую активацию и мобилизацию всех ресурсов организма», – мгновенно отреагировал ментоинтерфейс.

«Ничего себе слаботонизирующий, – прикинул я. – Да если меня пробрало так с одного небольшого глотка, что будет, выпей я целый стаканчик этого чая?» – Я очень задумчиво посмотрел на кружку, которую продолжал держать в руках.

Тем временем Искатель с Виртом уже рассчитали безвредную для меня дозу подобного, если честно признаться, очень приятного на вкус напитка. Получалось, что разводить его нужно никак не меньше, чем один к ста.

Налив в другой стакан, стоявший на столике, слабенького (очень надеюсь на это, что-то я стал не слишком доверять результатам, выданным сканером) вина, я плеснул в него капельку предложенного мне Длаей напитка.

За этими моими манипуляциями с интересом наблюдали все сидящие за столом разумные, как мои друзья, так и жители этого дома.

Увидев их заинтригованные взгляды, я проговорил, объясняя свои действия:

– Неплохой у вас чай, – я потряс кружкой с напитком, который дала мне Длая, – но слишком опасен в такой концентрированной дозировке.

– Для тебя? – усмехнувшись, спросила девушка.

Посмотрев на её симпатичное, хоть и немного непривычное, личико, я, так же усмехнувшись, ответил:

– Скорее именно для вас, – и кивнул на неё. А потом, хохотнув своей мысли, представив, что мог и не сдержать буйство гормонов, выпей я эту кружечку целиком, добавил: – Не уверен, что вашему отцу хочется от меня внука. – И под поражённые взгляды всех присутствующих стал спокойно пить из другой кружки, которая с вином, при этом с наигранным интересом поглядывая на девушку.

Та несколько настороженно следила, как она постепенно пустеет, и по мере этого, похоже, непроизвольно отодвигалась от стола, пока не упёрлась спинкой кресла в стену.

– Но-но, поосторожнее, – притормозил меня Лениавес, также настороженно поглядывающий на то, как я вливаю в себя этот замечательный морс, что у меня получился.

Не выдержав, я рассмеялся, и это почему-то напугало остальных ещё больше, так как они вскочили со своих мест и постарались отбежать от меня к дальней стене.

– Чего это они? – спросил я у оставшегося спокойно сидеть за столом Мука.

«На тебе какая-то странная иллюзия, – ответил мне демонёнок. – Я и сам с трудом могу распознать её, а для них все изменения, происходящие с тобой, практически реальны. Видимо, они не настолько сильные маги».

– Понятно, – кивнул я.

А сам подумал: «Ничего себе!» То, что рассказал Мук, поразило меня, и поэтому я постарался при помощи интерфейса своего костюма взглянуть на себя со стороны.

Однако всё было как обычно, и, только всмотревшись в созданную костюмом модель, я заметил, как какая-то очень тонкая плёнка охватила моё виртуальное тело.

«Чего это?» – вопрос всплыл в моём сознании помимо воли.

«Провожу анализ, – мгновенно отреагировал Вирт. И буквально через секунду: – У оператора обнаружено врождённое свойство природной мимикрии, активированное приёмом сильного стимулирующего препарата. Алгоритм активации проанализирован и выведен на внешнюю панель. Самостоятельное подключение данного свойства невозможно. Для его активации необходимо запустить последовательный процесс смены психических и химических реакций оператора. Именно эта последовательность смен внутренних состояний оператора и собрана в единую цепочку. Для её запуска необходимо активировать пиктограмму, выведенную на виртуальный интерфейс пользователя. Привязка к внешнему образу, имитируемому оператором, на текущем этапе не определена».

По мере его пояснений я видел и сам схематично отображаемый процесс реакций, приведший к столь странному эффекту, подготовленный Виртом алгоритм и созданный им же для его запуска ярлык.

Кстати, основным толчком к появлению этой иллюзии послужило моё острое желание подшутить над девушкой.

Странно всё это. Но зато я не слишком долго думал над названием этого ярлычка, запускающего столь странную цепочку реакций моего организма, и сейчас в уголке экрана сияла такая симпатичная маленькая мордочка скомороха и название «Шутиха».

Единственное, что так и осталось для меня загадкой, кем же я сейчас выглядел и как?

«Понятно, – подумал я. – Можешь смоделировать мой внешний вид?» – на всякий случай уточнил у Вирта.

«Внешний вид оператора с вероятностью девяносто пять процентов имеет подобный образ».

И пред моим взором предстал какой-то непонятный трёхметровый монстр. Я даже никогда не видел ничего подобного. Напоминал он какого-то прямоходящего высокого динозавра, правда с правильным строением туловища, длинными и сильными руками и ногами. Тёмной, вернее, даже чёрной чешуйчатой кожей.

В общем, похож я был на какую-то ящерицу с получеловеческим немного вытянутым вперёд лицом, украшенным большими тёмными глазами со странного цвета жёлтым зрачком и впечатляющей клыкастой пастью.

«Красавчик, одним словом», – пошутил я и, вспомнив о стоящих у стены присутствующих, посмотрел на них.

– А неплохой у вас напиток, – проговорил я, деактивируя это не к месту проклюнувшееся свойство и повторно хваля то, чем меня угостили.

Проверив модель на интерфейсе и не заметив на ней никаких внешних наложенных полей, я понял, что иллюзия снята.

– Всё, я в норме. – По большей части я сейчас обращался к демонам и эльфарам, Мук и так это прекрасно знал с самого начала.

– Так ты демон? – удивлённо спросила девушка, осторожно занимая покинутое кресло.

Я не знал, что ей ответить, но мне помог Лениавес.

– Нет, – тихо сказал корнол, – похоже, благодаря вашему напитку в нём начала просыпаться кровь его предков. И хотя он – обычный хуман, чел, – пояснил он, видя, что понятие «хуман» им незнакомо, – это всё видно по его ауре. Но благодаря тому, что вы ему дали, он на время становится оборотнем. Именно так выглядел его отец, когда я последний раз видел его во второй ипостаси.

– Оборотень? – переспросила Длая.

– Да, он потомок оборотней, – пояснил Лениавес. – Только крови хуманов в нём больше, чем нужно для преображения, но, как видите, порой просыпается и его вторая истинная сущность.

– Необычно, – промолвил маг, друг Ломара, – я о таком как-то раньше слышал, однако никогда не думал, что подобного эффекта можно добиться, лишь выпив глоток простого отвара из травы эффар.

– Я и сам удивлён, – всё так же задумчиво глядя на меня, произнёс Лениавес.

Я же с интересом заглянул внутрь кружки с отваром, для меня она интерес вызвала совершенно иными своими свойствами. Глоток этого напитка заставил проснуться дремлющие во мне способности. А значит, для меня как сам этот напиток, так и рецепт его приготовления имеют очень большую ценность.

Поэтому я извлёк из сумки флягу, найденную ещё в подземелье города Древних магов, и, открыв её, осторожно перелил в неё напиток, оставшийся в моей кружке. Увидев, что она наполнена меньше чем на треть, посмотрел на Длаю.

– Можно? – спросил я, указывая на кувшин с этим странным отваром, всё так же стоявший на столе.

Та молча кивнула и протянула мне небольшой глиняный сосуд, где ещё было достаточно много этого странного чая.

Перелив его полностью к себе во флягу, я почти всю заполнил её напитком.

– Ну, вот и хорошо, – удовлетворённо произнёс я, потряхивая фляжкой и через сумку убирая её обратно в инвентарь.

А сам подумал:

«Это небольшой запас на будущее, пусть его исследуют ментоинтерфейс и кластер и скажут, что это такое и почему этот напиток так на меня подействовал. Тогда, возможно, я им ещё воспользуюсь».

Поразмыслив немного на эту тему, я весело подмигнул девушке.

Та как-то исподлобья посмотрела на меня, но ничего не сказала и просто осталась сидеть на месте. Правда, больше уже не стараясь вжаться в стену.

Интересно, кого ей напомнил тот образ, что воссоздала моя иллюзия, если он так сильно заставил её нервничать? И другой вопрос: а где она раньше встречала подобных существ?

Странное, конечно, это было происшествие и непонятное, но оно увело нас несколько в сторону от того, зачем мы здесь собрались. Поэтому я, слегка кашлянув, привлёк внимание всех к своей персоне и, склонив голову, произнёс:

– Приношу свои искренние извинения в связи с произошедшим, сам не знал, что подобное может случиться. Впредь обещаю быть более осмотрительным и осторожным, но не факт, что это поможет.

На это корнол почему-то скептически хмыкнул. Видимо, тоже не очень верил последним моим словам. То ли его смутила моя фраза об осмотрительности, то ли, что это сможет как-то помочь.

Я лишь пожал плечами на эту его непроизвольную реакцию и, посмотрев ему в глаза, сказал:

– Это и в моих интересах. Так что буду на это надеяться. – И, немного помолчав, добавил, уже обращаясь к хозяину этого дома: – А теперь мы готовы выслушать вас, уважаемый Ломар.

Пожилой демон покряхтел, поёрзал в своём кресле, потом, всё-таки успокоившись, обвёл нас всех тяжёлым взглядом и начал свой рассказ:

– Примерно полтора месяца назад здесь, в городе, объявилась эта банда. Вернее, ты, юноша, был прав, когда говорил о том, что они местные. Эта банда всегда была здесь, но никогда и носа не казала за пределы Грязных кварталов. Не было в них ничего особенного, простые бандиты. Однако с полгода назад у них, как я слышал, появился новый главарь. Очень сильный воин. Бывший наёмник или убийца, слухи ходили разные. Он сильно проредил её членов, жёстко подавил все волнения и высказывания в свой адрес. Перегруппировал и, по сути, создал небольшой профессиональный отряд наёмников, состоящий из неплохих бойцов. По крайней мере, для нашего мира. Дальше, как я знаю, он постарался подмять под себя часть Грязных кварталов и территорию соседних банд. Но у него ничего не вышло. Их банда была слишком мала. Однако это его не остановило. После ряда неудач он, наоборот, стал собирать к себе отъявленных головорезов. Правда, их интересы всё ещё не выходили за пределы Грязных кварталов. Чем они там промышляли, мне не известно, но не думаю, что их деятельность чем-то сильно отличалась от десятков других подобных банд. Убийства, вымогательство, возможно, торговля людьми и трофеями. Различные грязные делишки. Единственным сдерживающим их банду фактором на тот момент являлось отсутствие у них собственных магов. И, как я понимаю, где-то пару месяцев назад или чуть раньше они у них появились. И не какие-нибудь недоучки, а профессиональные сильные маги. – Немного помолчав, дед продолжил: – И практически тогда же эта банда потеряла всякий интерес к Грязным кварталам. Там для них, судя по всему, не было никакой выгоды. И, как мне кажется, закрутилось это не без подсказки магов. Банда решила подмять под себя ремесленные и торговые кварталы. К наёмникам они, как мне известно, даже не совались. У тех есть и свои ударные отряды и своих магов великое множество. А вот торгаши из торгового квартала и с торговой площади, а также ремесленники вроде нас стали для них лакомым кусочком. У нас не было такого сильного прикрытия. Мы, конечно, платили гильдии наёмников за нашу охрану и поддержание правопорядка в наших кварталах, но они свои обязанности, как оказалось, выполняли спустя рукава. А может, бандиты заплатили им, чтобы гильдия закрыла глаза на многие творящиеся здесь события, и эти наёмники оказывались на месте происшествия очень поздно. – Видимо вспомнив о чём-то, Ломар опять замолчал, но, собравшись с мыслями, стал рассказывать дальше: – Тогда по нашим кварталам прокатилась повальная волна краж, пожаров, нападений и, что самое печальное, убийств. А примерно полмесяца назад они принялись уже непосредственно за нас. Мы в нашем квартале оказались первыми, к кому они проявили столь повышенный интерес. Как мы выяснили из предпоследнего разговора с бандитами, которые стали наведываться к нам регулярно, выбор пал на нашу мастерскую, так как им нужен был хороший мастер по изготовлению кожаных доспехов. Почему именно кожаных, я не знаю. Но, как понимаю, недостатка в оружии у них не было. До нападения, похоже, была предварительная подготовка. Сначала они просто приходили и предлагали свою защиту и помощь в урегулировании различных конфликтов, которые могут у нас возникнуть, вскользь намекая на происходящие у нас в последнее время происшествия. За это просили сущую мелочь, по их мнению, – половину нашей выручки и передать им в собственность нашу мастерскую. На что мы, естественно, не согласились. В первый раз достаточно вежливо. Дальше стало хуже. На нас начались вечерние и ночные нападения. Мы не могли покинуть дом и выйти в город. К нам перестали приходить клиенты. Мы видели в окно, как их в не очень вежливой форме отворачивают от нашей мастерской какие-то вооружённые субъекты. Пару раз к нам старались проникнуть, но тогда уже приехали моя дочь и Рехор. Я им объяснил положение, в котором мы оказались, но они отказались покидать наш дом. Рехор помог с настройкой и установкой сигнализации и магической защитой. Дочь нашла и приняла на работу охрану. И некоторое время казалось, всё успокоилось. Но через несколько дней наёмники, которые должны были нести вахту, не явились на свой пост, и в эту же ночь к нам пришли эти самые маги. Наш дом окружили, и маги постарались прорвать магическую защиту, но не смогли, Рехор её постоянно подновлял и поддерживал, сам он при этом под конец едва держался на ногах. Однако мы выстояли. Маг, руководивший операцией, обещал уже назавтра привести подкрепление и разнести нашу защиту. И в том, что они добьются успеха, я не сомневался: Рехор и так-то еле справился, а тут их должно было быть больше. Нам нужна была помощь, и поэтому, едва дождавшись утра, мы с племянником отправились в местную гильдию наёмников и к магам. Нам был необходим сильный отряд и пара магов, чтобы мы смогли отбиться. И мы их наняли. Но это было зря. Всё предполагаемое нападение оказалось умело разыгранной ловушкой, чтобы выманить нас из дома. На обратном пути нас и перехватили бандиты. Ну а дальше вы знаете.

Я задумался.

«А неплохо всё было организовано, и я даже догадываюсь, зачем им нужна именно эта мастерская, а не какая-то другая. И именно мастерская, а не демоны, которые в ней трудятся. Кожаных дел мастера им не нужны. А вот само здание… Отсюда очень удобно контролировать весь квартал. Как раз поэтому и были названы такие нереальные проценты и столь странное условие – передать бандитам это здание. Ну а кроме того, им нужно было показательно кого-то наказать, и два упрямых демона идеально подходили для этой цели. Их в любом случае собрались убрать, ведь здание перешло бы к новым владельцам только после смерти старого демона, а его естественной кончины никто, конечно, ждать не собирался».

Я оглядел находящихся в кабинете демонов, эльфаров и нежить в лице Мука.

– Вполне понятная и банальная история, – произнёс я, – обычный рэкет. Банда хочет выйти на новый, более высокий уровень иерархии и подмять под себя ремесленников. Ваш дом идеально расположен, он находится в самом центре квартала, от него можно за считаные минуты перебросить мобильную группу в любую его точку. Несколько подходов и путей отхода, особенно если их заранее подготовить. Возможно, тут есть ещё и удобные переходы на верхний и на нижний уровни этого города. Но вот что странно: ваш квартал – это лишь деньги. Для магов они хоть и важны, но мало что значат. Так почему эта гильдия стала работать с ними, с бандитами? Хотя, судя по тому, что я видел, это они отдают приказы. И тогда не понятно, зачем эта банда магам?

Старый демон пожал плечами:

– Не знаю. Я и о магах вам мало что смогу рассказать, разве что они откуда-то из центральных миров и их не меньше десятка.

Тут его друг поднял голову и мрачно произнёс:

– У меня есть некоторые сведения об этих магах. – И его лицо потемнело. – Я сам оказался здесь не просто так. – Он помолчал, вздохнул и продолжил: – У меня есть внучка. Она недавно закончила магическую академию. Гленая не очень сильный маг, но у неё есть пара талантов, которые ей всегда помогали. Так вот, она с ещё несколькими выпускниками этой академии и парой своих друзей открыла в этом мире небольшой филиал нашей магической гильдии. По сути, они добились статуса обособленного подразделения, так как благодаря моей внучке они смогли найти и зарегистрировать действующий портал.

«А мне говорили, что это большая редкость», – подумал я, но неожиданно замер, ухватившись за промелькнувшую в моей голове мысль.

Когда маг заговорил о портале, что-то у меня в сознании щёлкнуло.

Банда, которая должна была напасть на нас ночью, ищет группы магов, и один из отрядов этой банды, со слов тех бандитов, что издевались над Глеосом, должен был вроде пойти проверить найденный кем-то портал или какую-то иную магическую аномалию.

«Так, это уже интересно», – подумал я и спросил Рехора:

– Я так понимаю, ваша внучка пропала, и вы сейчас пытаетесь её разыскать?

– Откуда ты это знаешь? – тихо спросил он.

– Есть кое-какие сведения, что в этом городе пропадают маги и даже группы магов. Сами работаем над этой версией.

– Да, и откуда у тебя эти сведения? – всё так же тихо спросил он.

Но его аура говорила о том, что маг очень напряжён и насторожен.

– Это не единственная банда, с которой мы разобрались, – пожав плечами, ответил я.

– Понятно, – уже спокойнее произнёс Рехор.

– Так что вы знаете о тех магах, что в сговоре с этой бандой? – в свою очередь спросил я у него.

– После того как пропала внучка, я стал собирать слухи обо всех исчезновениях магов, которые произошли за последнее время. И наткнулся на два из них, что могли представлять интерес. Первый – это то, что кто-то проявляет особый интерес к недавно открытым гильдиям, особенно магическим. Точнее, к тем, что зарегистрированы в ближайшие два месяца. И второй слух о том, что одна из гильдий мира Ролан разыскивает какого-то очень сильного мага и его отряд. Что это за гильдия, я точно выяснить не смог. Ну а после этого я прибыл сюда, на место, где Гленая зарегистрировала свой филиал.

– Понятно, – пробормотал я и опять задумался.

Интуиция моя прямо-таки вопила, что внучка мага жива и находится в руках именно этой банды. А значит, шансы на то, что наши пути с этой бандой пересекутся, с каждым новым часом возрастают и возрастают.

По сути, я и так собирался плотно пообщаться с этими магами и их главарём, уже после того, как они захотели захватить моих девочек. А тут есть возможность спасти и парочку других магов, если они, конечно, ещё живы. Что-то очень мне не понравился тот разговор об опытах, которые проводили маги над пленными, и о том, что потом с ними стало. Однако будем надеяться на лучшее.

И опять всплыла информация, что кто-то ищет сильного мага и его отряд. Как-то всё это подозрительно. Тем более мы и сами можем привлечь внимание, наша гильдия зарегистрирована недавно, а значит, и гостей вполне можно ожидать в скором времени.

Получается, что разобраться с этой бандой мне нужно в любом случае, во избежание, так сказать, а заодно постараться выяснить, откуда их маги и насколько близкое отношение они имеют к поискам мага и отряда.

Что-то не давали мне покоя эти слухи. Хотя они вроде и не про нас, но в нашем нынешнем составе мы идеально подходим под обе категории разыскиваемых. И мне это особенно не нравится.

«Нужно скорее позаботиться о нашей безопасности», – понял я.

– Хорошо, – резюмировал я. – Я так понимаю, вы хотели бы привлечь нас в качестве ударной группы в случае, если ваши поиски дадут какой-то результат?

– Да, – опять удивлённо подтвердил он мои слова. – Но как ты узнал?

– Подумал, – лишь ответил я и спросил: – Как это ни цинично звучит, но каковы условия по контракту?

– Миллион в случае, если моя внучка будет жива, и пятьсот тысяч, если она уже мертва, но вы их получите только тогда, когда уничтожите тех, кто её похитил.

«Предложение приемлемое, даже очень, – понял я, прикинув расценки на подобные миссии для других наёмных отрядов, – но это не то, что я хотел бы от него получить».

Через базы, доступ к которым уже получил Вирт, я пробил личность стоящего передо мной эльфара. И у меня появилось другое к нему предложение. Как раз в рамках его возможностей.

– Уважаемый ректор Академии магии четырёх стихий Рехор Ил Каам Сератос. – После произнесения полного имени мага его глаза изумлённо расширились, как, впрочем, и у всех остальных. – В качестве оплаты я прошу возможность бесплатного очного или заочного обучения в вашей магической академии всех членов внутреннего круга нашей гильдии «Мастера лута». И дополнительно заключения партнёрского договора между нашими гильдиями – гильдией «Мастера лута» и гильдией «Ледяное пламя». В свою очередь мы обязуемся разыскать наследную принцессу мира Аррам Гленаю Ил Каам Сератос, вашу внучку и дочь главы гильдии «Ледяное пламя» Треноса Ил Каам Сератос.

Рехор смотрел на меня до невозможного удивлённый.

– Но откуда? – только и произнёс он.

– Неужели вы думаете, что мы не узнаем главу одного из самых старейших учебных заведений в нейтральных мирах?

– Но моя родственная связь с гильдией «Ледяное пламя»? Откуда вы узнали о ней? Эта информация доступна только очень ограниченному кругу лиц. И вы к ним никак не можете относиться.

Я хмыкнул и, улыбнувшись, сказал:

– А я и не знал. Пока вы мне всё сами не рассказали.

– Когда? – поражённо спросил ректор и посмотрел на моих друзей.

Мук как сидел, так и остался сидеть, Лениавес же с невозмутимым лицом лишь пожал плечами.

– Сейчас. Вы сказали, что она ваша внучка, что Гленая вступила в вашу гильдию, а к какой гильдии принадлежит ваша внучка, узнать не составляет проблем. К тому же у неё очень редкое имя. И оно несколько раз мелькало в сети, когда речь заходила о главе гильдии «Ледяное пламя». Тем более эта гильдия принимает лишь ледяных эльфаров, а иные расы только по протекции кого-то из них. Кстати, протекцию даёте в основном вы для лучших своих выпускников. Но к делу это относится мало. Недавно открывшийся филиал принадлежал как раз этой гильдии. Сложив все эти факты, я и сделал выводы. Конечно, в них множество допущений, однако я рискнул предположить и, как теперь вижу, не ошибся. Всё просто.

– Нет, не просто, – задумчиво протянул Рехор. – Я не знаю ни одного из тех, кто бы так быстро смог сложить эти лежащие, казалось бы, на поверхности факты. Вы очень странный чел, Баг. Вы даже удивили моего друга, который всю свою жизнь, с тех пор как мы с ним познакомились, считает меня лишь обычным магом, держащим свою небольшую лавку в одном из центральных миров.

Я вновь улыбнулся:

– И он отчасти прав. Сеть ваших магазинов, насколько я понимаю, пользуется огромной популярностью в центральных мирах. Ведь именно через неё вы сбываете лучшие изделия своих студентов, если те хотят их продать. Небольшой процент, по всей видимости, идёт вашей гильдии, небольшой – академии, небольшой – лично вам, как владельцу сети, а остальное уходит довольным начинающим магам.

Все получают своё, и все довольны. Через ваши магазины свои изделия студенты, да и другие маги, могут продать по гораздо более высокой цене, если бы делали это через какую-то иную сеть распространения, и всё это благодаря вашей репутации и качеству того товара, что вы постоянно стараетесь поддерживать. Неплохо задумано. Жаль, конечно, что не вами. Но идею вы реализовали мастерски.

Глаза Рехора с каждым моим словом всё расширялись и расширялись.

– Откуда? – выдавил он, что и так читалось на его лице.

– Ну не зря же именно меня выбрали вести переговоры и представлять нашу гильдию на них. Вычислить самого заинтересованного – не проблема. А чаще всего именно этот заинтересованный и является главой или владельцем, руководителем или зачинщиком. Так и с магазинами. Если вы думаете, что о вашей связи с ними мало кому известно, то глубоко ошибаетесь. Об этом гуляют слухи даже в сети. Клиенты и идут именно к вам, потому что знают, кто владелец этих заведений. Главе академии они доверяют гораздо больше, чем какому-то обычному торгашу. Потому что знают: вы заботитесь больше о престиже своей академии, чем о прибыли этих магазинов. Поэтому и товар у вас всегда самый лучший, качественный и надёжный.

– М-да, – только и сказал Рехор.

Ломар же с племянником и дочерью просто хлопали глазами.

– Всё это сказано мной не просто так, – пояснил я магу. – Я хочу, чтобы вы поняли: мои слова не пустой звук. Я догадываюсь, где держат вашу внучку, и постараюсь её спасти. Если она жива, мы её вытащим. Но вы должны это понимать: если она жива, – тихо повторил я. – Поэтому я сразу обговорил условия. Я не буду просить заключать с нами контракт сейчас. Это ни к чему не приведёт, и в моём понимании он будет нечестен по отношению к вам. Вы дадите ответ после того, как я помогу. Вас это устроит?

Рехор поднялся и молча протянул мне руку для пожатия.

– Спасибо, – только и произнёс он.

– Мы сделаем всё, что в наших силах. Поверьте, – ответил я ему. – Приходите завтра утром в таверну «Жирный боров», у нас к тому времени должны будут появиться первые сведения о вашей внучке.

– Хорошо, – кивнул он, – я приду. – И сел обратно в кресло.

Похоже, эта часть разговора была завершена. Теперь осталось разобраться с теми, кто сидел рядом с ним, демонами-ремесленниками. Сейчас они смотрели на меня не менее настороженно, чем в начале нашего знакомства, но в дополнение к этому во взгляд добавились некие искорки надежды.

Их настолько сильно поразил мой разговор с Рехором, что теперь они смотрели на меня как на какого-то всезнающего бога. И теперь любое моё предложение они будут стараться рассмотреть именно с точки зрения выгоды как для меня, так и для них самих, что мне в общем-то и нужно.

Обдумав свою стратегию и то, что они услышали сейчас, я при разговоре с ними решил сразу взять быка за рога. Прямой подход тут даст гораздо больше результатов.

– Господа, Длая, – обратился я к ним, – у меня для вас тоже есть кое-какие предложения. Однако сначала, чтобы я мог понять, что вам можно предложить взамен, мне бы хотелось услышать от вас некоторые ответы на свои вопросы. Это возможно?

– Ну, мы постараемся ответить, – не очень уверенно произнёс Ломар.

– Вот и замечательно, вы, главное, постарайтесь, – согласился с ним я и сразу спросил, обращаясь к его племяннику: – Ты уже состоишь в какой-нибудь гильдии?

– Нет, я ещё не накопил на первый взнос, но у меня есть время, почти полгода, – ответил он. – Товар, который с лихвой покроет мои затраты при вступлении в гильдию, уже полностью готов и выставлен на продажу. Вы его должны были заметить, дядя мне выделил под него отдельный стенд внизу в зале.

– Понятно, – мотнул головой я. – Да, я видел этот стенд. – И повернулся к пожилому демону: – Вы, Ломар, как я понимаю, уже состоите в гильдии «Кожаных дел мастера», верно?

– Да, – кивнул тот, – всё верно.

– Угу. – Я посмотрел на девушку, дочку Ломара: – Ну а ты, Длая? Какими судьбами ты оказалась здесь? То, что ты не в гильдии, я уже понял, но ты ведь тут с сыном. Что тебя привело в эти миры?

– В родном мире у нас проблемы. Мой муж был главой одного клана демонов-наёмников. Но у нас произошёл переворот, и его убили, я с сыном сумела укрыться в городе, а потом бежать сюда.

– Прости, не знал, – извинился я за несколько бестактный вопрос.

– Ничего, я уже смирилась, тем более и мой муж оказался не готов к тому, что произошло, хотя его несколько раз предупреждали о надвигающейся угрозе. Он же всё пировал, устраивал набеги, охотился да гулял по девкам.

Как-то в её голосе печали о потерянном муже особо не слышалось. А в конце она даже еле сдержалась, чтобы не чертыхнуться. Похоже, отношения у них в семье были натянутыми, если они вообще были. Девушка явно не жалела о потере мужа.

«Ну, или демонессы устроены не так, как мы, и думают совершенно иначе, – сделал вывод я. – Хотя, что за идиот, если думает о других, когда рядом с ним такая девушка, я, конечно, не понимаю».

Так что и мне особо было не жаль её мужа.

– И какие у тебя теперь планы? – уточнил я у Длаи.

– Постараюсь попасть в одну из гильдий, если это не получится, то уйду в любой тёмный мир, – спокойно сказала она. – Только вот Рамоса оставлю отцу. Здесь у него будет больше шансов выжить и продвинуться.

«Да нет, обычная девушка», – почему-то обрадованно подумал я.

Когда демонесса заговорила о своём сыне и о расставании с ним, то хотя в её голосе никаких эмоций и не промелькнуло, но аура-то лгать не может. Она боялась и страшилась этого момента. Переживала и с ужасом ждала этой минуты. Минуты расставания. И времени, похоже, у неё оставалось немного.

– Что, всё так плохо? – тихо, с сочувствием спросил я.

Она было вскинулась, видимо желая дать мне или оплеуху, или резкую отповедь, но, похоже, что-то в моём лице её остановило, и она, опустив голову, печально ответила:

– То, что мне предлагают, меня не устраивает, не тем, что это не та работа, что мне нужна, а тем, как я смогу туда попасть. И это не тот путь, который я хотела бы выбрать. Эту грязь потом никогда не смоешь с души. Лучше умереть, – серьёзно и без обиняков закончила девушка.

Ломар при этом грустно сморщился и опустил глаза.

– Я хотел бы продать свой дом или ещё что-то сделать, но тогда я не смогу оставить здесь внука, мне просто не позволят местные законы. Да и Длая против этого. Она не хочет забирать мальчика с собой. И поэтому я бездействую. Той наличности, что у меня есть, не хватает на первый взнос ни в одну гильдию. Если бы не эти обстоятельства, мы смогли бы накопить ну или получить заём в банке. Однако последний месяц нам мешали работать и торговать, поэтому клиентов практически нет. Да и местный банк, похоже, в курсе нашего положения, так как отказал нам. Мы и так уже работаем в убыток, – тихо рассказал мне о сложившейся ситуации пожилой демон.

– Понятно. – Ещё раз всё обдумав и оценив сложившуюся ситуацию, я сказал: – У меня есть для вас один выход, и он будет выгоден нам всем. – И я посмотрел на них, ожидая какой-нибудь реакции.

– Мы тебя слушаем, – наклонил голову Ломар.

– Хорошо, – произнёс я. – Тогда так. Здесь собрались взрослые, серьёзные демоны, поэтому я с вами буду говорить языком сухих цифр и фактов, ничего не приукрашивая и не скрывая. Длая, начнём с тебя. На данном этапе ты, как это ни покажется странным, играешь ключевую роль для того, чтобы мы смогли как-то вам помочь. Для реализации нашего плана мы первым делом предлагаем вступить тебе в нашу гильдию, не требуя от тебя никакого вступительного взноса. Это разом решает все твои проблемы. Как вы понимаете, это будет сделано не просто так. – Я посмотрел на ожидающих продолжения демонов и девушку. – В качестве ответной услуги этот дом и соответственно всю мастерскую твой отец перепишет, – на этом месте старый демон вскинулся, но я удивил его: – На тебя.

– Да ты ничем не лучше… – начал говорить он, видимо пропустив мимо ушей мои последние слова, но, похоже, смысл сказанного наконец дошёл до него. – Что? – поражённо переспросил он.

– Вы всё верно поняли. Этот дом вы должны оставить своей дочери. Фактически он так и останется вашим. Но, по сути, он частично перейдёт в собственность гильдии, так как будет принадлежать одному из его членов. Единственной проблемой в будущем станет для вас то, что теперь все поколения ваших потомков, если захотят владеть этой мастерской, должны будут стать членами нашей гильдии. Это не противоречит никаким законам и правилам. Но главное, никто не сможет отобрать его у вас, обойдя нас. Им придётся сначала иметь дело с нашей гильдией, и только потом – с вами. Это обезопасит вас от попыток захвата, что была предпринята бандой и магами. Это первое. Иного пути решения вашей текущей проблемы без нарушения законов мы предложить не можем. Дальше. Это касается уже самой мастерской. По сути, всё, что будет продаваться в этом магазине, будет идти тебе и, как я понимаю, твоей семье. То есть для вас практически ничего не изменится. Десять процентов нашей гильдии, пятнадцать – тебе как владельцу и остальное – поставщику товаров. То есть твоему отцу или твоему кузену. Как вам такой вариант? – Демоны молчали. – Ладно, можете пока не отвечать. Тогда продолжу. – Я вновь посмотрел на демонов, сидящих вокруг стола. – Это было то, что мы можем сделать, чтобы обезопасить от захвата вашу мастерскую. Теперь поговорим о том, что будет касаться непосредственно вас самих. – Первой в очереди был девушка. – Длая, с тобой всё относительно просто. Ты будешь уже членом гильдии. Но нам необходимо найти в ней тебе то место, что ты займёшь. – Оглядев её с ног до головы, чем вызвал у неё нервное подёргивание, я сказал: – Как вижу, у тебя есть неплохие бойцовские навыки. Кем ты была раньше? И откуда они?

– И как ты это понял? – спросила она.

– Увидел.

– Меня готовили как личного телохранителя для нашей правительницы, – промолвила девушка. – Мама раньше тоже была телохранителем, поэтому в память о ней взяли меня. Со службы я ушла с рождением сына, но никогда не бросала тренировок. Именно мои навыки мне и помогли сбежать из нашего стана. Ты думаешь, кто-нибудь выпустил бы жену свергнутого вождя с его прямым и единственным наследником?

Я отрицательно помотал головой.

– Верно, – кивнула она.

– Хорошо, – промолвил я, – очень хорошо. Конечно, твои умения стоит оценить получше, но я и так вижу, что как индивидуальный боец ты неплоха. – Длая хмыкнула себе под нос. А я продолжил: – Тогда сделаем так: ты перейдёшь в наш отдел по обеспечению безопасности, думаю, они будут не против такого пополнения. Это позволит тебе заниматься тем, что ты неплохо умеешь, к тому же у тебя появится превосходный командир, у которого ты многому сможешь научиться, и рано или поздно, возможно, возглавишь свой собственный отряд в нашей гильдии. К сожалению, если ты будешь одним из сотрудников службы безопасности, то волей-неволей прикоснёшься к части секретов нашей гильдии, и поэтому тебе придётся дать клятву служения. Но это, по сути, мелочи. А насчёт того, что тебе нечем будет заняться, не беспокойся, мы всегда найдём чем вас нагрузить, без работы не останетесь. Особенно если у вас сформируются сильные небольшие мобильные отряды.

На этой мысли я остановился.

«А ведь неплохая идея – создать несколько мобильных, хорошо защищённых и вооружённых отрядов для выполнения патрульных функций и быстрого реагирования. Однако придётся продумать их состав и систему связи как между самими группами бойцов, так и с подконтрольными нам участками и заведениями. И если это станет работать, то клиенты, с той скоростью распространения слухов, что существует в нейтральных мирах, сами скоро о нас узнают и потянутся к нам. Нужно бы это в будущем обсудить с Гроном. Пусть начнёт присматривать молодых перспективных бойцов, только собравшихся вступить в гильдию. – Я задумался. – Да, так и нужно сделать», – решил я и вернулся к прерванному разговору, так как передо мной как раз и сидел один из подобных бойцов.

– По оплате. Она стандартная. Оклад тебе назначит твой будущий начальник в соответствии с теми умениями и навыками, которые ты сможешь ему продемонстрировать. Он справедливый и честный демон. Надеюсь, ты обдумаешь моё предложение, и оно тебе не покажется унижающим твою воинскую честь. Но если говорить откровенно, то особо выбора, как я понимаю, у тебя нет. Так что я очень надеюсь на твой положительный ответ. На твой и твоего отца. – Я посмотрел на пожилого демона, сидящего рядом с дочерью.

– Нужно всё хорошенько обдумать, – сказал Ломар.

– Думайте, – согласился я, – но много времени я вам дать не могу, ответ мне нужен завтра утром.

– Хорошо, – отозвался ремесленник.

– Тогда то, что касается вас, – кивнул я пожилому мастеру-демону. – Основные условия для вас не изменятся: семьдесят пять процентов с прибыли идут вам. Я, конечно, понимаю, что какая-то сумма из этих денег должна будет достаться той гильдии, в которой вы состоите, но и здесь можно предложить вам воспользоваться одним вполне законным трюком. Он, конечно, не избавит вас от выплат в свою гильдию полностью, но может значительно сократить их.

– И что это за трюк? – заинтересованно спросил Ломар.

– Всё просто. Вы соглашаетесь на реализацию своей продукции через нашу сеть магазинов и заключаете с Длаей договор о процентной ставке. И она задирает её до максимума, а это шестьдесят пять процентов от стоимости товара. И тогда процент, который вы должны будете переводить своей гильдии, станет отсчитываться от вашей чистой прибыли, а это всего тридцать пять процентов. По сути, весь доход, который вы получаете, останется в вашей семье, мы, также как и раньше, берём десять процентов, а всё остальное идёт вам. Вернее, вашей дочери и вам.

– И откуда у тебя такие познания? Ведь видно, что ты не торгаш. Я ещё ни разу не слышал, чтобы кто-то так пробовал уйти от ежемесячных взносов в свою гильдию.

– Да, не торгаш, но знать законы и думать можно даже такому, как я. – И, усмехнувшись, добавил, передразнивая голос Лениавеса: – Дикому северянину.

Но задумался: а ведь и правда, эти идеи мне не подкидывали ни Вирт, ни Искатель. Они только мои, я лишь с помощью их искал необходимую мне информацию и обрабатывал найденные сведения в нужном мне ключе. Видимо, тот прямой доступ в нашу общую базу знаний именно так и работает. Я обращаюсь к себе в память, а данные туда мне подбрасывает Искатель, получив их от кластера. Очень удобно, но, главное, неимоверно быстро. Это первый из значимых плюсов, который я физически ощутил от тех изменений, что произошли с ментоинтерфейсом после его обновления и оптимизации. Коль это так хорошо повлияло на мои способности сейчас, то и пусть оптимизацию всего уже навешанного на меня менто-информационного хозяйства кластер не прекращает и в фоновом режиме проводит те изменения, которые не потребуют отключения моего сознания или чего-то подобного.

«Принято», – отрапортовал он.

Ломар между тем произнёс:

– Понятно, мне есть над чем подумать. Твоё предложение выглядит очень привлекательно. А с учётом твоей последней идеи тем более.

– Хорошо, – ответил я. – А теперь давай поговорим о тебе. – И посмотрел на Крогана.

Тот несколько стушевался от всеобщего внимания к своей персоне. Похоже, хоть парнишка и вёл себя достаточно смело при стычке с бандитами, но по жизни был достаточно скромным малым. Что мне, если честно, только на руку.

– К тебе у нас есть тоже особое предложение. Мы хотим, чтобы ты вступил в нашу гильдию. Особо заинтересовать тебя нам нечем, тебе так же придётся платить вступительный взнос, как и в любую другую гильдию, единственное, что мы можем предложить, – это рассрочку на год или три, в зависимости от того, как договоримся. Но если ты станешь членом нашей гильдии, твою и так неплохую продукцию будут отрывать с руками. У нас в гильдии есть очень хороший рунный маг, и он сможет зачаровывать твои доспехи. Как я обратил внимание, стоимость даже не очень хороших по качеству изготовления, но зачарованных вещей, в том числе оружия и прочей воинской амуниции, стоит на порядок дороже. И такую продукцию, если она действительно стоит своих денег, а цены на неё искусственно не задирают, раскупают мгновенно. Однако в вашей мастерской я видел всего несколько зачарованных предметов, которые, как я понимаю, предоставил вам ваш друг. Так вот, предложение такое: вы с этим магом будете работать в паре – ты изготавливаешь доспехи и прочую амуницию, а он зачаровывает её наиболее подходящими заклинаниями. Так как вы будете состоять в одной гильдии, то и цены на зачарование предметов тебе будут предоставляться льготные. И только одно это намного повысит ценность ваших совместных изделий. Подумай об этом. Вы, кстати, мастер, – я посмотрел на Ломара, – тоже можете подумать на эту тему, хотя для вас это будет не настолько выгодно. Но если вы будете делать это через свою дочь, – сразу прикинул я, – то тоже сможете неплохо заработать на подобной схеме. – Я замолчал, пытаясь вспомнить, всё ли сказал. – Это, пожалуй, всё, что мы хотели вам предложить. Времени, как я уже говорил ранее, на раздумья мы, к сожалению, вам много предоставить не можем. Поэтому будем ждать вашего решения завтра утром в таверне «Жирный боров». – Я стал подниматься. – А сейчас позвольте откланяться. Дела. Мастер Ломар, Рехор, Кроган и Длая. Приятно было с вами познакомиться и пообщаться. Надеюсь, это наша не последняя встреча. – И направился к выходу из кабинета. – Эй, а вы чего расселись? – спросил я у корнола и Мука. – Здесь всё, пошли дальше.

Эта смена размеренного разговора и резкого начала каких-то действий, похоже, сбила моих друзей с того ритма, к которому они привыкли, так как Лениавес удивлённо спросил:

– Что, уже?

– Ну да, – ответил я, – с этими господами и дамой у нас всё решено. – И добавил: – По крайней мере, до завтрашнего утра.

Мук сразу пошёл за мной. Лениавес же как-то смущённо поднялся и произнёс:

– Простите нашего молодого друга – дикарь, что с него взять, он мало что понимает в этикете и правилах поведения. Не уверен, что он и слова-то такие знает. – Сделав изящный поклон, который я уже имел возможность пару раз наблюдать, он попрощался со всеми: – Рад был с вами познакомиться. – И направился вслед за нами.

Уже подходя к двери, я стукнул себя по лбу:

– Как же я смог забыть! Простите, я же искал таких мастеров, как вы, не просто так. Мне нужно изготовить несколько костюмов из шкуры одного необычного животного. Но при этом она не должна потерять своих свойств, так как они уникальны и именно поэтому важны для меня. Вы сможете мне помочь? – Я посмотрел на обернувшихся на мой голос ремесленников.

– Можно её увидеть? – спросил Ломар.

– Э… – протянул я. – Тут места маловато, – честно постарался я ответить на его вопрос. – Можно это сделать там, где вы занимаетесь выделкой шкур? – спросил я.

– Такой большой рулон? – удивился старый мастер.

– Не совсем, – уклонился я. – Лучше пойдёмте, я вам покажу.

Выйдя в коридор, я стал дожидаться мастера и его ученика, но, как обычно бывает, за нами увязались и все остальные. Всем было интересно, что это не сможет влезть в кабинет к старому мастеру.

Выйдя во двор, мы увидели большой навес, под которым просушивались различные заготовки и другой материал. Дальше была дубильня. Тут же лежали стопками необработанные шкуры, стояли бочки с какими-то настоями и смесями. В общем, здесь находилось примерно то, что я и рассчитывал увидеть. Правда, было и несколько особенностей. Некоторые бочки так и разили магией. Магия чувствовалась в настоях, каких-то смесях. Не везде, конечно, но кое-где она присутствовала. И ещё, я так понял, кожевенники сами занимались и разделкой туш. Похоже, они хранили их тут же, а потом что-то делали с останками животных, с которых снимали эти самые шкуры. И это место привлекло моё особое внимание.

Во-первых, как я понял, этими смесями был какой-то маринад, в который они помещали разделанное мясо и ливер. И во-вторых, в нём во множестве плавали занятные ментально-активные штучки, которые нужно было оттуда срочно извлечь. Нечего им было пропадать в этом непонятном месиве. Мы сами придумаем им лучшее применение. Главное – разобраться в их свойствах.

– Что это? – на всякий случай уточнил я, указав на контейнер с маринадом, хотя общее назначение мне и так было понятно.

Кроган посмотрел в указанном мной направлении, увидел большую бочку, на которую я показывал, и пояснил:

– Здесь мы храним мусор и те остатки мяса, что не смогли перепродать в различные таверны. Ведь после свежевания шкур остаются тушки животных. А на них тоже есть спрос. Тут же мы храним различный мусор и ливер, что не смогли продать. Туда залит специальный настой, не позволяющий испортиться мясу и попавшим туда внутренностям. Когда контейнер заполняется, мы перепродаём его или магам, они иногда скупают его для своих опытов, но это бывает редко, или торговцам животными, они охотно покупают у нас эту мясную смесь и кормят ею различных хищников. В общем, и на этом мы стараемся зарабатывать.

– Понятно, – кивнул я. – Вы не против, если и я у вас кое-что оттуда заберу? Могу заплатить.

– А зачем это тебе? – удивился молодой мастер. – Мы, конечно, не против, но там нет ничего ценного.

– Ну, это на твой взгляд, – ответил я ему.

– Давай сотню кредитов – и по рукам, вылавливай там всё, что тебе понравится, – усмехнулся он, подумав, что я откажусь.

Не на того нарвался, хоть цена и была завышена. Я спокойно вытащил эту мелочь и отдал ему. Но подходить к контейнеру не стал. Инвентарь и так уже извлёк оттуда всё, что мне необходимо. Порядка пятидесяти органов различных животных, наполненных менто-энергией.

– И что? – спросил у меня Кроган.

– В смысле? – не понял я.

– Так тебе там что-то нужно? – пояснил он.

– Наш маг уже всё, что нам может оттуда понадобиться, выгреб. – И я кивнул в направлении шагающего позади нас демонёнка.

Мой не высокий, но от этого не менее опасный, а самое главное, очень молчаливый друг удивлённо посмотрел в мою сторону, но мне ничего не «сказал».

«Молодец, всё схватывает на лету», – подумал я о Муке.

А потом, подумав, произнёс:

– Вы перед тем, как сбывать товар, приглашайте нас. Если нас что-то заинтересует, то мы будем готовы заплатить по сотне кредитов за такой вот контейнер, конечно, если в нём действительно будет что-то стоящее. – И, помолчав пару мгновений, добавил, посмотрев на молодого и старого ремесленников: – Это мы готовы делать, даже если вы не вступите к нам в гильдию.

Я замолчал, оглядывая окружающее пространство и прикидывая, где было бы сподручнее вытащить со склада тушку убитого в подземельях города Древних животного.

Тут Ломар, молча слушавший наш разговор, спросил:

– Так маги не просто так скупают этот фарш? – и указал рукой на большую ёмкость с потрохами.

– Естественно, – ответил я, – и, похоже, платят они вам не по сотне кредитов, верно?

– Да, – согласился тот, – по двадцать, а мясники и торгаши по десять.

Я на это лишь пожал плечами:

– Ну вот и почувствуйте разницу. Мы стараемся вести честные сделки. Это в наших же интересах. Если в подобном мусоре мы не найдём ничего интересного, то и приобретать его не будем. А так, заплатим вам действительную стоимость. Своих мы не обижаем. Если там попадётся что-то действительно ценное, то и премировать можем. – Замолчав, я указал на достаточно большой пустой участок посреди двора и спросил у хозяев: – Можно воспользоваться этим местом?

Старый демон лишь махнул рукой.

Мгновение – и посреди двора раскинулась огромная тушка того самого хомячка, что напал на нас в подземельях.

– Сумка путешественника? – уточнил Рехор.

– Да, – кивнул я.

– Судя по всему, вам достался неплохой экземпляр, работа никак не меньше чем магистра пространственника.

– Возможно, – согласился я. – Сумка мне досталась по случаю, кем она изготовлена, не знаю. Но не отрицаю, что её сделал мастер своего дела.

– Так и есть. Мастер, и хороший, – подтвердил моё предположение маг.

Между тем ремесленники, подошедшие поближе к материализовавшейся посреди их двора тушке, ходили вокруг неё, осматривая её и обсуждая что-то между собой.

– Это что? – наконец спросил Ломар.

– Да вот, одно маленькое и очень грозное чудовище пыталось натравить на нас эту милую зверюшку, – усмехнулся я. – И, как видите, у зверюшки ничего не вышло.

– А у чудовища? – с интересом спросила стоящая поодаль Длая.

– И у него тоже, – ответил я ей. – И уже серьёзнее добавил: – Вообще-то это обитатель лесов из одного срединного мира, местные называют его роланг.

– Никогда подобных зверей не встречал, – прокомментировал увиденное Ломар.

Его племянник покивал, подтверждая слова своего учителя:

– И я тоже.

Рехор же сказал:

– В нашем родном мире есть подобные звери, но ничего необычного в них нет. Да и размером они чуть поменьше, – и посмотрел на меня.

– Всякое можно встретить, – согласился я с ним. – Но это животное обладает рядом определённых свойств. Вернее, ими обладает его шкура. Присмотритесь, – предложил я магу.

Он пару мгновений стоял и скептически смотрел на тушку зверя, однако потом удивлённо взглянул на меня и, подойдя ближе, воскликнул:

– Не может быть?!

И вновь всмотрелся в труп зверя, активируя идентифицирующее плетение из школы магии земли.

– Очень сильные маскирующие свойства, – через некоторое время произнёс он. – Никогда не слышал, чтобы кто-то находил существ с такими врождёнными качествами.

«Очень жаль, что не слышал, – подумал я. – Был бы шанс поискать след, ведущий на планету Эреи».

И ответил ему:

– Ну, вот вам наглядный пример того, что не всё и всем известно. – И, уже обращаясь к мастерам-кожевенникам, сказал: – Я сам не стал свежевать эту тушку, боясь подпортить его шкуру. Но не это главное. Мне необходимо из неё сделать несколько комплектов одежды. Это возможно и сколько получится? Можете хотя бы примерно прикинуть?

Кроган достал какую-то дощечку и сразу начал что-то на ней писать. Ломар пояснил его действия.

– Считает он гораздо лучше меня, но для полной оценки нам нужны точные размеры того, для кого будет предназначена одежда.

И он перечислил то, что ему требовалось. Рост, обхват груди, талии, длина плечевой области и руки, объём рукава, ширина плеча, объём ягодиц, ширина бёдер, длина брюк и длина ноги, размер стопы. После чего с усмешкой посмотрел на меня, ожидая ответа. Но не на того напал.

– Мне нужно два женских костюма и два для ребёнка.

И я, выведя на ментоинтерфейс сохранённые виртуальные модели своих спутников, вернее, спутниц, а также Мука, при помощи кластера, вплоть до миллиметров вычислил все затребованные параметры, а потом продиктовал их ошарашенному демону.

– Не ожидал, – честно признался он и пояснил: – Я лишь хотел сказать, что без предварительной мерки подобные вычисления сделать будет очень проблематично, однако после твоего ответа… Подожди пару минут. – И старый мастер подошёл к молодому.

Я пока стал инвентаризировать найденные внутренние органы животных. Ничего особо интересного среди них не оказалось, но кое-что из этого ливера получить всё-таки было можно. Например, можно приготовить эликсир восстановления магической энергии или временного увеличения сил, пару органов пустить на эликсир лечения средних ран. Однако среди всего этого среднестатистического мусора был один странный, необычный орган, который позволял привить организму способность перерабатывать кремний в полезные минералы. Не знаю, кто был его источником и откуда он взялся, но это была единственная действительно интересная находка.

Кожевенники закончили свои расчёты и подошли ко мне.

– Мы тут посмотрели и прикинули, и у нас получилось, что можно сделать два полных женских комплекта одежды по этим размерам и два детских. Это с учётом капюшона и походной укреплённой обуви. Мы так поняли, одежда нужна походного образца.

– Да, – кивнул я.

– Хорошо, – ответил Ломар. – Тогда ещё останется материала для изготовления одной куртки, примерно на мужчину средних размеров или крупную женщину.

Я, задумавшись, огляделся кругом, и мой взгляд наткнулся на Лениавеса.

«А почему нет?»

Повернувшись к Ломару с племянником, продиктовал необходимые параметры для изготовления куртки для корнола.

«Его тоже нужно беречь. – И представил, как она будет выглядеть. – Тем более это вроде как форма уже получается».

Надеюсь, это не привлечёт к нашей гильдии слишком большого внимания. Хотя если действовать я стану за их спинами, а видеть будут в основном их, то никто нас не сможет связать, если, конечно, не будет знать всего точно. Ведь на мне нигде не написано, что я принадлежу к этой гильдии. Решено, костюмы им нужны, даже необходимы.

Это дополнительная, небольшая мера безопасности для отвода глаз. Плюс они дают такой бонус, как практически полное сокрытие ауры.

– Хорошо, тогда договорились. Заказ у вас есть. Только я хотел бы получить не просто кожаные костюмы, а что-то вроде лёгкого полного доспеха. Ну и куртку укрепите максимально, мне очень понравился тот составной вариант с тонкой кольчугой, что висел внизу в зале. Пойдёт?

– Вполне, – ответил Кроган. – Как я понимаю, этот слой материи нужно сделать внутренним и, по возможности, чтобы он подвергался минимуму повреждений? – уточнил он.

– Всё верно, – согласился я.

– Тогда мы можем сделать один очень интересный вариант доспехов, который будет состоять из шёлка, бархата, вашего материала и очень крепкой и плотной, но при этом неимоверно эластичной кожи виверны. Это такое драконоподобное существо. Плюс она даст дополнительную собственную естественную защиту от низкоуровневых магических атак. Однако эти костюмы вам выльются в копеечку. Этот материал неимоверно дорог. Но у нас он есть. Один из клиентов когда-то сделал заказ, но так и не смог оплатить его, и с тех пор материал лежит невостребованным.

– И в какую цену нам всё это обойдётся? – поинтересовался я.

– Детские костюмы по десять тысяч, женские – по двадцать, мужская куртка – двенадцать, но я могу укрепить её на руках полностью и в области позвоночника сегментарно костью шипохвата, а обычную кольчужную сеть заменить мифриловой, но тогда цена прыгнет тоже до двадцати тысяч.

Ну, защита и сохранность моих друзей и моих девочек стоит любых денег, да и суммарно вышло несколько дешевле, чем я рассчитывал, будем считать это тем остатком, что я заплатил за дом. А поэтому…

– Я согласен, – кивнул я и протянул руку для рукопожатия.

Демоны не растерялись, и сначала Ломар, а затем и Кроган пожали мою руку. Однако старый мастер чуток помялся и произнёс:

– Давайте заключим контракт на изготовление доспехов завтра. Если мы примем ваше предложение, то будет глупо сразу сдирать с вас такие деньги. Но работу мы начнём делать уже сейчас.

– Нет проблем, – согласился я. – В этом случае я тем более не настаиваю. И поэтому жду вашего решения.

– Ну, у нас вроде всё, – начал говорить я, обращаясь к Лениавесу и Муку, когда вспомнил, что остался ещё один незакрытый вопрос. – Простите, мастер, – обратился я к Ломару, – не встречались ли вам такие доспехи и не знаете ли вы материал, из которого они изготовлены? – И выложил на землю перед ним костюм медведя, найденный в подземельях.

– Конечно, знаю, – удивлённо ответил демон, – такие костюмы делают только мастера в нейтральных мирах. Это мастера расы Краам. И это их костюм. Только они владеют секретом выделки шкуры морского кракена. Твоя сумка, кстати, изготовлена из этого же материала, – сказал мне пожилой демон.

– И его можно как-то восстановить? – уточнил я. – А то он сильно задубел.

– Вижу, – ответил Ломар и, усмехнувшись, добавил: – А привести его в нормальный вид очень просто, для этого необходима морская вода. Нужно поместить его в неё на несколько суток, и он полностью восстановится, приняв свой первоначальный вид. Это же шкура кракена. После этого хоть снова выставляй доспех на продажу.

– И что, он ценный? – поинтересовался я.

– Это очень износостойкий, практически вечный материал. И на него очень сложно наложить какие-то заклинания. Да и пользуются подобными костюмами в основном только краамы. Но твой доспех полный. А значит, и стоить он будет не меньше, чем один из тех костюмов, что мы собираемся изготовить для вас. Тысяч восемнадцать-двадцать. Однако покупателя найти на него будет очень сложно.

– А если поместить объявление о его продаже в сети? – спросил я.

– Не знаю, – честно ответил тот, – никогда так не делали.

– Понятно, – сказал я, – тогда оставлю вам ещё и его, постарайтесь придать ему лоск.

А сам подумал:

«Почему местные, когда есть такой невероятно удобный способ распространения информации, как глобальная сеть нейтральных миров, не пользуются ею?»

Хотя это, конечно, утрированно. Доски объявлений там всё-таки есть, но никто не использует их, чтобы найти тот или иной необходимый товар. Но ведь практически все магазины, лавки, торговые точки, да и просто частные лица дублируют информацию о своём товаре в ней.

«Странно. Нужно этим воспользоваться».

Ведь есть подобная информация не только о продаже, но и о покупке необходимых товаров.

Таким образом, практически не вкладываясь, можно наладить сбыт и поставку, главное, чтобы кто-то замечал необходимые цепочки спроса и сбыта, а потом доставлял из одной точки нейтральных миров затребованный товар в другую.

«Это тоже нужно взять под контроль. Контролировать сеть может и кластер. Его ресурсов, как я вижу, пока на это вполне хватает. Тем более в будущем эти задачи можно переложить с него на невостребованные серверы, которые мы обнаружили здесь, на станции. И уверен, подобные невостребованные вычислительные мощности есть и во многих других нейтральных мирах. А вот о доставке товаров, естественно, придётся позаботиться. Для этого нужно создать некое подобие курьерской службы для клиентов. Сначала перемещаться своим ходом. Но ведь можно и пользоваться возвратными камнями для большей скорости, правда, для этого нужно будет собрать нашу собственную их коллекцию».

Всё это я надиктовал Вирту и ментоинтерфейсу, чтобы они начали разрабатывать концепцию захвата этого оставшегося полностью неохваченным сегмента рынка нейтральных миров и будущую нишу нашей гильдии в нём.

– Ну, теперь мы тут наверняка закончили, – проговорил я, обращаясь уже ко всем, – и мы, пожалуй, пойдём. А то и правда, у вас что-то больно задержались. Приятного вечера вам, господа, дамы. Надеюсь, завтра мы с вами увидимся не при столь напряжённых и настороженных обстоятельствах. До скорого свидания. – И я развернулся в сторону выхода, который был и на заднем дворе их мастерской. Только вёл он на параллельную улицу.

Прикинув маршрут, я понял, что отсюда до нашей резиденции даже ещё ближе, чем мы шли первоначально. Так что мы, можно сказать, удачно срезали этот небольшой уголок.

Попрощавшись, за мной двинулись мои друзья. Вернее, попрощался только Лениавес, правда, в этот раз никаких упрёков, касающихся моего воспитания, не было. Мук же, естественно, только молча склонил голову и так же молча покинул пределы мастерской.

Теперь наш путь лежал к тому адресу в квартале магов, по которому находился дом, который я приобрёл в надежде, что он станет резиденцией нашей уже сформированной и заявленной гильдии. Осталось только разобраться с теми странностями и слухами, что его окружали. Именно этим мы и должны были сейчас заняться. А то у меня складывалось впечатление, что этот длинный и долгий день никогда не закончится. А ведь за ним должен последовать не менее долгий вечер и практически бесконечная ночь. Так много планов крутилось у меня в голове…

Но и с нашим домом нужно успеть разобраться сегодня.

А поэтому мы идём к нему.

Вот и знакомый поворот.

Вот виднеется тот дом, что мы приобрели.

Вот и дверь, ведущая в него.

Я останавливаюсь и поворачиваюсь к своим друзьям.

– Вам туда нельзя, – говорю я, – с домом должен разобраться я сам. Если мы войдём туда все вместе, то вы погибнете. Я этого не хочу. А в одиночку у меня есть шанс. – Заметив, что Лениавес хочет что-то сказать, я прерываю его: – Поверь. Я знаю, что так и нужно. Вам туда пока ещё нельзя. – И, уже не обращая внимания на его возмущённое лицо, повторяю: – Ждите. – И, развернувшись, делаю шаг вперёд и открываю незапертую дверь.

Оглянувшись на своих друзей, я им подмигиваю и вхожу в этот дом, окутанный зловещей тайной и кучей ужасающих слухов.

Когда из мастерской ушли этот странный Баг с не менее странной компанией магов, старый мастер со своими домочадцами вновь вернулись в его кабинет.

– Ну, что вы скажете? – обратился он ко всем присутствующим.

Племянник пожал плечами:

– Не знаю, то, что он говорит, слишком заманчиво, чтобы оказаться правдой. Я не верю, что всё может быть так просто.

Рехор усмехнулся и задумчиво произнёс:

– А просто и не будет. Вы думаете, эти нападения остановятся с уничтожением этой маленькой банды? – И сам же ответил: – Нет. Если какая-то гильдия заинтересовалась этим миром, то она постарается подмять его под себя. И вам нужно решить, с кем вы хотите остаться. С теми, кто в вас заинтересован, или с теми, кто будет готов вами пожертвовать в любой момент. И кто из них кто, решать вам, и только вам. – Он помолчал. – Знаете, пока вы разговаривали, я пытался хоть что-то узнать по этой гильдии и её магам. Так вот, у меня получается, что гильдия эта или молодая, или старающаяся не высовываться. И я склонен придерживаться именно второй версии. Их информированность и умение ориентироваться в ситуации просто поражает. Оба мага, что пришли с этим челом, очень сильны. Один из них, тот, что эльфар по уровню способностей, не уступает любому магистру, правда, я не разобрался в его специализации. А второй – это вообще ходячая магическая машина смерти. Его уровень сравним с архимагами. Я в принципе ни разу не встречал магов такого уровня за пределами дворцов или гильдейских резиденций. А тут практикующий маг. И вы заметили одну странность? – Рехор вопросительно посмотрел на присутствующих.

– Какую? – спросила Длая.

– Этому челу никто ни разу ничего не посмел возразить. Ни магистр, ни архимаг. Такого не бывает. Маги очень тщеславные существа, по себе знаю. Однако какому-то простому челу с едва заметными магическими способностями ни разу не возразили столь сильные маги. Я этого не могу понять. Но всё это должно иметь под собой какую-то основу. И то, как этот чел делает выводы, да и вообще его знания из разных областей… Как он быстро сориентировался в ситуации, продумал несколько вариантов для каждого из нас, хотя до этого мы ни разу с ним не встречались!

– И что всё это может значить? – нахмурилась Длая.

– Не знаю, – честно ответил Рехор. – Но если я когда-нибудь случайно пересекусь с их гильдией, то уйду с их дороги. Мои опыт и интуиция твердят, что это единственно верное решение, если я хочу и дальше бродить по этому свету.

– А ещё он неплохой воин, – вдруг сказала девушка, – хоть и чел. Конечно, не местные наёмники, но для представителя своей расы он должен быть неплох. Да и второй, судя по всему, отменный лучник. А вот самый мелкий, тот, что, по всей видимости, и есть самый сильный маг, как боец совершенно не представляет никакой угрозы. Но меня всегда учили прислушиваться к своим ощущениям. И они упорно мне твердят, что опаснее этого чела я никого ещё не встречала. И этот странный контраст между тем, что я вижу и ощущаю, никак не укладывается у меня в голове.

Все примолкли, погрузившись в свои мысли.

Через некоторое время Рехор очнулся от задумчивости и очень тихо сказал:

– А знаете, у меня есть одно практически нереальное предположение. Помните те слухи, о которых я говорил? Кто-то ищет молодую гильдию и очень сильного мага с отрядом. Но ведь никто нигде не говорил, что этот самый маг должен быть главой этого отряда. – И он опять замолчал. Но в конце концов добавил: – Для себя я уже всё решил. Я соглашусь с их предложением, каким бы ни был результат их расследования. Слишком странная и непонятная у них гильдия. То, что она далеко пойдёт, я не сомневаюсь. И, похоже, эти костюмы вам чел заказал не зря. Таких сильных магов у них ещё как минимум трое. А если исходить из моего опыта, гильдия, в которой есть хотя бы три практикующих магистра, уже является существенной боевой единицей. Но здесь-то разговор идёт как минимум об одном архимаге и ещё двух костюмах. И кого они должны скрыть, нам не известно. Но, судя по тому, что первоначально на присутствующего эльфара даже и не подумали ничего заказывать, то у меня есть подозрение, что магов, по своей силе сравнимых с архимагами, у них несколько. Плюс их уверенность, что они смогут помочь мне в поисках. А самое главное – полное отсутствие сомнений, что они не справятся с теми, кто предположительно похитил мою внучку. Так что думайте. Но я уверен, такого предложения, как вам сделали сегодня, вы больше никогда не услышите. Даже наша гильдия не столь лояльна к своим членам. – И Рехор, протянув руку, взял стакан и, налив в него вина, залпом его осушил.

– Так вы верите в то, что они смогут найти Гленаю? – тихо спросила Длая.

– Нет, не верю, – спокойно посмотрел на неё глава Академии четырёх стихий. – Я в это не верю, – повторил он, глядя в удивлённые глаза девушки. – Теперь я это точно знаю. Они её найдут.

Глава 2

Нейтральный мир Гранкат

Попав внутрь, осматриваюсь. И не вижу ничего необычного или зловещего. Небольшой холл, даже без мебели, скорее похож на маленькую прихожую. Несколько вешалок под одежду. И по сути больше ничего. Но главное, не чувствуется совершенно никакой магии.

Так, что у нас дальше? А дальше закрытая дверь. Подхожу к ней. Осторожно открываю. Осматриваюсь. Сканирование следующей комнаты, или небольшого зала, не обнаруживает опасности, угрожающей мне. Поэтому я тихо проскальзываю внутрь.

Это помещение мне уже кое-что напомнило. Подобную планировку я видел в мастерской у Ломара. Только торговый зал здесь несколько меньше. В этой комнате уже интереснее, в отличие от покинутой мной прихожей. Есть кое-какая мебель. Зала освещена каким-то странным тускловатым светом, льющимся с потолка и возникающим, казалось бы, по всей его поверхности. И в этом мрачноватом свете виден прилавок, за ним возвышается какой-то достаточно большой тёмный шкаф, рядом с ним находится дверь, ведущая дальше, а по периметру комнаты расставлены различные стеллажи. Ну и в самом зале они стоят несколькими рядами.

Тут уже я замечаю немного отсвечивающих магией предметов, но во мне опять ничто не вызывает каких-либо опасений или чувства угрозы.

Как-то это не так. Я ожидал увидеть кучи трупов тех искателей приключений, охотников за сокровищами и других любителей порыться в чужих секретах, что совались сюда, или же их останки. А здесь ничего нет. Только одна пыль, тишина и запустение. И это настораживает. Где же то, что не позволило выйти наружу стольким вошедшим сюда командам?

Иду дальше. Сторожевой круг – на максимум, чувства на пределе. Максимальное же восприятие магических энергий.

За дверью я вижу небольшой коридорчик, в нём три двери, ведущие направо, налево, и одна, приоткрытая, находится прямо передо мной. В маленькую щель ясно видна лестница, ведущая наверх. Но ведь по всем найденным и полученным мной описаниям и сведениям, да и по самому внешнему виду этого здания, быть этого не может. Дом этот одноэтажный!!!

«Обнаружена локальная пространственная аномалия», – сообщает мне Вирт, как только его сканирующие плетения определяются с тем, что я вижу за дальней дверью.

Ну, вот мы и определились с тем пространственным карманом, признаки которого заметили, ещё когда проходили мимо этого здания.

«Интересно, он большой?» – задумался я.

«Точные объёмы внутреннего пространства обнаруженной аномалии возможно определить, только находясь на её границе или внутри её».

«Понятно, значит, если я хочу разобраться с этим, то туда мне придётся сунуться».

Исследование этого дома и есть одна из основных целей, с которой я здесь нахожусь.

Но у меня возник другой вопрос: где же находится та лестница, что должна вести вниз? Ведь, по словам Торлика, где-то в подвале этого дома располагалась лаборатория его деда.

«Непонятно».

Ну да ладно. С проблемами нужно разбираться по мере их поступления. Иначе слишком много странностей сваливается на мою голову. И разом их всё равно разрешить не удастся. А пока я оставляю эти загадки на потом. Мне и так придётся исследовать гораздо больше, чем я собирался первоначально.

Поэтому я приступаю к планомерному прочёсыванию дома. И начинаю с того, что вижу прямо перед собой.

Прокрадываюсь вдоль стены к левой ближайшей двери. Сканирую коридор на предмет различных ловушек и опасностей. Однако ничего не вижу.

Приоткрываю дверь. Это маленький склад. В нём полно различного товара, который в конце концов должен был оказаться на полках и прилавках в этом магазине. Ничего необычного среди него нет. Навскидку порядка сотни различных амулетов, все не выше четвёртого уровня, ещё столько же свитков. Есть какие-то эликсиры и смеси. Несколько зачарованных предметов одежды, брони и оружия. Прочая экипировка, вся с наложенными на неё заклинаниями. Но опять же нет ничего, что должно было бы погубить тех, кто мог позариться на всё это.

И, что странно, все предметы на месте и покрыты таким слоем пыли, будто их никто никогда не трогал. Но этого не может быть. Да любой мародёр, зайди он сюда, сначала выгреб бы всё подчистую и потом двинулся бы дальше или вернулся назад, а сюда заявился бы в другой раз за добавкой. И тогда этого товара, да и того, что сейчас находится в зале, тут давно бы не было.

«Странно», – пожал я плечами, вышел в коридор и закрыл за собой дверь в эту кладовку.

Я осторожно пересёк неширокое, пара метров, слабоосвещённое пространство и оказался на противоположной стороне коридорчика рядом со второй дверью. Немного постоял и, так же тихо приоткрыв её, осмотрел помещение, находящееся за этой дверью. Не заметил ничего опасного и проскользнул внутрь.

Это помещение было меньше предыдущего, но находящиеся в нём артефакты были уровнем выше, попалась даже парочка экземпляров седьмого уровня. Однако в основном на полках стояли, лежали, валялись, были рассованы и напиханы различные книги, манускрипты, инфокристаллы, скрижали, какие-то глиняные и каменные дощечки. Правда, пыли на всём было значительно меньше, чем на складе или в коридоре.

Посреди этой небольшой комнатки находился маленький стол, рядом с ним располагалось вполне удобное на вид кресло. И кресло это совершенно не пострадало. На нём, как ни странно, даже пыли не было.

Коли это лавка мага, то и литература, находящаяся здесь, должна была иметь непосредственное отношение к магии.

И, как нетрудно догадаться, такие книги и прочие носители информации представляли собой ценность намного большую, чем различные артефакты из соседней коморки. Поэтому отсутствие интереса у мародёров к этой маленькой библиотеке вызывало подозрения.

И опять никаких следов тех, кто когда-то проник в это здание.

– Бермудский треугольник какой-то, – пробормотал я себе под нос и двинулся в направлении двери, ведущей на лестницу.

Открыв пошире последнюю дверь, которая была в этом коридоре, я понял, что ошибся. Лестница, ведущая вниз, была, но она находилась под той, что вела наверх.

«Так, пора позаботиться о своей безопасности», – вспомнил я и раскинул метки для локальной телепортации. Прицепил я их в коридоре и в торговом зале, что прошёл ранее.

«И что дальше? – остановился я в раздумье. – Посетить то, чего здесь быть не должно, или идти туда, где явно маг должен был проводить свои опыты? – И усмехнулся: – Прямо витязь на распутье. Вниз пойдёшь, в страшное подземелье попадёшь, а там смерть и ужас, прямо пойдёшь, лоб расшибёшь, а наверх пойдёшь, хрен знает куда угодишь. – Эта мысль меня немного развеселила, однако при этом натолкнула на ещё одну странную цитату: – „Нормальные герои всегда идут в обход”».

Но где здесь этот самый обходной путь?

И я вновь оглядел то, что находилось передо мной. А передо мной не было ничего необычного. Не было тут обходного или потайного пути. Не было. Наличествовали только лестницы, ведущие вверх и вниз.

«Стоп. А что, если Торлик не ошибался насчёт дальней комнаты?» Почему я не подумал об этом сразу.

Ведь и подвал, и торговый зал полностью соответствовали его описанию. Так куда же делась дальняя комната? Так сказать, жилая, которая и являлась покоями хозяина?

Снова перейдя на максимальную чувствительность магических конструктов, плетений и энергий, я по стеночке прокрался мимо лестниц. И в это время мне в затылок ударило такое сильнейшее предчувствие опасности, что я наконец полностью поверил в реальность слухов, окружающих этот дом.

«Тут мои неприятности, никуда не делись. Ждут меня».

Не знаю, наверное, я псих, но чувство угрозы и смерти, притаившейся за углом, наоборот, заставило меня успокоиться и действовать ещё более размеренно и обдуманно. Теперь-то уж мне спешить некуда. Погибать я не хотел. А то, что кругом одна сплошная непроглядная тьма и погибель, я ощутил всем своим нутром. Интуиция так и вопила об этом. Правда, почему интуиция молчала раньше, я не понимал. Ведь угроза была настолько явственной и чувствовалась так сильно, что у меня мурашки бегали по коже огромными такими табунами. Такого не было даже в городе Древних.

Я остановился. Нет, было. Когда мы наткнулись на колонию древних сущностей. Неужели опять?

Идти куда-то мне резко расхотелось. Не знаю почему, но встречаться с чем-то подобным ещё раз у меня никакого желания не было. И то, что я не сунусь ни в подвал, ни на тот этаж, которого, по идее, быть не должно, в эту неизвестную аномалию, понял сейчас окончательно и бесповоротно.

Если я прав и здесь расположена эта самая колония похожих на уже виденных мной сущностей, то в этом доме их может удерживать лишь очень сильный источник сил, к которому они привязаны, или какой-то аналогичный артефакт, способный вместить их колонию и послужить им хотя бы временным пристанищем.

А не привлёк я до сих пор их внимание лишь потому, что моё менто-информационное поле внешне полностью закрыто. Сейчас даже ещё больше, чем тогда. Эти сущности и тогда-то меня не обнаружили, пока мы с ними не столкнулись лоб в лоб. То же происходит и сейчас.

А вот моих друзей они бы вычислили и обнаружили в один миг. Как это случилось и тогда. Неудивительно, что никто из вошедших в этот дом не выбрался отсюда живым. Подобным сущностям можно противостоять, лишь полностью развоплотив их или привязав к другому сильному источнику, как, по сути, сделал я, привязав их к себе.

Интересно, а те сущности, что сейчас живут во мне, как-то могут мне помочь разобраться в происходящем?

И я обратился внутрь себя, постаравшись оттранслировать тот вопрос, что хотел бы им задать.

«Тут есть подобные вам?»

Практически мгновенно в моём сознании возник многоголосый ор, правда вещавший и певший в едином ритме и поэтому совершенно не мешающий общему пониманию сказанного, а только дополняющий его.

«Три группы младших. Но они не свободны, как были мы. Мы не видим этого, но чувствуем их боль и бессилие. Они кем-то управляются. Кем-то более сильным, чем мы. Кем-то, похожим на тебя. Старшим».

И я ощутил то, что они хотели мне показать. Несколько направлений. Три одинаковые, два ведущие вверх и одно – в подвал.

И последнее, вызывающее чувство отторжения и сильнейшего страха, которое вело как раз куда-то вперёд, примерно туда, куда я и направлялся. Прямо вперёд, в стену находящуюся передо мной.

«Там старший», – ощутил я их общий голос.

М-да. Дела. Если, что делать с этими сущностями, я хоть примерно представлял, то кто такие старшие и как с ними обращаться, не имел ни малейшего понятия.

Недостаток сведений в нашем случае – это плохо, и поэтому от него нужно избавиться.

«Вирт. Есть какая-то информация о подобных или схожих понятиях хоть в какой-нибудь базе знаний?» – уточнил я у кластера.

«Нет данных, – сразу ответил тот, – провожу дальнейший поиск, стараюсь провести понятийный анализ изученного материала на предмет выявления зависимостей „старший” – „младший”, реализованных в энергетическом и ментальном плане».

«Попробуй, – не очень надеясь на положительный результат его поиска, попросил я. – Только учти: должны быть и те, кто находится на третьей ступени иерархии, это я понял из рассуждений этих сущностей. Так что цепочка может быть совсем не явной».

«Принято», – ответил Вирт.

Я был полностью уверен, что лезть наверх или в подвал бессмысленно до тех пор, пока не разберусь с первоисточником. А им, как я понял из тех рассуждений, что услышал от сущностей-симбиотов, является какой-то старший.

Но делать нечего. Вирт тут мне не смог помочь, информации об этих странных старших в его базе знаний не было.

Хотя те же Древние маги кое-что знали о них. По крайней мере, догадывались о том, что существуют некие древние сущности, энергетические существа, дающие небывалое могущество.

Кстати.

«Вирт. В инфокристаллах, найденных в городе Древних, наверняка должна содержаться подобная информация. Они ведь искали именно их».

«Принято к сведению», – бесстрастно ответил тот.

Ну а по этой ситуации пока полный ноль. И это тоже непонятно. Сущности-то есть. Вот они где-то рядом. И они как-то попали сюда.

А кстати – как?

Ответов на этот вопрос всего два: или они существовали здесь всегда, например были заперты в той пространственной аномалии, что находится тут, либо их притащили сюда с помощью какого-либо артефакта Древних. В этом доме оба варианта вероятны. Здесь наверняка наличествовали какие-то древние артефакты, о которых упоминал Прыгун. А уж эту самую аномалию я вижу собственными шлюзами.

И я посмотрел наверх, туда, где мне в небольшой просвет лестничного пролёта можно было разглядеть часть достаточно просторного зала. И что-то интуиция мне подсказывала, что без тех самых пресловутых артефактов этой аномалии тут бы никогда и не было.

«Кстати, о птичках. Вирт, постарайся выяснить, что необходимо магической гильдии бывшего владельца этого дома? И вообще, попробуй узнать, что это в принципе за предметы? И проанализируй, могут ли они иметь хоть какое-то отношение к происходящему, то есть появлению тут этих энергетическо-ментальных сущностей или аномалии».

«Выполняю, – произнёс он. И буквально в следующую секунду я получил ответ. – Перечень артефактов, за которые гильдия объявила награду, получен. – И мне на интерфейс был выведен небольшой список, состоящий всего из четырёх пунктов: – Красный неопознанный шар, предположительно сторожевой артефакт.

Две скрижали со встроенным плетением пятнадцатого уровня, назначение неизвестно, слишком велико количество схожих по описанию и уже известных артефактов.

Источник нестабильного излучения с неоднородным магическим полем. Имеет форму небольшого куба с ребром десять сантиметров. Цвет материала изготовления – тёмно-синий. – Это похоже на то, что я ищу. Но, судя по всему, данный предмет может относиться лишь к сущностям, но никак не к Старшему, о котором говорили мои симбиоты. – Неизвестный тип артефакта, работающего как портальная арка. Имеет форму тонкого наручного браслета. Изготовлен из тёмного материала, предположительно какой-то неизвестный металл».

Что-то мне это напоминает. Где-то подобный браслет я уже видел.

Я почесал себе лоб.

«Так вот где», – усмехнулся я, смотря себе на руку, где как раз перед моими глазами мелькнуло то, о чём я подумал.

Второй такой же браслет. Но в том, что я по глупости надел себе на руку и не смог потом снять, не ощущалось никаких ментальных энергий. Как же тогда маги смогли понять или определить предназначение того, что находился у них? Видимо, или они уже встречали подобные предметы, или тот, что у них, был хотя бы частично заполнен энергией и в нём всё ещё существовало действующее плетение.

Однако ничего похожего по описанию на то, что способно вскрывать или создавать подобные пространственные карманы, среди списка предметов не было.

«Жаль, – констатировал я. – Было бы неплохо знать, что даёт такие возможности».

«Это сделали младшие, что живут здесь, – неожиданно раздался голос у меня в голове. Эту информацию сообщили мне мои сущности. – Они не такие, как мы. Не только потому, что не хотят служить. Они другие. Мы управляем энергией. Они – пространством. Мы меняем энергетическую структуру мира. Они меняют сам мир. Они сильнее нас. Но их гораздо меньше. Это они нашли и открыли пространственный кокон и обустроили его».

«А старший? – решил узнать я, коль мои симбиоты так разоткровенничались. – Как он оказался здесь?»

«Не знаем. Но этот старший не отсюда. И самостоятельно он попасть сюда не мог. Он из другого пространства. А значит, его могли только призвать. – И даже несколько радостно воскликнули: – Да, его призвали! Мы чувствуем остаточный след Зова. Кто-то призвал старшего сюда».

Ну, теперь становится всё более-менее понятно.

Жил-был старый маг, приторговывал недорогими магическими изделиями и игрушками. Но вот однажды к нему пришли его собратья маги и принесли несколько интересных артефактов Древних. Был ли маг их штатным исследователем, или это была его собственная инициатива, но он решил изучить то, что оказалось у него в руках. И волею случая сумел разобраться с одним из артефактов, скорее всего, это одна из скрижалей. Не знаю, что это: то ли это некая печать, то ли заклинание призыва сильнейшей магической энергетической сущности, или ещё что-то науке пока неизвестное. Но маг не был полным профаном, к большой удаче всего этого мира, и, скорее всего, подозревал, что это может быть, хотя бы примерно. А поэтому обезопасил как себя, так и других, хотя бы частично, как я понимаю, воспользовавшись для этого простейшим сдерживающим кругом, привязав вызванную сущность к какому-то предмету, находящемуся на тот момент у него. Всё он сделал чин по чину, только не учёл, что тем, кто явится к нему, будет настолько древнее и могущественное существо, как этот старший, кто бы он ни был. И это обернулось для него безвременным концом, возможно проходившим в жутких мучениях. О мучениях, я думаю, можно судить по тому, что мало радости доставит любому существу быть заключённым в какой-то виртуальной энергетической тюрьме. А с этим старшим произошло именно так.

Появившаяся сущность вырваться за пределы дома хотя и не смогла, она даже комнату, как я понимаю, покинуть не может, но мага убила. И что ей делать?

А вот что: добрый маг оставил ей такой полезный артефакт, в котором томились и ждали своего часа милые и добрые младшие. Тот, не будь простаком, взял их и высвободил. Нужны же старшему те, кто будет ему служить и охранять его, пока он находится в этом своём странном и непонятном состоянии. Сам он, как я понимаю, находится в каком-то странном состоянии сна или чего-то похожего, иначе давно обнаружил бы как себя, так и меня. Эти старшие, как подсказывает мне интуиция, на порядок опаснее и сильнее любых симбиотов и прочих младших.

А вот младшие сущности, которые теперь были привязаны уже не к артефакту, а к старшему, в силу своих способностей преобразовали этот дом, пробив прямо из него проход в ближайший пространственный карман. Не удивлюсь, если подобный пространственный карман есть ещё и в подвале, ведь одна группа сущностей обитает и там. И теперь они несут в доме свою бессменную вахту. Уничтожая всех, кто осмеливается сюда проникнуть.

Но что интересно, до меня эти опасные стражи пока не добрались. Так и что теперь делать?

А делать нужно вот что. Пока есть возможность прокрасться к спящей старшей сущности и постараться развоплотить её. Нечего играть в благородство. Ну а младших или уничтожить, или привязать, как и тех, что я уже сумел приручить.

Кстати.

«А те младшие, что живут здесь, согласятся стать такими же слугами, как и вы?» – спросил я у сущностей.

«Да, – не раздумывая, ответили те. – Даже ещё охотнее, они не могут жить без хозяина. Этот старший как-то изменил их. Они с радостью будут служить тебе. Но для этого нужно уничтожить старшего».

«Это понятно, – пробормотал я, – можно было и не говорить. Вы сможете удержать их в доме, пока я буду разбираться с тем, кто находится там?» Я кивнул на стену перед собой.

«Мы будем стараться, – честно ответили симбиоты. – Они сильнее. Но несколько минут мы сможем тебе дать».

«В нашем случае это будет равноценно вечности», – подумал я.

И, не став откладывать, двинулся в направлении стены, которой тут тоже не должно было быть.

Я оказался прав. Не знаю, что это, но уж точно не стена. Эти местные сущности создали для своего хозяина нечто невероятное. Это своего рода нереальная материя, спрессованная до состояния её вещественного осязания. Этой стены нет. Это просто иллюзия. Спрессованная магия. Даже не энергия, а её сущность. Но она представляла собой одну сплошную стену. Вполне вещественную, не дающую пройти дальше. И сейчас мне придётся преодолеть её.

С ходу я придумал только один способ, как можно пройти сквозь эту магическую преграду. Коль это магия, ментальная энергия, то проще всего поглотить её.

Приложив руку к стене, я призвал одну из своих способностей. Поглощение сущности.

И неожиданно огромный океан магической энергии стал вливаться в меня. Моя менто-энергетическая структура стала работать на пределе своей мощности – это был, наверное, единственный раз, когда все её возможности были задействованы на все сто процентов.

Было большой удачей, что кластер предварительно успел провести оптимизацию и перестроение моего менто-информационного поля и каналов внутренней и внешней передачи менто-энергии. Иначе поступающий поток менто-энергии просто разорвал бы меня на части.

Постепенно стена стала истончаться. Она как бы теряла свою осязаемость, материальность. И вот от неё осталась лишь зыбкая дымка, а через мгновение не осталось и её.

Все артефакты, что были у меня с собой, были прямо переполнены менто-энергией. Отдельные даже претерпели некоторые структурные изменения и поменяли свойства от того количества менто-энергии, что я в них влил. Став более мощными, крепкими, убийственными, надёжными, опасными, стабильными и качественными.

Но главное, я наконец осознал, для чего мне таинственный некто, открывший видение истинного магического мира, запретил заполнять свой внутренний накопитель больше чем наполовину.

Эта магическая стена ещё на четверть наполнила моё внутреннее хранилище менто-энергии.

Но не сейчас следует предаваться воспоминаниям.

Путь вперёд открыт.

С того момента, как я стал откачивать менто-энергию из магической стены, воздвигнутой сущностями, мои симбиоты постоянно сообщали мне, что стараются сдержать натиск младших, пытающихся прорваться к тому, кого они называют старшим. И я понимаю, что это не просто так.

Эта самая сильная старшая сущность всё ещё пребывает в состоянии покоя и сна, однако вечно длиться так не может. Скоро она очнётся, и тогда, я чувствую, даже всех моих способностей может не хватить, чтобы противостоять ей. Поэтому нужно спешить.

Я вхожу в пыльное тёмное помещение. На спальню или что-то жилое эта комната походила мало. Совершенно пустой зал десять на десять метров, в центре которого начертана странная пентаграмма, внутренний круг которой мне очень хорошо знаком. Лениавес рисовал его вокруг моей тушки, когда мы проводили ритуал привязки и активации артефакта Слеза утренней звезды. Но здесь было что-то более сложное. Присутствовало ещё пять дополнительных уровней защиты.

«Невероятно, – оторопел я. – Столь мощная руническая пентаграмма и не смогла удержать это существо?»

То, что пентаграмма мощная, я не сомневался, так как видел самый слабый из уровней в действии. А было ещё пять.

Выходит, что эта непонятная амёба, лежащая сейчас в центре этой фигуры, является столь опасным существом, что полностью сдержать его возможности не может даже эта ментально-энергетическая стена, окружающая её сейчас, которую я вижу. Однако в ментальном плане она занимает весь внутренний объём ментальной защиты, выстроенный энергетическим куполом, созданным ею. И похоже, не просто занимает, а старается раздавить, разорвать его изнутри. Но пока у неё это не получилось.

«Вот куда ушла энергия, добытая сущностями из тех, кто пытался пробраться в этот дом», – понял я.

Младшие практически всю ментальную энергию, полученную из своих жертв, передавали этой старшей сущности по связывающим их каналам. Я и сейчас видел их. Тонкие ментальные нити, разлетающиеся в разные стороны, проходили даже через купол, внутри которого находился старший. А значит, рано или поздно он сможет выбраться наружу, это лишь вопрос времени.

Похоже, не зря судьба привела меня в этот домик на окраине квартала магов на этой станции. Встретиться с этой сущностью нам, возможно, пришлось бы и в будущем, однако сейчас у нас есть одно небольшое преимущество. Эта сущность спит и не может действовать в полную свою силу. Этим следует пользоваться, пока мне представился такой шанс.

Но как, интересно, мне прорваться к ней?

Осторожно подхожу к энергетическому полю, что куполом окружило данную необычную сущность.

Никаких чувств и идей.

А если идей нет, то делаем как всякий русский. Суём любопытный палец прямо в мясорубку.

И, к моему глубокому удивлению, он с небольшим сопротивлением проникает сквозь первый уровень защиты.

От неожиданности отдёрнув его назад, я повторяю эксперимент.

«Работает», – поражённо посмотрев на невредимый, но такой любимый указательный палец, я вытаскиваю клинки.

И хотя у меня есть огромное желание зажмуриться перед тем, как сделать шаг внутрь купола, удерживающего столь сильную и древнюю сущность столько времени, я, не закрывая глаз, делаю один большой шаг и проникаю внутрь.

Как оказалось, попасть сюда получилось не сложнее, чем куда-то в иное место. Просто стоит перебороть свои страхи и сделать следующий шаг.

Шаг. Второй. Третий. И вот это трёхметровое сероватобурое нечто, растёкшееся по полу, лежит передо мной.

Ну, к чёрту предрассудки.

Клинки.

Поглощение сущности, удар, поглощение сути.

«Регистрирую новый менто-информационный модуль», – сообщает Искатель.

Удар. Ещё удар.

Поглощение сути. Поглощение сущности.

Новый ментомодуль.

И ещё один. И ещё.

Но старшая сущность даже не шевелится. Она спит. Кажется, мои комариные укусы не причиняют ей никакого вреда.

Удар. Удар. Удар.

«Что это? – Неожиданно я понимаю: – За мной наблюдают».

Смотрят, рассматривают будто сквозь лупу и думают, прихлопнуть эту козявку или отогнать, махнув рукой.

Я на автомате нападаю. Пытаясь поразить это нечто, откусываю от него по кусочку, но для этого странного и непонятного существа мои трепыхания напоминают лишь комариный писк в ушах и зуд на месте укуса.

И вот я почувствовал взмах над своей головой.

Удар. Сильный, хлёсткий, ставящий на место и показывающий, кто я есть на самом деле. А то возомнил себя невесть кем.

Пресс сдавливает виски. Энергетическая сущность очнулась и обтекла меня, сжав, сдавив, расплющив. Превращая моё ментальное тело в какой-то маленький скомканный кусок разномастной грязи.

Моя сущность, то, чем я являюсь на самом деле, тот, кем я стал, всё погибает.

Раньше я старался поглотить сущность старшего, а теперь это происходит со мной. Мою душу пьют глотками. Я чувствую, как она утекает из меня. Я не могу ничего поделать. Я даже не понимаю, как это остановить. Куда нужно смотреть. Я не вижу своего врага. Я не вижу того, как он смог так присосаться к моей душе, я теряю свои способности. Я вообще ничего не могу. Я ноль. Я ничто.

Я ничто? Я?

Я был кем угодно и когда угодно, но чтобы ноль? Ничто?

Это не я. Это не мои мысли. Я идиот, болван, балбес, тугодум. Но не ничто. И тем более не ноль!

У меня есть палочка, и даже не одна!

И чтобы какая-то безмозглая амёба указывала мне на моё место?!

Такая ярость накатывается на меня, что я, уже ничего не соображая, иду вперёд.

Это я ноль?! Это я ничто?!

Я не замечаю, как вхожу в самый центр амёбы.

Хотя это только мне кажется, на самом деле я и так уже давно стою посреди пентаграммы.

– Это я ничто?! – ору я, разрывая связки.

Я не осознаю своих действий. Понимаю только одно: мою душу хочет выпить это тупое безмозглое создание. Мою. Душу. И оно считает меня никем. Я для него ничто. Ноль.

– Я?! – Крик разрывает моё сознание.

Раскинув руки в стороны, я сажусь на одно колено и вонзаю оба клинка по самые рукояти в тело этой твари.

Я ноль?

Я?!

«Нет, ты ошибаешься, – уже шепчу я, – ты глубоко ошибаешься».

И начинаю поглощать, как поглощал менто-энергию, саму эту тварь.

Мне не нужны её способности. Мне не нужна её жизнь. Мне нужен я. Та драгоценная часть моей души, что попала к ней. И если для того, чтобы вернуть её обратно, мне потребуется впитать в себя всю эту энергетическую субстанцию, я это сделаю. Заодно заполню ту пустоту внутри своего сознания, что образовалась после того, как эта сущность стала пить мою душу.

Моё. Я тяну и тяну суть и сущность этого энергетического существа.

Я уже ничего не соображаю.

Вернуть своё. Как я это сделаю, меня не интересует. Главное – вернуть, если я потеряю хоть капельку своей души, это буду уже не я.

Не знаю, сколько я так стоял. Год, час или вечность. Но сейчас в комнате нет ни грана менто-энергии. Я поглотил всё, до чего дотянулись мои загребущие руки. Артефакты, что находились здесь, превратились в прах, я вытянул из них не только менто-энергию, но и энергию, удерживающую их от распада. И не только магические амулеты, а все предметы в комнате превратил в тлен.

Нужно приходить в себя. Сейчас я ничем не лучше тех же симбиотов. Ходячая смерть. Приблизься я к любому живому существу, и с ним станет то же, что и со всем остальным. Я выпью его без остатка. Я высосу из него всю доступную энергию.

Это и стало приводить меня в чувства. Это и заставило мой разум постараться оценить ситуацию и вновь взять контроль над своим сознанием.

Это не я. Вернее, я, но и не я. Во мне сейчас говорит моя злость, желание вернуть себя, не растерять свою целостность, которая и так во многом претерпела кучу изменений. Но внутри, подо всей этой шкурой, всё равно есть где-то моё маленькое «я».

Нужно загнать того монстра, что проснулся во мне. Кто он? Я не знаю, но теперь и это часть моего «я». Эта та скрытая его сторона, которая теперь навсегда будет со мной. Это та тёмная сторона моей души, которая будет жить во мне. И мне не хочется превращаться в подобную амёбу. Ведь и это существо раньше могло быть кем-то похожим на меня.

Так я и просидел несколько минут. Пока не понял:

«Всё. По крайней мере, со мной можно говорить, не опасаясь, что я развоплощу любого приблизившегося ко мне».

А коли я это понял, то надо идти. Надо возвращаться к своим. Осмотреть этот дом и двигаться дальше.

«Пора. – Я встал и пошёл из этой комнаты. – Не хочу больше находиться здесь. – Оглянувшись у порога, я с изумлением заметил, что пентаграмма, нанесённая на пол, полностью исчезла. – Я понимаю, что поглотил менто-энергию, которая в ней курсировала, но куда делся сам рисунок? Непонятно». И я потряс головой.

Вопросы, вопросы. И никаких ответов.

Я вышел в коридор.

Ну что же. Теперь пора заняться местными симбиотами.

Я уже хотел призвать их, но этого делать не пришлось. Куча виляющих хвостами щенков чуть ли не снесла меня, проносясь сквозь мой менто-энергетический центр, как только я обратился к ним. Они даже клятву служения принесли на ходу, лишь бы я не передумал и не оставил их здесь. Вот и верь после этого в страшные сказки.

Злодей спокойно спал, а свора добрых щенков, готовых от отчаяния служить любому, кто сможет разобраться с ним, сама разносила в пух и прах любого посягнувшего на владения их «любимого» хозяина. И кто здесь плохой, а кто хороший, не ясно. Одному всё равно, что происходит вокруг него, а другие даже не понимают, что делают, по-другому они не могут.

Ладно, здесь разобрались. Осталось быстренько осмотреть дом.

Интересно, сколько я потратил на старшего и местных симбиотов?

«Три часа», – промелькнуло в моём сознании.

«Сколько?!»

И я, не разбирая дороги, понёсся на выход.

С остальным будем разбираться завтра. Сегодня есть и более важные дела.

Хотя…

Тут я, пожалуй, оставлю Мука, он будет не против, да и за зданием присмотрит, думаю, не хуже любого другого. Всё-таки главный страж города Древних магов, правда в прошлом. Но девятнадцать тысяч лет не проходят даром. Тем более такой чин не просто так дают.

Подбежав к двери, я оглянулся на полутёмное полупустое здание и пробормотал:

– Ну, до завтра, теперь ты будешь нашим домом. – И, кивнув непонятно кому, вышел на улицу.

М-да, такого серого, хмурого и раздражённого лица, как у Лениавеса, я, пожалуй, не видел ещё ни разу в жизни.

– Теперь я знаю, почему ты прихватил с собой этого сумасшедшего некроса, – кивнул он в сторону Мука, – он такой же болван и бесчувственный дуболом, как и ты, – не дав мне ничего сказать, с порога «поприветствовал» меня корнол и отвернулся.

«Что тут произошло?» – спросил я у нашего демонёнка.

«Он хотел несколько раз пройти внутрь дома, я не давал это сделать. Ты ведь запретил туда входить», – безмятежно ответил Мук.

«Ты всё правильно сделал. Этим ты спас его жизнь. – Я немного подумал. – А несколько раз – это сколько?» – на всякий случай уточнил я.

«Пятнадцать», – назвал точную цифру наш страж.

«Понятно», – мысленно пробормотал я и, уже обращаясь к корнолу, пояснил:

– Лениавес, прости, что так долго, но иначе было нельзя. Если бы вы пошли со мной, то непременно погибли бы. Все. Мук, тем, что не пустил тебя внутрь, спас твою жизнь или даже душу. Не знаю, понимаешь ты, о чём я говорю, или нет.

– Да я и не сомневаюсь, – уже гораздо спокойнее ответил оборотень, – глядя на тебя, этому любой поверит.

– А что со мной не так? – удивлённо спросил я.

– Придём в гостиницу, поймёшь, – с мстительной издёвкой в голосе проговорил он и сразу обратился к Муку, прося его: – Не говори ему. Пусть послужит уроком.

«Ему не поможет», – с уверенностью ответил тот.

– Но попробовать-то стоит?

«Стоит, но на многое не нужно рассчитывать. Он всё равно будет делать по-своему».

– Я знаю, – как-то смирившись, ответил ему Лениавес, – но пусть и ему немного достанется, – уже откровенно попросил он у нашего будущего сторожа.

Мук кивнул и пожал плечами, как бы говоря: «На ваше усмотрение».

Я пытался понять, о чём идёт речь. Вроде ничего необычного я не ощущал. Ну, энергия бродит и переливается по жилам. Ну, чувствую себя превосходно. Больше ничего не было.

«Ладно, хуже, чем при встрече со старшим, быть не может», – отмахнулся я.

И ох как ошибся! Правда, узнаю я об этом несколько позже.

А пока, расслабленный и спокойный, я сказал Муку и Лениавесу:

– Дом теперь полностью безопасен для нас. Там много ценностей и артефактов. Плюс два пространственных кармана, о которых мало кому известно. Поэтому, думаю, не стоит оставлять его без присмотра. – И, поглядев на демонёнка, продолжил: – Мук, ты останешься здесь. Осмотришь здание. Составишь его план. Проинвентаризируешь все находящиеся внутри здания ценности и предметы. Да, и кстати, ты никаких бытовых заклинаний не знаешь, чтобы там уборку сделать или что-то подобное?

«А разве такие есть?» – удивлённо спросил тот.

Просмотрев базу знаний, я с удивлением понял, что, действительно, ничего подходящего нет. Единственное, что я нашёл, – это создание магического голема с несколькими подобными функциями. И то это было местным изобретением, при этом там была такая сложная система плетений, что просто так, без специализированного устройства, эти плетения уместить в единую структуру было невозможно. Но маги одной из гильдий, занимающейся продажей таких големов, каким-то образом умудрялись проделать подобное.

«Интересно, как?» – задумался я. И решил, что парочку этих магических изделий нам не мешало бы приобрести. Да и шанс их изучить появится не плохой.

– Ладно, понял, – сказал я. – Тогда просто осмотри здание и собери все артефакты, магические предметы, книги и информационные кристаллы в одну из комнат, а завтра наймём прислугу для уборки помещений. Правда, не всех. Дальше придётся что-то придумать самим.

Последнее относилось именно к големам. Им в плане доступа в закрытые секции нашей резиденции я доверял несколько больше, чем слугам со стороны.

Хотя ведь кто-то пыль убирал, вспомнил я своё небольшое путешествие по дому. Нужно понять, кто или что это делал, и возобновить работу этого неизвестного.

Вроде всё.

– Тогда, Мук, если вопросов нет, оставайся здесь и приступай к своим обязанностям, а мы пошли назад. Девочки уже, наверное, потеряли нас. Да и пара незавершённых дел у меня на сегодня осталась.

Посмотрев, как некрос входит в здание нашей будущей резиденции, мы с Лениавесом развернулись и пошли в направлении таверны, где меня ждали мои принцессы. Соскучился я по их симпатичным личикам, если честно.

В таверну мы дошли без приключений. Единственным имеющим хоть какое-то значение событием было то, что я заметил двух типов, следящих за нами с того момента, как только мы немного отошли от дома старого мага. У самого дома их не было, всё-таки его дурная слава накрепко засела в умах местного населения, заставляя держаться подальше от него даже членов воровской гильдии.

В том, что это именно воры, я не сомневался, так как одного из них я узнал. Видел я его в той воровской лавке, куда заглядывал. Он, похоже, был сподручным Руди, помощника главы гильдии, а второй явно был подчинённым первого, и работали они в паре. И особых опасений эти господа у меня не вызвали.

«Видимо, Тлог уже в курсе, что дом теперь наш, – размышлял по пути я, приглядывая за мелькающими время от времени приметными лицами. – Интересно, хватит у него выдержки и здравого смысла не соваться туда без нашего приглашения или нет? Хотя на глупца глава гильдии совершенно не похож. Добиться своей должности без необходимой смекалки и изворотливого ума у него вряд ли получилось бы. Тем более в такой чрезвычайно конкурентоспособной и опасной организации, как гильдия воров. Так что тут можно быть спокойным».

Пройдя ещё немного и понаблюдав за этой парочкой следящих за нами воров, я понял, что Тлога Горбуна с его помощником в гости к нам нужно будет ждать уже сегодня вечером. Если, конечно, то предложение, с которым они хотят обратиться к нам, достаточно серьёзное, по крайней мере для них самих. Или они заявятся к нам завтра с утра. Но я почему-то больше склонялся к сегодняшнему вечеру. Во-первых, это ночные жители, и поздний вечер их не особо смутит. Тем более, во-вторых, Тлог Горбун и его помощник не похожи на тех людей, то есть троллей и демонов, которые привыкли откладывать свои дела в долгий ящик. В-третьих, они точно хотели мне, вернее, нам кое-что предложить. Ну а в-четвёртых, это его внучка. С ней тоже не всё просто.

Похоже, у нас скоро в её лице появится ещё один кандидат на вступление в нашу новую, но стремительно набирающую обороты гильдию. Но как-то не хочется мне иметь в наших рядах того, кто может быть хотя бы невольным информатором для воров. А потому над этим тоже стоит хорошенько поразмышлять. Что и как обставить. Хотя, конечно, проще всего ввести его внучку во внутренний круг гильдии, взять с неё вассальную клятву, как с наёмников Трона, и не париться. Однако всё равно нужно над этим подумать, может, ещё какая идея возникнет.

Хотя иметь в своих союзниках одну из воровских гильдий достаточно выгодно, это может принести нашей организации несколько дополнительных плюсов.

Так, размышляя о выгоде союза хоть и не с самой большой, но достаточно организованной и управляемой гильдией воров, я дошёл до нашего временного жилища. Лениавес всю дорогу был необычайно молчалив и задумчив, лишь изредка бросая в мою сторону какие-то подозрительно насмешливые взгляды.

«Чего он так веселится и с нетерпением ждёт? – всё задавался вопросом я. – Что со мной могло произойти?»

И каждый раз после очередного пойманного на себе подобного взгляда старался разобраться, что же его вызвало. Но так и не мог понять. Никаких особых изменений в себе я не чувствовал и не мог уяснить, что могло его так разобрать и тем более что это могло быть такое, что заметно любому, хотя бы немного знающему меня, с первого взгляда? Видимо, это что-то внешнее.

«Неужели я как-то изменился?» – всполошился я.

Но нет. Костюм передавал на интерфейс то же самое изображение и мою виртуальную модель, которую я мог наблюдать в нём и раньше.

«Ну да ладно, – решил я, – разберусь со временем, или девочки подскажут. Чьей ещё реакции на моё появление может ожидать этот интриган?»

Вот и таверна, она же ресторан, трактир и место заключения сделок. Подходя к зданию, я увидел выглядывающего из-за угла Глеоса.

– Иди сюда. – Я махнул ему рукой, остановившись у входа. – Давно здесь ошиваешься? И что внутрь не заходишь? – спросил я у него, когда он подошёл к нам.

– Ну, нам в зале появляться нельзя, если там не нужно убрать или сделать ещё что-то. Например, официантке помочь там или хозяину принести что-нибудь. А так мы в задних помещениях обычно ждём и разные работы в таверне выполняем, стойло чистим, помещения и комнаты прибираем, по кухне помогаем, продукты носим. Хозяин не любит, чтобы его рабочие без дела сидели, – объяснил парнишка.

– Правильно делает, – ответил я. – Но это сейчас не наш случай. Пойдём. Нужно предупредить Длона, что ты у него больше не работаешь. – И, кое-что вспомнив, уточнил: – У тебя нет непогашенных долгов перед ним?

– Нет, что вы, – замотал головой Глеос. – Он меня официально взял на работу, так что у нас всё законно.

– Хорошо, – ответил я. – Думаю, нам он не откажет и без проблем отпустит тебя. – Я протянул руку к двери. – Да, постой, а почему ты один? Где твоя сестрёнка? – вспомнил я о том, что мы вроде как договаривались, что Глеос придёт не один.

– Ну, – и парнишка замялся, – я не знал, как долго вас не будет, и поэтому она ждёт в зверинце, на заднем дворе, там, кроме меня, в это время никого не бывает, да и временно обитающие там сторожевые бхуты её любят. И поэтому никто обидеть её там не сможет.

– Кто её любит? – удивился Лениавес.

– Бхуты, – пожав плечами, повторил мальчонка.

Корнол неверяще посмотрел сначала на него, а потом перевёл взгляд на меня.

– Невероятно, – пробормотал он. – Бхуты никого не любят, даже того, кого признали своим хозяином. Они его просто терпят и выполняют его приказы, но не более.

– А её любят. Её все животные любят. Она хорошая, – как что-то само собой разумеющееся произнёс Глеос.

Я постарался быстренько найти информацию по этим самым сторожевым бхутам. И вот что разыскал.

Корнол был прав. Это дикие звери, притворяющиеся ручными. Они одни из самых опасных тёмных тварей одного не слишком приветливого и спокойного нижнего плана реальности. Завезены в нейтральные миры как боевые животные. И именно благодаря своим необычайным бойцовским качествам быстро стали известны как здесь, так и во многих внешних мирах. Во многом этому способствовала, как это ни странно, очень сложная процедура дрессировки, или, правильнее сказать, приручения и учёбы этих животных, а также общая сложность работы с ними. Бхуты сами по себе стайные животные. Стаи – по несколько особей, обычно вожак, несколько самок и молодняк. Бхуты похожи на собак, правда ростом с небольшого пони. Всё их тело покрыто костяным непробиваемым панцирем. Очень свирепы, не знают страха. Невероятно сильны, быстры и к тому же, как дополнительный бонус, данный им природой, магически активны. Есть несколько приёмов, которыми пользуются в стае. Огненный разъедающий любую защиту укус. У самих слабый щит, функционирующий постоянно. И невероятная регенерация. Самое же необычное (хотя, что в этом мире может быть необычного, ещё нужно подумать) – это способность мысленного общения между собой.

Опираясь на полученные сведения, я предположил, что они полуразумны. Правда, никакой прямой и достоверно указывающей на это информации в сети мне найти не удалось. Но слишком уж странные у них поведение и повадки. Из-за этого эти практически дикие звери хоть и считаются одомашненными (и кто, интересно, так считает?), но на деле это не так. Они в принципе неприручаемы. Живут по своим законам стаи. Служат только одному хозяину и именно тому, кого стая самостоятельно выберет своим вожаком.

И как раз в этом и есть основная загвоздка: если стая не признает в тебе главаря, то тогда тебя ждёт только один результат. Смерть. Стая не прощает ошибок.

Благодаря всему этому подобные животные или, правильнее всё же сказать, полуразумные животные очень ценятся различными поисковиками, наёмниками, охранниками караванов, телохранителями и стражами, особенно теми, кто были родом из нижних планов. Наличие такой стаи в любом отряде сильно поднимает его конкурентоспособность и престиж в глазах работодателя. Да и боеспособность такого отряда заметно повышается. И значит, таким отрядам достаются и более дорогостоящие контракты, и индивидуальные премии при работе в группе или связке с другими отрядами наёмников. Ведь кроме своих боевых качеств бхуты привносят в такой отряд и свои сторожевые способности. Их нюх и слух очень чувствительны. И поэтому нет лучшего дозорного, чем бодрствующий и натренированный именно на сторожевые функции бхут.

И вот эти удивительные создания сейчас находятся здесь.

– И откуда тут бхуты? – впечатлённый найденной информацией, поинтересовался я.

– Да, один демон привёз их на продажу, вот я за ними и ухаживаю, – как само собой разумеющееся ответил мальчишка. – Ну, как ухаживаю, – поправился он, – прихожу, просовываю им в клетку еду, и всё. Вот. А Ралия, моя сестра, как-то принесла мне обед, я как раз тогда кормил бхутов, и попросила у меня разрешения помочь мне и покормить их. Но я и оглянуться не успел, как эта глупышка вошла в клетку. Ралия всегда была немного не от мира сего. Я поэтому и стараюсь оберегать её, она и защитить-то себя не может. А с её характером и верой в окружающих… Эх! – Парнишка как-то безнадёжно махнул рукой. – Так вот, она думала, что надо входить и высыпать еду в кормушку, но там для этого было сделано специальное окно. Я просто не успел ей показать, как правильно это делать. – Глеос помолчал. – А потом я полчаса, не веря своим глазам, сидел и смотрел, как эти дикие звери не то что не трогают её, а едят у неё прямо из рук, а она вдобавок ещё и почёсывает им загривки. Ну, я, конечно, не рассказал об этом никому, однако Ралия с тех пор стала приходить сюда со мной, когда была моя ночная смена. Ей-то всё равно, и темнота ей не помеха, – как-то грустно произнёс Глеос, а потом закончил: – В общем, с тех пор она помогала мне с уборкой, чистила им клетку и кормила. Так что лучшего места во всём городе, чтобы спрятать её, я и придумать не смог бы.

– Понятно, – кивнул я. – Ладно, пойдём сходим за ней и поднимемся в наш номер. Нам всем ещё многое нужно успеть сделать за сегодняшний вечер.

Я предполагал управиться с этими делами примерно за час-полтора, а потом подойдут те гости, чьи подчинённые следили за нами. Да и хозяин гостиницы ой как сильно хочет переговорить с нами. Ему тоже есть что нам предложить, в этом я полностью уверен. Вон как резво побежала одна из его служанок, заметив нас стоящими у крыльца.

– Ну, давай, веди к своей сестрёнке, да и на этих бхутов очень интересно взглянуть. Никогда их не видел, – честно признался я.

– Тогда вам лучше близко к ним не подходить, – серьёзно предупредил меня Глеос. – Они очень ревностно охраняют своё пространство от чужаков. А чужие для них все, кто не является членом их стаи.

– А как же твоя сестра? – усмехнувшись, спросил я.

– Не знаю, – пожал он плечами. – Может, они её уже приняли в свою стаю или считают каким-нибудь отбившимся от чужой стаи детёнышем. Но не обижают, а, наоборот, защищают, будто она и правда одна из них, – задумчиво закончил он и направился за угол, откуда и наблюдал за входом в таверну.

Метров через тридцать за первым зданием располагался огромный двор, в дальнем конце которого находилось ещё одно достаточно большое строение.

– Это и есть тот зверинец, о котором я вам рассказывал, – сказал Глеос и направился прямо ко входу в это здание. – К решёткам не приближайтесь, – предупредил нас молодой эльфар. – Неизвестно, как отреагируют на ваше присутствие бхуты.

– Хорошо, – отозвался Лениавес.

Мне же нечего было ответить на его просьбу, так как сразу же после того, как Глеос нас предупредил, у меня возникло чёткое понимание того, что внутрь войти всё-таки придётся, по крайней мере мне. Поэтому я лишь молча кивнул на его слова, показывая, что услышал их, но вот то, что я буду и действовать так же, это совершенно не значило.

В общем, мы маленькой цепочкой из трёх нейтралов (нужно же как-то называть местных жителей, человек или людей не подходит, кроме нас тут, оказывается, огромное множество и совершенно других рас) вошли внутрь.

«М-да, не зря меня терзали смутные предчувствия того, что внутрь зайти всё-таки придётся», – подумал я.

В помещении стояло порядка десятка различных демонов, я бы сказал, бандитской наружности, но не уверен, что и сам выгляжу намного лучше их со всем навешанным на себя вооружением. И смотрели они на того одного огромного и мускулистого, похожего на минотавра (да что похожего, вылитый минотавр, только раза в два так крупнее) демона, что сейчас проходил мимо парализованных бхутов, беспомощно смотрящих на то, как он приближается к вжавшейся в угол девочке, вернее, очень худенькой и изящной девушке.

Я вовремя успел перехватить Глеоса, рванувшегося на выручку своей сестре, и отрицательно покачал головой.

– Я сам, – тихо прошептал я и, оставив парнишку на Лениавеса, двинулся в направлении столпившихся у клетки демонов.

Тихо подойдя к стоящему позади всех молодому темнокожему мускулистому, правда, не очень высокому демону, я спросил:

– Слышь, парень, а что тут происходит?

– Да Регус, – тот кивнул в сторону минотавра, – хотел показать свой товар, а тут эта эльфарка, оказывается, уже всю стаю приручила. Вот он и взбесился. Конечно, любой бы взбесился, когда такие деньжищи мимо пальцев ушли. И как только умудрилась? – И удивлённо посмотрел на девушку. – Это повезло ему, что он догадался нанять мага и тот надел на зверей сдерживающие ошейники, а иначе бы они нас тут всех порвали. Не знаю, – он задумчиво почесал затылок, – а вот девчонке, похоже, очень не повезло. И что она тут делала? Видно же, что случайно сюда попала. Но что случилось, то случилось. Попробуй объяснить это любому демону с Миноса, тем более если он потерял больше пятидесяти штук кредитов. И вот теперь он орёт, что она ему весь товар попортила и должна будет ему за всех зверей заплатить. А, судя по всему, у неё, кроме её смазливой мордашки, и нет ничего. Думаю, продаст он её или сам попользует, а потом продаст, хоть это и незаконно. Но его поймут. Симпатичная, я бы себе такую купил, – отвлёкся от рассказа молодой демон, но потом вернулся к своему повествованию: – Из наших с ним тоже никто связываться не будет, не рискнёт. Он же с Миноса. Порвёт любого. Особенно если взбесится. А сейчас он как раз на грани. Вон все глаза кровью залило, – рассказывал мне словоохотливый демон, но вдруг насторожился и с подозрением спросил: – А ты, вообще, кто?

– Да я так, мимо проходил. Мне в таверне обслуга сказала, что здесь бхуты есть. Я и зашёл посмотреть, никогда их не видел, а слышать приходилось. Вот и кинул пару монет парнишке, – и кивнул в направлении Глеоса, – чтобы он меня сюда привёл и показал этих зверей.

– А, понятно, – понимающе покивал мне демон, – я и сам их впервые вижу. Но, парень, опоздал ты, интересного сегодня ты вряд ли здесь увидишь. Этот товар теперь только в расход, никому служить они больше не будут. Выбравшие хозяина бхуты никому больше не нужны. Разве что на сувениры и на ингредиенты их Регус разберёт да продаст. Мы уже и уходить с парнями собирались, когда Регус в плане компенсации предложил с девчонкой поразвлечься. Да мы как-то не по этой части. Если бы она сама там согласилась или за деньги, как с девчонками из весёлого квартала, то можно. А так это не для нас. В гильдии узнают, и нам хоть даже ничего и не сделают, но это очень сильно ударит по нашей репутации. Регус-то потом сможет оправдаться. А мы вряд ли. Так что пойдём мы. А то он тут сейчас сначала с девчонкой разберётся, а потом и за зверей примется. Миносец, что с него взять. – И, обратившись к стоящим у клетки остальным демонам, сказал на предположительно незнакомом мне наречии: – Пошли, парни, нам ловить тут нечего. Регус обломался со своим товаром.

– Слим, может, выкупим у него девчонку, – предложил моему собеседнику один из наёмников.

«А он, похоже, тут за главного», – сообразил я.

– Нет, – отрицательно покачал головой тот, – она не стоит наших жизней, а меньшего этот псих в своём нынешнем состоянии за неё не попросит.

– Твоя правда, – согласился говоривший с ним наёмник.

– Ну, удачи тебе, малышка, – сказал Слим, обращаясь к Ралии, – и пусть смерть твоя будет лёгкой. – И развернулся, направляясь к выходу.

За ним потянулись все остальные. Но уйти им не дал мой внезапно раздавшийся голос, вернее, даже не голос, а мощнейший рык. Вот где пригодился навык Рыкуна. Правда, я его немного поумерил, чтобы не поубивать здесь всех к чёрту. Но зато на меня обратили внимание уже теперь все присутствующие, включая и минотавра, потряхивающего головой и налитыми кровью глазами смотрящего в мою сторону.

– И вам моё всем с кисточкой, – слегка склонив голову, сморозил я первое, что пришло мне в голову.

Удивились, видимо, не только наёмники, но и демон с Миноса, который ещё раз тряхнул головой.

– Тебе чего? – сквозь рык послышался его вопрос.

«Смотрите-ка, оно говорит», – мысленно усмехнулся я и ответил минотавру:

– Уважаемый, мне тут сообщили, что у вас произошло небольшое недоразумение с моей племянницей, – смотря прямо ему в глаза, проговорил я и указал рукой на сжавшуюся в маленький комочек девушку, забившуюся в угол комнаты. – Так вот, я бы хотел разобраться, что тут случилось, и по возможности уладить всё мирным путём. А то, знаете ли, не хочется мне сегодня ещё кого-то убивать.

Похоже, поговорка о том, что наглость города берёт, работает и в этих мирах.

В ответ на мои слова раздавалось только бешеное сопение и опять стали наливаться кровью глаза.

– Эй, эй, друг, осади, – протиснулся я мимо наёмников к клетке и оказался напротив возвышающегося надо мной демона.

«Блин, а от двери он выглядел значительно менее внушительно», – произвело на меня такое впечатление то чудовище, что сейчас склонилось надо мной.

– Я просто хотел договориться, – постарался я успокоить это пятиметровое чудовище (и как он сюда только влез). – Ты же не просто так сюда прибыл за тридевять земель, чтобы продать этих милых и добрых зверюшек каким-то злобным магам на опыты, я прав?

Тот продолжал тупо смотреть на меня налитыми кровью глазами с полным отсутствием проблеска разума в них.

«Блин, ну и что мне теперь делать? Вроде и девчонка не права со своими необдуманными действиями, правда, и убить её я не дам, тем более надругаться над ней. Да это чудовище просто разорвет её. Но и убивать его что-то у меня нет никакого желания. Он вроде как в своём праве. Это его оставили без товара».

Упс. Хватит думать.

Замах минотавра. Уход вправо. Рядом со мной пролетела кувалдоподобная рука этого демона.

Шаг в сторону. Пропускаю рядом второй удар. Двигается этот с виду огромный и неповоротливый демон удивительно легко и плавно. Так что его внешний вид очень обманчив. Не зря с ним не хотели связываться наёмники. Да он бы и стаю всю на кусочки разорвал, если бы осмелились на него напасть. Сильный демон. Даже не думал, что такие существа, как он, есть где-то в этом мире.

Хотя пора уже давно понять, что я не такой уж и уникальный. Но для одного дня этих открытий слишком много. Сначала старший, а теперь и этот монстр-минотавр.

Но надо уже заканчивать с ним. Хоть я и не такой уникальный, как думал сам о себе, однако у меня есть кое-что, чего наверняка нет у него.

Ментоинтерфейс и кластер.

Мгновенно отстраивается ситуационная модель. На виртуальном теле монстра проявляются его наиболее уязвимые точки.

Так, не подходит, не подходит. Блин! Да их всего ничего. И поражение в любую из них ведёт только к мгновенной смерти.

Идеально созданный боец. В том-то и дело, что созданный. Это явно просчитал кластер. Слишком филигранно в его теле и менто-информационном поле подогнаны необходимые для неуязвимого бойца параметры. Слишком мало на его теле уязвимых точек, доступных извне.

«Кстати, кое-что нужно взять на вооружение и мне. Кластер, просчитай коррекцию и, как будет готово, примени разработанные изменения вместе с Искателем», – отдал я распоряжение.

Сделал я это потому, что обратил внимание на несколько простых, но от этого не менее действенных изменений в теле демона-миносца, которые позволяли значительно укрепить его основу и мышечный каркас.

«Поставлено в очередь», – отрапортовал тот.

Но уязвимые точки на теле нашего монстра всё-таки есть. Например, небольшая область за его правым ухом. Это выход одного из нервных окончаний, повышающих его осязательную восприимчивость, но при этом создающий и обратный эффект. Удар туда не убьёт минотавра, но выведет из строя часов на десять – двенадцать. За это время он успеет остыть. А потом мы и поговорим с ним.

Скольжение вдоль корпуса, под его занесённой правой рукой. Оказываюсь немного позади и справа.

«А он, похоже, догадывается, что я собираюсь проделать и куда ударить», – сообразил я, увидев, что минотавр постарался блокировать мой тактический манёвр, но катастрофически не успевал.

Моя рука уже нанесла тот единственный, но решающий удар, что мне и был нужен. Концентрированный тычок в строго определённую точку на его черепе – и демон с Миноса замирает статуей. А потом с невообразимым грохотом падает на пол.

– О-бал-деть, – раздаётся в полной тишине голос именно того демона, с которым я разговаривал. – Если бы мне кто рассказал, что чел завалил миносца, я бы долго и смачно ржал, а теперь даже и не знаю… – И, повернувшись к одному из своих, уточнил: – Он ведь чел, не саркал?

– Чел, – подтвердили его слова, – правда, маг, но очень слабый, его даже ни в одну серьёзную академию не возьмут.

– А я уже посчитал, что тут ничего интересного произойти не может, – тихо проговорил всё тот же демон и, уже обращаясь ко мне, спросил: – Регус-то жив?

– Ну, если от падения не помер, то должен быть жив, я его убивать не собирался. – И, посмотрев на него, убедился, что Диагност подтвердил моё мнение о его нынешнем состоянии.

– И что теперь? – спросил у меня демон, кажется, его звали Слим. – Он, так же как и мы, из гильдии наёмников, мы должны будем сообщить о том, что здесь произошло. – И Слим посмотрел на меня, а потом перевёл взгляд на распростёртое в клетке тело.

– А что произошло? – пожав плечами, спросил я. – Он жив. Часов через десять придёт в себя. Сам напал на меня, когда я хотел поговорить с ним. Мой друг – магистр магии разума, – я указал на стоящего у двери Лениавеса, – он сможет предоставить на суде полную и достоверную иллюзию всех произошедших здесь событий. И что у нас получается? Он напал на своего потенциального клиента. Ведь, как я понял, миносец собирался продать бхутов. А то, что они привязаны, только снижает стоимость товара. Моя племянница тут оказалась случайно, хотела покормить этих милых зверюшек. Вон, видите, кормушки полны. Как вы думаете, кто им насыпал туда еду? Почему он подумал, что она это сделала специально, я не знаю. Напугал её до полусмерти. Бедняжка в углу сжалась и дрожит вся, как листик на ветру. Подведём итоги. Нападение. Необоснованные обвинения. И угрозы. Впечатляющий набор для простого торговца. А по сути, пусть считает, что продал их нам, мы выиграли торги с ним и купили этих зверей на наших условиях. – И я усмехнулся, смотря в удивлённое лицо наёмника. – А теперь самое интересное и вкусное. Я настаиваю, чтобы вы сообщили в свою гильдию о произошедшем. Тогда, предоставив все улики и официально купив у этого господина его товар, – я кивнул на лежащего на полу зверинца миносца, – я подам встречный иск о неподобающем поведении и нападении на покупателя. А затем потребую компенсацию и полное возмещение как физического, так и морального ущерба, нанесённого этим ужасным страшным демоном такому доброму и маленькому мне, и уж тем более моей племяннице. Как вы думаете, какую сумму мне лучше назвать? – Я с искренним любопытством посмотрел на стоящих передо мной наёмников.

Те поражённо смотрели на меня и ничего не могли мне ответить.

Я подошёл к девушке и тихо спросил:

– Ралия, вы как? Всё нормально? – И слегка коснулся этого сжавшегося в комочек существа.

Та от моего прикосновения сжалась ещё больше, но я осторожно погладил её по руке.

– Уже всё закончилось, всё хорошо. Тут со мной твой брат, Глеос.

Последние слова заставили девушку прислушаться ко мне, и она подняла своё испуганное и заплаканное лицо.

– Он тут? – тихим волшебным голоском спросила она и посмотрела на меня.

Я же, глядя в её личико, думал сейчас совершенно о другом.

«Ну зачем мне уже третья красавица, там что, кто-то хочет, чтобы меня на части разорвало?» И слегка закатил глаза, успокаиваясь.

Раньше в моём мнимом гареме были только лесная фея и демоница, а теперь ещё появился прелестный, нежный и хрупкий ангел.

«Интересно, кого не хватает?» – влезла в мою голову полушутливая мысль, но я постарался отбросить её подальше.

И так тяжело, а сейчас будет всё ещё сложнее.

«И что мне делать?» – в моей голове засел вечный вопрос, заданный ещё классиком на моей родине, но контекст его вопроса явно находился в несколько другой области.

– Да, здесь, – наконец совладав со своими мыслями, ответил я, – вон он, стоит у двери. – Я мотнул головой в направлении выхода.

И только сейчас, удивившись реакции девушки и вглядевшись в её лицо, понял, почему так грустно говорил Глеос о своей сестре.

Ралия была слепа.

Она невидяще посмотрела в направлении шумевших наёмников, но никак не на своего брата.

– Не там, – тихо произнёс я и, аккуратно взяв её за руку, помог девушке подняться и подвёл к брату. – Держи своё сокровище, – сказал я ему, нехотя передавая нежную полупрозрачную ладошку Ралии в его руки.

Глеос сразу схватил сестру и принялся осматривать со всех сторон, стараясь понять, всё ли с ней в порядке.

– Ралия, как ты? Всё нормально? Ничего не болит? Он с тобой ничего не успел сделать? – засыпал он сестру вопросами.

– Нет, – ответила она. – Уже всё хорошо. Только я сильно испугалась. И он что-то сделал с бхутами, я их не слышу и практически не чувствую.

– На них ошейники, помнишь, я тебе говорил, – сказал Глеос, – они не дают им пошевелиться.

– Не только. Им очень больно, – серьёзно сказала девушка. – Это какие-то неправильные ошейники, если их быстро не снять, то щенки очень скоро погибнут, и стая станет неуправляема, начнёт мстить всем подряд. И тогда их никакая магия не удержит, даже эти самые ошейники.

Глеос вопросительно посмотрел на меня.

Я пожал плечами:

– Сейчас всё сделаю, – и вошёл обратно в клетку, чуть не запнувшись о лежащее тело великана-минотавра.

«Нужно будет и его куда-нибудь отсюда перенести», – подумал я и направился к парализованным животным.

Сначала я решил помочь щенятам, так как сейчас именно они подвергались наибольшей опасности. Взрослые ещё подождут немного.

Подойдя к первому щенку, я присел на корточки и принялся рассматривать необычный ошейник.

«Магический артефакт пятого уровня, – выдал своё заключение Вирт. – В материальную основу внедрён конструкт соответствующего уровня – подавления воли, отключения мышечной деятельности и нервной активности. Дополнительно в конструкт добавлено постороннее плетение третьего уровня, заставляющее жертву усиленно вырабатывать жизненную энергию, откачивающее и конвертирующее её. Делается всё это для поддержания работы самого основного конструкта. Необычен способ получения менто-энергии: конструктом в тело жертвы беспрерывно посылаются импульсы, воздействующие на его нервную систему. У жертвы создаётся ощущение невыносимой боли, сравнимое со сдиранием кожи. И это воздействие постепенно нарастает для постоянного поддержания необходимого уровня выработки энергии с последующим её конвертированием в необходимый для работы конструкта тип».

Пояснения Вирта, конечно, были интересны, однако, судя по построенной им же схеме, просто так разорвать или разрезать этот ошейник не получится, так как в него был внедрён и защитный механизм. До безумия простой, но при этом невероятно действенный. С посторонним воздействием на ошейник возрастает и сила его противодействия. И энергия на это берётся всё у того же бедного животного, на которого этот необычный сдерживающий амулет надет.

В неактивированном состоянии артефакт представляет собой простую бечёвку, сплетённую из нескольких нитей. В активированном же материал претерпевал какие-то внутриструктурные изменения и уже походил на металлическую цепочку толщиной в палец. Хотя на самом деле, как утверждал Искатель, это была всё та же верёвка, что и до этого.

«Необычно, – подумал я, рассматривая созданную модель плетений и конструкты, наложенные на виртуальную схему ошейника. – И как же мне его снять? Мне что-то очень подозрительно такое изделие, кто, интересно, его создал и для чего. Уж больно оно сложное для простого ошейника, который используют для сдерживания диких животных. А вот если применить его, скажем, к какому-нибудь магу или сильному магически одарённому существу, то это какой же мощный получается из бедной жертвы источник менто-энергии! Особенно если кто-то может извлекать эту самую энергию из ошейника или перенаправлять его в некий накопитель».

А ведь это мысль.

И я быстро проверил модель конструкта, используемого в ошейнике, на предмет подключения к нему дополнительного канала, отводящего менто-энергию.

«Угу, есть такой», – заметил я то, что искал.

Так. Перекрываем поступление менто-энергии в ошейник, одновременно подключаемся к нему и откачиваем менто-энергию.

«Но как это сделать незаметно для других?» Задача.

Нужен какой-нибудь разряженный накопитель менто-энергии. А остальное я смогу замаскировать в менто-информационном поле своего кинжала, которым буду разрезать ошейник.

Я повернулся к толпе народа, с любопытством наблюдающего за мной от двери.

– И что, ты знаешь, как снять подобный ошейник? – почему-то насторожившись и став намного серьёзнее, спросил Слим.

– Да, – кивнул я.

– Откуда? – удивился тот.

– Догадайся, – пространно ответил я и осмотрел окружающих.

Наёмник же как-то подозрительно пристально постарался всмотреться в меня. Не знаю, что он там хотел увидеть, но этого точно у меня не было, так как он лишь тряхнул головой и о чём-то задумался.

– Эй, ты, там, в углу, одолжи свой накопитель, – обратился я к одному из наёмников, похоже выполняющему в этом отряде ещё и функции мага. Как раз того самого, у кого Слим интересовался, не саркал ли я?

Кстати, а это кто такие?

Упс. Человекообразные демоны. Сильны и очень опасны. Считаются одними из лучших воинов в нейтральных мирах. Служат исключительно телохранителями или в различных гильдейских отрядах. В гильдию наёмников не вступают по каким-то своим неведомым причинам. Нанять можно только или по их личному непосредственному согласию, или сделав заявку в их представительство, расположенное в одном из центральных нейтральных миров.

– Зачем? Да и откуда ты знаешь, что он вообще у меня есть? – удивлённо спросил тот.

– Как это у отрядного мага, собравшегося приобрести стаю бхутов, и не будет пары-тройки запасных накопителей магической энергии? – вопросом на вопрос ответил я ему.

Тот лишь кивнул на мои слова и, сделав пару шагов по направлению ко мне, протянул достаточно крупный зеленоватый кристалл.

– Недавно на него наткнулись, достался нам как трофей, – пояснил маг наёмников. – Правда, он не заряжен, – развёл он руки в стороны.

– Не беспокойся, это как раз то, что нужно, – пробормотал я больше для себя, чем для него, беря в руки увесистый кристалл.

«Неплохой накопитель, надеюсь, его хватит на все ошейники».

Мои мысли между тем крутились вокруг того, что я должен сделать и как это всё будет происходить.

Я обернулся ко всем присутствующим:

– Тут такое дело, я не знаю, как и что получится и, самое главное, как отреагируют звери, так что вам лучше выйти. – Однако, заметив, что никто даже не двинулся с места, попросил: – Вы тогда хоть дверь в клетку заприте. – Я кивнул в направлении решётки.

Это наёмники сделали тут же. Видимо, и правда соскучились по развлечениям, коль всё ещё толпились здесь.

Или всё дело в их командире, который больно странно посматривал на одетые на бхутов ошейники, будто раньше уже встречал подобные и знал, для чего они могли предназначаться.

Так, работаем с первым ошейником.

«Вирт, сделай копию внедрённого плетения, может, пригодится когда-нибудь», – отдал я приказ кластеру.

«Выполнено», – ответил он.

«Хорошо», – отметил я и незаметно внедрил в вынутый из ножен кинжал нужное плетение, прерывающее поступление менто-энергии в ошейник.

Приступаем.

Накопитель прикладываю к месту, где располагается канал получения менто-энергии из ошейника, и закрепляю на него нить. И практически сразу замечаю, как бодрым ручейком пошёл отток энергии из ошейника. Второй рукой резко разрезаю тонкую бечёвку в одной из узловых точек её менто-информационного поля, прервав тем самым связь этого садистского амулета с животным.

«Смотри-ка, сработало», – сам себе удивился я.

Щенок вяло шевельнулся.

Оставив его лежать на полу, я подошёл к следующему. Повторение процедуры – и ещё один маленький такой бульдог шевельнул лапой.

Потом ещё к одному.

Всё, угрозу от щенков отвели. Теперь их мамаши.

Хуже всего было одной из молодых самочек. Диагност отнёс состояние её здоровья к красному уровню. То есть требовалось наше экстренное вмешательство. И в чём дело.

Понятно. Она и сама ещё щенок, но уже подросший. Да к тому же ощениться месяцев через пять должна, по прогнозу моего Диагноста.

Что мы можем для неё сделать?

Снимаем ошейник.

Дальше. Камень жизни. Как повезло, что он полностью заряжен!

«Вот чёрт, я же его оставил, чтобы подлечить то странное существо, – вспоминаю я. – Тогда что?»

Да то, что я, по сути, проделал с возвратным камнем, когда создавал дубликат и в итоге получил телепортационный. Сейчас процедуру нужно повторить.

Различных драгоценных камешков и всяких кристаллов у меня уйма, вот и сделаю из одного из них простой лечебный амулет на основе плетения «Восстановление средних ран».

Подбираю небольшой тёмно-серый кристалл, переполненный энергией жизни, чья структура идеально подходит под внедрение именно этого плетения. По крайней мере, как раз такие рекомендации выдал мне Вирт. Дополнительно он подготавливает необходимую для слияния виртуальную модель менто-информационного поля кристалла с уже внедрённым в него лечебным плетением. После чего мы с Искателем производим слияние полученной кластером ментальной модели будущего артефакта и реального материального носителя. И – вуаля, у меня в руке лежит готовый лечебный амулет четвёртого уровня, как определил Вирт, и, судя по расценкам на различных торговых биржах и площадках нейтральных миров, которые кластер теперь постоянно проверяет и контролирует, этот амулет достаточно редкий и ценный.

В будущем это нужно учесть. Во-первых, это неплохие деньги, а во-вторых, это заметный артефакт, который может привлечь как клиентов, так и нежелательное внимание. Будем разбираться. Но не сейчас.

Подкладываю амулет под переднюю лапу животного как раз напротив её сердца. Вирт выделил именно это место. Вижу, как начинает действовать встроенное в амулет плетение, как раскручивается тонкая энергетическая сеть, воздействующая на повреждённые или поражённые области и органы, а затем постепенно восстанавливающая их. И как полностью окутывается ещё не окрепший, совсем крошечный плод в животе самочки бхута.

«Постойте-ка, там два щенка!» – вглядевшись, различаю я.

Понаблюдав немного за лежащим животным, я понял, что сила плетения и природная регенерация бхутов понемногу вытаскивают самочку из-за границы смерти. Всё, она вне опасности. Как и её будущие детеныши.

«Успел». Я погладил её по спине и повернулся налево, посмотрел туда, где лежали другие звери.

Следующая самка, и ещё одна. С ними никаких проблем.

Как только они пришли в себя, первым делом отыскали взглядом щенков и поползли к ним.

Теперь самец.

Ошейник на пол.

Зверь осторожно поднимается на лапы. Хищный оскал на его морде. Практически мгновенное восстановление сил. Он готов к бою. Бешеный, убийственный взгляд прирождённого хищника, бойца, охотника упирается в меня.

Наёмники под воздействием этой дикой мощи отшатнулись от клетки, только Ралия подошла поближе.

– Не нужно, – сквозь глухое рычание послышался её тихий голос, – пожалуйста, не надо.

И не понятно, к кому она обращалась. К одному дикому зверю или ко второму, который застыл напротив бхута.

Её слова, словно сквозь туман, достигают моего сознания.

Щенки скулят и испуганно жмутся к дальней стене зверинца. Самки прикрывают их своим телом.

Самец-бхут, оскалившись, прижавшись брюхом к полу, готовится кинуться на меня. Это почему-то меня только смешит.

– Ну, никакой в вас благодарности, – громко говорю я и, поворачиваясь, иду к выходу из клетки.

Сзади раздаются крадущиеся тихие шаги.

– Сидеть, – тихо говорю я и мысленно дублирую свою команду, вложив в неё всю силу и мощь, которые бурлят во мне сейчас, стараясь удержать того внутреннего зверя, что поселился во мне ещё там, в тёмных дебрях Леса. – Сидеть и вести себя тихо, – оглянувшись и посмотрев прямо в глаза бхуту, который уже почти подобрался ко мне, веско повторяю я. – Ждать меня здесь.

И, отвернувшись, выхожу за дверь клетки, закрывая её за собой и наблюдая, как бхут, ещё раз посмотрев на меня, идёт к своей, моей стае.

Минотавр был не прав. Это не Ралия приручила его стаю. Они лишь охраняли её, как молодую самочку, прибившуюся к их стае, перед тем как их поймали в магическую ловушку. Их и поймали по той причине, что они не смогли найти того, кто будет заботиться о стае. Вожака у них до сих пор не было, был лишь защитник – очень сильный, но не слишком умный бхут. Хороший боец и воин.

Но его тяготило бремя заботы о стае. Он и сам хотел свалить его на кого-то другого. Но до сих пор не встретил никого, кто смог бы убедить его в своём праве главенствовать над ним.

И тут нарисовался я. И как результат – у них теперь есть вожак.

«Не грустите, – мысленно сказал я им, – я скоро вернусь».

Мне вслед раздался радостный лай.

«Ну, точно, собаки», – подумал я.

«Отдыхайте. – Я мысленно представил Глеоса. – Он вам скоро принесёт ещё еды, а то этой не хватит, чтобы восстановить ваши силы. Не обижайте его. Он тоже из нашей стаи».

«Тут очень плохо, – раздался тихий, слабый голос у меня в голове, – мы не можем тут».

Я понял по направленному на меня взгляду, что говорит со мной одна из самочек.

«Скоро я уведу вас в новый дом. Надеюсь, там вам будет гораздо лучше. Если я выпущу вас сейчас, это будет опасно. Я не хочу потерять вас».

«Мы подождём», – ответила всё та же самка.

«Да, и пусть она пока лежит. Ей нельзя вставать и шевелиться. – Я мысленно представил молодую самочку. – Она очень пострадала».

«Почему?» – вопрос так и витал в воздухе.

«У неё будут щенки. Два», – ответил я.

«Мы позаботимся о ней», – ответила вторая самка.

«Хорошо».

И я, сделав шаг к решётке, просунул руку сквозь неё. Ко мне несмело подошёл бхут-защитник.

«Ты молодец. Ты очень хорошо заботился и заботишься о стае. – Я погладил его по склонившейся к моей руке голове. – Лучшего защитника, чем ты, нам не найти».

Никогда не думал, что такие страшные клыкастые морды могут так радостно улыбаться.

«Ну всё, иди, – сказал ему я, похлопав на прощание по шее. – Ах да. И этого не трогайте, – кивнул я на распростёртое тело миносца. – Он не враг. Пусть живёт. Я за ним приду».

«Хорошо», – вильнул хвостом защитник.

Я обернулся и увидел лица местных, поражённо смотрящих на это представление.

– Всегда любил таких добрых и симпатичных пушистиков, – пожал я плечами.

– Мы сейчас с тобой об одном и том же говорим, – уточнил у меня Слим, – о бхутах? – И обернулся к наёмникам: – А миносец-то, похоже, зря на девчонку наезжал. У стаи-то появился совсем другой хозяин. И откуда только такие челы, как ты, берутся? Приходят. Мимоходом уделывают одного из самых сильных бойцов гильдии, без страха входят в клетку к диким бхутам, да ещё потом так же спокойно выходят из неё, при этом сами бхуты слушаются его как ручные. Так откуда ты?

– Как я сказал одному очень пожилому и мудрому троллю, от мамы с папой, как в общем-то и все остальные. – Я прошёл к выходу. – Идёмте, у нас ещё остались незаконченные дела, – кивнул я Лениавесу и Глеосу, а потом осторожно взял за руку Ралию и ласково сказал: – Пойдём, познакомлю вас с братом с остальными.

И собрался выйти из зверинца. Но неожиданно атмосфера в помещении накалилась.

Я прикрыл своим телом девушку, Лениавес – мальчишку, и мы повернулись в сторону нацеливших на нас оружие наёмников.

– Ты кое-что забыл, – тихо произнёс Слим, исподлобья смотря на меня.

– Извини, и правда замотался. – Я протянул ему их накопитель: – Спасибо, пригодился.

Хоть я и догадался, о чём сейчас пойдёт речь, но предпочёл первым не начинать. Пусть он выскажет свою точку зрения.

– Оставь себе, – зло проговорил наёмник. – Ты не догадываешься, что выдал себя, урод?

– Как-то больно грубо для вас, господа, – усмехнувшись, ответил я.

– На суде тебя ждёт и не такое. И от приговора тебе сладко не будет. Ты думаешь, мы не догадались, что ты из ковена пожирателей магии?

«Так, что-то новенькое», – подумал я и быстро прошерстил сеть.

Понятно. Именно этот ковен использовал подобные ошейники, отлавливая магов и прочих существ, и за счёт их энергии повышал свои собственные магические возможности, силы и умения.

– И на каких же основаниях? – с интересом спросил я.

Тот посмотрел на меня, как на идиота, и ответил:

– Только один из них мог знать, как снять подобный ошейник.

Интересная версия, и она натолкнула меня на правильную постановку вопроса, которая теперь просто обязала меня по душам поговорить с лежащим сейчас бесчувственной тушкой великаном.

– Ты неправильно сформулировал свою мысль, – тихо и веско сказал я и, не дав ему вставить слово, продолжил: – Только один из ковена мог активировать эти ошейники.

Мои слова заставили задуматься наёмников. Но недоверие всё ещё читалось в их глазах, и тогда я, немного помолчав, добавил:

– А как снимать эти ошейники, мог знать и тот, кому довелось их носить. – Я развернулся к двери, ведущей из зверинца, и вышел на улицу, так и держа Ралию за руку.

За нами последовали всё это время молчавшие Лениавес и Глеос.

Наёмники же остались внутри помещения.

М-да, тяжёлое выдалось начало вечера. И это я ещё даже не занялся тем, что было мной запланировано.

Но отступать от задуманного поздно. А потому мы через служебные помещения двинулись в таверну.

– Капитан, может, объяснишь, что здесь произошло? – спросил у Слима их отрядный маг.

Слишком хорошо был сработан и вышколен отряд капитана, чтобы задавать лишние вопросы, когда демон отдал приказ напасть на этого чела и его друзей. Но теперь, когда у них состоялся странный разговор и всё закончилось, так и не начавшись, следовало понять: а что же здесь случилось на самом деле?

Хотя капитан наёмников и выглядел молодым демоном, но на самом деле ему уже давно перевалило за четвёртую сотню лет. До того как стать наёмником, он был простым жителем одного из нижних планов, и у него была своя история, свои скелеты в шкафу.

У него была семья. Жена и сын. И сын унаследовал от своей матери очень сильные магические способности. Он был их гордостью и надеждой. Именно тогда Слим и оказался в нейтральных мирах, чтобы податься в наёмники. Он хотел обеспечить будущее для своей семьи.

О том, как попасть в нейтральные миры, рассказал ему отец, который и сам наёмничал тут какое-то время. Он и обучил его всему, что знал сам и смог узнать здесь.

Первые пару десятков лет Слим подбирал себе отряды, притирался, набирался опыта и завоёвывал авторитет. В нейтральных мирах, даже чтобы тебя приняли в простой, но достаточно спаянный и успешный отряд, нужно заработать какое-то имя и репутацию. Но Слим был упорен и уже через пару лет смог устроиться в одном из миров и перевезти туда свою семью.

Так шли годы. Жена прошла обучение в одной из местных школ магии и открыла свою небольшую магическую лавку, где торговала в основном снадобьями и зельями собственного приготовления. Сын рос и с каждым новым годом подавал всё большие и большие надежды. Его таланту в сфере магии огня могли позавидовать многие, ему пророчили как минимум магистерское будущее в одной из магических гильдий. У него уже было несколько приглашений на поступление в них. И видимо, эти способности сына и привлекли к семье Слима внимание проклятого ковена пожирателей магии. А может, информацию о талантливом мальчике-демоне слил этому ковену кто-то из тех, кто уже знал о нём. Тогда Слим не знал, кто виновен в том, что случилось дальше.

А случилось простое.

Однажды, вернувшись после выполнения работы по очередному контракту, он не обнаружил ни жены, ни сына. В доме были незначительные следы борьбы, но не более. Поиски он продолжал несколько лет. Привлёк к этому всех магов и сыскарей, которых смог нанять. Потратил все деньги, что у него были. Продал дом и вновь всё потратил. Но так никаких зацепок найдено и не было. Его жена и сын исчезли без следа, будто растворились в воздухе нейтральных миров.

Сначала он запил, загрустил, свалился в бездну отчаяния. Хотел даже покончить с собой и умереть. Но его старинный друг, который поддерживал его всё это время, не дал ему скатиться на самое дно. Он чуть ли не силой заставил его снова встать на путь жёсткого и несгибаемого наёмника. Однако теперь у него была ещё одна цель, которая поддерживала его, даже не жизнь, а существование, некую видимость этой самой жизни: он стремился узнать, что и как произошло тогда в его доме? Где его сын и жена? Что с ними? Он жаждал разыскать или хотя бы выйти на след тех, кто был причастен к их исчезновению.

За то время, что он вёл этот бесконечный поиск, Слим стал достаточно известным наёмником, сколотил свой небольшой, но крепкий отряд из бывалых воинов. И вот примерно сотню лет назад он нашёл тот страшный и ужасный след, что указал ему нужное направление в поисках сына.

Он нашёл тело своей жены.

Оказывается, такие исчезновения жителей в нейтральных мирах были не редкостью, и Слим находил и старался поддерживать связь с такими же жертвами исчезновений близких, как и он сам. И один из его знакомых дал наводку на небольшой домик в отдалённом нейтральном мире, где, предположительно, могли держать похищенных.

Собрав группу из десятка наёмников для захвата этого, как выяснилось, совсем не маленького поместья, Слим вторгся туда.

Этот дом был одним из притонов запрещённого ковена. И вот там-то, в подземельях, среди трупов жертв этого ковена он и нашёл свою, изменившуюся почти до неузнаваемости жену. Он смог узнать её лишь по нескольким известным ему приметам. Он опоздал на пару дней. Их убили, принеся в жертву какому-то богу. На шее у неё был точно такой же ошейник, как и те, что были надеты на бхутов.

Уже позже он смог выяснить, что подобные ошейники надевают на свои живые источники магической энергии адепты ковена пожирателей магии. И вот тогда-то у него затеплилась надежда, что его сын ещё жив, ведь среди найденных тел его не было. С тех пор он разыскивает хоть какие-то ниточки, ведущие к этому ковену. Но пока безрезультатно.

И тут у него на глазах кто-то спокойно снимает подобный ошейник, и делает это так легко, будто не первый раз. И возможно, этот кто-то имеет прямое отношение к этому треклятому ковену. Вот и неудивительно, что у него сдали нервы. Он хотел мести. И отдал этот не очень разумный приказ.

Но благодаря выдержке и какому-то уверенному спокойствию этого странного чела тут, в зверинце, не произошло ничего непоправимого.

– Так что здесь произошло? – повторил вопрос маг.

Слим оглядел свой отряд. В нём собрались только те, кто стал его новой семьёй. Самые близкие и надёжные. И поэтому он впервые без утайки рассказал свою историю.

– М-да… – протянул один из наёмников, – тебя можно понять. Но я не уверен, что мы справились бы с этим непонятным челом и его другом. Слишком они какие-то… странные.

– Верно, – согласился с ним Слим, – но меня во всём этом разговоре заинтересовали две вещи. – Он вновь посмотрел на отряд. – Этот чел прав: надеть и активировать подобные ошейники мог лишь кто-то из ковена. И второе. За всё время, что я стараюсь обнаружить хоть какие-то следы этого ковена, я находил лишь горы трупов и никогда не слышал, чтобы кто-то смог вырваться из их лап живым. И это странно.

На что маг, немного подумав, ответил:

– А ты посмотри туда. – Он указал рукой в клетку, где сидела стая бхутов, не обращая внимания ни на них, ни на тело гиганта-демона. – И ты думаешь, что какой-то ошейник может остановить того, кто один на один выходит против целой стаи бхутов или с одного удара вырубает миносца? – После паузы он продолжил: – И ещё. Если обдумать то, что ты рассказал об этом ковене… Знаешь, я, как маг, могу рассказать тебе кое-что ещё. Ведь ни у кого не получится вырвать магическую силу полностью. И когда я смотрел на этого чела, то поразился его мизерным, но стабильным способностям. Такое очень сложно предположить, если подумать о естественном их развитии. Однако если кто-то когда-то был очень сильным магом, а потом каким-то невероятным способом утерял свои способности, то, на мой взгляд, картина должна выглядеть именно так.

– То есть ты хочешь сказать, – удивлённо проговорил Слим, смотря на мага, – что, возможно, этот чел и не лгал, когда говорил о том, что, как снять ошейник, может знать и тот, кто его носил.

– Верно. И знаешь, что ещё? – прищурился маг. – Мне тут знакомый сегодня передал об уничтоженном в этом городе каком-то ковене. И произошло это, говорят, или сегодня ночью, или сегодня утром. Не кажется ли тебе, что появление этого странного чела в городе может быть как-то с этим связано?

– Думаешь, это он? – задумчиво спросил капитан.

– Нет, вряд ли. – Маг отрицательно покачал головой. – Как мне сказали, там точно поработали маги, но, если судить по тому, кто стоял за спиной этого чела, маги у него в распоряжении есть. – И он многозначительно посмотрел в глаза Слима. – Полагаю, тебе стоит поговорить с ним.

Ответной реакции со стороны старого наёмника маг не дождался. Тот пустым взглядом уставился в стену. Сейчас капитан наёмников мыслями был далеко. Впервые за всё время поисков у него появился реальный шанс хоть что-то узнать о судьбе сына.

Вот и наша комната. Все мы на месте. Нужно поговорить с девушками, а потом сходить поесть. Да и с трактирщиком переговорить. Есть у него к нам кое-какое дело.

Только я открыл дверь, как меня накрыл верещащий вихрь.

«Ты пропал, – перечислял Рыкун, бегая и прыгая вокруг меня, – я перестал тебя чувствовать. А потом ты вновь появился. Но это был уже не ты. А кто-то похожий на тебя. Но потом вновь появился ты. Тебя было двое. Я запутался. Но потом остался только ты настоящий».

Мой маленький друг, бегая вокруг меня, всё старался что-то разнюхать и рассмотреть.

«Ты вырос, как и я, – резюмировал он. – Ты стал старше, сильнее и опаснее. Но ты всё такой же глупый детёныш праствы. Я помнил твой приказ и охранял твоих самок. Хотя они и хотели уйти. Я и сам хотел. Но не пошёл и их не пустил. – Рыкун заметил переминающихся за моей спиной Глеоса и Ралию. – Они тоже стая? – как-то обречённо уточнил он и, подбежав к ним, фыркнул. – Зачем тебе столько самок? – И, не дав мне ответить, задал следующий вопрос: – А что с детёнышем, он твой?»

«Нет, но мы будем о них заботиться. Он теперь в нашей стае. Да, и ещё. Там, во дворе есть большая клетка. Сходи туда. Там тоже наша стая. Посмотри. Их тоже придётся учить и оберегать. Ну, или они нас будут охранять. Посмотрим».

Рыкун быстро взобрался мне на плечо и подозрительно заглянул в глаза.

«Ещё стая?»

«Да, но они тебе понравятся. Их не нужно охранять». И я представил, как удивится мой маленький друг, увидев бхутов.

«Однако, какая разнородная у нас получается стая», – пролетела мимолётная мысль у меня в голове.

Рыкун, кивнув, куда-то унёсся. Надоело сидеть бедняге в четырёх стенах. А я остался с суровыми взглядами девушек, скрестившимися на мне.

– Ну, простите нас, неразумных, пришлось немного задержаться. Непредвиденные обстоятельства произошли.

Я отошёл в сторону, пропуская вперёд брата с сестрой.

– Это Глеос и его старшая сестра Ралия, – представил я мальчишку и девушку. – Так получилось, что они войдут в нашу гильдию.

– С чего это?! – вскинулась Эрея.

– Ну, наверное, потому, что я им пообещал, – ответил я, – или потому, что Глеос оказал мне одну важную услугу, или потому, что они могут быть нам полезны, или потому, что я сам этого хочу. Причину можете выбрать любую. Но это уже решено. Они принесут вассальную присягу, такую же, что дал мне Мук, и войдут во внутренний круг гильдии.

– Да ты что?! – возмущённо фыркнула Эрея.

– Поверьте, этому есть одна очень важная причина.

– И какая же? – усмехнувшись, спросила Тея.

«Рано или поздно мне потребуется преемник, и я его уже выбрал», – мысленно передал я девушкам и корнолу.

В комнате воцарилась гробовая тишина, и все удивлённо посмотрели на Глеоса.

«Он?» – только и спросила Тея.

«Но почему?» – вторила ей Эрея.

«Потому что это у него в крови, – просто ответил я, – и потому что мне будет нужен тот, кому я смогу безоговорочно доверять. Или вы думаете, что я одних вас отпущу домой, а сам останусь здесь?»

«Ты уверен?» – спросила Эрея.

«Более чем», – ответил я.

«А Мук или Лениавес?» Тея посмотрела мне за спину.

«А вы спросите у него самого», – прищурился я.

«Он прав, лучше, чем сын главы одной из самых опасных гильдий в нейтральных мирах, преемника ему не найти. А мы… Мы будем всегда рады ему помочь. Советом или действием. Муку так вообще это не интересно, как, впрочем, и мне. А мальчишка и правда прирождённый лидер и управленец. Да и на Бага он смотрит как на какое-то божество. Преданнее, чем он, Багу никого не найти. Ну, кроме, конечно, его некоторых родственников», – с хитрецой наклонил он голову.

«В общем-то Лениавес прав. Поэтому парнишку будут натаскивать так, что у него голова лопаться начнёт и искры из глаз летать будут. Но я постараюсь сделать из него нормального чела, простите, эльфара, – сказал я. – А вы все мне в этом поможете, кто чем сможет. – Не заметив особых возражений, я подвёл итог: – Так, с этим решено. – И стал развивать свои мысли дальше: – Его сестру тем более нельзя упускать. Это, кстати, Лениавес больше по твоей части. Я тебе нашёл идеального рунного мага. Потом расскажу о своей задумке и почему я сделал именно такие выводы. А теперь нужно принять решение. Я хочу услышать ваше окончательное „да”».

Хотя я, конечно, лукавил: по сути, выбора-то им и не оставил.

Девушки хотят домой и понимают, что из нейтральных миров я уйду вместе с ними, Лениавес хоть и хочет здесь остаться, но и во внешних мирах у него есть свои дела, с Муком и так всё понятно. Поэтому мне нужен будет некто, кому мы сможем потом поручить управление гильдией, и если я прав, то относительно моего времени это может наступить достаточно скоро.

Год во внешнем мире равен сорока двум здесь. Думаю, дополнительные комментарии излишни.

Я не собираюсь задерживаться тут надолго. Постараюсь организовать, настроить и свалить в сторону, возложив всю ответственность и бремя правления на доверенное лицо. И своим самым близким я его уже представил. Но это всё проблемы будущего.

А сейчас…

«Да», – первой ответила Тея.

«Да», – слышу я тихий задумчивый голос Эреи.

«Да», – соглашается Лениавес.

«Да», – неожиданно раздаётся в моём сознании голос Мука.

Я поворачиваюсь в сторону оторопело смотрящего на нас парнишки:

– Глеос, внутренний совет гильдии принял решение о принятии вас с сестрой в её внутренний круг. – Видя его расширенные глаза, я добавляю: – Всё это делается не просто так. Рано или поздно ты это поймёшь. Только одно условие: вы должны принести клятву служения нынешнему главе гильдии. Ваш ответ?

– И кто он? – прямо спросил у меня парень.

– Это он, – тихо ответила ему сестра. – Ты что, ещё не понял, это его гильдия. Магическая гильдия, где главой является простой чел. – И, помолчав, тихим голосом произнесла: – Клянусь своей силой и жизнью до конца моего существования быть верной слугой чела по имени Баг. – И Ралия слегка наклонила свою прелестную головку.

За ней слова повторил её младший брат.

– Клятва принята, – удивлённо произнесла Тея на высоком эльфаре, похоже, она надеялась на обратный результат, – смотри, сестрёнка, у них появился наш родовой знак. У мальчишки он, как у Мука, знак младшего родича, а у девушки такой же, как у нас с тобой. Она что, тоже теперь его жена?

– Не знаю, – ответила Эрея, – я вообще не знаю, как работает эта клятва, но ты права, знак практически такой же, только чуть меньше. Хотя нет, это просто из-за того, что её магические способности не так сильны, как у нас. Даже не знаю. Как думаешь, сказать ему или нет? – И девушка усмехнулась.

– Не говорите, пожалуйста, – неожиданно тихо произнесла Ралия, ближе подойдя к разговаривающим между собой сестрицам.

«А эльфар-то, видимо, достаточно распространённый язык», – подумал я.

Ралия между тем продолжила.

– Не рассказывайте ему, пожалуйста, – повторила она и пояснила: – Если клятву служения незамужняя женщина или девушка приносит мужчине, то она становится его названой женой. Так, по крайней мере, мне рассказывала мама. Но я в это не верила. При мне никто никогда не давал подобной клятвы. И я теперь не знаю, что мне сейчас делать. Я боюсь, – честно призналась она двум сёстрам.

– Похоже, нашего полку прибыло, – как-то даже спокойно прокомментировала случившееся Тея, – и, я так понимаю, больше никого не предвидится.

– Почему ты так решила? – удивилась Эрея.

Ралия просто прислушивалась к разговору сестёр, она пока не освоилась в их компании и поэтому не знала ещё, как себя вести.

– Сами судите. Нижние миры, – Тея указывает на себя, – срединные миры, – её точёный коготок упёрся в носик Эреи, – и верхние миры, – она взяла за руку Ралию. – Так что весь комплект у нас в сборе. Кто-то из богов подшутил над Багом или над нами, это пока не понятно, но то, что всё это не просто так, я уверена.

М-да. Попал. И ведь не скажешь, что всё это случайность. Кто-то там наверху явно решил поразвлечься за мой счет. Так что уверенность девушки я полностью разделял.

Тем более подумал о том, о чём Тея забыла упомянуть.

Были ведь ещё и нейтральные миры, где мы сейчас и находились. Значит, если следовать её логике, то где-то должна быть ещё одна «жёнушка».

«Боже ж ты мой. И за что мне всё это?» – непонятно у кого спросил я.

И не знаю. Показалось мне или нет, но вроде где-то на задворках моего сознания раздался звонкий весёлый смех.

Чёрт, надеюсь, всё-таки мне показалось. Так, по крайней мере, для меня будет и проще, и спокойнее. Только богов, играющих нашими судьбами, мне не хватало.

Глава 3

Нейтральный мир Гранкат

На волне произошедших событий и принятия клятвы от Глеоса и его сестры я как-то забыл о том, что мой друг корнол всю дорогу поглядывал в мою сторону несколько странноватым взглядом и чего-то упорно ждал. И вот пришел миг расплаты за те несколько минут, что я позволил себе расслабиться.

А началось всё так, можно сказать, невинно и не предвещало никакой беды.

Ралия осторожно подошла ко мне и тихо спросила:

– Господин, простите, но я могу рассмотреть ваше лицо?

– Что? – не понял я, ведь девушка слепа, как это может быть – «рассмотреть ваше лицо»?

Но сестра Глеоса быстро догадалась, что вызвало моё удивление, и сразу пояснила:

– Мне не нужно видеть, чтобы понять, как выглядит человек, мне достаточно лишь слегка коснуться его лица, чтобы представить его. И если так получилось, что нас с вами теперь связывают столь крепкие узы… – она споткнулась, но, быстро собравшись, продолжила: – Вассальной клятвы, то мне необходимо это знать.

Честно говоря, какая в этом может быть острая надобность, кроме женского или девичьего любопытства, я так и не понял, но не углядел в просьбе девушки ничего предосудительного.

«Ну, будет она знать, как я выгляжу, и что? Многое от этого вряд ли изменится».

И поэтому я со спокойной душой дал ей согласие, спросив:

– Что мне сделать?

– Ничего, просто постойте минутку спокойно, – ответила она.

Я почувствовал, как её нежные пальчики аккуратно прикоснулись к моему лицу.

«Приятно», – было первой моей мыслью, когда её тонкие, элегантные, какие-то живущие своей собственной жизнью пальчики быстро, но при этом очень тактично и сдержанно пробежались по моему лицу.

Создалось такое впечатление, будто моих щёк, лба, губ коснулась чья-то нежная и очень родная и любящая рука. Как же мне не хотелось, чтобы эти секунды прекратились так быстро! Я даже зажмурился от удовольствия. Но внезапно со стороны комнаты повеяли волны какого-то непонятного и тревожного внимания и ожидания.

«Это что? – удивлённо посмотрел я за спину Ралии. И сам себе ехидно ответил: – А ты догадайся с двух раз».

Прямо на нас в упор смотрели Эрея и Тея. Тея смотрела в нашу сторону просто с любопытством и каким-то даже непосредственным интересом. А вот в глазах Эреи прослеживались больно уж знакомые мне нотки. Так смотрит Рыкун на того несчастного (обычно в моём лице), кто хочет покуситься на его добычу.

«Любопытно, к кому относится её взгляд, – подумал я, – ко мне или Ралии».

Но девушку она узнала всего пару минут назад. Так что есть подозрение, что всё дело во мне.

«Интересненько…» Мне и правда стало интересно – это обычные собственнические чувства или нечто большее.

Почему-то интуиция в упор отказывалась подсказывать мне хоть что-то на этот счёт. А сам я не мог и предположить, что вообще могут испытывать девушки по отношению ко мне, – слишком разное воспитание, мировоззрение, да и элементарная среда, которая нас окружала, не говоря уже о том, что и расы у всех девушек, похоже, совершенно разные.

Это первоначально я отнёс Глеоса к эльфарам, но, увидев его сестру, понял, что к лесному народу с родины Эреи они имеют такое же отношение, как и я. Только общая схожесть, не больше. По сути, Ралия и Глеос были представителями верхних миров, какая-то непонятная смесь ангелов и тех же эльфаров или что-то подобное.

Так что такое странное проявление эмоций со стороны девушки было первым шагом постараться разобраться в том, а как же они на самом деле ко мне относятся.

Однако сейчас накалившуюся обстановку следовало хоть как-то разрядить.

– Ралия просто хотела увидеть моё лицо, – постарался объяснить я смотрящим на нас девушкам.

– И чего же ты тогда там стоял и млел, как реалский плющехвост, залезший на камень. Чтобы погреться под лучами весеннего солнышка? – усмехнувшись, спросила у меня Тея.

– Это он не млел, это у него просто лицо дебильное, – зло бросила Эрея и отвернулась. – Тупой дикарь, – уже гораздо тише добавила она под удивлённый взгляд Теи, брошенный на неё.

Спасибо Эрее, это её последнее высказывание избавило меня от необходимости говорить что-то самому. А задуматься заставило.

«Всё-таки что-то происходит, и не просто так она ко мне прицепилась. Неужели ревнует?»

Я удивлённо посмотрел в спину отвернувшейся девушки. Правда, мой взгляд упёрся несколько ниже того места, куда я хотел посмотреть в первое мгновение, и, видимо, она это почувствовала.

– Дикарь, – ещё раз и уже более направленно озвучила она своё отношение ко мне.

Похоже, общее напряжение в комнате, ну, как общее, возникшее только между мной и Эреей, почувствовала и Ралия. Так как резко и испуганно отдёрнула руку от моего лица и извиняющимся тоном сказала, обращаясь исключительно к Эрее:

– Прости меня, я лишь хотела узнать, как он выглядит, и всё. Ничего более.

– Да ладно, ты-то тут ни при чём, – подойдя к ней и взяв её за руку, достаточно миролюбиво проговорила девушка, отводя её немного в сторону. – Это всё он. Никакого воспитания в этом хумане нет. Дикарь, или северянин, если говорить о нём каким-то одним словом. – И усадила её возле себя за столом.

Я уже хотел отвернуться, чтобы как-то постараться уйти от этой неловкой ситуации, например предложив поужинать или пойти поговорить с трактирщиком, но в этот момент раздался немного странноватый возглас Теи:

– Баг, что с тобой?! – И она принялась поражённо рассматривать меня.

– Ну, наконец-то заметили, – проговорил из угла комнаты Лениавес, о котором я, кстати, за последние пару минут успел уже позабыть.

– Что? Что произошло? – И все посмотрели почему-то не на меня, а на девушку. – Что с ним не так?

Вот и Эрея всё-таки взглянула в мою сторону.

– Баг, что с тобой произошло? – вдруг тихо и очень серьёзно спросила она.

Мне, если честно, в её голосе послышалась даже какая-то жалость и сочувствие.

– А что не так? – Я всё никак не мог понять, чего они все так всполошились. И ради шутки стал крутиться на одном месте, будто что-то пытаясь увидеть сзади.

– Баг, ты что делаешь? – насторожившись, спросил корнол.

– Стараюсь разглядеть выглядывающий хвост, – пожав плечами, вполне серьёзно ответил я.

– У тебя есть хвост? – удивился корнол.

«М-да, а я думал, у него хорошее чувство юмора», – с укором посмотрев в сторону оборотня, подумал я.

– Перестань ёрничать! – чуть ли не крикнула на меня Эрея и уже несколько спокойнее попросила: – Объясни, пожалуйста, что случилось с твоими волосами? Почему они полностью седые?

– Э… что? – оторопело спросил я.

Видимо, когда Ралия резко отдёрнула руку, слетел капюшон, который был всё это время надет на мне с того момента, как я вышел из дома старого мага.

Похоже, именно тогда Лениавес с Муком в первый раз заметили эти внешние изменения, произошедшие во мне.

«Теперь понятно, почему Лениавес так странно всё время поглядывал на меня», – усмехнулся я.

Похоже, моё неподдельное удивление заставило девушек поверить в то, что эти их слова являются большой новостью и для меня тоже.

– Ты не знал? – удивлённо уточнила у меня Тея.

– Нет, конечно, – покачал я головой, – откуда? Я же не заглядываю каждые несколько минут в зеркало, чтобы заметить такое.

Пройдя в ванную комнату, опасаясь неизвестно чего, осторожно заглянул в стоящее у стены зеркало.

И вправду весь седой стал. Только вот цвет волос какой-то немного странный, больше в пепельно-матовый отдаёт.

«Э… – протянул я. – Так это не седина, – чуть позже приходит понимание ко мне, и я прикасаюсь рукой к своим волосам. – Волосы как волосы, может, чуть более шелковистые и немного более упругие. Да и создаётся такое ощущение, что я их недавно помыл. А так от обычных совершенно ничем не отличаются. Тогда почему меня так сильно смущает их цвет?»

Мне и самому стало непонятно увиденное.

«Искатель, кластер, можете что-то сказать?» – обратился я к своим теперь постоянным помощникам.

«В структуре волосяного покрова оператора обнаружены примеси неизвестного металла, основанного на кристаллической структуре серебра, – почти сразу отрапортовал Искатель, проведя экспресс-анализ. – Никаких побочных влияний и постороннего воздействия не обнаружено».

«Металл с подобным строением кристаллической решётки найден в базе знаний одной из станций нейтральных миров. Именуется местным населением мифрилом. Обладает свойством подавления или погашения слабых импульсов ментальной энергии».

«Так мои волосы стали металлическими? – удивился я и ещё раз провёл рукой по голове. – Вроде нет. Немного более упруги, но всё те же обычные человеческие волосы».

Похоже, это ещё один подарок старшего. Наверняка это произошло в момент нашего с ним боя, когда он пытался поглотить мою душу или когда я поглощал его. С тем зверем, в которого я при этом перевоплотился, цвет волос, по идее, никак не связан, хотя случается всякое.

«Блин, да что же с ними случилось?!» – мысленно воскликнул я.

– Это не седина, – сказал я с любопытством наблюдающим за мной присутствующим в комнате эльфарам, оборотням и демонам.

– А что? – на автомате переспросила у меня Тея.

– Похоже, мифрил, – помимо воли ответил я.

– Какой мифрил? – не поняла девушка.

– Металл такой, – объяснил я ей. – Ваши кольчуги из него сделаны. – И простецким жестом почесал себе затылок.

– Это мы знаем, – откликнулась Эрея, немного придя в себя и вклинившись в наш с Теей разговор. – Но как такое возможно?

– Я же не маг, откуда мне знать, – честно признался я и пожал плечами.

Я хоть примерно и догадывался о причине случившегося, но как такое могло произойти, не знал. Конечно, Вирт с Искателем уже выдвинули пару теорий о частичном преобразовании материи под воздействием огромного потока ментальной энергии, но всё это было не очень доказуемо и основывалось только на общих представлениях и теоретических предпосылках. Хотя в принципе такое было вполне реализуемо, кластер даже решил рассчитать и подготовить плетение, способное совершить аналогичное преобразование материи.

Мои друзья с интересом подошли ко мне и стали разглядывать мою голову, вернее, волосы. Девушки старались что-то определить на ощупь. Общим решением стало то, что они совершенно ничем не отличаются от их собственных, разве что немного странноватым слегка металлическим тусклым цветом.

Кстати, Тея рассказала, что она слышала от своего брата о чём-то подобном. Случилось это, когда он и его отряд оказались в месте зарождения одного из источников. Однако в его рассказе демон, как она помнила, погиб, а его тело превратилось в обычный камень.

Но, по сути, принцип был тот же – преобразование материи из одного вещественного состояния в другое. И, что самое главное, он не противоречил той теории, что выдвинули Вирт и Искатель. Так что его можно было принять за основу произошедших изменений.

Я уже думал, что меня миновала участь, которую мне пророчил Лениавес, но тут Тея, подозрительно посмотрев в мою сторону, спросила у него:

– И где это наш общий знакомый смог влезть в зарождающийся источник? – и перевела взгляд своих проницательных глаз с меня на корнола.

– Я так понимаю, в нашей будущей резиденции, – спокойно ответил он.

– И что там произошло? – прищурилась она.

– Не знаю, – всё так же невозмутимо ответил тот. – Ни меня, ни Мука с ним не было, он сказал, что там может быть опасно.

– Судя по его виду, так и было, – пробормотала Тея и посмотрела на сестру.

– И вы послушались? – презрительно фыркнула Эрея.

– Ну… – Лениавес несколько смущённо глянул в сторону окна, – я не послушался и хотел пойти за ним, но там был Мук, а ты прекрасно знаешь, чей приказ он будет выполнять в первую очередь. Так что мне волей-неволей пришлось ждать возвращения Бага снаружи.

– Знаю, – передёрнула плечами Эрея и зло посмотрела в мою сторону. – Совсем из ума выжил? Зачем сунулся туда без поддержки? Что ты там вообще забыл?

– Им туда было идти опасно, – ответил я девушке то же, что говорил и Лениавесу. – Если бы они пошли со мной, то погибли бы мы все. А так я отделался лишь лёгким испугом. – И я непроизвольно потрогал свою голову.

– Интересно было бы посмотреть, что тебя так напугало… – протянула Тея.

– Не получится, – пожав плечами, ответил я.

– Почему? – заинтересовалась она.

– Наверное, потому, что дом сейчас уже безопасен для нас, – вместо меня ответил Лениавес. – Мы там оставили Мука, чтобы он приглядел за ним.

– Всё верно, – согласился я, как-то не хотелось мне рассказывать им всем о моей встрече со старшим.

– И это всё? – насупившись, посмотрела на меня Эрея.

– Пока да, – снова пожав плечами, решил я закончить наш разговор, оглядев недовольных девушек, Глеоса и ухмыляющегося Лениавеса.

«И чего он лыбится?» – проскользнула у меня мысль, хотя это и так было понятно.

На его хитрой физиономии прямо большими буквами было написано: «Теперь это твои проблемы, парень». И, как я понимаю, под проблемами он имел в виду девушек, стоящих напротив меня.

Я хмыкнул, подмигнул ему и сказал, обращаясь ко всем:

– А не спуститься ли нам вниз? А то я что-то проголодался. – И, приоткрыв дверь, встал у порога. – Ну что? Кто со мной?

Я вновь посмотрел на моих друзей и родственников, вернее, родственниц. Они под моим не отпускающим их взором медленно потянулись к выходу.

– Ну, вот и замечательно, – сказал я и похлопал по плечу самого резвого и быстрого, Глеоса. – Пойдёмте, красавицы мои, – обратился я ко всем девушкам сразу. – Пожалуйста, составьте нам компанию за ужином. Ваше прекрасное общество скрасит этот серый унылый вечер и внесёт в него нотки прекрасного и светлого.

И даже не знаю, откуда это во мне взялось, но я сделал очень элегантный и при этом какой-то по-военному чёткий полупоклон, чем заставил застыть на месте и удивлённо взглянуть на меня Тею и Эрею.

– Однако, – только и произнесла демоница.

– Согласна, – прокомментировала мой поклон Эрея.

– Прошу, – указал я им на дверь.

Девушки гордо продефилировали мимо меня. Я же подал руку немного приотставшей от девушек Ралии.

– Позволь проводить тебя? – пригласил я.

– Но там меня ждёт Глеос, – смутилась девушка.

– Я думаю, он не очень будет возражать, – ответил я и вместе с ней вышел в коридор.

Как я и сказал, мальчонка, как только увидел сестру, идущую вместе со мной, сразу успокоился и пристроился рядом с нами.

Так мы дружной небольшой толпой стали спускаться в общий зал.

«И что у нас тут?» – подумал я, оглядывая собравшихся.

Вечером посетителей было значительно больше, чем мы видели днём. В основном сидели торговцы и те, кто хоть как-то связан с ярмаркой, которая должна будет проходить на следующей неделе. Я смог выделить несколько крупных групп, явно прибывших вместе. По внешнему виду и по общей ауре, окружающей их, это были представители нескольких торговых караванов, и, судя по напыщенным высокомерным лицам да необычной броской одежде, прибыли они сюда откуда-то из центральных миров. Помимо них было несколько отрядов наёмников, которые надеялись сбыть на ярмарке добытые во время выполнения своих миссий трофеи и артефакты.

– А это кто? – спросил я у Лениавеса, указав на группу челов и демонов, похожих на наших любителей турпоходов.

И как только провёл это сравнение, сразу догадался, что они не кто иные, как поисковики.

– Поисковики, – подтвердил моё предположение оборотень.

– Понятно, – кивнул я.

Они-то и должны, по идее, составлять основной контингент поставщиков различных диковинок и необычных вещей на ярмарку. Правда, чаще всего они работают через своих торговых посредников, но есть и те, кто старается сбыть свой товар напрямую, без третьих лиц.

Кроме того, в таверне присутствовало множество магов. И это неудивительно: именно в такие большие базарные дни и происходил основной отток найденных артефактов с периферии в центральные миры. И происходило это обычно через магов, представляющих здесь свои гильдии и выполняющих роль оценщиков.

Прибыло их очень много. Были тут и одиночки, и целые делегации, выступающие от имени своих гильдий. И это навело меня на мысль, что среди этой толпы магов могут быть и те, кто должен был связаться с теми магами, на которых работали местные бандиты. А значит, коль они не смогут установить с ними связь, то их скоро хватятся.

«Нужно спешить, – понял я. – Если они не выйдут со своим связным с гильдией на контакт сегодня или завтра, то связной постарается выяснить, что с ними случилось. И, не выяснив этого, самостоятельно пойдёт на контакт с бандой».

Эти рассуждения натолкнули меня на мысль, что, во-первых, разобраться с бандой становится всё более и более важной задачей, а во-вторых, кто-то должен будет проследить за местными магами и выявить того, кто пойдёт на контакт с бандитами.

«М-да. Вариантов-то не много. Я знаю только одного прирождённого шпиона, способного раствориться в толпе. – Я посмотрел на Глеоса, идущего рядом. – Похоже, парнишке нарисовалась работа по профилю. Правда, для надёжности нужно будет его защитить. Но в его случае защита – это ещё большая незаметность. Так, кольцо невидимости придётся временно изъять у Лениавеса. Что ещё? – Я на мгновение задумался. – Скрыт. Нужен постоянный артефакт, отводящий от него внимание и скрывающий его менто-информационное поле».

«Вирт, Искатель, просканируйте его, создайте модель его менто-информационного поля. Задача: подготовить для него артефакт постоянного действия, работающий от собственного накопителя и подзаряжающийся от его ментального поля. В артефакт нужно внедрить максимально возможное для поля парнишки плетение ментомодуля „Скрыт”», – поставил я им задачу.

И артефакт этот необходим уже сегодня ночью. Глеос будет выполнять функции разведчика и передового дозора. Попросту говоря, он будет стоять на стрёме.

«Приступаем к выполнению», – отрапортовали оба.

Пока я размышлял и общался со своими помощниками, народу в зале ещё прибавилось. Между всем этим скоплениєм постояльцев и посетителей сновали официантки и помощницы трактирщика. Их тоже значительно прибавилось. Да и за стойкой появилась ещё парочка барменов.

«Длон явно и сам подготовился к предстоящей ярмарке», – решил я, осмотревшись.

В зале прибавилось и столиков. В углах же были воздвигнуты некие конструкции, выглядящие как небольшие кабинеты примерно на шесть – восемь персон. Кроме того, Длон, похоже, открыл дополнительный зал, по крайней мере, дальняя дверь, куда сейчас вошла небольшая группа наёмников, днём была закрыта.

«Хм, а вон и те, кого я ожидал в гости». Я заметил за одним из дальних столиков Тлога Горбуна, его сутулого помощника Руди и внучку Дарию.

С ними также были и те двое парней, что следили за нами от здания резиденции нашей гильдии. Ну и не обошлось без четвёрки огромных демонов, явно выполняющих функции телохранителей. Настоящая же охрана воровской верхушки сидела за два столика от них и изображала из себя толпу веселящихся наёмников. И хотя вели они себя достаточно шумно и развязно, но мой внутренний индикатор опасности приравнял их как минимум к тому же минотавру, с которым мне пришлось столкнуться на заднем дворе гостиницы.

«Ой, о нём-то я и забыл. Нужно будет перенести его в ту комнату, что он снял», – вспомнил я.

В настоящей охране Тлога было подобных минотавру шесть демонов. Их выдавало то, что они как-то подозрительно пристально время от времени осматривали ближайшие столики, посетителей таверны и всех, кто спускался по лестнице или входил в двери.

«Матёрые волчары», – оценил я уровень подготовки телохранителей главы гильдии.

Не думаю, что это простая паранойя. Наличие такой охраны должно иметь веские причины.

«Ох. Не зря он старается припрятать внучку подальше от своей гильдии. Не зря…» – решил я и повернулся к Лениавесу и остальным.

– Это к нам, – указал я друзьям на представителей воровской гильдии.

– Воры? – сразу догадался, о ком идёт речь, корнол.

– Они, – согласно кивнул я. – Тот, что выглядит древним стариком, на самом деле тролль в самом расцвете сил, глава их гильдии Тлог Горбун, справа – его помощник Руди, девушка с ними – это внучка тролля. Зовут Дария.

Все заинтересованно посмотрели в ту сторону.

– Думаю, хотят что-то нам предложить и постараться пристроить в нашу гильдию девушку. – Я снова кивнул в их направлении.

– А что за предложение? – спросила Тея.

– Почему к нам? – вторила ей Эрея.

– Давайте сначала рассядемся и тогда поговорим более подробно. Тем более это теперь практически всегда будет касаться дел нашей гильдии. А вы вроде входите в её внутренний круг и составляете совет гильдии.

Глеос в удивлении посмотрел на меня.

– И не смотри на меня такими большими глазами. Да, вы с сестрой тоже во внутреннем совете гильдии и к вашему мнению будут прислушиваться. Не факт, конечно, что наш глава-самодур будет следовать хоть каким-то советам, но выслушает точно. – И я подмигнул парнишке. – А что ты хотел? Сам просил принять тебя в семью. Как у нас говорят: бойтесь своих желаний, иногда они сбываются. – И запнулся.

«Не, я точно никогда не хотел, чтобы у меня было три или четыре жены. Это же в комплекте столько же тёщ, а оно мне нужно? Точно не помню за собой такой дурости. Мне и одной бы вполне хватило».

Додумывать эту мысль я не стал, слишком нерадостные нарисовались перспективы с учётом того, кем эти гипотетические тёщи могут оказаться и что они в случае чего могут со мной сделать. Квакать на болоте в окружении других таких же, как и я, счастливцев мне не особо хотелось.

В этот момент Тлог как раз и обратил внимание на то, что и мы заметили его присутствие в зале. Я и Лениавес вежливо склонили голову в направлении представителей воровской гильдии. Тлог в ответ на наш жест так же поприветствовал и нас.

– Ладно, не стоит здесь больше задерживаться и привлекать лишнее внимание, – произнёс я и продолжил спускаться. Выйдя в зал, сказал: – Думаю, стоит занять один из кабинетов. – И указал на угловые комнатки. – Только надо узнать у Длона, есть ли свободные. Если есть, то какая из них?

– Хорошо, – кивнул Гленос и хотел уже побежать к трактирщику, но я притормозил его:

– Ты попроси его чуть попозже подойти к нам.

– Без проблем, – отозвался тот и унёсся к Длону.

Переговаривались они недолго. Буквально через несколько мгновений парнишка прибежал обратно.

– Все ВИП-кабинеты заняты, – даже не запыхавшись, на одном дыхании быстро сообшил он, – но Длон сказал, что ждал вас и поэтому его кабинет полностью в вашем распоряжении. Ещё он просил напомнить, что хотел переговорить лично с вами и господином Лениавесом. И я передал, что вы потом просили его зайти. – Уже от себя Глеос добавил: – Я, когда будет нужно, быстро сбегаю позову его.

Парнишка явно старался показать свою полезность и всё ещё не понимал, что я её уже давно оценил. Я похлопал его по плечу:

– Хорошо. Тогда так, давай показывай, где этот его кабинет, потом сходи в зал и приведи нам официантку порасторопней, а затем пригласи к нам тех господ, – кивнул я на представителей гильдии воров.

– Да, – радостно откликнулся Глеос, довольный тем, что его помощь оказалась полезной.

«Как мало человеку, чёрт, эльфару, чёрт, полуэльфару-полуангелу нужно для счастья!»

Кабинет был достаточно просторный, но обставлен по-спартански. Большой стол, стулья. В углу шкаф. Больше ничего.

«Длон, видимо, и это помещение приготовил для особо важных гостей, – понял я. – Надо ценить. Нас он отнёс именно к таким».

Я усмехнулся своим мыслям, при этом сканируя кабинет на предмет различных магических подлянок. Но ничего похожего здесь не было.

«Конечно, это же нейтральная зона в нейтральных мирах. Зона свободная от магии и надзора магических гильдий, в мире, переполненном магией. Абсурд, если честно», – выдохнул я.

Интересно, а как тогда все заключаемые здесь контракты автоматом попадают в сеть нейтральных миров и регистрируются в необходимых инстанциях? Всё-таки какая-то магия тут должна действовать, но не та, что подвластна гильдиям.

Немного подумав, я понял, что ответ лежит у меня под носом. В нейтральных мирах это единственный тип магии, а именно та, которой пользовались Древние. И я постарался уловить её отзвуки. Эхо магии Древних.

«Подключение к сети установлено, – внезапно отреагировал кластер. – Авторизация и регистрация пройдена. Пользователь подключён к точке доступа».

«Это что такое?» – удивился я.

Вроде и общий смысл ясен, но что произошло, так и осталось загадкой.

Я повернулся в направлении стола и увидел, о чём только что говорил Вирт. Передо мной огромная виртуальная консоль, на странном языке, правда, его понимание почти мгновенно просыпается в моей памяти. До этого с сетью я взаимодействовал только через интерфейс самого Вирта. А теперь у меня появилась возможность постичь, что это такое, и самому.

Огромный цифровой четырёхмерный город, мир, нет, вернее, миры. Сеть, связывающая миры. И вход в эту сеть был открыт передо мной прямо здесь, в центре этой небольшой комнаты. И это не просто информационная сеть, связывающая нейтральные миры. Нет, это реальная портальная сеть, проложенная между всеми нейтральными мирами. Сеть, которой пользовались местные, была лишь малой толикой от глобальных возможностей, виртуально-портального пространства, созданного Древними. И оно было сейчас полностью подвластно мне. Сделай я шаг вперёд – и вышел бы уже где-то в другом мире.

Просканировав доступные мне отсюда точки, я обнаружил как минимум с пару сотен миров, куда мог попасть в один простой переход. И это был не предел, а лишь поверхностное заключение. Доступных миров было больше, просто сейчас мной были выделены узловые, главные миры, куда я мог шагнуть. По сути, теперь для меня открыт обходной путь в любой нейтральный мир, минуя подконтрольные гильдиям внутренние порталы в нейтральных мирах.

Но это было не всё. Теперь я мог вполне спокойно переместиться и в любую точку конкретного нейтрального мира. И что самое интересное, на этой станции я выделил несколько полностью закрытых от внешнего проникновения зон, и попасть туда можно было, лишь воспользовавшись возможностями перемещения через информационно-портальную сеть.

Уже собравшись отключиться от этой глобальной сети, я заметил её главную особенность, на которую в первые мгновения не обратил внимания. Это то пространство, где она находилась. Глобальная сеть, связывающая нейтральные миры, располагалась в том самом пространстве магических энергий. И именно благодаря этому её можно было использовать как неиссякаемый источник магической энергии.

«Нужно взять эту её особенность на заметку», – решил я.

Ведь, оставив открытым даже небольшой, совсем крохотный прокол, созданный в реальном пространстве, ведущий в эту сеть, можно получить мощный локальный постоянный источник магической энергии. По сути, как я теперь понял, все источники магии в нейтральных мирах и были подобными пробоями в эту глобальную сеть.

Я сейчас осознал: здесь не было никаких иных источников магии. Просто уже сам пробой при своём образовании каким-то неизвестным случайным образом конвертировал поступающую в него менто-энергию и преобразовывал её в один из общепринятых типов магической энергии. Так и появлялись местные источники магии.

«Кстати. Зарождения нового источника здесь нам не нужно. Да и сам я пока никуда не собираюсь. Поэтому канал важно аккуратно прикрыть. – Запечатываю его. Кажется, никто ничего не заметил. – Хотя… – Я осматриваю своих друзей. – Так и есть, – артефакты и ментополя присутствующих значительно пополнились менто-энергией».

Но хватит заниматься теорией. Перейдём к решению практических задач. Вернёмся в реальность.

А в реальности девушки уже надиктовывали заказ официантке, которую привёл Глеос.

– И принесите мяса, да побольше, – внёс свою весомую лепту в их заказ я, а то больно часто там мелькали слова «салатик» и «сладости», но никак не мясо жареное, копчёное и прочее.

– Хорошо, – кивнула мне официантка и посмотрела почему-то на Глеоса.

Парнишка перевёл взгляд сначала на меня, потом на Лениавеса и, увидев наше отрицательное покачивание головы, ответил девушке:

– Спасибо, Рами, это всё. И попроси для господ магов пока подать вино, фрукты и закуски. Вино ты знаешь какое, пусть постараются. Ну а мне, как обычно, кофе.

– Кофе? – Я удивлённо посмотрел на Глеоса.

– Да, – кивнул тот, – здесь варят лучший кофе в городе.

– Девушка, тогда и мне прихватите чашечку, – попросил я.

Мне стало интересно: это просто совпадение названий, как и с чаем, или действительно кофе.

– Хорошо, – подтвердила наш заказ официантка и вышла в зал.

На пару мгновений в комнате повисла тишина, а потом корнол обратился ко мне:

– Так что дальше?

Я хмыкнул:

– А дальше любимое дело любого политика и дипломата.

– Какое? – удивилась Эрея.

– Переговоры под девизом «Надури ближнего своего, пока он не обдурил тебя». Этим мы и займёмся.

Тея посмотрела на меня:

– Ты хочешь обокрасть вора?

Я пожал плечами:

– А почему бы и нет? Тем более они сами этого хотят. – Взглянув в её красивые глаза (и кем из вас троих, девочки, мне любоваться?), я добавил: – Правда, они ещё не знают об этом. Но нашему делу это точно не помешает. – И подмигнул всем присутствующим.

– А что им вообще от нас нужно? – задала Эрея вопрос, наверное мучающий всех.

– Суть их предложения мне не известна, – сразу ответил я, чтобы у моих друзей не было никаких ложных иллюзий, – но, судя по тому, что в городе почему-то большая проблема в найме хороших магов, а те, что есть, дерут такие деньги, что проще или самим удавиться, или их удавить, то, скорее всего, предложат они нам сотрудничество. Это или опознание и идентификация их предметов, или покупка и сбыт магического товара. Я в общем-то ни против того, ни против иного не возражаю. Правда, буду настаивать на относительной легальной чистоте поставляемого товара. – Заметив непонимание в глазах окружающих, пояснил: – За тем, что они нам предложат, не должно тянуться никакого кровавого следа. Иначе могут возникнуть нежелательные для нас проблемы. Всё остальное особо не имеет значения. Однако предпочтение я всё-таки буду отдавать именно перепродаже. Мы покупаем у них и продаем сами. По сути, это в той или иной степени касается всех наших будущих сделок и переговоров. Своеобразная спекуляция магическими предметами.

– А почему именно так? – спросила Тея. – Ведь ты сам сказал, что услуги магов здесь очень востребованы и дороги. Или это не так? Почему мы не должны предоставлять наши услуги в плане магической деятельности?

– Всё так, – начал объяснять я, – но я не говорю обо всей сфере наших возможных предложений, которые мы можем выставить в перечне предоставляемых нашей гильдией услуг. Я говорю только о каком-то определённом направлении или, возможно, нескольких, которые мы оставим только за собой.

Я посмотрел на Тею и залюбовался её точёным профилем, потом непроизвольно перевёл взгляд на сидящую рядом с ней Эрею и, уже просто не удержавшись, скосил глаза на Ралию.

«Они прекрасны! – заторможенно подумал я, сбившись с мысли. – Как можно сравнивать красоту, восхищение, прелесть, изящество, утончённость и то счастье, что они дарят, находясь рядом? – И выпал из реальности на долгих пару мгновений. – Нет, я так точно с ума сойду. – Я тряхнул головой, пытаясь прийти в себя, но от этого стало только хуже. Произошло странное: образы всех трёх девушек совместились в моём сознании. – Интересно, кто ты? – задумался я, глядя на ту, что сейчас смотрела на меня из глубины моего подсознания. – Неужели они вместе и есть тот идеал, что мне нужен?»

Но чего-то в полученном образе всё-таки не хватало, какие-то мимолётные черты не давали увидеть всей картинки в целом. Не хватало чёткости и законченности.

«А ведь и правда чего-то не хватает, – понял я. – Неужели действительно в моём окружении должна появиться ещё одна девушка? Дела… – мысленно протянул я. – Нужно завязывать с такими мыслями и… в общем, завязывать. – Я вновь тряхнул головой, стараясь развеять то наваждение, что меня охватило. – Фух, хоть отпустило немного, – подумал я. – Уже, по крайней мере, соображать могу более-менее связно. – И я вновь глянул в сторону сидящих рядом девушек. Не знаю, что они прочли в моём взгляде, направленном на них, но почему-то все разом покраснели, включая Ралию, которая не могла видеть обращённого в их сторону моего немого взора. – Разве что она могла его почувствовать? – Но в мыслях у меня не было ничего такого. Хотя, видя этих прелестных, милых, волшебных, умопомрачительных девушек, в это очень трудно поверить. – Ну и не нужно верить, – усмехнулся я и ещё раз оглядел своих красавиц. – Хоть не только мне мучиться». Почему-то эта мысль меня успокоила, когда я заметил, что краска смущения ещё больше проявилась на их прелестных личиках.

Вот какой я скотина: сделал подлость ближнему и получил свою толику счастья. После чего уже спокойно и размеренно продолжил прерванный разговор, отвечая на вопрос, заданный Теей, поясняя уже для всех остальных:

– Похоже, нужно несколько более детально обсудить будущую деятельность нашей гильдии. – Я посмотрел на них. – Давайте-ка перейдём к моим наблюдениям и тому, как мы должны организовать основную направленность работ и услуг, предлагаемых нашей гильдией.

Чуть позже я вкратце изложил суть, которая лежала у истоков моей задумки по созданию нашей будущей гильдии и её предполагаемой деятельности.

– Первое. Наше основное достояние – это вы, – кивнул я на девочек и Лениавеса, – то есть те, кто наделён какими-то магическими талантами. И, как вы понимаете, было бы очень глупо не воспользоваться этим. Второе. Маги здесь, как это ни странно, представляют очень большую ценность, и, судя по тому, что я успел заметить, хорошо подготовленных магов тут не так и много. Что вызывает некоторое недоумение, но примем этот факт за некую аксиому, не требующую доказательств. Согласны? – Дождавшись ответных кивков на свой вопрос, продолжил рассуждать дальше: – Даже магов с вашим уровнем подготовки – что кривить душой, для нейтральных миров он не очень высок – здесь считают очень дорогими кадрами. Третье. Вашу ценность, как наше основное достояние, нужно постоянно повышать. А это значит, что наша гильдия в этом плане должна расти как качественно, это относится к постоянному обучению и саморазвитию, так и количественно – мы должны находить и привлекать новые таланты и новых магов. И делать это будем в двух направлениях: или на постоянной основе с принятием найденных магически одарённых жителей к нам в гильдию, что более предпочтительно, или заключать с ними договоры о сотрудничестве. Часть шагов в этом направлении уже сделана. Например, наша договорённость с главой одной местной Академии магии о последующем обучении членов внутреннего круга гильдии у них. Правда, для этого нужно помочь главе этой академии в поисках его внучки. Но первый шаг уже сделан.

Девушки вопросительно посмотрели на меня.

– Пока ходили по делам, подвернулся один выгодный контракт. И мы приняли его, тем более он немного совпадает с нашими будущими планами. Не переживайте, гильдии он принесёт только пользу. Вернее, уже принёс. А дальше посмотрим.

Тея, сощурив свои очаровательно-чарующие глаза, посмотрела на меня, а Эрея хмыкнула и недовольно сморщила свой прелестный носик.

– Опять он что-то темнит, – сказала она своей подруге, – как обычно. Наверняка даже Лениавес не в курсе всего, – кинула она шпильку в сторону моего друга.

Я решил проигнорировать её выпад и продолжил разговор. Правда, перед этим на пару секунд перевёл дыхание, заодно оценив реакцию Лениавеса и девочек на эту небольшую пикировку и свои слова. Похоже, они сами уже обдумывали нечто подобное, по крайней мере, это должно было касаться деятельности нашей гильдии, так как особого удивления моя речь у них не вызвала.

– Дальше четвёртый пункт. Это то, что уже непосредственно касается нашей деятельности и будущих переговоров, – сказал я, посмотрев по очереди на каждого из присутствующих. – На текущий момент мы можем предоставить три основных типа услуг. Первое – это готовые изделия, продаваемые в наших лавках или через посредников и наших прямых партнеров, и предлагаемые им по специальным закупочным ценам, оговорённым дополнительными условиями. Нечто подобное, например, мы будем делать для лавки Длаи. Ведь это одна из наших будущих точек распространения. – Заметив очередное непонимание на лице девушек, я сказал: – Все вопросы к Лениавесу, это в его епархии. – И, поняв, что пока они у меня больше ничего спрашивать не будут, продолжил: – Второе и, пожалуй, самое главное. Та основа, на которой и должна держаться деятельность нашей гильдии. Это скупка, опознание, идентификация и дальнейшая перепродажа магических артефактов. Тут всё понятно. Покупаем различную магическую рухлядь по бросовым ценам, совместно трудимся над ней, делаем из неё конфетку и перепродаем её. По этому направлению есть ещё одна возможность. Это повышение качества работы и эффективности уже действующих магических предметов, амулетов и прочего подобного барахла. Всё вместе это новая услуга. Ничего подобного я здесь не видел. В результате эти два предложения – это то, что будет предоставлять именно наша, и только наша гильдия. Оба этих направления уже внесены в реестр Магических гильдий нейтральных миров. И их теперь мы сможем анонсировать как наше новшество: опознание и идентификация магических артефактов и оптимизация работы и повышение эффективности действующих амулетов и зачарованных предметов. До нас подобные работы выполнялись как разовые услуги по баснословным ценам, мы же вынесли это в основную деятельность нашей гильдии, что даст нам теперь больший простор для манёвров и предложений нашим гипотетическим клиентам. Но об этом чуть позже. И последнее. Это те магические услуги, которые не вошли в два предыдущих пункта. Здесь нам придётся отойти от жёсткой классификации и рассматривать каждый контракт отдельно, как самостоятельный проект. И исходить в этом случае мы должны из двух постулатов. Во-первых, нужно рассмотреть полученный контракт со стороны деятельности нашей гильдии. Подпадает ли он под первые два пункта или нет? Есть ли у нас возможность использовать его в будущем, добавив в перечень наших собственных уникальных услуг? Если мы сможем ответить на эти вопросы положительно, то будем вынуждены или отказаться от предложенного нам контракта, или постараться найти для нашего клиента какое-то обходное альтернативное решение, которое сможет его устроить. Если у нас ничего не получится, мы переходим ко второму пункту. Нужно рассмотреть полученный результат со стороны нашего клиента. Что выгоднее в его случае: конечный продукт, ради которого он и обратился к нам, или оказание нами ему какой-то определённой услуги. И если в этом случае ему более предпочтителен результат, чем сама услуга, то, возможно, нам стоит в будущем рассмотреть возможность внесения подобной продукции в ассортимент наших товаров. Если же ему выгоднее услуга, то мы оказываем её и вставляем в список наших работ. Это и есть основной алгоритм принятия решений совета нашей гильдии относительно её будущей деятельности, непосредственно касающейся нашего основного направления по факту магической составляющей нашей гильдии. Как вам? Всё понятно? – Я посмотрел на присутствующих.

Похоже, я немного перегрузил их потоком информации.

– Не совсем, – с небольшим туманом и поволокой во взгляде посмотрела на меня Тея. – С первой и второй частью всё более-менее понятно. Мы или изготавливаем и продаём своё, или перепродаём чужое, или, как ещё один вариант, вносим некие правки в уже существующие плетения, добиваясь их более качественной, стабильной и эффективной работы при тех же внешних затратах магической энергии со стороны владельца.

Рассуждения Теи меня приятно удивили. Честно говоря, не думал, что хоть кто-то так точно ухватит суть моих предложений. Хотя, конечно, ничего особо оригинального в них не было.

– Но вот последняя часть твоей идеи вызывает у меня некоторые затруднения в её понимании. – И она вопросительно оглядела Лениавеса, Эрею и Ралию.

Те пожали плечами. Поэтому, развернувшись в мою сторону, Тея произнесла:

– В этом нам требуются некоторые пояснения от тебя.

– Ну… – Я задумался.

«Вот ведь, в голове это было более гладко, чем на практике, – подумал я. – Хотя…»

Я решил кое-что обдумать. У меня как раз появилось немного времени, так как к нам в кабинет вошла официантка и, спросив разрешения, быстро сервировала стол лёгкими закусками и вином.

– Ужин будет готов через двадцать минут, господа маги, – доложила она, в основном обращаясь к Лениавесу, и, поклонившись, вышла из комнаты.

– Ну, не стесняйтесь, – указал я на стол и взял чашечку кофе (а ведь и правда кофе не такой крепкий, как на моей родине, но по вкусу и цвету похож).

После чего перешёл к тому, что мне как раз пришло в голову. Правда, перед этим не удержался и немного полюбовался своими девочками.

«Экий я, оказывается, собственник», – усмехнулся я.

– У нас, возможно, вырисовывается прекрасный пример того, как мы должны действовать в этом случае, – обратился я ко всем, стараясь разъяснить им принцип своей идеи на доступном примере. – Господа из гильдии воров, думаю, хотят заключить с нами договор о сотрудничестве или долговременный контракт. И коль мы магическая гильдия, то и нужны мы им как маги. Отсюда следует вывод: мы нужны им или для опознания не идентифицированных ими самими артефактов, или для изготовления каких-то спецзаказов для их нужд. Перепродажу уже идентифицированного имущества они нам вряд ли будут предлагать, так как у них самих, как я предполагаю, есть достаточно разветвлённая сеть сбыта товаров. И тут возникает третий постулат. Нам не выгодно проводить идентификацию предметов для кого-то другого. Этими действиями мы плодим себе конкурентов. Что делать? Отказать в сотрудничестве или что-то придумать? Терять такого партнёра мне не хотелось бы, да и стратегически это не выгодно. Но мы можем предложить им такой вариант: скупать у них неопознанные предметы немного дороже, чем все остальные гильдии или маги. В этом нет ничего предосудительного. Например, увеличение средней закупочной стоимости на двадцать-двадцать пять процентов ничего в конечном счёте нам стоить не будет, и подобные затраты мы вполне можем себе позволить. Выгода в этом случае для нас не слишком очевидна, но она есть. У нас появляется дополнительный, вероятнее всего, постоянный поставщик, который будет стремиться самостоятельно (и это важно) поставлять нам товары. И возможно, не только из этого мира. Ведь он может разную рухлядь скупать где угодно, но продавать ее именно нам. Для нас это не принципиально. Даже переплата в два раза не играет в этом случае никакой особой роли, а тут будет в максимуме всего лишь четверть от номинальной стоимости, так как опознанные артефакты стоят гораздо дороже, иногда эта разница для артефактов выше пятого уровня достигает сотни раз. И это наш главный козырь. На этом мы и будем играть. И из рук нам его упускать нельзя. Ну и параллельно мы будем преследовать вторую важную для нас цель, о которой тоже не стоит забывать. Нам нужна информация. Нам обязательно нужна история происхождения этих самых артефактов. Это и будет то, за что мы готовы платить ему проценты. И любой поставщик, не только гильдия воров, должен будет понимать это. – Я посмотрел на слушающих меня друзей. – Вопросов, я так понимаю, пока нет? – спросил я у них. Увидев их согласие с моими предположениями и рассуждениями, я продолжил: – В этом случае, и это достаточно очевидно, мы не передаём в другие руки то, что можем сделать или реализовать сами, а предлагаем нашему клиенту хоть какое-то альтернативное решение. Дальше. О возможных спецзаказах. Тут, я думаю, им не нужны никакие особые услуги, кроме изготовления различных разовых артефактов или свитков, возможно, создание каких-то амулетов. Но, мне кажется, для простой рутины и стандартных изделий у них есть и собственный мастер. Ведь кто-то же наполняет полки в их магазинчике. Однако и тут мы можем подсуетиться и заключить с ними контракт по изготовлению тех или иных вещей с улучшенными показателями качества, эффективности и полезности или обычных амулетов с определённым дисконтом именно для них, на который наши партнёры смогут рассчитывать в любом случае. На такой шаг мы можем пойти, даже если предложенная им скидка будет несколько выше, чем следует. Это та цена, которую мы можем заплатить, если они будут нашими поставщиками. На перепродаже артефактов мы заработаем значительно больше. А нашими поставщиками они будут, – усмехнулся я, – деваться им особо некуда, тем более в мирах периферии. Здесь наблюдается большой избыток неопознанных артефактов, но при этом также есть и недостаток в тех, кто бы смог их идентифицировать. В общем, мне кажется, схема рабочая и достаточно стабильная. Но проверить её в действии мы сможем только опытным путём. – Я вновь посмотрел на присутствующих, отхлёбывая кофе. – Неплохой напиток, – сказал я Глеосу, приподняв чашку. – Закажи ещё пару чашек, хорошо? – попросил я его.

– Конечно, – согласился тот.

– Ну, так как? Ещё остались какие-то вопросы? – уточнил я в основном у Лениавеса и Теи, так как, похоже, они были моими основными противовесами в нашей дискуссии. Вернее, в моём монологе.

– Нет, – синхронно покачали головой оба.

– Ну, тогда пригласим сюда господ из столь уважаемой гильдии.

Тут Тея фыркнула, а Эрея сморщила носик.

– Вы, кстати, старайтесь больше слушать, говорить буду в основном я и, возможно, Лениавес, и если у вас возникнут вопросы, то спрашивайте мысленно, – попросил я девушек.

Те почему-то, даже не поспорив со мной для приличия, согласно прикрыли глаза. Такой покорности я, если честно, от них не ожидал.

«В общем, пора поговорить с главой гильдии воров и его помощником».

Сначала я хотел послать за Тлогом Горбуном Глеоса, но передумал и решил сходить за ними сам, тем самым как бы выказывая уважение главе гильдии и его подчинённым.

«А его я отправлю за добавкой», – подумал я о Глеосе и двинулся из кабинета. По пути я мотнул головой мальчонке в сторону двери. Тот выскочил из комнаты вслед за мной.

– Дополни наш заказ с учётом наших гостей, – указал я на поджидающих нас воров, – только их будет не трое, а, скорее всего, семеро, – посчитав, прикинул я.

– Почему? – посмотрел на их стол мальчик.

– Хочу переговорить ещё и с их телохранителями.

– Этими? – Глеос удивлённо посмотрел сначала на меня, а потом на стоящие шкафоподобные фигуры. – Да что они могут сказать или знать? – Он пренебрежительно передёрнул плечами.

Я усмехнулся:

– Значит, они и правда очень хорошие специалисты, коли даже ты не смог их распознать. Ты не туда смотришь. – И я глазами указал на настоящих телохранителей Тлога, изображающих из себя группу наёмников. – Самые опасные в зале те четверо, – выделил я из общей массы четыре фигуры, светящиеся наибольшим уровнем угрозы и опасности, – поэтому переговорить хочу именно с ними.

– Понятно. – Глеос уважительно посмотрел в их сторону.

– Ну, не так явно, – подтолкнул я его в плечо, чем сбил вектор внимания парнишки, направленный на наёмников, – незачем нам пока привлекать к себе их внимание.

– Спасибо, не подумал, – сказал Глеос, а потом, на пару мгновений задумавшись, тихо спросил: – Значит, они тут самые опасные?

Не поняв подоплёки его вопроса, я осмотрел зал и ответил:

– Да, не вижу никого, кто смог бы на равных соперничать с ними.

Парнишка ещё постоял, а потом, будто набравшись смелости, задал свой вопрос:

– И даже вы, мастер?

Я ухмыльнулся:

– Конечно, – но, заметив его расстроившееся лицо, улыбнулся и добавил: – Но это не значит, что из нашей с ними схватки именно они вышли бы победителями. – Я похлопал парнишку по плечу. – Не унывай, есть и более опасные существа, чем они. А если забивать себе этим голову, то тогда вообще не стоит выбираться из дома. – И подтолкнул его по направлению к барной стойке. – Ты помнишь, что нужно дополнить наш заказ?

– Конечно, сейчас всё сделаю, – просияв, ответил Глеос и помчался к хозяину таверны, который с любопытством смотрел в нашу сторону.

Кивнув ему, как бы говоря, что прекрасно помню о нашем обещании переговорить с ним, я развернулся и направился к столу, за которым сидели представители гильдии воров.

– Рад вас приветствовать, – проговорил я, приблизившись к ним и наклонив голову, – господа, – ещё один сдержанный полупоклон в сторону девушки, – Дария. – Увидев, что завладел их вниманием, сказал: – Хочу пригласить вас к нам в кабинет. Я так понимаю, нам есть о чём поговорить.

Я указал рукой в направлении отдельной комнаты, выделенной нам трактирщиком.

– С удовольствием, молодой чел, – ответил мне Тлог, – именно для этого мы и пришли сюда. – И глава гильдии воров начал подниматься из-за стола.

– Простите, – обратился я к нему, – может, нам пригласить и несколько ваших телохранителей, и вам спокойнее, и они не будут так сильно переживать? – Я вопросительно посмотрел на тролля.

– Думаешь, это нужно? – Тлог махнул рукой себе за спину, указывая на замерших у стены огромных демонов. – Не уверен, что нам всем хватит места.

– Для этих ваших подчинённых, – улыбнулся ему я, – и правда места может не хватить в том небольшом кабинете, что нам выделил хозяин таверны, но вы уверены, что именно эти господа, – теперь я кивнул на массивных телохранителей, – вам нужны? – Я оглянулся в сторону стола, за которым сидела настоящая охрана Тлога, изображающая из себя веселящихся наёмников.

– Думается мне, среди тех воинов как раз найдётся четвёрка, кому вы доверяете свою жизнь и здоровье гораздо больше, чем всем прочим. – И я подмигнул удивлённо посмотревшей на меня Дарии.

Тлог же переглянулся с Руди и, пожав плечами, кивнул кому-то за тем столом, на который я обратил внимание.

Через пару секунд у стола главы гильдии уже стояло три демона и один эльфар, излучающие невероятно сильную эманацию сдерживаемой угрозы.

– Вы необычайно наблюдательный, молодой чел, – сказал мне подошедший сухощавый демон, видимо и являющийся главным в этой команде.

А возможно, он был и главой службы безопасности во всей организации Тлога Горбуна. Слишком уж у него был твёрдый взгляд и командные нотки в каждом его слове и жесте.

– Приходится, – ответил я. – К тому же глава службы безопасности гильдии должен присутствовать при столь важном разговоре. – Решив ткнуть пальцем в небо, я, похоже, попал точно в цель, угадав с неофициальной или официальной должностью, которую занимал стоящий напротив меня демон в гильдии Тлога.

Тот несколько подозрительно посмотрел на меня и оглянулся на главу с его помощником.

– Он слишком много знает, – как-то равнодушно констатировал телохранитель мою осведомлённость. – Нужно усилить меры безопасности. Похоже, в гильдии есть утечка.

– Почему-то мне кажется, что это не сильно поможет в случае с этим челом, как я понимаю, о тебе он узнал, лишь заметив тебя в зале, а об остальном догадался, сделав правильные выводы, – ответил ему тролль.

– Мы где-то сделали ошибку или прокололись? – удивлённо повернулся в мою сторону демон.

– Нет, – просто сказал я.

– Тогда я не понимаю, – пробормотал он.

– Рыбак рыбака видит издалека, – улыбнувшись, ответил я одной из пословиц моей родины.

Демон непонимающе посмотрел в моё лицо, и только через несколько секунд до него, видимо, дошёл смысл сказанного.

– Академия Реконг? – уточнил он.

– Нет, – помотал я головой. – Я получил частное образование.

– Оно явно не такое уж и плохое, – констатировал тот.

– Похоже на то, – согласился я с ним и повернулся к Тлогу: – Теперь, я полагаю, все в сборе, те, кто может быть заинтересован в нашем разговоре, или те, кого он может коснуться, так что можно идти.

– Да, конечно, – поддержал меня Горбун.

Но его остановил телохранитель:

– Господин, у меня к вам есть пара вопросов, мы можем задержаться на несколько минут?

Тлог посмотрел на меня.

– Без проблем, – ответил я на его немой вопрос.

– Хорошо, тогда мы подойдём через некоторое время, – сказал он мне.

Я склонил голову, соглашаясь с ним.

– Мы ждём вас.

После чего развернулся и прошёл к нашей комнате, куда буквально перед моим носом прошмыгнул Глеос, видимо стоявший у двери и наблюдавший за нашим разговором.

– Ну как? – спросили у меня, как только я оказался в кабинете и за мной закрылась дверь.

– Они придут через несколько минут, – усмехнувшись, сказал я. – Просто там больно подозрительный (читайте – осторожный, профессионально подготовленный) глава службы безопасности, и он сейчас пытается выяснить у главы гильдии, кто мы и что они вообще о нас знают. Ну и, наверное, желает разведать, а что мы знаем о них? Я постарался произвести как можно более лучшее впечатление о нас, представить нас как серьёзную, авторитетную и солидную гильдию с нешуточными связями во многих кругах общества. Отсюда и наша информированность, которую я проявил при нашем разговоре.

– Понятно, – проговорил Лениавес.

– А они точно придут? – спросил Глеос. – Это гильдия Тлога Горбуна, я его узнал, это с ним вы разговаривали.

«Смотри-ка, глазастый какой», – подумал я.

– И они не имеют дел с теми, в ком не уверены, – продолжил рассказывать маленький полуэльфар. – Но о самой гильдии никто не может сказать ничего плохого. Они всегда выполняют обязательства, которые берут на себя.

– Ну, на это я и надеюсь, – ответил я мальчику, – что они основательная контора. А по поводу – придут или нет? Да куда они теперь от нас денутся? – усмехнулся я. – Коли они здесь, то считай, что пришли именно к нам. Мы им нужны, и мы прошли ту проверку, которую они вроде как устроили нам, оценивая нашу профпригодность. Так что подождём.

Я сел в одно из кресел, протянув руку к понравившемуся мне и напоминающему о доме кофе.

– Господин, кто этот чел? – спросил Слонг, глава службы безопасности гильдии воров у своего работодателя. – Почему я о нём ничего не знаю? Почему вы не сообщили мне об этой встрече заранее и о том, с кем нам придётся столкнуться?

– А что не так? – удивлённый вспышкой этого обычно спокойного и непробиваемого демона, спросил Тлог Горбун. – По мне, так он обычный чел, наблюдательный. Скорее всего, воспитывался в какой-то из наших или, возможно, ваших гильдий. Проходил обучение там же. Но ничего особенного я в нём не заметил. Он даже не маг, так, очень слабые способности есть, но опять же ничего существенного. – И вопросительно посмотрел на своего главного телохранителя, который уже не раз спасал жизнь ему, его близким родственникам, да и многим другим членам их гильдии.

Этот демон всегда очень ответственно относился к своим обязанностям. Поэтому и сейчас Тлог был больше уверен в том, что он сам просто чего-то не заметил, а не в том, что этот демон мог ошибиться.

Так и было, дальнейшие слова Слонга показали это.

– Странно, что вы не обратили на это внимания. Но посмотрите туда, – демон кивнул в сторону небольшого отряда наёмников, – или туда, или туда. – Телохранитель всё время указывал на различные группы воинов, бойцов или наёмников. За тем, куда он указывал, смотрели как глава гильдии, так и все остальные, сидевшие за его столом. – Многие из них выглядят более внушительно и представительно, чем наш небольшой отряд. Они лучше экипированы, у них лучшее вооружение, они выглядят более подготовленными и успешными. Мы же ничем не отличаемся от любого среднестатистического отряда наёмников. В нас нет ничего уникального или примечательного. Серединка на половинку. Взглянешь один раз – и забудешь. Так почему он выделил именно нас? И вспомните, этот странный чел назвал только четверых, когда говорил, что с вами должны пойти ваши телохранители. И имел в виду он, похоже, как раз только моих парней. – И демон указал на тройку других телохранителей, стоявших у него за спиной.

– Ну, это могут сделать и другие, – пожав плечами, ответил ему Тлог.

– Вряд ли, – с уверенностью возразил ему Слонг. – И это не бравада. Это голые факты. Но и это ещё не всё. Я точно знаю, что он абсолютно верно оценил наш уровень умений и боевой подготовки. Но вот что необычно и странно… – Слонг на пару мгновений замолчал, а потом очень серьёзно посмотрел в глаза главе гильдии. – Я впервые с тех пор, как закончил нашу академию, не смог оценить уровень исходящей от кого-то опасности. Я не смог оценить уровень его подготовки. Я даже не смог выделить то, каким оружием обучен работать этот чел. Хотя в его экипировке присутствуют несколько мечей, метательные ножи, лук и арбалеты. То есть, по сути, он носит с собой весь спектр совершенно разнообразного оружия. И к чему из этого он привычен, я понять не смог. И этого не смог сделать не только я, но и никто из моих парней.

– И?.. – всё так же не понимая, к чему клонит его телохранитель, спросил Тлог.

– Есть всего два ответа, которые я могу дать, – сказал глава службы безопасности. – Первый: он носит это оружие просто так, но на самом деле совершенно не умеет владеть ничем из того, что навьючено на него. Однако в это верится с трудом. Я вижу, как он двигается. И понимаю, что любое оружие может в равной доли вероятности являться частью его натуры и продолжением его руки. И тогда отсюда следует второй вывод. Уровень его умений и подготовки настолько высок, что я просто не могу оценить его. И не могу оценить лишь по одной причине. Этот чел сам не хочет этого. – Посмотрев прямо в глаза старого тролля, он повторил: – Он не хочет этого. И никто этого не видит. – Повернувшись в сторону Руди, он добавил: – И это может касаться не только его боевой подготовки. Вы полностью уверены, что он не маг?

Помощник, поражённый последними словами Слонга, посмотрел на их главу.

– И почему я об этом не подумал сам? – спросил задумчиво он.

– Наверное, потому, что это не ваша обязанность – заботиться о безопасности гильдии, – просто ответил ему телохранитель.

– И что теперь? – спросил Тлог.

– Ничего, – ни на мгновение не задумавшись, ответил ему глава службы безопасности. – Нас пригласили на беседу, и, думаю, стоит послушать, что он готов предложить нам в ответ на наше предложение ему.

– Но откуда он мог узнать, с чем мы к нему пришли? – изумлённо спросил Тлог Горбун.

– Ну, – телохранитель впервые усмехнулся за всё время их разговора, – он мог посмотреть, послушать и сделать выводы.

Тролль также скривил губы в усмешке:

– Где-то я это выражение уже слышал.

Демон пожал плечами:

– Возможно.

После этого небольшого разговора представители гильдии воров во главе с самим её руководителем направились туда, где их ждала, как почему-то подумал Тлог, очень выгодная и прибыльная сделка. Только кому она принесёт большую выгоду, глава гильдии предположить не мог, слишком уж неоднозначные выводы напрашивались.

– Прошу вас, господа, Дария. – Я указал на свободные стулья, расставленные вокруг уже сервированного стола. – Мы взяли на себя смелость позаботиться о вашем ужине. Надеюсь, вы будете не против этого.

– Конечно, – кивнул мне в ответ тролль и приказал своим: – Рассаживайтесь.

Когда все устроились, я поднялся.

– Рад нашему более официальному знакомству и предлагаю не откладывать наши дела в долгий ящик, а сразу поговорить о том, зачем вы пришли. – Акцент я постарался сделать именно на их желании поговорить с нами, указав на то, что это именно они нуждаются в нас и пришли к нам. Посмотрев сначала на своих друзей, а потом и на представителей гильдии воров, произнёс: – Однако позвольте вас представить друг другу. – Я назвал гильдейцам всех, кто сидел сейчас в комнате, назвав даже Глеоса и представив его своим младшим родственником. – Ну а меня вы знаете, – закончил я и повернулся уже к своим товарищам. – А это Тлог Горбун, его помощник Руди, внучка Дария и глава их службы безопасности Слонг, – обвёл рукой я гостей, сведения о последнем я нашёл в сети. Там о нём было достаточно много другой любопытной информации, которую стоило обдумать и обсудить, особенно в свете моего знакомства с Глеосом и его сестрой. Первоначально я даже не знал этого, но теперь, когда я накопал кое-какие факты из его прошлого, у меня к нему появились определённые вопросы и одно предложение, вернее, даже просьба. Но пока отвлекаться я не стал, эти вопросы можно решить и чуть попозже, а сейчас нужно было продолжать. – Остальных, я думаю, вам лучше представить самим.

– Действительно, – удивлённый моей осведомлённостью относительно присутствующего здесь телохранителя, проговорил Тлог и дал слово своему помощнику, который быстро назвал имена сопровождающих их охранников.

– Вот и прекрасно, – обрадованно потёр я руки, – самая сложная и значимая часть любых переговоров – а это приветствие и знакомство – пройдена. Осталось дело за малым – договориться. – И постарался улыбнуться наиболее простодушно и бесхитростно.

Можно было подумать, что в этом я несколько перестарался, так как моя улыбка почему-то подействовала на представителей гильдии воров строго наоборот, заставив их насторожиться и более внимательно отнестись к нашему разговору. Я же подумал о другом.

«Смотри-ка, ментоинтерфейс не ошибся, и ситуационное моделирование работает, как и предполагалось в теории».

Суть идеи заключалась в том, что я и хотел заставить сидящих здесь воров отнестись к нам как можно серьёзнее, но не думал, что сработает принцип от противного, предложенный Искателем.

«Притворись простачком, и это заставит насторожиться остальных ещё больше».

Именно так всё и произошло.

Вот теперь можно было приступать к переговорам, лучшего момента для этого я выбрать или подготовить уже не смог бы. Поэтому обратился к главе гильдии:

– Господин Тлог, мы вас очень внимательно слушаем, – и, взяв понравившийся мне местный кофе, сделал небольшой глоток, глядя на тролля.

– Ну, – как-то даже растерялся Тлог от столь стремительного, прямого перехода к делам, но быстро взял себя в руки – всё-таки это был не простой тролль, а руководитель очень своеобразной и не терпящей ляпов и проступков гильдии.

– У нас к вам, как вы уже, наверное, догадались, есть несколько предложений, – начал говорить он, но я, не дождавшись завершения его речи, перебил его:

– Знаете, господин Тлог, у меня есть к вам ответное предложение, – и, немного помолчав, продолжил: – Давайте сыграем в небольшую игру?

Все удивлённо посмотрели на меня, как мои друзья, так и наши гости. Никто не мог понять, к чему это я клоню.

Да я и сам, если честно, удивился бы этому своему вопросу, если бы только что не взглянул на вероятностную картину развития событий, выстроенную кластером. И что удивительно, именно такое начало нашего разговора сулило нам наибольшие выгоды от взаимного сотрудничества, но самое главное – оно почти полностью нивелировало негативное влияние тех решений, которые придётся принять главе гильдии. Ведь, по сути, сейчас казалось, что всё должен решить простой случай и удача, которые не поддаются логике и анализу.

Но как это ни странно, я действовал по строго разработанному плану, подготовленному кластером и ментоинтерфейсом, основанному на моих собственных наблюдениях и той информации, что нам удалось накопать в сети как по деятельности этой гильдии, так и конкретно по её руководителю и его помощникам.

И сейчас я уже с большей уверенностью мог говорить о том, с чем же к нам пришли и чего захотят попросить у нас эти наши гости.

Тролль посмотрел на меня долгим изучающим взглядом и поинтересовался:

– И что же это за игра?

– Всё просто: я рассказываю вам о том, что вы хотите нам предложить, и если мои догадки верны, то вы соглашаетесь на наши условия, а если я ошибусь, то тогда мы постараемся принять ваши. На строгом принятии условий как с вашей, так и с нашей стороны я, конечно, не настаиваю, всё равно нам понадобится определённый торг, чтобы получить свою выгоду в каждом отдельном случае. Однако направленность предложенных условий будет определять именно выигравшая сторона. Как вам? – спросил я у них и добавил: – В этом случае вы совершенно ничего не теряете, а вот мы можем пойти вам на определённые уступки, если я где-то ошибусь. – Я посмотрел на главу гильдии воров, ожидая его ответа.

Тот о чём-то задумался.

– А где гарантии? – неожиданно спросил его помощник. – Как вы поймёте, что мы не солжём или не попытаемся ввести вас в заблуждение?

– Ну… – протянул я, думая о том, как бы получше ответить. – Во-первых, это вам не выгодно: если скажете, что я не прав, то вы откажетесь от одного из тех вопросов, для решения которых и пришли сюда. И во-вторых, не забывайте, что один из присутствующих здесь является магистром магии разума, и он наверняка сможет отличить правду от лжи. А я обмануть или запутать вас никак не смогу, так как сам же и буду говорить вам о том, с чем вы к нам и пришли. – И вновь посмотрел на так и обдумывающего что-то тролля.

– Знаете, молодой чел, а в этом что-то есть, – наконец произнёс он и неожиданно задал вопрос, казалось бы совершенно не относящийся к теме нашего разговора: – А зачем вы захотели, чтобы при наших переговорах присутствовал мой глава службы безопасности и его подчинённые?

Тут нужно было ответить или правду, или ещё большую правду, как бы это странно ни звучало. И поэтому я сказал:

– Мне нужна его помощь, чтобы разобраться с одним своим делом. – Заметив готовое сорваться с губ Руди возражение, я продолжил: – Мне нужна информация. И я готов её оплатить, если она у него есть. Ваш телохранитель вращается по роду своей деятельности в тех кругах, где она наверняка должна быть, или он может оказаться в курсе того, где её можно раздобыть. – Немного помолчав, я добавил: – К тому же у меня есть к нему одна личная просьба. И тут я не могу вам ничего сказать, так как она касается и его самого. Если он захочет, то сам вам всё расскажет.

Телохранитель удивлённо повернул голову в мою сторону, но не произнёс ни слова. Я же, обратившись к главе гильдии воров, спросил:

– Так вы получили ответ на ваш вопрос?

– Не то чтобы это было именно то, что я хотел бы услышать, но и сказать о том, что ты промолчал, я не могу. Так что буду считать, что ты ответил. – И, осмотрев присутствующих, как своих подчинённых, так и моих друзей, обратился ко мне: – Так с какими же предложениями мы пришли к вам?

Я собрался с мыслями и приступил к тому, что хотел поведать нашим гостям.

– Пожалуй, начну с самого очевидного и простого. – Я посмотрел на главу гильдии. – Здесь всё достаточно прозрачно. Вам… – Заметив навострившиеся ушки внучки главы гильдии, я остановился, стараясь не сболтнуть лишнего.

«Вот же, думай теперь ещё, как и Дарию оградить от той должности, что занимает старый тролль в их гильдии, или той деятельности, что они ведут», – подумал я, глядя на них.

И немного поправился:

– Вернее, гильдии, что вы представляете, нужен маг, скорее, даже несколько магов.

На этом месте Тлог как-то пренебрежительно хмыкнул.

– Вы меня не дослушали, – усмехнулся я и постарался изложить то, что понял, когда был у них в лавке: – У вас уже есть свой маг или несколько магов, это и так понятно. Кто-то из них работает по вашей непосредственной специфике, и поэтому я не думаю, что вы захотите привлекать кого-то со стороны для выполнения подобных заказов. Верно?

– Несомненно, – подтвердил моё предположение помощник тролля.

– Тогда дальше. Кроме них у вас должны быть и те, кто работает непосредственно на подготовку и продажу магического инвентаря, – я посмотрел на них, – ведь кто-то же делает те амулеты, что у вас продаются. Но в этом-то и вся загвоздка: этот маг не смог отличить те бракованные изделия, что создавал ваш предыдущий маг-торговец, Хлыщ, кажется. Кстати, я так понимаю, что этот вопрос решён? – И ещё раз вопросительно посмотрел на тролля и его помощника.

– Да, – кивнул Тлог Горбун, – с этим инцидентом разобрались и уже всё уладили.

Увидев недобрый огонёк в глазах тролля, я не стал уточнять как, лишь кивнул.

– Понятно, – пробормотал я и продолжил: – Так вот, у него, я всё же склоняюсь, что подобный маг у вас всё-таки один, явные проблемы с идентификацией артефактов и магических предметов уже выше третьего уровня. Но как артефактор этот маг достаточно искусен, коль он со своим достаточно невысоким пределом способностей в магии может создавать подобные амулеты четвёртого уровня.

По мере моего рассказа глаза гильдейцев постепенно расширялись. Похоже, не зря мы с моими виртуальными помощниками провели доскональный анализ всего того, что нам известно о гильдии воров Тлога Горбуна, и заранее подготовились к нашей сегодняшней встрече.

– И поэтому я с уверенностью могу обозначить те два вопроса, которые вы хотели бы озвучить нам и которые касаются именно этой вашей проблемы. Первый – это амулеты и прочие магические предметы. Вам нужен определённый ассортимент товаров, который вы хотели бы заказывать у нас. Это должны быть артефакты как минимум третьего или четвёртого уровня. Список, как я догадываюсь, у вас уже подготовлен, и вы, судя по всему, можете его нам передать.

Руди всё так же поражённо кивнул мне в ответ. А вот тролль очень внимательно прислушивался ко мне, и сейчас было не очень понятно его отношение к тому, что я говорю.

Ну, как не понятно, менто-информационное поле-то лгать не может. А оно говорит о том, что и его мои слова сильно удивили.

– Так вот, ваш список мы согласуем с нашим главой и другими магами гильдии. – Я указал на Лениавеса и девушек. – Мы оценим тот ассортимент амулетов, что сможем производить самостоятельно, и постараемся прикинуть, в какие сроки, с какими затратами и в каком количестве у нас получится их изготовить. Возможно, предложим вам какую-то более эффективную и качественную замену. И как итог назовём свою цену. Ну а здесь пойдёт торг, как и при любых переговорах. Но думаю, на двадцатипятипроцентный дисконт от средней рыночной стоимости ваша организация сможет рассчитывать вполне обоснованно, если наши переговоры закончатся успешно.

Теперь я точно смог ещё раз, и достаточно сильно, удивить представителей гильдии воров. Двадцать пять процентов были вполне приличной скидкой, особенно если говорить об артефактах пятого уровня и выше.

Сам же я решил не мелочиться. Во-первых, я прекрасно понимал: на меньшее они не согласятся, большее будет для них выглядеть подозрительно. Во-вторых, даже в этом случае себестоимость производимой продукции практически приравнивается к стоимости материала и того небольшого нематериального вклада мага, что он привносит в амулет, и всё это значительно меньше рыночной стоимости готового изделия. Значительно меньше. И третье: я вместе с кластером уже подготовил несколько своеобразных, но при этом достаточно действенных плетений, с внедрением которых в заготовку можно было заниматься нанесением определённого рунического рисунка на её поверхности. Это был несколько иной стиль изготовления артефактов, присущий больше рунным магам и требующий точного, кропотливого труда, но при этом не требующий почти никакого внешнего вливания магической энергии вплоть до окончания работ и активации артефакта.

Я прекрасно осознавал, кто будет заниматься этим. Я уже некоторое время наблюдал за Ралией, и было у меня подозрение, что с этим она справится ничуть не хуже меня и гораздо лучше любого из знакомых мне магов. Тут я, конечно, говорю о своих друзьях, других магов я знаю не так хорошо.

А вопрос зарядки полученных амулетов менто-энергией мы потом решим, в крайнем случае кто-то из девочек будет делать это вручную. Хотя я, между делом, уже озадачил Вирта подготовкой плетения для создания какого-нибудь артефакта, выполняющего подобные функции в автоматическом режиме. Посмотрим, что у него получится.

– Вы меня приятно удивили, Баг, – произнёс Горбун, – это даже несколько более перспективное предложение, чем то, с которым мы хотели подойти к вам.

Я пожал плечами:

– С нашей гильдией выгодно иметь дело. Мы не хотим упустить свою выгоду, но и другим, как можем, стараемся помогать в этом. Предложенные условия нас полностью устраивают, осталось услышать ваше решение по этому вопросу.

Тролль задумчиво посмотрел на своего помощника и потом сказал:

– Но это лишь часть того, с чем мы хотели к вам обратиться, так что игра, как вы понимаете, ещё не закончена. Правда, я теперь даже не знаю, будем ли мы в выигрыше, если вы согласитесь на наши условия. – И он усмехнулся.

– Ну, вы же не дослушали меня до конца, будет и ложка дёгтя, куда же без неё.

Тролль сосредоточенно посмотрел на меня, но лишь прикрыл глаза, не став возражать, чтобы я смог продолжить излагать своё предположение о целях их визита.

– Тогда перейдём ко второму пункту, для чего вам может понадобиться сотрудничество с магами. Это не идеитифицированные артефакты. Как можно догадаться, в силу специфики работы вашей гильдии, к вам периодически попадают определённые магические предметы с неопознанными свойствами. И тут как раз и есть та самая ложка дёгтя, о которой я вам только что сказал. – Я прямо посмотрел в глаза главе гильдии воров. – Мы не занимаемся опознанием или идентификацией магических артефактов для других.

Сказать, что воры изумились, – это ничего не сказать.

– Но как? – несколько заторможенно отреагировал помощник Руди. – Это ведь одна из основных услуг, которые оказывают гильдии, и берут они за это очень немаленькие деньги.

– Всё верно, – согласился я, – но это не о нас. Возможно, остальным магическим гильдиям и выгодны подобные контракты, но не нам. Однако, коль мы заговорили об этом вопросе, у меня для вас есть встречное предложение. – Дождавшись поощрительного кивка Тлога, я продолжил: – Как мы знаем, сбыт неопознанных артефактов скупщикам, работающим в мирах периферии, идёт практически за бесценок. Подобные неопознанные магические предметы продаются им по цене лома, артефактов первого уровня. Только в крайних случаях, если продавец сможет подтвердить уровень продаваемого артефакта, а это тоже не очень дешёвое удовольствие и часто не оправдывает тех затрат, что на это потребуются, то артефакт удаётся сбыть по стоимости неопознанного магического предмета определённого уровня. Однако это скорее исключение, чем правило, и такие сделки, как я посмотрел, редкость. Так вот, как я понимаю, вы находитесь по отношению ко всем остальным примерно в том же положении, и ваш маг с уверенностью может сертифицировать только артефакты второго уровня. Что для вас не приносит особой выгоды. Наше же предложение таково. Мы готовы приобретать у вас все артефакты, которые не смог опознать ваш маг, по стоимости не идентифицированных магических предметов третьего уровня с дополнительной оплатой в двадцать процентов. Это даёт вам несомненные преимущества по отношению ко всем остальным поставщикам. На подобных сделках вам не требуется нанимать ещё какого-то мага, который будет проводить для вас частичную идентификацию и опознание магического предмета, чтобы определить его примерный уровень. Это первое. Плюс у вас появится постоянная точка сбыта подобного товара по уже фиксированной стоимости. Это второе. – Заметив, что Тлог вроде как одобрительно покачивает головой в такт моим словам, я продолжил: – Третье. Это несомненный экономический эффект. Ваша прибыль при работе именно с нашей гильдией значительно возрастёт по сравнению со сбытом вашего товара любым другим скупщикам. – Немного помолчав, я добавил: – И четвёртое, самое последнее, но, наверное, одно из самых выгодных для вас преимуществ, на которые мы рекомендуем вам обратить пристальное внимание. – Эти мои слова, как я увидел, особенно заинтересовали Руди, так как он прямо-таки впился в меня глазами, стараясь не пропустить ни одного моего слова. – Вы ведь можете и сами выступить в качестве промежуточных скупщиков или посредников, закупая неопознанные артефакты через свои собственные каналы поставок. И они у вас, по крайней мере, сейчас гораздо разветвлённее, чем у нас. Тем более для первоначальной оценки у вас есть свой маг, ну а дальше вы можете уже работать по налаженной схеме, перепродавая товар уже вашему скупщику по его ценам. В данном случае это мы. И мы предлагаем вам стоимостный порог как минимум на двадцать процентов выше максимальной рыночной стоимости. А в том, что у вас есть свои связи, я даже не сомневаюсь. – И я замолчал, давая обдумать им мои слова.

Руди повернулся к главе гильдии и своему старому другу и на том странном грубом языке горных троллей, языке мира, откуда они были родом, и том языке, что мало кто знал в нейтральных мирах, сказал, обращаясь к Тлогу:

– Я и половины того, о чём говорит нам этот чел, понять не могу. Я даже представить не могу, кому могло прийти такое в голову, уж не нам, это точно. И тем более я не могу этого просчитать. Но даже мне понятно, что те предложения, озвученные им от лица своей гильдии, а, как я понимаю, он говорит от имени их руководства, очень выгодны для нашей организации. Как же не вовремя уехал Рлог. И я не уверен, что нам дадут время на раздумья, достаточное, чтобы мы успели дождаться его возвращения.

– Думаешь, стоит соглашаться? – спросил у него тролль, он всегда доверял мнению своего друга в плане денежных вопросов, и если их бухгалтер отсутствовал, то эти дела обычно вёл именно Руди.

– Не знаю, – немного нервно и не слишком уверенно ответил его помощник, что было для него крайне несвойственно, – но моя интуиция так и вопит, чтобы мы не упустили этот шанс. Иначе они найдут других. Ты понимаешь, то последнее, что предложил Баг, – это же переход на совершенно другой уровень. Мы сможем иным гильдиям, с которыми у нас налажены хорошие отношения или заключён партнёрский договор, предложить посреднические услуги. И это можно сделать в обоих случаях, не только по скупке не идентифицированных артефактов, но и по поставке готовых амулетов. Хотя доход будет и не так велик, но это значительно укрепит наше положение и возможные связи. И, что немаловажно, этот доход даже по предварительным прикидкам будет гораздо выше того, что мы можем получить по нашей основной деятельности. Ты понимаешь это? Мы сможем на вполне законных основаниях легализовать свою гильдию, и нам ничего не потребуется для этого делать, только заключить с ними договор. – Руди кивнул в направлении Бага и других магов.

– Думаешь?.. – задумчиво протянул Горбун.

– Да, – подтвердил собеседник.

– Но ведь это не совсем то, к чему мы стремились и что хотели получить, – возразил ему глава гильдии воров.

– Верно, – согласился худощавый демон, – но на наше предложение они, как ты уже слышал, не согласятся. И к тому же то, что он нам предложил, принесёт выгоды для нас не меньше, если не больше. И, что самое важное, их предложение обещает нам немалую перспективу роста в будущем. При этом мы сможем выйти из тени. Никогда не думал о такой возможности, но этот чел нам её предоставил, и она вполне реальна.

– Да, но тогда мы должны будем во что-то переквалифицироваться, и это очень сложно сделать с теми навыками, что есть у членов нашей гильдии… – снова задумался тролль.

– Я и не говорил, что всё будет легко и гладко, но это тот шанс, которого мы так долго ждали, и вот он, у нас в руках, а мы сомневаемся.

– Да, сомневаемся, – жёстко произнёс тролль, – от нашего решения зависит судьба и жизнь не только наша с тобой, но и многих других, и, прежде чем сделать подобный шаг, мы должны его с тобой хорошенько обдумать.

«Так у них есть огромное желание покончить с воровским прошлым. И, судя по тому, что я видел и слышал, такое желание есть не только у них одних в гильдии. Я так понимаю, они и подчинённых себе подбирали с подобными же взглядами на жизнь. – Я на пару мгновений задумался. – Их набор знаний и умений не слишком применим в обычной жизни, но есть те, кто должен уметь и знать нечто подобное. Специфика работ у них достаточно схожа. Только их гильдии вполне законны и легальны. Значит, и тут у меня есть что им предложить. Правда, есть одна загвоздка. В подобных гильдиях должны быть свои артефакты по изготовлению возвратных камней. Но… – Рука непроизвольно проскользнула в сумку, висевшую на плече. – Точно. Это он».

Конечно, не очень стандартная конфигурация, но кластер уже успел изучить его и разобраться в его работе. Тот непонятный артефакт, что я нашёл в резиденции ковена, был один из не слишком качественных артефактов по производству возвратных камней. Но в законах нигде не говорилось, что они обязательно должны быть хоть сколько-нибудь унифицированы теми условиями, которые нужно соблюсти, просто было их непосредственное наличие и возможность производить работающие возвратные камни. А и то и другое этот артефакт должен был делать со стопроцентной вероятностью.

«Так что и тут мы сможем договориться».

Преобразование гильдии воров в ту организацию, что мне была нужна, несло нам гораздо больше выгод. И не только в плане получения прибыли, но и в плане добычи информации.

«Значит, решено», – резюмировал я.

Между тем тролль и демон, ведущие разговор между собой, тоже уже заканчивали его.

– Я так понимаю, мы ответим согласием на эти их предложения? – спросил у Тлога помощник. – Нам это нужно хотя бы для увеличения наших прибылей и закрепления контракта с ними. – И он вновь кивнул в нашу сторону.

– Верно, – подтвердил его слова Горбун, – но мы опять забыли кое о чём. – Он вопросительно взглянул на Руди.

– О чём? – удивился тот.

– Ты забыл, – сказал ему умудрённый годами опыта тролль, – этот необычный и странный чел пока не закончил говорить. – Посмотрев в мою сторону, он спросил у Бага: – Как я понимаю, это ещё не всё?

– Нет, – ответил я ему, – не знаю, в курсе вы или нет, но у вас к нам есть ещё два вопроса.

Похоже, мой ответ его несколько обескуражил.

– Как это мы можем не знать чего-то, что сами и задумали? – пробормотал тролль. – Ну, может, насчёт одного я ещё в курсе, но ты-то упомянул два вопроса, требующие решения. – И он задумчиво посмотрел в мою сторону.

– Всё просто, – прокомментировал я его слова. – Вы просто могли не обратить на это внимания. Но вопрос-то у вас есть.

– И в чём же он заключается? – с интересом и некоторым сарказмом спросил Тлог Горбун.

– В ваших связях, – спокойно произнёс я, отвечая на его вопрос, – насколько мне известно, вы накоротке с несколькими гильдиями, промышляющими контрабандой. Это, конечно, не напрямую относится к вашей непосредственной деятельности. Но в свете последних событий я бы рекомендовал вам предложить свои услуги по сбыту их товара. Я думаю, договориться вы с ними, а потом и с нами сможете на взаимовыгодных для всех условиях.

– Хм, – ухмыльнулся тролль, косо поглядывая в сторону своего главы службы безопасности, – и откуда же у тебя, – выделив интонацией последнее слово, – такие сведения?

– Слухами земля полнится, – ответил я одним из расхожих выражений со своей родины.

– Интересная фраза, – откликнулся тролль, – никогда раньше подобной не слышал. Ну а всё-таки, должны быть какие-то основания для подобных предположений?

Ты же не утверждаешь, что у нашей гильдии есть связи среди магов. – Заметив мою немного осуждающую улыбку, он пробормотал: – Да, это я что-то ляпнул. – Но потом продолжил: – Но ты и не назвал никаких иных гильдий, помимо контрабандистов, будто уверен именно в их связях с нами.

Задумавшись, как ответить ему так, чтобы не выглядеть подозрительно, и при этом дать понять, что мы достаточно информированная организация, я огляделся. По сути, я точно знал, что та связь, о которой только что шла речь, точно есть, и, когда мой взгляд вдруг остановился на Дарии, я, улыбнувшись, ответил:

– Наверное, не стоит упоминать вашего старшего внука, брата Дарии, чтобы вы усомнились в том, что у нас есть подобные сведения.

Тлог не то чтобы поражённо посмотрел на меня, но в его взгляде появилось некое уважение.

– Мы в вас не ошиблись, – сказал он, – и, думаю, прислушаемся к этому вашему совету. – Немного помолчав, тролль добавил: – Остался последний не освещённый вами вопрос, я даже теряюсь в догадках, откуда вы можете о нём знать, но готов вас выслушать. – Горбун посмотрел на меня.

– Не поверите, но это, наверное, самый простой ваш вопрос. Посмотрите, кто меньше всего вписывается в вашу группу, – я указал рукой в их направлении, – и вы сами увидите ответ на него. – Взглянув на внучку Тлога Горбуна, сказал: – Это Дария.

– Хм, вы в очередной раз удивили меня своей наблюдательностью, – проговорил тролль. – Может, тогда расскажете нам, зачем мы её привели с собой?

Я усмехнулся и, подмигнув девушке, ответил:

– Не вижу в этом особой сложности. Как я понимаю, Дария на пороге того возраста, когда должна сделать выбор той гильдии, в которую хотела бы вступить. И, судя по всему, у вас есть определённые сомнения по поводу её поступления именно к вам.

При этих словах глаза девушки удивлённо расширились и она посмотрела на своего деда. Тот же в ответ лишь как-то неопределённо мотнул головой. Я же постарался не обращать на это внимания и продолжил изложение своей гипотезы появления девушки здесь в обществе деда и его подчинённых:

– Всё это становится очевидным, если подумать о том, что девушка с вами тут оказалась далеко не случайно. Вы ведь специально привели её с собой. При этом, судя по её работе в вашем магазине, вы её постарались достаточно хорошо подготовить по одному из смежных направлений, которое также непосредственно касается деятельности вашей собственной гильдии. Как я видел, она оценщик, и, как я понимаю, очень неплохой. Но насколько знаю, вступительный взнос в гильдию оценщиков очень высокий, или же вы не желаете её поступления именно туда по каким-то своим, неизвестным нам причинам. – Немного помолчав, я резюмировал: – Отсюда может следовать только один вывод: вы хотите договориться о вступлении вашей внучки к нам в гильдию.

Не знаю, на что рассчитывал тролль или его подчинённые, но мои слова сильно поразили их. Особенно изумилась девушка, которая, похоже, была совершенно не в курсе планов деда на её счёт. И теперь они все с немалым напряжением переглядывались между собой и время от времени бросали такие же взгляды в нашу сторону.

Первым пришёл в себя Тлог, всё-таки у него был огромный опыт ведения различных переговоров. Однако даже он не попадал в ситуацию, когда оппонент полностью был в курсе всех его планов, тогда как он даже примерно не догадывался о его стремлениях и целях.

– Вы нас всех ошеломили, – произнёс тролль, обращаясь ко мне и Лениавесу, – я даже не знаю, как отреагировать на то, что мы тут услышали. Но, понимая выгоду нашего с вами сотрудничества и того, какие результаты оно может принести для нашей гильдии, я, даже не созывая общего совета гильдии, готов выступить от её имени и принять все ваши условия. Выслушав вас, я могу сделать вывод, что вы вполне разумные существа и не будете выдвигать какие-то нереальные или невыполнимые требования.

Дария опять шокированно широко раскрытыми глазами посмотрела на своего деда. До неё наконец стало доходить, что он не простой распространитель и связник, а некто гораздо более значимый в той гильдии, на которую он работал. Совет гильдии может собрать только кто-то входящий в её внутренний круг, а говорить от лица гильдии может лишь её глава, один из его помощников или доверенное лицо, которому на время передаётся подобное право.

И сейчас так выходило, что её дед взял на себя ответственность принятия решений от имени всей гильдии воров, в которую, как она теперь понимала, он входил.

– Действительно, – согласился я с ним, – основные условия вы уже слышали, это двадцатипятипроцентный дисконт на приобретение вами амулетов и магического снаряжения в нашей гильдии и приобретение у вас любых не опознанных вами самими артефактов по цене третье-уровневых с двадцатипроцентным бонусом. Это то основное, что уже обсуждалось. Однако есть ещё одно условие. Двадцатипроцентный бонус мы готовы предоставить только в том случае, если будет известна история происхождения артефакта. Где и когда найден, кем, в каком мире. Что там есть, краткое описание самого мира происхождения артефакта. Возможно, вы сможете узнать что-то ещё. За наиболее подробное описание мы даже готовы поднять дополнительный бонус до двадцати пяти процентов, но вы должны понимать, что у нас гильдия магов и выдуманную или заведомо ложную информацию мы распознаем практически мгновенно.

Я замолчал, и тролль и его помощник-демон вопросительно посмотрели на меня.

– Мы так понимаем, что вам нужна какая-то конкретная информация и что вы её разыскиваете?

Не став отрицать очевидное, я лишь кивнул ему в ответ.

– Тогда мы готовы предложить вам свои услуги в этом направлении, – произнёс Руди, переглянувшись с троллем. – У нас множество источников информации, а также мы имеем возможность собственного подключения к сети нейтральных миров.

– Да, мы знаем это, – очередной раз удивил я их. – Что у вас есть свой терминал, нам известно, но в сети нет необходимой нам информации. Однако мы готовы покупать у вас сведения по любым новым разведданным о мирax и порталах, ведущих туда. Кроме того, мы после нашего с вами договора о партнёрстве сможем выдать вам более точное описание того, что мы разыскиваем, чтобы сузить зону поиска.

– Вполне разумно, – кивнул Тлог.

– Если по этому вопросу всё, перейдём к следующему. – И, посмотрев на тролля и его помощника, я сказал: – Это касается Дарии. Нас её кандидатура как оценщика полностью устраивает. Но в нашей гильдии свои порядки и внутренние законы, а она по роду своей деятельности будет приближена у нас к достаточно большому количеству внутренних секретов гильдии, и поэтому, чтобы обезопасить её от внешних посягательств… – При этих словах телохранитель усмехнулся. Я же, проигнорировав его смешок, продолжил: – А также стараясь защитить эти самые секреты от невольного разглашения, предлагаю принести ей присягу вассалитета нашему главе гильдии и тогда обойтись без вступительного взноса.

Моё предложение, как оказалось, не слишком удивило Тлога. Заинтересовавшись почему, я быстренько просмотрел в сети возможные причины этого. И практически сразу сумел вычислить причину такого его спокойного отношения к подобному требованию. Оказывается, все не слишком законные гильдии и те гильдии, где требовалось повышенное внимание к их внутренней безопасности, довольно часто практиковали нечто подобное. Именно отсюда при составлении нашего устава и вытащил подобный пункт кластер.

Это моё требование ещё больше, похоже, уверило тролля в моей бывшей связи с кем-то подобным им самим. И он, даже особо не колеблясь, сразу произнёс:

– Вы уже достаточно доказали свою состоятельность, чтобы сомневаться в вашем праве выдвигать подобное требование, поэтому я отвечу за свою внучку. Она принимает ваши условия. – Он положил свою ладонь ей на руку, успокаивая и давая понять, что сейчас не время пререканий.

– Тогда мы предлагаем ей полпроцента от чистой прибыли в нашей гильдии и по прошествии полугода место в совете гильдии, если она докажет свою состоятельность как высококлассного специалиста.

Глаза девушки по мере того, как я говорил, особенно о её будущем вхождении в совет гильдии, всё увеличивались до непомерных размеров.

– Мы не просто так просим тебя довериться нашему главе, за это мы готовы предложить достаточно хорошие условия, – сказал я ей и спросил: – Тебя всё устраивает?

– Да, – кивнула Дария.

– Тогда, – обратился я к Тлогу и его помощнику, – вот предварительный договор, составленный нами заранее. Хотя… – Я оглядел заставленный тарелками с так и не тронутой едой стол. – Подождите пару минут.

Я позвал пробегающую мимо официантку. Она быстренько прибрала стол, оставив нам только вино и лёгкие закуски. Всё равно еда пока никого особо не интересовала.

– Теперь можно продолжать, – сказал я, возвращаясь к прерванному разговору.

И на столе материализовались достаточно формальные типовые договоры о сотрудничестве, найденные Виртом в сети. Туда было добавлено несколько специфичных пунктов и наших устных соглашений.

Следующие несколько минут представители гильдии изучали полученные документы. После чего внесли в них свою метку. И автоматически начался процесс регистрации нашего общего контракта в сети нейтральных миров и всех остальных необходимых инстанциях.

– Поздравляю, господа, – произнёс я, – рад, что вы не тянули с решением и мы так быстро смогли решить этот вопрос. – Немного помолчав, стараясь выдержать театральную паузу, я продолжил: – Ну а теперь я хотел бы вам, как нашим партнёрам, предложить ещё кое-что. – Я посмотрел на тролля. – Нам, если честно, не особо интересен контракт с гильдией, работающей строго по вашей специфике.

«М-да, удивление сегодня – это их основное состояние», – подумал я, глядя в расширившиеся глаза Тлога, да и Руди от него не отставал. Единственный, кто практически не проявлял эмоций за всё время нашего разговора, – это Слоит.

– Да, и не удивляйтесь, – подтвердил я свои слова, – союз с гильдией, имеющей вашу специфику, нам не интересен. Поэтому мы предлагаем вам сменить направленность вашей деятельности.

Тлог и его помощник посмотрели на меня, как на какого-то всевидящего бога.

«Неужели они так уверены, что их наречие больше никому не известно в нейтральных мирах? – задумался я. – Похоже, так и есть. Интересно почему?»

Но это так, совершенно отвлечённые вопросы.

Хотя, конечно, такая их реакция была вполне предсказуема. Ведь они несколько минут обсуждали между собой как один из вариантов будущего развития их гильдии именно смену деятельности. И вдруг кто-то посторонний предлагает им сделать то же самое. Как тут не удивиться и не заподозрить что-то неладное.

Но это так, мелочи. Я специально ждал момента подписания контракта между нами, чтобы наше предложение выглядело менее подозрительно.

Видя их слишком задумчивые лица, я продолжил:

– И мы готовы вам помочь в осуществлении этой идеи.

– Каким же это образом? – уточнил тролль.

– Мы подскажем вам интересующую нас направленность и поможем с тем, что необходимо для этого сделать, – пожав плечами, ответил я.

– А если подробнее? – спросил худощавый демон.

– Подробнее… – протянул я. – Можно и поподробнее. – Пара мгновений тишины. – Нам интересна гильдия поисковиков, – напрямую сказал я им. – И мы готовы помочь вам в получении этого статуса.

– Ты хоть знаешь, каким основным условием является организация подобной гильдии? – как-то даже иронично спросил у меня Руди.

«Интересно, Руди – это Рудольф? Или кто-то ещё?» – почему-то совершенно не о том задумался я.

И с некоей ленцой, граничащей даже с небрежностью или безразличием, произнёс:

– Догадываюсь.

Вытащив руку из своей сумки, поставил на середину стола артефакт, найденный в особняке ковена.

Присутствующие, похоже, уже устали удивляться тем сюрпризам, что мы выкидываем время от времени.

– Надеюсь, вам не нужно объяснять, что это такое? – спросил я у гильдейцев.

– Нет необходимости, – заторможенно проговорил помощник. – Это артефакт по изготовлению возвратных камней. И вы согласны просто так передать его в наши руки? А как же тогда вы сами?

– Ну, во-первых, передать не просто так. Вы станете нашим подконтрольным филиалом, или младшим партнёром, есть пара лазеек, как всё это можно организовать. И во-вторых, кто вам сказал, что он у нас один?

Видимо, последняя моя новость и то, что они видели сейчас перед собой, окончательно выбило представителей гильдии воров из колеи. Даже старый тролль не знал, как отреагировать и что сказать.

Я обратился к нему:

– С этим решением мы вас не торопим, готовы подождать вашего ответа некоторое время. Однако не затягивайте. – Кивнув на артефакт, так и стоящий на столе, я добавил: – Мы будем готовы передать его вам с полной инструкцией по его активации и работе сразу, как только будет заключено соглашение о партнёрстве и делегировании прав управления вашей гильдии в наши руки. Не переживайте. Эти документы будут лишь чистой формальностью, реальная власть в вашей гильдии останется в ваших, и только ваших руках. – Я замолчал, давая прийти в себя Тлогу и его подчинённым.

– Мы возьмём небольшой перерыв, – наконец отреагировал он на мои слова, – нам нужно всё хорошенько обдумать и обсудить этот вопрос со всеми членами совета гильдии.

– Да, я понимаю, – кивнул я.

– Тогда позвольте откланяться, господа, – произнёс старый тролль, поднимаясь из-за стола.

Он направился к выходу из кабинета, но я не дал ему сразу уйти.

– Кхм, простите, но я хотел бы переговорить с вашими телохранителями, – сказал я ему вслед, – да и Дарии, думаю, вассальную клятву лучше принести уже сейчас.

– Старею, – усмехнулся тролль, – позабыл всё. Слишком многое ты свалил сегодня на мою престарелую голову. – И уже деловым тоном сказал: – Мы подождём их в зале, а ты говори с ними, как тебе удобнее.

– Спасибо, – искренне поблагодарил я своего уже делового партнёра. – Тогда Дарии надо задержаться здесь на несколько минут, а потом, если вы не против, я поговорю с вашими телохранителями.

– Хорошо, – кивнул Тлог и вышел за дверь.

Вслед за ним потянулись и все остальные.

За столом осталась сидеть только одна растерянная девушка.

– Ну, здравствуй, – улыбнулся я ей.

Глава 4

Нейтральный мир Гранкат

После принятия присяги разговор с девушкой у нас вышел не долгий. Дария была очень удивлена, когда узнала, кто же на самом деле стоит во главе нашей гильдии. И потому принесение вассальной присяги восприняла уже вполне спокойно, как само собой разумеющееся.

Сегодня мы больше не стали её задерживать и отпустили домой, дав время освоиться с её новым статусом и той информацией, что она здесь узнала. Более детально её будущие обязанности и положение в гильдии мы договорились обсудить завтра. И она уже должна будет прийти к нам в резиденцию как один из членов нашей гильдии в свой, так сказать, первый рабочий день.

«Интересно, а в гильдию местные ходят как на работу, – задумался я, – или как в какой-то клуб по интересам?»

Ведь, по сути, гильдия – это объединение различных существ, занимающихся хотя бы примерно какой-то общей деятельностью, но на самом деле любой член гильдии может работать кем и где угодно. С него взимаются только некие гильдейские взносы.

Похоже, гильдия – это нечто вроде профсоюза, но более надёжное и стабильное объединение, которое помогает своим членам не только на словах. Тут и скидки, и обучение, и трудоустройство в рамках собственных возможностей, и какие-либо денежные преференции. Так что буду относиться к этому именно так.

А если говорить относительно Дарии… То она уже со времени принесения присяги официально считалась принятой к нам и начала работать на нашу гильдию. И небольшая отсрочка ей была дана лишь для того, чтобы она смогла свыкнуться с этим фактом.

– Приятного вечера и до завтра, – попрощался я с ней и попросил: – Пригласи сюда, пожалуйста, Слонга и его парней. И передай деду, что надолго мы их не задержим, это займёт буквально несколько минут.

– Хорошо, – ответила мне та и, наклонив голову, произнесла: – До свидания, мастер. – Но у самых дверей обернулась и, посмотрев мне прямо в лицо, тихо, но с какой-то внутренней твёрдостью и уверенностью, сказала: – Спасибо вам за доверие. Я вас не подведу.

– Я знаю, – кивнул я, – я это прекрасно знаю.

После чего склонил голову, соглашаясь с её последними словами и наконец отпуская девушку.

Пока не подошли телохранители Тлога Горбуна, мне нужно было переговорить со своими друзьями и попросить их об одной услуге.

– Лениавес, девочки, не могли бы вы мне кое в чём помочь? – спросил я у них.

Я впервые за всё время моего разговора с представителями гильдии воров обратился к ним, и поэтому мои слова вызвали некую насторожённость у всех присутствующих.

– И что же это за просьба? – вкрадчиво спросил корнол.

– Мне нужно, чтобы вы дали поговорить мне с телохранителями Тлога наедине.

Похоже, моя просьба удивила моих друзей.

– Почему это? – возмутилась Эрея.

– Да, – поддержала её Тея, – мы вроде как одна… – Она запнулась, но быстро нашлась и продолжила: – Мы теперь представляем одну гильдию, и у нас не должно быть тайн друг от друга.

– Так и есть, – согласился я, – но тут немного другое дело. Вы меня, конечно, извините, но этот разговор не для ваших ушек. Он хоть и коснётся дел гильдии, но большей степенью затронет некие темы, в которые мне не хотелось бы вас посвящать. Это не из-за того, что я вам не доверяю. Нет. Просто это те секреты, которые принадлежат не только мне. Простите. – Я с искренним раскаянием посмотрел на них. – Простите, что хочу кое-что скрыть от вас, но так нужно.

– Кому нужно? – прищурился оборотень.

– Мне, – честно ответил я, – и, возможно, вам. – Немного помолчав, я уточнил: – Так я могу на вас положиться? – И посмотрел в лицо каждого из них.

– Да, – ответил за всех Лениавес и добавил: – Будто у нас есть выбор…

Я улыбнулся на эти его слова:

– Выбор есть практически всегда. – Заметив уже готовую что-то возразить Тею, добавил: – Но это как раз и есть то самое «практически». Сейчас выбора у вас нет. – И я снова улыбнулся.

В этот момент отворилась дверь, и в неё заглянул Слонг.

– Это мы, – произнёс он.

– Да, проходите, – пригласил я, – рассаживайтесь, устраивайтесь поудобнее. Я к вам подойду через пару секунд. – И повернулся к своим друзьям: – Разговор не займёт много времени. Я обещаю рассказать вам всё, что смогу. И прошу не держать на меня зла и не обижаться, – погладил я по руке как раз проходящую мимо меня Эрею. – Так надо, солнышко, – одними губами прошептал я.

Девушка это услышала и как-то испуганно посмотрела на меня. Я подмигнул ей.

– Мы же практически одна семья, – улыбнулся я, – ну какие тайны могут быть между нами?

Чем вогнал её в краску, и Эрея постаралась побыстрее прошмыгнуть мимо меня в открытые двери.

Охранники Тлога молча наблюдали за тем, как мои друзья один за другим покинули кабинет хозяина таверны.

Когда все ушли и мы остались одни, я сел в ближайшее свободное кресло и обратился к Слонгу и его подчинённым:

– Простите, что заставил вас ждать. Итак, приступим. – Я посмотрел на одного из самых опасных убийц некогда знаменитой гильдии «Сломанный меч». Гильдии, главой которой был отец Глеоса. – У меня к вам есть небольшой разговор.

– Да, что вы хотели? – откликнулся тот.

– Я хотел бы поговорить о вашем прошлом, – честно ответил я.

– И чем же оно вас могло заинтересовать? – с долей удивления спросил у меня главный тактик гильдии отца Глеоса.

При этом он оставался совершенно спокоен, даже его менто-информационное поле не выдавало никаких признаков того, что его может что-то смутить в моём вопросе.

Это же можно было сказать и обо всех его подчинённых. Они все вместе были той тактической группой, что сумела уйти в те злопамятные дни.

Однако, несмотря на всё это внешнее и, самое главное, внутреннее кажущееся спокойствие, моя интуиция упорно твердила мне: Слонг и его спутники насторожены как никогда. Кто-то смог достаточно близко подобраться к их тайне, чтобы выйти на нужный след, и это могло грозить смертью не только им самим, но и их близким. И похоже, сейчас я рискую получить удар мечом, ножом, каким-то странным предметом, похожим на длинную иглу, и ещё парой не слишком знакомых мне орудий смертоубийства в лоб, печень, сердце и шею. Причём договорить мне могут и не дать. Оружие сразу пойдёт в ход. Поэтому стоит выбить их из колеи, сказав то, что они не ожидают услышать.

Я задумчивым взглядом осмотрел их всех и оповестил:

– Сын и дочь Трелая живы.

Не знаю, послужило это паролем или ещё каким-то выключателем, но насторожённость, что чувствовалась по отношению ко мне буквально мгновение назад, бесследно исчезла.

– Откуда эти сведения? – спросил Слонг.

То, что он поверил в мои слова, не вызывало никаких сомнений. Он и его подчинённые с какой-то даже ответственностью и сопричастностью посмотрели на меня, ожидая ответа. Похоже, они приняли меня за одного из своих, бывшего члена гильдии «Сломанный меч».

– Я видел их недавно, – ответил я.

Слонг повернул голову в сторону эльфара. Тот прикрыл глаза и кивнул ему.

– Сколько ты хочешь за эти сведения? – спросил у меня телохранитель Тлога Горбуна. – Даже не так, мы заплатим тебе три миллиона кредитов, если дети ещё живы и ты отведёшь нас к ним.

«Интересно, а им-то они зачем? – подумал я. – Я-то хотел просто использовать их как некий фактор, растапливающий в переговорах лёд, а вышло вон как». И я задумчиво посмотрел на охранников.

– Зачем вам это? – задал я вопрос Слонгу.

– Я должен Трелаю, – ответил мне тот, – и это теперь единственная возможность вернуть ему долг.

Он прав, это единственная возможность. Но я так и не понял тех предпосылок, что двигали им.

– Я понимаю это. Но для меня это не ответ. Поэтому я спрошу ещё раз: зачем тебе это?

Слонг несколько мгновений помолчал, а потом раздался его тихий голос:

– Они должны выжить, и мы, наверное, единственные, кто сможет им хоть в какой-то мере обеспечить необходимый уровень безопасности. Мы сможем защитить их. Если потребуется, сделаем это ценой своей жизни. – Чуть помолчав, он закончил: – Их отец ценой своей жизни купил то время, что потребовалось нам для спасения себя и своих семей, и мы не должны забывать об этом.

Телохранитель главы гильдии воров говорил правду. Хотя не знаю, как такое возможно, но его менто-информационное поле было абсолютно нейтральным, по нему невозможно было выявить никаких признаков, лжёт он или говорит правду. Однако и в этот раз моя интуиция дала чётко понять, что ему можно доверять. Доверять полностью. Этого демона волновала судьба Глеоса и Ралии. Поэтому ему можно было сказать несколько больше, чем я хотел в момент нашей встречи.

– Я так понимаю, сами вы незнакомы ни с мальчиком, ни с девушкой? – задумчиво уточнил я на всякий случай.

Для меня это было вполне очевидно, а вот у телохранителя и его товарищей этот вопрос вызвал некое удивление.

– Как ты догадался? – напрямую спросил он.

– Ну, есть у меня определённые подозрения, – уклончиво ответил я, пока не став говорить ему, что они сидели с ними в одной комнате и не обратили на них никакого внимания.

– Ну, так что, ты предоставишь нам сведения об их местонахождении? – с надеждой спросил Слоит и, стараясь убедить меня, сказал: – Деньги мы сможем собрать и передать тебе уже сегодня. Нужно позаботиться о безопасности детей, пока до них не добрались те, кто не должен этого сделать. Те, кто уничтожил нашу гильдию, – как последний аргумент добавил он.

Не очень прислушиваясь к его последним словам, я задумчиво произнёс:

– Сейчас они в безопасности, – и посмотрел на сидящих передо мной бывших членов гильдии «Сломанный меч».

– Почему ты так в этом уверен? – спросил один из телохранителей.

Поддержав его вопрос, кивнул и Слоит.

– Потому что буквально несколько секунд назад они сидели перед вами, – пожав плечами, ответил я.

– Что?! – вскричал главный телохранитель главы гильдии воров.

Он и его помощники мгновенно повскакивали с мест, собравшись вылететь в общий зал таверны, туда, где сейчас находились Глеос с сестрой.

– Сидеть, – резко скомандовал я жёстким голосом, пригвоздив находящихся здесь демонов и эльфара к стульям.

И, что удивительно, все четверо мгновенно меня послушались, даже сами не понимая того, почему они это сделали.

– Кто ты? – тихо спросил у меня главный из них. Всмотревшись в моё лицо, вернее, постаравшись что-то рассмотреть там, он произнёс: – Я знал всех мастеров в нашей гильдии, но среди них не было ни одного чела, а в том, что ты мастер, я теперь не сомневаюсь. – И он цепким взглядом осмотрел мою фигуру.

– И это неудивительно, – ответил я ему, – я никогда не состоял в гильдии «Сломанный меч».

– Но тогда почему? Почему ты помогаешь им? – с непониманием спросил он.

– Наверное, потому, что им нужна моя помощь. Или потому, что они члены нашей гильдии, а гильдия своих не бросает. Или потому, что Ралия стала достаточно близким мне существом. Или потому, что мне нравится Глеос. Или потому, что так решил глава нашей гильдии. Или потому, наконец, что они мои родственники.

На каждое моё слово в глазах телохранителей росло удивление. А после того как я назвал их своими родственниками, так они вообще, можно сказать, «выпали в осадок». Последние мои слова пробили брешь в их монументальных щитах, не дававших пробиться наружу никаким внутренним чувствам и переживаниям. Сейчас передо мной находились хоть и достаточно сильно и умело контролирующие себя, но обычные существа, которые могли похвастаться обычным переливом эмоций, свойственных любому живому разумному. В том числе и мне.

– Он не лжёт, – вмешался в наш разговор со Слонгом эльфар, сидевший рядом с ним. – Может, не говорит нам всего, но точно не лжёт. И он также заботится о безопасности детей Трелая.

– Верно, – согласился я, – и поэтому мне не нужны обещанные вами деньги. Нет, я хочу попросить вас о другом. – Я посмотрел на них. – Мне нужна услуга.

Видимо, до телохранителей стало доходить, что именно сейчас и пойдёт речь о том, о чём я и хотел с ними поговорить.

– Что за услуга? – спросил главный из них.

Я помолчал, стараясь обдумать мысли, что роились в моей голове, и понять, как мне их сформулировать так, чтобы у телохранителей было как можно меньше вопросов.

– Ну, так вот, – начал я, – сейчас, как я уже сказал, они в безопасности. Думаю, и в будущем я и наша гильдия сможем им её обеспечить. Но я не всегда смогу быть рядом с ними, особенно с Глеосом. Слишком он, как бы это сказать, любопытен, что ли. Суёт свой нос во всякие щели и потом удивляется, что его там прищемили. Ралия не такая. Она рассудительная и осторожная девушка, притом у неё есть определённые таланты, которые мы в нашей гильдии постараемся в ней развить, и тогда я не думаю, что ей вообще в принципе будет кто-то слишком опасен. – Я опять, задумавшись, помолчал. – Глеос не такой. Он, конечно, подаёт определённые надежды, но они совершенно в иной плоскости. Он сын своего отца. И таланты у него соответствующие. И он ещё слишком юн, чтобы реализовать свой потенциал полностью. Да и к тому же я хочу, чтобы он в принципе забыл о мести, которая сейчас плотным клинком вошла в его мысли. Это не его дело. Парнишка слишком горяч, чтобы понять это. Поэтому мне необходима ваша помощь.

– И что ты хочешь? Чтобы мы взяли на себя заботу о его безопасности? – уточнил телохранитель.

– В какой-то мере да, – согласился я, – но только отчасти. Это непосредственно скажется на его безопасности как сейчас, так и в будущем. Но это не опека или что-то подобное. Нет. Мне нужно другое.

– И что же? – не поняв, к чему я клоню, спросил Слонг.

– Мне нужно, чтобы вы взяли его к себе в ученики. Обучили и воспитали его в соответствии с тем кодексом, которого придерживались в вашей гильдии.

Бывшие члены гильдии «Сломанный меч» удивлённо посмотрели на меня.

– А почему ты не хочешь сделать этого сам, – спросил один из них, плотно сбитый невысокий демон с зеленоватой кожей и лицом как у небольшого динозавра, – обучить его?

– Я не подхожу для этого, – просто ответил я.

– И почему же? – не поверил главный в этой компании. – Судя по тому, что мы видим и не видим, все необходимые навыки у тебя есть. Так в чём дело?

– Наверное, в том, что если он решится пойти моим путём, то погибнет, – ответил я на вопрос Слонга. Похоже, мой ответ полностью устроил телохранителя. К тому же я добавил: – Хотя чему-то я смогу его научить, но это не будет касаться того, что будете преподавать ему вы.

– Понятно, – кивнул Слонг. – В таком случае когда начинаем и как скажем об этом мальчику?

Я пожал плечами.

– Тут всё полностью в ваших руках, – сказал я. – Он будет ходить в обычную школу. Часть времени должен проводить в гильдии, а всё остальное время вы можете грузить его по полной. Я даже настаивал бы на этом. Времени у вас не так много.

– Сколько? – насторожился телохранитель.

– Не больше трёх лет, а возможно, и меньше.

– Почему? – на автомате спросил Слонг.

– На то есть свои причины, – сказал я.

– Понял. – Он на несколько минут задумался. – Тогда сделаем так. Ежедневно мы будем забирать его вечером на два-три часа, – сказал он, – так будет продолжаться первые несколько недель. Нам нужно присмотреться к нему и составить график тренировок, дополнительно мы постараемся выяснить предел оптимальных нагрузок для его развития. Эти несколько недель после наших занятий он будет абсолютно выжат, и не уверен, что сможет даже самостоятельно добраться до дому. Поэтому мы будем как забирать его, так и привозить или приводить обратно. Потом всё стабилизируется, он войдёт в ритм, и уже тогда мы проведём дополнительную корректировку занятий.

– Принимается, – ответил я.

– Дальше. – Слонг более внимательно посмотрел на меня: – Есть какие-то особые пожелания к технике, которой он должен овладеть?

– Да, – ответил я. – Мне не известен тот тип оружия, что хотел использовать ваш подчинённый. – И я указал на того самого демона с лицом похожим на морду динозавра. – Необычное и незнакомое вооружение всегда даёт небольшой шанс на его неожиданное применение. А это дополнительный шанс на выживание. Поэтому я хотел бы попросить вас обучить его работать ещё и таким необычным оружием, помимо стандартного и распространённого набора любого универсального воина. Ещё, – я вновь посмотрел на Слонга, – это ваше умение контролировать себя, держать свои эмоции и мысли в узде.

При этих словах тот с каким-то не то одобрением, не то восхищением посмотрел на меня.

– Он должен быть ещё лучше.

– Да, – ответил телохранитель, – теперь я и сам это понимаю.

– И последнее, – я повернулся к эльфару, – скрыто и то, как ты определял моё эмоциональное состояние. Говорю я правду или нет. Как я понял, твои способности никак не связаны с магией, поэтому если этому можно научить, то Глеос должен это уметь.

Эльфар в удивлении повернул голову к главе их небольшой группы. Тот пожал плечами и ответил:

– Сам удивлён не меньше твоего.

Я же, обдумав только что произнесённое, сказал:

– Это, пожалуй, всё. Если у вас будут какие-то свои идеи на этот счёт, то я всегда готов их выслушать. Но главное, не забывайте: он должен выжить сейчас и суметь выжить потом. И, что немаловажно, ему необходимо забыть о мести. Это не его дело. И это он должен уяснить с первых минут ваших занятий.

Слонг только одобрительно кивнул мне в ответ.

– Тогда это всё, – произнёс я, собираясь встать и позвать Глеоса, чтобы представить его уже в неофициальной обстановке Слонгу и его команде.

Но вдруг вспомнил о том, зачем хотел встретиться с этими телохранителями до того, как узнал об их прошлом. У меня к ним был один вопрос, с которым, возможно, Слонг и его подчинённые могли мне помочь. Поэтому вновь повернулся к демону и его команде:

– Прости, забыл спросить. В этом мире вы со своей командой обосновались несколько раньше нас, и, вероятно, у вас есть необходимая нам информация. Я готов её приобрести.

– Что за информация? – спросил Слонг.

– По местным бандам, – ответил я.

– А поконкретнее? – уточнил телохранитель.

– Если конкретнее… – Я задумался, как можно описать тех, кто был мне нужен.

Я уже подозревал сообщников тех бандитов, которые собирались напасть на нас ночью, в их связях с магами из неизвестной гильдии. Однако мне нужно было какое-либо постороннее подтверждение этих фактов, помимо моих собственных догадок и предположений. Конечно, если их не будет, я и так займусь той бандой, но мне нужна уверенность, что они здесь такие одни и другие банды не работают на эту непонятную гильдию. Не хотелось бы подвергать своих друзей неоправданному риску из-за недостатка информации или её недостаточной проверки и актуальности. Именно это я и хотел спросить у Слонга и его парней.

– Значит, конкретнее. Мне нужна информация по местным бандам, которые занимаются похищением местных жителей и работорговлей. Возможно, тем, кто недавно стал сотрудничать с магами, или тем, у кого в составе банды неожиданно появились сильные маги. Возможно, у вас есть информация по некой гильдии магов, которая ищет выход на подобные банды. По времени это должно было начаться примерно полтора месяца назад.

– У вас с ними какие-то свои счёты? – уточнил телохранитель. – Ведь и ваша гильдия ищет на них выход.

– Так и есть, – признался я. – Но у нас совершенно иная причина для этого. Здесь пропало несколько магов, и нам нужно выяснить, не связаны ли эти события между собой. И по возможности разыскать пропавших магов.

Слонг помолчал, а потом всё-таки ответил:

– О гильдии, по крайней мере, я ничего не слышал. А вот о банде… – Он повернулся к эльфару и попросил его: – Лекиас, расскажи то, что недавно рассказывал мне о банде Чахлого.

Эльфар встрепенулся и, развернувшись ко мне, заговорил:

– Не знаю, поможет тебе это или нет, но недавно один из его подручных хвастался в забегаловке, что к ним в руки попала очень необычная магиня и они получат её в полное свое распоряжение, как только маги разберутся с ней. У Чахлого были какие-то большие планы на её счёт. Что он имел в виду, я, честно говоря, не понял, так как не слышал всего его рассказа, но, судя по твоим словам о пропавших магах и банде, сотрудничающей с какой-то магической гильдией, это может быть как-то связано между собой.

– Хм, интересно… – протянул я. – Это, конечно, немного, но уже кое-что. Где обитает этот Чахлый, можете сказать?

– Он и его банда занимают один из особняков на границе торгового и грязных кварталов в самом его дальнем углу, – ответил один из демонов, сидящих за столом. И достаточно подробно описал, как найти нужный дом.

Я, кстати, судя по той карте, что была составлена ментоинтерфейсом, уже проходил мимо него, меня ещё тогда поразило большое количество подозрительных личностей вблизи именно того дома и немаленькая его охрана. Тогда я подумал, что это особняк какого-то криминального авторитета. Получается, я не ошибся.

– Хорошо, вы мне очень помогли, – поблагодарил я телохранителей Тлога Горбуна, – теперь у нас, по крайней мере, есть с чего мы можем начать.

И подумал, что если подтвердятся и кое-какие наши собственные сведения, то тогда мы ещё более точно выйдем на след.

«Проверить я смогу их уже сегодня ночью, – решил я и мысленно усмехнулся: – Бурная у меня сегодня выйдет ночка». Я представил то, что мне придётся провернуть.

Но сделать всё это необходимо. Во-первых, так я смогу обезопасить своих друзей. Во-вторых, у меня появились некоторые вопросы, как к главарю банды, так и к магам, с которыми он сотрудничает. Ну и в-третьих, у меня есть ещё и обязательства перед Рехором, главой не маленькой и достаточно известной магической академии, которые я должен выполнить в обмен на заключённое с ним соглашение. Однако это планы на ночь, а ещё не закончился бесконечный день, плавно перешедший в такой же нескончаемый вечер.

– Ладно, господа, – обратился я к Слонгу и его подчинённым, – давайте сейчас я представлю вам Глеоса, и вы уже договоритесь с ним о первых нескольких занятиях. А потом мы немного скорректируем ваше расписание, чтобы всем нам наиболее оптимально распределить своё время.

Главный среди телохранителей кивнул, соглашаясь с моим предложением, и я встал. Подойдя к двери, приоткрыл её и выглянул в коридор.

– Глеос, – увидев мальчишку, позвал я его, – зайди на пару минут.

Дождавшись, когда он войдёт в кабинет, закрыл за ним дверь.

– Знакомься, это Слонг и его команда. Я договорился с ними о том, что они возьмутся обучать тебя. Я же тебе говорил, что это самые опасные воины в этом заведении. Так вот, они согласились взять тебя в ученики и подготовить из тебя универсального бойца.

Лицо мальчишки сначала просияло, ведь из него будут готовить настоящего бойца воины, которым тут нет равных. Но затем задумался над тем, как всё это будет происходить, и ответил:

– Простите, но я вынужден отказаться. – Заметив моё удивление, он пояснил: – Я не могу оставить свою сестру.

Поняв причину его отказа, я постарался успокоить его.

– Это не совсем то, о чём ты подумал, – сказал я. – Тебе не нужно будет переезжать к ним, чтобы тренироваться круглые сутки напролёт. Это как обычное обучение или учёба, только чуть более интенсивное и направленное. Слонг и его подчинённые будут заниматься с тобой по несколько часов в день, забирать на время тренировки тебя к себе, а потом приводить обратно. Жить ты так и будешь с сестрой, и тут я думаю, что вы переедете к нам. Так будет лучше для всех. Такой расклад тебя устраивает?

– Да, конечно, – радостно кивнул тот, но потом посмотрел сначала на телохранителей, а потом на меня и спросил: – А почему они?

Мне было совершенно ясно, что в конце вопроса должно стоять «а не вы?», поэтому спросил:

– Глеос, ты мне доверяешь? – Увидев его осторожный кивок, я продолжил: – Слонг со своими парнями справятся с этой задачей гораздо лучше меня. – И, пожав плечами на удивлённый взгляд мальчика, добавил: – Есть то, что многие всегда будут делать лучше тебя, меня или кого-то другого. Есть то, к чему у тебя в принципе не будет никакого таланта или призвания. Поэтому нужно знать свои слабые стороны и реально оценивать свои возможности. При этом необходимо стараться не выставлять их напоказ. Но никогда, ни в коем случае нельзя убеждать всех, и, главное, самого себя, что у тебя их нет. Это самая главная ошибка. Слабости есть у каждого. Но вот в умении использовать эту свою слабину себе же во благо и есть сила. Пусть это будет тебе моим первым уроком и моим маленьким вкладом в твоё обучение. – И, помолчав, я закончил: – А поэтому эти господа вплотную займутся обучением того, что умеют и знают гораздо лучше многих, а как ты всё усвоишь, полностью зависит от тебя. Так что не подведи меня и не заставляй краснеть перед ними. Я верю в тебя. – Я посмотрел прямо в глаза парнишки. – Запомни, всё здесь, – и я рукой похлопал его сначала по груди в области сердца, а потом по лбу, – и здесь.

– Я всё понял, мастер, – тихо проговорил он. – Я не подведу вас. – И склонил голову.

– Ну вот и хорошо, – улыбнулся я и теперь похлопал парнишку по плечу. – Значит, уже завтра кто-то из подчинённых Слонга зайдёт за тобой, и для тебя начнётся новая жизнь. – И я ещё раз улыбнулся ему.

Глеос стоял и смотрел, как я попрощался с телохранителями и как они вышли в зал. А потом, тихо, совсем тихо, даже не стараясь выразить свои мысли, а так, будто размышляя вслух и подводя некую черту в своей жизни, сказал:

– Мастер, новая жизнь у меня началась с того момента, как я впервые увидел вас.

Это было произнесено на уровне очень тихого шёпота, но я всё равно услышал его слова.

– Я знаю, – не оборачиваясь, так же тихо произнёс я, – знаю.

Когда все наши снова собрались в кабинете Длона, я сказал:

– На сегодня у нас практически всё, осталось поговорить только с хозяином этого заведения. Он хочет что-то предложить нам.

– И что ты думаешь по этому поводу? – спросил у меня Лениавес. – Обычно твои прогнозы имеют свойство сбываться.

– Ну… – Я на несколько минут задумался. – Я, если честно, как-то даже и не анализировал его возможное предложение.

На лицах присутствующих, да и в их менто-информационных полях отразилась совершенно разная палитра чувств.

Лениавес и поддерживающий меня с ним за компанию Глеос были слегка разочарованы, видимо, они уверовали в моё всезнание. А вот девочки, Эрея и Тея, наоборот, внешне были довольны этому моему маленькому провалу. Их сильно задевало то внешнее и внутреннее несоответствие, которое можно было наблюдать, глядя на меня. Но в глубине души они, как ни странно, так же огорчились, как и корнол с мальчиком. Наверное, и для них я стал в какой-то мере авторитетом, и они переживали за меня, хоть и не хотели признаваться в этом даже самим себе. Ралия же просто не понимала, о чём речь, и потому тихонечко сидела в уголке комнаты и внимательно прислушивалась к нашему разговору.

Чтобы не разочаровывать всех полностью, я высказал то, что было достаточно очевидно и не вызывало каких-то больших сомнений. В этом случае я хотя бы частично должен был попасть в цель.

– Но если подумать, – начал я, – выгоду, которую может преследовать Длон, я вижу только в двух вещах. Первое и самое простое. Это как-то должно быть связано с его непосредственной деятельностью. А именно с тем, что он владелец этой таверны, которая является зоной свободной торговли в этом мире. Не знаю, перекупка товара по выгодной цене и сбыт его нам или какие-то не очень ликвидные товары, возможно, ещё что-то. Вариантов множество. Но в основном они все должны быть связаны с заключением договоров в этом месте и отношением к этому заведению как к некой узловой точке распространения товаров в этом мире. Большего я пока сказать не могу. Об остальном нам сможет поведать только хозяин.

Я замолчал, давая возможность обдумать своим друзьям то, что сейчас сказал.

– А вторая вещь? – спросила Тея.

– Что? – не сразу понял я, о чём она говорит.

– Ну, ты говорил, – пояснила девушка, – что его предложение может быть связано с двумя вещами. Об одной ты сказал, это местное заведение, а второе? Что ещё он может нам предложить?

– А… – протянул я. – Ну, тут не всё так очевидно. Однако это тоже нельзя отбрасывать. Второе – это сам Длон. Вернее, его связи с контрабандистами.

– С кем? – удивилась Эрея.

– Как ты узнал? – спросил корнол.

– Ну, неужели вы думаете, что его заведение, созданное для того, чтобы оградить любые деловые сделки от магического влияния извне, должно приносить большой доход в мире, и так не слишком контролируемом магическими гильдиями или магами? – задал вопрос я и сам же ответил на него: – Конечно нет. Он, скорее всего, едва покрывает этими доходами гильдейские взносы и содержание своей гостиницы. А поэтому ему нужна ещё одна статья доходов. И коль это один из окраинных миров, то логично предположить, что это контрабанда или что-то похожее. – Я оглядел присутствующих. – Судите сами. – И я стал загибать пальцы: – Первое – это окраинный мир, да к тому же узловой в этой ветке миров. Как я понимаю, отсюда есть доступ ко многим внешним мирам, чем, в частности, пользуются поисковики, наёмники и прочие подобные гильдии, в том числе и контрабандисты. Второе напрямую следует из первого: это поток различных товаров и всего того, что доставляют сюда все эти гильдии. Третье: в силу своей специфики этого заведения, – я обвёл рукой кабинет, – через Длона должно проходить множество подобного товара, в том числе и контрабанда. Четвёртое: здесь нет такого тотального контроля магическими гильдиями, как в центральных мирах, и, как следствие, тут практически в открытую можно реализовать большую часть не сертифицированного магами товара. И чтобы обезопасить себя ещё больше, такой товар нужно реализовывать в местах, подобных этому. А в этом мире зон свободной торговли кроме таверны Длона, насколько я знаю, больше нет. Пятое: основными поставщиками обошедшего контроль магических гильдий товара обычно и являются гильдии контрабандистов, для которых ближайшая точка сбыта их временного имущества как раз это заведение, соответствующее многим условиям. И наконец, шестое, последнее, но, наверное, самое главное. Контрабанда – достаточно прибыльное дело, хотя и не слишком законное. И это не последний аргумент для хозяина этого заведения. Поэтому я почти полностью уверен, что наш хозяин достаточно плотно связан со многими местными гильдиями контрабандистов. Ну а предложить он нам в этом случае может лишь их товар, надеюсь, по разумным ценам. Мы же его уже на вполне законных основаниях самостоятельно сертифицируем, у нас всё же магическая гильдия со многими присущими ей правами, и реализуем этот товар по рыночной стоимости. – Я закончил и, вновь осмотрев своих друзей, спросил: – Ну как, у вас есть какие-нибудь вопросы? Или лучше мы пригласим Длона, выслушаем его и зададим интересующие вас вопросы уже ему?

– Давай поговорим с ним, – согласился Лениавес, – нужно выслушать первоисточник. Так будет более правильно. – И, немного подумав, он добавил, улыбнувшись: – А заодно посмотрим, насколько ты и в этот раз всё точно угадал или просчитал.

Остальные промолчали.

Поняв, что возражений ни у кого нет, я сказал:

– Значит, зовём Длона, – и, повернувшись к Глеосу, попросил его, чтобы он сбегал за хозяином таверны «Жирный боров».

Видимо, он давно уже ждал приглашения, так как буквально через несколько минут в сопровождении парнишки вошёл в комнату.

– Добрый день, дамы, господа. – И этот хитроватый демон постарался изобразить светский полупоклон, однако у него ничего не вышло.

Не был он похож на придворного шаркуна, в нём больше угадывалось его наёмническое прошлое и задатки торговца. Но лично меня всё устраивало, тем более этот демон пришёл к нам не просто так. У него было какое-то предложение, и стоило его внимательно выслушать.

– Добрый день, Длон, – от имени всех присутствующих поздоровался я с ним и указал на свободные стулья: – Присаживайся, куда тебе будет угодно. – И, улыбнувшись, добавил: – Смешно звучит, ведь это твой кабинет.

– Да не важно, – ответил он.

– Ну и хорошо, – откликнулся я. – Мы готовы тебя выслушать. – И пояснил свою некоторую торопливость:

– Извини, Длон, за резкий переход к сути вопроса, но за сегодня нам пришлось выполнить столько дел, что затягивать ещё один разговор у нас просто не хватит сил. Не обижайся и не держи зла.

– Да я в общем-то в курсе… – Длон несколько косо посмотрел в сторону магов, при этом остановив взгляд на сидевшем позади меня парнишке, его сестру трактирщик, похоже, не знал. – Тем более я и сам не большой сторонник тянуть с делами, поэтому с готовностью перейду к своему предложению, которое хотел с вами обсудить.

Я кивнул:

– Замечательно, – и обвёл рукой присутствующих:

– Здесь основной состав совета нашей гильдии. – Заметив, что взгляд трактирщика вновь остановился на Глеосе, я пояснил: – Ты не смотри на его присутствие здесь. Оказалось, что он мой дальний родственник, я в нём полностью уверен и доверяю ему. Так что можешь говорить обо всём свободно и без утайки. Тут все свои.

Предложив ему бокал вина, из тех, что понравились Лениавесу – у него вкус явно получше моего будет, – приготовился слушать Длона.

Демон, торговец, бывший наёмник, один из гильдии нейтральных торговцев и владелец таверны «Жирный боров», немного помялся, а потом, осмотрев нас всех каким-то задумчивым взглядом, глубоко вздохнул и, будто решившись на что-то, приступил к своему рассказу:

– Как вы знаете, я состою в гильдии нейтральных торговцев. Наша гильдия является эксклюзивным поставщиком услуг по заключению сделок в зонах свободной торговли. – Заметив мой кивок, что, мол, мне известно это, он продолжил: – И, как результат, в моём заведении достаточно часто проводятся различные формальные и официальные сделки. Или, наоборот, случайно заключённый спор здесь приобретает статус узаконенного соглашения или обязательства. В таких случаях всё во многом зависит от удачи или от честности и исполнительности всех партнёров. Иногда, случается и такое, заключившие какую-либо сделку даже не знают, что они стали временными партнёрами. И в таких случаях наша организация выступает в роли арбитра разрешения различных споров и конфликтов. Мы выполняем функции судей и приставов, и, как оплата наших услуг, в этих случаях нам всегда достаётся пятнадцать процентов от отчуждаемого спорного имущества. Вот о нём-то я и хотел поговорить. В результате этой деятельности ко мне в руки попадает различный товар, который мне необходимо реализовать. От его продажи я должен отсчитать гильдейскую пошлину, а остальное идёт мне на покрытие издержек. Вот здесь-то во многом и возникают проблемы. Часть попавшего ко мне имущества спорных сторон я могу спокойно реализовать через свои каналы. Это чаще всего обычные вещи, оружие, одежда, драгоценности – в общем, всё то, в чём не содержится никакой магической составляющей. Но, как вы понимаете, это окраинные миры и подобных вещей здесь не так много. Большую часть доставшегося мне имущества составляют различные магические предметы, артефакты, амулеты, зачарованное оружие, доспехи и одежда, а также иной магический инвентарь. Например, ингредиенты для алхимиков, необычные травы и прочее. Для того чтобы я смог всё это реализовать, нужно первоначально все эти предметы сертифицировать, но этим занимаются магические гильдии. А они за выдачу сертификата дерут столько, что иногда его получение превышает предполагаемую прибыль. Ну, или магические гильдии предлагают скупить эти вещи как неопознанные предметы по цене обычного мусора. Их цена не покрывает даже расходов на хранение. И такого товара у меня предостаточно. У меня нет возможности нанимать или держать на постоянной основе собственного мага, чтобы он занимался сортировкой и оценкой имеющегося у меня в наличии товара, но вот перепродать его вам хотя бы по цене материала изготовления этих предметов я готов. Это будет уже почти в два раза больше, чем те деньги, что мне заплатят гильдейцы. Для вас же в этом тоже есть прямая выгода. Вам не потребуются дополнительные затраты на идентификацию и оформление сертификатов на магические и зачарованные предметы. Вы ведь сертифицированная магическая гильдия и сами можете оформить их на совершенно законных основаниях. Это и есть моё первое предложение, которое я хотел обсудить с вами: приобретение у меня подобного невостребованного, лежащего мёртвым грузом товара. – И трактирщик замолчал, ожидая нашей реакции.

В целом предложение было интересным. Оно почти не отличалось от той сделки, что мы заключили с гильдией воров, даже наоборот, было несколько выгоднее. Мы приобретали различные магические артефакты по цене материалов их изготовления. Что было значительно дешевле, хотя, похоже, Длона это совершенно не смущало.

– Нас твоё предложение заинтересовало, – переглянувшись с Лениавесом и заметив его подтверждающий кивок, произнёс я.

Корнол явно понял все выгоды этой сделки и решил не упускать такой возможности.

– Хорошо, тогда вот подготовленные мной два экземпляра договора. – Демон-торговец протянул мне два свёрнутых свитка. – Я взял на себя смелость подготовить их заранее, так как почему-то совершенно не сомневался, что смогу увидеть вас сегодня ещё раз.

Быстро проглядев документ, я понял, что Длон совершил ошибку, подсовывая нам стандартный договор, и, по сути, обязался поставлять нам все магические артефакты и зачарованные предметы, попадающие к нему в руки. И тогда фактически только мы становились его официальными скупщиками.

Просмотрев информацию в сети, я понял, что он как раз и выбрал договор на заключение постоянного контракта скупки для определённого типа товаров на неких зафиксированных в договоре условиях. И в нашем случае это была стоимость магических предметов, оцениваемая стоимостью материала их изготовления.

Я не стал указывать Длону на эту его ошибку, ведь нас всё полностью устроило.

Подписав оба экземпляра и внедрив в них слепок своей ауры, я один передал Длону, а второй убрал к себе в сумку, переместив его в инвентарь.

Повертев в руках подписанный документ, трактирщик сообщил:

– Первая партия товара уже готова. Она самая большая, так как скопилась за достаточно длительный период времени. Я уже подсчитал её общую стоимость. – Посмотрев на присутствующих, он произнёс: – По моим прикидкам, её примерная цена составляет триста тысяч кредитов.

Честно говоря, не знаю, что он ожидал увидеть на наших лицах, но ничего особого там не было. Единственным, кто удивился, был Глеос. Лично для меня эта цифра была пустым звуком, и, пока не осмотрю весь товар, я даже пальцем не пошевелю.

Примерно такие же мысли были написаны и на лице Лениавеса. Девушки же вообще не понимали, насколько может быть высока ценность того или иного предмета, поэтому совершенно не отреагировали на названную цифру.

Вероятно, Длон ожидал любой реакции, но не такой, и наше поведение сбило его с толку, заставив сразу пойти на попятную и сказать:

– Стоимость лишь примерная и в любом случае потребует своей корректировки.

– Понятно, – произнёс я, – тогда мы завтра пошлём к тебе нашего оценщика, чтобы он ознакомился с ассортиментом товара и подготовил отчёт, и уже по результатам его работы обсудим общую стоимость приобретаемого товара.

– Хорошо, – согласился Длон.

– И ещё, – и я обратился к Длону с ответным предложением, так как всё-таки чувствовал небольшую вину за то, что мы его немного нагрели на этом договоре, – если у тебя есть связи по окрестным мирам с аналогичными тебе заведениями, то мы не против через тебя приобретать товары и у них. И, например, если ты в качестве небольшого бонуса, увеличивающего их прибыль почти в два раза, запросишь у них, положим, премию от этой прибыли в пятнадцать-двадцать процентов – это стандартный процент посредника, – то, думаю, многие согласятся.

– Да… – задумчиво протянул Длон, – как-то эта мысль не приходила мне в голову. – И он невидящим, остекленевшим взглядом посмотрел на стену.

Я уже хотел заканчивать с разговором и предложить расходиться, когда он, придя в себя и немного помявшись, сказал:

– Это ещё не всё. У меня к вам есть ещё несколько предложений, – и посмотрел на меня и на корнола.

– Излагай, – подбодрил я его, – пока твои предложения не вызывали у нас никаких возражений или неприятия и отторжения.

Мои последние слова приободрили Длона, и он, оглядев всех остальных, будто стараясь увидеть в них потенциальных противников его идеи, сказал:

– Тогда вот ещё что. Периодически у меня остаётся товар, потерявший своего хозяина.

– Это как так? – удивлённо спросил я.

– Это как сегодня днём, – усмехнувшись, ответил он и пояснил: – Помните того мага, с которого и началось ваше посещение нашей таверны и наше знакомство?

Я кивнул ему.

– Так вот, – продолжил трактирщик, – этот маг, как и многие другие, прибыл на ярмарку. И прибыл, как вы понимаете, не пустой, а с каким-то ассортиментом товаров. Если через сутки не объявится его наследник, то всё его имущество достанется нашей гильдии. Но, – демон поднял указательный палец, – здесь есть несколько небольших нюансов. Выдать гильдии или передать наследнику я должен только всё заявленное им в декларации имущество. – И он вновь оглядел нас, видимо стараясь понять, доходит ли до нас смысл сказанного им или нет.

Хотя лично я уже понял, что должно последовать дальше – задекларированного имущества мало. Дальнейшие слова трактирщика подтвердили мою догадку.

– Но декларируется далеко не всё.

«Ну что я говорил, – усмехнулся я, – всё как везде, и у нас, и здесь».

– Торговцы стараются сэкономить на пошлинах, – между тем продолжил Длон, – на выплатах в свою гильдию, на всём, где это можно сделать и нельзя. Поэтому иногда в таких случаях у меня остаётся товар, не имеющий своего хозяина. По сути, он ничей, но не выбрасывать же его. А если он ничей, то автоматически становится моим. И я также реализую это бесхозное имущество. И здесь опять встаёт вопрос с магическими и зачарованными предметами. Хотя многое из этого имущества уже сертифицировано, я не могу его реализовать, так как на него для его чистоты нужно получить новые сертификаты. А это сразу привлечёт ко мне внимание. Вот мне и нужна точка реализации такого товара. – И, посмотрев прямо на нас, трактирщик спросил: – Что вы думаете по этому поводу?

Я задумался. Как было понятно из рассказа Длона, этот товар абсолютно чистый, он не проходит ни по каким реестрам, его даже заявить как пропавший или украденный никто не может. Дело в том, что если он будет распространяться через Длона, то у многих появятся вопросы, откуда он у него взялся? А ему это не нужно. Это неплохая статья дохода. Ведь это полностью подготовленный к продаже товар, и не только магический, но и обычный, который трактирщик уже, скорее всего, реализовал или распродал. Однако для различных магических предметов, артефактов и амулетов единственное, что ему нужно сделать, – это выписать сертификат на этот товар. Но это может сделать только какая-либо магическая гильдия, которая, я в этом даже не сомневаюсь, заберёт всё ничейное имущество себе, лишь только Длон обратится к ним. И тогда он потеряет всё.

«Интересно, а почему он решился обратиться с этим вопросом именно к нам? Неужели мы вызываем у него такое доверие? Ну да ладно, по ходу пьесы разберёмся. Сейчас главное не переборщить – и чтобы не спугнуть его, и чтобы он не почувствовал себя обделённым», – решил я.

– Мы думаем, что ты нас заинтересовал, – ответил я Длону и в свою очередь спросил: – Что ты предлагаешь?

Трактирщик сглотнул и, с напряжением поглядывая на Лениавеса, который с безучастным лицом потягивал вино, проговорил:

– Сорок процентов вам, шестьдесят мне.

Тут даже Глеос понял, что трактирщик юлит. Лениавес же небрежно качнул головой из стороны в сторону и жёстко произнёс:

– Нет, тридцать на семьдесят, – и посмотрел в глаза Длона. – И ты понимаешь, кому пойдёт больший процент.

– Согласен, – сразу кивнул тот и протянул нам ещё два экземпляра подготовленного договора. – Здесь необходимо только вписать проценты, – пояснил он корнолу.

Тот высокомерно кивнул в мою сторону:

– С этим к нему.

Длон послушно протянул оба свитка мне.

«Неплохо сыграл», – мысленно похвалил я оборотня.

«Похоже, немного продешевил», – вздохнул тот.

«Не страшно», – утешил я.

Я быстро проверил документы и не заметил ничего необычного. Вписал необходимое процентное соотношение от прибыли и вернул одну копию демону.

Ещё раз проверив написанное, я спрятал свиток в инвентарь и обратился к Длону:

– Кстати, если есть те, кому ты доверяешь и в ком полностью уверен, можешь с подобным же предложением подойти и к ним. Нам в общем-то всё равно, сколько товара будет лежать на наших полках или пылиться на складе, ну а ты получишь свой посреднический процент. – И я подмигнул ему.

– Только не жадничай и не привлекай к этому делу непроверенных нейтралов. Сам понимаешь, чем это может закончиться.

Я посмотрел на трактирщика, который, по-видимому, в уме уже начал перебирать тех, с кем можно было бы поговорить на эту тему.

– Да, я понял, – встрепенувшись, ответил он.

– Хорошо, – сказал я, спросил: – Это, как я понимаю, ещё не всё? – и посмотрел на хозяина таверны.

– Не всё. – Теперь Длон уже говорил гораздо более свободно, он понял, что с нами можно иметь дело и, по крайней мере, мы точно его не кинем, а как минимум выслушаем. – Не знаю, будет ли вам это интересно, но среди моих знакомых есть те, кто тоже ищет скупщиков на подобный ассортимент товаров. И они, я уверен, согласятся с вами встретиться и обсудить взаимовыгодные условия.

Это вполне разумные демоны или другие обитатели окраинных миров, и они вполне понимают, с кем им придётся иметь дело. С некоторыми из них я уже предварительно переговорил сегодня днём, пока вас не было, и навёл мосты с ними.

– Контрабандисты или поисковики? – прямо спросил я у него.

Длон посмотрел в сторону спокойно сидящего Лениавеса и тихо ответил:

– И те и другие.

– Хорошо, – кивнул я. – Если товар чистый, – я сделал ударение на последнем слове, – то мы готовы обсудить с ними условия взаимного договора. Договаривайся с ними о встрече. Можно на завтра, на вторую половину дня, или через день. Или можешь также выступить в роли посредника, подумай, как им, тебе и нам будет выгоднее. Возможно, есть те, кто не захочет встречаться с нами напрямую, но мы всё равно узнаем и наведём справки обо всём товаре, поступившем через эти каналы. Помни об этом. И мы всегда сможем принять адекватные меры, поверь мне, – предупредил я трактирщика.

– Понял, – серьёзно кивнул Длон. – Я в этом как-то и не сомневаюсь, – почему-то добавил он.

«Странно, – задумался я, – почему это мы у него всё-таки вызываем такое доверие и уважение? Ведь здесь бывали и более основательные команды магов и наёмников. Так в чём дело? И ведь не спросишь у него напрямую. Создаётся впечатление, будто он думает, что мы понимаем, из-за чего у него к нам такое отношение. И если спросить об этом, то оно мгновенно испарится».

Придётся думать об этом самому.

– Теперь всё? – спросил у Длона корнол, пока я размышлял.

– Ну… – трактирщик замялся, стараясь сформулировать свои мысли, – есть ещё кое-что, что я мог бы вам предложить. Я не хотел вас беспокоить по этому поводу. Но теперь даже не знаю. Это не слишком по вашему профилю, но, возможно, тоже вас заинтересует.

– Говори, – кивнул Лениавес.

– Э… – протянул Длон, – в общем, мне в качестве компенсации от одного торговца досталась лавка в одном из узловых миров центрального сектора. Покупателей, способных её приобрести, у нас в городе, да и по соседним мирам нет. Многие готовы перебраться в центральные миры, но не у всех хватает на это денег. Тем более и необходимые разрешения на определённую деятельность должны быть. И оказалось, это магическая, а не простая торговая лавка. Чтобы получить разрешение на торговлю в ней, необходимо быть сертифицированным магом, а смена профиля торговой точки оказывается в центральных мирах намного выше, чем у нас здесь, на окраине, из-за большой конкуренции. В общем, я надеялся на неплохое вложение своего капитала, как мне тогда казалось, но, как позже выяснилось, сделал очередную глупость, когда согласился принять её в качестве остатка по долгу. Не подумал я, что с её приобретением на меня свалятся и многочисленные дополнительные траты. И как следствие, сейчас мне приходится содержать её и выплачивать различные сборы по её обслуживанию и приведению в надлежащий вид. А это достаточно накладно. Поэтому я согласен продать её за четверть стоимости, лишь бы покрыть свои накладные расходы, уже затраченные на её содержание. Вам это интересно?

«Он даже не представляет насколько!» Надеюсь, моя охотничья стойка не проявилась так отчётливо на моём лице.

– Магистр, – обратился я к оборотню, – не думаю, что у нас это может вызвать хоть какой-то интерес, мы же оставили всю свою деятельность в центральных мирах.

– Насколько я помню, да, – хоть и не поняв, в чём дело, но тем не менее подыграв мне, ответил корнол.

– Жаль… – протянул Длон и уже собирался встать, чтобы выйти из кабинета, но я, будто что-то вспомнив, спросил:

– Что за мир?

– Ролан, – в надежде произнёс тот.

«Знакомый мир. Вроде там находится Академия магии четырёх стихий, возглавляемая Рехором, и их же гильдия „Ледяного пламени“, – припомнил я. – Очень удачное место».

– Жаль, не слишком нам подходит, – продолжал играть я в безразличие.

– Но там много развязок на ближайшие узловые миры, – постарался уговорить меня Длон, – возможно, среди них есть и тот, что вам нужен. Я готов немного скинуть, – как последний аргумент произнёс он.

– И сколько просишь? – спросил я.

– Сто пятьдесят тысяч, – тихо проговорил он, – дешевле не могу.

– Шеф, – обратился я к Лениавесу, – это и правда не очень дорого, давай поможем неплохому демону, да к тому же нашему деловому партнёру?

Корнол потянул театральную паузу, а потом ответил:

– Хорошо, оформляй, – и махнул рукой.

– Ну, ты всё слышал, – обратился я к трактирщику.

– Придётся немного подождать, – сказал тот. – Не думал, что вас это заинтересует.

– Ну, нас особо и не интересует, это помощь тебе.

– Я всё быстро оформлю, – проговорил Длон, стараясь успеть до того, как мы передумаем, и подошёл к шкафу. – Сейчас всё будет готово. У меня есть парочка запасных, незаполненных бланков.

Он стал спешно рыться на полках шкафа.

– Вот они. – Трактирщик вытащил несколько листов пергамента. – Сейчас впишем условия и цену покупки, и всё будет готово.

Какая-то мысль не давала мне покоя, что-то из того, о чём я думал, но что забыл учесть, и это как раз было как-то связано с наличием подобного отдалённого филиала.

«Вот оно!» – вспомнил я о том, что хотел обсудить с трактирщиком, и теперь для этого появился прекрасный повод.

Ведь, по сути, он нам должен и будет считать это ответной услугой, так почему бы этим не воспользоваться.

– Длон, не спеши, – обратился я к нему. – Ты должен понимать, что делаем мы это именно для тебя и не просто так.

Тот вопросительно посмотрел на меня, ожидая продолжения.

– Нам нужна небольшая услуга, как раз в рамках твоих возможностей, – сказал я и пояснил: – Не мог бы ты порекомендовать нам какую-либо надёжную местную гильдию, занимающуюся курьерскими услугами. – И я посмотрел на него, ожидая ответа.

Длон ненадолго задумался, а потом ответил:

– Знаете, тут такое дело… – он почесал затылок, – все ближайшие к нам нейтральные миры, и наш в том числе, подгребает под себя в этой сфере услуг одна гильдия – «Скороход». Она откуда-то из центральных миров. Все мелкие гильдии или присоединились к ней, или разорены. – И он пожал плечами. – Так что небольших местных гильдий курьеров у нас здесь нет.

– Жаль, – вздохнул я. – Ну да ладно, переживём или придумаем что-то своё.

Я хотел уже завершить наш разговор, когда в него вмешался Глеос.

– Вы забыли о старом Руперте, – напомнил он.

Трактирщик удивлённо посмотрел на него и уточнил:

– Разве он не продал ещё своё дело и не распустил гильдию?

– Нет, – ответил парнишка, – насколько я знаю, он всё ещё держится, хотя клиентов у него почти не осталось, как, впрочем, и курьеров. С ним теперь только преданные лично ему сотрудники и согильдейцы. Но и они уже на грани банкротства. Я слышал, что если он не выплатит взносы в этом месяце, то его гильдию распустят. А платить ему нечем. У них не было заказов уже несколько месяцев. Старик всё платит из своего кармана. Так, по крайней мере, говорит Делия. – Посмотрев на меня, Глеос пояснил: – Это его внучка. – И продолжил: – Так что новые займы ему не дают, а все накопления он уже истратил. Но гильдия-то пока существует, и у них есть патент на выполнение именно этой работы, – сказал Глеос, поняв, что меня интересуют не те, кто всё это будут делать, а официальное разрешение на подобную деятельность.

– Хорошо. – Я посмотрел на него и спросил: – Сможешь завтра организовать нам встречу с этим господином?

– Без проблем, – ответил мальчишка.

Тут его сестра усмехнулась, а потом, видимо что-то вспомнив, не выдержав, прыснула в кулак. Глеос, заметив такое странное поведение сестры, сжал губы и покраснел.

– Я всё сделаю, мастер, – пообещал он.

Поняв, что все текущие вопросы решены, я обратился к Длону.

– Давай сделаем так… – начал было я, обдумывая то, что мы должны будем выполнить в ближайшее время.

Но вспомнил, что необходимо знать, какими финансами мы обладаем на текущий момент, и проверил наш текущий счёт. И приятно удивился, так как на нём уже скопилась приличная по местным меркам сумма – четыреста двадцать тысяч кредитов.

Проанализировав поступления, я выяснил: часть денег была получена мной днём в качестве компенсации от того же Длона и его гильдии, другая часть поступила со счетов тех магов, что мы уничтожили возле кожевенной мастерской. Вирт разобрался с тем, как незаметно для финансовой системы нейтральных миров получить к ним доступ, а потом так же незаметно перевести деньги с одного счёта на другой. При этом, правда, терялось примерно процентов десять от первоначальной суммы, но зато эти трансакции в итоге становилось невозможно отследить. К тому же он затирал все возможные логи проведения операций, до которых мог получить доступ и дотянуться, этим ещё больше запутывая ситуацию с возможным разбирательством. Если, конечно, такое будет. Но если смотреть со стороны, то так выходило, что это сами владельцы счетов делили свою сумму на множество мелких платежей и потом переводили их на различные другие счета, при этом открывая и закрывая новые, и это повторялось не один десяток раз. Конечно, эту цепочку можно было проследить и даже определить первоисточник и конечный пункт назначения всех ручейков платежей, которые стекались в одно место, однако для этого необходимо быть как минимум кем-то похожим на того же Вирта. Но и в этом случае он защитился. Была создана подставная виртуальная гильдия, ей был присвоен счёт, и все конечные платежи сходились в ней, нам же эта гильдия уже со своего счёта оплачивала мнимые услуги, переводя платёж уже вполне официально. Тем более кластер подстраховал себя, проводя все трансакции через анонимно работающие банки или банки, предоставляющие защиту своих вкладов, полностью исключив из этого списка различные частные или гильдейские банки, на которые можно было хоть как-то надавить. Поэтому теперь можно было смело работать с любыми кредитными карточками, которые попадут к нам в руки. Так что это тоже дополнительная статья дохода, о которой можно будет переговорить с Тлогом Горбуном. Думаю, в его гильдии или других, работающих по тому же профилю, есть много подобного невостребованного материала, который нужно куда-то реализовать. Но над этим стоит хорошенько поразмыслить. Если тому же Горбуну я вполне могу доверять, то о других я этого сказать не могу.

Ну и последнее. Вполне прилично на наш счёт, составив большую часть суммы (две трети), начали капать проценты от гильдии нейтральных торговцев по заключённому между нами контракту.

Плюс у меня на руках была наличность, собранная как в резиденции, так и в различных потасовках у бандитов, и было её порядка семидесяти трёх тысяч кредитов.

И это всё с учётом тех затрат, что мы были вынуждены сделать за сегодня.

Так что финансово мы пока не голодали, хотя на покрытие всех наших расходов этих денег не хватит. Благо кредиты были нужны не прямо сейчас, хотя, естественно, какая-то часть суммы нужна будет уже сегодня.

«Кстати, нужно не забыть о деньгах для минотавра, коль я решил действовать относительно честно. Я должен ему пятьдесят тысяч, – вспомнил я о стае бхутов и их бывшем владельце. – Надо бы ещё его и в номер обратно оттащить, а то валяется там, в зверинце. А когда очнётся, поймёт ещё, что не так».

И я продолжил разговор с Длоном:

– Значит, сделаем так. Первое. Чтобы ты не усомнился в серьёзности наших намерений, мы выплатим тебе первоначальный взнос в сто пятьдесят тысяч кредитов за тот магический товар, что сейчас хранится у тебя, завтра мы, после того как его осмотрит наш оценщик, доплатим остаток. Устраивает?

– Конечно, – кивнул трактирщик.

Он, похоже, не ожидал, что я так быстро перейду от слов к делу, тем более к оплате того, о чём мы тут только что договорились. Но меня это не смутило. Нужно заканчивать с такими делами побыстрее. Не люблю кому-то быть должным.

– Второе, – продолжил я, – по той самой лавке: её мы выкупим у тебя тоже сегодня. Так что называй номер своего счёта, я переведу на него деньги. – Я посмотрел на немного опешившего под моим натиском демона.

Он продиктовал номер счёта, и кластер перевёл на него оговоренную сумму.

– Проверь и подтверди для завершения одной сделки и погашения части выплат по другой, – попросил я.

– Сейчас, – проговорил демон и отбежал в угол своего кабинета, где у него оказался замаскированный под стену сейф.

Оттуда он вытащил какой-то непонятный артефакт, напоминающий некую коробочку, созданную из полупрозрачного кристалла.

«Конструкт четвёртого уровня. Поддерживает прямую связь с финансовым сервером станции, – сказал об увиденном артефакте Вирт. – На текущий момент происходит обмен данными. Произвести перехват управления?»

«Ничего себе…» Я так понял, что сейчас Вирт может отследить направленный сигнал от этого своеобразного банковского терминала (кстати, а почему нам ничего подобного не предложили?) и перехватить управление тем счётом, к которому он привязан.

«Не нужно, – ответил я, – но внеси как сам конструкт, так и протоколы обмена и безопасности, которыми он пользуется, в нашу базу знаний».

«Выполнено», – отрапортовал кластер.

Длон, что-то проверив на этом своеобразном терминале, подключённом к банковскому хранилищу, ответил:

– Да, средства поступили на счёт, – и, посмотрев на меня, кивнул: – Можете завершать сделку.

Я сначала не понял, о чём он говорит, и потом до меня дошло. Мной случайно был выбран режим подтверждения перевода, так сказать защищённый режим проведения трансакции со счёта на счёт. Оказывается, до завершения сделки средства можно было отозвать обратно, ну, по крайней мере, через судебное разбирательство или до подтверждения получателем оговоренной суммы.

Система была такой. Тебе нужно перевести кому-то на счёт определённую сумму, но ты не уверен в получателе. Тогда просишь двойного подтверждения. Открываешь трансакцию и переводишь деньги. Переведённые на счёт средства на данном этапе недоступны для снятия или работы с ними получателем. Отправитель всё ещё может в случае невыполнения получателем своих обязательств отозвать их назад. Чтобы их разблокировать, нужно получить два подтверждения. Во-первых, получатель должен сказать, что сумма появилась на его счёте. После подтверждения получателя средства блокируются уже как для него самого, так и для отправителя, чтобы он в этот период не смог отозвать переведённые деньги. И тогда, во-вторых, отправитель должен закрыть трансакцию. После этого перевод считается завершённым, и получатель имеет полное право распоряжаться поступившими к нему на счёт средствами. Всё удобно и просто. Если тебя что-то не устроило в выполненном договоре, то блокируешь средства по его оплате и обращаешься в суд. Если ты прав, то отзываешь все средства или только их часть, но если оказался не прав и все условия по договору формально выполнены, тогда все издержки по суду и моральную компенсацию тебя могут попросить выплатить в полной мере. Так что тут тоже нужно быть полностью уверенным в том, что хочешь предъявить своему партнёру. Но это уже детали.

Я кивнул и завершил перевод.

Теперь нам официально принадлежала какая-то магическая лавка где-то в мире Ролан и как минимум половина предложенного нам к реализации Длоном товара.

– Хорошо, – сказал я, – с этим закончили. Остальным займёмся завтра.

– Да, – подтвердил демон. – Когда ждать вашего оценщика?

– Думаю, с утра подойдёт, – прикинул я по времени появление на своём новом рабочем месте Дарии.

«Кстати, это прекрасная возможность оценить уровень её профессионализма, – собразил я и усмехнулся: – Будем оценивать оценщика».

И вспомнил ещё кое о чём, в чём мне мог помочь трактирщик.

– Длон, тут такое дело: у тебя в таверне должен был остановиться один миносец. Ты в курсе этого?

– Да, – кивнул он.

– Можешь назвать номер его комнаты и дать нам ключи?

– Зачем? – удивился хозяин. – Это полностью противоречит нашим правилам. Если об этом станет известно, у меня отнимут лицензию трактирщика.

– Ты не понял, – пояснил я, – нам ничего не нужно в его комнате, мы хотим оттащить туда его самого, а то он без сознания валяется у тебя во дворе и как-то не очень прилично оставлять его там.

– В смысле? – не понял тот. – Да я его буквально пару часов назад видел, и с ним всё было в порядке. Что с ним могло случиться за это время? И почему он без сознания? Он точно не мёртв?

– Да жив он, жив. Повздорили мы с ним маленько, и пришлось его успокоить на несколько часов. Придёт в себя, тогда и поговорим, – успокоил я трактирщика.

– Вы смогли успокоить миносца? – усмехнулся трактирщик. – И каким же это способом?

– Хороший удар по голове может решить множество проблем, в частности выбить из неё дурь, – уже несколько жёстче ответил я. – Он, не разобравшись, посмел угрожать моей родственнице. Так что пусть благодарит, что отделался только шишкой на затылке, а не калёным железом в сердце или ещё какой-нибудь не очень приятной штуковиной в своём теле. Но у нас к нему дело, и мы его не закончили, а поэтому не хотим усугублять конфликт. Я ещё раз у тебя спрашиваю: ты нам дашь ключи от его комнаты?

– Конечно, – проговорил Длон, – сейчас принесу.

– Не нужно, – покачал я головой, – передай их Глеосу. – И, повернувшись к мальчишке, попросил: – Сходи с хозяином, узнай номер комнаты и возьми ключи от неё.

– Хорошо, – кивнул тот.

Длон всё ещё поражённо сидел и смотрел на меня.

– Только постарайтесь, чтобы он был жив, когда окажется в своей комнате, – тихо пробормотал он и, поднявшись, направился к выходу из кабинета.

За ним же устремился молодой полуэльфар.

Выйдя в коридор, Длон, будто размышляя вслух, произнёс:

– Маг в таверне, миносец во дворе, дом, в котором исчезал любой, кто входил в него. Слишком много для неприметной и слабой гильдии. И это наверняка не всё, что мне известно о них. Я сделал правильный выбор. – И трактирщик уверенной походкой направился к располагающейся на другом конце зала барной стойке.

Эти слова демона натолкнули и меня на одну интересную мысль:

«А не слишком ли бурную деятельность развернули мы тут и не стоит ли притормозить?»

Но мы уже вошли в реку, и теперь нас несёт её течение, даже не так, стремнина. И теперь главное не разбиться и продолжать плыть, стараясь удержаться на воде.

«Так что будем это делать. Темп движения задан. – Я посмотрел на своих друзей, которые находились сейчас рядом со мной. – Ради вас я готов двигаться ещё быстрее, опережая всех на несколько шагов вперёд. – И почему-то эта мысль заставила встрепенуться мою интуицию. – А ведь и правда, именно так и придётся действовать», – понял я.

Пока я размышлял, вернулся Глеос и передал мне массивный ключ, назвав номер комнаты на втором этаже таверны.

– Хорошо, – кивнул я ему, – вы поднимайтесь к нам и устраивайтесь на ночь, а я оттащу этого громилу к нему в номер и тоже приду.

– А что это за миносец? – наконец спросила Эрея. – И про какую родственницу ты говорил? Я не знала, что у тебя тут кто-то есть?

– Да я и сам не знал, – усмехнулся я. – Если интересно, расспросите Лениавеса, Глеоса или Ралию, они в курсе.

И, не став дожидаться их следующих вопросов или возмущения по поводу того, что сам не стал им отвечать, вышел из комнаты.

Быстро проскользнув теми же помещениями, которыми ранее провёл нас Глеос, обратно на задний двор, я прошёл к зверинцу.

Здесь было всё как обычно, только волна радости и ожидания долетела до меня из-за стен этого помещения. Оттуда же раздавался непрекращающийся писк.

«А вот и Рыкун».

Я как-то позабыл о том, что отправил его посмотреть на нашу новую стаю и дал ему задание провести с ними разъяснительную работу и начать готовить их к жизни вне клетки. Похоже, мой маленький друг очень ответственно подошёл к моему поручению, рьяно принявшись за дело.

Войдя внутрь, я с удивлением мог наблюдать забавную картину того, как огромные бхуты сидят на задних лапах у стены, выстроенные по росту, а вдоль их строя расхаживает из стороны в сторону небольшой зверёк и что-то постоянно попискивает.

Честно говоря, прислушиваться к его речи я не стал, так как был уверен, что он ничего плохого им не посоветует, а вступать в диспут с таким смешным и распалённым маленьким педагогом-пушистиком мне совершенно не хотелось.

Лишь помахав рукой завилявшим хвостами животным, я зашёл в клетку и направился к лежащему на полу телу.

«С ним всё в порядке, – сказал бхут-воин. – Мы не трогали его, лишь немного оттащили в сторону, чтобы он не мешался на проходе».

«Молодцы», – похвалил я его и осмотрел остальных зверей.

Малыши уже полностью пришли в себя. Самки бхутов тоже. Лишь молодая самочка всё ещё была слаба, но уже, несомненно, пошла на поправку. Я подошёл к ней. Диагност выдал результаты последнего анализа. Просмотрев их, я понял, что из-за множественных внутренних повреждений, особенно угрожающих жизни будущих щенков, лечебный артефакт, который был оставлен мной под её лапой, сейчас уже был почти разряжен, и я повторно наполнил его энергией, хотя критический момент был пройден и её организм при ускоренном метаболизме уже вполне самостоятельно мог справиться с этой проблемой. Но с лечебным артефактом эта самочка будет уже полностью здорова завтра к утру. Так что игра стоит тех затрат, что на это требуются. К тому же лично для меня это практически ничего не стоит.

Ещё раз оглядев бхутов, а затем и всё помещение, я заметил пустую кормушку и, хлопнув себя по лбу, передал защитнику:

«Еду скоро принесут, потерпите немного, – и погладил подошедшего бхута по холке. – Принесёт её тот же, кто и кормил вас раньше, не обижайте его, он тоже из нашей стаи».

Бхут-страж постоял рядом со мной пару мгновений, а потом, будто согласившись, кивнул мне.

«Хорошо, – подумал я, – с ними разобрались, но что мне делать с этой тушей?» И я посмотрел на тело миносца.

Хоть я и смогу его поднять по расчёту ментоинтерфейса и кластера, но передвигаться с ним будет дюже неудобно.

«Хотя чего это я. – Стукнув себя по лбу, я начал просматривать свой инвентарь. – Вот они, мои хорошие».

Я вытащил из сумки перья, уменьшающие вес предметов, и распихал их по карманам этого бугая. Проверил, действительно ли его вес уменьшился. И, поняв, что мой эксперимент удался с успехом, покряхтев, взвалил гиганта себе на плечи.

Даже сбросив сейчас практически в три раза вес, этот демон весил порядка сотни килограмм. Но теперь, по крайней мере, я мог тащить его без особого труда. Хотя, конечно, раньше я даже поднять бы не смог такую тушу. Но когда это было… Жизнь до перемещения сюда мне вообще кажется нереальной, хотя ведь я попал сюда меньше нескольких недель назад. Ну да ладно, эти мысли сейчас бесполезны.

Стараясь не привлекать внимания, я закоулками и тёмными коридорами постарался дойти до комнаты минотавра. Однако всё-таки один раз мне не слишком повезло с этим – на лестнице встретилась молоденькая служанка, нёсшая кому-то тазик с водой. Её распахнутые удивлённые глаза и грохот упавшего тазика не покидали меня до тех пор, пока я не занёс тело миносца в комнату и не уложил его на кровать.

Я осмотрелся в номере и, увидев на столе письменные принадлежности и несколько чистых листов пергамента, взял один из них и написал:

«Добрый день.

К сожалению, сразу об условиях продажи стаи бхутов нам поговорить не удалось. Я проверил местные и подобные объявления здесь и в соседних мирах и выяснил, что максимальная цена такой стаи в ярмарочный сезон колеблется в пределах сорока тысяч кредитов. Готов заплатить за них сорок пять, если ты не будешь поднимать шумиху по этому поводу и ответишь на несколько моих вопросов по поводу того мага, что продал тебе эти ошейники.

Зайду утром.

Мастер гильдии „Мастера лута”, Баг».

Я вытащил из ножен его кинжал и прикрепил им свою записку к столу. Так он точно должен её увидеть.

Выйдя за дверь, я посмотрел себе за спину и решил, что и тут пока с делами закончено. Теперь нужно идти в наш номер и отдохнуть перед ночным походом, там у меня будет несколько больше дел, чем планировалось первоначально.

Но теперь во всяком случае большая часть этого разрозненного пазла сложилась в единую картинку.

Уже через пару минут я открывал двери в нашу комнату, где в креслах, за столом или на небольшом диванчике сидели мои друзья.

– Ну как вы тут без меня? – спросил я у них. – Не скучали?

Тея лишь фыркнула на мой вопрос. Остальные его вообще проигнорировали. Только Лениавес посмотрел в мою сторону и спросил:

– Ещё какие-то дела на сегодня запланированы?

– Вроде нет, – ответил я.

Но, подумав, вспомнил, что бхуты ждут ужин, и обратился к молодому полуэльфару:

– Глеос, нужно покормить бхутов. Купи им лучшего мяса, что сможешь найти, и несколько костей, чтобы поточить зубы, да и чтобы у щенков было с чем поиграть. – И уточнил: – Сколько это будет стоить? Сотни кредитов хватит?

– Да вы что, мастер, – возразил мне парнишка, – на сотню их можно целый месяц кормить. Да и старый хозяин им неплохую еду всегда покупал, даже у нас с Ралией в последнее время не всегда был такой рацион.

– Ну, – подойдя, я похлопал его по плечу, а сидящую рядом с ним девушку погладил по руке, – теперь с этим проблем не будет. – Взглянув в окно, только сейчас обратил внимание, что на улице уже темно. – Да, кстати, домой вы сегодня не пойдёте, останетесь здесь, – сказал я, посмотрев на Глеоса и слегка сжав руку его сестры. – Ралия будет ночевать в комнате девушек, сейчас мы занесём туда мою кровать. Я не слишком привередлив и могу поспать на полу. А Глеос будет спать на кровати Мука, тот всё равно сегодня ночует в другом месте.

– Ну зачем? – начал возражать парнишка, девушка же просто сидела и молчала.

– Я всё сказал, – прекратил я этот бесполезный спор. – Вы теперь наша маленькая семья, поэтому жить будете с нами. Сейчас немного тесновато, но дальше мы что-нибудь придумаем. Тем более в резиденции, я полагаю, места будет предостаточно для всех.

– Хорошо, – согласился Глеос, но потом вскинулся: – Так, может, это мне лечь на полу? Я уже привычен к этому.

– Посмотрим, – усмехнулся я, – может, и ты ляжешь. – Но, подумав чуток, добавил: – Хотя вряд ли. – И, посмотрев на девушек, спросил: – А у вас-то никаких возражений нет?

– А какие могут быть возражения? – за всех, даже немного удивившись, вопросом на вопрос ответила Эрея.

И это было странно, по крайней мере для меня, девушки как-то уж слишком спокойно приняли в свой небольшой круг ещё одну.

Тея и Эрея вроде как родственницы, и близкие, да ещё обе из одного социального слоя, но Ралия-то совершенно другая. Или я чего-то не знаю о ней и Глеосе? Что не заметил я, но на что обратили внимание они? Или это обычная женская солидарность?

«Ничего, в общем, я не понимаю в женской психологии. Ну и не буду заморачивать себе голову этими хоть и полезными и интригующими, но недоступными моему пониманию мыслями», – подумал я и посмотрел на них:

– Ну, тогда всё решено.

Я залез в сумку и вытащил сотню кредитов.

– На, – протянул я Глеосу деньги, – купишь мяса. Кстати, а сколько мы должны хозяину, хоть кто-то в курсе? – И я вновь оглядел присутствующих.

– Стоимость этих комнат – по пятьдесят кредитов за ночь, еда включена в цену номера, – ответил парнишка.

– Понятно, тогда вот тебе ещё сотня, – и я выдал ему ещё одну бумажку, – расплатись за комнаты и скажи, что завтра в обед мы съедем.

– Хорошо, – кивнул он.

– Ну ладно, беги. – Я подтолкнул его в направлении двери.

– Всё сделаю, мастер. – И Глеос выскочил в коридор.

Немного постояв посреди комнаты, я подошёл к пустующему креслу.

– Вроде теперь всё, – размышляя вслух, произнёс я. Но, заметив то, на чём сидели Тея и Эрея, спохватился: – О кровати забыл! – Поднявшись из кресла, кивнул на ближайшую к двери, ведущей в комнату девушек кровать и сказал Лениавесу: – Хватайся, перенесём её к ним.

После чего подошёл к ней и, дождавшись, когда и оборотень, вставший с другой стороны, поудобнее возьмётся за неё, мы быстро оттащили её в соседнюю комнату.

– Вот теперь действительно всё, – выдохнул я, посмотрев на девушек. – Если хотите, то можете располагаться. А то я сам что-то вымотался за сегодня и хотел уже устроиться вон в том удобном уголке. – И кивнул на выбранный мной угол в комнате.

Удобен он был тем, что оттуда я смогу тихо и незаметно ускользнуть ночью из номера.

Но, как оказалось, девушки ещё не собирались ложиться. У них, впрочем, как и у Лениавеса, были ко мне кое-какие вопросы.

Вообще-то вопросов было очень много, и они хотели бы выслушать ответы хотя бы на некоторые из них. Именно это мне и сообщила Эрея, когда я сказал им, что собираюсь лечь спать.

– Хорошо, спрашивайте, – вздохнул я, так как видел, что девушки настроены очень решительно.

– Ну… – протянула Тея и, посмотрев на других девушек и корнола, спросила: – Нам, если честно, не всё понятно по будущей деятельности нашей гильдии. Вернее, не так многое нам разъяснил Лениавес, но часть вопросов он не понимает и сам.

– И что же это за вопросы такие? – уточнил я.

– По скупке и продаже артефактов, – постаралась пояснить их интерес Тея, – нам всё относительно ясно. Схема достаточно простая: мы покупаем дёшево, а продаем дорого, так же и по всему остальному, что касается скупки или продажи, тут всё завязано на деньги. Но вот приобретение нами ещё одной лавки где-то далеко в центральных мирах, а также твой интерес к какой-нибудь местной курьерской службе – этого мы объяснить себе не смогли. – И девушка вопросительно подняла на меня глаза.

– Лениавес сказал, что если ты так поступил, то это нужно нам, но и сам не смог объяснить зачем, – добавила к словам подруги Эрея.

– Понятно, – кивнул я. – Постараюсь разъяснить вам суть этих двух сделок. – И оглядел всех присутствующих. – Как вы думаете, – обратился я к ним, – на артефакты и амулеты какого уровня существует наибольший спрос здесь, в окраинных мирах?

Девушки лишь пожали плечами и посмотрели на оборотня.

– Думаю, с третьего по пятый, – ответил за всех тот.

Я кивнул на эти его слова, но поправил:

– Немного неверно, спрос практически одинаков на все магические предметы любой направленности, начиная с первого по пятый уровень. И, что странно, падает до нуля начиная уже с артефактов шестого уровня и выше. Как вы понимаете, для этого есть определённые предпосылки. Во-первых, подобные артефакты очень дороги. Во-вторых, для их использования и обслуживания (например, той же зарядки и восполнения магической энергии) требуются магические способности, и не маленькие, а как минимум магов среднего уровня. И третье: подобных магов здесь, на окраинных мирах, очень мало, а те, что есть, стоят недешево и дерут за свои услуги очень-очень немаленькие деньги. Как следствие, практически все артефакты выше пятого уровня тут остаются невостребованными. Конечно, бывают исключения, но это большая редкость, однако они есть. Например, это стационарные сторожевые артефакты и охранные системы, предназначенные для различных домов и строений, или возвратные камни. Они нужны многим, и за них согласны платить. Есть ещё кое-какие исключения, но, как и все остальные исключения, подобные артефакты сами по себе огромная редкость и ценность, и их вряд ли кто решится продать просто так. Так что их в свободной продаже найти очень трудно. И тут встаёт закономерный вопрос… – Я окинул взглядом сидящих в комнате, пытаясь понять, догадаются ли они, о чём идёт речь, или нет.

И, что для меня уже неудивительно, Тея почти мгновенно ухватила суть проблемы.

– А что же делать с этими самыми артефактами и амулетами выше пятого уровня, на которые нет спроса здесь? – спросила она.

– Тут у нас есть два выхода. Или перепродавать эти самые артефакты в другие магические гильдии, их местным скупщикам. Но я готов поклясться, что мы не получим даже четверти их стоимости. Или же постараться организовать их продажу самостоятельно. Но для этого нужна наша собственная точка сбыта, и располагаться она должна там, где подобными артефактами будут интересоваться не только скупщики магических гильдий. И, соответственно, это должен быть один из узловых, а желательно ещё и центральных миров.

– Торговая лавка в мире Ролан, – тихо прошептала Ралия. – Это очень развитый мир, и он связан со множеством других узловых. Этот мир ещё называют Перекрёстком из-за того, что в него ведёт большое количество прямых порталов из подобных ему узловых миров различных секторов.

– Всё верно, – подтвердил я слова Ралии, – поэтому нам очень важна была эта сделка. Даже гораздо больше, чем все остальные. Поставщиков мы бы рано или поздно нашли и так, а вот такую удобную торговую точку вряд ли. Поэтому мы её и приобрели. – Помолчав, я спросил: – Дальше объяснять нужно?

– Нет, – отрицательно покачала головой Тея. – Курьеры нужны для официальной доставки туда наших грузов.

– Правильно, но не только, – возразил я. – Это должны быть наши курьеры, чтобы груз могли сопровождать именно наши охранники. Чтобы мы могли полностью и единолично контролировать доставку товара по всему пути – от места отправки до места его получения.

– Понятно, – произнесла Эрея.

– А ещё в мире Ролан, – добавил я, – располагается академия магии, с ректором которой у нас заключён договор на обучение. Так что эта лавка может послужить нам ещё и временным местом проживания там, но это нужно будет выяснить на месте, когда мы побываем в том мире. Плюс у нас там будут, как минимум, связи с одной влиятельной магической гильдией и одним из старейших учебных заведений, а это огромное количество потенциальных покупателей, хоть и, возможно, продажу товара им придётся производить по несколько сниженным ценам. Но и это уже не мало. Вот как-то так.

Рассказав всё это, я посмотрел на своих друзей. Теперь, похоже, вопросов по этой части наших сделок ни у кого не было. Все сидели с задумчивыми лицами.

Вдруг Тея подняла глаза и удивлённо спросила у меня:

– Но когда ты всё это успел придумать? Ведь времени у тебя на это было ещё меньше, чем у нас. Ведь ты весь день мотался по городу по делам гильдии. Так когда?

Я усмехнулся:

– Если так случается, что я вижу хоть какую-то возможность получить выгоду для нас, то стараюсь её не упустить. А придумываю всё по ходу дела. – И, посмотрев на трёх сидящих рядышком девушек, добавил: – Тем более у меня есть три прекрасные музы, которые заставляют мою голову работать ещё шустрее. А то, если я перестаю думать, туда лезут различные, не слишком относящиеся к нашему общему делу мысли. – И я впервые за всё время позволил себе расслабиться и посмотреть на девушек именно как того давно желал.

Такого румянца я не видел ещё ни разу. И кстати, теперь цвет кожи у них у всех стал абсолютно одинаков.

«Интересно, что в моём взгляде было такого?»

Сам-то со стороны я его не вижу. Наверное, это моё собственническое «моё», написанное гигантскими буквами, так и выпячивало в разные стороны.

Или же это как-то связано с тем, что меня стали в последнее время всё чаще посещать мысли определённой направленности и девушки занимали в них далеко не последнее место. По сути, они и были единственными, кто их занимал. Не знаю. Но теперь этих трёх красавиц было не отличить друг от друга.

«И вправду, все три как родные сёстры, как это я раньше не обращал внимания на то, что они настолько похожи, – подумал я, – видимо, занят был совершенно другими, глупыми делами, когда нужно думать о них, ведь они находятся рядом». И я снова посмотрел на девушек.

Жаль, что этот сладостный и такой интересный миг нарушило чьё-то не слишком вежливое покашливание.

«Блин, тут же ещё и Лениавес». И я злыми глазами посмотрел на него.

Похоже, это моё движение и развеяло тот морок или то состояние, в которое я впал.

– Вот именно поэтому мне и приходится делать так, чтобы мою голову всегда занимали какие-то мысли, – пробормотал я себе под нос и грустно улыбнулся.

Однако мои слова, похоже, были услышаны всеми девушками, по крайней мере, навострившиеся ушки и опять вспыхнувший румянец однозначно указывали на это.

В нашем номере на пару секунд создалась напряжённая атмосфера, которую в мгновение ока своим появлением разрушил Глеос, влетев в комнату с докладом о том, что стае он еды навалил с запасом, да и за комнаты рассчитался. После чего протянул мне руку с остатком денег.

– Это сдача, – сказал он.

– И?.. – посмотрел я на него.

– Ну, как, – удивился он, – возвращаю.

– А, – откликнулся я, будто понял, о чём он говорит.

А потом вытащил из сумки ещё двести кредитов и протянул ему, вложив в так и раскрытую ладонь. Посмотрев на сидящих рядышком девушек, так вообще вытащил ещё пять тысяч и, отдавая их Тее, как самой, на мой взгляд, ответственной и серьёзной, сказал:

– Это на карманные расходы. Приоденьтесь, прикупите одежду и его, – я кивнул в сторону Глеоса, – оденьте нормально, как-никак на свидание завтра пойдёт. – И, усмехнувшись, добавил, смотря в ошарашенные глаза парнишки: – А эту мелочь оставь себе, нужно же будет Делию угостить какими-нибудь сладостями или подарок небольшой ей сделать. – И я повернул голову в направлении улыбающейся сестры Глеоса. – Ралия, я ведь всё правильно понял?

– Да, – всё так же по-доброму улыбаясь, ответила она, – ты всё правильно понял.

И мне показалось, что впервые за всё время, которое прошло с тех пор, как погибли родители этой девушки, она улыбнулась так легко и искренне. Будто мы и правда стали одной семьёй.

– Я рад, – просто сказал я, – правда рад.

Посмотрев на безучастно сидящего в кресле Лениавеса, я подошёл к нему.

– Ну, коль скоро у нас тут внеплановые выплаты членам гильдии, то вот и тебе пара тысяч, – произнёс я. – Чувствую, свидание намечается не только у Глеоса.

Увернувшись от пролетевшей в паре миллиметров от меня ладони оборотня, хотевшего отвесить мне подзатыльник, под заинтересованные взгляды девушек вернулся на то место, где только что сидел.

– Пора нам ложиться спать, завтра обещает быть насыщенный денёк, – сказал я всем находящимся в комнате и посмотрел на насупившегося Глеоса, смущённых девушек, хмурого и не слишком улыбчивого Лениавеса. – Утро вечера мудренее, – добавил я. – Утром все сложные и тяжёлые вопросы предстают нам под совершенно иным углом, и мы понимаем, что не настолько они были нерешаемые и тяжёлые. Так что давайте отдыхать. Согласны?

– Наверное, пора, – кивнули девушки и по одной отправились в свою комнату.

– Да, надо бы уже ложиться, – стал устраиваться на своей кровати оборотень.

Только Глеос всё ещё мялся, но наконец решился, забрал с кровати одну подушку, одеяло и принёс их мне.

– Так будет удобнее, мастер, – сказал он.

– Спасибо, – искренне поблагодарил я его.

Ложась на расстеленное одеяло, я вновь вспомнил моих самых близких и дорогих существ в этом мире.

«Нет только Мука», – подумал я.

«Я всегда рядом», – раздался его мысленный голос у меня в голове.

Не знаю, что должны ощущать остальные, но я наконец понял одно: вот моя семья, вот те, кто будет всегда, при любых обстоятельствах рядом со мной, вот те, за кого я порву и уничтожу любого. И это я буду делать всегда и везде – оберегать и хранить своих близких.

И следующее такое дело будет уже сегодня ночью.

«Но для этого нужно отдохнуть. Эта ночь обещает быть весёлой», – вздохнул я и дал команду Искателю разбудить меня в нужное время.

И как только получил от него подтверждение моего распоряжения, то практически мгновенно отрубился, провалившись в сон без сновидений.

Глава 5

Нейтральный мир Гранкат

Проснулся я полностью выспавшимся и бодрым, с чётким пониманием цели и осознанием того, что мне предстоит сегодня ночью сделать. Кроме того, в моей голове был уже полностью сформирован план всех необходимых на текущий момент подготовительных мероприятий и этапов его реализации.

Оказывается, это так моё сознание постаралось интерпретировать тот виртуальный посыл, который я на подсознательном уровне выдал себе, а Искатель совместно с Виртом оформили его в некий вещественно-материальный алгоритм дальнейшего плана действий. Ну а всё остальное было результатом моего и их общего мозгового штурма над поставленной задачей.

Тем более наступления часа X и завершения составления ими алгоритма моих действий на сегодня было вполне достаточным для того, чтобы окончательно меня разбудить и привести в чувство. И, что необычно, это прекрасно сработало, и у меня с ними это вполне сносно получилось.

К тому же Искатель отыскал в своём загашнике один любопытный механизм мобилизации сил организма посредством незначительного воздействия на нервные окончания в определённой последовательности и воспользовался им, чтобы наверняка привести меня в полностью боеспособное состояние.

И сейчас, после этой небольшой энергетической встряски, я чувствовал себя хорошо отдохнувшим. Никакой сонливости или заторможенности. Я был свеж как огурчик. Энергия и сила бурлили во мне, чуть ли не выплёскиваясь наружу.

«Пора действовать», – понял я, приподнял голову и осмотрел помещение.

Судя по той информации, что высветилась на виртуальном интерфейсе Искателя, которая была извлечена из менто-информационных полей моих друзей, все они сейчас очень крепко спали. Однако, более детально проверив отчёты и описание их текущего состояния, а также сопоставив их с теми умениями и возможностями, которые я мог наблюдать за время нашего совместного путешествия, понял, что о моём отсутствии станет известно почти сразу. И дойдут мои спутники до этого различными, присущими только им одним путями и способностями по контролю окружающего пространства. Поэтому нужно было что-то придумать, чтобы удержать их от глупостей, то есть сделать так, чтобы они ничего не заметили и остались в своих постелях.

Ассоциация «постель – сон – усыпляющее плетение» возникла у меня в голове практически мгновенно. Только я об этом подумал, как уже вытащил из нашей уже совместной с кластером и ментоинтерфейсом памяти подходящее плетение.

«Индивидуальный конструкт четвёртого уровня. Свойство: энергетическое воздействие на информационно-ментальное поле существа, погружающее объект воздействия в состояние сна. Длительность воздействия зависит от индивидуальных наборов параметров для каждого объекта и вложенного в конструкт объёма энергии».

И на интерфейс мне в сознание была выведена схема этого плетения.

«То, что нужно, – понял я. – Подготовьте оптимальную гипнопрограмму для его изучения с минимальными временными и энергетическими затратами, – отдал я распоряжение Искателю и Вирту, – а также рассчитайте время, которое мне потребуется для её освоения и дальнейшего применения».

«Выполняем».

И буквально через несколько секунд Искатель отчитался:

«Гипнопрограмма скомпонована индивидуально под особенности восприятия оператора и подготовлена к изучению. Время изучения в фоновом режиме – тридцать минут, пять – с привлечением всех ресурсов, доступных оператору».

«Принято. – Подумав пару мгновений, я согласился со вторым вариантом: – Начать изучение с привлечением всех ресурсов». И тут же выпал из реальности.

Повторное пробуждение. Но теперь я уже знаю усыпляющее плетение и прекрасно понимаю, что могу воспользоваться им в любой миг.

Ещё раз осматриваю комнату. Перейдя на магическое зрение, помечаю ментополя как спящих в нашем номере Лениавеса и мальчика, так и отдыхающих в соседней комнате девушек. Ориентируясь на эти метки, воспользовавшись подсказками кластера, активирую плетение, применив его к своим друзьям.

«Спите спокойно и не переживайте, – подумал я. – Но на всякий случай нужно позаботиться и об их безопасности. Проспят они по пять часов. На это время будут совершенно беззащитны. Но сейчас есть те, кто лучше многих справится с этой обязанностью. Кто призван защищать и охранять».

Поднявшись, я направился к выходу из комнаты. Но у двери оглянулся и позвал:

«Рыкун. Нужна твоя помощь. Иди сюда».

Тот буквально через пару мгновений поскрёбся в дверь из комнаты девушек. Осторожно подойдя к ней, я её чуть приоткрыл.

«Что?» – спросил маленький зверёк.

«Я уйду по делам, – постарался объяснить я своему маленькому другу, – ты останешься тут за главного. Сейчас я приведу сюда стаю. Они будут помогать тебе охранять моих товарищей. Ты будешь руководить ими».

«Почему ты уходишь? Я с тобой!» – стал настаивать маленький хищник.

«Нет, – пресёк я его возражения. – Если со мной что случится, ты, корнол и Мук пойдёте меня искать. А кроме тебя меня вряд ли кто-то сможет найти. Поэтому ты остаёшься здесь. И будешь следить за тем, чтобы всё было в порядке и никто не причинил вред моей семье. – Помолчав, веско, стараясь убедить Рыкуна ещё больше, в заключение добавил: – А это все вы».

Хоть Рыкун и был немного недоволен, но, кажется, понял всю ответственность и уже больше не попискивал возмущённо мне вслед.

«Тут улажено, – понял я, – теперь за бхутами».

И направился за теми, на кого в основном и возлагал обязанности по охранным и защитным функциям моих оставшихся в номере друзей.

С ними договориться было проще. Я просто сказал, что нужно охранять тех, на кого я укажу. Большего бхутам и не требовалось.

Их я вместе со щенками провёл задворками гостиницы в наш номер и оставил там, предупредив, что утром мои товарищи проснутся и не нужно их пугать, а просто постараться удержать их в номере, не выпуская до моего прихода.

Тем более здесь будет и Ралия, а она сможет объяснить остальным, что хотят животные и что они не причинят им зла.

Но, кроме того, я строго-настрого приказал животным не покидать пределов комнаты, так как свободно разгуливать по территории гостиницы для них ещё более чревато.

* * *

В общем, разобравшись с животными и успокоившись насчёт безопасности своих друзей, я тем же путём, что прошёл уже до этого дважды, спустился на нижний уровень станции и направился к тому месту, где, по моим расчётам и вероятностным вычислениям кластера, просто обязана была пройти банда.

По времени выходило, что они уже выдвинулись со своей базы и должны были оказаться здесь примерно через двадцать минут. Мне этого как раз должно хватить, чтобы подготовить им несколько «приятных» сюрпризов.

Пока шёл, просматривал найденный в сети план нижнего уровня станции и раздумывал над тем, какую бы ловушку для них приготовить.

Добравшись до одного перекрёстка на нижнем уровне, который они просто не смогут миновать, я остановился и постарался прикинуть свой дальнейший план действий.

Так как ни силы магов, ни умений банды я не знаю, нужно быть готовым ко всему. Тем более, судя по тому, что я за последнее время умудрился уже несколько раз сильно переоценить свои силы и в результате чуть не погиб, необходимо продумывать каждый свой следующий шаг. Поэтому хорошо бы просчитать все возможные варианты, для чего необходимо учесть несколько следующих пунктов.

Первое. Для быстрого уничтожения магов и банды мне нужны манёвренность и скорость перемещения.

Второе. Самое быстрое, что я могу предложить для выполнения первого пункта и чем владею уже достаточно хорошо, – это плетение или способность, понимайте, как хотите, которое сам я называю «прыжок».

Третье. Однако для того, чтобы я смог в полной мере реализовать все возможности этой своей способности, мне нужно как минимум прицепить метки к менто-информационным полям всех магов и бандитов.

Четвёртое напрямую является следствием третьего пункта. Чтобы прицепить метки, мне нужно, чтобы приближающиеся бандиты на пару минут остановились для того, чтобы я смог просканировать их ментополя и составить ментально-энергетическую виртуальную модель окружающего пространства. Ну и, естественно, закрепить на каждом из них ментальный маркер.

«Вот и понятна моя текущая цель, – выделил я основную задачу, которую мне следует реализовать для выполнения своих дальнейших действий. – Для меня сейчас весь вопрос в том, как бы их притормозить в этом месте. – И я, стараясь прикинуть, как это сделать, осматриваюсь вокруг. – Так, и что у нас тут есть интересного?»

А интересного было много. Например, практически весь пол этого уровня был усыпан какими-то камнями и осколками. Из них, благодаря некоторым разработкам кластера, можно сделать прекрасные ловушки, особенно если внедрить в них то плетение, что недавно разыскал и оптимизировал Вирт, превращающее обычный камень в опасную гранату, названную мной «Взрыв-камень».

Достаточно элегантное – это, конечно, если не учитывать мясорубку, что тут планируется, – решение для поставленной задачи найдено. Осталось воплотить его в жизнь.

Побродив по перекрёстку, я отобрал несколько десятков камней. Сложив их в кучку, я сел у стены ближайшего здания так, чтобы мне было хорошо видно предполагаемое направление подхода банды, и начал наносить на их поверхность необходимый рунный рисунок. Благо он получился невероятно простым, что способствовало его быстрому нанесению.

К тому времени, как я услышал приближающиеся, не очень-то и крадущиеся шаги группы существ примерно в двадцать голов, у меня уже было готово семнадцать взрывоопасных заготовок для установки ловушек.

Аккуратно переворошив мусор и тем самым создав видимость полнейшего беспорядка у выхода на перекресток со стороны улицы, откуда доносились шаги приближающихся, я шестнадцать камней разложил по предложенной кластером схеме. Эта схема гарантировала вероятность нанесения максимального урона, давая наибольшую вероятность наступить какому-нибудь бандиту на одну из мин-ловушек, активировав таким образом их все.

Последний камень я оставил у себя, так, на всякий случай. Вдруг пригодится.

«Ну, теперь-то всё готово, – усмехнулся я и, спрятавшись в довольно большую нишу с противоположной стороны улицы, картинно развёл руки: – Добро пожаловать в гости, господа!»

Не знаю, виден ли был со стороны тот хищный оскал, что сейчас наверняка возник у меня на лице, но в том, что он там был, я почему-то совершенно не сомневался.

Минуты до появления бандитов – они не стали меня мучить вечностью ожидания. Мне показалось, что я лишь моргнул, как увидел первого из них, совершенно спокойно выходящего на перекресток. За ним последовал второй, третий…

Всего бандитов было двадцать три существа. Демоны. Эльфары. Кто-то из светляков. Непонятное существо, похожее на ветвистое дерево. Среди них было трое магов. Все три тёмные. Два среднего уровня, один очень силён. Как я понимаю, по своим возможностям он не уступал девочкам или Лениавесу, хотя до Мука не дотягивал как минимум на порядок.

Вот и определилась последовательность уничтожения врагов. Сильный маг, потом его напарники. Дальше бандиты. Моя интуиция выделила наиболее опасных из них. Они тоже попали в первоочередный список.

«Ну что, приступаем», – отдал я сам себе команду.

Метки.

На магов. На первую волну наёмников.

Дальше я не успел.

Кто-то из бандитов активировал цепочку взрывоопасных камней.

М-да. Такого эффекта я даже сам не ожидал. Весь центр отряда был уничтожен или выведен из строя как минимум до появления здесь лекарей.

Предложенная кластером схема для организации взрывной волны была полунаправленной. Основная масса осколков после взрыва летела в некую центральную выделенную область и практически полностью выкашивала тех, кто туда попадал. Вторая, меньшая, часть осколков разлеталась в стороны и наносила не слишком значительный ущерб, больше создавая шумиху и вызывая чувство паники, опасения и страха.

Бандиты, не поняв, что происходит, кинулись обратно на ту улицу, откуда пришли.

Подобный вариант мной тоже был предусмотрен, хотя кластер не рассматривал подобной возможности при разработке своей схемы расстановки ловушек. Поэтому я внёс в его план небольшое дополнение. Теперь, как я и предполагал, оно мне пригодится.

Бандиты побежали. Однако толпа отступающих направилась немного не туда, куда я хотел, и нужно было приостановить и подрегулировать их движение.

«Ну, вот и камешек пригодился», – понял я и кинул свою «гранату» в неактивированную ловушку.

Вторая взрывная волна, уже направленная поперёк улицы, смела вырвавшихся вперёд наиболее шустрых отступающих бандитов.

«Метки расставлены», – отрапортовал Искатель, параллельно со мной выполняющий вторую часть работ.

Вот теперь можно действовать.

Видимо, как раз в этот момент до бандитов стало что-то доходить, но было поздно: активировался вложенный в моё сознание Искателем и Виртом алгоритм действий. И я с точностью и бездушностью автомата приступил к грязной и жестокой, но необходимой работе палача и убийцы.

– Ловушка! – наконец прокричал тот самый маг, что был наиболее силён и опасен. – Всем замереть на месте! Тут повсюду магические мины.

«Смотри-ка, хоть и не мгновенно, но всё равно быстро сориентировался», – подумал я о маге и скомандовал себе «прыжок».

И оказался у него за спиной.

На этом маге был надет амулет, который генерировал постоянное защитное поле. И кстати, неплохой амулет. Седьмого уровня. Но не без изъяна: в нём была небольшая брешь, и кластер её мгновенно нашёл и выделил.

Удар в найденный дефект. Нужная руна поверх энергетического каркаса защитного плетения. Необходимый отток энергии.

Удар. Поглощение сущности.

«Зарегистрирован новый ментомодуль», – отрапортовал Искатель.

Поглощение менто-энергии.

Передо мной стоит труп, ещё не понявший это.

Следующий прыжок – и следующий маг.

Здесь просто поглощение энергии, никаких врождённых способностей у этого мага не было.

Последний оставшийся маг.

Странно. Способности тёмного. Но это светлое существо, кто-то из верхних планов, скорее всего какая-то раса ангелов. Тёмный ангел. Необычное сочетание. Вроде в сети написано, что очень редкое.

Нужно взять на заметку, в каких гильдиях могли быть такие существа. Их не должно быть очень много.

Пока рассуждал, параллельно действовал на автомате.

Удар. Поглощение сущности.

«Зарегистрирован новый ментомодуль», – повторно отрапортовал Искатель.

«Конструкт десятого уровня, – добавил кластер, – местное самоназвание „ловец душ”. Свойство: полное извлечение менто-информационного поля из объекта воздействия и перенос его в любой другой материальный носитель».

«Что это такое, интересно?» – подумал я, но пока не стал отвлекаться.

Удар. Поглощение менто-энергии.

Всё, с магами покончено.

Дальше началась бойня. Во-первых, разбойники ещё не отошли от взрывов и осколков, значительно проредивших их отряд. А во-вторых, я не собирался давать им никакого шанса. Они пришли за нами, даже не за нами, а за моей семьёй. Моими девочками. И только этим подписали себе приговор.

Первый и самый опасный из бандитов, не магов. Оказываюсь рядом с ним.

Вооружение очень даже неплохое. Мечи из адамантита. Доспехи, какой-то легкосплавный металл. Наручи, поножи. Небольшая напоясная сумка. Но я и отсюда вижу, что это какой-то из вариантов «сумы путешественника». В общем, как я погляжу, местный криминалитет, как и на моей исторической родине, совсем не бедствует.

Этот бандит, крепкий воин, демон, видимо, природный интуит, так как, не видя меня, начал поворот в мою сторону ещё до того, как я оказался за его спиной. Но это всё равно было слишком. Я успел первым.

Как ни странно, никакой магической защиты на нём не было. Похоже, он надеялся на свою камнеподобную кожу, которую обычный меч пробить не смог бы. Но обычного оружия у меня отродясь не было. Один меч – подарок древних магов, взят у магических стражей, второй – у найденного иссохшего трупа медведя. А поэтому усиленный посылом менто-энергии удар пробивает её.

Повторный удар. Поглощение сущности. Поглощение энергии. Новый труп.

И так по составленному ранее, но скорректированному с учётом потерь бандитов, после того как они попали в расставленную мной ловушку, плану.

Прыжок. Удар. Поглощение сущности. Поглощение энергии. Новый труп.

У некоторых из бандитов, оказывается, были свои маленькие и не слишком развитые способности, которые перетягивались ко мне в менто-информационное поле.

Удар. И последний труп падает у моих ног.

Хотя нет, не последний.

Я делаю вид, бродя между телами, будто не замечаю того, что один из бандитов ещё жив и даже не ранен. Однако сделано это мной не просто так: я специально лишь слегка оглушил его и не стал добивать. На нём была особая метка, и она должна была привести меня к его хозяину.

Не обращая внимания на разбросанные тела, лишь сканируя окружающее пространство, я собираю все ценности, деньги, карточки, магические предметы, оружие и необычные доспехи к себе в инвентарь, естественно обойдя вниманием последнего оставшегося в живых. Пройдя так через перекрёсток, скрываюсь в том проходе, куда направлялась банда.

Отойдя на несколько метров и свернув в небольшую, но плотную пелену тьмы у стены, будто растворяюсь в ней. На самом же деле прячусь в найденной ранее нише.

Теперь жду. Долго наш новый поводок притворяться спящей красавицей не будет.

Так и оказалось. Бандит честно старался не подавать признаков жизни ещё минут десять. А потом вскочил и, не останавливаясь, бросился туда, откуда пришёл отряд. Я тенью, на значительном расстоянии, последовал за ним. Мне не нужно было его видеть. Я видел метку, которую прикрепил к нему.

Через полчаса оказываюсь на окраине торгового квартала.

«Телохранители были правы насчёт этого особнячка», – наблюдая за домом, к которому привёл меня бандит, подумал я.

Этот трёхэтажный особняк, по словам одного из подчинённых Слонга, принадлежал местному авторитету Чахлому, адрес которого они мне и назвали.

Теперь осталось закончить вторую часть операции по уничтожению банды, которую я запланировал.

Изучим его. И начнём, пожалуй, с постов охраны, подходов к дому, сигнализации и тем способам, с помощью которых я смогу попасть внутрь.

– Шеф, – сказал громила-охранник, обращаясь к гигантскому, похожему на очень крупную и сильно волосатую гориллу, демону, стоящему у окна и смотрящему во внутренний дворик особняка. – Шеф, – повторил охранник, – там, это, вернулся Кувалда со своими парнями. Говорит, что у него есть какие-то новости. Также с ним пришёл маг из гильдии, что ждал их возвращения. Позвать их?

Демон всё так же мрачно стоит у окна и не говорит ни слова.

– Шеф, – ещё раз осмелился оторвать того от размышлений охранник, немного помявшись у двери. И, съёжившись под тяжёлым взглядом своего очень опасного босса, повторяет: – Там, это, Кувалда и маг в приёмной, они ждут разрешения.

– Я слышал, – отвечает ему демон, – слышал. Зови. – И вновь отворачивается к окну.

Охранник, тихо выдохнув, выскальзывает за двери кабинета. Из-за них раздаётся его приглушённый голос.

– Он вас ждёт. – И ещё тише: – Кувалда, там, это, шеф, похоже, не в духе или очень сильно чем-то обеспокоен. Так что будьте осторожнее. Ты же его знаешь.

– Спасибо, Хьюрос, – ответил ему грубый и сиплый голос.

«Это Кувалда, – узнаёт своего лучшего бригадира шеф не слишком большой банды одного из окраинных миров. – Но так будет недолго, – напоминает себе главарь, – скоро я смогу заявить о себе, и мне есть с кем поговорить на эту тему».

Пока он обдумывал эти свои мысли, в его кабинет вошли двое. Первый – похожая на него гориллоподобная туша, такая же мощная, мускулистая, свирепая и, что совсем не вписывается в общую картину, умная. Эта туша местными звалась Кувалдой и приходилась боссу этой банды младшим братом. Вторым был тёмный эльфар, похожий на какого-то бухгалтера или тщедушного клерка, откуда-то из центральных миров. Его прислала Гильдия магов, вышедшая на него с полгода назад и с которой они с тех пор работали вместе. Хотя маг этот и выглядел столь нелепо и безобидно, но Чахлый, местный авторитет, знал, что перед ним очень сильный и опасный маг. Он сам видел, как этот тщедушный эльфар в одиночку уничтожил отряд боевых магов-наёмников, которых его банда обнаружила и загнала на один из нижних уровней. Те были слишком сильны для его банды, да и другие маги гильдии, которые работали совместно с ними, не могли ничего противопоставить наёмникам. И тогда в игру вступил он. Всего несколько минут магического боя – и от противостоявшего ему отряда магов осталось одно кровавое месиво.

До того момента Чахлый считал этого эльфара лишь бухгалтером, так как все расчёты с гильдией шли через него. Главарём же для него был ещё один демон-маг, из гильдейцев, чья сила и мощь, видимо, специально была выставлена на всеобщее обозрение. Однако тот бой сразу расставил всё по своим местам и показал, кто действительно среди присланных магов является главным в их отряде.

С того момента, как он начал сотрудничать с магами, прошло уже несколько месяцев, и сейчас главарь понимал, что маги помогают ему лишь до тех пор, пока он и его бригады нужны им. Но это не будет продолжаться долго. Слишком многое он увидел и узнал за это время. Бандит догадывался, вернее, знал, что будет после того, как необходимость в нём и его подчинённых отпадёт.

В последнее время он всё чётче ощущал, как утекает его время, и старался придумать хоть что-то, способное доказать его полезность перед гильдией. Ради этого он готов был подставить практически всех своих, лишь бы маги оценили его услуги.

И вот наконец ему повезло. Похоже, те, кого искали маги, появились именно здесь, в мире Гранкат, у них в городе.

И сейчас несколько его бригад шли за ними при поддержке трёх магов из гильдии. Они должны были захватить пришлых и доставить сюда.

Но это лишь отсрочка. Желание как-то выгородить себя хотя бы на время. Время, которое потребуется его брату, чтобы кое-что проверить.

Однако это и дополнительный повод убрать его. Поэтому эту карту стоит разыграть с максимальной выгодой для себя. Иначе дальше их ждёт лишь смерть.

То, что творили гильдейские маги в стенах его особняка или за стенами резиденции своей гильдии с попавшими к ним пленниками, выходило за все рамки разумного. Их пытали, ставили на них различные опыты, использовали как источники повышения силы или для создания высокоуровневых артефактов. Поэтому для главаря и его банды была лишь одна дорога – на тот свет.

Но гильдейцы не знали всего.

Чахлый через подкупленного чиновника выяснил кое-что о тех магах, которых должны были доставить к нему сегодня. И он точно знал, что телепорта, на который надеялись гильдейские маги, у них уже нет. Они ещё днём зарегистрировали его на портальной площади и оставили там. Поэтому они, по сути, сейчас для гильдии бесполезны, разве что в качестве дополнительного расходного материала. Но это не выторгует жизнь Чахлому и его сподручным, слишком мало от них пользы в этом случае, особенно здесь, в окраинном мире, где магического материала для гильдейцев было очень мало.

Но главарь теперь не терял надежды, ведь сейчас ему было что предложить в обмен на этот провал, свою жизнь и помощь гильдии.

Он не сообщил гильдейцам о последнем захваченном отряде магов, среди которых была очень любопытная магичка с уникальными способностями. Правда, сломать её пока не получилось, эта стерва всё ещё держалась, но вот один из её дружков оказался не столь крепким орешком и рассказал им всё, что знал. И если этот его источник информации не солгал, её способности должны очень заинтересовать магов гильдии. Правда, в этом случае он тем более постарается сделать всё, чтобы она не попала в руки к магам, а будет продавать или обменивать полученную от неё информацию исключительно через себя и свои условия.

Именно правдивость полученных сведений и должен был проверить Кувалда со своей бригадой. Это были те немногие, кому главарь мог доверять безоговорочно. И именно с этими новостями к нему сейчас должен был прийти его брат. Он подтвердит или опровергнет те силы и способности девчонки, о которых они узнали от одного из её «друзей». Так что прихода своего брата демон ждал с большим нетерпением.

Но вот что было нужно магу, Чахлый не знал. О готовящейся операции по захвату обнаруженной группы неизвестных магов того предупредили заранее, гильдейские маги ушли вместе с отрядом, так что какие у него были вопросы, бандит предположить не мог.

Но слишком он не вовремя пришёл к нему сейчас, это было очевидно.

«Или, наоборот, вовремя?» – задумался демон и посмотрел на вошедших.

– У вас ко мне какое-то дело? – обратился он к стоящему напротив него магу, как бы выделяя его значимость и показывая тем самым, что готов погрузиться с головой в решение его проблем и только потом заняться своими делами.

Тот не стал особо миндальничать и сразу ответил:

– Да. – Оглядев совершенно пустой кабинет Чахлого, в котором отсутствовала всякая мебель и который украшал лишь ковёр, раскинутый по центру, будто ища, куда бы можно сесть, маг вздохнул и сказал: – Старший в группе, ушедший с твоими подчинёнными, должен был выйти со мной на связь, но не сделал этого. И это странно. Он очень ответственный исполнитель.

Бандит задумался.

«Маг прав, тот, кого он отправил с отрядом, тоже должен был выйти на связь с ним, как только они доберутся до места, но всё ещё не сделал этого».

Поэтому слова мага немного встревожили его, однако при этом он испытал глубокое чувство успокоения, так как маг сейчас заговорил с ним не о том, что волновало Чахлого последнее время. Он немного расслабился и посмотрел на гильдейца уже несколько более задумчивым взглядом.

– У вас есть предположения, с чем это может быть связано? – спросил он у мага, стараясь думать о том же. Но в голову к нему пока никаких особых мыслей, отвечающих на этот вопрос, не пришло.

Глава гильдейских магов оглядел его с ног до головы.

– Целых два, – ответил он, – или они все мертвы и некому выйти на связь, – при этом маг усмехнулся, как бы даже не предполагая такого варианта развития событий в этом окраинном мире, – или это сделано сознательно. Например, кто-то воспользовался «Пологом молчания» или чем-то на него похожим. И тогда о результатах нашей операции мы сможем узнать только после того, как закончится время действия заклинания или они выйдут за пределы зоны его воздействия.

– Получается, остаётся только ждать? – уточнил Чахлый.

– Верно, – согласился маг, – но к вам я зашёл вот зачем. – Твёрдо посмотрев на вопросительно взглянувшего на него бандита, он сказал: – Нужно, чтобы вы всё-таки подготовились к возможным неожиданностям, – и, будто сомневаясь, добавил: – Что-то мне всё это не нравится. Нужно быть начеку, – веско закончил маг.

– Сделаю, – ответил ему главный в этом особняке демон и спросил: – Что-то еще?

Маг как-то подозрительно оглядел его всего и отрицательно помотал головой:

– Нет, это пока всё. – И, не прощаясь, вышел из кабинета.

Как только за ним закрылась дверь, бандит подошёл к ней и запер. После чего, проходя мимо брата, махнул ему рукой, чтобы тот следовал за ним и прошёл в центр пустой комнаты, к единственному украшению которой – дорогому ковру ценнейшей работы из одного внешнего мира. Но старшего брата он совершенно не интересовал. Демон небрежно отпихнул его ногой в сторону, высвобождая центральную часть комнаты.

И вот именно под ним была начертана вписанная в круг небольшая пентаграмма, внутри которой с трудом поместилось бы два щуплых демона, что уж говорить о столь массивных фигурах, как у братьев.

Но им это не помешало. Практически впечатавшись друг в друга, столкнувшись лбами, они встали в самый центр рисунка. Когда они сделали это, то всё пространство вокруг них окутала какая-то необычная серовато-голубоватая полупрозрачная плёнка.

– Всё, теперь можно спокойно говорить, правда, времени у нас не так и много, – сказал Чахлый брату и сразу спросил: – Вы там что-то нашли? Врата? Активированный телепорт? – начал перечислять он.

– Нет, – покачал головой второй бугай, – мы там ничего не нашли. Но, – и он взял театральную паузу, – там определённо что-то есть.

– В смысле? – не понял главарь.

– Помнишь тот артефакт, «поисковик», – уточнил Кувалда, – который мы захватили у последней группы наёмников. Тот, что показывает наличие магических предметов или ловушек где-то поблизости? И чем магия ближе или сильнее, тем этот артефакт начинает светиться всё ярче и ярче. Ну, там ещё и цвет свечения изменяется, но мы так и не поняли, от чего это зависит. Гильдейцам же мы этот артефакт, ты сам догадываешься, почему не показали, хотя они конечно бы, скорее всего, сумели бы разобраться.

– Конечно, – кивнул старший брат стоящего напротив него демона.

– Так вот, хоть мы ничего обнаружить в указанном этим пацанёнком месте и не смогли, но «поисковик» там сиял так, будто мы находились в центре какого-то источника или магической аномалии. Не знаю, – и он в недоумении пожал плечами, – мы с парнями облазили весь уровень и ближайшие окрестности, но ничего обнаружить у нас так и не получилось. Это однозначно. На том уровне ничего нет.

И младший вновь попытался пожать плечами, как бы говоря о том, что это всё, что они смогли сделать там.

– Ещё что-то? – немного расстроившись, спросил у него главарь.

– Да, – кивнул младший демон, – мой следопыт уверен, что где-то там должен быть переход на нижний уровень, и, возможно, не один. Правда, времени у нас оставалось в обрез, и мы не стали их искать. Поспешили назад. Но, судя по тому, как сработал артефакт в том месте, такую силу может показывать и что-то, расположенное не только там, но и находящееся уровнем выше или ниже. И вот тогда получается, что найденная нами магическая аномалия очень сильна, что делает её ещё более ценной и значимой. Только теперь нам нужно разобраться, что это и как к ней подступиться.

– Да, это верно, – согласился с ним брат и почесал затылок. – Есть идеи, как это сделать? – спросил он.

Младший, тот, кого все знали под кличкой Кувалда, и тот, кто на самом деле был мозговым центром этой банды, задумавшись, произнёс:

– Да, и нам нужно всё это продумать, если мы хотим остаться полезными для гильдии. А для этого мы должны разобраться с этим сами. И получается, нам нужны свои маги. Собственные маги. И они не должны быть из гильдии или как-то связаны с ними. – И, посмотрев в глаза тому, кого все остальные считали действительным главарём, сказал: – Девчонку и её отряд отдавать гильдейцам нельзя. Без них нам, по сути, нечего будет предложить гильдии в обмен на их сотрудничество.

Главный демон слушал младшего и кивал в такт его словам, стараясь запомнить все его наставления.

– Понял тебя.

Младший же продолжил:

– Но главное в том, что мальчишка не солгал нам, когда говорил о своей подружке. Она действительно что-то чувствует и может указать, хотя и не очень точно, место нахождения обнаруженной ею магической аномалии. Жаль, конечно, что это так. Но благодаря нашему последнему трофею и тем магам, что были с ней в группе, мы спокойно сможем разыскать источник магического излучения и произвести его идентификацию. И в этом случае нас никто не будет ограничивать во времени и самим нам не нужно будет скрываться от вездесущих гильдейцев. А потом, когда мы сами во всём разберёмся и всё выясним, то сможем без лишних посредников предоставить гильдии полную информацию о найденном артефакте, источнике или аномалии. Но для этого нам важно сохранить девчонку и утаить информацию о ней, её группе и захваченном артефакте. – И пришедший демон посмотрел на стоящего напротив него хозяина кабинета.

– Верно, – согласился с ним Чахлый.

– Хорошо, – ответил ему тот. – Нам повезло, что и у тебя, да и у меня есть кое-какие способности, о которых мало кто догадывается. И хотя маги думают, что контролируют тебя полностью, но мы-то знаем, что из тебя у них ничего вытянуть не получится. – И Кувалда похлопал своего старшего брата по плечу. – С твоей ментальной защитой ни один маг тебе не страшен.

– Значит, этого плана и будем придерживаться, – подвёл итоги старший.

– Да, так и сделаем, – сказал младший, – но о сути нашего дела должно знать как можно меньше нейтралов, в идеале это должны быть только мы с тобой. Но, как я понимаю, это невозможно. Так что придётся подключить ещё и моих парней. Больше, думаю, никого привлекать к этому делу не стоит. – Он кивнул в направлении двери, за которой стоял охранник и скрылся маг. – Главное – постараться первое время сохранить информацию о том, что к нам в руки попалась такая перспективная девчонка, в тайне от них. А дальше мы их упрячем так, что даже мышь подкопаться не сможет.

Старший согласно кивнул на слова Кувалды. Младший демон ещё раз посмотрел на брата, и тот начал рассказывать ему о той текучке, которой были заняты их нейтралы в последнее время, так как эти события выпали из зоны внимания второго демона из-за его отсутствия эти несколько дней в банде.

– Как там новая группа магов? Уже схватили их? Ликас связался с тобой?

– Нет, – покачал головой Чахлый, – не связался. Кстати, и с магом его подручный демон тоже не вышел на связь. Ты же слышал, – удивился главарь.

– Да кто тебя знает, возможно, это твоя очередная уловка, чтобы нагреть этих магов. Я-то мысли, как и этот хиляк, читать не умею. Значит, то, что он предположил, когда был здесь, правда… – задумчиво протянул Кувалда. – Странно, – и он посмотрел на брата, – не нравится мне всё это. Они должны были быть уже на месте. Мне кажется, маг тоже обеспокоен, хоть старается и не показывать этого. Как думаешь, там могло что-то пойти не так? Что мы вообще знаем об этом новом отряде магов?

Главарь прикрыл глаза, стараясь вспомнить всё, что сообщили ему его соглядатаи, и начал говорить:

– В общем-то немного. Прибыли недавно. Точного времени никто сказать не смог, но не раньше понедельника, на прошлой неделе в городе их точно не было. Скорее всего, прибыли на ярмарку или ищут выход на спаянный отряд наёмников для работы во внешних мирах.

– Почему так решили? – уточнил Кувалда.

– Наши шпики видели, как те только сегодня встречались с парой сильных отрядов. Вообще, странно, до этого группа этих магов вела себя очень тихо, а буквально за один день они развили очень бурную деятельность. Именно поэтому наши и засекли их. В отряде четыре мага и какой-то чел, выполняет роль посыльного и порученца. Более подробно о них должен был разузнать Корявый, на него кто-то работает в «Жирном борове», но его, как он ушёл на встречу, так с тех пор никто и не видел.

– Думаешь, сбежал? – спросил Кувалда.

– Вряд ли, – помотал головой старший демон, – он слишком труслив. – И, помолчав, добавил: – Думаю, где-то отсидеться хочет. Но это уже не имеет значения. Я давно хотел избавиться от него и его ребят. А тут он сам даёт мне такой повод. Так что все к лучшему. Тем более старик Дяк срисовал всю компанию магов в таверне и доложил нам, как только раздобыл побольше информации.

– И что он узнал? – уточнил младший демон.

– Как я уже говорил, – начал рассказывать старший, будто давая отчёт, хотя, по сути, так оно и было, – их пятеро. Четверо из них маги. Две девчонки-магички, Дяк не смог определить, к какой школе они относятся. По силе примерно средние маги. Как говорит, они не очень опасны. По крайней мере, он не заметил в них ничего особенного. Обе эльфарки. А вот дальше уже гораздо интереснее. Два мага. Один какой-то демон неизвестного вида. Как сказал старик, он невероятно сильный тёмный маг. Но, что странно, главный не он. А какой-то то ли эльфар, то ли оборотень. Дяк понять так и не смог. Но уверен, что тот тоже очень сильный маг, хотя никаких предпосылок, указывающих на это, не было. Однако демон, как утверждает старик, вряд ли стал бы подчиняться кому-то, кто слабее его, это же тёмный маг, а первенство и гордость у них в крови. Поэтому он предположил, что и лидер этой группы тоже очень могущественный маг. Тем более все остальные обращаются с ним как с главным.

– Понятно, – кивнул Кувалда. – Ну а пятый?

– Чел? – спросил Чахлый.

– Ну да, – подтвердил его брат.

– Да, – махнул тот рукой, – обычный чел. Ничего интересного. Возможно, неплохой воин, но явно уступит любому демону или срединнику. Носится круглые сутки по городу и выполняет поручения магов. Думаю, он не слишком опасен, – закончил свой рассказ главарь.

– Согласен, – подтвердил его выводы младший демон и спросил: – Ночью кто-то следил за ними?

– Да, там осталась пара ребят Дяка, – ответил старший, – они передали, что все маги как вечером ушли к себе в комнату, так в ней и остались. Так что неожиданностей быть не может.

– Хорошо, – кивнул Кувалда и замолчал.

Чахлый немного помялся, а потом всё-таки спросил:

– Так что решим с девчонкой и теми магами, что были с ней?

Кувалда взглянул на брата:

– Я их завтра перепрячу. Маги, думаю, будут заняты весь следующий день, и у нас будет немного времени, чтобы сделать это незаметно для них. А то держать их хоть и в потайной темнице, но здесь, в особняке, опасно. Гильдейцы могут их обнаружить.

– Хорошо, понял, – согласился с ним главарь.

И хотел сказать ещё что-то, но тут со стороны коридора раздались какие-то возбуждённые голоса. Вернее, голос был один, сильно напуганный и истеричный, переходящий в крик. И он требовал, чтобы его пропустили к боссу. Возражал же ему и пытался остановить спокойный голос охранника, стоящего у входа в кабинет.

– Фунт, остынь, у босса совещание, – сказал он.

– Да какое там совещание!!! – вопил некто. – Их всех прибили!!! Понимаешь?! Забили, как скотину на бойне. Никого не осталось. Даже ваших долбаных господ магов!!! – проорал этот голос у двери кабинета.

И послышался удар, будто кто-то со всей силы пнул стену.

– Фунт, успокойся, – повторил охранник.

Но было поздно. Оттуда же послышался ещё один голос. Тот, которого слышать братьям очень не хотелось бы.

– Что ты говоришь? – спросил только недавно вышедший из кабинета Чахлого маг.

Демоны переглянулись.

– Быстро спрячь пентаграмму, – сказал Кувалда брату и направился к двери.

Взявшись за ручку, он оглянулся, убедился, что главный демон уже расстелил ковёр на полу, и открыл двери.

– Фунт, не ори. Босс хочет поговорить с тобой. – И пригласил: – Заходи.

Маг, оказавшийся рядом, даже не спрашивая разрешения, отстранил Кувалду от входа и вошёл следом.

– А теперь по порядку, – проигнорировав хотевшего что-то сказать хозяина кабинета, обратился маг к бледному, дрожащему бандиту. – Расскажи, что там у вас произошло?

Фунт хоть и был сильно напуган, но сумел взять себя в руки и поглядел в сторону Чахлого.

Тот кивнул на его взгляд:

– Говори.

Мелкий демон, только недавно вступивший в их банду, зачастил:

– Сначала всё было нормально. Мы прошли уже половину пути и как раз направились по туннелю в нужную сторону, чтобы выйти к подвалам таверны, когда произошло это.

И он замолчал. Его глаза остекленели и покрылись каким-то туманом. Потом демон мелко задрожал.

«Трус, – резюмировал Кувалда. – Брат в последнее время стал набирать к нам всякий сброд».

И хотел уже отвесить небольшую оплеуху этому застывшему слюнтяю, когда, сделав шаг и тем опередив его на пару мгновений, сильно врезал по скуле стоящему перед ними демону маг.

Тот тряхнул головой и испуганными глазами посмотрел на слушающих его нейтралов.

– Так что там случилось? – спокойно, будто только что ничего не произошло, спросил у того маг.

– Мы дошли до перекрёстка под кварталом наёмников, – ответил перепуганный демон, – когда на нас напали неизвестные.

– И?.. – стал вытягивать у того продолжение Чахлый.

– Они всех убили. Сначала магов, потом тех, кто шёл первыми. А потом и всех остальных. Выжил только я. – И мелкого демона опять затрясло.

Но ему не дали вновь впасть в истерику. Кувалда жёстко дёрнул его за руку и, развернув к себе, спросил:

– Сколько было нападавших?

– Не знаю, – дрожа, ответил тот. – Но нас убивали со всех сторон. Казалось, они были повсюду.

– И ты что, никого не видел? – подивился маг.

– Нет. Вернее, да, – будто вспомнив что-то ужасное, ответил мелкий демон, – видел. Он ходил между телами и пил остатки их жизней. Или наслаждался смертью. Я не знаю. Я постарался вжаться в тела, укрыться за ними. Раствориться в них. Лишь бы он меня не заметил. И мне повезло, он не нашёл меня. А потом он ушёл. Я подождал ещё минут десять, а потом побежал сюда.

И демон, видимо до этого державшийся из последних сил, прислонился к стене и тихо сполз по ней.

– Теперь понятно, почему наши подчинённые не вышли на связь, – констатировал Чахлый, обращаясь к магу. – Но кто на них напал? Откуда они? Мои парни всё время следят за портальными арками. К нам никто не приходил.

– А это и не обязательно, – пробормотал маг, о чём-то задумавшись.

– Как так? – удивился главарь.

– Есть несколько способов перемещения между нейтральными мирами помимо портальных врат, – так же тихо проговорил маг.

Что-то не давало ему покоя, но что, он понять не мог.

– Это ловушка, – неожиданно произнёс вышедший из задумчивости младший брат Чахлого, которого с начала рассказа мелкого демона не покидало какое-то сосущее, тянущее ощущение опасности.

– Что? – переспросил у того старший демон.

– Он прав, – подтвердил слова его брата маг, – это ловушка.

– Какая ловушка, объясните? – всё еще не мог дойти до сути происходящего Чахлый.

– Ты не понял? – спросил у того Кувалда и сам же пояснил ему: – Никто не стал бы отпускать хотя бы одного живого, будь у него немного времени, чтобы произвести зачистку. А время у них, судя по всему, было. Он сам, – Кувалда кивнул на сидящего у стены бандита, – сказал, что кто-то ужасный проверял тела. Его оставили в живых специально.

– Зачем? – тупо переспросил главарь.

Маг посмотрел на того, как на идиота, потом окинул второго демона задумчивым взглядом и ответил:

– Чтобы он привёл их сюда.

Кувалда выглянул в окно и, отбросив всякую почтительность, посмотрев на мага, прямо спросил:

– Думаешь, они уже здесь?

Маг, будто наконец в чём-то разобравшись и как бы кивнув своим мыслям, взглянул на младшего брата:

– Нужно понять, кто они и чего от нас хотят. Тогда я смогу ответить и на твой вопрос, здесь они или нет. – И, на несколько секунд отключившись от реальности, через некоторое время произнёс: – Сейчас поблизости я никаких магов не чувствую, так что время пока у нас есть.

Он прошёлся по кабинету Чахлого и, посмотрев прямо в глаза младшему из братьев, сказал:

– А теперь рассказывайте, что могло привлечь к нам столь пристальное внимание со стороны?

– Почему ты решил, что дело в нас? – начал отпираться Чахлый, тогда как его брат просто стоял и молчал.

– Потому что только вы могли сделать какую-то фатальную ошибку.

Главарь не понимал, что от него хочет маг и поэтому упирался до последнего. А вот его младший брат задумчивым взглядом буравил стену. И вдруг неожиданно произнёс:

– Мы захватили ещё одну группу магов, о которой не сообщили вам.

– Дурак, молчи, – проговорил Чахлый.

Но младший не обратил на него внимания.

– Идиоты, вы хоть надели на них сдерживающие кандалы или ошейники? – прошипел гильдеец, обращаясь к обоим братьям.

Но младший демон не растерялся.

– Не такие мы и профаны. Конечно, мы сделали это, – ответил ему Кувалда. – Мы помнили твои слова, что магам нужно перекрыть доступ к их способностям, и поэтому все они сейчас в ошейниках.

Маг на несколько минут задумался.

– Вы их сразу надели? – уточнил он.

– Да, – кивнул старший.

– Тогда я не понимаю, – тихо пробормотал маг. – Это не должно быть связано с этими магами. Неужели где-то прокололись мы? Или есть утечка в гильдии? Или я чего-то не замечаю?

И это последнее резануло его слух: что-то не давало ему покоя, какая-то мысль крутилась у него в голове, то, о чём он недавно слышал где-то в одном из центральных миров. Он прикрыл глаза и постарался уловить это воспоминание.

Братья с ожиданием смотрели на него.

И тут гильдеец, переведя тяжёлый и унылый взгляд своих напряжённых глаз на стоящих перед ним братьев, спросил:

– Среди попавших к вам магов нет девушки по имени Гленая?

Братья удивлённо переглянулись и, посмотрев на будто уже обо всём догадавшегося мага, кивнули. А старший ответил:

– Да. Среди них есть такая. А что? – и посмотрел на мага.

– А то, что это пришли точно за нами. Вернее, за ней. – И спросил: – Где вы держите девчонку, надеюсь, не здесь?

Братья опять переглянулись.

– Идиоты, – поняв, что попал в самую точку, проворчал тот. – Только она наша гарантия на выживание, и, пока те, кто придёт за ней, не найдут её, мы будем им нужны. А сейчас, коль она здесь, ни вы, ни я живыми им не понадобимся. – И маг крадучись подошёл к окну. – Никого не чувствую, – произнёс он, – но теперь я не уверен, что здесь никого нет. Возможно, они уже проникли в особняк.

– Да кто они? – не выдержал старший из братьев.

– Они… – Маг передёрнул плечами, и этот непроизвольный жест наконец заставил братьев испугаться по-настоящему. – Они – это группа зачистки из гильдии магов «Ледяное пламя», – тихо закончил маг.

– Но почему именно они? Ты уверен в этом? – спросил у него Чахлый, который всё ещё надеялся, что маг ошибается.

А вот его брат был полностью уверен в правоте мага, он не понимал как, но его интуиция просто вопила, что они в этот раз перешли какую-то невидимую грань, которую переступать им не стоило.

– Да потому, идиоты, – не выдержал стоящий напротив него маг, – что вы похитили дочку главы этой гильдии.

И её уже разыскивают. – Он выглянул в окно и очень тихо добавил: – Вернее, нашли. – И опять замолчал, стараясь что-то разглядеть там. И вдруг встрепенулся: – Быстро, к ней, если мы успеем скрыться, то у нас будет небольшой шанс выторговать себе жизнь. – И чуть не побежал к выходу, не сомневаясь, что братья последуют за ним.

Открыв дверь, последнее, что почувствовал вышедший первым в коридор маг, как что-то холодное проникло в его тело и начало пить по капле его магическую силу и энергию. Подумать ни о чём он не успел, единственное, что ему вспомнилось, – это слова мелкого бандита о ком-то, пьющем чужие жизни. Но эта мысль прервалась, так до конца и не оформившись. Маг замер и буквально через пару мгновений свалился на пол хладным трупом. А ещё через несколько секунд вслед за магом так же тихо и беззвучно погибли оба брата, настоящий и мнимый главари этой банды.

И теперь мёртвый особняк практически опустел. Только в одном из его подвалов томилось четверо пленников. Но ждать им своего освобождения осталось совсем недолго.

Посты я выделил сразу. Проверил их систему сигнализации и сообщения. Уточнил расположения и условные сигналы, а также установил, что от них к дому не вело совершенно никаких сигнальных нитей или плетений оповещения для вызова быстрой группы поддержки или мгновенной реакции. В общем, в плане охраны бандиты меня разочаровали. В ковене всё было устроено гораздо профессиональнее и на более высоком уровне.

Поэтому я, чтобы мне потом на это не терять время, на все четыре найденных поста охраны навесил специальные метки и настрополил Искателя отслеживать перемещение двух мобильных групп, курсирующих навстречу друг другу вокруг здания.

«Охрана под контролем», – ещё раз оценив расположение постов и текущие маршруты патрулирующих окрестности бандитов, удостоверился я и вплотную занялся охранным плетением, наложенным на резиденцию бандитов.

Над особняком потрудился неплохой мастер. Брешей в защите практически не было. Вернее, для обычных магов их не было абсолютно. Идеальная защита для этого мира. Мы даже скопировали её структуру к себе в базу знаний.

Но в том-то и дело, что я в общем-то вовсе и не маг, и там, где не могут помочь мои магические способности, мне на помощь пришли мои симбиоты.

Ведь что собой, по сути, представляет магическая защита или тот или иной щит. Это менто-энергетическое поле, привязанное к какому-либо материальному или виртуальному объекту. В идеале, это голая и чистая энергия, полученная при конвертации ментального посыла магами тем или иным способом. А если это чистая энергия, то в этом случае нет лучшего инструмента для работы с ней, чем тот тип моих симбиотов, что я встретил в городе древних магов. Для них работа на уровне энергий – это как для нас работа с обычными предметами или материалами. Надо – переложил из одного места в другое, надо – сломал, а если необходимо – то переплавил и сделал из одного что-то совершенно иное, не похожее на предыдущее.

Так и сейчас, стоило мне поставить им задачу, как мне предложили множество решений: от полного уничтожения каркаса всего плетения до преобразования его в обычную, ничем не примечательную пустышку, только создающую вид усиленной охранной системы.

Я выбрал более интересный вариант. Да и на будущее мне он показался более перспективным и полезным. А главное, позволял преодолеть мне абсолютно любое подобное менто-энергетическое поле.

Суть этого варианта заключалась в том, что симбиоты в моём менто-информационном поле выстроили антагоничный любым энергетическим проявлениям внутренний слой, который служил отрицательной частицей для любых менто-информационных и энергетических частиц и в общем-то отталкивал от меня все известные энергетические элементы.

Правда, на данный момент они встроили в этот слой лишь ту базу ментоэлементов, о которой было известно им самим, Искателю и Вирту. Остальные, неизвестные пока типы частиц будут пополнять нашу базу по мере необходимости в случае моего столкновения с ними.

Но даже на примере данного охранного энергетического поля было прекрасно видно, что идея работает.

Приблизившись к небольшой слепой зоне у дальнего угла здания, того места, где особняк не просматривался со стационарных постов охраны, а мобильные там в общем-то и не перемещались, я попробовал обойти охранное плетение, воспользовавшись теми изменениями, что внесли в моё менто-информационное поле энергетические симбиоты. Ощущение было непривычным, будто я протёк сквозь энергетический барьер. Он расступался передо мной, давая проскользнуть прямо сквозь него.

«Работает», – обрадованно подумал я.

И приступил к следующему этапу разведки местности. Нужно было определиться с теми, кто находился за стенами здания.

Оказавшись за границей энергетического барьера, который плотно охватывал всю территорию особняка, включая крышу, внутренний двор и даже подвальные помещения, я наконец смог просканировать резиденцию бандитов полностью.

К моему удивлению, народу внутри оказалось несколько больше, чем я ожидал, но, что странно, маг среди них был всего один. Правда, это был очень сильный маг. Если сравнивать со знакомыми мне, то по уровню своих способностей он не уступал Муку, а если предположить, что он ещё прошёл полное профессиональное обучение в одной из гильдейских академий, то получалось, что этот маг намного опаснее нашего демонёнка. А значит, и разобраться с ним придётся быстро, не оставив ему ни одного шанса на подготовку и тем более на ответный удар.

Общее распределение местных бандитов в особняке было следующим.

В подвале – несколько нейтралов, скорее всего, это охрана. Плюс там же ещё какое-то очень странное помещение, откуда до меня доносились очень слабые отзвуки присутствия живых существ.

«Наверное, это какая-то специальная камера, – догадался я, – и держат в ней опять же магов. Кого тут ещё особо прятать-то. Обычных пленников не пытались бы так старательно укрыть от любопытного взгляда».

Основная масса бандитов, а кроме них это никто больше быть не может, сосредоточена на втором этаже. Двадцать пять существ.

Ну и третий этаж. Там находится кабинет местного босса, именно туда и провели отпущенного мной бандита. Сейчас там кроме него ещё трое: двое каких-то необычных громил-демонов и тот самый маг. Плюс у входа в помещение находится один демон, судя по всему охрана.

«Ну что ж, количество противников выяснено».

Их вооружение мне не было особо интересно. Воевать с ними я не собирался. Я собирался убивать. А для этого я должен был знать только о постоянно действующей защите и о тех, на ком она была. А она была лишь у семерых: у мага и двух демонов, находящихся с ним в кабинете, у охранника, стоящего где-то недалеко от них, и ещё у трех бандитов на втором этаже.

Вирт стал быстро просчитывать наиболее оптимальную систему взлома всех защитных плетений. Но, как оказалось, теперь это особо и не нужно. Я с последними изменениями, внесёнными энергетическими симбиотами, мог пробить любую подобную защиту. Главное, чтобы оружие, которым я буду пользоваться, находилось в моих руках, тогда моё менто-информационное поле станет распространяться и на него, и, как следствие, внутренний слой, внедрённый симбиотами, тоже. Поэтому я лишь расставил приоритет уничтожения целей. Раскидал метки и маркеры. И подготовил быстрый, а самое главное, безопасный и с минимизированной вероятностью каких-то случайных происшествий алгоритм перемещения и уничтожения своих противников.

Всё. Можно начинать.

Видимо, моё сознание в такие моменты переходило в какой-то своеобразный режим бездушной машины для убийства, чтобы постараться уберечь мою «хрупкую» психику от возможных перегрузок, так как последующие несколько минут я воспринимал всё с какой-то холодной отчуждённостью и математической точностью.

Удар. Поглощение сути. Поглощение энергии. Труп.

Удар. Поглощение сути. Поглощение энергии. Труп.

Удар. Защита. Снятие защиты по подготовленной схеме. Удар. Поглощение сути. Поглощение энергии. Труп.

И так необходимое количество раз.

Теперь остались самые опасные противники – маг и два брата. И что удивительно, братья были опасны не менее мага.

Не хотелось рисковать, затевая бесполезную дуэль сразу с тремя противниками, а неожиданности, если я нападу сейчас, именно в их случае не получится. Нужна какая-то идея.

Их трое. Первым однозначно нужно уничтожить мага. Но на это время необходимо притормозить тех двух непонятных демонов со странным, практически непросматриваемым менто-информационным полем. Притормозить. Замедлить. Заморозить.

Плетение локального стазис-поля. Его совсем недавно расшифровал кластер, вытащив структуру этого конструкта из одного инфокристалла, найденного в библиотеке города древних магов.

Сама структура плетения была многоуровневой, достаточно сложной и разветвлённой, что её делало практически нереализуемой при реальном использовании. Об этом же было упомянуто и в инфокристалле тем магом, что его изучал и пытался воспроизвести. Он предположил, что это просто какая-то теоретическая разработка Древних.

Однако те, кто создал этот конструкт изначально, скорее всего, не работали с плетениями теми способами, какие распространены сейчас и, возможно, использовались в те времена, когда эту структуру изучал учёный из города Древних. Поэтому у меня перед ними было то же самое преимущество, как и при внедрении плетений в ментоструктуры других объектов.

Я при помощи кластера и ментоинтерфейса создавал в сознании виртуальную модель плетения совершенно любой сложности (для меня это не имело значения, так как, по сути, саму структуру строил виртуальный компьютер – кластер) и только после этого активировал его.

Вот и сейчас. Вирт практически мгновенно нашёл нужный конструкт. Совместно с Искателем они подготовили виртуальную модель, даже немного оптимизировав при этом плетение и подогнав его под работу именно с моим менто-информационным полем. Маркер был уже внедрён в поле одного из братьев, осталось только активировать структуру плетения, которое я привязал к нему.

Ещё один плюс подобного способа активации – то, что структура плетения хотя уже и полностью готова к работе, но была совершенно невидима, так как в реальном мире её вроде как и не существовало, ведь для ее материализации необходимо влить в неё хотя бы капельку менто-энергии, а её там и не было. Поэтому маг, находящийся рядом с братьями, ничего не почувствовал.

Всё было готово для нашей с ними встречи, которая, судя по всему, состоится прямо сейчас.

Маг двинулся к выходу из комнаты, за ним потянулись и братья.

Готовность.

Маг открывает дверь.

Активация плетения.

Братья замирают на месте.

Я прыжком перемещаюсь за спину мага.

Удар, как сквозь масло, проходит через его защиту. Поглощение сути.

Странно, мне казалось, что у мага должны были быть какие-то врождённые способности или умения, а вся его сила почему-то оказалась заимствованной. У него даже внутренний накопитель менто-энергии первоначально был очень мал, хоть и пополнялся извне достаточно быстро. Но как такое возможно?

А вот так, за счёт силы, которую можно изъять у других магов. Вот они им зачем. Именно таким способом они увеличивают свою мощь.

Сколько же этот гад убил и искалечил магов, если смог поднять своё могущество на один уровень с Муком? Неизвестно, но Вирт оценил их количество в семьсот магически одарённых существ, правда с вероятностью всего в семьдесят девять процентов, и это, скорее всего, только нижний предел, на самом деле их могло оказаться гораздо больше. Так что о его трупе, свалившемся ко мне в ноги, я забыл, как только перенёсся к странным демонам, похожим на двух горилл-переростков.

Удар. Поглощение сути.

А вот тут меня ждал сюрприз.

«Регистрирую поступление ментоструктуры десятого уровня», – сообщил Искатель.

«Конструкт десятого уровня. Врождённая особенность вида, – сообщил Вирт, – абсолютная защита от менто-энергий всех типов до четвёртого уровня воздействия. У первоисточника с вероятностью в девяносто процентов уровень воздействия ограничивался седьмым, а в некоторых случаях и восьмым уровнем».

Теперь понятно, в чём была особенность этих демонов. На них практически не оказывали никакого влияния любые магические воздействия, направленные непосредственно на них, их тело или менто-информационное поле. А вот от опосредованного влияния их врождённая способность никак уберечь не могла. Стазис-поле накладывалось не на конкретную цель, а на определённый объём пространства заданного размера, внутри которого оно и действовало. Именно поэтому оба этих демона оказались такими же простыми целями сейчас для меня, как и все остальные.

Удар. Поглощение сути. Поглощение энергии. Первый труп.

Удар. Поглощение сути. Поглощение энергии. Второй труп.

Всё. Нет, ещё не всё. У стены какое-то скулящее существо.

Это тоже один из тех, кто хотел напасть на мою семью. А значит, и ему не жить.

Остановился я, лишь когда последний бандит, тот самый, который ушёл с перекрёстка на нижнем уровне и привёл меня к своему боссу, не свалился у стены в кабинете главаря банды.

«Всё, дело сделано». Как ни странно, никаких угрызений совести или сожалений у меня не было и в помине. Видимо, и правда то состояние, в которое переходит моё сознание в такие моменты, как-то защищает меня от восприятия реальности.

Тяжёлая, грязная, утомительная работа. Но и её кому-то нужно делать.

Ну, или я не такой уж и цивилизованный человек, как думал всегда до этого. Дикарь, одним словом. Северянин и варвар.

При этой мысли я впервые за сегодняшнюю ночь улыбнулся. Если всё-таки могу шутить над собой, то не всё ещё потеряно.

Ладно. Нужно заняться тем, ради чего я здесь и оказался. Вернее, перейти ко второй цели. Банду-то я уже уничтожил почти подчистую. Теперь займёмся пленниками.

Моя интуиция говорила о том, что девушка здесь, в здании. А единственным не проверенным мной помещением в этом особняке была та замаскированная камера с четырьмя её обитателями.

Однако, заметив лежащий у входа труп мага, я решил к пленникам спуститься чуть позже. Нужно обыскать здание и собрать трофеи.

Но только я подумал об этом, как выяснилась одна любопытная вещь. Оказывается, Искатель, основываясь на моём поведении в каждой произошедшей стычке и том, что я делал после неё, уже составил некую ситуационную модель с громким названием «мародёр». И теперь она автоматически отрабатывала, когда я вступал в бой, если не было специального приказа её не использовать. То есть Инвентарь самостоятельно с помощью ментоинтерфейса сканировал окружающее пространство, классифицировал обнаруженные объекты и собирал все найденные предметы, магические артефакты, оружие, ценности и прочее. То, что им определялось однозначно как несомненно полезная или ценная вещь сразу, перемещалось в основные складские секции. В этом инвентарю огромную помощь оказывал кластер с его доступом в сеть нейтральных миров и оценкой примерной стоимости найденных объектов. Если же какая-то вещь вызывала сомнения или её нельзя было как-то однозначно идентифицировать, то она помещалась в секцию мусора и ожидала моего решения по её дальнейшей участи – оставить её или выбросить. Дальше уже анализировался мой выбор, и база Инвентаря дополнительно пополнялась и классифицировалась.

Так что в результате я лишь просмотрел неидентифицированные предметы. Их было два.

Первый – какой-то непонятный осколок камня. Мне он показался интересным, и его поместили в основное хранилище. Исходил я из того, что пустышку таскать с собой никакой разумный нейтрал не будет, тем более если он один из тех двух демонов, что когда-то главенствовали в этой банде и сейчас лежали у меня за спиной.

Вторым предметом была странная тряпица из неизвестного мне материала. Чем она привлекла внимание Инвентаря, а вернее, кластера, я не знаю, но моя интуиция подсказала мне, что и она может принести нам какую-то пользу и что её нужно обязательно показать девочкам. Но в чём её особенность, ни я, ни кластер, ни ментоинтерфейс сказать не могли.

Вот так получилось, что от грязной работы мародёра Искатель полностью меня избавил. Правда, им остались неохваченные помещения, различные тайники и секретки, но их я обыщу достаточно быстро.

Просканировав здание с помощью разработанного кластером конструкта, своего охранного плетения, а также сканирующих возможностей ментоинтерфейса, я нашёл несколько простых и магических тайников. Среди них было четыре спрятанных в различных комнатах простых тайника с деньгами и драгоценностями. Не доверяли бандиты банковской системе, поэтому в доме, да и у бандитов в карманах оказалось очень много наличности и ценных предметов.

Кроме того, было три сейфа, два из которых были неплохо защищены от взлома различными магическими плетениями. Первый содержал лишь наличность и, похоже, находился в кабинете местного бухгалтера или счетовода. Второй был в личной комнате главаря банды. В нём присутствовала наличность, ценности, какой-то артефакт, по всей видимости определяющий любую магическую активность поблизости от своего местонахождения, различные расписки, несколько закладных и документы на владение собственностью в других нейтральных мирах. Всё это вызывало определённый интерес и требовало дальнейшего изучения, тем более я до сих пор не разобрался с бумагами, найденными в резиденции ковена.

Последний сейф находился в комнате мага, в этом не было никаких сомнений. Помимо него в кабинете было множество литературы, инфокристаллов и магических предметов. А вот наличность почти отсутствовала. Лишь огромное количество кредитных карт, принадлежащих как различным личностям, так и различным банкам. Было достаточно много и каких-то бумаг и документов. Всё это неотсортированной кучей отправилось в инвентарь.

А вот с сейфом пришлось повозиться. Его прикрывало какое-то странное плетение, преобразующее находящийся передо мной стальной ящик в однородный куб без каких-либо признаков дверцы. Я уже хотел бросить разбираться с ним и забрать так, но тут Вирт нашёл в сети описание подобного плетения. И, что самое важное, прилагалась его полная структура и подробное описание механизма срабатывания.

Очень необычная разработка. Плетение было помещено в нашу базу знаний, а мы сами, конечно, заинтересовались как им самим, так и его автором. Им оказался какой-то молодой маг из одной окраинной, не очень известной академии. Но, что странно, никакая из гильдий пока не проявила к нему интерес, не привлекла к себе для работы. А вот моё внимание он сразу привлёк. Что-то было в тех его разработках, что сумел найти в сети кластер.

«Такой талант-теоретик нам точно пригодится», – решил я и сделал себе пометочку обязательно встретиться с ним и переговорить. И сделать это нужно как можно скорее. Не хотелось упустить такой ценный кадр.

Между тем, опираясь уже на эти знания, Вирт составил хоть и не механизм отпирания сейфа – это было слишком сложно и индивидуально для каждого подобного конструкта, – но некую универсальную отмычку, которая просто-напросто разрушала структуру внедрённого в менто-информационное поле сейфа плетение.

По уже отработанному алгоритму я внедрил нашу универсальную отмычку, и через пару мгновений плетение, защищающее сейф таким необычным способом, распалось. И вот сейф открыт.

Мои предположения подтвердились. По крайней мере, ещё два дела с открытием этого сейфа можно считать завершёнными. Первое: теперь я точно знал, что маг пил чужую силу и развивал свою за счёт этого. Второе – похоже, не нужно больше искать того, кто продал минотавру ошейники для теперь уже моих бхутов. Вот они, валяются целой кучей.

Теперь я уверен и в участи пленных магов, попавших к ним в руки, и того, кто мог изготовить, доставить и активировать подобные ошейники.

В сейфе были и какие-то непонятные бумаги, требующие изучения. Может, они укажут на ту гильдию, к которой принадлежал этот маг и его помощники.

Ещё там находилось несколько артефактов. Их изучение я тоже отложил на потом.

Всё найденное в сейфе я забрал, оставив только ошейники.

«Ой, целыми их бросать нельзя», – подумал я, глядя на неактивированные артефакты.

Но тут особого варианта решения я не видел, кроме как фатально испортить их. А для этого нужно капитально исковеркать внедрённое в них плетение.

Вирт разработал простой, но надёжный конструкт, выполняющий эту задачу.

Следующие несколько минут я потратил на то, чтобы превратить эти ужасные амулеты в бесполезные игрушки для извращенцев. Но даже этого мне показалось мало. Нужно было оставить указание на то, за что поплатилась эта банда.

И я нашёл для этого неплохой, хотя и несколько варварский вариант. Но я же всё-таки «варвар».

Закончив со своей задумкой, я с каким-то садистским удовлетворением посмотрел на дело своих рук и направился к последнему обнаруженному мной тайнику. Он был необычен сам по себе. Находился в небольшой коморке между первым и вторым этажом. Я, если честно, думал, что там подсобка или что-то похожее. Но помещение оказалось закрытым.

Взломав замок, я проник в небольшое помещение и подошёл к тому месту, которое все мои чувства идентифицировали как тайник. Но там ничего не было.

«Что это?» – подумал я.

И тут мне ответили те симбиоты, которых я нашёл в доме мага.

«Небольшая пространственная аномалия, – передали они мне. – Построить канал доступа к ней?»

«Да», – согласился я.

Сначала ничего не происходило, а потом в стене прямо передо мной раскрылась небольшая каменная ниша.

«Мы сделали», – прозвучало в моём сознании.

Посмотрев перед собой, я это прекрасно понял.

Что странно, дом был явно не каменный, а там проглядывал грубый необработанный камень.

Я заглянул внутрь вскрытого кармана. У дальней стены стояла маленькая каменная шкатулка.

Кстати, как теперь я понял, фонил магией не сам карман, его бы я не сумел заметить даже благодаря всем моим способностям, разве что интуиция как-то помогла бы, а то, что находилось в этой небольшой шкатулке. И излучало это нечто такие мощнейшие эманации энергии земли, что я поостерёгся без предварительного исследования брать этот предмет в руки. А вот в инвентарь к особо опасным артефактам закинуть его не составило труда.

Уже собираясь уйти, я оглянулся. Ниша вызывала какой-то диссонанс с окружающим пространством, и я спросил у симбиотов:

«Можно её обратно закрыть?»

Не успел я договорить, как стена приняла свой первоначальный вид.

Так-то лучше. И ни у кого не возникнет лишних вопросов.

«Всё. С трофеями закончил», – решил я и вышел из каморки.

Теперь к пленникам. Пора выпустить их на волю. Тем более среди них должна быть внучка Рехора, я это чувствую.

Что-то было не так. Что-то изменилось в той атмосфере ужаса и подавленности, которая окружала Гленаю последние несколько дней, с тех пор как она и её напарники попали в плен к этим бандитам.

Сдерживающие одарённых ошейники на них надели сразу же, в тот момент, когда их схватили, тем самым отрезав им возможность воспользоваться их способностями и магической силой. И с тех пор из магов они превратились в обычных смертных. Простых челов, демонов, эльфаров. Тех, на кого они сами с презрением посматривали сквозь стену своей академии или из-под непрестанной опеки собственной магической гильдии. И молодые маги как-то позабыли, что не только они и им подобные живут и правят этими мирами.

Теперь же они могли на собственной шкуре ощутить всё то, что испытывали к простым нейтралам. И похоже, бандитов это радовало больше всего. Маги были беззащитны перед ними. Их унижали и топтали.

Первые два дня были самыми ужасными в её жизни. Её неоднократно и жестоко избивали, даже не пытаясь ничего узнать или спросить. Просто приходили какие-то кошмарные демоны и били её целый день, меняясь, если кто-то из них уставал.

Так было и с теми, кто попал в плен вместе с ней.

Но девушка больше всего боялась, что её будут насиловать, но этого пока не было. Почему – она не знала. Хотя её неоднократно пугали этим многие издевающиеся над ней бандиты. Они с каким-то извращённым наслаждением вспоминали других неизвестных ей магинь, которые попадали к ним в руки. И эти моральные уроды с огромным удовольствием пересказывали ей, что они с ними делали и что вскоре предстоит испытать ей самой.

Правда, через некоторое время Гленая поняла, что, по меркам местных, их били хоть и сильно, но стараясь особо не калечить. Кому-то они были нужны относительно невредимыми и здоровыми.

Такой странной заботы ни она, ни её друзья, которые сидели в соседних камерах, объяснить не могли.

Потом начались допросы. С определённого времени их каждый день между издевательствами и избиением допрашивали. Где и какие ценности у них есть? Сколько денег у неё на счёте и есть ли у неё вообще этот счёт? Имеется ли у неё доступ к ценным артефактам и предметам в этом мире? Других мирах? И всё такое и прочее.

Сначала она запиралась. Старалась терпеть, сопротивляться. Но нажим и прессинг с каждым днём усиливались. А потом бандиты стали переглядываться и смотреть на неё маслеными глазами. Они перестали говорить ей, что её ждёт, и всё чаще посматривали на своего главного, как бы прося разрешения на что-то.

И она поняла: то, чего она боится, произойдёт не сейчас, так сегодня, не сегодня, так завтра. И именно это её сломало. Этот какой-то подспудный страх и ожидание. Ожидание неотвратимого. Она старалась закрыться, забыться, отстраниться от происходящего. Но как только бандиты видели, что она выпадает из реальности, уходит в себя или плывёт, её начинали избивать ещё жёстче.

И девушка не выдержала. Она рассказала всё, что у неё старались узнать, утаив лишь тайну о своих способностях. Она знала, это может быть ещё более опасно, чем то, что происходило сейчас.

Ей повезло, если можно так сказать: тех, кто её похитил, не интересовали эти сведения. Тогда не интересовали.

А потом они как-то узнали правду о ней, не всю. Но и этого было достаточно. Они узнали, что она чувствует сильные магические излучения. Видимо, сломался кто-то из тех, с кем её схватили.

Бандиты также узнали и о последнем месте, которое Гленая почувствовала. Именно то место, которое она и хотела разведать со своим отрядом. И, как она догадалась из подслушанных разговоров охраны и бандитов, туда должен был кто-то отправиться, чтобы убедиться в правдивости этих сведений.

И это дало небольшую передышку, как ей самой, так и тем, кто был вместе с ней. Их перевели в какую-то отдельную камеру, которая была гораздо меньше, но, по крайней мере, их перестали ежедневно избивать.

Оказавшись вместе, маги не испытывали никаких дружеских чувств или хотя бы малейшей радости от встречи друг с другом. Они практически не разговаривали, все понимали, что им не выкрутиться. Особенно это стало понятно после слов одного из охранников, который вскользь выронил, что этим бандитам может понадобиться только Гленая.

Тогда нервозность и отношения в их, уже практически развалившемся, отряде обострились ещё больше. Тем более один из парней, Гулум, сын одного влиятельного вельможи, учившийся вместе с ними в академии, винил именно её во всём произошедшем. Ведь, по его мнению, это она выбрала этот мир. Хотя они вместе выбирали мир, где хотели бы обосноваться и организовать свою постоянную базу. И за этот мир они проголосовали все.

Но теперь Гулум винил во всём только её. И сейчас он сидел и крысиными глазами смотрел в её сторону. Как поняла Гленая, это он её и выдал. Но пока сдерживался, чтобы не окрыситься окончательно, не выйти из себя и не броситься на неё при всех. Его держал страх, он никогда не был особо смелым и решительным парнем, правда, магом был превосходным, именно поэтому они и приняли его в свой отряд. Но это было, похоже, очередной её ошибкой, которую она уже вряд ли сможет исправить.

Из всех присутствующих здесь магов Гленая была уверена лишь в своём друге Трое. Он не предаст и будет стоять за неё горой. Ему и досталось больше всех. Как узнала девушка, этот тихий парень, ледяной эльфар из одного не слишком богатого рода, не произнёс ни слова с тех пор, как попал к бандитам, и не сказал им абсолютно ничего. Он был единственным, кого действительно очень жестоко избивали, даже по мнению местных, и это продолжалось и сейчас. Девушка не знала, чем он умудрился так достать бандитов, но те не оставили его в покое и сейчас. Его каждый день забирали из камеры и забрасывали ночью или вечером обратно. И так продолжалось уже вторые сутки.

Но сегодня что-то было не так. Девушка не могла понять, что произошло, но что-то изменилось.

Вдруг из коридора раздался тихий шорох. Хотя нет, просто кто-то ногой отодвинул что-то тяжёлое, лежащее у двери. Потом послышался сильный скрип, и двери приоткрылись. Кто-то за ними чертыхнулся, что-то проворчал, опять послышался какой-то шорох.

«Почему они пришли? – испугалась девушка. – Сейчас не время. Троя уже вернули. Ночь. Неужели это за мной?»

Гленая испуганно вжалась в стену и перевела взгляд своих огромных испуганных глаз на сидящих у другой стены парней.

Один стыдливо отвёл глаза в сторону. А вот тот, что винил её во всех их бедах, наоборот, посмотрел на неё с ненавистью, презрением и злорадством. На его лицо даже набежала улыбка удовлетворения и удовольствия.

«Подонок, какой же ты подонок и трус!» – впервые за всё время Гленая призналась сама себе в том, кем на самом деле являлся Гулум.

Лишь Трой постарался подползти поближе к ней и приподняться на колени, но у него ничего не вышло. Слишком сильно он был избит. Его руки задрожали, разъехались, и он, застонав, упал на пол прямо у её ног.

«Это за мной. – Ожидая самого худшего, Гленая в ужасе с силой сжала свои длинные тонкие пальцы в кулаки. – Я умру, но они ничего со мной не сделают, им достанется только мой труп».

Девушка не знала, что и как случится на самом деле, но решила умереть, но не даться бандитам живой.

Секунды ожидания для неё растянулись в вечность, ей казалось, что она смотрит на слегка приоткрытую дверь уже несколько столетий, хотя на самом деле пролетело несколько мгновений.

Наконец за дверью перестали возиться, и она открылась полностью.

«Ничего, и только тьма за ней», – пришла ей в голову строчка из одного древнего эпоса.

Но за дверью не было тьмы или чего-то мистического.

– Эй, там, внутри, – раздался из коридора молодой голос. – Тут такое дело: если среди вас есть девушка по имени Гленая, то мы за ней.

И в камеру вошёл невысокий мужчина среднего телосложения в плаще и капюшоне.

Встав на ступеньках камеры, он оценивающим взглядом осмотрел помещение и, понимающе хмыкнув, повернулся к девушке и старающемуся прикрыть её своим телом Трою.

– Как я понимаю, Гленая? – Он посмотрел прямо ей в глаза. – Мы от Рехора. Ты и твой друг идти сможете?

– Я – да, – как-то не слишком уверенно ответила девушка, – а Трой вряд ли.

Молодой эльфар схватил руку девушки и разбитыми губами прошептал:

– Уходи одна, ты же понимаешь, что всем нам выбраться не удастся, – и кивнул в сторону стоящего у входа мужчины.

Только тут они заметили, как к двери подбирается слизняк, который и сдал Гленаю.

– Заберите меня! – прокричал он, вцепившись в сапоги стоящего у входа мужчины и чуть ли не заискивающе смотря ему в лицо. – Мой отец вам заплатит, он бухгалтер в Гильдии тёмного лотоса. Он очень богат!

Чел, а это был очень молодой чел, с несколько грубоватыми, на её утончённый взгляд, чертами лица и каким-то странным цветом волос, усмехнулся на эти слова и пожал плечами:

– Хорошо, говори номер счёта и пароль к нему, я сниму деньги – и ты свободен.

Слизняк заюлил, но потом, оглянувшись на оставшихся в камере магов, бросил победный взгляд на Гленаю и её друга и быстро продиктовал ряд цифр и букв. Немного струхнув, он всё же назвал и пароль счёта.

– Ничего себе. А твой отец и правда богат. В его гильдии очень часто обнаруживается недостача или, наоборот, не обнаруживается, – прокомментировал увиденное состояние названного банковского счёта стоящий на ступеньках у порога мужчина и, отойдя от входа в сторону, сказал: – Ты свободен, можешь идти.

Мелкий трусливый маг боязливо взглянул в сторону выхода из камеры.

– Я могу просто уйти? – полебезил он.

– Да, иди, тебя никто не тронет, – сказал ему чел и махнул в направлении выхода.

Слизняк как-то ползком пролез мимо него и потом, всё время оглядываясь, побежал к выходу из подвала, будто боясь, что чел передумает.

Гленая с презрением посмотрела на стоящего у двери наёмника. Принял один заказ и променял его на другой.

«Такая же падаль, как Гулум или те бандиты, что схватили нас, – с презрением подумала она. – Хотя нет, бандиты хотя бы не притворяются друзьями и не предлагают помощь».

Чел, стоящий у входа, похоже, заметил этот её взгляд, ухмыльнулся и, посмотрев на оставшихся, обернулся ко второму магу:

– Ну а ты что не пытаешься откупиться?

– У меня нет денег, – честно ответил тот. Это был Дарин, новичок в их отряде. Гленая мало знала его, к ним его перед самой отправкой привёл её друг Трой. – Да и не верю я вам, – насупился он. – Вы пришли за ней, – кивнул он в сторону Гленаи, – так что не думаю, что Гулума выпустили.

Этот непонятный чел как-то странно хмыкнул:

– Почему же? Он честно оплатил свободный выход, ну а дальше как будет судьбе угодно. Захочет выжить – проявит сообразительность и доберётся домой.

И тут до Гленаи дошло, что этот чел просто-напросто смеётся над Гулумом. Это никак не вязалось с тем положением, в котором они все находились, но его, похоже, это нисколько не беспокоило.

Второй маг с удивлением посмотрел на стоящего у выхода чела.

– Мне нечем оплатить свою свободу, – ещё раз сказал Дарин и вдруг, неожиданно даже для девушки, добавил: – Да и её я не оставлю наедине с вами. Я вам не верю. А Трой никак её защитить не сможет.

– А ты, похоже, сможешь? – снова ухмыльнулся чел, чем вызвал у девушки ещё большее презрение, хотя, казалось бы, больше он в глазах девушки опуститься уже не мог.

Она на уровне своей женской интуиции поняла, что из этой темницы ей не выйти.

– Я хотя бы попытаюсь, – честно сказал новичок.

– Хм, интересно, – протянул незнакомец и, повернувшись к Гленае, сказал: – Утром за тобой в таверну «Жирный боров» должен подойти твой дед. Тебе и твоим друзьям я сниму там комнату до утра, а дальше заботы о вас лягут уже на него.

Он спустился по лестнице в камеру, подошёл к девушке, так и сидящей у стены, и аккуратно, будто тот абсолютно ничего не весил, поднял на руки лежащего около неё избитого Троя.

«А чел ли он?» – удивлённо подумала девушка.

Незнакомец же развернулся, держа потерявшего сознание Троя, и направился к выходу. Однако на полпути остановился и с удивлением посмотрел на замерших узников.

– Ну, что замерли? – обратился этот непонятный мужчина к опешившей девушке и второму магу. – Поднимайтесь и пошли. Не на всю ночь же здесь оставаться.

Дарин и Гленая переглянулись, встали и вышли из камеры вслед за незнакомцем.

– Смотри, – неожиданно произнёс Дарин, показывая куда-то за спину девушке.

Она повернула голову в ту сторону и увидела труп одного из охранников. Гленая знала этого демона, он частенько приходил поизводить её своими рассказами и вот теперь лежит у двери. Её не радовало это зрелище, но и огорчения не доставило. Она была спокойна, почти никак не реагируя на окружающее. Гленая находилась в каком-то полусомнамбулическом состоянии и держалась на ногах из последних сил, только отмечая то, на что указывал ей Дарин, или выполняя немногословные указания незнакомца. Единственное, чего она хотела, – это оказаться как можно дальше от этого места. И тот чел, что выпустил их из камеры, сейчас как раз и старался это сделать. Увести их куда-то. Поэтому Гленая шла за ним, как послушная марионетка. Машинально она обратила внимание на большое количество трупов, как в доме, так и на одном из перекрёстков, через который они прошли. Но сил спрашивать и интересоваться чем-то у неё совершенно не было.

Сколько они шли, девушка сказать не могла. Но вот наконец они поднялись с того нижнего уровня, где находился дом бандитов, в подвалы какого-то здания. Прошли хозяйственными путями куда-то наверх.

В одном из коридоров чел аккуратно опустил на пол Троя и тихо свистнул. Рядом с ним моментально, будто соткавшись из воздуха, материализовалось какое-то хищное животное.

«Бхут», – пролетела мысль на задворках сознания девушки.

Потом чел исчез на несколько минут, а зверь остался рядом с ними. Когда же он вернулся, то открыл ключом одну из комнат, занёс в неё Троя и проводил туда Дария, а потом помог подняться обессилевшей и уже совсем ничего не соображающей Гленае и, открыв соседний номер, отвёл её в него. Там он аккуратно уложил девушку на кровать и, что-то прошептав, погладил её по волосам.

Это было последним воспоминанием девушки, перед тем как она провалилась в глубокий сон без каких-либо сновидений и страхов.

– Так, наши узники размещены по комнатам, – пробормотал я, выходя из номера, где оставил девушку.

В коридоре меня поджидал довольный бхут, который был рад выполнять то, что умел лучше всего, а именно – хранить и охранять, беречь и оберегать.

«Молодец», – похвалил я его и направился к нам в номер.

Мне требовалась помощь Эреи: все пленники были сильно избиты, и им требовалась помощь опытного лекаря. Её, конечно, мог оказать и я, но это будет слишком подозрительно выглядеть со стороны. А вот если их полечит неплохой маг жизни, то вопросов ни у кого это не вызовет.

Поэтому, тихо проникнув в наш номер, я подошёл к двери, ведущей в комнату девушек.

«Блин, и будить-то всех мне не хочется, и вроде как войти без стука неприлично, – задумался я. – Хотя мне-то это как раз можно. Наверное».

И я уже хотел было войти в комнату, когда вспомнил о такой простой вещи, как мысленное общение, которым не один раз уже пользовался.

«Вот опять сам себя обломал», – попенял я на себя за свою несообразительность и мысленно обратился к принцессе эльфаров:

«Эрея, проснись. Нужно поговорить».

Я думал, что придётся ждать достаточно долго, пока девушка сообразит, кто с ней хочет поговорить. Но она ответила буквально через пару мгновений:

«Жди. Выйду через минуту».

И действительно, через минуту дверь в их комнату приоткрылась и в образовавшуюся щель выскользнула уже полностью одетая Эрея.

– Что ты хотел? – спросила она, при этом подозрительно поглядывая мне в лицо.

Конечно, многого я не ожидал, но хоть доброй ночи или утра, что там сейчас, услышать рассчитывал. Ну да ладно, пусть это будет на её совести.

Правда, при этом сам поприветствовал:

– И вам доброе утро. – Заметив некоторое смущение на её лице, сразу сказал о деле: – Мне нужна помощь лекаря. А ты единственный лекарь, которого я знаю.

– Ты ранен? – всполошилась девушка.

– Нет, – быстро ответил я и, предвосхищая её вопросы, позвал: – Пойдём, сама увидишь.

Сначала я провел её в комнату, где оставил двоих мужчин-магов.

– Это твои первые пациенты.

Тот, что был более здоров, настороженно посмотрел на нас. Я успокаивающе поднял руку и, показывая на Эрею, сказал:

– Это лекарь, она осмотрит вас и окажет необходимую помощь.

Моя умница, видя такое положение, не стала задавать никаких вопросов, но бросила на меня такой многозначительный взгляд, что я понял: отвертеться мне от допроса с пристрастием не удастся.

Эрея занималась магами порядка получаса. Второй маг находился в очень тяжёлом состоянии, но сейчас он вне опасности и это просто здоровый сон.

Тот, что следил за нами, хотел отказаться от помощи девушки. Но она так посмотрела на него, что мне показалось, этот бедняга подавился теми словами, которые хотели слететь с его губ. Ему Эрея тоже оказала посильную помощь, и, когда она закончила с ним, он уже крепко спал.

– А теперь… – начала было она, разворачиваясь в мою сторону.

– А теперь, – прервал я её на полуслове, – тебе нужно посетить ещё одного пациента, вернее, пациентку.

Эрея удивлённо посмотрела на меня, а я поднялся со стула, на котором сидел, подал ей руку, и мы вместе направились из комнаты.

В коридоре я открыл соседнюю дверь.

Войдя в комнату, Эрея сразу обратила внимание на плачевное состояние лежащей на кровати девушки.

– Кто она? – спросила эльфарка.

– Это очень длинная история, и я уверен, что мне придётся рассказывать её завтра, поэтому сейчас помоги ей, а потом пойдём отдохнем немного. А то у меня была сегодня бурная ночка. – И я посмотрел на лежащую на кровати магиню.

«Завтра тебя заберёт Рехор, и все наши обязательства перед ним будут выполнены», – подумал я.

Эрея посмотрела на меня очень долгим оценивающим взглядом, а потом сказала:

– Я запомнила твои слова.

– Я это понимаю, – кивнул я ей.

Гланае моя эльфа оказывала помощь недолго, лишь наложила на неё восстанавливающее плетение и несколько ускорила регенерацию. Этого было достаточно. Мы убедились, что девушка крепко спит, и покинули её.

Войдя к нам в номер, Эрея несколько холодновато и даже немного отстранённо пожелала мне приятного сна и направилась к себе в комнату. Не знаю, чего она ждала, но я не стал бы делать ничего без её согласия, а сейчас я его точно не получил бы. Поэтому, ещё немного постояв, смотря, как медленно уходит Эрея, как медленно закрывается за ней дверь, представив, как она ложится в постель и как часто бьётся её сердечко, очень часто, я и сам устроился в своём углу.

И мои мысли не покидали глаза девушки, что только была рядом со мной. Той девушки, чьё сердечко неожиданно стало биться в унисон с моим. Той девушки, что любит меня.

Любит? Она любит???

Нет, это бред. Бред невыспавшегося и перевозбуждённого сознания. Мой собственный бред или мои нелепые желания.

Нужно отдохнуть. Нужно выспаться и осмыслить то, что я только что понял.

«Спать, – приказываю я себе. – Пора спать. Нужно отдохнуть. – И, как бы уговаривая себя, добавляю: – Тем более завтрашний день обещает быть не менее насыщенным, чем сегодняшний».

О том, что я только что осознал, я стараюсь не думать. Не сейчас. Не сейчас.

Глава 6

Нейтральный мир Гранкат

Выспался я на славу, как, впрочем, и отдохнул. Да и пробуждение было приятным.

Ну как приятным, всё в этом мире относительно. Нельзя назвать приятным то ощущение, когда кто-то стоит и методично попинывает тебя крепеньким башмачком, надетым на стройную ножку. Но вот сама ножка вызвала такие будоражащие моё сонное сознание и необычные ассоциации, что кто-то смущённо вскрикнул и отбежал от меня метра на три. Хотя я лежал и ничего не делал.

Ну как не делал, руки-то живут сами по себе, своей собственной жизнью, и вот одна из них почему-то, я даже не могу предположить почему, потянулась на очередном замахе этого упорного башмачка и погладила ту самую ножку, на которую он был надет. Погладила, даже можно сказать, воровато пробежалась снизу вверх до внутренней стороны бедра. Наверное. Она как-то неосознанно прокралась бы и дальше, но как раз в этот момент и раздался тот самый возмущённый вскрик, и эта самая ножка исчезла из зоны досягаемости моей руки.

И я с каким-то ленивым блаженством открыл глаза и увидел пунцовые щёки Эреи, смотрящей на меня гневными и обиженными глазами с противоположного конца комнаты.

Конечно, что сделано, то сделано, тем более я даже не сожалел об этой своей, на мой взгляд, совершенно невинной шалости. А потому довольно потянулся, будто кот, объевшийся сметаны, под осуждающие и возмущённые взгляды не только Эреи, но и двух других девушек, сел, прислонился спиной к стене и с чистой совестью оглядел всех присутствующих в комнате.

Глеос и Лениавес еле сдерживали те ухмылки, которые так и стремились сорваться с их лиц. Они, переглядываясь между собой, с каким-то озорным интересом смотрели в сторону моих ну очень близких родственниц, упорно пытающихся скрыть от меня это наше родство, и явно ожидая какого-то продолжения с их стороны. Я же, взглянув на своих друзей и подруг, радостно произнёс:

– Доброе утро! – и, сразу обратив внимание на пустой стол посреди комнаты, спросил: – А где наш завтрак? – После чего сделал вид, что совершенно не понимаю их таких недоумённо-возмущённых взглядов, бросаемых то на меня, то на дверь, ведущую в коридор.

Первой этот спектакль надоел Тее.

– Ему бы только поесть, – усмехнулась она, решительно встала с кресла и, подойдя ко мне, правда учтя ошибку Эреи, остановившись там, где до неё не смогла бы дотянуться моя рука, сказала, глядя сверху вниз на мою сидящую на полу фигуру: – И не надейся, что ты сможешь отделаться от нас простыми отговорками. Рассказывай, что произошло ночью и кто те маги, которых сегодня лечила Эрея?

Посмотрев на серьёзно настроенную девушку и так же строго смотрящих на меня её подруг, я ответил:

– Конечно, конечно. Только давайте сначала перекусим.

– Хорошо, – согласилась Тея, – сейчас закажем завтрак к нам в номер.

Если честно, я не очень хотел рассказывать им о том, что произошло ночью, и надеялся перекусить в зале. Это должно было дать мне некоторое время, чтобы придумать более-менее правдоподобную историю. Но одна из моих красавиц поступила умнее меня, не дав мне ускользнуть из-под их бдительного ока в общий зал.

«Придётся кое-что всё-таки рассказывать, – вздохнул я, глядя ей прямо в глаза, – но гарантировать ей, что всё рассказанное будет правдой, я не могу. Ведь это как раз один из тех случаев, когда чем меньше знаешь, тем лучше спишь».

Я уже хотел подняться и направиться к столу, когда из коридора раздалось угрожающее рычание, чей-то очень испуганный вскрик, а потом звон разбитой посуды.

«Вот же, – стукнул я себя по лбу, – как я мог забыть о бхуте, который всё ещё несёт стражу в коридоре, охраняя комнату Гленаи!»

– Э… – протянул я и сказал удивлённо посмотревшим на дверь моим друзьям: – Планы несколько поменялись, нужно кое-что закончить.

И, не обращая внимания на возмущённые взгляды девушек, направленные мне в спину, выскользнул в коридор.

– Опять он улизнул от расспросов, – услышал я возмущённое шипение Теи, – ну как так можно! Этот неугомонный чел скользкий, как слонк. Кажется, вот он, уже в твоих руках, а хоп – и кулак сжимает лишь пустоту. А он насмешливо смотрит на тебя с ближайшего камня.

– Точно, – согласилась с сестрой Эрея. – Я, конечно, не знаю, кто такой слонк, но этот хуман очень ловок. Никогда не знаешь, что он выкинет в следующее мгновение.

– Мне кажется, – раздался негромкий голос Ралии, – что он и сам этого не знает. Он всегда действует по обстоятельствам и старается ориентироваться в них. Как-то так, – совсем тихо добавила она.

Этот небольшой разговор я, не удержавшись, подслушал, чуть задержавшись у двери. И, поняв, что ничего интересного девушки больше не скажут, я пошёл на рык моего бхута, который, похоже, выполняя мой приказ, перекрыл коридор, совершенно никого не желая пускать в него.

«Ну что, как тут у нас дела?» – обратился я к нему, заглядывая за угол, откуда доносились голоса прислуги и раздавался утробный голос Длона.

– Какой бхут? – спрашивал тот. – Откуда у меня в таверне мог вообще появиться бхут?

– Длон, это мой страж! – крикнул я в коридор, поглаживая защитника по загривку.

– Баг, это ты? – спросил владелец таверны.

– А ты кого ожидал услышать? – усмехнулся я.

На что с противоположного конца коридора послышалось:

– И чего я удивился? Мог и сам бы догадаться, кто заварил всю эту кашу. – И, обращаясь ко мне, сказал: – Ты это, убери его отсюда. А то прислуга отказывается подниматься на этот этаж, да и клиентов распугать можно.

– Ну уж, – произнёс я с сарказмом, – тут, кроме меня и моих друзей, никого нет, никто не снял рядом ни одного номера. Ты опять забываешь, кто мы? Так что никаких клиентов мы тебе тут распугать не можем. – Но, решив не обижать Длона, добавил: – Не переживай, сейчас отведу бхута к нам в номер.

– Хорошо, – с явным облегчением раздался бас трактирщика.

А потом я услышал, как он спускается по лестнице.

– Всё в порядке, сейчас проблема будет решена, – стал он успокаивать кого-то внизу.

Я развернулся к двери, которая сейчас была чуть приоткрыта и из которой на меня посматривала пара любопытных девичьих глаз.

– Доброе утро, Гленая, – поздоровался я с наблюдавшей за сценой в коридоре девушкой. – Как вы себя чувствуете?

С небольшой задержкой, будто обдумывая ответ, магиня кивнула:

– Спасибо, намного лучше, – и сразу зачастила с вопросами: – Мною занимался маг, лекарь? Кто он? Где мои друзья? Да и вообще, как я оказалась в этом номере и в кровати? – Тут в её голосе послышались нотки смущения, и она уже не так напористо пояснила: – Просто я практически не помню вчерашнего вечера.

– Ну и забудьте о произошедшем, как о дурном сне, – ответил я. И, посмотрев на закрытую дверь второй комнаты, указал на неё: – А друзья ваши вот в этом номере. – Взглянув в встревоженные глаза девушки, я догадался, какие мысли её занимают, и сказал: – Не беспокойтесь, вашим друзьям, как и вам, оказали лечебную помощь. Просто вы все были в столь плачевном состоянии, что этого нельзя было не сделать, и поэтому я попросил нашего мага-лекаря помочь вам. Так что, думаю, сейчас и они должны чувствовать себя гораздо лучше, чем вчера. – И, снова оглянувшись на дверь, за которой отдыхали два других мага, я произнёс: – Если хотите, я подниму их, и мы пройдём к нам в номер, и там я постараюсь ответить на ваши вопросы. – Заметив всколыхнувшееся любопытство в её глазах, я добавил: – Конечно, на те из них, на которые у меня есть что сказать.

Я повернулся к комнате мужчин, а девушка, собираясь выйти в коридор, полностью раскрыла двери своего номера и тут заметила сидящего у стены бхута.

– Ой! – воскликнула она. – Здесь бхут! – И удивлённо показала на моего стража рукой.

– Есть такое дело, – согласился я.

– Но что он тут делает?!

– Как – что? Охраняет вас и ваших друзей. Я его попросил об этом. Так, на всякий случай, во избежание различных неожиданностей, так сказать.

– Но бхуты слушаются только своих хозяев, – сказала она.

– Я знаю.

– Но как вы ему что-то можете приказать, если бхуты подчиняются только ментально активным существам. Вы же не маг, я вижу, что в вас практически нет никакой магической силы. А они полумагические животные и общаются исключительно телепатически. Как такое возможно?

– Не знаю, – пожал я плечами, – просто попросил его, и он выполнил то, что я хотел.

И только тут до девушки дошло, что до сих пор она задавала мне совершенно не те вопросы. Поэтому, удержав меня за руку, спросила:

– Извините, а вы, вообще, кто? – И, немного помолчав, задала ещё один вопрос: – И когда я увижу дедушку?

– Ну, не враг – это точно, – улыбнувшись, ответил я. – А с дедом, я думаю, вы увидитесь уже достаточно скоро. Он обещал прийти сегодня утром. И, как я понял, тянуть со своим визитом он не будет. Так что потерпите немного. А пока идёмте к нам, позавтракаем, пообщаемся. Вы расскажете, как вы оказались в таком незавидном, даже ужасном положении, ну и мы постараемся ответить на некоторые ваши вопросы. Согласны? – И я посмотрел в голубовато-серые печальные глаза девушки, которая так и не отпустила мою руку.

– Да, – тихо ответила она.

– Ну и хорошо, – кивнул я Гленае, понимая, что пережила и должна была испытывать эта хрупкая, тоненькая девушка, а потому, стараясь как-то отвлечь её, пригласил: – Пойдёмте посмотрим, как там ваши друзья, позовём и их к нам. Или, если захотите, спустимся поесть в зал.

Мне-то было всё равно, я лишь хотел, чтобы девушка почувствовала себя немного счастливее и веселее, забыв о том ужасе, что она пережила за последние несколько дней.

– Нет, спасибо. Лучше с вами, – всё так же тихо произнесла она.

– Хорошо, тогда забираем ваших напарников и пойдём, я познакомлю вас с нашей командой.

Я направился к номеру двух магов. Слегка стукнув в дверь, я предупредил их о нашем визите и вошёл в комнату, пропустив девушку вперёд.

– Добрый день, господа, – поздоровался я. – К сожалению, с вами я незнаком. Меня зовут Баг, – представился я для всех, так как и Гленая до сих пор не знала моего имени, и спросил, обращаясь к парням, находящимся в комнате: – Как ваше самочувствие?

Тот, что пытался, когда они были в темнице, как-то уберечь девушку, прикрывая её собой, хотя сам был избитым до полусмерти, ответил:

– Спасибо, нам уже значительно лучше. Я так понимаю, с нами поработал неплохой маг жизни? Слишком быстро я пошёл на поправку. – И он вопросительно посмотрел на меня.

– Да, вы правы, – кивнул я и сказал: – Если вы не против, то предлагаю собраться у нас в номере. Неплохо бы перекусить и обсудить наши текущие дела. Как вы?

Оба поддержали меня, и мы уже одной компанией, я с Гленаей и маги, отправились к нам в номер.

Парни более спокойно отреагировали на караулившего в коридоре бхута, но всё равно несколько настороженно поглядывали в его сторону. Однако никаких вопросов они задавать не стали, только переглянулись между собой.

– Ну, вот и наша комната, – указал я на двери номера, где меня дожидались друзья, и, открыв их, пригласил: – Прошу, проходите, не стесняйтесь.

За девушкой и магами из её команды в комнату зашли я и бхут.

Как оказалась, наш номер не был рассчитан на такое количество гостей, но и слишком тесно нам там не было.

– Ну что застыли статуями? – обратился я к своим девушкам и друзьям, с изумлением глядящим на нашу возросшую компанию. – Никогда магов не видели? – усмехнулся я и подтолкнул Гленаю и двух парней к небольшому диванчику. – Садитесь.

Хотя, конечно, последней каплей, поразившей моих спутников, был бхут, вышедший у меня из-за спины. Он спокойно, даже с какой-то гордой ленцой всё повидавшего стража проследовал через всю комнату и лёг у ног Ралии. Та, на автомате, потрепала его по загривку.

Похоже, хоть девушкам и рассказали о стае, которую я приобрёл, но они всё равно не осознали, что же это за животные, тем более ни та ни другая до сих пор их ещё вживую ни разу не видели.

– Сначала, думаю, стоит представить всех друг другу, – сказал я, осмотрев расположившихся в креслах и на диванчиках молодых магов и девушек, оборотней, эльфаров, демонов и челов (ну, про челов – это я о себе). – Хотя… – Я повернулся к самому молодому из нас. – Глеос, будь добр, сходи вниз и закажи завтрак на всех, не забудь и наших гостей. – Я указал на замерших в кресле бывших пленников бандитов. – И о бхуте не забудь. – Ещё один кивок, но теперь уже в сторону лежащего на полу животного.

– Понял, – кивнул он, – всё сделаю. – И, посчитав, сколько нас, вышел.

Когда за ним закрылась дверь, я подошёл к ближайшему стулу и, усевшись на него так, чтобы видеть всю нашу честную компанию, задумчиво окинул взглядом всех присутствующих в комнате нейтралов (ведь мы теперь все жители нейтральных миров) и сказал:

– Ну, вот теперь пришло время познакомиться нам с вами поближе и поговорить. – И, обращаясь к Гленае и её напарникам, произнёс: – Доброе – надеюсь, оно для вас сегодня действительно доброе – утро ещё раз. Позвольте, я представлю присутствующих здесь членов нашей гильдии. Начну, пожалуй, с нашего мозгового центра, океана спокойствия и мудрости. Это Лениавес, он магистр рунной магии и магии разума. – Я кивнул в сторону оборотня. – Помимо всего прочего он является главой нашего маленького отряда.

При этих словах Тея усмехнулась, а Эрея как-то сомнительно посмотрела на меня, однако я решил проигнорировать эти намёки полнейшего недоверия к моим словам.

– Дальше, – продолжил я, – это три наши красавицы. Тея и Эрея – родственницы. Первая неплохой тёмный маг, вторая – маг жизни. Кстати, это она занималась вами сегодня ночью, – и я кивнул в направлении эльфарки, – так что благодарить за ваше относительно неплохое самочувствие вам нужно именно её.

Услышав это, маги дружно склонили головы в сторону девушки.

– Спасибо вам, – с благодарностью произнесла Гленая, обращаясь к Эрее.

Похоже, эти простые и искренние слова немного смутили девушку, так как на её щеках появился лёгкий румянец и она лишь несколько отстранённо кивнула на благодарность магини.

– Хорошо, а дальше из присутствующих остаётся Ралия, – произнёс я, указывая на сестру Глеоса. – Она совсем недавно присоединилась к нашей гильдии, как, впрочем, и её младший брат, его вы видели. И поэтому мы пока не определились с её основными талантами. Но у такой хорошей и доброй девушки их просто не может не быть. – И я погладил по руке сидящую рядом со мной Ралию, почти шёпотом добавив: – Точно есть, и я даже знаю какие.

Видимо, мои слова были услышаны, так как рука девушки неожиданно напряглась, но Ралия при этом её не забрала.

– Всё будет хорошо, – так же тихо сказал ей я, – не знаю, о чём ты подумала, но явно не о том, что хотел сказать я. – И ещё раз погладил её по руке. – Я говорил лишь о твоём месте в нашей гильдии и о том, какое место хочу предложить занять тебе в ней. О том, что ты точно сможешь делать и что должно получаться у тебя гораздо лучше, чем у многих.

Своим объяснением я постарался успокоить девушку, и, похоже, у меня это прекрасно получилось, так как тёплая рука Ралии опять расслабилась. И я переключил своё внимание на наших гостей.

– Осталось ещё два наших товарища. Как я и говорил ранее, одного вы сейчас видели, это Глеос, младший брат Ралии. Он – незаменимый помощник во многих делах. – Заметив недоверчивое выражение на лицах магов, я пояснил: – Например, без него мы никогда не смогли бы разыскать вас. – И, как бы резюмируя, закончил: – Последнего нашего друга вы, к сожалению, не можете увидеть, так как сейчас он занимается обустройством нашей будущей резиденции. Я же сам недавно вам представился. – Оглядев сидящих напротив меня спасённых магов, я обратился к ним: – Теперь ваша очередь назваться. О Гленае нам, благодаря некоторому знакомству с её дедом, немного известно. Ну а вы, друзья, кто вы и чем занимаетесь? – И я посмотрел на того парня, что старался всё время держаться поблизости от девушки, на случай, как я понимал, если ему придётся прикрывать её.

Странно, влюблённым он совершенно не выглядел, скорее это была некая преданность.

«Неужели этот парнишка из её государства, королевства, рода, клана или народа? Не знаю, что там у них за общественное устройство. И он знает, кто она на самом деле, а потому постоянно старается оберегать её».

Эта мысль показалась мне вполне разумной, так как паренёк всё время пытался переключить наше внимание с неё на себя, тем самым выводя её за рамки наших интересов.

«Похоже, он и у бандитов нарывался на побои, лишь бы они отвлекались на него и оставили её в относительном покое. Помогал ей как мог. Неужели такой своеобразный телохранитель?»

И я присмотрелся к нему повнимательнее.

А ведь всё может быть. Хоть парнишка маг, но в нём просматривается и неплохой боец, правда упорно старающийся скрывать свои возможности под маской тихони и даже не простачка, а какого-то заучки, что ли.

«Как говорится, рыбак рыбака… – подумал я. – Но похоже, или рыбак я получше, или тот уровень подготовки, что вкатили мне вместе с ментоинтерфейсом, гораздо выше, чем у этого ледяного эльфара».

Между тем этот интересный индивид не стал миндальничать и сразу ответил на мой вопрос, опять, кстати, перетягивая фокус всеобщего внимания на себя, стараясь увести его от девушки.

– Меня зовут Трой, – представился он и начал рассказывать: – Мы вместе с Гленаей учились в академии магии. Это мы и организовали наш небольшой отряд, и в некотором роде это было наше собственное дело. Она, – и он кивнул на девушку, – не очень сильный маг льда и разума. Поэтому ей был нужен тот, кто смог бы выполнять более сложные магические манипуляции. И как результат нескольких лет совместной учёбы – мы решили объединиться с ней. Я неплохой маг льда, воды и воздуха. Правда, это не слишком уж и редкое сочетание талантов для нашего мира, но я никогда и не претендовал на какую-то особенность. Ещё в академии вместе с Гленаей мы составляли неплохую команду. Поэтому и дальше решили работать вместе. Однако со временем мы поняли, что для самостоятельной и полноценной работы нам не хватает нескольких магов, которые смогли бы закрыть те магические направления, в которых мы с ней были не очень сильны. Это позволило бы нам собрать цельный и самодостаточный отряд магов-исследователей, способных работать с любыми типами магических энергий. Вот мы и собрали свою команду. – Парень на несколько мгновений приостановился. – Дарин, – кивок в сторону сидящего рядом с ним второго мага, – отвечал за магию огня и земли.

Маг, что разговаривал со мной в подземелье, как-то странно отреагировал на эти слова Троя и вопросительно скосил взгляд в его сторону. Тот лишь слегка качнул головой ему в ответ.

Этот жест остался бы незамеченным, не наблюдай за ними именно я со своими внутренними демонами в лице Искателя и Вирта.

«Собеседник старается скрыть какую-то информацию», – доложил мне ментоинтерфейс.

Да я и сам прекрасно видел то, что Трой упорно старается избегать причины, по которой они собирались сколотить свой отряд, и почему были уверены в целесообразности, эффективности и будущей доходности своего предприятия. Правда, мне это и не нужно было, дед Ралии с умыслом или нет, но сам рассказал нам это совершенно свободно.

Трой же продолжал говорить:

– Тот четвёртый, кого вы видели с нами, – это Гулум, он некромант и маг тьмы, но очень слабый. В академии он удерживался только благодаря связям своего отца. Да и к нам в отряд попал по этой же причине, через связи отца, правда, и маг его направленности нам был необходим. Так что мы не стали особо возражать, тем более тот объём обязанностей, что был на него возложен, он выполнял вполне сносно. – Трой опять замолк, явно вспомнив что-то крайне неприятное. – У нас было ещё три мага: света, жизни и специалист-универсал. Но в предпоследнем походе мы с ними расстались по личным соображениям. – И парень как-то смущённо посмотрел на Гленаю, которая на его последние слова ответила очень удивлённым взглядом.

«Похоже, она и не в курсе, почему ушли три упомянутых её другом мага, а вот Трой, да, видимо, даже и Дарин это прекрасно знают. Вон как упорно стараются увести глаза в сторону. Интересно, что же там произошло? – раздумывал я, смотря на молчаливую сцену, что разыгралась сейчас передо мной. – Хотя это, конечно, не моё дело, но вся загвоздка, очевидно, во внучке Рехора, – усмехнулся я, – уж не она ли стала той трещиной раздора, что появилась в их отряде. – Посмотрев на серьёзное лицо Троя, подумал: – А ведь парнишка нисколько не сомневается в своей правоте и полностью уверен в правильности сделанного выбора».

Ну ладно, это их разборки, тем более прошедшие и пока никакого прямого влияния на текущее положение дел не оказывающие. По крайней мере, я на это очень сильно надеюсь.

– Понятно. – Я посмотрел на магов. – Теперь мы знаем о вас чуть больше. Но, к сожалению, в столь долгом рассказе вашего друга, – я упёрся взглядом в девушку, – так и не прозвучало ни слова о том, как и почему вы оказались в этом мире. И что хотели получить от вас бандиты. А самое главное, мы не услышали ответа на вопрос, зачем же вашему отряду требовалось именно ваше присутствие? Ведь именно под вас и вокруг вас были собраны все эти нейтралы. – Я указал на магов, сидящих рядом с ней.

Гленая сначала непонимающе посмотрела на меня, а потом, обернувшись, вгляделась в лица своих друзей. И, вновь взглянув на меня, спросила:

– О чём вы говорите?

– Понятно, – произнёс я, – значит, ты и сама не в курсе всего происходящего. – Я покосился на Троя. – Ну а ты?

Тот промолчал, похоже не собираясь мне что-то ещё рассказывать.

– Ну а чья на самом деле была идея собрать подобный отряд и заняться тем, чем вы там занимались? – Я неопределённо покрутил рукой в воздухе.

Девушка испуганно взглянула на эльфара, а тот лишь ещё больше нахмурился и замкнулся в себе.

– Хм, – усмехнулся я и хотел было продолжить, но тут открылась дверь, и в комнату вошли Глеос, а за ним несколько служанок, принёсших подносы с едой и напитками.

Прислуга быстро сервировала находящийся посреди комнаты стол и так же быстро удалилась. По номеру распространился приятный, манящий запах свежеприготовленной еды.

– Ну, давайте рассаживайтесь, – пригласил я за стол, – поедим. За едой и разговор лучше клеится.

И первым сел к столу, намеренно не став дожидаться всех остальных. Сделал себе несколько бутербродов с копчёным мясом и зеленью, налил какого-то вкусно пахнущего напитка в одну кружку и кофе в другую.

– Приятного всем аппетита, – пожелал я так и не севшим за стол моим спутникам и нашим гостям.

Тут уже сориентировался Глеос. Он подставил стул к моему, сел и быстро начал есть то, что ему приглянулось больше всего.

– Никакого воспитания в этом дикаре и его протеже, – усмехнувшись, произнёс Лениавес, посмотрев на нас, – сразу видно, что одного поля ягодки. – И, указывая на свободные стулья, обратился к остальным: – Присаживайтесь, пожалуйста.

– Ну вот, – сказал я, прожевав очередной кусок и глядя на рассевшихся наконец гостей и друзей, – а то как замороженные. Видимо, нет во мне того дара убеждения, что в тебе, Лениавес, – пошутил я, обращаясь к корнолу.

Мой организм мог умять и переварить всё, что находилось на столе. Но я решил себя немного ограничить и, немного утолив голод, откинулся на спинку стула, наблюдая за всеми остальными.

Девушки, как мои подруги, так и Гленая, ели очень аккуратно, будто находились на приёме во дворце, сразу чувствовалось схожее воспитание у всех четверых. И как они умудрялись так изысканно и аккуратно есть? Я этого понять не мог. Не отставали от них и корнол с эльфаром, явно оба немало времени провели при дворе или в каком-то высокородном обществе.

Зафиксировав всё это, Искатель практически мгновенно предложил мне активировать ситуационную ментомодель с кодовым названием «Аристократ», чтобы я ничем в своём поведении не отличался от них. Однако я пока оставил эту мысль, сейчас в этом не было особой необходимости.

В результате моих наблюдений я понял, что самыми простоватыми по своему поведению и отсутствию столового этикета среди сидящих за столом нейтралов были мы с Глеосом и Дарин. Я в силу того, что мне это было не нужно. Глеос по возрасту, ему явно было лень прислушиваться к замечаниям сестры, которые та ему тихонько время от времени делала (и как она умудряется подмечать все его промахи, да и мои, кстати, тоже?). А Дарин, видимо, просто из-за отсутствия этих самых манер.

Когда все закончили с едой и сидели за столом, распивая разные напитки, я прокашлялся и произнёс, держа в одной руке чашечку с кофе.

– Ну а теперь, думаю, стоит продолжить прерванный разговор. – Увидев, как вскинулся Трой, я усмехнулся. – Теперь буду рассказывать я, а вы будете поправлять меня, если я где-то ошибусь. А то из вас рассказ о ваших злоключениях приходится выдирать, как клещами. – И я улыбнулся с непониманием посмотревшей на меня Гленае. – Начну я, пожалуй, с вас, – кивнул я в сторону девушки, – Гленая. Я, конечно, не знаю, зачем это старался скрыть ваш друг, но о вашей способности чувствовать сильные магические аномалии нам рассказал ваш дед. Он же рассказал нам и о том, что благодаря этому вы смогли зарегистрировать как своё собственное обособленное подразделение вашей гильдии, так и найти некую не занятую пока нишу в той области магических услуг, что предоставляют остальные гильдии. Вы и ваш отряд занялись поиском и исследованием различных магических аномалий в нейтральных мирах. Именно для этого вам и потребовался такой широкий спектр специалистов в вашей группе. У вас всегда должен быть под рукой нейтрал, способный идентифицировать или исследовать найденное вами магическое излучение того или иного типа. Всё верно? – уточнил я у девушки.

– Да, – поражённо ответила она. – Но откуда вы об этом узнали?

– Догадался, – снова улыбнулся я ей. – Но это ещё не всё. Давайте я расскажу вам ту часть вашей истории, о которой вы, похоже, и сами не знаете. – И посмотрел в удивлённые глаза девушки, при этом заметив, как напрягся Трой.

«Я прав. Но зачем ему это скрывать от Гленаи? Не хочется его подставлять. Поговорю-ка я сначала с ним по душам», – решил я.

– Хотя нет, – быстро поправился я, – возможно, я немного поторопился или ошибся, да и не очень это сейчас существенно. Главное, мы разобрались, кто вы и откуда. И важно то, что вы все живы и что ты, Гленая, скоро встретишься с твоим дедом.

Кстати, он должен уже буквально с минуты на минуту прийти. А отправлять девушку к нему в таком невзрачном и потрёпанном виде не стоит. Конечно, ошейник с неё я снимать не буду, чтобы не вызывать лишних подозрений, а вот принять ванну и обеспечить их всех новой одеждой – это вполне мне по силам, особенно после ночного пополнения нашего финансового капитала как в твёрдой валюте, так и в банковских накоплениях.

Поэтому я посмотрел на девушку и предложил:

– Это, конечно, не моё дело, но мне кажется, что лучше бы вам перед встречей со своим дедом немного привести себя в порядок, принять ванну, да и переодеться вам не мешало бы. Я думаю, ванной вы можете воспользоваться в комнате моих спутниц, а если назовете размер одежды, то мы сможем заказать вам какой-нибудь готовый костюм у нашего любезного хозяина. Это же я хотел предложить и вашим друзьям. Вы не против?

Гленая смущённо осмотрела себя.

– Вы правы, это мне сейчас не помешало бы. – И она мило улыбнулась мне. – Только насчёт новой одежды… Вы же понимаете, что у нас нет денег и отдать мы их сможем, только когда я встречусь с дедом.

– Не переживайте о таких пустяках, – отмахнулся я, – пусть это будет моим маленьким подарком вам в честь вашего освобождения.

– Хорошо, – не стала возражать девушка.

Я указал на неё глазами Тее, та согласно кивнула мне и, подойдя к ней, взяла под руку и увела в соседнюю комнату. Туда же вслед за ними ушли и Эрея с Ралией.

Через пару минут Эрея вернулась, подошла ко мне и прошептала на ухо размер одежды девушки и то, что необходимо было для неё приобрести.

– Сделаем, – ответил я и повернулся к друзьям-магам.

– Ну, это же касается и вас. Давайте говорите, что вам приобрести, и называйте свой размер, я пошлю Глеоса к хозяину таверны, чтобы он обеспечил вас всем необходимым.

Трой и Дарин перечислили всё, что было нужно, и я отправил мальчишку к Длону.

– Вы тоже можете принять ванну, – сказал я им.

– Так и сделаем, – ответил Дарин, – у нас в номере как раз собственная ванная комната.

– Хорошо, – отозвался я и обратился к магу: – Трой, задержись на пару минут, у меня к тебе есть небольшой разговор.

Тот хмуро посмотрел на меня, кивнул Дарину, и тот вышел из комнаты.

– Прости, – сказал я ему, – но у меня к тебе есть несколько вопросов, на которые мне хотелось бы получить правдивые ответы. – Стараясь показать, что это действительно важно, я продолжил: – Я специально именно сейчас задержал тебя, чтобы переговорить без посторонних ушей, по крайней мере без опасений того, что нас сможет услышать Гленая. – Я чуть помолчал. – Как вижу, Гленая – девушка достаточно упорная и самостоятельная. Об этом говорит то, что она сумела при её положении в вашем обществе и статусе её отца добиться относительной самостоятельности и выйти из-под постоянной опеки родителей. Конечно, полностью избежать этого у неё не получилось, как минимум об этом свидетельствует твоё присутствие рядом с ней. Я и сам не хочу навредить Гленае и догадываюсь, что ты с ней как раз для того, чтобы ей никто не мог причинить никакого вреда. А поэтому я и предположил, что создание вашего отряда – это полностью твоя идея или задумка, ну или, как вариант, на неё ты умело натолкнул саму девушку.

Эльфар лишь слегка передёрнул бровью, но так мне ничего и не ответил.

Поняв, что пока от него ничего нового не услышу, я продолжил рассказывать сам:

– Ведь обеспечение её безопасности, по сути, было приоритетным направлением в твоей работе, или миссии, не знаю, как это должно правильно у вас там называться. Но из-за её способностей и характера, я так понимаю, отказываться после обучения от выбранного в Академии магии пути и того типа магической деятельности, что она выбрала, ей очень не хотелось. Не знаю, были ли у неё скандалы по этому поводу с родителями или нет, но на её поиски отправился почему-то именно дед. Тем более к концу вашего обучения она как раз и стала интенсивно развивать свои способности и сконцентрировалась на поиске магических аномалий. И от этой идеи её, похоже, отговорить ни у вас, ни у кого-то другого не вышло. Поэтому вы должны были придумать что-то менее подверженное опасности, но такое, что у девочки не вызвало бы никаких подозрений. И тут напрашивается всего два вывода. Её талант – это прямая дорога к поисковикам, различным исследователям и прочим нейтралам, занимающимся чем-то похожим.

Трой всё так же молчал и буравил меня хмурым взглядом.

Я пожал плечами на его молчание и продолжил говорить:

– При этом в отношении поисковиков и исследователей первыми на ум приходят внешние миры. Миры с повышенной вероятностью возникновения различных рисков, опасностей и происшествий. Однако для вас в плане обеспечения её безопасности этот вариант был совершенно неприемлем – там эта задача крайне усложнилась бы. А в центральных девочка и сама оставаться не хотела, так как прекрасно понимала всю бесперспективность или слабую востребованность её способностей в этих регионах нейтральных миров. Поэтому был выбран некий компромиссный вариант – окраинные миры. Они относительно безопасны, и в случае чего вы можете вызвать подмогу или уйти к своим. К тому же здесь есть огромное поле деятельности для развития и применения таланта Гленаи. Группу, как я понимаю, комплектовали почти полностью вы. Не знаю, в чём трудность набрать только проверенных и преданных вам нейтралов, но, как вижу, к вам в группу попали и абсолютно посторонние субъекты, которые совершенно не вызывали у вас доверия. Но реализованный вами план сработал. Девушка занималась любимым делом, вела относительно самостоятельную жизнь, и вы могли обеспечить ей относительную безопасность. Это и показала одна из ваших самых первых экспедиций, когда вами был найден портал, благодаря которому вы смогли обрести уже не относительную, а практически фактическую самостоятельность. Однако, – и я в упор посмотрел на молодого эльфара, – вами не были учтены дополнительные факторы, не те причины, которые подвигли вас взять девушку под постоянный контроль, а особенность окраинных миров. Это Фронтир, пограничные миры, и местные опасности, которые часто более значимы, чем те, что вы могли наблюдать на полностью контролируемой вами территории. Просто этого не принято замечать и упоминать где-то в кулуарах центральных миров. Но теперь, как я заметил, и вы это полностью понимаете. Я ведь прав?

По мере моего рассказа лицо ледяного эльфара из напряжённого и сосредоточенного превращалось в задумчивое и какое-то… я даже не знаю, как сказать, будто он столкнулся с тем, кто значительно сильнее и опытнее его, и теперь не знает, как себя вести.

«Вспомнил, это называется растерянность», – удивлённо подумал я.

Да, Трой был действительно растерян и не мог понять, где он мог совершить столь роковую ошибку и как этот совершенно посторонний, правда, не слишком для него понятный чел ему пытается объяснить то, что он сам должен был знать и учесть. Даже не так: всё то, что я рассказал эльфару, он и так прекрасно знал, но не смог правильно сложить в единую картину и учесть имеющиеся у него сведения. Это и привело к столь тяжёлым последствиям.

Но он молодец, держится. Хоть, по сути, он прав, в большей степени это была его ошибка. И теперь по нему стало прекрасно видно, что он только и ждёт того момента, когда сможет передать девушку на руки её деду и снять с себя этот груз ответственности.

А что будет с ним дальше?

Надеюсь, тут не принят устой общества самураев и он не пойдёт делать себе харакири или сэппуку.

Я посмотрел в его глаза. Грусть, сожаление, усталость и облегчение. И океан спокойствия. У парня действительно железные нервы. Похоже, других у них не держат.

– Как вы всё это узнали? – тихо спросил он.

– Ну, не так это и сложно, – ответил я и пояснил: – Ты постоянно стараешься увести её в тень. Вывести из-под удара. Прикрыть собой. Ты всегда рядом. Ты не пытаешься выйти на первый план, но полностью контролируешь круг общения девушки. Да и хоть ты не выглядишь особым атлетом, но я знаю, что ты очень неплохой боец и воин, но не простой, а из той породы, что не привыкли выставлять свои умения напоказ. Не тот род деятельности. – И напрямик спросил: – Тайная стража гильдии? – И, покрутив рукой в воздухе, уточнил: – Ну или как там у вас это называется?

Трой молча смотрел на меня.

– Не переживай, – успокоил я телохранителя Гленаи, – просто мне нужно было выяснить, знает о тебе девочка или нет и можно ли ей говорить об этом. И теперь я вижу, что она о тебе совершенно ничего не знает, да и ты сам против того, чтобы я рассказал ей о твоём истинном статусе. Я, конечно, не понимаю, для чего всё это нужно, но если это необходимо, то пусть оно так и остаётся.

Телохранитель всё молчал, а потом, видимо решившись на что-то, наконец посмотрев сначала на меня, а потом и на Лениавеса, тихо стал рассказывать.

– Я лейтенант Трой Раас, служба внутренней безопасности Тайной стражи гильдии «Ледяное пламя», – сначала представился он. – Нам пришлось взять её под опеку. Госпожа не в курсе этого, но три года назад на неё было совершено первое покушение. Мы тогда чудом успели перехватить нападавших, это были ледяные эльфары из соседнего мира. Что необычно, они были в каком-то сомнамбулическом состоянии. Из-за этого причина нападения так и осталась неизвестной. Ну и, кроме того, живыми никого из них захватить не удалось. Как только ситуация становилась критической для кого-то из них, они убивали себя. А воспользоваться услугами некромантов не получилось – тела нападающих были защищены от посмертного воскрешения. В связи со всей этой неопределённой ситуацией и совершенно немотивированным нападением именно на принцессу Гленаю – а о ней и её статусе, как я понял, вы знаете, – по приказу правителя и главы Тайной стражи было решено взять госпожу под постоянный контроль и неявное обеспечение её безопасности. Так как она находилась на территории академии, то есть территории, подконтрольной нашей гильдии, то в её ближайшее окружение внедрили нескольких агентов. В нашу задачу входило постоянное обеспечение её безопасности. За последние три года на госпожу Гленаю было совершено ещё четыре покушения. Во время последнего нападения погибло трое наших агентов и были две случайные жертвы со стороны мирного населения.

«Так те трое не ушли от них, – понял я, – а погибли. Но почему не прислали новых и почему они временно не прекратили свою деятельность до тех пор, пока полностью не смогут сформировать новую группу?»

Странно и непонятно.

Посмотрев мне прямо в глаза, Трой продолжил:

– Мы не смогли предотвратить эти смерти. Они были отвлекающим манёвром, на который и рассчитывали нападающие. Причину нападений мы до сих пор выяснить не смогли. Единственное, что нам удалось узнать, – что это каким-то образом связано с даром госпожи Гленаи. Я и Дарин – последние агенты службы внутренней безопасности гильдии «Ледяное пламя» в её окружении. Мы с огромным трудом смогли увести госпожу с последнего мира нашей дислокации. Оставаться там для нас было слишком опасно. И уйти в очередной поиск было отличной идеей, чтобы на время затеряться, сбить хвост со следа и до тех пор, пока не прибудет новое подкрепление. Поэтому мы и оказались в этом мире. Но, как вы и сказали, я не учёл всего. А именно – степени опасности, которую могут представлять местные банды. Всё последнее время я постоянно находился подле госпожи, а это три года с момента первого нападения на неё. И как-то так получилось, что я перестал замечать всю картину в целом, то есть нечто лежащее на поверхности, прямо у меня перед глазами, стараясь увидеть за всем происходящим ту невидимую руку, что охотится на госпожу Гленаю. Зная её упрямый характер, правитель не стал посвящать Гленаю в происходящее, но теперь я уверен, что это необходимо сделать. – И, ещё пару мгновений помолчав, он добавил: – Я порекомендую главе Тайной стражи ввести её в курс всех дел, и тогда нам станет значительно легче выполнять свои обязанности, это несколько развяжет нам руки.

– Так, стой, – приостановил я рассказ Троя.

А сам подумал:

«Получается, Рехор и глава Тайной стражи гильдии – одно лицо. Ведь кому он мог это порекомендовать сейчас? А его слова прозвучали именно так, будто он хотел всё это сделать в ближайшие минуты. Интересно».

Я дал команду Вирту проверить полученную вскользь информацию или даже, что более верно, мои догадки, основанные на ней и моей интуиции, и найти в сети какие-либо сведения, указывающие на факты из его биографии.

Буквально через мгновение кластер нашёл информацию, которая хоть и косвенно, но подтверждала это. Прямых указаний на его пост в гильдии «Ледяное пламя» не было. Но мне этого и не требовалось. Главное, что моё интуитивное предположение оказалось верным.

Дед Гленаи, кроме того, что он – глава Академии магии, ещё и является главой Тайной стражи в гильдии «Ледяное пламя».

Между тем эльфар удивлённо посмотрел на меня и спросил:

– В чём дело?

– Ну… – протянул я, – честно говоря, похоже, Рехор не сообщил нам всего, когда подряжал нас на эту работу, и, по сути, подставил, возможно дав вашим ищейкам и боевым группам выйти на след Гленаи через нас. Но, судя по тому, что их до сих пор здесь нет, не так они оказались и хороши. Правда, видимо, говорить с ними придётся не только тебе.

Не знаю, что он в этот момент увидел в моих глазах, но склонил голову и шёпотом произнес:

– Это ваше право.

– Ладно, иди, – сказал я ему, – ты ответил на все мои вопросы. Тебе нужно привести себя в порядок.

А сам в который раз уже подумал, что я слишком стал задирать нос и, похоже, влез в чужую игру. Тем более не смог раскусить Рехора, оказавшегося тем ещё лисом. Нужно было нарыть по нему всю возможную информацию и сопоставить её, но я этого не стал делать, остановившись на поверхностных сведениях, возможно, кстати, специально и выброшенных в сеть.

Сделано умно и качественно, в лесу легче всего спрятать маленькую ветку.

Это будет мне хорошим уроком. Есть здесь те, кто работает как минимум на том же уровне подготовки, что и я сам, а возможно, и на гораздо более высоком. Нужно не забывать об этом.

Пока я размышлял, Трой подошёл к входной двери и протянул руку, чтобы открыть её, но внезапно, развернувшись в мою сторону, глядя мне в лицо, прямо спросил:

– Кто вы?

Я улыбнулся:

– Как я уже говорил, уж точно мы не враги, по крайней мере не сейчас и не с вами.

На что он молча кивнул и, уже открыв дверь, сказал:

– Спасибо за помощь и за то, что вытащили нас.

– Не за что, – ответил я и, не знаю почему, добавил: – Тем более спасибо нужно говорить не нам, а другим людям.

Он удивлённо посмотрел на меня:

– Нам помогли челы? Не вы?

– Ну, к этой банде, вернее, её покровителям могли появиться счёты не только у вас, – пожал я плечами. – Лично мне нужны были лишь только вы, вернее, она, – кивнул я в сторону комнаты девушек. – А вот что нужно было другим, я не знаю. – И вновь пожал плечами. – Главное – наши цели в этом деле совпадали полностью. Мы помогли им, они – нам.

– Понятно, – кивнул он, – но всё равно спасибо. – И вышел из нашего номера.

Через несколько минут прибежал Глеос с пакетом одежды для Гленаи, Троя и Дария. А ещё через пять минут все были полностью готовы и собраны.

Мне повезло, расспрашивать о случившемся меня никто не стал. Лениавес и так, похоже, догадывался об этом, а девушки были заняты Гленаей, поэтому пока как-то выпустили меня из своего внимания.

Ну а наших новых знакомых устроил тот пересказ событий, что им был дан мной и интерпретирован Троем.

Похоже, он меня причислял к кому-то, занимающемуся работой, аналогичной его собственной. Я разубеждать его в этом не стал. Тем более после нашего разговора он стал относиться именно ко мне как к равному. Ну, или, вернее, как к кому-то вхожему в тот же круг, что и он сам.

Пора было спускаться в общий зал. Слишком много встреч у нас у всех было запланировано на сегодняшний день.

Как я и предполагал, внизу нас уже ждали те, с кем мы должны были встретиться.

Первыми я увидел наёмников. Они сидели за парой столиков, располагавшихся недалеко от ведущей на верхние этажи лестницы.

Хотя мы и договаривались встретиться ближе к полудню, но, похоже, они уже для себя всё решили и не стали тянуть до обеда, а пришли поговорить сейчас. И, судя по тому, что за столиками сидел весь отряд Грона, включая его дочку и ещё четырёх девушек – двух из них я видел ранее среди пленниц в резиденции ковена, две другие мне были совсем незнакомы, – ответ на мой вопрос будет положительным.

«Интересно, кого это он привёл с собой? – взглянул я в направлении ближайшей ко мне незнакомой девушки. – Хм. И почему это мне совершенно не хочется расстраивать ни одну из них?» Интуиция упорно твердила, что за столиком Грона сидит ходячая смерть.

Заметив мой интерес к своей персоне, на меня в ответ спокойно и несколько оценивающе посмотрела девушка, а за ней и вторая. Это было впервые, когда я с ходу не смог определить примерного уровня опасности, исходящей от находящихся передо мной нейтралов. Я не смог определить, кто они и чем занимаются. Девушки как девушки, ничего особенного. Но почему Грон привёл их?

Логично было предположить, что они обе как-то связаны с наёмниками. Но ничего более точного о них я сказать пока не мог. Ни на бойцов, ни на магов они абсолютно не походили. Лекари? Тогда зачем их двое? Жрецы. Вроде есть и такие, но те обычно светлые. Непонятно.

«Сёстры? – стараясь понять, кто же всё-таки передо мной, задался я вопросом. – Нет, они просто очень похожи, будто их лепили с одного эталона, но из разных материалов. Обе маги, но какие-то странные, словно их сила направлена на управление не внешними энергиями, а внутренними. Кто же вы такие?»

Их менто-информационное поле очень напоминало моё, но было менее защищено от внешнего сканирования, плюс, как и у меня, в нём присутствовала природная сопротивляемость низкоуровневым плетениям.

Что ещё?

«Вот ведь, ни по фигуре, ни по их ауре ничего больше сказать не могу».

Ни кластер, ни ментоинтерфейс не могут подсказать мне, почему же моя интуиция считает их чуть ли не воплощением богинь смерти.

Девушки очень меня заинтересовали своей странной необычностью и тем, что я не мог их разгадать. Тем более это странное несоответствие их внешнего вида – хрупких и нежных созданий – и внутреннего океана спокойствия и умиротворения и того смертельного контраста, о котором мне упорно твердила моя неугомонная интуиция.

«Кто же они такие?» – этот вопрос так и съедал меня.

Обе девушки равнодушно прошлись по мне взглядом и перевели его мне за спину, осмотрев весь наш отряд, и, будто разочаровавшись в чём-то, переглянулись между собой и тихо сказали Грону:

– Прости, они нам не подходят. Слишком слабая гильдия. Хотя в целом все их маги не плохи, а вот чел – так себе, для обычных нейтралов он, может, и не плох, но если говорить о нём в сравнении с нашими воинами, то ничего особого собой не представляет.

И эти непонятные для меня девушки хотели уже уйти, поднимаясь из-за стола. Но не тут-то было.

Не знаю, что послужило толчком, вероятнее всего, их слова о моей никчёмности и то странное отношение моей интуиции к той опасности, что исходила от них, но со мной что-то произошло. Внешне я совершенно никак не изменился, да и внутренне тоже. Однако в моё сознание вползло то существо, тот монстр, та моя вторая натура, которая задавила ту древнюю и опасную сущность, так же как и они посмевшую посчитать меня никем и ничем. И это существо, кем я на мгновение стал, посмотрело моими глазами в сторону этих двух уже повернувшихся ко мне спиной и направившихся к выходу девушек.

Мгновенный поворот, готовность отразить внезапный удар в спину, непонимание того, как они подпустили столь опасного врага к себе так близко и не заметили этого, и настороженный взгляд двух пар красивых, но опасно сузившихся глаз, направленный в нашу сторону. Взгляд, старающийся выделить того безумца, что посмел угрожать им, будь то чел, нейтрал, демон или какое-то высшее существо, даже какой-то бог. И взгляд принадлежал прирождённым убийцам, лучшим воинам нижних миров, которые готовы в любое мгновение защищаться, нападать, ускользать, обезвреживать или убивать. Воинов, возведших своё ремесло в ранг искусства и превративших его в смысл жизни целого народа. Воинов, слава о которых достигла даже моих ушей.

«Так вот они какие, саркалы, а я почему-то думал, что из них в наёмники идут только мужчины. Очередная моя ошибка».

Я быстро проверил это своё предположение и оказался прав: среди наёмников-саркалов не было ни одной женщины.

Была единственная раса женщин-воинов, о которой было довольно много информации в сети, это рекиды, но девушки, стоящие сейчас передо мной, никак на них не походили. Слишком разная у них по описанию была внешность.

От этой загадки стало ещё интереснее. Манящее слово – тайна.

«Похоже, я ещё тот авантюрист», – подумал я о себе.

Мой внутренний демон уже потерял интерес к этим двум особам, только однажды взглянул на них и не нашёл в них ничего интересного.

«Это, видите ли, не боги или древние могущественные сущности, достойные его внимания», – усмехнулся я.

Девушки всё с той же насторожённостью и примесью некоторого недоумения снова осмотрели наш отряд. Так ничего, по-видимому, и не заметив, они вновь переглянулись между собой. И видимо, на каком-то интуитивном уровне, доверившись своей женской натуре, они, выделив первоисточник тех странностей, что сейчас произошли, направили свои взгляды на мою улыбающуюся физиономию.

Хотя заставили улыбнуться меня вовсе не они или их поведение, а мои собственные мысли о той сути, что скрывается в глубине моей души, но девушки обратили внимание на мою ухмылку. Однако они не знали, что причина моего веселья вовсе не в них, и поэтому смотрели на меня холодно и угрюмо.

– Вас что-то позабавило? – очень спокойно и даже как-то отчуждённо спросила одна из них.

«М-да, а лёд-то, оказывается, умеет разговаривать» – такое впечатление сложилось у меня от её слов. Даже мурашки по коже пробежали, и показалось, изморозью дохнуло мне в лицо.

Задумавшись над этим олицетворением живого воплощения льда и стужи, готового заморозить меня своим рассерженным и одновременно холодным взглядом на месте, я как-то ушёл в себя и пропустил мимо ушей следующую фразу девушки. Когда же я вновь вернулся в реальность и обратил наконец внимание на происходящее вокруг, то смог наблюдать несколько необычную картину.

Девушки разговаривали между собой на странном, немного певучем наречии, очень похожем по своему звучанию, такту и ритму произношения на высокий эльфар, однако почти полностью не совпадающем с ним по переводу созвучных слов и выражений. Явно другой язык, но, как мне подсказывает интуиция, этот плавный перелив звуков тоже должен быть предназначен для скрытного разговора, ведущегося в тени вековых деревьев. На фоне шума леса он органично вписался бы в его живущую собственной жизнью многоголосую трель.

«Ещё две лесные феи на мою голову. Хотя нет, эти двое – лесные хищники. Такие симпатичные феи с зубками».

– Этот чел ни во что нас не ставит, ты же видишь, как он к нам относится, – убеждала та, что задала мне вопрос, другую. – Он вообще меня сейчас не слушал, а возможно, и не слышал, размышляя о чём-то своём. Да и смотрел он на нас так, будто уличных девок разглядывал. Прицениваясь. – И она как-то странно зашипела, явно выражая так своё отношение к моему поведению, и, судя по всему, не слишком лицеприятное.

Хотя по мне, так смотрел я на них вполне обычно, просто старался понять, кто же передо мной находится. Но как мой взгляд выглядит со стороны в такие моменты, я, честно говоря, никогда не задумывался, а, похоже, он может задевать, считаясь наглым и неучтивым. Нужно взять это на заметку, а то так и не вылезу из неприятностей, попадая из одной в другую.

Девушки же продолжали свой разговор и, как я понимаю, решали моё будущее.

– Ты же знаешь, что наш кодекс не прощает неуважения. Не прощает!!! – слегка возвысила она голос, потом оглянулась на наёмников и стала говорить тише. – Нас и так считают недоделками. Нас не допустили к испытанию. Видите ли, оно не для нас. Если мы не накажем его, – девушка кивнула в мою сторону, – то потеряем и те крохи уважения, что смогли заслужить, покинув клан и отказавшись от его помощи в дальнейшем. Теперь это наш путь и наши заботы. Наши трудности и наши решения. И они должны быть правильными, чтобы не пострадали наши самоуважение и репутация. А наша репутация в этом случае пострадает больше, и тогда у нас не будет никакого шанса найти достойную нас работу, не порочащую нашу честь. Не идти же в наёмники? А на принятие нас в гильдию к отцу шансов у нас ещё меньше, чем было до того, как мы покинули с тобой дом. Так зачем же их сводить к полному нулю? – И девушка с внутренним неприятием посмотрела на меня.

Теперь я это ощущал достаточно чётко, хотя внешне она ничем не выдавала своего отношения ко мне. Да и её менто-информационное поле было абсолютно стабильным и неизменным. Но её эмоции были мне примерно понятны, да и силу обеих девушек я ощущал сейчас более определённо.

«Неужели этот мой внутренний демон разрушил очередную границу в моём сознании и я стал чувствительнее и восприимчивее к таким мелочам? Ещё несколько мгновений назад я совершенно не мог расколоть этих девушек. А сейчас они для меня понятны не хуже, чем все остальные».

Вторая девушка постаралась урезонить первую:

– Нея, ну что ты хочешь? Это же простой чел, – ещё один небрежный кивок в мою сторону, но теперь от второй воительницы. – Он вообще, похоже, не понял, кто перед ним, а оценивал нас исходя из своего жизненного опыта и нашего внешнего вида. А ты и сама знаешь, как обычные мужчины смотрят на таких девушек, как мы. Видят только внешность. И неудивительно. Наши учителя постарались, чтобы за нашей внешностью никто не смог разглядеть нашей сути. И, судя по реакции всех встреченных нами нейтралов, они постарались на славу. Вон и наш знакомый Грон считает нас простыми воинами и будущими наёмниками, кем мы и стараемся с тобой казаться. В этом наше основное преимущество и их ошибка. Но не убивать же каждого за это.

«Так, пошло что-то интересное», – подумал я, искоса, уже стараясь учесть свои предыдущие ошибки, поглядывая в их сторону.

А вторая девушка продолжала увещевать первую, Нею:

– Его убийство ничем нам не поможет, только усугубит наше и без того шаткое положение. Мы не смогли самостоятельно найти достойную нас гильдию, и нам придётся сообщить об этом совету. А они с отцом только этого и ждут. Поэтому, как и обещали, опять запрут нас в замке. И будем мы с тобой ждать того счастливчика, кого выберет наш отец нам в мужья. А потом свадьба, дети и счастье быть женой великого воина, вождя, или кто он там будет, и постоянное молчаливое согласие. Ведь никого не будет интересовать наше с тобой мнение. И не будет ни у кого никакого интереса к твоим и моим мечтам и желаниям. И так на всю жизнь. Мы будем привязаны к нашим новым семьям и дому. Мы будем привязаны к тому мнимому долгу, что навязывает нам совет своими приказами. Ты же сама всё время об этом твердишь! – И девушка посмотрела на свою собеседницу. – Но главное – никакой свободы действий и мысли. Помнишь, что стало с мамой? А ни ты, ни я не хотим повторить её судьбу. Ведь верно? Ведь именно для того, чтобы и доказать свою самостоятельность, своё собственное право выбора, мы и ушли из дома и из клана. И они не стали удерживать нас. Отец, усмехнувшись, даже не став отговаривать и удерживать нас, просто взял и отпустил меня и тебя. Но он поставил нам одно условие. Ты помнишь? Не уронить его честь. Вроде всё просто. Но как сильно это нас ограничивает в выборе! Мы не можем обратиться ни в какую гильдию. Мы не можем обратиться к своим сородичам. Нам отрезан путь в наёмники. Мы можем или открыть свою собственную гильдию, или… я даже не знаю, что может быть этим самым или… – И она на мгновение замолчала, а потом продолжила, обратившись к Нее: – И тут это. Я даже не знаю, как это назвать. Ну, ты понимаешь, о чём я. Мы обе это почувствовали. Это тот шанс, что позволит нам удержаться здесь, и нам не нужно будет возвращаться домой. Но что это было, я не поняла. Я больше не чувствую того ощущения силы и угрозы, исходившей от этих нейтралов, которые сейчас стоят на лестнице. Однако уверена, что мы обе не могли ошибиться. Поэтому нужно рискнуть.

Нея кивнула своей сестре (всё-таки они сёстры, но какие-то странные, может, сводные?):

– Да, ты права, мы обе почувствовали что-то. Похоже, тут был, вернее, и сейчас есть кто-то из наших старших. Ну, или тех, кто намного сильнее их. Но кто он и куда пропал? Или это один из них?

И обе девушки одновременно повернули голову в нашу сторону.

– Не знаю, – произнесла сестра Ней, – никто из них не похож на того, кто нам нужен. Странно, я сейчас вообще ничего не чувствую, будто всё произошло во сне. – И вновь, более внимательно осмотрела нашу небольшую группу. – Пусто, одни лишь маги. Я не могу понять, как можно скрыть такой потенциал. Что скажешь?

– Сама стараюсь в этом разобраться, – ответила ей вторая. – А для того, чтобы найти нужные ответы, мы и должны остаться с ними. Вернее, с Гроном. Это же разговор именно с ним спровоцировал появление ощущения присутствия силы рядом с нами. – И вдруг девушка замерла. – Постой. – Она повернулась к сестре. – Разговор с наёмником спровоцировал проявление силы. Ты понимаешь? Это мы спровоцировали её появление.

И обе чуть ли не по миллиметру стали рассматривать почему-то именно меня. Хотя, почему был выбран именно я, мне было понятно. Только во мне они не увидели ничего особенного. А сопоставить эти факты между собой с той скоростью мышления, что приписывали саркалам в сети нейтральных миров, было совершенно простым делом. Поэтому я решил, что пора бы и мне присоединиться к их разговору, коль там так долго шла речь и обо мне, хоть и не в слишком положительном контексте.

– Кого-то ищете? – улыбнувшись, спросил я у них.

Та, что стояла ближе ко мне, Нея, подозрительно осмотрела меня и отрицательно помотала головой:

– Нет. Мне кажется, мы уже нашли.

– Понятно, – ответил я. – Значит, мне показалось. Жаль, конечно, но, возможно, мы смогли бы вам помочь. – И обвёл рукой своих друзей.

– Возможно, – ответила уже вторая. Она сделала шаг к лестнице, остановилась напротив меня и, резко перейдя на тот язык, на котором общалась со своей сестрой, сказала: – Возможно, мы ищем вас, – и в упор посмотрела мне в глаза, стараясь разглядеть то, что может отразиться в них.

Но я остался полностью невозмутим, ментоинтерфейс уже давно контролирует мои эмоции и их внешнее проявление. Поэтому моё спокойствие и небольшое проявление эмоций она приняла за непонимание того, что она произнесла.

– Возможно, вы и правда сможете нам помочь, – тихо произнесла девушка.

– Не знаю, – честно ответил я и пожал плечами. – Скорее всего, помочь вам сможет кто-то из них. – Я кивнул в направлении своих друзей.

– Нет, – повторно оглядев всех следовавших со мной, покачала она головой, – они вряд ли смогут оказать нам хоть какую-то помощь.

– А кто сможет? – улыбнувшись, спросил я у девушки.

– Вы, – прямо ответила Нея.

– Я? – Мне действительно было интересно и не слишком понятно, почему был выбран именно я. – Но почему?

– Потому, – объяснила девушка, – что у всех была хоть какая-то реакция на наши слова и действия.

– Да? И что? – Я сделал вид, что не понял, хотя ответ был очевиден. Он-то дальше и прозвучал.

– У всех, кроме вас, – тихо окончила девушка. И будто про себя добавила на своём родном языке: – Но в тебе совершенно нет внутренней силы, как такое возможно? Это не можешь быть ты. Но тогда кто?

Больше девушки ничего нам не сказали. Нея, указав своей боевой подруге на пустующие стулья, села с ней обратно за стол наёмников.

– Это не он, – прошептала она на ухо сестре, – но он должен быть где-то рядом.

«Ничего не могу сказать, – говорил вид собеседницы, – сам в шоке».

И девушки, будто наконец успокоившись, ещё раз осмотрели нашу группу.

Но для меня весь этот разговор двух девушек стал ещё одним вопросом, который требовал в будущем своего ответа. Ну и, кроме того, я сообразил, что скоро в нашей гильдии появится свой небольшой боевой отряд наёмников, составляющий основной костяк нашей будущей службы безопасности и службы мобильных отрядов патрулирования и охраны. А в довесок к нему нам достанется неразгаданная тайна и две девушки, её олицетворяющие, которые по своим боевым умениям, скорее всего, стоят всех присутствующих в зале магов и воинов.

Увидев, что я наконец остановил свой взгляд на нём, Грон вскинул руку в приветственном жесте. Я ответно махнул ему рукой, жестом дав понять, чтобы он немного подождал. Тот согласно кивнул.

Сделав ещё несколько шагов вниз по лестнице, моему взору открылась и остальная часть общего зала.

«А вот и они», – заметил я ещё одного из наших партнёров.

Уже успели подойти и представители воровской гильдии – Тлок Горбун, Руди и какой-то демон, по всей видимости их бухгалтер Рлог.

«Быстро они его вызвали, коли вчера сомневались, успеет он или нет», – подумал я о них и кивнул им, приветствуя.

С ними за столиком сидела и внучка Горбуна Дария. Ей я сразу махнул рукой в направлении кабинета Длона, думаю, трактирщик, и он же ещё и наш новый партнёр, не будет возражать, если мы снова займём его на некоторое время.

Девушка понимающе кивнула мне в ответ, что-то сказала деду, сидящему рядом с ней, поднялась из-за стола и направилась в сторону двери позади стойки бара.

Проследив за направлением её движения, мой взгляд упёрся в махнувшего мне рукой трактирщика, я согласно кивнул ему и указал глазами на его кабинет. Он лишь пожал плечами, как бы говоря, что он не против, что мы займём его кабинет. Сам же он стал дальше протирать и так уже надраенную до блеска барную стойку.

Продолжая спускаться, я опять перевёл свой взгляд на столик с Горбуном и его подчинёнными, стараясь выделить его телохранителей.

«Вот они, – увидел я их чуть ближе к стене помещения. – Вроде приметные ребята, а если специально не будешь их высматривать, так и не факт, что заметишь».

Как я уже обратил внимание, немного в стороне от Тлока сидели его телохранители во главе со своим командиром Слонгом. Его я также поприветствовал кивком. Он мотнул головой мне в ответ и указал на нас рукой одному из своих подопечных. Тот поднялся и направился к нам. Это был тот самый разговорчивый эльфар, Лекиас.

– Добрый день, – поздоровался он, подойдя ближе. – Я за мальчиком. Шеф считает, что коль вами заданы такие жёсткие временные рамки, то и терять дни не стоит, поэтому заниматься с ним мы начнём уже сегодня, вернее, прямо сейчас.

– Хорошо, – согласился я и, обернувшись, позвал парнишку: – Глеос, тебе пора, – и потрепал его по плечу. – Не подведи там меня. Не ударь в грязь лицом. Пусть эти господа очень постараются выжать из тебя все соки. – И я подтолкнул его к эльфару, который, похоже, на первоначальном этапе и займётся обучением Глеоса.

«Вполне разумное решение, – оценил я подход телохранителя к обучению. – Различий в развитии у них нет, оба эльфары. Так что здесь проблем не должно быть».

– В чём дело, – всполошилась Ралия, удерживая Глеоса за руку, когда он проходил мимо неё, – куда ты его отправляешь?

Мне показалось, что девушка заглянула мне прямо в душу.

– Так надо, – ответил я ей. – Эти господа займутся его обучением. – Я осторожно взял девушку за напряжённую, старающуюся удержать мужчину, беспомощно посмотревшего на меня, руку и тихо объяснил, наклонившись и прошептав ей прямо в ушко: – Это нейтралы вашего отца, те немногие, кто остался жив и предан ему. Они свою жизнь отдадут, чтобы защитить Глеоса. И эта учёба направлена именно на то, чтобы шансов на выживание у него было как можно больше. Мальчик должен уметь защититься сам и в случае надобности защитить свою семью, а лучших инструкторов и учителей для него нам не найти, поверь мне.

– А почему этим не сможешь заняться ты? – тоже тихо спросила она у меня, сразу уловив суть проблемы.

– Потому, – ответил я, – что если его примусь учить я, то он погибнет, даже не закончив обучения.

Девушка вскинулась и поражённо постаралась вглядеться в меня.

– Странно, ты говоришь правду. – И совсем тихо произнесла: – Отец почему-то всегда говорил то же самое. – Вдруг взяв моё лицо в свои ладошки, спросила: – Ты знал нашего отца?

– Нет, – честно признался я.

– Странно, – отозвалась она, почему-то расстроившись, – я была уверена, что ты ответишь «да» или солжёшь. Но ты говоришь абсолютную правду. Ты не мастер Крей, как утверждал мой брат.

– Ему я говорил то же самое, но он не хотел мне верить.

Глеос с печальным выражением лица слушал наш с Ралией разговор.

– Прости, малыш, но я никогда не состоял в гильдии твоего отца и никогда не знал его. И я тебе говорил об этом.

– Но как же тогда?.. – не понимая, протянул он. – Почему вы заботитесь о нас?

Я, взяв его за плечо и развернув к себе лицом, проговорил:

– Ну… может, это всё потому, что вы с сестрой всё время задаёте не те вопросы. – Я посмотрел ему в глаза и, убедившись, что мои слова заставили его задуматься, уже несколько твёрже сказал: – Ладно, иди, тебя уже ждут. – А у эльфара спросил: – Когда вы его приведёте домой?

– Сегодня у нас никаких особых дел нет, поэтому мы хотели бы поработать с ним весь день.

– Хорошо, – кивнул я, – тогда вечером приведите его по этому адресу. – И продиктовал адрес нашей новой резиденции. – Мы будем там.

– Но… – Эльфар хотел что-то сказать, но я остановил его:

– Всё в порядке, это наш дом. Все проблемы, связанные с ним и его прошлым, мы уже решили.

Лекиас удивлённо посмотрел сначала на меня, а потом на остальных магов и уже с некоторым уважением произнёс:

– Тогда вы точно сможете позаботиться об их безопасности. – И, взяв Глеоса за плечо, повернулся и направился к выходу.

По пути он подошёл к столику, за которым сидели телохранители, и что-то сказал их начальнику, кивнув в нашу сторону. Потом он и Глеос покинули таверну.

– Ну ладно, пойдёмте дальше, чего это вы застыли? – обратился я ко всем замершим на лестнице спутникам. – У нас есть еще дела на сегодня. Много дел.

В это время двери таверны открылись, и в зал вошли несколько ледяных эльфаров.

– Ваши ребята? – спросил я у подошедшего ко мне Троя.

– Не знаю, я их никогда не видел.

– Понятно, – кивнул я, – значит, будем исходить из того, что это ещё одно нападение. – И стал готовиться к возможной атаке со стороны потенциального противника.

Но её не последовало. Эльфары профессионально перекрыли входы-выходы из зала, взяли под контроль всех его посетителей, быстренько провели разведку ближайшей доступной им территории гостиницы, при этом не приближаясь к нам и старательно обходя стороной как телохранителей Тлока Горбуна, так и сидящих у лестницы наёмников.

– Точно, это кто-то из ваших, – прокомментировал я увиденное. – Смотри, вон как они выделили из общей массы посетителей потенциально опасные группы нейтралов. При этом разбили всё помещение бара на секторы контроля с перекрытием сразу несколькими агентами смежных областей с наивысшей степенью угрозы.

Агенты Тайной стражи, как я понял, гильдии «Ледяное пламя», успокоились, посчитав помещение полностью оцепленным и контролируемым ими, и один из них вышел из гостиницы. Но отсутствовал не долго. Буквально через несколько мгновений этот эльфар вернулся, однако сейчас он был не один. С ним шёл ректор Академии магии четырёх стихий. Дед Гленаи. Ну и, как теперь без сомнения можно сказать, глава Тайной стражи гильдии «Ледяное пламя». И он направлялся прямо к нам.

Последними в помещение таверны вошли Ломар с дочерью, внуком и племянником в сопровождении ещё одного агента тайной стражи. Это был молодой парнишка, которого, судя по всему, приставили следить за ними.

Получается, охрана Рехора контролировала и перемещение его собственных друзей и знакомых как сейчас по залу, так, видимо, и всё остальное время за его пределами.

Сам же кожевенных дел мастер несколько настороженно смотрел на своё сопровождение, но не выказывал никаких возражений. Похоже, он посчитал их присутствие дополнительной гарантией безопасности как своей собственной, так и своей семьи.

«Интересно, а он знает, откуда взялись эти крепкие подтянутые эльфары с крадущейся походкой и цепким взглядом? И понимает ли, что Рехор мог решить проблему своего друга в какие-то несколько минут? Но почему-то не стал этого делать. Не хотел привлекать к себе внимание? – задумался я над промелькнувшей в моей голове мыслью. – А ведь и правда, почему Рехор не помог своему другу? Но если судить в целом, то вот и определился приоритет тех дел, которыми нам придётся заниматься», – отметил я.

Я отошёл в сторону и дал Гленае возможность увидеть своего деда, идущего к нам.

– Дедушка! – закричала она и со слезами на глазах кинулась к нему навстречу.

«Ты смотри-ка, удивился, – резюмировал я увиденное. – Похоже, своих эльфаров он прихватил на тот случай, если мы сможем сообщить ему сведения о местонахождении его внучки. А вот увидеть её здесь и сейчас он совершенно не ожидал. Это для него сюрприз».

Рехор на мгновение растерянно замер на месте, а потом, распахнув руки, сделал несколько быстрых шагов навстречу внучке и крепко обнял её, слегка приподняв над полом.

– Для старика он неплохо двигается и быстро соображает, – прокомментировал я этот трогательный момент встречи родственников.

Трой удивлённо посмотрел на меня:

– Мастер Рехор даже сейчас является лучшим мечником мира Ролан, несмотря на свой возраст.

– Хм, не знал. – И обратился ко всем остальным: – Пойдёмте дойдём наконец до кабинета, а то мы так никогда и не спустимся с этой чёртовой лестницы.

Сойдя вниз, я направился к кабинету Длона, по дороге махнув рукой Ломару с семьёй, наёмникам, Дарии и её деду.

Но, остановившись у дверей кабинета, я решил туда не идти. Он был слишком мал, чтобы вместить всех нас.

– Длон, – обратился я к хозяину таверны, который как раз проходил мимо меня по каким-то своим делам, – малый зал открыт? – Я указал ему в направлении дверей, куда вчера входил достаточно большой отряд наёмников.

– Пока нет, – ответил тот, – народ начнёт собираться ближе к обеду, с утра в этом нет необходимости.

– Вот и замечательно, – сказал я, – тогда мы переберёмся туда, а то нас несколько больше, чем было в прошлый раз. – И я окинул взглядом немаленькую такую группу нейтралов, постепенно стекающуюся к дверям кабинета хозяина таверны.

– Да, вас значительно больше, чем было вчера, – согласился тот. – Пойдёмте, я открою для вас второй зал. – И, зайдя за барную стойку, он взял связку ключей.

Через несколько минут малый зал в таверне был открыт, и мы оказались внутри его тёмных, оформленных под какой-то каменный зал небольшого замка стен. Это помещение было обустроено более уютно, в некотором домашнем стиле, чем общий зал, так что вести переговоры в нём было вполне комфортно.

Я занял кресло, на котором остановился мой взгляд. Находилось оно у некой разновидности камина. Всегда мечтал посетить подобное заведение с камином, неким стилем под охотничий домик или зал славы древнего замка с развешанными по стенам различными доспехами и оружием, какими-то полотнами и знамёнами. Это привлекло моё внимание и слегка взбудоражило воображение, но, судя по всему, на остальных это всё не произвело впечатления, для них всё это было обычным антуражем. Они в этой романтике рыцарства бултыхались с пелёнок.

Почувствовав прилив восторга от исполнения детской мечты, я не смог удержаться от восхищения, которое произвёл на меня этот миниатюрный боевой зал славы, организованный хозяином таверны. Ведь у нас в мире подобное встретишь разве что в музее или жилище какого-либо коллекционера-олигарха, а здесь – вот оно, всё передо мной.

До этого мы всё больше жили или в комнатах и номерах, мало чем отличающихся от тех, к которым я привык, или в лесу, или в полуразвалившихся остовах зданий и подвалов, так что набраться впечатлений мне особо было неоткуда. И вот она – местная обыденность, привычная для всех, кроме меня.

Поэтому я уселся так, чтобы получше рассмотреть развешанные на стенах экспонаты и, по-видимому, трофеи Длона или его друзей, партнёров и товарищей.

Между тем следом за мной в этот зал стали заходить остальные. Через пару минут помещение было заполнено нейтралами различных рас, расцветок, типов и племён. Все старались чинно рассесться по свободным местам, но всё равно из-за достаточно большого скопления народа галдёж стоял ещё тот.

Однако этот зал будто специально был создан для ведения именно таких переговоров, что для нас вполне подходило. Его размеры позволяли нам всем чувствовать себя достаточно комфортно.

Наконец все приглашённые на наш маленький импровизированный совет успокоились. К этому времени к нам уже присоединились Рехор с Гленаей и тот самый эльфар, который, по всей видимости, являлся кем-то вроде главы личной службы безопасности этого высокопоставленного ректора Академии магии и который ходил за ним, когда все помещение было уже проверено его агентами.

И так получилось, что на текущий момент расстановка сил в этом малом зале для совещаний, которым он временно стал, соответствовала нескольким группам нейтралов, разделившимся по своим жизненным позициям и интересам.

Во-первых, это были мои друзья и Дария. Они сразу как-то обособились ото всех остальных, что и неудивительно, ведь все они теперь члены одной гильдии.

Вторыми были представители гильдии воров – Тлок Горбун, его помощник Руди, их бухгалтер и Слон г, глава их службы безопасности. Они держались настороже из-за столь большого скопления незнакомых нейтралов, но беспокойства не выказывали. То ли были полностью уверены в своей безопасности, то ли решили довериться нам. Но отсаживаться от нас далеко не стали: во-первых, видимо, были согласны на партнёрство, а во-вторых, не последнюю роль играли достаточно близкие родственные связи одного из членов нашей гильдии и главы воровской.

Дальше: Ломар со своей семьёй. Ну, с этими всё понятно. Хоть они и не понимали, что здесь происходит, особенно в связи с последними событиями, связанными для них с личностью Рехора и его реальным статусом в центральных мирах и его магической гильдии, но особого выбора-то у них не было. Они пришли к нам, чтобы дать свой положительный ответ, к тому же их убедила в правильности выбранного решения и встреча ректора со своей внучкой.

«Мы пообещали её найти и сделали это», – подумал я, переводя взгляд с одних на других.

А потом шли эти самые «другие»: Рехор, его подчинённые и Гленая. Они сели явно обособленной, отделившейся от нас группой ледяных эльфаров. Хотя Гленая оказалась вместе с ними лишь потому, что села рядом с дедом. И тут тоже было всё относительно понятно, слишком много у них должно было появиться к нам вопросов и слишком мало они рассчитывали получить на них ответов. И как относиться к этому, пока не могли решить. С этим я и должен был им помочь в будущем. Ведь мне нужна была эта девушка, Гленая, с её способностями. Как только я услышал о её таланте, то понял, как обеспечить стабильность гильдии одного своего партнёра. Но для этого нужно было, чтобы девушка осталась с нами. Охраной обеспечить, я думаю, мы её сможем не хуже, чем у того же Рехора. Я повернулся в сторону пришедших к нам воров. Эти-то не хуже различной тайной канцелярии знают своё дело.

Из всего увиденного меня удивило то, что Трой и Дарин сидели ближе к нам, чем к своим сородичам, что выделило их в отдельную мини-группу, показав их отношение к нам. Как было прекрасно видно, доверяют они нам больше, чем деду девушки. И есть у меня предположение, что, предложи я им задуманный мной вариант, они будут полностью на стороне девушки. А чью сторону в этом случае примет она, я в принципе не сомневался, так как видел её глаза и то, с каким выражением лица она начала что-то обсуждать с Рехором.

Не став пока вмешиваться в их разговор, я перевёл взгляд на следующего присутствующего здесь демона. Ведь к нам присоединился ещё и хозяин гостиницы – в последний момент я позвал для нашего общения и его. Во-первых, его надо с его-то связями в ближайших мирах вводить в ближний круг, а во-вторых, мне нужна реклама, и та компания, которая сейчас собралась в этом зале, неплохо обрисует наши связи и возможности. А я хотел, чтобы он кое-что услышал из того, что здесь будет произнесено.

Последними места за небольшим отдельным столиком, придвинув его чуть поближе к остальным, заняли наёмники. Они пришли в зал всем своим отрядом. Сам Грон, его воины, Селая, Лирас, две девушки, с которыми меня ещё не познакомили, и девушки расы демонов саркал.

Грон и наёмники вели себя вполне спокойно. Только Лирас как-то суетливо посматривал на одну из двух девушек, бывших пленниц, за вторую же слегка переживал один из наёмников челов, хотя девушка была явно из тёмных. Демоница или кто-то к ним очень близкий. Обе девушки были с небольшими магическими способностями, пока не слишком развитыми. Судя по всему, никакого обучения ни та ни другая ещё не проходили.

Ну и две жемчужины, пришедшие вместе с Гроном, воительницы саркал. Я, если честно, пока не знал, что им нужно от нас и что предложить, но терять такие уникальные кадры ни в коем случае не хотел.

Так получилось, что я оказался напротив всех: моё кресло почему-то стояло на отшибе и слишком сильно выделяло меня из всеобщей массы. Поэтому, взяв его, я чуть ли не демонстративно придвинулся ближе, замкнув наш круг. Круг существ, чьи судьбы тем или иным способом переплелись со мной, моими друзьями и судьбой нашей недавно организованной гильдии.

И я очень постараюсь, чтобы этот вроде бы случайно образовавшийся союз только креп и закалялся.

Но для этого мне, нет, вернее, всем нам придётся очень потрудиться.

– Доброе утро, – поздоровался я со всеми. – Вместе нас здесь собрала воля случая и различные частные, даже сугубо личные интересы. Я понимаю, что все мы очень занятые и вечно спешащие куда-то нейтралы и у каждого из нас куча своих дел, поэтому не буду затягивать, постараюсь изложить всё быстро и кратко. – И я вновь оглядел всех присутствующих. – Однако хотя наша столь необычная встреча и явилась для нас, как я сказал, волей случая, но я из тех глупых челов, что привыкли ковать судьбу своими руками и стараться докопаться до первопричины любого события.

– Да? – заинтересовался Рехор, даже не пытаясь сдержать насмешливую улыбку. – И что же могло собрать здесь главу одной из воровских гильдий, – он кивнул в сторону Тлока, – наёмников, о которых уже начали складывать легенду, – указал на Грона и его отряд, – обычного ремесленника, – кивок в направлении Ломара, – какого-то подозрительного торговца, – «Это явно о Длоне», – меня, – тут Рехор даже не стал ничего добавлять, – и одну мало кому известную гильдию? – И он с интересом стал рассматривать меня, ожидая, как я буду выкручиваться из этого положения.

«А неплохо он информирован, – подумал я. – Хотя, что тут удивляться, если передо мной сидит глава Тайной стражи (читай, службы безопасности) одной из самых влиятельных магических гильдий».

Видимо, этот же вопрос мучил не только Рехора, но и всех остальных, так как с не меньшим интересом сейчас на меня смотрели и все остальные, включая моих друзей, наёмников и Длона.

Единственной, кто почему-то не обратил на слова Рехора никакого внимания, была Тея, которая, усмехнувшись, что-то сказала одними губами, посмотрев мне в глаза, при этом как-то хитро подмигнув. Не знаю, умею я читать по губам или это я подслушал её мысли, но фраза, произнесённая девушкой, звучала примерно так:

«Еще один простак старается ухватить слонка голыми руками».

М-да. Второй раз сравнивает меня Тея с этим необычным животным. И что неудивительно, в сети никакого упоминания подобной пословицы и этого живого существа мне найти не удалось. Значит, её соотечественников, кроме неё самой, в этих мирах нет, или, по крайней мере, они тоже не знали об этом животном. Либо называли его каким-то другим именем, либо, как вариант, не знали или не использовали это выражение.

Посмотрев на главу Тайной стражи гильдии «Ледяное пламя», я постарался ответить на его вопрос. И начал объяснение тем событиям, свидетелем которых стал, излагая их в своей интерпретации. У слушающих меня нейтралов не должно возникнуть никаких сомнений в правдивости моих слов о произошедших событиях.

– Вы всё подметили верно, – обратился я к Рехору, – слишком разные интересы у собравшихся здесь, в слишком разных кругах мы все вращаемся, и слишком разнятся те причины, которые вынудили нас оказаться именно здесь и сейчас. Всё верно? – Я посмотрел на деда Гленаи, так как, похоже, именно он будет моим основным оппонентом в этом разговоре.

– Да, – кивнул тот.

Я усмехнулся:

– Ну так вот, – и, уже гораздо жёстче посмотрев на него, так что заставил подобраться не только Рехора, но и его главного телохранителя, заявил: – Знайте: вы не правы.

Не знаю чем, но мои слова понравились Слонгу, который незаметно кивнул Тлоку Горбуну, будто соглашаясь со мной.

Я же, уже не обращая внимания на реакцию окружающих на мои слова, а лишь фиксируя и передавая её на анализ кластеру и ментоинтерфейсу, продолжил:

– Если всмотреться во всё происходящее несколько с иной точки зрения, то все события предстают перед нами в совершенно ином свете. И тогда можно обнаружить одну любопытную, тонкую и не всем заметную, но очень прочную нить. Она протянулась между нами, крепко связала всех в единый узел, собрав здесь и сейчас в этом самом месте. – Я обвёл руками зал, в котором мы находились. И постарался объяснить окружающим меня демонам, эльфарам, моим друзьям и знакомым ту точку зрения, что натолкнула меня на эту идею. Идею, которая должна была переключить всеобщее внимание с нас на такие эфемерные понятия, как «судьба» и «высшие силы». – Пожалуй, начнём с вас. – И я кивнул в сторону Рехора и его внучки. – Ваша причина появления здесь на первый взгляд очевидна, – я в упор посмотрел на его внучку, – она сейчас сидит рядом с вами. Вроде бы с этим всё понятно. Пропала ваша родственница, близкая, возможно самая любимая, и вы, привлекая все силы и возможности, быстро выходите на тех, кто обладает нужными сведениями, и находите нужный вам мир. Всё верно? – обратился я к главному эльфару.

Тот молча прикрыл глаза, подтверждая и так всем понятные вещи.

– Ко всем остальным, – продолжил я, – казалось бы, это не имеет совершенно никакого отношения. Но это не так. Первую ниточку, которая привела нас к тем, кто захватил в плен вашу внучку, нам удалось нащупать именно в этом трактире. Что, соответственно, вводит в наш круг, – и я обвёл глазами сидящих в зале нейтралов, – ещё одну фигуру – владельца этого заведения, – кивок на Длона. – Слишком здешнее место своеобразное и специфичное для этого мира, чтобы обойти его стороной, ведь оно – такой богатый источник полезной информации. И мы со своим предположением оказались правы: во-первых, здесь нам удалось выйти на банду, которая занимается похищением магов, а во-вторых, именно здесь мы вышли на ошейники подавления. – И я кивнул в направлении Гленаи, Троя и Дарина, чьи шеи ещё украшали подобные безделушки.

Рехор, да и остальные удивлённо посмотрели сначала на Длона, а потом на молодых магов.

– А дальше? – спросила Гленая. – При чём тут другие? – Она указала рукой на наёмников, воров и мастеровых.

– Дальше… – протянул я, задумчиво вслед за ней оглядывая присутствующих и обдумывая, кто должен стать нашим следующим фигурантом. – Ну а дальше – наши и ваши друзья, – указываю я на мастера-кожевенника и его семью. – Именно нападение тех бандитов помогло сопоставить сведения о разыскиваемой нами банде и их связи с неизвестной нам магической гильдией. А также разобраться в причинах их нападений и в том, для чего могут понадобиться пленные маги. Сведя вместе все эти факты, можно было точно определить, кто и под чью дудку пляшет. Но самое важное, именно тогда мы смогли понять, кто может нам при необходимости помочь. И где можно добыть недостающую информацию, а именно сведения о месте, где могут держать пленников.

– Да, и что, – с интересом спросил Рехор, – узнали? – Правда, оглянувшись на сидящую рядом с ним девушку, сам себя поправил: – Хотя о чём это я, сам вижу, что узнали. Но от кого? – И он, оглядев присутствующих, сразу выделил господ из воровской гильдии. – Видимо, к этому как-то причастна именно ваша организация? – спросил он Тлока. – Мне приходилось иметь дело с гильдиями вашего профиля, и поэтому в вашей информированности я совершенно не сомневаюсь. Я прав? – обратился он уже ко мне.

– Да, – согласился я, – именно через своих новых компаньонов мы смогли точно установить место постоянной дислокации той банды, что нам была нужна. Именно их сведения помогли нам разыскать место, где держали Гленаю и её друзей.

Рехор задумчиво окинул взглядом всех нас.

– Если бы мы сами не старались сделать то же самое, то я был бы склонен предположить, что именно вы и подстроили всю эту ситуацию.

Я посмотрел на него.

– Но?

– Но мы проверили вас и выяснили, что в этом мире вы появились лишь вчера и никак не можете быть причастны к её исчезновению, – ответил он. – Немного помолчав, уже гораздо тише он продолжил: – Мои эльфары, – Рехор хлопнул по плечу сидящего рядом с ним мужчину, – а также весь аналитический отдел нашей гильдии за те три дня, что мы находимся в этом городе, не смогли ни на метр приблизиться к похищению Гленаи и к той банде, что всё это провернула. Мы не смогли обнаружить даже следов пребывания её в этом мире, ни каких-нибудь слухов, указывающих на её возможное местонахождение или хоть как-то связанных с её похищением. Конечно, кроме тех, что мы и так уже знали. Кто-то разыскивает сильного мага и его отряд, и что в окраинных мирах стали пропадать маги. – И он с несвойственной ему ранее проницательностью во взгляде постарался заглянуть мне в глаза. – И где же готовят таких челов, как ты? Ведь хотя ты всё время и обобщаешь, но я уверен, что мозговым центром операции по освобождению Гленаи был ты. Ты не маг. Но остальные в этом случае подчиняются именно тебе. Мы наблюдали за вами, все ждут одобрения своим действиям именно с твоей стороны. Хотя часто за советом обращаются и к тому, кого ты представил нам как фактического главу своей гильдии. Возможно, если бы дело касалось только магии или какой-то иной деятельности, с ней связанной, то руководство перешло бы к вашему номинальному главе гильдии. Но вот такие скользкие вопросы решаешь именно ты. Так откуда ты? Где готовят таких специалистов, что способны в одиночку заменить собой работу целого аналитического и оперативного подразделений Тайной стражи? Мы подумали бы о том, чтобы нанять или заключить договор о сотрудничестве с этой организацией.

– Не поверите, но я такой один, – улыбнулся я Рехору самой милой и добродушной улыбкой, на которую был способен, – совсем один, понимаете ли.

– Ну, ну, – хитро пробормотал Рехор, – так я тебе и поверил. – И что-то прошептал на ухо своему помощнику, который согласно кивнул.

«А ведь и правда, похоже, не поверили они мне и теперь землю носом рыть будут, стараясь разыскать несуществующую организацию», – мысленно прокомментировал я их перешёптывания.

Но отговаривать их не стал, прекрасно понимая, что этим только ещё крепче заставлю их увериться в обратном.

За всеми этими разговорами проявился ещё один участник нашего небольшого импровизированного совета, и он сам напомнил о себе.

– Баг, – обратился ко мне Грон, капитан отряда наёмников, – я понимаю участие всех вышеперечисленных нейтралов в описанном тобой деле, но при чём тут можем быть мы? Мы никак не связаны с гильдией высокочтимого мага, – наёмник кивнул в сторону Рехора, – или той организацией, которую он представляет. Не имеем никакого отношения и к вашим многоуважаемым компаньонам, – он явно имел в виду воров, – и никак не связаны с семьёй мастера, – поклон в сторону Ломара. – Так что? Как мы оказались завязаны в это дело? – Грон посмотрел на меня.

– А вы ещё не догадались? – спросил я. – Ведь я упоминал о тех двух вещах, которые нам не были известны на момент выхода на подчинённых господина Тлока. Ну так что?

Лирас внезапно встрепенулся. После чего посмотрел на Грона, спрашивая у него разрешения сказать.

Наёмник кивнул магу.

– Так вам вроде нужно было выяснить то место, где держат пленников, и вы его узнали, – сказал молодой маг.

– Правильно, – подтвердил я его слова, – но это только первое, а второе? – Я посмотрел на него.

Лирас слегка закатил глаза к потолку, видимо стараясь в уме восстановить нить разговора, и потом удивлённо сказал:

– А ведь и правда. Было ещё одно. Ты сказал о том, что вы как-то смогли понять, кто вам сможет помочь. Но я тогда, честно говоря, подумал именно о ваших компаньонах. А получается, вы говорили не о них, – резюмировал он и спросил: – Тогда о ком? – И он постарался вглядеться мне в лицо, но, похоже, ответа он так там и не увидел.

Зато Рехор, похоже, что-то понял.

– Тебе нужны были те, кто займётся уничтожением банды и магов, – почти прошептал он, глядя на меня, и потом перевёл взгляд на наёмников. – Но коли они не в курсе этого, то и с освобождением пленников тебе помогли не они. Но если они ни при чём, то какова их связь с этим делом?

Я взглянул на Грона, а потом на Рехора.

– Поверьте, связь есть. Именно через них я вышел на тех людей, которые были мне нужны.

– Людей? – удивился Рехор. – Челов? – И посмотрел на своего помощника, задавая ему немой вопрос.

Тот в ответ лишь отрицательно помотал головой, мол, не знаю, что за люди или челы такие.

Грон сначала и сам удивлённо смотрел на меня, а потом я заметил понимание в его глазах.

– Так ты в курсе? – спросил у меня Грон. – Но откуда?..

– Знакомые в гильдии «Синие драконы» есть не только у тебя, – усмехнувшись, ответил я. – Но тут немного другой случай.

Ведь, если честно, копия отчёта некоего следователя по имени Тарак из этой самой гильдии мне попалась совершенно случайно. И нашёл я её не в сети, как можно было бы подумать, а в одном из тайников, обнаруженных в доме, где держали пленных. Этот документ находился в комнате главного мага, сотрудничающего с бандитами, в его личном сейфе.

Я хотел заранее проверить, не причастна ли гильдия «Синие драконы» к похищениям магов. И как показал анализ, проведённый по тем выжимкам, что нам удалось раздобыть на них в сети, эта гильдия занималась исключительно расследованиями незаконной деятельности магов как в своей собственной структуре, так и во всех остальных гильдиях. И, судя по отзывам и той репутации, что они заслужили за время своего существования, их причастность к этим похищениям была весьма маловероятна. А вот привлечение этой гильдии в расследования аналогичной преступной деятельности было вполне логичным предположением.

Да и сам отчёт был составлен очень грамотно и подробно. Указано множество деталей, включая анализ вероятного нападения на ковен, ликвидацию стражи и магов, а также используемые плетения.

Прочитав этот пункт, я дал этот анализ кластеру для усовершенствования тех меток, что мы прикрепляли к целям. Если кто-то смог их обнаружить, пусть даже и на фоне сильнейшего магического излучения, значит, это сможет сделать и кто-то другой. Поэтому нужно что-то с этим сделать, тем более и кластер, и ментоинтерфейс могут работать со значительно более широким диапазоном излучений, чем разумные живые существа.

Поэтому, найдя в сети необходимое плетение, с помощью которого был обнаружен остаточный след созданных мной меток, Вирт стал искать необходимый диапазон ментоизлучений, которые были невидимы для этого плетения. То же самое он постарался проделать и для всех остальных подобных заклинаний. Параллельно он разрабатывал ментомодель, способную регистрировать любые магические излучения и определять их остаточный след. Нужно это было в связи с нашей будущей деятельностью.

Если мы сможем реализовать подобное плетение в виде некоего артефакта, то наши поисковики-агенты (буду называть их так) смогут самостоятельно исследовать незнакомые местности на предмет наличия магических излучений. Это даст нам не просто преимущество в виде обнаружения магических артефактов, мы сможем работать с более высокоуровневыми плетениями, которые при должной маскировке очень сложно засечь обычными распространёнными среди поисковиков и наёмников идентификационными или поисковыми амулетами.

Но это так, планы на будущее, сейчас же меня интересовал разговор с Гроном и его подчинёнными.

И выходило так, что хотя «Синие драконы» и были достаточно надёжной гильдией, но отчёт следователя-мага по ликвидации ковена каким-то образом всё-таки ушёл на сторону. Из этого можно предположить, что или у них в гильдии есть утечка информации, или кто-то смог проникнуть к ним через сеть. Однако, как я понял, этот отчёт существовал только в материальном виде, так что напрашивается вывод, что у них кто-то сливает информацию на сторону.

Правда, может быть, это не обязательно осознанная потеря важной информации, так как, возможно, данные из этой гильдии ушли через какую-то другую, имеющую прямой доступ к архивам «Синих драконов», но факт есть факт, отчёт попал ко мне в руки.

«Так, а это идея, стоит её проверить», – ушло ещё одно задание кластеру.

Исходя из всего этого, я мог, опираясь уже только на него, а не на своё прямое участие в тех событиях, сообщить наёмникам о том, что знал об их реальном участии в этом деле. Но рассказывать ничего не стал. Лучшим решением в данном случае было сделать так: нужно показать именно бумагу, пусть Грон предупредит своего знакомого о наличии предположительного «крота» в их организации. Тот, судя по всему, что я нашёл и прочёл о нём, неплохой демон, преданный тому делу, которым он занимается уже не одну сотню лет.

Поэтому я залез в сумку и вытащил оттуда несколько листков пергаментной бумаги.

– Посмотри, – протянул я их Грону.

Наёмник несколько минут читал переданные ему документы. По мере прочтения его лоб всё больше хмурился.

– Откуда у тебя это? – спросил он.

– Сорока на хвосте принесла, – ляпнул я.

– Кто? – не понял Грон.

– У меня есть свои источники, – пояснил я, – но суть в том, что я склонен верить тому, что там написано. И, как следствие, я полностью осознаю вашу роль в этом деле.

– И ты всё ещё хочешь работать с нами? – удивился наёмник.

– А что это меняет? – спросил я и указал на бумаги: – Тем более на последней странице отчёта очень хорошо представлена характеристика как твоя, так и всего твоего отряда в целом, включая и твою дочку. Если тот, кто его составил, ходатайствовал о твоём приёме в их гильдию, а он явно не глупый разумный, то ты тем более подойдёшь нам. Это лишь означает, что я в тебе и оценке твоих возможностей не ошибся.

– Понятно, – кивнул Грон.

Все остальные с непониманием следили за нашим разговором. Лишь Лирас, похоже, начал о чём-то догадываться. И потому тихо спросил у Грона:

– Босс, в чём дело?

– На, – передал ему бумаги с отчётом наёмник.

Молодой маг быстро пробежал их глазами, и хотя выражение удивления не сильно отразилось на его лице, но он тоже вопросительно перевёл взгляд на меня.

– Единственное, что я могу вам посоветовать: пусть ваш друг прошерстит своих подчинённых или выйдет на своё руководство. Ведь как-то его отчёт выплыл за пределы гильдии.

Грон, немного подумав, ответил:

– Это вполне разумно. Я передам ему твои слова.

Между тем молодой маг осмотрел меня и сказал:

– Теперь меня не удивляет твоя осведомлённость, но всё ещё остался один вопрос. – И он поднял указательный палец.

– И какой? – спросил я, хотя и так понимал, о чём он хочет спросить.

– Как ты нашёл тех? – Он махнул рукой куда-то себе за спину.

Я в ответ отрицательно покачал головой, но, видя непонимание в глазах его и наёмника, пояснил:

– Нет, их разыскал не я. Я тут практически ни при чём. Они сами вышли на меня. Мне лишь нужно было как-то привлечь их внимание к своей скромной персоне. Что я и постарался сделать.

– И что ты сделал? – не отставал Лирас.

Видимо, сами они до такого простого способа, как выйти на тех, кто помог им с освобождением пленных из лап ковена, не догадались.

– Распустил слух, что мне известно, где находятся те, кто изготавливает подобные украшения, – ответил я, показывая на шею Гленаи, – а дальше дело техники.

– А почему именно ошейники? При чём тут они? Ведь эти два дела никак не связаны? – уточнил Лирас.

– Я решил, что эта информация должна их заинтересовать. В любом случае я ничего не терял.

– Понятно, – кивнул молодой маг и спросил: – А что было дальше?

Вопросов, кроме этого неугомонного эльфара, мне никто не задавал, поэтому я продолжил:

– Эти неизвестные вышли на меня спустя несколько часов. Правда, я так и не видел никого из них. Там, откуда раздавался голос, что общался со мной, никого и ничего не было. Я потом проверил то место, никакого намёка на то, что там есть какой-то потайной ход или некая возможность укрыться от глаз. Так что я склонен предположить, что тут не обошлось без магии.

– И что? – спросил Грон.

– Да ничего. Они попросили показать один из найденных мной ошейников. Так как его у меня с собой не было, я сказал, где его можно найти. Потом через некоторое время они снова связались со мной и спросили, что я хочу за предоставленные сведения. Я назвал свою цену. Они согласились.

– Ну а дальше? – уточнил Лирас.

– Дальше. А дальше я следовал выданным мне инструкциям. В назначенное время подошёл по указанному мной же им адресу и дожидался разрешения, чтобы проникнуть внутрь здания. Потом голос из ниоткуда сообщил, что дом пуст и я могу выполнить то, зачем пришёл сюда. Войдя внутрь, я прошёл по коридору, затем забрал пленников из подвала, даже несколько больше, чем мне было нужно или мы договаривались с неизвестными, и покинул пределы резиденции банды. При этом я ни разу не отклонился от маршрута, так как это было основным их условием. Глупостью было бы не выполнить столь простого условия этих неизвестных, да у меня и мысли не возникло как-то постараться отклониться от выданных мне инструкций, не те это люди, с которыми стоит шутить, как я понимаю. – И, немного помолчав, закончил: – Ну а дальнейшее вам прекрасно известно. Я добрался до темницы, нашёл ту единственную скрытую камеру, о которой меня предупредили заранее и рассказали, как её безопасно для пленников, находящихся внутри её, открыть. После чего вытащил оттуда пленных. Ну а дальше мы с ними оказались здесь, я заказал им два номера, они помылись, позавтракали и теперь мы все вместе общаемся с вами. – И я оглядел разумных демонов, эльфаров, оборотней и прочих, сейчас сидящих за столом. – Вот это и есть все те нити взаимосвязей, которые образовались между нами. Они связали всех нас в единый клубок. Эти самые образовавшиеся между нами тонкие и практически неопределимые нити я и подметил, и о них я вам сейчас рассказал.

Каждый сидел и размышлял о своём, и пока никто никаких вопросов мне не задавал.

«Пусть, – решил я, – время у нас ещё есть, незачем их торопить».

– Я, конечно, не понял и половины, о чём вы тут сейчас говорили с этим наёмником, – произнёс Рехор, – но меня в твоём рассказе заинтересовало другое. Почему ты этих самых неизвестных, о которых нам много рассказывал, причислил к людям?

– Ну… – протянул я, – просто, когда этот неизвестный общался со мной, он, похоже, говорил и ещё с кем-то. Вернее, я даже уверен в этом. Так как он спросил, хватит ли им людей, чтобы провести эту операцию? Большего он не говорил. Но мне почему-то запомнилось именно слово «люди».

– Ты знаешь, что людьми называли себя предки челов? – спросил он.

– Нет, не знал, – ответил я.

И это была чистая правда, так как никакой информации на эту тему мне пока не попадалось, а специально я её не искал.

– Мне не известно ни одной гильдии, состоящей исключительно из челов или именующей своих членов людьми, – тихо проговорил ректор академии.

– Ну, всё может быть, – пожал я плечами.

Он же посмотрел на меня, как на круглого балбеса, и вздохнул:

– Не всё. – Немного помолчав, продолжил: – Ты, наверное, не знаешь, что хоть челы и могут быть одинаково сильны в любом направлении магии, но на самом деле они универсалы, и отсюда следует ряд ограничений. Да, они могут одинаково хорошо развить несколько магических направлений, но никогда не станут мастерами ни в одном из них. Практически все маги расы челов посредственные или средние, особенно если их сравнивать с узкоспециализированными мастерами, которые получаются из представителей других рас. И наиболее ярко эта разница выражена в сравнении с представителями таких сугубо магических рас, как демоны, эльфары, ангелы и прочие. Все эти расы по сравнению с челами имеют огромнейшее преимущество, они могут работать с гораздо большими объёмами магической энергии, чем простые маги челов. Плюс множество дополнительных преимуществ, связанных с однонаправленным, но при этом более качественным развитием. Регенерация магической энергии, большие размеры внутреннего накопителя и многое другое. Именно поэтому среди челов практически не встречается магистров и архимагов. И именно поэтому создать магическую гильдию, состоящую исключительно из одарённых челов, практически нереально. Подобная гильдия будет очень неконкурентоспособна. Её раздавят на первом же смотре достижений и при состязаниях гильдий, где она должна будет подтвердить мастерство и умения своих членов. Но не это самое главное. Именование «люди» в отношении своей гильдии или её деятельности запрещено, так как уставом нейтральных миров оно закреплено за всеми жителями этих самых нейтральных миров. И хотя мы часто называем себя «нейтралами», это лишь самоназвание, во всех официальных документах жители нейтральных миров фигурируют под словом «люди».

– Интересно, – пробормотал я.

Моя выдуманная гильдия стала приобретать какие-то титанические размеры и таинственность.

– Получается, это жители нейтральных миров сами же и помогли нам?

– Скорее всего, нет, – задумчиво откликнулся ректор, – тут возможен и ещё один вариант, о котором ты в силу своей молодости можешь не знать. – Он посмотрел на меня. – Людьми могут назвать своих подчинённых ещё и те, кто привык произносить подобные слова по отношению к ним довольно часто. – И Рехор сосредоточенно задумался.

– И?.. – напомнил я о себе, так как мне тоже было интересно, кто это может быть.

– Это главы самых сильных гильдий, и их не так уж и много, – все ещё в задумчивости добавил он, а потом сказал: – Ну да ладно, это уже полностью мой вопрос, постараюсь разобраться с ним по своим каналам.

«Угу, интересно, как это у него получится? – задался я вопросом. – Особенно если учесть, что все это плод моего воображения».

На этом, как я понял, разговор о том, каким образом здесь оказалась Гленая и остальные пленники, можно было считать законченным, большего я рассказывать не собирался, а то основное, что я хотел сказать, было уже произнесено и узнано остальными.

Глава 7

Между тем ректор академии, приняв для себя какое-то решение, вернулся к нашему уже давно ушедшему в сторону разговору.

– Баг. Мы поняли то, что ты нам хотел сказать. Все мы связаны, сейчас нет случайных нейтралов. И потому я уверен, что весь этот разговор затеян тобой не просто так. Я смог достаточно хорошо убедиться в твоей деловой хватке. И потому ответь мне на вопрос: что ещё ты хотел нам всем предложить?

– Не я, – поправил я Рехора, – а наша гильдия. Но вы правы, к каждому из вас у нас есть своё предложение.

Я посмотрел на находящихся в этом зале разумных.

Вот теперь-то и подошла самая интересная часть нашей беседы. Торги и переговоры.

– Начну я, как и в прошлый раз, с вас и вашей внучки, – обратился я к ректору академии.

– Хорошо, – согласился он.

– Вернёмся к нашему с вами договору. Как я понимаю, свою часть заключённого между нами соглашения мы выполнили. И даже, можно сказать, несколько перевыполнили. Вы согласны? – уточнил я у ректора, глазами указывая на сидящую рядом с ним девушку.

Его внучка, да и остальные посмотрели на меня с удивлением, и Рехор пояснил:

– Баг обещал помочь мне в поисках моей внучки, и, как мы видим, своё слово он сдержал. А потому и я гарантирую вам выполнение своей части сделки.

– Хорошо, – кивнул я и вытащил подготовленные ещё вчера договоры.

– О как? – удивился Рехор. – Ты и к этому успел подготовиться?

– Ну, – пожал я плечами, – не стоит давать обещаний, которые не собираешься выполнять. А если уж дал, то нужно сделать всё, чтобы довести начатое дело до конца. И коли мы заключили с вами договор, то нужно было исходить из того, что свою часть сделки мы выполним. Поэтому и готовая его копия.

Поднявшись, я подошёл к Рехору положил перед ним на стол два свёрнутых пергамента.

– Ознакомьтесь, пожалуйста, и, если вас всё устраивает в условиях, вписанных в договор, давайте завершим эту нашу часть сделки.

Дед Гленаи кивнул и, взяв в руки один из свитков, быстро пробежался по нему глазами.

– Насколько я помню, – медленно произнёс он, – мы договаривались не только об учёбе (будь она очной или заочной) магов внутреннего круга вашей гильдии «Мастера лута» в моей Академии магии четырёх стихий и партнёрском договоре между нашими гильдиями, гильдией «Мастера лута» и гильдией «Ледяное пламя».

Помощник Рехора удивлённо посмотрел на своего начальника. Видимо, заключение партнёрского договора было достаточно редким явлением для их гильдии, но это не мои проблемы.

Ректор же продолжал:

– Но к тому же мы говорили и о вашем денежном вознаграждении за участие в этом деле. А этого пункта в договоре я почему-то не вижу. Я всегда плачу по своим счетам. Так что настаиваю на его внесении в договор, – глядя мне в глаза, произнёс Рехор.

Я немного подумал, а потом ответил:

– То, что вписано, полностью устраивает нашу гильдию. Но если вы настаиваете, мы не будем возражать против этого денежного поступления. Было бы большой глупостью отказаться от него.

Я взял свиток и его копию.

Кластер нашёл в сети стандартную форму финансовых обязательств. Я её включил в договор. Добавил туда наш общий гильдейский банковский счёт. И буквально через пару секунд вернул документы обратно на стол.

– Всё, дополнительный пункт внесён в договор в соответствии с озвученными вами ранее условиями.

Рехор повторно просмотрел документ и удовлетворённо кивнул:

– Теперь всё в порядке. – И подписал его.

После чего взял копию договора, подмахнул её и передал своему помощнику.

Тот, в отличие от начальника, с любопытством просмотрел документ, удивлённо перевёл взгляд на нас и как-то подозрительно постарался вглядеться в моё лицо. Но, не найдя там ничего особенного, что хотел найти, свернул договор и убрал его в сумку у себя на поясе.

«Распространены тут у них „сумки путешественника”», – констатировал я, глядя на неё, а потом осмотрел всех остальных.

Как оказалось, сумка путешественника в различной её вариации присутствовала почти у всех, ну, если не считать бывших пленных магов или Ралии.

У Рехора и, как это ни странно, Горбуна они были несколько более качественные и необычные, чем у других. Для ректора академии магии это было в общем-то неудивительно, но вот откуда мог взять Горбун сумку, как две капли воды похожую на ту, что висела на моём плече, мне было очень интересно.

Проглядев объявления о продаже подобных артефактов в сети, я пришёл к выводу, что эта ниша практически никем не занята. Магов-пространственников, как называли тех, кто занимался пространственными изменениями и работой с реальностью, было не так и много, а именно они занимались изготовлением подобных сумок. И данные экспонаты массово, в упрощённом и распространённом в большинстве случаев варианте, производились только несколькими гильдиями, находящимися в центральных мирах.

А вот действительно стоящие магические предметы изготавливались лишь несколькими мастерами, одним из которых был, кстати, родной старший брат Гленаи, преподававший магию подпространств в академии их деда.

Пока я размышлял над этим, кластер передал, что поступил запрос на перечисление средств на наш счёт, а помощник Рехора как раз сообщил:

– Деньги на счёт, указанный в договоре, переведены. Подтвердите получение.

Я через кластер проверил перевод и, убедившись в поступлении оговорённой суммы кредитов, мысленно передал Лениавесу, чтобы тот сказал об этом.

– Да, деньги получены, – произнёс тот вслух.

Так данная часть сделки была завершена.

– Спасибо за оперативность, – поблагодарил я Рехора, – они нам пригодятся.

– Ты знаешь, что это лишь малая часть того, что я готов для вас сделать. – И он кивнул в сторону своего помощника. – Что касается обучения и договора партнёрства, то бумаги мы сможем подготовить за пару дней, после чего я зарегистрирую их, копию оставлю себе, а с курьером передам вам оригинал.

– Это не к спеху, – махнул я рукой, – мы можем и подождать.

– Вы, может, и можете, – возразил пожилой эльфар, – но, как я говорил, я всегда плачу по своим счетам. Так что через пару дней всё будет сделано.

– Хорошо, – согласился я и замолчал, раздумывая, как приступить к следующей части нашего с ними разговора.

И нужно как-то начинать, пока Рехор и его внучка не ушли. А они со своими нейтралами, по всей видимости, уже собираются покинуть наше общество, так как делать ему здесь больше нечего. Те вопросы, что нужно было решить, уже были решены, те ответы, что нужно было получить, хотя бы частично, получены. Дела, которые нужно было завершить, закончены. И самое главное – Гленая сейчас вне опасности.

Но Рехор понимает, что это не надолго. Привязать её к своей резиденции или академии он не сможет и под постоянный колпак не посадит, и сама она на одном месте, даже несмотря на то, что с ней произошло, сидеть не будет. А поэтому…

– Господа, – обратился я к Рехору, Гленае и его подчинённым, магам и помощнику, – не задержитесь ли ещё на пару минут?

Ректор вопросительно посмотрел на меня.

– У меня к вам есть одно предложение, вернее, оно не одно. В общем, из разговора вы всё поймёте.

Рехор хитро улыбнулся и спросил:

– У тебя всегда есть что предложить? Любишь, чтобы последнее слово всегда оставалось за тобой?

– Не всегда, – улыбнувшись в ответ, произнёс я и тихо добавил: – Далеко не всегда. Но сейчас как раз тот случай, когда мне есть что сказать. – И, немного помолчав, сказал, посмотрев в лицо Рехору: – Вы думали о том, что будете делать потом? Как поступить, когда всё это закончится?

Ректор с недоумением взглянул на меня.

– О чём ты, Баг?

Я не стал ходить вокруг да около и прямо спросил:

– Что вы решите по отношению к Гленае? Каковы ваши планы на её счёт? Ведь той свободы, которой она так старалась добиться, теперь у неё явно не будет, верно?

Девушка поражённо посмотрела на меня, а потом перевела свои расширившиеся глаза на Рехора.

– Дедушка, о чём он говорит? – Она указала на меня. – Я не понимаю.

Ректор и глава службы безопасности одной из самых сильных и влиятельных магических гильдий центральных миров впервые за всё время моего, хоть и не такого долгого знакомства с ним смущённо отвёл глаза в сторону, при этом стараясь не смотреть на девушку. Но потом, всё-таки набравшись решимости – не тот он был эльфар, чтобы избегать правды или заблуждаться самому и обманывать себя и других, – посмотрел своей внучке прямо в глаза и ответил:

– Он прав. Мы не можем больше рисковать как твоей свободой, так и твоей жизнью. Поэтому тебе придётся подыскать занятие или в резиденции нашей гильдии, или на территории академии.

– Но как? – прошептала девушка. – Почему? Я не хочу. Это же всё те же ограничения и контроль каждого моего шага. Неужели всё из-за произошедшего? Но такое могло случиться со мной и в любом другом месте. Даже таком охраняемом, как территория нашей гильдии. – И Гленая непроизвольно сделала несколько шагов в сторону от деда.

«И ведь она права, – подумал я, – нападения на Гленаю совершали и на территории академии, так что и там они не смогли обеспечить ей должного уровня защиты, ведь однажды они чуть не проворонили очередную атаку на неё неизвестных противников».

Пока я думал над словами девушки, ей ответил Рехор.

– Пойми, – постарался объяснить он, – ты слишком уязвима, находясь вдали от нас и от дома. И никакая отдельная группа сопровождения не справится с задачей обеспечения твоей безопасности, это наглядно показали последние произошедшие события. – И Рехор махнул рукой себе за спину. – Ты это должна прекрасно понимать. – Ректор посмотрел на внучку. – Ты дочь своего отца и давно уже несёшь ответственность не только за себя и свои решения. Ты меня слышишь?

Но девушка, казалось, ушла в себя. До неё сейчас сложно было достучаться. Ведь в мгновение ока рушились все её мечты, все надежды, все планы на будущее. Она опять лишилась того, к чему, видимо, стремилась и так долго шла. Она сейчас могла потерять ту мнимую свободу, которая у неё якобы была, свободу самостоятельно принимать решения без контроля со стороны родни.

– Я понимаю, – наконец очень тихо, понурив голову, ответила девушка и явно собралась уйти.

Но я-то не просто так задавал свои вопросы, чтобы вот так взять и отпустить её, а потому сказал:

– Гленая, присядь, пожалуйста. Мне кажется, у меня есть решение, которое смогло бы устроить и тебя, и твою родню. Выслушаете? – обратился я уже и к ней, и к Рехору.

Девушка с надеждой вгляделась в моё лицо и, видимо, что-то смогла там рассмотреть, так как, развернувшись, села обратно на своё место.

– Так что ты хотел бы нам предложить? – спросил Ре-хор, проследив за реакцией Гленаи.

Я задумался. Сейчас в этом зале присутствовало слишком много нейтралов, которым наш разговор слышать было не обязательно, поэтому следовало бы сначала закончить наши дела с ними. То, что нужно, они уже и так услышали, а то, о чём должен пойти сейчас разговор, их не касается, по крайней мере напрямую.

– Давайте так, – обратился я к Рехору, Гленае и другим членам гильдии «Ледяное пламя», – наш разговор касается исключительно дел нашей гильдии, поэтому я хотел бы отложить его на некоторое время, а сейчас нам нужно разобраться с текущими вопросами. А вот потом мы будем готовы вернуться к нашему с вами вопросу. Это не займёт много времени. Подождёте?

– Хорошо, – согласился Рехор и, поднимаясь со своего кресла, предупредил: – Мы будем в общем зале.

– Спасибо, – поблагодарил я.

Ректор академии, его нейтралы и Гленая вышли из малого зала и закрыли за собой дверь.

* * *

Посмотрев им вслед, я обернулся к оставшимся в зале людям (оказывается, их можно называть и так) и сказал:

– Займёмся теперь нашими с вами делами. – И, в который раз всех оглядев, остановил свой взгляд на владельце таверны. – Длон, начнём мы, пожалуй, с нашей с тобой договорённости. Знакомься, – я указал на Дарию, – это наш оценщик. Покажи ей свой товар, подготовленный к продаже, и она согласует с тобой его закупочную стоимость. После этого снова подходите сюда, и мы заключим договор на его приобретение. В него впишем и обговоренную вами сумму. Устраивает? – уточнил я у него.

– Конечно, – согласился Длон.

– Хорошо, – кивнул я, – тогда так: Дария, по предварительной оценке стоимость товара примерно триста тысяч кредитов.

Услышав названную сумму, девушка удивлённо посмотрела на меня, а потом неуверенно спросила:

– Простите, вы действительно хотите доверить мне работу с таким большим товарооборотом? Я ведь никогда не работала с крупными партиями.

– Знаешь, начинать с чего-то всё равно нужно. Или ты думаешь, что мы пригласили тебя вступить в нашу гильдию лишь за твои красивые глазки, хотя они такие и есть, или из-за твоего деда? Нет, – пояснил я ей, – мы увидели в тебе потенциал и дали тебе шанс. Осталось лишь его реализовать. Так что не подведи нас. Хорошо?

Дария поражённо смотрела на меня. Похоже, до неё только сейчас стало доходить, что всё это не шутка и не розыгрыш, а реальная жизнь и ей придётся очень постараться, чтобы доказать нам свою полезность.

– Я поняла, – медленно кивнула она мне и тихо добавила: – Я не подведу вас. – Дария прикрыла глаза, сделала глубокий вздох, а потом, открыв их, уже собранно и серьёзно посмотрела на меня: – Будут ещё какие-то распоряжения?

Было необычно наблюдать, как девушка, незаметно мобилизовавшись, перешла на совершенно деловой тон.

– Да, – ответил я. – Оценку производим по материалу изготовления приобретаемого товара. Цену брать среднюю по нашему или соседним мирам, чтобы не обижать нашего хозяина, но и перегибать палку в сторону завышения цены товара не нужно. – И на секунду задумался. – Такой критерий оценки стоимости товара подходит? – резко спросил я у обоих.

– Да, – кивнула девушка, что-то конспектируя в небольшой записной книжке.

– Да, – не стал возражать Длон, хотя по его глазам было видно, что названные мной условия более реалистичны, чем брал в расчёт он, когда оценивал стоимость первой партии товара.

– Ну и замечательно. Тогда дальше, – перешёл я к следующему пункту, – по тем остаткам, что «потеряли» своего хозяина. – И я вопросительно посмотрел на трактирщика. – Можешь конкретизировать имеющийся у тебя в наличии объём товара? Хотя бы по его прайсовой стоимости, указанной в тех сертификатах, что есть у тебя в наличии?

– Да, – тут же ответил тот, – я вчера просмотрел все имеющиеся у меня на руках документы. Общая стоимость партии составляет шестьсот тысяч.

– Хорошо, – кивнул я. – Дария, проверишь документацию, если с ней всё в порядке, то выплатишь Длону тридцать процентов указанной стоимости.

Дария удивлённо посмотрела на меня.

– Доступ к общему счёту гильдии тебе предоставлен, – сообщил я ей. Правда, предварительно проверив, выполнил ли это кластер.

Эти слова поразили девушку ещё больше. Слишком много доверия ей было оказано. И она это прекрасно осознавала. Но уже вполне держала себя в руках. Всё-таки дед её неплохо подготовил. Тем более это никак не могло повлиять на моё решение. Ведь всё уже было сделано, и откатывать назад принятые решения не имело смысла.

Так получалось, что сейчас, по сути, эта девушка по своему финансовому статусу является третьим по рангу бухгалтером в нашей гильдии, после меня и Лениавеса. Так что это вполне оправданный и закономерный шаг с нашей стороны. А в том, что он правильный, я совершенно не сомневался, интуиция в этом отношении давно говорила мне, что я двигаюсь в верном направлении.

– Дальше, – не останавливаясь, я перешёл к следующему пункту нашего устного договора с трактирщиком, – по контактам с твоими «друзьями». – Я вновь повернулся к Длону. – У тебя есть те, кто согласен сотрудничать с нами?

– Да, – сразу подтвердил он. И немного замялся. – Но они хотят посмотреть, как вы работаете, – пожал трактирщик плечами, – а поэтому ждут результатов первых ваших со мной сделок. – После чего мотнул головой на сидящую в кресле Дарию. – Они хотят посмотреть на работу вашего оценщика.

– Чего? – Я, если честно, не понял, что это за странное требование, ведь вроде как все сделки всё равно пойдут через Длона.

«Или я чего-то не понимаю?» – задумался я.

Но, похоже, Дарию оно совершенно не смутило, и она кивнула в ответ Длону:

– Справедливое требование, я согласна.

– О чём он? – тихо спросил я у девушки.

– Никто не хочет быть обманутым, – так же тихо пояснила она мне суть этой просьбы, – и если они убедятся в правильности моей оценки товара Длона, то без дополнительных вопросов будут работать с нами. На жаргоне оценщиков это называется «приценка», когда новый поставщик товара со своим оценщиком приглядывается к работе оценщика, работающего на партнёра-покупателя. Ведь всё дальнейшее общение в большинстве случаев будет зависеть от работы оценщика и сведётся к контактам именно с ним.

– Понятно, – кивнул я на разъяснение девушки.

Ну, если она не против такого испытания, то и я возражать не буду, вот только…

– Сколько твоих друзей изъявило желание сотрудничать с нами? – уточнил я у трактирщика.

– Только четверо. Это самые надёжные. Они владельцы подобных моему трактиру заведений из соседних миров, – ответил Длон.

«Хм, смотри-ка, это уже неплохо, – рассудил я. – Вот только такое их количество сильно засветит нас перед всеми остальными, чего мне пока делать не хотелось бы. Нужно что-то придумать, чтобы не вести с ними дела напрямую. Нужен посредник».

Ну а коль он нужен, то мы его подберём. Да и кандидат у нас на эту должность вырисовывается вполне приличный.

Между тем трактирщик продолжил:

– Пока я решил привлечь только тех, в ком могу быть полностью уверен. Но тех, кто проявит интерес к нашей деятельности, в будущем может быть и больше. – Ну что я говорил! – Ведь надёжные друзья и знакомые есть не только у меня, но и у тех, кто пришёл сегодня. А если говорить о совместном ведении дел и ваших условиях, то я обрисовал им общую схему работы.

«В общем, чего я и опасался. Наши условия привлекут многих. Магические гильдии слишком зарвались в своих стремлениях подмять под себя весь рынок магических услуг и товаров, а потому подобный неликвидный товар, исходя из слов Длона, есть у многих. – Я задумался. – Нам невыгодно так светить свою деятельность. Со временем мы, конечно, сможем наладить и каналы поставки, и разрозненные точки сбыта, но это потребует определённого времени. А до тех пор нужно избежать пристального внимания к нашей гильдии и её деятельности. Да и безопасность играет немаловажную роль. В том, что маги могут вести грязную игру, мы уже имели возможность убедиться на примере Гленаи и её группы. Так что нужно искать выход». И я внимательно оглядел Длона.

Он от моего пронзительного взгляда поёжился и с опаской спросил:

– Что-то не так?

– Нет, всё так, – ответил я ему, но на этом наш разговор не закончился, а потому я продолжил: – Знаешь, я не жадный чел, и для меня больше важны надёжность и доверие. Это ведь правильно? – спросил я у трактирщика, оценивая его реакцию.

Тот с ещё большим подозрением посмотрел на меня и осторожно кивнул:

– Да.

– Хорошо, я рад, что в этом наши с тобой точки зрения совпали, – сказал я. – Как я уже говорил, наша гильдия создана совершенно для других целей, а потому я предлагаю тебе несколько другую роль в наших с тобой взаимоотношениях.

– И что же вы хотите мне предложить? – спросил Длон.

– Роль нашего официального партнёра, посредника и дилера, – ответил я.

– Это как? – удивился Длон.

– Всё просто, – пояснил я. – Сейчас, выслушав тебя, я понял, что сегодня ты пригласил только людей из своей гильдии, владельцев факторий, подобных твоей. Верно?

– Да, – подтвердил мои догадки трактирщик, – это мои друзья-демоны, состоящие в гильдии «Нейтральные торговцы» и предоставляющие услугу зон свободной торговли в соседних с нами мирах.

– Хорошо, я так и подумал. Но ведь это не все, с кем ты хотел нас свести, есть ещё и другие поставщики магического товара. Ты понимаешь, о ком я говорю?

– Да, понимаю, – медленно произнёс Длон.

– Отлично. Кроме того, как ты и говорил, есть ещё друзья твоих друзей. И эта цепочка может очень далеко растянуться, а нашу гильдию это не слишком устраивает по определённым причинам.

Сидевший недалеко от меня телохранитель Тлога Горбуна одобрительно посмотрел на меня.

Я же продолжил свой разговор с Длоном.

– И, по сути, при привлечении всех этих нейтралов для работы с нами ты можешь получить стандартный посреднический гонорар в пределах пятнадцати процентов от закупочной стоимости их товара. Верно?

– Да, – всё так же односложно ответил трактирщик.

Он всё ещё не понимал, к чему я клоню, и поэтому предпочёл выслушать меня до конца.

– Так вот, я предлагаю тебе отступить от этого правила и отказаться от посреднического процента.

Когда я закончил говорить, глаза трактирщика были возмущённо расширены, да и остальные, если честно, смотрели на меня как на умалишённого, но я таким не был, а потому продолжил своё предложение, не дав никому возможности меня остановить.

– Дослушай, – жёстко сказал я, взглядом унимая уже собравшегося возмутиться Длона, – ты не ослышался. Тебе придётся отказаться от посреднического процента, выплачиваемого тебе поставщиками товара. Да, это повысит их прибыль как минимум на пятнадцать процентов при любом раскладе. Но это ещё не всё. Твоя доля будет выплачиваться тебе не из закупочной стоимости товара. Твой процент будет формироваться от продажной стоимости приобретаемого у этих поставщиков товара. И мы готовы предложить тебе… – я быстро прикинул в уме примерный доход от подобных сделок, – пять процентов.

– Всего? – разочарованно произнёс трактирщик.

Зато бухгалтер воровской гильдии оказался тёртым калачом и сразу понял суть предложения, изложенного мной.

– Мы согласны работать на этих условиях, – сразу отозвался он, вклиниваясь в наш разговор. – Мне при подготовке к нашей сегодняшней встрече передали, что у нас с вами есть несколько подобных договорённостей. Так что мы готовы принять подобные условия для их исполнения. – При этом он не обратил внимания на возмущённое шипение Тлога и удивлённый взгляд Руди.

– При чём тут мы? – спросил у счетовода Горбун. – Он же говорит с ним, – кивнул на Длона.

– Потом объясню, – на знакомом наречии ответил тому бухгалтер воровской гильдии. – Эти условия намного выгоднее.

– А… – протянул Тлог, успокаиваясь.

Странный разговор заинтересовал и Длона, хоть он совершенно не понимал, о чём он, но догадывался, что без особой на то причины этот пожилой демон не стал бы вмешиваться в наш диалог. А потому трактирщик уже более вдумчиво постарался рассмотреть моё предложение и буквально через несколько секунд до него дошло:

– Так, если брать даже минимальную стоимость продажи магических артефактов, пять процентов – это больше тех жалких пятнадцати от закупочной стоимости.

– В некоторых случаях гораздо, – последнее слово я выделил голосом, – гораздо больше.

– Но почему? – подозрительно спросил он.

– Пока нам не нужна особая популярность, – честно ответил я, – а за минимальную анонимность сделок приходится платить. И лучшего кандидата, чем ты, нам на эту должность не найти. Но тебе придётся подписать с нами договор о нераспространении информации и подкрепить его клятвой о неразглашении. Просто так ничего не приходит в руки.

Мои последние слова заставили Длона задуматься. Но размышлял он недолго.

– Я согласен, – выдохнул он.

– Хорошо, – ответил я ему, вытягивая из сумки подготовленные Виртом договоры. – На посмотри, будут возражения или какие-то дополнительные условия, озвучивай. Но мы постарались учесть все возможные требования и варианты.

Трактирщик тщательно изучил переданный ему вариант документа о сотрудничестве.

– Всё в порядке, – сказал он и, больше не раздумывая, подписал оба экземпляра договора.

Я с нашей стороны также подписал их и передал одну из копий ему, а вторую убрал в сумку.

– Поздравляю, – произнёс я, – теперь ты наш официальный представитель среди своей братии и остальных своих друзей. Теперь весь трафик их товара будет идти в нашу гильдию только через тебя и Дарию. Она, по сути, наши глаза, а ты – наши загребущие руки в этом деле. Так что не подведите нас. – И я посмотрел сначала на Длона, а потом на девушку.

– Мы поняли тебя, – за обоих ответил трактирщик.

Дария лишь кивнула мне в ответ, показывая, что она полностью согласна с моей просьбой.

– Хорошо, – ещё раз произнёс я. – Остался последний, немаловажный вопрос. Это обеспечение вашей с Дарией безопасности. – Заметив удивление и возмущение на лице Длона, сказал: – Последние события показали, что это очень актуальная проблема для этого и других окраинных миров, а работать вам придётся не только здесь. И проблему следует решить уже сейчас. Тем более дед Дарии голову с меня снимет, если с ней что-то случится. Так что нужно обдумать и этот аспект вашей деятельности.

– Да что тут обговаривать, – возмущённо проговорил Длон, – я вполне смогу постоять за себя и прикрыть эту девочку. Никто и на шаг не приблизится к ней.

Снисходительная улыбка так и не сходила с лица Слонга.

– А вон глава службы безопасности её деда как-то не очень уверен в этом, – кивнул я в сторону телохранителя.

Слоит посмотрел на меня и, убедившись, что я не против его речи, начал говорить.

– Ты хороший боец, – произнёс он, глядя на Длона, и, улыбнувшись, добавил: – был, лет так семьдесят назад. А сейчас ты уже основательно растерял свою форму. Нет, кое-какие навыки навсегда останутся при тебе, – непонятно на что намекнул Слонг. Видимо, это он говорил о той странной способности Длона оставаться незамеченным. – Но при обеспечении её безопасности, – кивнул он в сторону Дарии, – или прямом боестолкновении они тебе вряд ли помогут. Поэтому я согласен с Багом. Вам нужна постоянная группа сопровождения. Три-четыре нейтрала, чтобы продержаться до подхода основных сил.

– Каких основных сил? – спросил Длон и обвёл сидящих рукой. – Кого?

– К примеру, нас, – ответил Слонг, – меня и моих бойцов, их, – кивнул он в сторону девушек-наёмниц расы саркал, – их, – кивок на Трона и его наёмников, – господ магов, – поклон Лениавесу и девочкам, – или если будет совсем плохо, то его, – с усмешкой указывает на меня. – Немного помолчав, телохранитель уже вполне серьёзно говорит, обращаясь ко всем присутствующим: – Вы ещё не поняли, – он обводит рукой как гильдейцев, так и владельца таверны, – мы все теперь часть их гильдии, – указывает он на нас и, посмотрев на меня, веско добавляет: – Так что поверьте, помощь будет, обязательно будет.

«Как-то слишком он в нас уверен, – подумал я, посмотрев на Слонга, – вернее, во мне, но он прав, никого из тех, кого я буду считать своими, я без поддержки не оставлю. Видимо, всё-таки Слонг не поверил мне и всё ещё считает кем-то принадлежащим к их бывшей гильдии, только старающимся скрыть это. Только почему? Ведь он точно знает, что я не тот друг главы их гильдии, я это чувствую. Но что-то он всё равно недоговаривает. Присматривается к чему-то. Непонятно».

И я задумчиво окинул взглядом заканчивающего говорить телохранителя, который сейчас будто обращался к своему нынешнему начальнику и Длону.

– Но до неё нужно ещё дожить. А потому и собственная безопасность важна для всех. – Он замолчал, что-то обдумывая.

Я же, чтобы закрепить сказанное им, подхватил его речь и продолжил уже от своего имени.

– Да, – подтвердил я слова телохранителя, – Слонг всё очень хорошо и доступно изложил. Поэтому нужно решить вопрос с обеспечением вашей безопасности на время приёмки товара и путешествия по другим мирам. – И оглядел сидящих. – Хорошо, Длон, – обратился я к трактирщику, – как только мы решим вопрос с обеспечением вашей с Дарией безопасности во время приёмки и оценки товара, то я отправлю её к тебе, и можете приступать к работе. А пока не буду тебя больше задерживать. Обещаю не затягивать. Скоро она подойдёт к тебе.

– Понял, – не стал настаивать на своём дальнейшем присутствии на нашем совете трактирщик и, поднявшись, вышел из зала.

«С этой частью переговоров мы практически закончили, – подумал я, – Осталась самая малость, но и её нужно решить».

Мой взгляд непроизвольно остановился на стройной демонессе, дочери мастера-кожевенника.

«Вот как раз то, что мне нужно», – подумал я, глядя на эту девушку-воительницу, которую и готовили как высококлассного телохранителя для правительницы одной из империй в тёмных мирах.

– Мастер Ломар, как я понимаю, все вопросы относительно вступления вашей дочери в нашу гильдию уже решены? – спросил я у мастера-кожевенника, хотя мои мысли сейчас занимала исключительно Длая.

Кажется, первого кандидата в группу сопровождения для Дарии я уже подобрал.

– Да, – ответил Ломар, – мы до прихода сюда зашли в регистрационную палату, и я всё переписал на Длаю, – пожилой демон посмотрел на дочь, – там же мы заключили с ней договор о бессрочной аренде мастерской на предложенных тобой условиях. – И демон усмехнулся: – Так что теперь я, по сути, работаю на свою дочку. Дело осталось за вами. Принять её в вашу гильдию.

– Хорошо, – сказал я, – этим мы займёмся после того, как обсудим остальные условия. Сама процедура не займёт много времени. Длая принесёт вассальную присягу главе гильдии, познакомится со своим непосредственным начальником и его командой и получит проверочное задание на новой должности.

Тут Грон косо посмотрел на меня. Я успокаивающе поднял руку, как бы говоря, что не собираюсь вмешиваться в его дела, а сейчас это просто формальность. Вроде он всё понял правильно, так как согласно кивнул мне.

– Тогда дальше.

И я перевёл взгляд на племянника Ломара.

– Кроган, что решил ты? – спросил я у него.

– Я согласен, – коротко ответил тот.

– Замечательно, – сказал я и вытащил один из вариантов договора на вступление в нашу гильдию. Он был предназначен для обычных нейтралов, только с дополнительным пунктом о возможности получения рассрочки на внесение вступительного взноса сроком до трёх лет. – Ознакомься, – протянул я документ племяннику Ломара.

Тот, быстро его пролистав, ответил:

– Меня всё устраивает. – Подписав обе копии документа, он протянул их мне.

– Хорошо, – кивнул я и завизировал их с нашей стороны. – Поздравляю тебя с вступлением в нашу гильдию. Посмотрев на обоих мастеров, пожилого и молодого, спросил: – Я считаю, что наше с вами дело практически улажено в том ключе, к которому мы стремились. Осталось принять Длаю в наши ряды, а это формальности. А пока давайте вернёмся к более меркантильным делам. То есть к моему заказу. На каких условиях вы готовы заключить наш контракт на изготовление тех изделий, что я заказал? Каков срок изготовления изделий? Какая стоимость? Ну и что вы можете сказать по нашим дополнительным соглашениям, о привлечении к нам в гильдию других мастеровых на тех же условиях, что и у вас?

Ломар откашлялся и, как более старший, повёл разговор от лица обоих мастеров-кожевенников.

– Мы с Кроганом проработали всю ночь и подготовили макет одного комплекта одежды, на ребёнка, так как его можно было изготовить с меньшими затратами по времени. Основной материал заменён обычной кожей, так как предоставленный вами материал пока находится на стадии выделки и отмачивания. Давай, – махнул своему племяннику рукой Ломар.

Тот подошёл к одному из ближайших столов и развернул на нём принесённый с собой тюк.

– Все остальные комплекты доспехов, как на ребёнка, так и мужские и женские, мы будем изготавливать по одной и той же схеме.

Все девушки, присутствующие сейчас в зале, с интересом посмотрели на меня. Когда начинали разговор, речь шла о детских доспехах, а сейчас вроде как уже не только о них, поэтому они с интересом присмотрелись к лежащему на столе комплекту кожаной брони. Эрея и Дария особо никак не отреагировали на выложенные на столе доспехи, а вот у Теи, Длаи и саркалок он вызвал неподдельный интерес. Они даже подошли ближе, чтобы лучше рассмотреть его.

Видя такой повышенный интерес к своей работе, Ломар приободрился:

– Конечно, всё будет создаваться с учётом различий строения мужского и женского тела, плюс индивидуальные особенности, связанные с личными параметрами и размерами.

Я и сам присмотрелся к тому, что лежало на столе. Там оказался тот самый комплект доспехов, что мы и обговаривали. Только изготовлен он был из обычных подручных материалов, какая-то кожа, какая-то не слишком качественная кольчуга, ткань и прочие не очень дорогие материалы. Всё верно, это лишь опытный образец, который должен был показать нам общие принципы построения заказанного кожаного доспеха. Но даже этот, собранный на скорую руку, комплект был гораздо лучше, чем, например, те, что я видел в городе на многих наёмниках. И уже по этому, казалось бы, неброскому жесту со стороны кожевенников можно было оценить их мастерство.

Между тем Ломар продолжал рассказывать о созданной им модели брони.

– Верхний слой этого образца, – указал он на выложенный на стол комплект кожаных доспехов, – кожа виверны. Следующим слоем идёт мелкоячеистая кольчуга. Можно использовать мифрил, он приобретается по стандартной цене, так как его распространяют лишь светлые дварфы. Но есть и другой вариант, правда, я не знаю, заинтересует ли он вас. У нашего знакомого есть и более дорогой материал – адамантит. У него завалялось несколько его рулонов, сейчас они лежат совершенно без дела. Он готов продать нам его со скидкой только в том случае, если мы приобретём его весь. Я не знаю, что ему ответить. Обещал переговорить с вами. Весь адамантит нам не нужен. Там его как минимум на ещё столько же комплектов брони. Но в итоге общая стоимость материала будет примерно одинакова как для мифрила, так и для адамантита.

Я задумался. Ломар не знал ещё одной особенности адамантита. Её описание кластер нашёл буквально только что, когда я старался понять, почему почти одинаковые по своей прочности материалы настолько разнятся по своей стоимости. И вот что нам удалось выяснить.

Общим заблуждением было то, что адамантит намного крепче мифрила. Это не так. Была небольшая разница, но она незначительна. Вся соль заключалась в магических свойствах этих материалов. Оказывается, мифрил был антогоничен любым хаотичным типам магических энергий. На практике это означало, что никакие плетения на основе энергии хаоса в него внедрить было нельзя. Даже если там присутствовала хотя бы небольшая доля подобных энергий, плетение распадалось. И как результат, на мифрил можно было наложить плетения, содержащие исключительно упорядоченные типы энергий. Это лишь магия света и порядка. Во всех остальных плетениях, принадлежащих любому другому направлению магии, в том или ином количестве содержалась энергия хаоса. Даже жрецы светлых богов не могли накладывать никакие лечебные плетения на этот материал, так как и в них, оказывается, жила частичка хаоса.

А вот адамантит был в этом отношении уникален. Несмотря на то что этот металл встречался только на нижних планах реальности, и достаточно далёких, он позволял вложить в себя абсолютно любой тип магической энергии. Из-за этого особо дорогие и долговечные артефакты создавали на его основе.

Поэтому для нас, как для совершенно разноплановых магов, именно адамантит был более предпочтителен. Мы в этом случае смогли бы усилить созданные кожевенниками доспехи ещё и какими-нибудь защитными плетениями разового или постоянного действия.

«Нужно над этим подумать», – поставил я себе очередную задачу.

То, что мы выкупим весь адамантит, у меня не вызывало сомнений. Он нам нужен, тем более с учётом того, что доспехов придётся делать чуток больше, чем я рассчитывал первоначально.

Между тем Ломар продолжал.

– Дальше. – Он приподнял специально не сшитый край и указал на нижний слой. – Здесь бархат и шёлк, чтобы не натирать кожу, так как комплекты одежды в большинстве своём рассчитаны для ребёнка и девушек. – Помолчав, он перешёл к основному, подцепив двумя пальцами какой-то тёмный материал, находящийся под кольчугой. – Это та кожа, что мы снимем с твоего зверька, – кивнул он мне, – и тут есть один любопытный момент, – Ломар поднял указательный палец, – мы брали в расчёт обычную стяжку кожи при сушке. В этом случае её общая площадь уменьшается примерно на тридцать процентов. Это, конечно, не касается таких уникальных материалов, как, например, та же кожа кракена или дракона. Но, как оказалось, и кожа твоего зверя обладает тем же свойством, и поэтому мы ошиблись в расчётах. В итоге материала останется ещё на два полных женских комплекта. Или можно завершить мужской и добавить один дополнительный женский. Что скажешь? – Пожилой мастер посмотрел на меня.

А что сказать, на руках у меня теперь три девушки, а не две.

«Хотя нет, девушек-то больше. – Я посмотрел на Дарию, Длаю, сестёр-близняшек, вспомнил о том, что в зале с Рехором сидит его внучка. – Блин, и с ними нужно что-то решать. Плюс вон ещё и у Грона дочка, и ещё две девушки его нейтралов, но с ними-то проще, оперативную работу выполнять они не будут, но всё-таки».

Так что выбор практически сделан. Осталось его только озвучить и дополнить.

– Нужно будет ещё два женских комплекта, – сказал я.

И подумал:

«Но это ещё не всё, это только, так сказать, с приставкой „пока”».

– По тем же размерам? – уточнил у меня Ломар.

– Нет, по другим. – И я продиктовал им выведенные мне на интерфейс размеры Ралии.

– Хорошо, – сказал Кроган. А затем что-то быстро прикинул в уме. – Эта девушка изящнее двух предыдущих… – задумчиво протянул он и, осмотрев присутствующих, сложил у себя в уме два плюс два. Посмотрев на Ралию, Тею и Эрею, сидящих рядышком, он повернулся ко мне, улыбнулся и произнёс, весело посверкивая глазами: – Останется небольшой кусок материала, но его хватит не больше чем на короткую детскую куртку.

– Детскую, говоришь? – переспросил я.

«Значит, если повезёт, то судьба?» – решил я.

И назвал племяннику Ломара размеры Глеоса, а потом переспросил:

– На него хватит?

Тот что-то прописал у себя в небольшом блокноте.

– Впритык, но не уверен. Слишком точно придётся подгонять выкройки и материал.

– Постарайся, – попросил я молодого мастера, так как понял, что с основным материалом, похоже, будет работать именно он. И снова обратился к старшему мастеру: – Коль вы теперь практически наш персональный мастер, то, пожалуй, и остальные заказы я передам вам. Выполните их по той же схеме, только уже без моего материала. Во-первых, дополните последний мой заказ на ребёнка до полного комплекта и сделайте ещё один. Во-вторых, мужской комплект аналогично добейте до полного и сделаете также ещё один комплект. Третье: мне нужно шесть аналогичных женских комплектов брони в двойном варианте и два в одинарных. Вот размеры. – Я не стал их диктовать, а просто переписал всё на пергамент. – Если материала не хватит, то заменяйте его наиболее подходящим. Приоритет такой. Первоначальный заказ на три женских комплекта, мужские и детские комплекты, потом шесть женских уже без дополнительного слоя кожи и последние два. Вроде всё. Как вам заказ?

Ломар потрясённо смотрел на меня.

– Это же больше четырёхсот тысяч, – просипел он. – Мне ни разу не давали такого большого заказа. Но мы справимся. – Взяв себя в руки, он прикинул: – На выполнение заказа в полном объёме потребуется около двух месяцев. Другие заказы мы на это время брать не будем.

– Без проблем, – согласился я с ним.

– Тогда нам потребуется первоначальный взнос в размере ста тысяч кредитов. Он необходим для закупки дополнительных материалов, о которых я говорил, слишком необычные комплекты тобой заказаны, и небольшой запас на непредвиденные расходы. К тому же мы будем готовы провести сделку через моего племенника, чтобы вы смогли получить максимальную скидку. – И он вопросительно посмотрел на Крогана.

– Тридцать процентов, – сказал тот, – больше не получится.

Пожилой мастер снова перевёл взгляд на меня, ожидая согласия или иного моего ответа.

– Хорошо, – подтвердил я их условия, и почти мгновенно мы с Ломаром составили договор на изготовление ими доспехов для нашей гильдии.

В конце, пожав ему руку, я впервые увидел, как этот пожилой демон несколько смущённо смотрит на меня. Заметив мой недоумевающий взгляд, он тихо пояснил свои чувства:

– Я ведь до последнего момента не хотел верить вам. Лишь поддержка Рехора и странное положительное отношение Длаи к вам помогли мне сделать этот нелёгкий шаг навстречу вашей гильдии.

– И вы уже скоро сможете убедиться, что не зря доверились нам и им. – И я кивнул в направлении его дочери.

– Я уже это вижу, – тихо произнёс мастер, взяв подписанный нами договор и убирая его к себе в сумку. – Спасибо вам за Длаю, да и за всех нас тоже.

Я лишь ещё раз, покрепче, сжал руку старика и, не став больше никак акцентировать на этом внимание, спросил его о другом, переводя тему:

– Ну а теперь расскажите о тех, кто готов с нами сотрудничать.

Ломар всё понял правильно и, с благодарностью кивнув мне, ответил:

– Я успел переговорить только с одним своим хорошим знакомым, который находится примерно в том же положении, что и мы, правда не столь критичном, но всё же. Только он не мастеровой, а лекарь, вернее, аптекарь, продаёт лечебные зелья и снадобья.

– Ничего, свой лекарь в гильдии – это неплохое подспорье, впрочем, как и все прочие нейтралы, – поддержал я.

Ломар кивнул:

– Он закончил Школу жизни города Льен, это в одном из центральных миров, и уже давно перебрался вместе с женой к нам сюда. Тут у них родился сынишка, который ходил в местную общую школу, пока ту не закрыли. Потом он обучался дома, как и многие местные дети. Его жена несколько лет назад погибла при странных обстоятельствах, и с тех пор у него всё не заладилось. Практически тогда управление аптекой взял в свои руки подросший сын, так как отец не мог уже управлять сам. Я не знаю, что с ним случилось, но он больше не мог изготавливать или варить зелья и снадобья. Но аптека не закрылась. По сути, его сын работает полноценным лекарем-алхимиком с двенадцати лет.

«Ничего себе…» – протянул я.

– У него не такой талант, как у его отца, – продолжал рассказывать мастер, – парнишка – очень сильный маг жизни и несколько необычный, он не управляет силой напрямую. Большего я сказать не могу. Просто сам не знаю и не понимаю, что бы это могло означать.

А вот я понял, о чём говорит Ломар, вернее, догадался. Этот парнишка – прирождённый алхимик. Обычно подобные ему – достаточно слабые маги, которым просто не хватает собственной силы для управления магическими энергиями напрямую. Поэтому они воздействуют на неё с помощью дополнительных инструментов, таких как зелья, свитки, амулеты, к примеру, пресловутые волшебные палочки, которые по сути представляют собой усилитель магической энергии и инструмент, позволяющий лучше контролировать и управлять потоками силы. Это, кстати, один из основных атрибутов алхимиков. Правда, эта самая волшебная палочка может иметь совершенно разный внешний вид. Но суть одна – она нужна им для дальнейшей работы. В нашем же случае сын знакомого Ломара сам по себе был достаточно сильным магом, но, как я понял, мог работать с силой опосредованно, через вспомогательные инструменты, у него должно получаться всё великолепно.

– Поэтому отец, – продолжал Ломар, – обучил его всему, что знает и умеет сам, чтобы тот мог полноценно заменить его в лавке и при изготовлении заказов. И он давно хотел полностью передать аптеку сыну, а самому отойти от дел, лишь время от времени по мелочи помогать ему. Но для этого нужно как минимум вступление юноши в гильдию лекарей, аптекарей или какую-либо иную магическую гильдию, работающую с магией жизни. Перед этим же необходимо получить официальный аттестат об окончании любого из патентованных этими самыми гильдиями учебного заведения. – И старый мастер посмотрел на меня.

– Всё вполне законно и правильно, – пожал я плечами на эти его слова, – эти нейтралы отвечают за чужую жизнь, и тут нет никакой дополнительной преграды в столь строгом отборе. Это верно, что при решении заняться подобной деятельностью маги должны доказать свою квалификацию.

Похоже, и сам мастер-кожевенник был со мной согласен, но вот именно относительно этого дела ему было что сказать.

– Да, согласен, – кивнул мне Ломар, подтверждая мои знания, – но я знаю и этого парня, и его отца уже практически двадцать лет. Юноша не по годам умён и расторопен. И вот уже восемь лет, хоть это мало кто знает, всем ассортиментом товара в их лавке занимается он, отец лишь стоит на кассе и принимает клиентов. Парень – прирождённый алхимик. Но у них никак не получается собрать денег и на обучение, и на вступление в гильдию. Раньше они надеялись на то, что смогут сдать экзамен экстерном, но с недавнего времени подобную практику отменили, хотя при такой сдаче экзамен вёлся в гораздо более строгой и сложной форме. А всё потому, что полное обучение в любой академии или школе магии стоит на порядок дороже. У них ещё есть время, но они особо не надеются на удачу. Время для поступления в учебное заведение ещё есть, но тогда у них не будет возможности скопить денег для вступления в гильдию. Ведь старик сам не сможет содержать свою лавку. Ну вот я и обещал им, что переговорю с вами, и, возможно, ваша гильдия сможет им что-нибудь предложить.

«Так, – задумался я, – есть неплохой алхимик и его отец, который уже не маг, но достаточно подготовленный практик и теоретик. Что ещё?»

Я посмотрел на Лениавеса и, перейдя на лесной эльфар, спросил у него:

– Утеря способностей к управлению магическими энергиями – ты что-нибудь об этом слышал?

– Да, – ответил тот, – у магических существ подобного недуга произойти не может, магия у них, как, впрочем, и у таких, как мы, – корнол стукнул себя кулаком по груди, – в крови, но вот хуманы, – и он посмотрел на меня, – вполне подвержены подобным расстройствам. Я слышал, подобное случается из-за сильнейшей психологической травмы или иногда под длительным воздействием какого-либо блокирующего магическую деятельность амулета или препарата. Но тут, скорее всего, первый случай. Видимо, это был хуман, и он очень сильно был привязан к своей жене.

– Понятно… – протянул я и, повернувшись к Ломару, уточнил: – Этот аптекарь – чел?

– Да, – удивлённо ответил тот. – А как вы узнали?

– Маги, – кивнув в направлении оборотня, пояснил я и стал обдумывать ситуацию дальше.

«Лекарь, но без официально подтверждённого статуса. В гильдию принять мы его сможем. А сертифицировать и легализовать его у нас не будет никакой возможности. Нужно получить официальный диплом об окончании какого-либо учебного заведения. В этом у нас также нет особых помощников, кроме единственного знакомого. Это Рехор с его академией».

– Значит, сделаем так, – обратился я к Ломару, – ты можешь сказать своему другу, что мы готовы принять его сына в нашу гильдию на тех же условиях, что и твою дочь. Однако в этом случае всё упирается в получение диплома его сыном. И у нас есть один вариант на этот счёт. Мы постараемся договориться с одной академией о возобновлении ими практики экстерн-обучения и досрочной сдачи экзаменов. Однако в этом случае я сам буду настаивать на том, чтобы подобные досрочные экзамены для сдающих проводились в максимально сложной и жёсткой форме. Надеюсь, вам не нужно объяснять, для чего я это сделаю.

– Нет, – покачал головой Ломар.

– Ну и, естественно, сдачу экзамена придётся оплачивать из собственного кармана, а не за счёт гильдии, – добавил я. Заметив согласие в глазах старого мастера, продолжил: – Тогда всё отлично. Вы переговариваете со своим другом и озвучиваете ему наши условия, он, если они его устраивают, связывается с нами, ну а мы в свою очередь постараемся обеспечить его сыну возможность сдачи досрочного экзамена.

– Я всё понял, – кивнул Ломар.

– Тогда считаю этот вопрос тоже закрытым. – Посмотрев на мастеров-кожевенников, убедился, что им больше нечего пока сказать. – Ломар, Кроган, вы простите, – сказал я им, не особо миндальничая, да и зачем это делать, когда и так все понимают, для чего мы здесь собрались, – у нас есть ещё некоторые дела с вашей дочкой, а вас мы больше не задерживаем. Заказами на ближайшее время мы вас обеспечили…

– Да, – согласился Ломар, – мы начнём работу уже сегодня.

– До встречи, – попрощался было я с ним, но вспомнил о первоначальном взносе: – Да, забыл. Деньги на закупку материала уже переведены на ваш счёт, тот, что указан в договоре.

– Спасибо, – поблагодарил мастер, Кроган же лишь кивнул. – Тогда мы пошли, – сказал пожилой мастер, – судя по тому, что я вижу, у столь важных господ, как вы, – он улыбнулся, – должна быть уйма дел. Не будем вас больше отвлекать.

Он поднялся с кресла, за ним встал и его племянник.

– Папа, забери с собой Рамоса, – произнесла Длая, – я, как закончу со всеми делами, пойду домой.

«О, а про мальчонку-то я и забыл, а ведь хотел обсудить с Длаей кое-что и насчёт его», – вспомнил я, глядя на идущего к деду парнишку.

– Простите, хотел предложить вам ещё кое-что. Это касается твоего сына, Длая. – И я указал на Рамоса.

– А что с ним? – напряжённо спросила девушка.

– С ним, как я вижу, всё в полном порядке, но ему нужно учиться. С общеобразовательной школой я пока ничего решить не могу, есть у меня на попечении один оболтус, которого тоже надо бы отправить на учёбу, а вот как ты относишься к боевой подготовке?

– Я сама с ним периодически занимаюсь, – ответила Длая, пожимая плечами и придерживая сына за плечо.

Я посмотрел на неё, потом на телохранителя Тлога, который, похоже, уже догадался, к чему я клоню, и согласно кивнул мне.

– Это похвально, но как ты смотришь на то, что с ним будут работать более умелые воины?

Глаза девушки в возмущении прищурились.

– Длая, ты не так меня поняла. Ты тоже очень хороший боец, но те, о ком я говорю, смогут сделать из твоего сына воина гораздо лучше, чем ты, поверь. Это одни из самых лучших бойцов в нейтральных мирах, они на голову выше многих других. И так получилось, что одному из их учеников нужен напарник по тренировкам. Так как, ты согласишься, чтобы они взялись за его обучение?

– Они и правда так хороши? – тихо уточнила девушка.

– Одни из лучших в нейтральных мирах, – повторил я. – Со временем у тебя будет возможность познакомиться с ними поближе.

Девушка колебалась недолго. Видимо, она и сама понимала, что теперь ей будет сложно уделять сыну достаточное для этого время. Да и систематические тренировки ничто не заменит.

– Я согласна, – кивнула она.

– Хорошо, – ответил я, – тогда за твоим сыном зайдут завтра, сегодня я как-то не подумал об этом сразу, так что для него этот «ад» начнётся с завтрашнего дня.

– Почему ты так сказал? – тут же насторожилась девушка и инстинктивно отстранила сына себе за спину.

«Странно. Она знает, что такое ад?» – удивился я и быстро просмотрел данные в сети и нашей базе знаний.

Да, такое понятие существовало и у демонов. Возможно, даже оно каким-то образом и перешло от них к нам. Адом в их понимании являлись самые нижние планы реальности, они и носили определение адских, это те, где могли выжить только самые сильные демоны и только в своей самой могущественной ипостаси. Кстати, большинство мощнейших демонических артефактов было добыто именно там. И они явно были созданы не древними магами. Но тогда вставал вопрос – кем? Этот вопрос интересует многих. Но точного ответа на него нет. Так что неудивительно, что настолько просвещенная демонесса, как, впрочем, и Тея, которая тоже отреагировала на мои слова, знали это понятие.

– А ты думаешь, их кто-то будет жалеть, несмотря на их возраст? – вопросом на вопрос ответил я. – Этим достойным воинам, что согласились взять на себя ответственность за обучение моего подопечного и завтра и твоего сына, поставлена определённая задача: подготовить практически универсального бойца в наиболее кратчайшие сроки – всего несколько лет. Так что своих учеников они будут гонять по полной. Ведь твой сын должен будет стать спарринг-партнёром другого их ученика… Пока не передумала?

– Нет, – твёрдо сказала Длая, – это даже хорошо. Рамос должен стать одним из лучших. А чтобы стать лучшим, он должен учиться у лучших.

«Странные эти демоницы, – подумал я. – Ей говорят, что её сына ждёт ежедневный ад на протяжении нескольких лет, а её теперь, судя по изменениям в её ауре, это лишь ещё больше убеждает в правильности сделанного выбора. Не понять мне их. Не понять. Да и остальные думают примерно так же. Даже корнол одобрил согласие Длаи. Дикие времена, дикие нравы», – усмехнулся я своим мыслям.

– Значит, решено. Завтра за твоим сынишкой зайдут и будут из него ковать живое орудие смерти.

– Я поняла, – кивнула Длая и, повернувшись к Рамосу, стоящему уже рядом с дедом (смотри-ка, я даже не заметил, как он там оказался), сказала на ещё ни разу не слышимом мной, но тем не менее прекрасно понимаемом языке: – Этот мужчина, – взмах рукой в мою сторону, – обещал отдать тебя в обучение к лучшему воину и учителю, чем я.

– Это он хочет взять меня в ученики? – И мальчик указывает взглядом на меня.

– Нет, – ответила девушка, – он говорит о других, но сказал, что они одни из лучших в нейтральных мирах.

– Жаль, – искренне огорчился Рамос, – он мне понравился. Он хоть и странный, но хороший. И он никогда ни меня, ни тебя не обидит. Это точно не он?

Длая удивлённо вгляделась в глаза своего сына, а потом развернула лицо в мою сторону и задумчиво стала рассматривать меня.

– Не знаю, – уже как-то растерянно ответила она Рамосу, – вроде он явно говорил о ком-то другом.

– Жаль, – повторил её сын, – в нём есть сила. Я это вижу. Мне кажется, он сильнее всех находящихся здесь или тех, кого я видел до этого. Такой странной силы я ещё не видел ни в ком. Поэтому я не могу ничего сказать точно.

Но что-то с этим хуманом не так. – Парнишка спокойно перевёл свой взгляд на меня. – И ещё, – он посмотрел мне прямо в глаза, – одно я знаю точно: он намного опаснее, чем выглядит внешне. Я не знаю, с чем это связано, мам. Но он похож на тех, кого мы видели в Храме незримых. Там, где мы прятались и пережидали, пока не закончатся поиски и пока не добрались до телепорта. Хоть он и не как они, но он такой же. Не знаю, как это объяснить. – И он беспомощно перевёл свой взгляд на Длаю.

– Сынок, есть тайны, в которые лучше не лезть, – тихо сказала ему женщина, – так что оставь их ему. Пусть они будут с теми, кто их хранит. У нас с тобой тоже есть свои тайны, о которых не нужно знать остальным.

«Смотри-ка, а Длая не всё рассказала мне и, возможно, своему отцу», – подумал я, слушая их.

– Я понял, мам, – ответил ей Рамос, – тем более этот чел не лгал относительно моих будущих учителей. Они и правда одни из лучших. Вон сидит один из них. – Мальчик кивнул в сторону телохранителя.

«Какой ты у нас глазастый, да и правду чувствуешь, похоже, – усмехнулся я. – Нужно поговорить со Слонгом, чтобы они обратили на эти его способности особое внимание. Надо бы их развивать».

Да, если поразмыслить, то кругом тайны. Вон и Длая с сыном оказались не так просты. И что-то думается мне, не всё так просто с тем переворотом в их клане, о котором она говорила. Всё там намного сложнее и запутаннее, значит, и интереснее. Я даже почувствовал, как меня потянуло сунуть свой любопытный нос в те события. И что-то подсказывает мне, окажусь я в них по самые уши. Конечно, не сейчас, но рано или поздно. Так что у меня будет время с этим разобраться.

Женщина закончила разговор с сыном, и он, попрощавшись со всеми, вышел вслед за Ломаром, который ждал его у двери.

Ещё один пункт, который требовалось решить, закрыт.

В малом зале остались лишь наёмники и воры. И те и другие будут вынуждены, по моему замыслу, принести вассальную клятву, а значит, с неё и начнём.

– Господа, как вы поняли, сейчас здесь остались те, кто примет непосредственное участие в жизнедеятельности нашей гильдии.

Наёмники не возражали, лишь кивнули мне в ответ, а вот у представителей гильдии воров были по этому поводу какие-то свои соображения. Их и начал озвучивать Тлог.

– Баг, – обратился он ко мне, – мы, если честно, не стали оттягивать наш разговор. Однако нам нужно понять все выгоды и последствия твоего последнего предложения. Как финансовые, так и политические. А для этого мы специально вызвали нашего бухгалтера, чтобы он осветил для нас финансовый аспект предложенной тобой сделки.

– Как я понимаю, вам интересен разговор сухих цифр? – спросил я у Горбуна.

– Не без этого, – согласился он. – У всех нас семьи и дети, и все мы хотим быть уверены в своём будущем, – пояснил он. – К тому же нам интересны не только финансовые выгоды, но и то, что ты сможешь предложить нам помимо этого.

Я понимал, что их гложут большие сомнения. Ведь, по сути, они сейчас практически добровольно передают управление своей гильдией в мои руки. И делают это на вполне официальном уровне. Возврата при таких сделках не бывает. Поэтому они стараются для себя уяснить, что же получат они, что я и какую цену всем нам придётся платить за свои приобретения.

«Нужно говорить с ними, и говорить максимально откровенно, – понимаю я, – по крайней мере, прямой лжи в нашем разговоре не должно быть. Слишком много тут нейтралов, которые её учуют за километр».

По сути, убеждать мне придётся в основном их бухгалтера, уж слишком колючим взглядом он смотрит в мою сторону.

– Тогда давайте начнём с уже заключённых контрактов. У вас они никаких возражений или сомнений не вызывают? Так?

Согласный кивок как со стороны Тлога и Руди, так и их бухгалтера, вроде его зовут Рлог.

– Партнёрские отношения, – продолжаю я свой монолог, – бонус в двадцать пять процентов на закупку амулетов в нашей гильдии и постоянная закупочная цена на неопознанные артефакты по стоимости амулетов третьего уровня, плюс двадцати – двадцатипятипроцентный бонус в связи с объёмом сопутствующей получаемому товару информации.

Бухгалтер согласно прикрыл глаза, слушая мою речь.

– Если эта часть наших переговоров не вызывает у вас никаких возражений, перейдём к следующей.

Все гильдейцы напряжённо, хотя и старались казаться спокойными и безмятежными, посмотрели на меня.

– Это переквалификация вашей гильдии на одно из смежных направлений работ, и как основное условие – превращение вас в наш филиал и делегирование прав управления вашей гильдией нашему главе.

– Какие гарантии выполнения ваших обязательств? – спросил Рлог.

Какие тут могут быть гарантии, я не знал, разве что моё слово. Это я ему и озвучил, правда несколько более официальным языком.

– Будет составлено дополнительное соглашение к нашему договору о партнёрстве, где и будут рассмотрены наши новые отношения и условия заключения этого дополнительного соглашения. Больше никаких гарантий я вам предоставить, даже если очень захочу, то не смогу. – И пожал плечами.

Бухгалтер молча кивал.

– Как я понимаю, основным вашим требованием является принесение вассальной присяги? – раздумывая, спросил он.

– Всё верно, – согласился я и пояснил: – Но только вас четверых и подчинённых Слонга. – Я обвёл рукой гильдейцев, сидящих напротив меня, а потом махнул в направлении двери. – Слишком приближен будет ваш внутренний круг и служба безопасности к руководству нашей гильдии.

– Разумное решение, – подтвердил мои слова бухгалтер. – Но что получим мы?

– Полностью подготовленный пакет документов сразу после принесения присяги вами четырьмя, – снова указал я рукой на Тлога, Руди, Рлога и Слонга. О троих других подчинённых бывшего тактика из гильдии убийц я пока ничего не говорил, но, думаю, Слонг считать умеет и скоро подойдёт ко мне с ними. – Документы будут составлены на отдельное подразделение поисковиков гильдии «Мастера лута», подчиняющееся лишь главе гильдии и управляемое вашим внутренним кругом. То есть, по факту, вами. Все взаимоотношения будут представлены тем договором, что был составлен ранее. Остальные формальности в виде внушительной денежной комиссии из-за смены деятельности вас не затронут, их на себя возьмёт наша гильдия.

– Неплохо, – сказал Тлог Горбун.

– Даже слишком, – несколько скептично произнёс Рлог, – слишком всё просто.

– Это просто для вас, – возразил я, – все основные трудности, связанные с этим, мы берём на себя.

Не говорить же им, что Вирт уже полностью оформил все документы, осталось получить лишь их согласие, и внесённые данные мгновенно появятся во всех реестрах нейтральных миров.

– Что-то тут не так. – Бухгалтер подозрительно глядел на меня. – И артефактом по изготовлению возвратных камней вы нас готовы обеспечить? – уточнил он.

– Да, – ответил я.

– Может, и новую резиденцию нам подыщете? – видимо, будто стараясь задеть меня, спросил он.

– Ну, это вы перегибаете, – усмехнулся я. – Если вас не устраивает нынешняя, то это удовольствие полностью за ваш счёт.

– Да, я понял, – тихо пробормотал Рлог, – но всё равно тут что-то не так, только я не могу пока уловить, в чём подвох.

– Тогда давайте я отвечу на этот ваш вопрос, – сказал я, посмотрев на него и на других представителей гильдии воров.

– Что? – удивился Руди.

Рлог с непониманием посмотрел в мою сторону, как бы говоря: «Зачем это делать, если мы и так ничего не понимаем?»

Более спокойный же Горбун кивнул:

– Рассказывай, мы тебя слушаем.

– Всё относительно просто, – произнёс я, – я хочу быть честен с вами и поэтому расскажу, чем это может аукнуться для вас. – Немного помолчав, начал говорить: – По факту, объединившись, мы станем значительной силой в этом мире. Легальной силой, которой не нужно скрываться в подполье. Без вас мы просто небольшая полумагическая гильдия, вы без нас вообще вне закона, хотя и стараетесь придерживаться своих внутренних правил. Это наш общий и внешне видимый для других интерес. Далее: то, что мы хотим получить от вас в вашем новом качестве. В роли поисковиков вы нам будете гораздо более полезны, так как это станет вашей основной деятельностью. Соответственно, и экономический эффект от вашего перевода в новый статус для нас станет более выгоден. Для вас переход на легальное положение автоматически поднимает ваш статус и позволяет выйти на чистый рынок. И не будем забывать о финансовой стороне вопроса при сотрудничестве с нашей гильдией. Вы в этом случае будете в значительно большем плюсе, чем при вашем настоящем образе жизни. Кроме того, будут и дополнительные бонусы, которые я озвучу только после принятия вами положительного решения. В противном случае мы разойдёмся с вами на старых условиях. Для вас так ничего и не изменится, ну а мы будем вынуждены искать нового кандидата на эту роль. – Я посмотрел на Рлога. – Это только общие фразы, но суть они отражают верно. Более детально вы сможете оценить преимущество работы с нами лишь после того, как мы эту самую работу начнём. Ну и дополнительно я согласен перевести финансирование вашего подразделения на пять процентов от общей прибыли, добытого вами или прошедшего через вас имущества, товаров, артефактов и всего остального. В общем, как вы и просили во время наших переговоров с Длоном.

– Это интересные изменения к договору, – что-то подсчитывая в уме, проговорил бухгалтер. И через несколько секунд он уже более уверенно сказал: – С моей стороны вопросов о нашем будущем сотрудничестве больше нет. Выгоды очевидны. Только вы до сих пор не упоминали тех последствий, что может повлечь наше объединение.

– Тут всё просто, – пожал я плечами, – мы станем одной организацией, и отсюда последуют и все отрицательные стороны такого союза.

– Ваши враги станут нашими врагами, – тихо произнёс Слонг.

Тлог удивлённо перевёл взгляд в его сторону, а потом посмотрел на меня.

– Да, – согласился я с ним, – так же как и ваши нашими. От этого не уйти.

Горбун задумался. Потом, повернувшись к Руди и Рлогу, спросил на том их странном наречии:

– Что скажете? Мы соглашаемся?

– Я сразу был за, – ответил Руди, – этот парень из наших, кто бы и что о нём не говорил, и я ему доверяю гораздо больше, чем тем магам, которых он представляет.

– С тобой всё ясно, – сказал Горбун. – Что думаешь ты? – обратился он к демону-бухгалтеру.

– Объединение с ними выгодно для нас. Общий оборот вырастет как минимум втрое. Плюс перспектива посредничества между нами и другими гильдиями. Этого никто не отменял. Я за.

– Хорошо, – кивнул Тлог.

– Хотя меня никто и не спрашивает, – неожиданно присоединился к их разговору Слонг, – но я тоже за. Правда, вам стоит быть готовым к одному большому сюрпризу.

– Какому? – на автомате спросил Горбун и только потом удивлённо посмотрел на своего телохранителя. – Ты знаешь этот язык? Откуда?

– Вы никогда не спрашивали меня о моей родословной и семье, – ответил ему Слонг, – а следовало. Моя мать, похоже, была из вашего мира. Хоть я не понимаю всего, о чём вы говорите, но общую суть улавливаю.

– Век живи, век учись, – как-то спокойно отреагировал на это известие глава гильдии воров.

«Интересно, откуда он знает эту пословицу?» – задумался я.

– Значит, все четыре голоса за, – подвёл он итог и резюмировал: – Соглашаемся.

А вот вопрос о большом сюрпризе так и остался за кадром, тролль с его помощниками демонами упустили его из виду.

«Ну, не мне же уточнять у Слонга, что он имел в виду?» – усмехнулся я.

Хотя определённая догадка на этот счёт у меня была, так как мне показалось, что больно хитрый взгляд в тот момент Слонг невзначай бросил в мою сторону. Не будь это мастер-убийца из гильдии, я бы, наверное, легко смог уловить его подлинные чувства и мысли в тот момент. Но это же Слонг с его необычными способностями! Так что мне пришлось довольствоваться пока своими догадками, а правду о его предположении я, похоже, узнаю, только когда они будут приносить мне клятву.

Как только представители гильдии воров завершили разговаривать между собой, Тлог обратился ко мне:

– Баг, мы согласны на новое соглашение и новые условия.

– Я рад этому, – искренне ответил я и вытянул из своей магической сумки заранее подготовленные бумаги.

Казалось, что это делал я сам, но это не так. Документы на основе наших переговоров составлялись и пересылались локальным телепортом, своеобразным и специализированным артефактом гильдии. Я лишь вызывал их в нужный момент.

«Мне нравится такое положение вещей, – удовлетворённо подумал я, – только задумываешься о каком-нибудь документе или договоре, как – вуаля! – и он на столе перед тобой, и именно в том виде, в каком ты его себе представлял. Надо бы и нам что-то подобное у себя реализовать. Только понять, как это делают в гильдии „Нейтральные торговцы”».

Но это на будущее, а пока я передал договор о партнёрстве и дополнительное соглашение Тлогу и его команде.

– Всё в полном порядке, – через некоторое время передал мне Горбун уже подписанные с их стороны документы.

– Хорошо, – сказал я, – секунду. – И сам подписал все бумаги. – Осталась клятва. Её вы будете приносить вместе с нашими новыми друзьями. – Я кивнул на наёмников. – Сейчас мы переговорим с ними и перейдём к последнему пункту, ну а потом уже займёмся действительно важными вопросами.

– Что? – удивлённо спросил Тлог. – А что это было сейчас?

– А сейчас только прелюдия, основное представление будет дальше, – усмехнувшись, ответил я и развернулся к Трону и его наёмникам.

* * *

– Ну, здравствуйте снова. Как я понимаю, коль вы пришли полным составом, то хотите сказать нам да? – обратился я к отряду наёмников и пришедшим с ними нейтралам.

Капитан наёмников не стал отнекиваться или как-то вилять и сразу ответил:

– Да, но у нас есть одна небольшая просьба. Касается она наших родственников, по крайней мере тех, кто присутствует здесь. – Немного помолчав, он пояснил: – В связи с нашей ситуацией путь в любую нормальную гильдию закрыт как для нас, так и для них. Это не условие, мы понимаем, что выхода у нас и так нет. Однако мы просим вас рассмотреть возможность простого принятия в вашу гильдию и их тоже. – И он указал на тех незнакомых, но ранее уже виденных мной девушек, пришедших с ними. – Это Риала, – кивнул он на девушку, сидящую рядом с магом, – невеста Лираса. – И посмотрел на своего мага, чтобы дальше продолжил он.

– Она слабый маг воды, официально закончила два курса Специализированной школы водной магии мира Руг.

Да, то, что девушка – маг воды, было видно, ярко выраженная направленность её способностей очень чётко прослеживалась в её менто-информационном поле. И это было странно. Риала внешне явно была родом из тёмных миров, и хоть и не демонесса, а какая-то ветвь расы эльфар, но при этом в ней должны были быть хоть какие-то ментальные отголоски энергии Хаоса. Однако, что абсолютно непонятно, у неё практически не было способностей к управлению этими самыми энергиями хаоса, что совершенно немыслимо для кого-то родом из нижних планов реальности и больше присуще выходцам из верхних миров. И только этим она сразу заинтересовала меня. Ведь столь необычный мир должен хранить в себе столь же необычные загадки.

Я постарался прикинуть, что же за странный мир может содержать в себе столь несовместимые вещи? И пришёл к определённому и достаточно парадоксальному выводу. Мне нужны были кое-какие ответы. Вернее, ответ мне нужен был всего один, но задавать его сразу не имеет смысла.

– Риала, простите за мою бестактность, – обратился я к ней, – но из какого вы мира?

– А почему вас это интересует? – насторожившись и замерев, очень тихо спросила она.

Казалось бы, простой вопрос, но почему он так сильно заставил нервничать девушку? Она даже непроизвольно постаралась спрятаться за спину своего жениха.

Никто пока не понял, что происходит, но многие из присутствующих почувствовали возникшую в зале напряжённость. Слишком много здесь собралось одарённых нейтралов со способностями к магии. А потому многие перевели свой заинтересованный взгляд в нашу с Риалой сторону.

«О чём он хочет узнать?» – услышал я мысленный вопрос, адресованный девушке её женихом.

«О моём родном мире, – ответила она. – Я тебе не рассказывала, так как обещала хранить эту тайну, но наш мир не такой, как все остальные. Он другой».

«Какой?» – удивился Лирас.

«Долго рассказывать, – мысленно ответила девушка, – поговорим об этом позже».

«Хорошо, – согласился молодой маг, – только у меня сложилось такое впечатление, что он, – кивок в мою сторону, – прекрасно знает, что же такого необычного есть в твоём мире».

«Да, – даже мысленно, голос девушки был очень тих и задумчив, – и мне интересно, откуда он это знает».

Я задумался на пару мгновений над подслушанным мысленным разговором между Риалой и Лирасом, а потом ответил девушке на заданный ею вопрос, надеясь, что он натолкнет её и на ответ о том, как я мог догадаться о её родном мире.

– Наверное, потому, – сказал я ей, – что разумных с таким дисбалансом способностей, как у вас, не должно существовать в природе. Поэтому мне интересен тот мир, где так кардинально нарушено это правило.

– А что в ней необычного? – удивлённо повернулась ко мне Эрея.

– Приглядись, – пожал я плечами.

Моему совету последовали и многие другие, даже сам жених девушки постарался увидеть это новое, что в ней могло привлечь моё внимание.

– Ничего не вижу, – разочарованно произнёс Лирас и перевёл свой взгляд на Риалу, а потом, выделив самого сильного мага в этой комнате, вопросительно посмотрел на Лениавеса.

– Я тоже не понимаю, о чём он говорит, – развёл тот руками, – хотя вам следует к этому привыкать, с этим тралловым северянином всегда так.

За всеми этими попытками докопаться до её тайны молча наблюдала девушка, которая являлась объектом этого обсуждения. Ей, видимо, надоело, что её считают неодушевлённым предметом, и она спросила меня:

– И чем же вам так интересен мой мир? – Она всё ещё не хотела отвечать на мой вопрос, но по её ментальному полю было прекрасно видно, что ещё немного – и она сдастся и всё расскажет мне.

– Вы действительно хотите услышать ответ на свой вопрос? – Я указал глазами на окружающих.

Она посмотрела вокруг, а потом отрицательно чуть качнула головой.

– Хотя… – Немного помолчав, я спросил у неё: – Единороги или пегасы?

Глаза девушки в удивлении расширились. Страха не было, но у меня сложилось такое впечатление, что она приняла меня за кого-то из тех, кем я на самом деле не являюсь. И теперь мне вряд ли удастся как-то переубедить её в обратном.

Я уже благодаря Вирту был в курсе того, чем же особен оказался родной мир девушки. Мне нужен был лишь ответ на последний вопрос. И она, похоже, это прекрасно знала. А это означает лишь одно: Риала была кем-то из посвящённых. Обычно это или духовенство, или правящая элита. В её случае я почему-то склоняюсь больше ко второму варианту, так как аристократ останется аристократом, даже если он родится совсем без способностей к магии, а вот в иерархии духовенства с её небольшими способностями было бы сложно пробиться наверх, чтобы она смогла узнать ту тайну, что старается скрыть. Отсюда следует – Риала дворянка, и не из последних. И нам это может оказаться на руку, если я прав в своём предположении и если в её мире есть то, на что я рассчитываю.

Я, конечно, не понимаю, почему из этого делалась такая тайна, но коль она так сильно старается её сохранить, то и я её не разболтаю, по крайней мере, пока Риала сама это не разрешит. Однако разрешить ей рано или поздно придётся.

Как минимум, мне нужно название мира, а потом и кое-что ещё. Тогда можно будет подумать и о том, как же из полученных знаний извлечь максимальную выгоду. Такой уникальный шанс предоставляется лишь раз. Слишком любопытен был подобный мир. Слишком уникален и необычен. И это касалось не только того, что я накопал и что показалось мне интересным. Была в подобных мирах и какая-то своя загадка, слишком мало их было и слишком мало они были изучены, чтобы можно было сделать какой-то однозначный вывод.

Все остальные с непониманием смотрели на этот наш разговор, полный недомолвок и недосказанностей. И больше всего любопытство прослеживалось во взгляде Лираса. Но он пока сдерживался, молчал. Правда, изредка пытался задавать девушке мысленные вопросы, но та всё больше отмалчивалась. И достаточно сильно он дёрнулся, когда девушка, решившись на что-то, спокойно поднялась из кресла, подошла ко мне и, наклонившись, прошептала мне на ухо ответ на последний мой вопрос, а потом, посмотрев мне в глаза, кивнула и вернулась обратно.

«В чём дело? – прозвучал настойчивый и несколько рассерженный голос Теи у меня в голове. – Что это ты так сильно привязался к девушке? Что это вообще сейчас было? Чем тебя так заинтересовал её мир?»

«Сколько вопросов. Неужели ревнует? – усмехнулся я и, повернув голову в сторону сверкающих глаз Теи, как-то даже удивился: – Похоже, и правда приревновала, или я вообще ничего не понимаю, или ещё что-то?»

Не став нарываться, я постарался вложить в свой ответ максимум убедительности:

«Это важно. Расскажу, но несколько позже, когда останемся одни».

Это же я передал и всем остальным своим друзьям.

«Хорошо, – не очень доброжелательно прозвучал в моей голове ответ Теи, – мы подождём».

Другие более спокойно отреагировали на это. Эрея просто прикрыла глаза. Лениавес так и остался сидеть неподвижно, но я на подсознательном уровне понял, что и он ответил своим согласием подождать моего разъяснения.

Насчёт Ралии я был даже не уверен, что она слышала меня, хотя я и ей старался передавать свои мысли.

– Понятно, – кивнул я Риале, – мы всегда готовы принять нового мага в наши ряды, поэтому будем рады видеть тебя у нас в гильдии. Тем более ты сообщила столь ценные сведения, что ими оплатила своё вступление в гильдию, будем считать его пройденным на общих основаниях. Поздравляю тебя с принятием в гильдию «Мастера лута». – Подойдя к ней и протянув руку, я коснулся её плеча.

Удивительно, но при этом в её менто-информационном поле проявилась маленькая плоская фигурка тёмного парящего дракончика.

«Видимо, это и есть ментальная печать нашей гильдии, о которой я успел прочесть, но как-то не удосужился её рассмотреть».

Оглядевшись, я нашёл тех, кто уже был в нашей гильдии. Среди присутствующих ими оказались только Дария, Ралия и Эрея. У Эреи ничего нового в ментальном поле я разглядеть не смог, лишь всё тот же наш родовой герб, что присутствовал и ранее.

«Хотя… – Я пригляделся повнимательнее. – Ничего себе!»

Оказывается, и в этом случае принятие в гильдию не прошло для Эреи просто так. Знак гильдии был и в её менто-информационном поле, но, чтобы найти его, следовало очень тщательно присмотреться. У трёхмерной фигурки её дракончика на шее появился маленький круглый медальон, на котором был изображён тёмный парящий дракон. У Дарии же метка гильдии ничем не отличалась от той, что недавно появилась у Риалы. Только расположена она была несколько в ином месте на теле девушки.

Как утверждает кластер, все ментальные метки, за исключением автономных, способных генерировать небольшой объём менто-энергии, например таких, как моя клановая, рано или поздно стекаются к наиболее плотной и яркой энергетической точке в ментополе существа. То есть в теории все метки должны оказаться в районе внутреннего накопителя или генератора менто-энергии, смотря у кого способности к чему выше, к накоплению менто-энергии или её генерации.

А вот с Ралией всё оказалось несколько более интересно. У неё с принятием в мой клан и, как вполне закономерный результат, в нашу гильдию несколько возросло само менто-информационное поле, и в нём проявилась наша достаточно видимая клановая метка. Правда, как обычно, она была индивидуальной, особенной, в этот раз это был такой симпатичный полупрозрачный дракончик с эфемерными воздушными крыльями, похожими на распушённые облака, и с уже упомянутым ранее медальоном на шее. В общем-то это и неудивительно, если учесть всё происходящее в этом мире.

Но вот что странно: в ней начали достаточно чётко просматриваться слабые отголоски предрасположенности к магии порядка, чего ранее не наблюдалось в принципе. Появились необходимые ментальные каналы протекания магической энергии, небольшой узловой центр, являющийся её накопителем, и совсем крохотный генератор менто-энергии. По сути, девушка превратилась в очень слабого мага. Как это могло произойти, откуда могли взяться и как появились все эти изменения, я не понимал. И ответов на эти вопросы мы пока не смогли найти, по крайней мере в сети или собственной базе знаний.

Единственный вывод, что был для меня вполне очевиден, – так это что принятие как в мою семью, так и в гильдию, как я предполагаю, отражалось не только в менто-информационном поле существ, но и на их ментальных способностях. Хотя, конечно, это нужно проверить, и не один раз. Тем более у остальных, возможно, изменения не столь заметны.

Однако тем не менее ярким примером подобного преобразования являлась Ралия, которая теперь стала очень слабым магом света. И нужно будет найти для неё хорошего учителя, который сможет работать со столь необычным учеником.

Чудес я, конечно, не ожидал, но, как известно, обучение, как минимум в два, а иногда и в три раза, повышает силу мага за счёт структурированности внутренних токов энергии, умения управлять ими, большей практики и повышения искусности создания и использования плетений. Ну и, возможно, я найду способ, как повысить её магические умения за счёт внешних факторов, таких как амулеты, накопители или усилители менто-энергии и многого другого.

Да и всем остальным нашим магам постараюсь помочь с этим, особенно это касается девочек, Лениавеса и Мука.

«Пока нагружу-ка я кластер просчётом оптимизации их менто-информационного поля, – решил я, – по крайней мере для тех моих друзей и знакомых магов, чья модель менто-информационного поля уже существует у нас в базе знаний».

Это должно улучшить их способности в управлении менто-энергией, оптимизировать расположение каналов тока менто-энергии в их менто-информационном поле, структурировать схему узловых точек и организовать наиболее оптимальный и быстрый доступ как к накопителю менто-энергии, так и к её генератору.

Я посмотрел на девушек оценивающим взглядом. Вообще-то я думал о том, насколько получится сделать их сильнее, но мысли сами собой перешли на их просто нереальную красоту и привлекательность. И как-то так получилось, что, на несколько секунд забывшись, я прикрыл глаза и отключился от реальности.

Похоже, это моё состояние заметил Лениавес, так как он громко кашлянул и произнёс:

– Кажется, ты хотел сообщить Риале правила нашего внутреннего распорядка и законы, прописанные в уставе гильдии. – При этом он смотрел на меня таким насмешливым взглядом, что не догадаться о его причине было просто невозможно.

С меня тут же спала пелена эйфории и приятных мыслей, в которых я сейчас обитал. И я, немного смутившись, оторвал свой остекленевший, слишком уж пристальный взгляд от девушек, которые только сейчас обратили на него и, собственно, на меня внимание, и постарался вернуться в ту реальность, в которой сейчас вроде как я и должен был находиться.

«Интересно, а какая реальность настоящая-то? – подумал я. – Та, где передо мной сидит фея, ангел и демоница, или та, где я… э-э-э… ну, в общем, я?»

Домысливать я не стал, уж очень заманчивыми получались у меня эти видения. Да и взгляды девушек, видимо представивших, о чём можно думать, смотря на них такими глазами, затянутыми странной поволокой, не обещали мне ничего хорошего в ближайшее время. Ну, разве что хорошего пинка под одно место. Не знаю, как остальные, а глаза Теи мне говорили явно об этом.

Поняв, что опять немного отвлёкся от темы нашего разговора, я вновь сосредоточился на Риале и продолжил рассказывать:

– На тебя и твою дальнейшую деятельность распространяются правила общего распорядка нашей гильдии. Стандартные десять процентов отчислений от общей прибыли и скидки на покупку товаров у нас и в магазинах, и в лавках наших гильдий-партнёров. Плюс бесплатное обучение в университете или школе магии нашей гильдии, если мы её, конечно, когда-нибудь откроем. – Я перебрал в уме перечисленное и подытожил: – В общем, это всё. Основное я перечислил. Полный устав гильдии ты сможешь получить в резиденции гильдии. Ещё раз добро пожаловать к нам в гильдию.

Девушка неверяще смотрела на меня. Видимо, как-то не так она представляла себе вступление в магическую гильдию. Но все формальности уже были соблюдены, и любой мало-мальски подготовленный маг сможет понять, что перед ним стоит маг такой-то гильдии, а проверив по каталогу, он определит, к какой именно гильдии.

«Кстати, – подумал я, – а почему это такая простая мысль не пришла мне ранее, когда я общался с магами, сотрудничавшими с бандитами? – И почесал себе затылок. – Хорошая мысля приходит опосля, – понял я, попеняв себя за нерасторопность и такой серьёзный промах в прошлом деле. – Как же я не подумал о такой возможности?! – сокрушался я. – Жаль, теперь-то этого уже не узнать. Блин!»

На будущее нужно быть наблюдательнее и замечать всё, а не только то, что мне может быть нужно в конкретный момент.

Необходимо выделить некий промежуточный буфер для хранения всех собранных данных, которые смогут снять ментоинтерфейс и кластер. И потом в фоновом режиме проводить анализ хранимой там информации. По мере получения тех или иных результатов анализа удалять ненужное или уже утратившее актуальность или переносить хоть сколько-то значимую информацию в общую базу знаний, структурируя и связывая её с уже известными событиями и данными.

«Вроде должно нормально получиться, – подумал я. – Буфер, в теории, особо большой не нужен, вернее, он будет ограничен, к примеру, месяцем. Анализ проводится как кластером, так и ментоинтерфейсом, виртуальное хранилище данных у нас практически безразмерное, так что можно попробовать. А детали – сколько ресурсов мы выделим на анализ, какой реальный объём потребуется этого буфера – скорректируем во время обработки всего накопленного массива данных».

Сказано – сделано. Команда получена, для меня она никаких видимых внешних последствий не имела, только на задворках интерфейса Искателя появилось ещё два дополнительных пункта – меню и подменю: «Буфер анализа и обработки данных» и «Результаты анализа».

«Вот ведь, опять отвлёкся! – И я постарался сосредоточиться на решении текущих задач. – Ладно, с одной девушкой разобрались, – подумал я, – хотя…» И я опять повернул голову в сторону Риалы.

– Да, чуть не забыл, – сказал я, обращаясь к ней, – мы собираемся открыть тут небольшое предприятие по изготовлению амулетов, одноразовых артефактов и свитков. Подробности я смогу рассказать несколько позже. Но если тебе будет интересно, можешь зайти к нам, и мы всегда найдём занятие для мага твоего профиля. Хотя не буду обманывать, работа будет непростая, кропотливая, монотонная и требующая усидчивости. Так что подумай.

– Хорошо, – кивнула мне Риала и, немного помолчав, спросила: – А что о нашем разговоре?

Она спрашивала явно не о её принятии в гильдию, а о том разговоре, что был у нас с ней до этого.

– Я пока не знаю, – честно ответил я. – Мне нужно хорошенько подумать и решить, как быть дальше. Очень перспективное направление, но при этом и очень рискованное. Но не переживай, я обязательно свяжусь с тобой и посоветуюсь насчёт своего решения, всё равно без твоего прямого участия нам не обойтись. Так что в будущем, возможно, ты будешь развивать ещё и это направление.

– Я поняла, – кивнула девушка.

«Вы о чём?» – ещё раз постаралась разузнать о сути разговора Тея, да и Эрея смотрела заинтересованно, явно слыша наш мысленный разговор.

«О делах», – улыбнувшись, ответил я.

Та в ответ лишь фыркнула и, демонстративно повернувшись ко мне спиной, что-то стала обсуждать с Эреей и Ралией.

Я же посмотрел на Трона:

– А теперь представьте нам другую девушку, – и указал глазами на молодую демоницу, стоящую возле наёмника-человека.

«Жена, подруга?» Я, честно говоря, терялся в догадках: слишком разными были их менто-информационные поля и они никак не указывали на их близкую родственную связь.

Даже женой, если подумать, она быть не могла, печати семейных уз в её ментополе не было. Но что-то их связывало, и это что-то было настолько сильно, что этот чел согласен был отдать свою жизнь, чтобы спасти эту девушку.

«Неужели всё-таки дочь? – удивился я. – Но как? Ведь они настолько разные! – Я ещё раз посмотрел на них. – И чего я зациклился на прямом родстве, – вдруг сверкнуло в моей голове, – ведь эта девушка может быть и приёмной дочерью этого чела. – Да, так оно и есть. Моя интуиция полностью подтвердила эту версию. – О, вон и капитан собрался что-то сказать. Вот сейчас всё и прояснится». И я посмотрел на наёмника.

– Знакомьтесь, – представил нам девушку Грон, – это Дэгая, дочь одного из моих наёмников. – Он похлопал по плечу того чела, возле которого сидела девушка. – Рассказывай, теперь твоя очередь. – И он сжал его плечо.

– Да, спасибо, – сказал тот и поднялся со стула.

Потом прошёлся и встал позади девушки, давая возможность рассмотреть её получше, так как до этого она сидела за его спиной и её было не очень хорошо видно присутствующим.

«Видимо, красота девушек, в чьих венах течёт кровь, переполненная магической энергий, – это некая аксиома, – подумал я, смотря на дочку наёмника, – эльфарки, демоницы, ангелы, полукровки – все красавицы. Ну, или это мне так особо везёт. Хотя, конечно, мои девочки – это особый случай, даже среди всех остальных красавиц они выделяются, как яркие шикарные бутоны на фоне одноцветных ромашек. Правда, вон те две воинственные девушки-наёмницы-саркал тоже ничем им практически не уступают, но тут нечто другое. Мои девочки – это как неповторимое и нереально прекрасное произведение искусства, а они – как воплощённое в живую плоть оружие. И те и другие у меня вызывают неподдельное восхищение. Но и тут есть исключение. Тея, – я посмотрел на девушку, – в моём понимании и то и другое. Искусно созданный её родителями клинок, который одновременно прекрасен и неимоверно опасен. – Красота девушек пленяла, и я опять чуть не выпал из реальности, любуясь ими. – В общем, я отвлёкся. И почему это в последнее время я всё больше думаю о них?» – подумал я и вернулся к разговору с наёмником-челом.

– У нас всё не так запутанно, как у остальных, – стал рассказывать тот, положив свои большие ладони на хрупкие плечики девушки. – Как вы видите, Дэгая не родная мне дочь.

«Как я и думал, она приёмная».

– Я нашел её пятнадцать лет назад в одном из рейдов в мире, где мы жили на тот момент. Мы с моим отрядом защищали от набега один из небольших городков, который находился на границе с дикими территориями. И вот в одной из разрушенных деревень мы наткнулись во время патруля на разграбленный обоз. Там я и нашёл Дэгаю, в телеге, под ворохом одежды. Её, похоже, посчитали мёртвой. Так как она и правда практически не подавала признаков жизни. Но на самом деле она была без сознания, ранена и истекала кровью, но жива. Наш отрядный лекарь, как мог, постарался залечить её раны и помочь ей, но он был слабым магом, а девочке требовалась более квалифицированная помощь. Потому меня и моего напарника, – кивнул он на другого наёмника, сидящего за столом, – отправили в город. Там я остался присматривать за девочкой, а Роск, это как раз и есть мой напарник, отправился разыскивать её родственников. Но как потом выяснилось, вся семья девочки была в том обозе, так что её ждала незавидная судьба. Дорога в сиротский приют. Делать было нечего. Оставалось только сдать её на попечение больничного лекаря и возвращаться в отряд. Но когда мы уже собирались уходить, девочка вдруг пришла в себя. И я на прощание хотел просто посмотреть, что ей стало лучше. Однако когда я увидел её заплаканные, но такие милые и очаровательные тёмные глазки, то понял, что не смогу уже расстаться с ними никогда. – И он любяще погладил девушку по волосам. – Я понял, что она и забота о ней – моя судьба. Поэтому я должен заботиться о ней и её глазках, – он подмигнул приёмной дочери, – пока мне хватает сил или пока я не найду того, кто будет достоин заботиться о них в будущем.

– И как успехи? – усмехнувшись, непроизвольно сострил я, за что получил чувствительный тычок в бок острым локотком мило улыбнувшейся мне Теи.

И улыбка её говорила о том, что подобных «подарков» у неё для меня есть на каждую мою не вовремя произнесённую колкость.

Наёмник не услышал мои слова. А вот Дэгая явно обладала хорошим слухом, так как быстро бросила взгляд в мою сторону и резко отвернулась, спрятав лицо, так как оно сильно потемнело. Что, как я понимаю, с её тёмной кожей означает значительное смущение.

Между тем наёмник продолжал рассказывать:

– Ну а несколько лет назад мы, благодаря счастливому случаю, перебрались сюда. На тот момент у нас с Роском уже было на руках приглашение на вступление в отряд капитана Грона. Так что мы практически сразу с его помощью смогли попасть и в гильдию наёмников. Ну а Дэгая пока ходила в местную школу. В этом году она её закончила и должна была определиться или с работой, или с дальнейшим обучением, а потом и со вступлением в гильдию. Но, как вы видите, обстоятельства сложились иначе. – И он развёл руками.

– Да, вижу, – кивнул я и перевёл свой взгляд на девушку. – Значит, вы не определились ещё с её талантами?

– Да, – ответил тот, – но в школе многие учителя говорили, что у Дэгаи неплохие способности к магии тьмы. Однако полноценной нормальной проверки для поступления в Академию магии, что находилась в нашем мире, или какое-нибудь другое учебное заведение с магическим уклоном она не проходила. Сначала на это не было денег, а потом просто стали откладывать ей на учёбу. Сейчас мы уже, конечно, накопили на полноценное обучение для неё в какой-либо школе магии средней руки, не элитном заведении, но тоже с неплохим общим образованием. Но после всего произошедшего для неё, как и для меня, доступ в любое нормальное учебное заведение или какую-то магическую гильдию закрыт. Нам просто не хватит на всё это денег. Такие вот дела. – Он опять развёл руками. Видимо, это был его неосознанный жест на то, когда он не знал, как поступить дальше. – И вступление в вашу гильдию для неё – это последняя надежда остаться здесь, в нейтральных мирах. В этом случае мы уже сможем накопить деньги на обучение, и она пройдёт его чуть позже, ну или мы как-то сможем договориться о рассрочке или о чём-то подобном. – И наёмник с ожиданием посмотрел на меня.

Тут всё понятно, я и сам видел, что из девушки выйдет неплохой маг тьмы и смерти. Возможно, даже магистр. Особенно если она получит неплохое образование и мы с кластером и Искателем поработаем над её менто-информационным полем.

Хоть я уже полностью оценил будущий потенциал девушки как тёмного мага, но для остальных требовалось более авторитетное мнение. Поэтому я передал обязанность по принятию решения о способностях Дэгаи нашим магам, а именно корнолу и моей прекрасной демонице.

– Простите, но в этом случае её способности должен оценить кто-то более сведущий в магии, чем я. – И я указал на Лениавеса, Эрею и Тею.

Девушка поняла, что в этот момент решается её судьба и возможное будущее, а потому с напряжением посмотрела на наших магов.

– Что скажете? – обратился я к ним.

«Раньше тебе как-то не требовалось наше мнение», – мысленно прозвучали слова Теи.

Я посмотрел ей в глаза, подмигнул и так же мысленно ответил:

«А оно не нужно мне и сейчас. Всё, что мне необходимо, я уже выяснил. – При этих словах я заметил возмущение и злобный огонёк в глазах девушки и какое-то подозрительное похрюкивание со стороны оборотня. – Но оно нужно им, – указал я глазами в сторону сидящей Дэгаи и её отца, – поэтому постарайтесь».

Лениавес кивнул и сказал:

– Хорошо, сейчас. Только нужно подняться в наш номер. Здесь, в зале, не действует магия. – И обратился к девушкам: – Тея, Эрея, собирайтесь, давайте обследуем девушку и поможем с точным определением уровня её способностей.

Те послушно встали (почему, интересно, они так послушны, когда о чём-то просит он, и задают кучу вопросов мне) и прошли мимо меня с надменным видом. Они подошли к выходу, ведущему в общий зал, и стоящему рядом с ним корнолу, и Эрея позвала дочь наёмника:

– Дэгая, не бойся, пойдём с нами. Это не займёт много времени.

Та посмотрела на отца, он, подбадривая, сжал её плечи, с которых так и не убрал свои широкие намозоленные ладони.

– Иди, – подтолкнул он её в спину.

Дэгая наклонила голову, тихо поднялась, зачем-то хотела взять стул, на котором сидела, но потом опомнилась, оставила его на месте и, пройдя к корнолу и девушкам, остановилась напротив них.

– Пойдём, – ласково сказала Тея, указывая на дверь.

Я даже, честно, не ожидал от неё такого участия к судьбе девушки. Ту, кстати, тоже удивил тон демоницы, она даже непроизвольно сделала шаг назад, но Тея аккуратно взяла её за руку и, потянув за собой, всё так же ласково и участливо произнесла:

– Не переживай и не бойся. Тут нет ничего страшного. Я и сама проходила подобную процедуру. – И объяснила, успокаивая девушку: – Мы просто воспользуемся магическим зрением, чтобы рассмотреть твою ауру, по ней мы сможем определить, к какому типу магии ты имеешь наибольшую предрасположенность.

После чего, всё так же держа Дэгаю за руку, они вместе вышли из зала, за ними покинула нашу большую комнату Эрея, последним в общий зал вышел Лениавес, кивнув мне:

– Мы скоро.

Глава 8

– Не переживайте, – обратился я к наёмнику, – если он ею заинтересовался и согласился проверить её магические способности, то можете быть уверенным – они у неё есть. Иначе он даже с места не сдвинулся бы. Ваша дочка точно маг, а вот какой, мы узнаем достаточно скоро. Ведь предрасположенность к магии можно определить и не выходя из комнаты, а вот разобраться со способностями девушки и понять, кем же она может быть в будущем, достаточно сложно. Думаю, всё будет хорошо. И наша гильдия пополнится ещё одним молодым и перспективным магом.

– Спасибо, – кивнул наёмник.

– Да в общем-то не за что, – пожал я плечами и оглядел оставшихся в комнате нейтралов. – Ну, господа, здесь остались лишь те, кто заинтересован в тесном сотрудничестве с нами. – Мой взгляд скользнул сначала по невесте Лираса, затем по Дарии, а потом и по двум девушкам-воительницам. – Простите, как-то за всеми этими разговорами я позабыл о ещё двух ваших спутницах, вы не представите их нам? – Я сделал вежливый полупоклон в направлении девушек расы саркал.

«Угу, как же, забыл он, – пронеслась у меня в голове мысль Грона, – так я тебе и поверил».

А вслух ответил:

– Это мои знакомые. Они воительницы. Мы познакомились на бирже у нас в гильдии, они тоже ищут гильдию, в которую захотели бы вступить и которая была бы достойна принять столь великолепных воинов.

– Это правда? – будто удивлённо спросил я, нарочито внимательно рассматривая девушек.

«Что он делает, да они же саркалки, – замелькали панические мысли в голове капитана. – Нужно его как-то остановить, пока не случилось непоправимое».

Но Грон не успел. Вернее, я не хотел, чтобы он успел, и потому опередил его. Во-первых, мне были нужны эти девушки. И во-вторых, я знал, на что шёл, мне нужна была их злость и желание разорвать меня на клочки.

Они ещё не приняли окончательного решения о вступлении в нашу гильдию. У них вызывал интерес лишь тот, в ком они почувствовали ту непонятную силу и угрозу. Но сейчас они не могли понять, кто это. И поэтому наш отряд не вызывал у них никакого интереса, и они просто хотели уйти.

Всё это я прекрасно видел по их менто-информационному полю. Создавалось впечатление, что они и сами не понимали, зачем же всё-таки пошли вместе с наёмниками на это импровизированное собрание кандидатов на вступление в нашу гильдию.

Чтобы задержать их, мне нужно было заинтересовать этих девушек-воительниц. А интересовало их, судя по тому, что я смог разузнать как о них самих, так и вообще об их расе, только одно: воинское искусство. Поэтому мне нужен бой, и этот бой должен быть именно с ними. И мне нужна победа. Моя победа. Притом она должна быть безоговорочной.

«Так что начнём представление», – мысленно усмехнулся я и обратился к Трону, специально проигнорировав девушек:

– Не похожи эти милашки на сильных бойцов. На магов, возможно, ну, на каких-то лучниц… Вон по Длае сразу видно, что она прирождённый боец, – кивнул я в направлении дочери мастера-кожевенника, – но, чтобы они, – кивок уже на саркалок, – были настолько первоклассными воинами, мне не верится. Скорее я поверю, что это изнеженные любовью и лаской родителей и ухажёров аристократки, чем воины.

Все смотрели на меня с удивлением. Наёмники вообще видели во мне уже ходячего мертвеца, так как они прекрасно знали, кто на самом деле были эти девушки. Да и воры, похоже, тоже понимали, кто сейчас сидит в зале. И их сочувственный взгляд лишь подтвердил эти мои мысли.

Вот Длая, судя по всему, не была знакома с саркалами, но и она тихо прошептала, наклонившись ко мне:

– Поверь моему опыту, эти девушки намного более опасны, чем выглядят внешне. Я знаю подобный тип бойцов.

– Да? – удивился я. – А по ним и не скажешь. – И я вновь внимательно постарался рассмотреть девушек, окидывая их взглядом с ног до головы и специально задерживая взгляд именно на самых, так сказать, «воинственно необходимых» чертах их фигуры и переводя свой уж слишком помасленевший взгляд снизу вверх. Симпатичные личики, красивая грудь, осиная талия и покатые женственные бёдра.

«И правда красавицы, – мысленно оценил я девушек. – Видимо, моя теория, что обилие магической энергии в этих разумных как-то влияет на такое огромное количество красивых девушек и женщин, верна».

И вернулся к своей не слишком привлекательной роли тупого имбецила.

– Как-то не верится, – снова повторил я и пренебрежительно отвернулся от них.

Видимо, это и послужило последней каплей. Девушки вскипели.

Все присутствующие нейтралы, судя по их понурым лицам и таким же потемневшим и настороженным аурам, похоронили меня заживо и теперь с некой грустью ожидали плачевной развязки.

Хотя нет, не все. Слонг смотрел с заметным интересом. Его совершенно не интересовала та внешняя ширма, что сейчас находилась у всех перед глазами. Он старался заглянуть за неё и разобраться, зачем же мне понадобилось устраивать это представление. В мой смертельно опасный идиотизм он не верил. Это я также прочёл как по его задумчивому взгляду, который он перевёл с меня на девушек, так и по его совершенно не выражающему никакого беспокойства менто-информационному полю. Он хоть и не понимал, что я делаю, но догадывался, что всё это затеял не просто так.

«Непростой он мужик, – подумал я о Слонге, – а потому он вдвойне опасен для меня как враг, значит, буду делать из него друга».

Тем более это моё решение никак не противоречило моим будущим планам, я хотел, чтобы он рано или поздно стал правой рукой Глеоса. Ему нужен не только такой хороший учитель, но опытный и мудрый советник, и лучшего, чем этот бывший убийца, я найти вряд ли смогу.

Ну да это дела далёкого времени, а сейчас нужно вернуться к тому, что происходит здесь.

«Хорошо, что Тея и Эрея ушли, а то они устроили бы мне промывание мозгов тяжёлыми моющими средствами», – подумал я о сковородке или, что более привычно для этого мира, разных колюще-режущих аргументах и, сделав большой мысленный вздох, мобилизовал все свои умения и силы.

«Начали», – дал я себе мысленную команду.

Поднимаясь из кресла, я небрежно потянулся, а потом, неожиданно сделав плавный шаг по направлению к одной из угрюмо смотрящих на меня девушек, погладил её по бедру. Зашёл я с нужной мне стороны. Оружия нет. Удар руки меня не убьёт, по крайней мере сразу. Да и дожидаться его я не буду.

Ошеломление. Неприязнь. Презрение. Все эти чувства окатили меня.

Но ещё большим было желание уничтожить, раздавить этого мелкого, презренного чела, который осмелился коснуться её.

Однако я не стал дожидаться развязки.

Правила. Устои. Её сестра хотела вмешаться, но не могла. Нельзя. Это противоречит правилам боя, правилам поединка. Правилам мести. Иначе на одного глупого чела в этом мире стало бы меньше.

Пока поднималась девушка, что уже готова была меня разорвать на части, я оказался за спиной второй, сидящей рядом с ней, и, наклонившись, быстро поцеловал её в шею, едва увернувшись от резкого удара. Хотя она и не ожидала именно такого поворота событий, но какой-то пакости с моей стороны явно опасалась, и не зря.

«Ну что, мои красавицы, теперь вы обе в игре», – мысли бегут параллельно с действиями.

Всё, время пошло на доли секунд. Бешенство и опасность вокруг меня. Нельзя переходить в режим ускорения, можно лишь повысить своё восприятие до максимума, но двигаться я должен чуть быстрее, чем обычный человек, ничем не выделяясь из толпы таких же, как и я, челов. Хотя бы внешне этот бой должен выглядеть честным поединком. Но с того момента, как обе девушки вступили в мою игру, они уже проиграли. Ведь я не следую их законам чести и их правилам поединка. Я играю по своим правилам и заставляю девушек следовать им же.

Перед глазами модель, построенная кластером. Ментоинтерфейс корректирует точность моих движений и перемещений. Практически вся комната окрасилась в багровокрасный цвет опасности. Есть всего несколько безопасных зон и коридоров, вот именно воспользовавшись ими, я и перемещаюсь.

Стол. Он должен находиться здесь. Слегка задеваю его бедром, будто случайно запнувшись о стоящий рядом с ним стул. Всё, точное совпадение координат между реальной и виртуальной моделью.

Дальше. Три шага, обойти наёмников. Они тоже часть плана. У девушек к ним нет враждебных чувств, это тоже играет свою роль.

Кресло у меня за спиной. Важная деталь. Можно сказать, ключевая.

Панически отступаю ещё на два шага назад. И, запнувшись о него, падаю на пол, переворачиваясь в воздухе.

Со стороны это должно выглядеть очень неуклюже, можно даже сказать, беспомощно. Но на самом деле это не так. На доли мгновений я исчезаю у всех из вида и перекатом оказываюсь в том единственном месте в этой комнате, где я и должен находиться. Мне нужно встать именно в эту, выделенную на созданной в виртуальной модели, точку.

Всё, сцена готова, все действующие лица теперь находятся именно там, где и должны пребывать согласно выстроенной кластером вероятностной модели.

Доля мгновений, что я исчезал из вида, мне понадобилась и на то, чтобы в моих руках оказалось оружие. То оружие, что мне необходимо, чтобы правильно закончить мою игру, завершить моё представление.

Арбалеты в руки. Заряжены они простыми, не магическими, но бронебойными болтами. Но сейчас это не имеет большого значения. Главное – обозначить поражение, и как можно чувствительнее. В том, что эти болты девушек не убьют, да и особого вреда им не причинят, я уверен полностью. Но вот то, что они их почувствуют и остановят, – это наверняка. А значит, они именно то, что мне нужно.

Девушки невероятно быстры. Верно их расу считают одной из сильнейших и опаснейших бойцов в нейтральных мирах. И с обычной человеческой скоростью и ловкостью у меня практически нет шанса их победить в прямом боестолкновении. Но практически – это не абсолют, это говорит лишь о том, что такой вариант есть, просто его нужно найти. Или создать.

А поэтому прямого и честного боя не будет. Мне не важен сам бой или то, как он протекает. Я пришёл не мериться силой или сравнивать своё и их умения. Я пришёл побеждать. Мне нужна победа.

И значит, я направляю оружие именно в то место, откуда с наибольшей вероятностью меня можно поразить с одного удара.

Всё выбрано и сделано не просто так. Находясь здесь и сейчас, меня можно поразить всего с двух точек.

Учителя у девушек великолепные. Это видно по тому, как они двигаются. Нереальная скоординированность действий, казалось бы, в случайной схватке. Никаких лишних движений. Всё выполняется чётко и быстро. На автоматизме. И в этом их основная ошибка. Они зеркальны. Их непревзойдённое умение не подвергается сомнению. Но в их обучении есть одна огромнейшая брешь.

Это я.

Их наставники обучили девушек одинаково. Синхронность и точность их движений поражает. По ним можно было бы проверять хронометр. И поэтому я победил.

Мне не нужно думать и координировать свои действия. Саркалки все сделают за меня. Это и большой плюс, и такой же огромный минус. Они окажутся именно там и тогда, когда мне это будет нужно.

Выстрел. Ещё один. Повтор. Стреляю с двух рук. Раньше сомневался, что это у меня получится: как это одновременно целиться и стрелять в совершенно разные направления и цели. До этого случая я не понимал этого. Но, как оказалось, могу и так.

«Спасибо вам, мои неизвестные благодетели», – с ехидством поблагодарил я тех, кто закинул меня в эти миры.

В последний момент корректирую направления полёта болтов с учётом того, что девушки мне нужны всё-таки живыми и выстрел в жизненно важные органы даже в этом случае может быть смертелен. Поэтому болты попадают именно в те точки на теле девушек, где вероятность поражения жизненных центров наименьшая, а поражающий эффект максимален.

Два тела, неожиданно проявившиеся в воздухе там, где их всего мгновение назад не было, отлетают к стене, отброшенные полученными ударами болтов в грудь и ногу.

Все на несколько мгновений замирают. В зале воцаряется гробовая тишина. Все переводят взгляд с меня на лежащие и не шевелящиеся тела девушек.

– Да живы они. – Я махнул рукой, стараясь сбросить напряжение.

Но чтобы унять накатившееся беспокойство, всё-таки проверяю состояние девушек Диагностом.

Без сознания. Сильнейшие удары они выдерживают без труда. Есть ушибы и поражения мягких тканей. Но им обеим не нанесено никакого серьёзного урона. Болевой порог у девушек просто невероятен. Это как раз тот результат, на который я и рассчитывал. Саркалки намного крепче, чем выглядят, но и у них, оказывается, есть слабые стороны.

Смотря на девушек, решаю, что лежать им у стены не очень прилично, удобно, красиво или эстетично – не знаю, как правильно оценить это своё ощущение. Подойдя к одной из них, той, что находится немного ближе, поднимаю и переношу её в ближайшее кресло, накрываю лежащим на одной из полок пледом. Затем иду за второй. Все действия повторяются.

Зачем я это сделал, конечно, не знаю, но так более правильно, на мой взгляд.

В зале всё ещё стоит гробовая тишина.

– И что всё это значит? – наконец спрашивает у меня Грон.

Остальные лишь молча следят за моими манипуляциями. В глазах обеих девушек, что сейчас следили за мной, Дарии и Селаи, так и читается: дикарь, варвар.

Молчание нарушает голос из тёмного угла, как раз оттуда, где сидит телохранитель главы воровской гильдии.

– Это проверка, – неожиданно отвечает ему Слонг и поворачивается ко мне: – И как, они её прошли?

Усмехнувшись, я посмотрел ему в глаза:

– Её прошёл я.

После чего уже совершенно спокойно огляделся и обошёл зал вдоль стены, собрав выпущенные в саркалок болты, а потом, вернувшись, уселся в кресло, стоящее рядом с девушками.

«М-да, – подумал я, рассматривая несколько расплющенные наконечники небольших стальных стрел, – неплохая на них была защита, – констатирую я, поглядывая на саркалок. – Ладно, потом использую подо что-то ещё», – и убираю испорченные стрелы к себе в инвентарь.

– Я не понимаю, – тихо обращается к своему отцу Селая и глазами указывает в мою сторону, – что сейчас тут произошло?

Грон смотрит на молодую магиню и пожимает плечами.

– Да я и сам не очень это понимаю, – так же тихо отвечает ей он, – но, думаю, господин Баг очень скоро нам это объяснит. – И, повернувшись ко мне, спрашивает: – Девушки скоро придут в себя? Я за них несу некую ответственность, ведь это я привёл их на встречу.

– Не знаю, – честно отвечаю я, – но, судя по тому, что я о них слышал, через пару-тройку минут.

– Да… – протянул пожилой наёмник, – любопытно. – И он задумчивым взглядом окинул мою фигуру. – А ты не так прост, господин посредник. Не против, если девочек осмотрит моя дочь, она всё-таки маг жизни?

– Конечно, – соглашаюсь я, – но их жизни и здоровью действительно ничего не угрожает.

– Ну-ну, – хитро посмотрев на меня, прошептал он, – в тебя из арбалета в упор выстрелил бы какой-нибудь идиот, посмотрел бы я, как бы ты себя чувствовал.

– Да, нормально всё с ними, – отмахнулся я.

– И как же ты это понял, если ты не маг? – сощурив глаза, пристально вгляделся он в меня. – Не дождавшись моего ответа, он гораздо увереннее сказал: – Пусть всё-таки посмотрит, так и нам, и тебе будет спокойнее.

– Хорошо, – пожал я плечами и приглашающе показал на девушек рукой, – пусть осмотрит.

– Селая, глянь, как там девочки, – указывает Грон своей дочери на саркалок.

– Секунду. – И его дочка мгновенно оказывается рядом с нами.

«Так она ещё и плетением локальной телепортации умеет пользоваться», – поражённо гляжу я на дочь капитана наёмников.

Но в ней нет способностей к управлению этим типом магии. Странно.

Однако, всмотревшись в её менто-информационное поле, понимаю, что нет, это не плетение. Это её врождённая способность, как и у многих в этих мирах. Ей вот досталось это необычное умение, мгновенно перемещаться в пространстве. Неплохая способность, особенно для бойца, воина, убийцы или наёмника. Но магу жизни она ни к чему, так что придётся сделать так, чтобы это её умение не пропадало зря. Нужно будет и её обучить хотя бы основам боя, только её отец почему-то до сих пор не сделал этого. Не знаю, но, как мне кажется, это может однажды спасти ей жизнь. Глупо игнорировать такое преимущество перед всеми остальными, тем более данное ей от рождения.

Селая осмотрела девушек и даже наложила на каждую из них плетение «Малое исцеление».

– С ними всё в порядке, – сказала она мне и отцу, – даже удивительно, как такое возможно? Ведь я могу оценить ту силу удара, что нанесли арбалетные болты.

– Просто он не хотел их убивать и стрелял туда, где смог бы причинить им наименьшие повреждения, – тихо проговорил Слонг. – Верно? – спросил он меня.

– Верно, – согласился я.

– Но как такое возможно? – задал тот же вопрос теперь наёмник, соплеменник Грона. – Это же саркалки. Ты знал это? – И он вопросительно посмотрел на меня. Но отвечать я не собирался, поэтому он продолжил: – Ведь мы даже не видели, как они двигаются, а скорость восприятия у нас гораздо выше, чем у тебя. Как ты смог?

– Посмотри туда, – вместо меня ответил ему телохранитель, махнув рукой в сторону девушек, – неужели вы до сих пор не поняли, – и он разводит руками, – да он с самого начала наверняка знал, кто они. И именно поэтому они сейчас лежат там бесчувственными тушками, а он сидит и попивает кофе, будто речь идёт вовсе не о нём. Вы до сих пор не поняли, что он всё это затеял только затем, чтобы случилось то, что случилось.

Честно говоря, не ожидал от него такой горячности. Видимо, и его всё-таки пробрало моё представление, но, скорее всего, не тем, что оно состоялось, а тем, как оно проходило. Он не понимал, что произошло, а главное, не понимал – как. Именно это его, похоже, и раздражало больше всего.

«Не любит Слонг вопросы, на которые у него нет ответов», – усмехнулся я.

– А что должно было случиться? – тихо спрашивает у него Селая.

– Они должны были проиграть, – будто про себя говорит телохранитель.

– Но зачем? – вновь спрашивает она.

– А это вы спросите у него, ведь всё это представление для них разыграл он, а не я. – И, странно резко успокоившись, Слонг откидывается на спинку кресла.

Селая переводит осуждающий взгляд на меня:

– Зачем? Зачем ты поступил так с ними?

Этот же вопрос читался и в глазах Дарии.

Странно, но остальные более спокойно отнеслись ко всему произошедшему. Даже больше, Грон вообще с какой-то скрытой усмешкой, стараясь упрятать её в глубине своих глаз, старательно отводит свой веселящийся взгляд в сторону.

«Я что, опять где-то допустил ошибку?» – думаю я и спешно перепроверяю свой план.

Но нет. Всё выполнено верно. Никаких отклонений от намеченной линии поведения. Тогда что же у меня за червячок засвербел в одном месте? Почему я не могу успокоиться и всё больше начинаю нервничать, смотря на лежащих рядом девушек?

А наёмник, похоже, прекрасно знает, в чём заключается мой прокол. И явно его это начинает веселить всё больше и больше.

«Ладно, буду решать вопросы по мере их поступления», – успокаиваю я себя, тем более и саркалки, лежащие в креслах, начали потихоньку приходить в себя.

– Как вы? – обращаюсь я к ним, когда они обе открывают глаза. – Нормально?

Непонятно, но обе девушки как-то странно и молча смотрят на меня. Ни на что не жалуются. Хотя, в принципе, общее их состояние оценивается Диагностом как вполне нормальное.

– Прощения просить бессмысленно, – говорю я им, – понимаю, что поступил не очень честно или благородно, и поэтому очень сожалею. Но вы мне нужны.

После этих слов в глазах обеих девушек я увидел неподдельный страх и отчаяние. Не понимаю, с чем это может быть связано, а потому стараюсь объяснить.

– Вы мне нужны, – быстро говорю я, – я видел, что наша гильдия никак не может привлечь вас, но мне было нужно, чтобы вы остались. А бойцы вашего уровня способны остаться только в одном случае: если они как-то смогут этот свой уровень повысить. И я вам постарался показать, что с нами вы сможете это сделать.

Одна переводит взгляд на другую. Страх в их глазах принимает вид неподдельного удивления и поражения.

– Так он не понимает, что сделал? – перейдя на свой язык, говорит первая девушка, обращаясь ко второй.

– Похоже на то, – соглашается с ней вторая.

У меня создаётся такое впечатление, что вся моя предыдущая речь, обращённая к ним, пролетела мимо их симпатичных ушек в открытое небо. А заботят их сейчас какие-то сугубо личные проблемы.

– Что делать? – спрашивает вторая.

– Не знаю, я не хочу убивать всех. Ведь они все свидетели. Да и не факт, что мы сможем это сделать. Один раз у нас с тобой уже ничего не получилось. – И она невольно кивает в мою сторону.

Вторая некоторое время молчит, а потом отвечает:

– Нет. Всё как-то запутанно. Тот непонятный случай у лестницы. То, что произошло сейчас. Эта гильдия странная. В этот раз мы будем более разумны. Не нужно спешить. Нужно выждать и обдумать наше положение. Свидетели – это только часть дела. Клановый маг сразу всё поймёт, как только увидит нас. Да и от мамы этого не получится скрыть с её-то способностями видящей. Плюс во время церемонии всё станет окончательно ясно. Домой нам нельзя.

– Да, – соглашается другая девушка, – но что делать?

– Ждать и думать. Он, – саркалка кивает в мою сторону, – похоже, вообще ничего не знает о нас и наших законах и традициях. А потому у нас есть шанс. Так что вступаем в их гильдию и учимся. Благо, мы им зачем-то понадобились. А за это время нам нужно узнать, что он сделал и как? Такому нас не обучал ни один наставник. А когда мы во всём разберёмся, тогда и решим его судьбу. Его и свою, – тихо закончила девушка.

– Да, – соглашается с ней сестра и очень тихо спрашивает: – А если он узнает?

– Тогда будет ещё один бой, – тихо отвечает ей вторая, видимо более обстоятельная в суждениях, – и я не уверена, что мы с тобой выживем. Но проиграть дважды и остаться в живых мы не можем, и ты понимаешь почему. – И она пристально посомтрела в глаза собеседницы.

– Да, – кивает та.

Я с интересом слушал этот разговор девушек, но так, если честно, и не понял, о чём они говорят. Никаких особых законов или порядков, которые хоть как-то были бы связаны с проигрышем боя среди саркалов, я не нашёл. Выиграть можно не все битвы. От поражения никто не застрахован. Это понимают все. Так что ничего особого в сети по этой теме не было. Однако червячок всё так же свербел и не давал успокоиться.

«Ладно. Более подробно постараюсь порыться в этой теме чуть позже», – решил я, а пока следовало переходить к следующим вопросам.

Тем более и все остальные с напряжением смотрели как на меня, так и на девушек.

Те вроде немедленно лишать меня жизни не собирались, хотя это столь странное для меня желание иногда читалось в их взглядах, бросаемых на меня. Поэтому я перешёл к следующему вопросу:

– Ну, как бы необычно всё это ни выглядело со стороны, но произошедшее закончилось миром. А потому предлагаю всем нам перейти к последнему пункту нашего с вами разговора – это к принесению вассальной клятвы главе нашей гильдии.

– Да, – немного оторопело, ещё не отойдя от произошедшего, говорит мне Тлог, – но он вроде ещё не вернулся сюда.

– Кто? – удивился я.

Глава гильдии воров подозрительно посмотрел на меня, а потом пояснил, будто разговаривая с ребёнком.

– Глава гильдии, он же ушёл с его дочкой, – указал он на наёмника из отряда Трона.

– Нет, – отвечаю ему я, – глава не покидал зала всё время нашего разговора.

– Что? – оторопел Тлог Горбун, а потом окинул взглядом всех присутствующих. – Так это ты? – наконец понимает он.

– Да, – отвечаю я.

– Я же говорил, что вы ещё удивитесь, – раздался голос Слонга, обращённый к главе гильдии воров.

Наёмники же, наоборот, восприняли эту новость как-то благожелательно. А Грон произнёс:

– Не зря я говорил, что с тобой не всё так просто. – И уже от имени всех присутствующих спросил: – Так что нам нужно делать?

– Всё просто, – ответил я. – Вот текст вассальной клятвы. – Я протянул каждой группе нейтралов по пергаменту с клятвой. – Вы по очереди её произносите. – Я немного помедлил. – В конце я подтверждаю ваше принятие в гильдию и принятие вассальной клятвы у вас, и, по сути, вы уже юридически и фактически становитесь членами нашей гильдии. Это всё. – И оглядел присутствующих: – Так с кого начнём?

Первыми были члены гильдии воров. Они, не раздумывая, зачитали текст клятвы. Я её принял, и в менто-информационном поле каждого из них проявилась небольшая печать в виде парящего дракончика.

Следующими присягнули наёмники во главе с Гроном и Длая. С ними тоже не возникло никаких проблем. Только вот ментальная печать Длаи несколько отличалась от всех остальных. Подобную я уже видел однажды, и появилась она в менто-информационном поле Мука.

«Значит, вассалитет на неё сработал и как клятва принятия в клан, и как клятва принятия в гильдию, – подумал я и задался вопросом: – Но почему? Чем же ты отличаешься от всех остальных? Хорошо хоть просто один клан, а не как у девочек. Иначе ещё одна близкая родственница сведёт меня с ума».

Но вопрос меня заинтересовал. Это простое действие разрушило целостную картину, что сложилась о девушке. А интуиция упорно подсказывала мне, что это напрямую связано с её прошлым, а вернее, с тем, кем она была в нём. Сомневаться, что она дочь Ломара, как-то не приходилось, слишком чётко просматривалось родовое сходство в их менто-информационных полях. Но что-то было не так.

«Ну, не незаконнорождённая же она принцесса, – в шутку подумал я, но вдруг моя интуиция прямо заверещала у меня в голове, зазвенела всеми колоколами. – Так вот почему тебя приняли в строго закрытую касту телохранителей правительницы. Она заботилась о своей дочери, – догадался я. – Интересно, сама Длая знает о том, кем была её мать?»

Подумав немного, понял, что не может не знать. Во-первых, вождь любого клана, даже мало-мальского, не женится на простой девушке. Во-вторых, брак явно был политическим, коль у них было столь прохладное отношение в семье: как мне кажется, Длая вообще была равнодушна к своему мужу, как, впрочем, и он к ней. Ну и в-третьих, её странное спасение – никакой храм не принял бы опальную жену главы клана, если бы она для них не была кем-то большим.

«Тогда всё складывается в более-менее внятную картинку, хоть и немного необычную. Нужно будет более подробно расспросить Длаю о её прошлом», – делаю я себе пометку в памяти.

Нужно всё-таки разобраться, что же в ней настолько необычного, что наше клановое ментополе восприняло её как одну из нас.

Дальше вступить в нашу гильдию должны были девушки-воительницы из расы демонов-саркал. И вот тут-то и возникли кое-какие сложности с принесением ими клятвы.

Одна из девушек посмотрела на меня и произнесла:

– Я Лея, это моя сестра Нея. В нейтральные миры мы прибыли, чтобы уклониться от воли нашего отца и искать лучшей судьбы. Мы готовы принять ношу служения вашей гильдии, но нам необходимо знать, как ты смог победить в том бою? Ты слаб. Ты неуклюж. Ты не так ловок, как мы. В тебе нет наших умений и нашей силы. Ты не маг. Ты простой чел. Мы это видим. Но тем не менее всё это не помешало тебе. Ты победил. – И она склонила голову. – Мы признаём это. И хотим понять – как? Это наше условие, господин.

Все с интересом посмотрели на меня, ожидая моего ответа.

По сути, теперь в этом зале находились именно те разумные, кому я мог доверить свою жизнь. Это верхушка той гильдии, которую я создал. Конечно, не было рядом моих друзей, но в их преданности я совершенно не сомневался. Сейчас же присутствовали те, кто присоединился к нам уже здесь, в нейтральных мирах. И вся моя жизнь на несколько лет вперед будет очень тесно переплетена с их судьбой. Поэтому среди них мне нужно нарабатывать авторитет. Ведь мои решения, какими бы безумными они ни выглядели со стороны, не должны подвергаться сомнению.

– Хорошо, я расскажу, – говорю я девушкам, – обещаю это сделать сразу же, как только вы принесёте мне вашу клятву.

Сёстры переглянулись между собой.

– Он опять ведёт нас, – сказала Лея на своём языке, – мы ставим это условием, он же переводит наше условие в разряд поощрения или благодарности.

– Не всё ли равно, – ответила ей Нея, – ведь в итоге мы всё-таки сможем узнать, что же он сделал.

– Да, – согласилась сестра и, посмотрев на меня, ответила:

– Мы согласны.

И обе девушки практически в унисон зачитали текст клятвы.

«М-да, – тупо сижу я и стараюсь то ли сдержать смех, то ли не разнести весь этот зал к чёртовой матери. – Ещё две». Теперь понятно, что так веселило Трона и чего опасались девушки.

Раса воинов. Как же я забыл обычаи подобных народов. Победитель забирает всё. А в случае, если это девушка, то и её саму. Ведь даже у амазонок, насколько я помню, был такой обычай: только победив её в бою ты мог жениться на ней. Лучшие рыцари сражались за сердце прекрасной дамы. А если сама девушка великолепный боец, то она сможет отстоять свою свободу.

«Во что же я опять влип? – Я с грустью посмотрел на саркалок. – И ведь от девочек этого теперь не скрыть, как только те взглянут на них, то сразу различат нашу родовую печать в их ауре. – И я печально потёр шею, на которую надели уже который по счёту хомут. – Попал… – Но, вспомнив о своей теории четырёх, поглядел на девушек уже другими глазами. – Нет, они не подходят под неё. Они всё ещё представляют нижние миры. Значит, должен появиться кто-то ещё. Но как так? Или… – И я замер, стараясь уловить ускользающую мысль. – Да, точно. Нужно скорее понять, кто она, найти четвёртую, иначе я буду собирать гарем красавиц до бесконечности. – Мой внутренний голос полностью соглашается со мной. – Правда, я, конечно, не против, и даже теоретически знаю, что с ними со всеми делать. Да я хочу этого, в этом плане я совершенно нормален. Но совершенно не уверен, что и они разделят моё отношение к этим странным событиям. Ведь всё это происходит помимо моей воли. И как это должно отразиться на них и их дальнейшей судьбе, я не знаю. Но вот что точно могу сказать, так это то, что злить их всех мне абсолютно не хочется. Как-то жизнь моя мне ещё относительно дорога».

Похоже, на некоторое время я со своими размышлениями выпал из реальности, так как раздалось осторожное покашливание и Нея произнесла:

– Мы выполнили свою часть нашего договора, теперь дело осталось за вами. – И она с ожиданием посмотрела на меня.

На моей персоне сосредоточилось внимание и всех остальных.

– Да, – всё ещё заторможенно ответил я, но быстро встряхнулся и, осмотрев всех, остановил взгляд на девушках, – если вам так интересно, то я расскажу. Почему бы и нет?

И только я собрался раскрыть рот, как открылась дверь и в зал вошли Лениавес, Тея, Эрея и Дэгая.

– Мы что-то пропустили? – почувствовав какую-то общую напряжённость, разлитую в воздухе, спросил корнол, обращаясь, судя по его взгляду, почему-то не ко мне, а к Трону и теперь сидящему недалеко от него Тлогу.

– Даже и не знаю, – ответил пожилой тролль, – ваш парнишка смог удивить нас сегодня уже не один и не два раза.

– О чём это он? – спросила Тея у оборотня.

Тот подозрительно оглядел присутствующих.

– Проверьте их ауры, – обратился он к девушкам.

Те послушно стали осматривать вслед за ним присутствующих и, удивлённо повернувшись ко мне, спросили:

– Они все уже в нашей гильдии?

– Ну да, – ответил я, – чего зря время тянуть, вот и принял их всех скопом к нам, хорошие же люди, чего рассусоливать. – И подмигнул удивлённо слушавшей наш разговор Дэгае. Потом обратился к Лениавесу: – Ну и каков ваш вердикт? – и кивком указал на Дэгаю.

– У девушки очень даже неплохие способности к магии тьмы, – пожал тот плечами, – но она совершенно не подготовлена. Поэтому её нужно определить в какой-нибудь университет, и желательно специализирующийся на этом направлении магии. В этом случае она сможет достичь как минимум магистерского уровня. Ну и нужен наставник для домашнего обучения. Первоначально её сможет поднатаскать Тея, но той и самой нужно учиться, так что всё равно придётся искать ей постоянного учителя.

– Это всё? – спросил я у Лениавеса.

– Вроде всё, – оглянувшись на девушек, ответил он.

«Странно, а почему они не заметили её явной приверженности не только к магии тьмы, но и к магии смерти? У девушки врождённый талант некроманта. Почему они это не видят?»

– И не было никаких странностей? – уточнил я у них на всякий случай.

Лениавес лишь пожал плечами, Тея тоже не могла ничего сказать, а вот Эрея, немного помявшись, ответила:

– При её обследовании у меня сложилось такое чувство, что она может управлять энергией, антагоничной моей, но я не заметила никаких предпосылок к этому. В ней нет токов энергии смерти.

Как нет?

И я вновь всмотрелся в её менто-информационное поле.

Да вот же они, прямо на виду.

И только тут до меня дошло, чем же я отличаюсь от всех остальных. Они видят только внешний слой менто-информационного поля и совершенно не регистрируют внутренние умения и способности тех, кто обладает таким вот своеобразным многоуровневым ментальным полем. Как у меня или Дэгаи. Или Теи. Ведь и о ней думают только как о маге тьмы, но на самом деле ее ментополе содержит внутреннюю структуру, переполненную энергией жизни.

«Понятно, – разобрался я в происходящем и мысленно передал Лениавесу: – Кроме того, она ещё и очень сильный маг смерти. Очень. Из неё получится некромант-универсал, не привязанный к своим инструментам, благодаря работе с магией тьмы».

Лениавес удивлённо посмотрел на меня, потом на девушку. И я увидел, как он накладывает на неё плетение опознания.

Секунда. Другая. И вот он получает результат.

«Ты прав, – согласился он со мной, – она ещё и маг смерти, и как мы этого не увидели?»

Повернувшись к остальным, он сказал:

– Вся сложность с обучением Дэгаи заключается в том, что она обладает способностями ещё и к магии смерти. И чтобы развить обе её способности до природного максимума, не перегрузив ей психику или сознание, необходимо найти учителя с таким же направлением в его собственном развитии. А таких специалистов за пределами очень узкоспециализированных гильдий немного. – Он помолчал. – Но мы что-нибудь придумаем. Как я и сказал, на первое время обучение девушки основам магии тьмы возьмёт на себя Тея.

За нашим разговором с интересом следили все. У девушки особых эмоций не проскальзывало, облегчение и некое успокоение, не более, ей, похоже, уже всё сообщили заранее, ну, кроме того, что сказал сейчас корнол, а вот её отец действительно был поражён. Магистерский уровень, да ещё и двунаправленный маг – это очень даже неплохие способности к магии. Однако радостью его лицо светилось недолго.

– У нас нет таких денег, чтобы найти ей действительно хорошего учителя, а потом ещё и отправить в достойное учебное заведение, – угрюмо сообщил, – но я постараюсь что-то придумать.

– Они вам и не понадобятся, – остановил его я. – Свою дочь вы привели не зря, в надежде, что мы её примем в нашу гильдию. Так вот, мы примем её и возьмём на себя расходы по её обучению. Но ничего в этом мире не бывает просто так, поэтому она станет одним из штатных магов нашей гильдии. Вас это устраивает?

Наёмник размышлял не долго, да и его дочка уже мысленно согласилась быть с нами, а поэтому они оба дали своё согласие, и я принял девушку в гильдию на обычных условиях.

– Поздравляю, ты теперь с нами, – сказал я и оглядел всех: – Вы теперь все с нами.

Мои слова заставили находящихся в зале нейтралов ещё раз посмотреть друг на друга.

– Смотри, – прошептала Эрея, ткнув локотком в бок Тею, глазами указывая на сидящих сейчас рядом с Багом двух девушек. Голос её при этом подрагивал.

– Что с ними? – спросила её сестра. – Что с ними не так?

– Посмотри на их ауру, – сказала Эрея. – Что ты видишь?

Сначала Тея равнодушно смотрела на ауры сидящих напротив неё девиц, но потом встрепенулась и поражённо взглянула на них ещё раз.

– Они… – И она чуть не ткнула пальцем в их поле.

– Да, у них наш родовой знак, – согласилась Эрея, – а ещё посмотри туда, – и указала на Длаю.

– Ничего не понимаю. Тоже наш знак.

– Да, но другой. Она просто входит в наш клан. А вот они входят в семью. Что здесь произошло, пока нас не было? Что мы пропустили? Как так могло случиться? Да и вообще, кто они?

На эти вопросы ответов у девушек не было, но они на подсознательном уровне поняли, что в эту странную историю с Багом влипли ещё две несчастные. И ещё то, что в их полку прибыло, и, судя по тому, что они видели, эти две незнакомки так же, как и они, старались скрыть от Бага свой социальный статус и семейное положение.

– Нужно будет с ними поговорить, – указав глазами на сакралок, констатирует Тея.

– Да, нужно узнать, как же они оказались в столь плачевном и неопределённом положении, – согласилась Эрея.

– И, кажется, мы сможем это сделать намного раньше, чем планировали. – И она кивнула на одну из незнакомых девушек, что как раз встала с кресла и подошла к Багу.

* * *

Пока я общался со своими вернувшимися друзьями, то выпустил из виду своё обещание всё рассказать Лее и Нее, ну и за компанию всем остальным присутствующим. Но вот, они ничего не забыли, и потому через некоторое время ко мне подошла одна из саркалок и, наклонившись почти к самому моему лицу, тихо прошептала, смотря прямо мне в глаза:

– Мы ждём рассказа. – И, больше не произнеся ни слова, вернулась на своё место.

Нужно было видеть в этот момент лица моих девочек: даже на лице Ралии, которая не могла видеть, что происходит сейчас, читалось изумление. Эрея была натурально в шоке. Тея, самая горячая и импульсивная из всех, по-моему, еле сдерживалась, чтобы не принять свою боевую ипостась и не разорвать кого-нибудь на части. И под этим кем-нибудь она, судя по направлению её взбешённого взгляда, имела в виду меня.

«Спокойно, – постарался охладить я этот бурлящий котёл эмоций, – девушка просто деликатно напомнила мне о моём обещании кое-что рассказать ей и её сестре».

«И что же?» Даже мысленно я слышал в голосе Теи некоторое яростное порыкивание.

«Сейчас всё услышите, – передал я им и подумал: – Вот ответ на мой себе вопрос „Как девушки могут относиться ко всей этой ситуации?”. Она для них такой же нонсенс, как и для меня. И они сами не знают, как быть. Но чтобы прибить меня, они уж точно сумеют договориться. – Я обвёл всех своих красавиц, сидящих сейчас в зале, немного печальным взглядом. – Вот оно, казалось бы, счастье, но если тронешь, то всю руку вместе с головой оторвать может».

Нужно расставлять все точки над «і», иначе это бесконечное утро обещает перетечь в такой же бесконечный день, а я так надеялся хоть сегодня обойтись без особых приключений. Да, видно, не судьба.

Так чего ждать. Нужно двигаться вперёд, а для начала рассказать всем, что же я устроил за представление тут несколько минут назад.

– Ах да. Рассказать, что же произошло. – И, опасливо посмотрев на Тею и Эрею, как раз так удачно отсутствовавших во время боя, начал говорить.

* * *

– Начну с того, кем вы мне предстали, когда я увидел вас впервые. – Я посмотрел на саркалок. – Две девушки. Милые, красивые, но при этом с окружающей их аурой опасности и спокойствия. То уважение, которое выказывали вам все наёмники из отряда Трона, говорило о многом. Например, о том, что та самая аура опасности и угрозы – не пустая игра моего воображения. Так что я принял за аксиому то, что уважение этих суровых нейтралов к вам основано не на пустом месте, а на ваших умении и способностях. До того момента, как я увидел вас впервые, я ничего не знал о вас, и то, как вас назвал Прон, – саркалки, по-видимому, это ваша раса, мне ничего не говорит. Я никогда не пересекался с вашими соплеменниками. Так что и это слово для меня не более чем просто сочетание звуков.

Все удивлённо посмотрели на меня.

– Ну, не смотрите вы так. Здесь я не так давно и потому не могу знать всё и сразу. А там, откуда я родом, о соплеменниках Леи и Ней никогда не слышали.

– Ты не знал, кто они, и поэтому повёл себя так безрассудно и по-хамски? – спросила Селая, как бы оправдывая моим незнанием то, что я набрался смелости задеть наших воительниц.

Я покачал головой.

– Вообще-то нет, – усмехнулся я. – То, что я не знал, кто именно эти две девушки, не помешало мне оценить уровень их боевой подготовки. Он великолепен.

– Тогда я не понимаю, – пожав плечами, посмотрела на меня девушка, – зачем ты устроил то представление, коли осознавал опасность столкновения с ними.

При этих словах на меня поражённо уставилось две пары глаз.

– Он что устроил? – тихо спросила у всех присутствующих Тея.

– Не переживайте вы так, всё уже закончилось, и закончилось к нашей взаимной выгоде, – постарался успокоить я Тею и Эрею.

Но не тут-то было, с большим ехидством в голосе в наш разговор вклинился Трон:

– Он затеял небольшую такую драку с ними с применением арбалетов и холодного оружия. И если честно, то все мы его похоронили минут этак пять назад. Ведь в отличие от него я прекрасно знал своих знакомых. – Он задумчиво окинул меня пронзительным взглядом и совершенно серьёзно продолжил: – Только мы все ошиблись, и, как вы теперь видите, эти две девушки сейчас не просто не хотят его убить, но ещё и присоединились к вашей, простите, уже нашей общей гильдии.

«И не только к гильдии», – раздался мысленный комментарий Теи.

– И сейчас нам всем очень интересно, как это он смог в одиночку разобраться с едва ли не лучшими бойцами нейтральных миров, – закончил говорить капитан наёмников.

– Вот даже как, – демоница окинула оценивающим взглядом стоящих напротив неё саркалок, – лучшие, говорите. – Вопрос и издёвку в её голосе услышал бы и глухой.

В прошлый раз именно с этой фразы и началась моя с Леей и Неей потасовка. Однако надо отдать должное: обе девушки проигнорировали этот выпад, вполне спокойно пропустив его мимо ушей, а Нея отреагировала на слова Теи так:

– Видимо, всё-таки наши наставники сильно преувеличили уровень нашей подготовки, да и слухи, ходящие о нас в нейтральных мирах, слишком раздуты. Но мы всегда готовы совершенствовать своё мастерство и хотели бы понять, в чём была наша ошибка.

– Неудивительно, – отозвался спокойно следящий за разговором Лениавес, – от этого варвара без особых манер и с привычками лесного дикаря ничего другого ожидать и не приходится. Простите, я стараюсь влиять на его воспитание, – обратился он к девушкам, – но проще дагоса[11]научить манерам и вежливому обхождению, чем переделать этого дикого северянина.

«Как-то даже обидно, что меня сравнили со столь нелицеприятным существом, – вздохнул я, запросив информацию в сети о том, кто такие дагосы, – и вовсе я не такой, я ещё и анекдоты знаю, только над ними никто не смеётся».

Зато эти слова заставили улыбнуться практически всех присутствующих, за исключением всё ещё угрюмо смотрящих на меня Теи и Слонга. Но, как я понимаю, девушка хмурилась, находясь в состоянии отката, хотя само моё сравнение со столь низкими демоническими тварями ей доставило неимоверное удовольствие. А вот телохранитель пытался понять, как же я на всё это отреагирую.

«А никак, – улыбнувшись, подумал я, – ведь у дагосов была одна ненавистная всем черта, из-за которой их опасались жители всех нижних планов».

Эти тупые демоны были настолько глупы, что не ведали страха, не умели отступать, не боялись смерти и всегда продвигались к своей цели. Правда, в основном этой целью была еда и самки, но не в этом суть. Никто и никогда не становился на пути у этого демона, когда он продвигался к своей цели. Иначе было всего два варианта: или он снесёт, раздавит, уничтожит тебя и двинется дальше, или тебе придётся уничтожить его. Но попробуй убить того, кто не понимает, что такое страх, кто пройдёт по краю пропасти лишь для того, чтобы свалиться тебе на загривок, кто прыгнет прямо на твой меч, чтобы вцепиться тебе в горло и разорвать его, а потом, истекая кровью, двинется дальше. И даже в этом случае не факт, что он не дойдёт. Такой вот парадокс. И именно поэтому сравнение со столь нелицеприятными существами меня нисколько не расстроило, обдумав ситуацию, я просто посмотрел на неё с другой стороны.

– А что, неплохие зверюшки, – произнёс я, будто раздумывая. – Баг по прозвищу Дагос. Мне нравится.

Честно говоря, я пошутил, но почему-то именно это сочетание мне как клином вбилось в голову. Чем-то оно напоминало мне имя и прозвище героя одного моего любимого фильма («Данди по прозвищу Крокодил»), и мне захотелось оставить его в память о своей родине, а то я как-то стал забывать уже о ней за всеми этими приключениями.

– Что? – Все без исключения удивлённо посмотрели на меня.

– Знаете, оставлю-ка я за собой право принять это имя, – уже вполне серьёзно обратился я ко всем присутствующим, – мне оно кое-что напоминает.

– Он точно сумасшедший, – тихо прошептала одна из девушек, и я даже не смог понять кто, да меня это и не волновало в общем-то.

Решение принято и выполнено. Кластер начал шерстить все базы, корректируя моё внесённое в них имя.

– Ну да ладно, хватит обо мне, – несколько отстранён-но произнёс я, – вам нужен мой пересказ произошедших событий или он у вас уже не вызывает интерес?

Эта моя смена настроения не осталась не замеченной как моими друзьями, так и моими новыми партнёрами и знакомыми. Но никто не стал лезть ко мне с расспросами, лишь Эрея и Ралия, видимо самые мягкие из всех, хотели как-то поддержать меня, но их обеих удержала Тея.

– Не нужно, не тот случай, – тихо произнесла она, – это только его дело.

– Но… – хотела возразить ей Ралия.

– Нет, – жёстко оборвала Тея, – наша поддержка сейчас сделает только хуже. Он справится сам.

Я был благодарен ей за это. Мне действительно не нужна ничья помощь, ну кто мне может помочь в том, что я оказался чёрт знает где и чёрт знает когда, да ещё и в такой необычной и странной компании существ, которых и людьми-то называют лишь номинально.

Правда, некоторые из них за это короткое (или неимоверно долгое) время стали мне очень дороги, но всё-таки иногда просыпается та непреодолимая тяга бросить всё и пуститься в бега, стараясь скрыться ото всех, и вернуться домой.

Хорошо, что этот приступ апатии быстро прошёл. Чем он был вызван, я и сам понять не мог. Тем более ни ментоинтерфейс, ни Диагност, ни кластер в моём поведении и состоянии не заметили никаких отклонений, что было странно. Я-то ясно чувствовал, как пелена реальности в тот момент стягивалась вокруг меня, и лишь это непонятное равнодушие не позволило мне скользнуть за ту странную грань, которая отделяла этот мир от неизвестной мне реальности.

«Кластер, собери всю информацию по необъяснимому исчезновению людей и возможным схожим симптомам». И я описал ему то, что чувствовал буквально мгновение назад.

«Выполняю», – отреагировал на мой запрос Вирт.

Я же повернулся к смотрящим на меня нейтралам, таким знакомым и незнакомым.

– Так на чём я остановился? – Я постарался вспомнить тот момент, на котором прервали мой рассказ. – Ах да. В общем, кто такие саркалы, ну и вы в частности, я не знал. Но я смог оценить уровень исходящей от вас угрозы, ещё когда впервые заметил вас в общем зале в компании Трона и его отряда. А понаблюдав немного за вами, я смог более точно определить уровень ваших умений и способностей. И тут меня ждал очень огорчивший меня вывод. Вы во всём превосходите меня. Сила, ловкость, точность и пластика движений, координация. Все эти качества у вас были значительно, значительно выше моих. Мне было нечего противопоставить вам в прямом поединке. А я понимал, что его нам не избежать.

– Почему? – удивилась одна из саркалок. – Мы не проявляли ни к тебе, ни к кому из твоих друзей враждебности.

– Потому что я видел, что мы вам не интересны. Единственный раз, когда что-то вызвало ваш интерес в нашем отряде, был тот, когда вы, собираясь уходить, внезапно насторожились, а потом вернулись на своё место, несколько напряжённо наблюдая за нами. Но я так и не понял причины, побудившей вас изменить ваше мнение. Однако потом я видел, что после того первого раза, когда мы смогли как-то привлечь ваше внимание, больше удержать его мы не могли. Но я понимал, что столь сильные бойцы очень нужны нашей гильдии. И поэтому затеял весь этот спектакль. Я понял, что остановить вас и не позволить уйти может лишь одно – возможность и дальше развивать ваше и так практически безупречное мастерство. Вот именно это «практически» и дало мне тот небольшой шанс. – Я немного помолчал, собираясь с мыслями. – Мне нужен был поединок с вами, – продолжил рассказывать я, – и я его постарался устроить. Но кроме самого боя мне было жизненно необходимо, чтобы вы не просто не одержали победы, но и проиграли этот бой. А как можно этого добиться, сражаясь со столь умелыми бойцами, на несколько порядков превосходящими меня? Только одним способом: сделать так, чтобы вы вели бой строго по тому сценарию, что я подготовил для вас. И я это сделал.

– Как? – удивился Грон.

– Это возможно, – задумчиво ответил тому Слоит, – я слышал о таком, правда, никогда не думал, что у меня будет возможность увидеть подобное в действии.

– И?.. – посмотрев на него, уточнил наёмник.

– В нашей гильдии было несколько мастеров, которые старались разработать методику выполнения задания, когда результат в большей степени зависит не от мастерства исполнителя, а от точности выполнения им определённого алгоритма действий.

– Ну и как результат? – поинтересовался у него один из нёмников.

– Да никак, на практике теория показала полную свою несостоятельность. И я с тех пор не слышал, что кто-то смог реализовать нечто подобное. Но, судя по тому, что рассказывает Баг, он воспользовался чем-то аналогичным. И мне вот стало интересно, где же его смогли обучить этому?

– Дома, – усмехнулся я.

– Видимо, дома, в том своём диком и глухом лесу, ты получил очень неплохое, современное и, можно сказать, продвинутое и разностороннее образование, – подмигнул мне телохранитель.

– Похоже что так, – подыгрываю ему я и уже более серьёзным тоном продолжаю: – Но в целом Слонг прав. Мне необходимо было победить двух великолепных бойцов, при этом осознавая, что они на порядок превосходят меня по всем параметрам и по своему мастерству. И, что самое главное, мы все должны были выжить. Небольшие травмы и ссадины не в счёт. Не знаю, о чём конкретно говорил Слонг, но я действовал, примерно опираясь на те же принципы, что и те нейтралы, которых он упоминал. Но подошёл я к этой задаче немного с другого конца. План в любой момент может разрушиться из-за постоянно меняющихся внешних факторов, которые в тот или иной момент могут пойти вразрез с теми действиями, которые я должен был бы совершить. И поэтому я даже в мыслях отталкивался от несколько других постулатов. Практически сразу, ещё когда мне стало понятно, что в будущем вы можете нам пригодиться, мне пришлось начать продумывать свой алгоритм дальнейших действий. Но его составление – лишь часть общего плана. Весь сценарий нашего поединка заключал в себе не только моё поведение в этой ситуации, но и вашу возможную реакцию на него. Я должен был создать для вас некие внешние влияющие на ваши поведение и действия условия, которые однозначно бы вынудили вас поступить определённым, нужным мне способом. И как следствие, предварительную подготовку к разработке своего плана я начал ещё с того момента, как заметил, что вы потеряли интерес к нам. Особого ущерба от моей предварительной подготовки не было бы в любом случае. Если бы я ошибся, на нашу гильдию это никак не повлияло бы. Разве что вы ещё больше убедились бы в моей никчёмности и глупости, а вступать в этом случае в нашу гильдию вы и так не стали бы. А то, что можно считать положительным результатом, вы должны прекрасно понимать. По сути, это ваше согласие сотрудничать с нами, как минимум, и ваше вступление в нашу гильдию, как один из самых наилучших вариантов развития событий.

– Это всё понятно, – прокомментировала мой рассказ Нея, – но это лишь те предпосылки, что заставили тебя действовать. Нам же интересен сам механизм того, как ты смог так точно спрогнозировать все наши дальнейшие действия? – И она переглянулась с сестрой, получив её молчаливое одобрение этого вопроса.

– Вы опять не поняли, что я хочу сказать, – посмотрел я на девушек, – или пропустили этот важный постулат мимо своих прелестных ушек. Я не прогнозировал ваших действий, – при этих словах удивлённые взгляды не только сестёр, но и многих других, кто понимал, о чём идёт речь, скрестились на мне, – это очень неточно. Я постарался подстроить, понимайте как хотите, общую ситуацию таким образом, чтобы она вписалась в выстроенный мной сценарий, который однозначно диктовал бы ход ваших мыслей и поведенческую линию ваших поступков.

– Чего? – оторопело переспросила у меня одна из девушек.

– И вы ещё нам говорите, что этот парень нигде не учился, и всё время называете его дикарём или варваром, – отозвался на мои слова Слонг, – да я даже не слышал, чтобы так выражались самые занудные профессора ни в одном из знакомых мне учебных заведений. Да что кривить душой, я даже не уверен, что хоть кто-то из них разберёт ту чушь, что сейчас вылетела из его рта и пролетела мимо наших ушей. – И Слоит обернулся к Лениавесу: – Где вы нашли этого парня?

Корнол хитро усмехнулся и чуть ли не со смехом ответил:

– Не поверите, но и правда в самой гуще Леса в одном из внешних миров.

– Любопытно… – протянул телохранитель, разглядывая меня.

И этот его колючий взгляд вызвал во мне какие-то странные ощущения. Будто Слонг старается примерить на меня очередную рубашку, которая в принципе налезть не может. Но если постараться, то вдруг получится? Вот на это «получится» телохранитель и надеется.

О чём на самом деле в этот момент думал Слонг, мне не было известно, но в том, что он точно пытается меня с кем-то сравнить, я был уверен. Опять же вопрос: с кем?

Я же пока оставил эти свои странные ощущения насчёт телохранителя-демона в стороне и постарался просто послушать, о чём вообще разговаривают присутствующие.

И выходило так, что никто из них в принципе не понял то, о чём я говорил.

«Неужели их образ мышления настолько сильно отличается от нашего, ну, или как вариант, от моего?» – сам у себя спросил я.

Прямого ответа у меня не было.

Но моё предположение частично очень скоро подтвердила Лея, попросив меня более подробно разъяснить, что же я сделал такого, что заставило их с сестрой плясать под мою дудку. Версию с магией они сразу отмели, так как и сами не почувствовали во время боя её применения, да и во мне они не видели особых способностей. Так что для них тот результат, с которым закончился наш поединок, был чем-то нереальным, выходящим за грань возможного. Поэтому им требовались более подробные разъяснения.

Я посмотрел на находящихся в зале нейтралов.

– Давайте тогда я разложу последовательность своих действий и выводов по шагам. Чтобы и у других в будущем не возникло вопросов. Хорошо? – Получив кивок от одной из девушек и телохранителя, я сказал: – Тогда так. Начнём с самого начала. Момента нашей с вами встречи. Первое, что я увидел и почувствовал, – это пренебрежительное отношение с вашей стороны ко всем присутствующим в общем зале. Как к знакомым, так и незнакомым нейтралам, и особенно ко мне, видимо как к самому слабому звену в нашем отряде. Высокомерие и пренебрежение – это огромнейшая ошибка, ведущая к недооценке возможностей противника. Оно и было первой брешью в вашей непробиваемой броне, за которую я зацепился. Это ваше предвзятое отношение ко мне я и постарался усилить. Словом ли, жестом ли, своим поведением, я старался делать всё для того, чтобы практически всё время, находясь у вас на виду, вызывать в ваших душах, умах и сердцах негативные ко мне чувства и эмоции.

– Но зачем? – поражённо спросила Лея.

Было забавно видеть, как обе саркалки из грозных бойцов превратились в обычных девушек, удивлённо хлопающих ресницами.

«Всё-таки они ещё практически девчонки, не видевшие жизни, только вырвавшиеся за пределы родительского дворца, чтобы избежать участи разменной монеты в играх их грозного родителя», – вспомнил я разговор девушек между собой ещё тогда, в зале, когда впервые увидел их.

– Вы помните о главной цели, которую я себе поставил и о которой никогда не следует забывать? – спросил я, в основном обращаясь к девушкам. И сам же ответил на свой почти риторический вопрос, когда понял, что у других ответа на него нет: – Я хотел победить непобедимого для меня противника. Поэтому не собирался вести честный бой по правилам и отбросил на время все свои моральные догматы, видя в вас только врагов, которых следует победить любой ценой. А в этом случае все ваши эмоции только играли мне на руку, особенно те, что слепили вас. Ненависть и ярость, так же как любовь и обожание, слепы по определению, они не позволяют адекватно оценивать ситуацию, рассчитывать свои силы, а часто, даже наоборот, переворачивают всё с ног на голову. И главное: они настолько замыливают сознание, что не позволяют видеть картину в целом. Ну а дальше уже начались частности, касающиеся непосредственно нашей с вами будущей схватки. Моё предложение перейти из кабинета владельца гостиницы в малый зал для наших переговоров связано ещё и с тем, что в кабинете из-за его скромных размеров нейтрал, обладающий большим мастерством в обращении с холодным оружием, имеет и больше преимуществ. А потому оно тоже не подходило нам. И как результат, я попросил сменить кабинет на этот маленький (по сравнению с общим) зал. Это помещение практически идеально подходило под мою задумку. Оно плотно обставлено различной мебелью и при этом достаточно просторное. В этом случае можно рассмотреть несколько схем перемещений внутри его и скрытых манёвров, подстраивающих всё под необходимый мне сценарий. – Я обвёл зал рукой, указывая на кресла, столы, шкафы и прочее. – Всё это играет немаловажную роль при построении вашей будущей тактической модели поведения. И мне нужно было всё сделать так, чтобы реальные действия ничем не отличались от спрогнозированных мной. Поэтому я первым заглянул в этот зал и постарался оценить его с тактической точки зрения – как наше предстоящее поле боя. Нужны были небольшие корректировки. Их я и произвёл специальным размещением вас в этом зале, когда предлагал вам рассаживаться.

– Но ты же сам предложил нам сесть кто где захочет, на наше усмотрение? – спросил заинтересовавшийся моим рассказом Слонг. – Поэтому ты вряд ли мог предугадать, какие места кто из нас выберет.

– Всё верно, – кивнул я, но потом, прищурив взгляд, улыбнувшись, добавил: – Было бы, если бы я играл честно и всё пустил на самотёк, а сам при этом отдался воле случая. Но этот вариант развития событий мне не подходил. Некоторые из вас должны были сесть в строго определённые места.

– И как же ты это сделал? – Хоть Лениавес точно не знал, что тут произошло, но в целом мой рассказ заинтересовал и его.

Как, впрочем, и всех остальных.

– Этот приём носит название «неявное манипулирование», – ответил я. – Первыми сюда я пропустил Тлога и его подчинённых, при этом встав, как бы загораживая собой ту половину зала, где бы я не хотел, чтобы они сели. Вежливое и миролюбивое отношение ко мне, а также отсутствие вражды и агрессии не позволило им нарушить мой некий личностный круг, моё личное пространство, которыми я неявно обозначил всё, что находится за моей спиной. Поэтому, не став оспаривать моё право хозяина, они прошли именно туда, где мне и нужно было, чтобы они расселись.

– Необычно, – посмотрев на меня исподлобья, протянул пожилой тролль, – ещё никогда меня не использовали для того, чтобы подготовить место будущей схватки.

Я пожал плечами:

– Всё случается впервые, зато теперь вы в курсе, что это возможно, и всегда будете настороже, обдумывая каждый свой следующий шаг. А в свете будущей специализации вашей гильдии это не так и плохо. – Убедившись, что других вопросов или комментариев пока ни у кого нет, продолжил рассказывать: – С Гроном и нейтралами, пришедшими вместе с ним, было одновременно и сложнее и легче. Легче в том плане, что вторую половину зала вы бы не заняли в любом случае из-за достаточно большого их количества. Ну а сложность заключалась в том, что рассесться внутри вашей группы просто так я вам не мог позволить, мне нужно было создать из вас некую буферную зону для предстоящего столкновения с девушками.

– Что создать? – переспросил капитан наёмников.

И почему-то его слова у меня в сознании сейчас сассоциировались со словами одного мультипликационного персонажа, когда он жаловался своей маме: «Мама, он меня посчитал!» Вроде ничего вредного или опасного, но что это такое, никто не знает. И чем это может обернуться для них, также никто не предполагает. Поэтому все и суетятся.

Вот и сейчас все сидели и молча буравили меня глазами.

– Прости, что ты сделал? – В этот раз уточнения у меня попросила одна из моих кошечек, Тея.

Посмотрев на неё, я прикинул, как бы ответить так, чтобы никого не обидеть, и решил, что правильным будет самый правдивый ответ.

– Сделал так, чтобы эти две симпатичные девушки не завалили меня в первое же мгновение.

– А поподробнее? – не отставала от меня Тея, даже пропустив намёк на мой хоть и гипотетический интерес к саркалкам.

А вот корнол, наоборот, обратил на эту мою оговорку внимание и, хитро улыбнувшись, покачал головой, будто говоря: «Играй, мол, играй. Только не заиграйся».

– Да, поясни свою мысль, – несколько требовательно попросила Нея.

Я с интересом поглядел на неё, заставив смутиться под моим пристальным взглядом, но глаз она от меня так и не отвела, ожидая ответа.

«Упрямая и более любознательная, а также любопытная и, как следствие, ищущая приключений на одно место, в отличие от сестры. Уверен, что именно она и была зачинщиком всех их приключений. Лея более спокойная и уравновешенная. Но если смотреть на них чисто внешне, будто одно существо. Даже менто-информационные поля практически идентичные. Разница, со слов Искателя, не превышает пяти процентов. Но на самом деле они очень разные. И это, на мой взгляд, прекрасно. Не люблю одинаковых людей и одинаковые характеры. В каждом должно быть что-то своё».

– Хорошо. Поясняю, только не обижайтесь потом, – улыбнулся я, чем окончательно сбил всех с толку. И подошёл к так и сидящим в тех же креслах, где и расположились в самом начале, наёмникам. – Вы все пришли единым отрядом, – я как бы очертил рукой сидящих рядом с Гроном его подчинённых, – и, как это ни банально звучит, но любая группа существ, хоть разумных, хоть полуразумных, практически всегда опирается на стайные инстинкты. Мы не одиночки, в большинстве своём, и если всё делаем на уровне инстинктов, даже не задумываясь об этом, то наши действия соответствуют небольшому стайному сообществу.

– Ты сравниваешь нас с животными, – зашипела одна из девушек, да и многие присутствующие как-то посмурнели, насупили брови.

В воздухе начала ощущаться напряжённость, разлившись по залу. Только Слонг, всё так же спокойно сидящий в своём кресле, неожиданно громко для всех произнёс:

– И он отчасти прав. – Все перевели свои возмущённые взгляды на него. – Посмотрите на себя. – Телохранитель Тлога ткнул пальцем в направлении отряда наёмников, хотя и его партнёры были не лучше. – Вы сейчас все, независимо от того, кем являетесь на самом деле, не сговариваясь, действуете как охотничья стая, почуявшая дичь или опасность. Так что думайте и сопоставляйте. В его словах есть определённая доля истины. – И он с неподдельным интересом взглянул на меня. – И откуда только ты всё это смог узнать? Где тебя этому обучили? – напрямую спросил он у меня. Правда, не дожидаясь ответа, продолжил: – Нам тоже ещё во время учёбы пытались вдолбить подобные теории, но я никогда не думал, что кто-то может применять их в жизни, на практике, и тем более успешно. Хотя сейчас, насколько я знаю, эту программу обучения значительно урезали, так что больше молодняку подобными вещами голову не забивают. Однако, посмотрев на то, что вытворяет наш общий знакомый, я начинаю сомневаться, что сделали наши мудрые наставники это в общем-то зря. Так вот, как я помню и знаю, подобный курс читался очень ограниченному кругу лиц и всего лишь в нескольких академиях и частных школах. Так что некоторая правда о тебе рано или поздно выплывает сама по себе. – И телохранитель улыбнулся мне доброй и невинной улыбкой белой акулы.

На что я ответил ему не менее лучезарным оскалом:

– Только я уверен, что этот поиск никому ничего не даст, но, если не жалко времени, можете попробовать, – и ещё раз улыбнулся, посмотрев в несколько растерявшееся лицо Слонга.

Он-то думал, что хоть частично прижал меня, но я совершенно равнодушно отнёсся к его предположению, и это никак не вписывалось в линию моего предполагаемого поведения, что несколько выбило его из колеи.

– А всё-таки я попробую, – решив не сдаваться, пробормотал он.

– Твоё право, – пожал я плечами.

И подумал о том, что удалить из учебного процесса подобный курс обучения могли и по другой причине, когда всё-таки разобрались в принципах его работы и поняли те преимущества, что он даёт. И подобными знаниями эти неизвестные не захотели делиться с посторонними.

А ещё мне стало интересно, кто же тут такой умный, что смог разработать подобную теорию социума. Я-то её выудил из базы знаний ментоинтерфейса, кстати, что интересно, из баз по выживанию. Но кто мог подобные теории развивать здесь, я не знал, особенно с учётом того, что кластер не нашёл ничего подобного в местной сети. И означать это могло только одно: кто-то очень постарался, чтобы информацию по этой теме найти было невозможно, ну, или очень трудно. А в том, что она была, я не сомневаюсь, ведь кто-то же читал лекции Слонгу в те времена, когда он где-то учился.

Моя интуиция подсказывала мне, что я не ошибся со своими выводами, а ещё она упорно твердила о том, что нужно опасаться тех, кто так тщательно старается замалчивать эту теорию.

«Нужно взять это на заметку», – подумал я, возвращаясь к прерванному рассказу.

– Спасибо, Слонг, – поблагодарил я телохранителя, – наши друзья уже поняли, что я не хотел никого из них оскорбить или задеть, я просто старался разъяснить ход своих мыслей и те предпосылки, что двигали мной, когда я совершал то или иное действие.

– Ладно, мы всё поняли, – хмуро махнула мне рукой Нея. – Что было дальше?

– А дальше я выделил в вашей группе того, кто принял на себя в ней роль лидера, по сути, вожака стаи – думаю, вам не нужно говорить, кто это, – и неявно указал ему то место, которое должен занять именно он. Сделал я это подспудно, опять же опираясь на внутреннюю убеждённость разумных следовать правилам, установленным хозяином дома, к которому вы пришли. А хозяином этого вечера был ваш покорный слуга. – Я сделал шутовской полупоклон в сторону наёмников.

– Клоун, – фыркнула Тея.

– Есть такое, – подмигнул я ей, на что Эрея прыснула в кулак и смущённо посмотрела на свою подругу.

– Он и правда смешной, – оправдываясь, тихо произнесла она и постаралась успокоиться.

Я же, не обращая на этот обмен любезностями внимания, продолжил рассказывать:

– Здесь сработал стереотип мышления, присущий многим разумным. Я указываю рукой, и это направление для вас становится приоритетным: хотя вслух я давал вам возможность рассесться по всему помещению, но сфокусировал ваше внимание своим жестом лишь на определённом его участке, куда и направился Трон. А его наёмники уже расположились за его столиком. Нея же и Лея хотя и не принадлежат к вашему отряду, однако всё равно являются личностями, для которых жизнь в обществе играет немаловажную роль. Поэтому они постарались устроиться недалеко от тех, с кем их связывают хотя бы мало-мальски значимые отношения. – Заметив огонёк угрозы в глазах Ней, я, успокаивающе подняв руки навстречу ей, добавил: – В этом случае я имел в виду лишь ваше с ними знакомство. – Дальше я перешёл к сидящим теперь немного поодаль от наёмников саркалкам. – После того как все остальные действующие лица заняли свои места, ведь первоначально здесь присутствовало, как вы помните, несколько больше нейтралов, я, перемещаясь по залу, подготавливал наше с вами будущее поле боя. При этом выстраивая всё в помещении так, чтобы в момент начала инцидента вами были однозначно выбраны определённые траектории моего преследования.

Проходя по залу и указывая на некоторые предметы мебели, которые во время переговоров я невзначай переставил в соответствии с их местом в той виртуальной схеме, что была сформирована ментоинтерфейсом в моей голове, – в основном это были столы, кресла и стулья, – я комментировал, что и для чего было необходимо сделать и почему этот предмет должен был находиться именно в этом месте.

Показав и разъяснив основную диспозицию, я продолжил:

– С тактической точки зрения я подготовил помещение к боестолкновению уже в середине нашего разговора с Рехором, оставались две значительные детали, но реализованы они должны были быть в момент начала нашего с вами прямого контакта. Так что я отложил их на некоторое время. – И я снова прошёлся по залу, возвращаясь к саркалкам. – Дальше мне оставалось дождаться наиболее подходящего момента для начала своего представления. Остальное вы видели, – закончил я, повернувшись к девушкам и наёмникам.

– Постой, – встрепенулась задумавшаяся Лея, – а зачем же ты тогда поцеловал меня и погладил Нею?

– Что он сделал? – раздался могильный шёпот у меня из-за спины.

– Поцеловал меня в шею и погладил Нею по бедру, – простодушно ответила девушка Тее, тогда как её сестра, заподозрив что-то неладное, хотела одёрнуть её за рукав куртки, но не успела. Слова были произнесены.

«Нет, ну надо же было сформулировать ей свой вопрос именно таким образом и в этой ситуации! – вздохнул я. – Не могла спросить, к примеру, зачем ты это сделал? Или ещё как? Ой… – только тут я заметил опасно сузившиеся глаза демоницы и её явное стремление подойти ко мне поближе, – кажется, кого-то сейчас будут убивать».

Сделав непроизвольный шаг назад, я, вглядываясь во взбешённые глаза Теи и при этом замечая насмешливый взгляд не только Лениавеса, но и остальной мужской части нашей компании, ответил любознательной Лее, так не вовремя повернувшей наш разговор в несколько иное русло:

– Это нужно было для дела. Я хотел окончательно вывести вас из себя. И, как вы помните, это получилось у меня превосходно. – Так я постарался дать своим действиям хоть какое-то оправдание в глазах некоторых, хотя сейчас именно тот случай, когда разум у этих самых некоторых явно отключается. И я отгородился от взбешённой демоницы большим обеденным столом.

– Ну-ка, ну-ка, – тихо произнесла Тея, – с этого места поподробнее. – И будто про себя: – Кажется, выводить из себя разумных у этого таркова хумана прекрасно получается и без разных его выкрутасов и закидонов.

Посмотрев на неё и пытаясь понять, убьют меня сейчас или чуть позже, я решил объяснить мотивы своих поступков наиболее доходчиво.

«Всё-таки я ещё молодой, да и жить мне хочется», – пошутил мысленно я.

Странно, но Эрея практически никак не отреагировала на слова саркалки.

«Или она намного более сдержанная, или гораздо лучше умеет держать себя и свои чувства в узде. Или же всё дело в наследственности. Ведь в Тее может бурлить горячая кровь её отца-демона», – подумал я и так вполне оправданно относительно девушек.

Мои мысли опять начало уносить несколько в иное направление, ведь я постарался представить, что же будет там, в постели.

Не знаю, что было написано в этот момент на моём лице, но Тея внезапно покраснела. И у меня в голове раздался её голос:

«Перестань». После чего она, смущённо спрятав глаза, села на место.

Примерно такое же выражение удивления и смущения я смог увидеть и на лице Теи, но, что странно, оно же было и у Ралии, и у Ней, и Леи.

Сам не знал, как здесь можно провалиться сквозь пол.

«Офигеть!!! – обалдел я от такой новости. – Это я что, свои фантазии всем девушкам в открытую передал?»

Как такое могло произойти, ведь я даже не старался направить свои мысли никому из них конкретно?

«Прости, – раздался голос Мука у меня в сознании, – я подумал, что эти мысли предназначены именно для девушек, и поэтому оттранслировал их только им. Мне легко передавать твои мысли именно им. У вас очень сильная и крепкая родовая связь. Я не знал, что они личные».

«Так вот в чём дело, – понял я. – Мук, на будущее, коль ты настолько плотно засел в моей голове, то пусть мои секреты останутся только моими. А если что-то нужно будет передать остальным, то я или сделаю это сам, или предупрежу и намекну тебе на это и попрошу послужить ретранслятором за меня. Мы поняли друг друга?»

«Да», – коротко ответил тот.

И я перестал ощущать его присутствие в своём сознании: он или временно перестал меня слушать, чего быть не может, или просто перешёл в режим некоего пассивного прослушивания.

«Ну да ладно, – в который раз уже подумал я, – что сделано, то сделано».

Не объяснять же, по сути, ещё ребёнку всю прелесть отношений между мужчиной и женщиной. Его, по ходу, эта тема и не интересовала никогда. Раньше он был ещё слишком мал, а потом мёртв, и ему стало совершенно не до этого. Так что его ошибку понять вполне можно. Да и в своих желаниях нужно быть осторожнее, вдруг сбудутся.

Честно говоря, стыдно мне не было, просто я оказался не готов ни с того ни с сего раскрываться перед ними.

«Ну, в этом, по крайней мере, был один плюс: теперь они понимают, что я чувствую, глядя на них», – мысленно усмехнулся я.

Хотя нет, вон Тея пришла в себя, и, кроме выражений «варвар» и «дикарь», я у неё разобрать ничего не смог.

И я, опять улыбнувшись, оглядел девушек.

«Моё», – просто подумал я, глядя на них, и мне как-то сейчас было совершенно всё равно, что можно было прочесть на моём лице.

Отвлёк меня от этих мыслей внезапно прозвучавший спокойный голос Слонга.

– Так мы услышим ответ на вопрос девушки? – спросил он.

Я хмуро посмотрел на телохранителя, тряхнул головой, сбрасывая ненужные сейчас мысли, и, сосредоточившись на деле, ответил:

– Вывести Нею и Лею из себя мне было необходимо до такой степени, чтобы они начали действовать только на одних рефлексах, вбитых в них многогодичными тренировками и занятиями с наставниками. Мне нужно было, чтобы их разум и способность трезво мыслить на несколько мгновений полностью отключились. Я прекрасно знал, что передо мной сидят прекрасные воины, но при этом эти воины, обладающие двумя существенными недостатками.

Обе девушки, уже немного успокоившиеся и восстановившие контроль над своими эмоциями, сначала постарались вглядеться друг в друга, будто пытаясь выискать те самые «существенные недостатки», о которых я только что сказал, а потом перевели свои возмущённые взгляды на меня. Да и многие другие посмотрели на меня с огромным вопросом во взгляде.

«Как же, у их непобедимых бойцов кто-то, даже в подмётки им не годящийся, нашёл какие-то недостатки!»

Правда, они почему-то забыли одну простую истину: этих девушек буквально несколько минут назад этот кто-то вырубил всего за несколько мгновений.

– О чём ты? – спросила Нея, озвучив своим вопросом общие настроения, летающие в воздухе.

Оглядев всех нейтралов, заинтересовавшихся нашим разговором, я ответил:

– Первым недостатком этих двух прелестных воительниц было то, что они являлись гордыми красавицами, свысока смотрящими на любого, кто оказывался в зоне их внимания. И как должны были отреагировать эти самые красавицы, если какой-то недостойный их величия дикарь посмеет прикоснуться к любой из них? Его ждёт смерть, ведь верно? – И я, улыбнувшись, посмотрел на девушек. – А если он посмеет подобным действием оскорбить вас прилюдно, то эта смерть должна быть немедленная и ужасная, желательно ещё и мучительная. – Поглядев на Тею, я заметил подозрительный блеск в её тёмных глазах. Кажется, она полностью согласна с тем приговором, что должны были вынести мне девушки. Посмотрев в её напряжённое лицо, я подмигнул ей и продолжил: – Именно эта мысль билась в вашем сознании после того, как я начал действовать. Она не давала вам правильно оценить ситуацию. Вот для этого в общем-то всё и было сделано. Чтобы вы потеряли голову от желания убить меня, отбросили все свои эмоции и чувства, оставив лишь голый расчёт и навыки, вбитые в вас наставниками и учителями. Чтобы вы полностью перешли в расчётливые машины для убийства, в которые вас и старались превратить все эти годы. Что вы с успехом и сделали.

– Хм, интересно… – протянул Слонг. – То, что злость мешает в бою, это я понимаю, но, чтобы этому вредил как-то холодный и точный расчёт, сомневаюсь. Вернее, даже не так, я бы в этом усомнился ещё час назад, но не сейчас. – И он покачал головой.

– Кажется, ты говорил о двух наших недостатках? – как-то несколько опасливо спросила у меня Лея.

– Да, – согласился я, – вторым вашим существенным недостатком является… – И я замолчал, выдерживая театральную паузу, после чего медленно и по слогам произнёс:

– Вы великолепные бойцы.

Сначала все просто ждали, что будет какое-то продолжение, но, поняв, что я сказал всё, что хотел, они с ещё большим удивлением посмотрели на меня.

– Что? – наконец переспросила у меня Нея. – Что за бред? О чём ты говоришь? – Помолчав, переспросила:

– Ты утверждаешь, что наш второй недостаток в том, что мы хорошие воины?

– Нет, – я отрицательно покачал головой, – я сказал, что вторым вашим существенным недостатком является то, что вы просто нереально великолепные, первоклассные воины.

– Ах да… – протянула девушка, – а я было подумала, что ослышалась.

– Нет, ты не ослышалась, – улыбнувшись, покачал я головой.

– И как же тебе могло помочь то, что мы хорошие воины? – с уже открытым сарказмом в голосе спросила Нея.

Остальные продолжали смотреть на меня с явным недоумением. Даже не так, смотрели как на какого-то клоуна.

– Всё просто, – честно ответил я.

– Ну да, просто, как же, – раздалось бормотание со стороны Слонга, он единственный сейчас был предельно серьёзен.

– Будь вы середнячками или даже просто хорошими бойцами, я бы постарался разработать другой план, без вашего в нём участия, но так как вы не просто очень хорошие воины, а первоклассные бойцы, то я был уверен в вас и ваших действиях. У вас были слишком хорошие учителя. Они обучили вас великолепно. Единственное, чему вас не обучали ваши непревзойдённые наставники, – так это сражаться против таких, как я. – И я серьёзно и веско закончил: – И поэтому я на все сто процентов был уверен, что вы сделаете не просто то, что нужно мне, а сделаете всё сами и за меня. Даже подставите свои великолепно подготовленные тела под мой выстрел. Сами и без моего участия.

Сейчас даже Слонг не понимал, о чём я говорю.

– Что? – тихо спросила Нея. – Как это и почему ты говоришь, что нас не учили воевать с такими бойцами, как ты? Челы ничем не отличаются от многих других рас, их слабые и сильные стороны также были изучены нами. Почему тогда ты говоришь, что нас не обучали сражаться с такими, как ты?

«М-да, будет сложнее, чем я думал, – глядя на окружающих, понял я, – они почему-то даже воспринять моего подхода к этой тактике боя не могут».

– И сильно помогли вам эти знания тогда? – спросил я у Ней.

Та потупила взор и отрицательно покачала головой.

– Что ты имел в виду, когда сказал, что мы сами всё сделали за тебя? – неожиданно спросила Лея.

– О, наконец-то я услышал правильный вопрос, – обрадованно произнёс я, – а потому, мои дорогие, – обратился я уже к обеим девушкам, – вы сами сделали то, что мне было нужно. – Вопрос из взгляда не ушёл, но я понял, что мои слова заставили их здорово задуматься. – Ладно, для ещё большего понимания поясню всё на пальцах, – сказал я им и указал на места, где девушки сидели раньше: – Садитесь обратно, так, как и сидели до начала боя. Остальных тоже прошу занять свои места согласно купленным билетам.

– Чего? – удивлённо переспросил Тлог.

– Сиди там, где сидел, – сказал ему Руди, – это сленг бродячих цирковых артистов. – И с любопытством посмотрел на меня. – Среди них, кстати, много наших гильдий, – пояснил он, обращаясь к своему боссу.

– Не только ваши используют бродячие цирки для прикрытия, – посмотрев на них, сказал Слон г.

Этот разговор заставил меня на пару мгновений задуматься, на инфопанели у телепортационной площадки было объявление, что в городе даёт несколько представлений бродячий цирк.

«Интересно, обычные ли это циркачи, клоуны, акробаты и прочие, или под их личиной укрывается кто-то другой, ведь это могут быть не только воры и убийцы, но и другие организации, использующие это очень выгодное прикрытие».

Нужно будет проверить этот вопрос, понял я.

– Всё в порядке, – оглядев помещение, сказал я. – Хотя… – И, обращаясь к Лениавесу и девочкам, попросил: – Пересядьте, пожалуйста, туда. – Я указал на кресла, стоящие на противоположной от наёмников стороне. Дождавшись, когда мои друзья займут те места, что я попросил, сказал: – Теперь общая обстановка соответствует примерно той, что была на начало момента боя. – Но, посмотрев на переставленное кресло, где сидела одна из саркалок, поправился: – Да, забыл. – И сам, пройдясь по залу, вернул сдвинутую мной мебель на место. – Теперь всё точно. Приступим. – Я подошёл к Нее, сидевшей справа. – Извини, но придётся вам простить меня ещё раз. – И медленно погладил её по бедру, именно так, как это делал ранее.

Только в этот раз меня не старались сразу убить, поэтому я немного задержал руку на её ноге, должен же и я получать от этого процесса хоть какое-то удовольствие. Правда, буравящий спину взгляд не давал мне покоя, но я решил, что это вроде как следственный эксперимент и всё это нужно для дела.

Странно, но и саркалка хоть и напряглась, но не старалась как-то отстраниться от меня. Не похоже это на неё.

«Ладно, хватит прохлаждаться», – мысленный пинок помог, и я продолжил, обратившись к Нее:

– Я подхожу к тебе с этой стороны. Глажу. Твоя естественная реакция – прибить меня на месте. По привычке для тебя самое надёжное орудие убийства – это меч. Ты тянешься к нему. Но ты сидишь так, что сразу из ножен его не вытянуть. Ты отстраняешься в эту сторону буквально на пару сантиметров, – параллельно второй рукой я указываю, что и как должна была сделать девушка, – твоё смещение влево позволяет проскользнуть мне тебе за спину, в безопасную зону, и зайти за спину твоей сестре. – Я подхожу к Лее. – Пока я перемещаюсь к ней, у неё есть время встретить меня, но она этого не делает. Догматы, правила, дуэльный кодекс – всё это не даёт ей поступить правильно в этой ситуации, эти понятия диктуют ей строгий алгоритм поведения в подобной ситуации. Это твой бой, ты и должна разобраться со мной. Если бы она отступила от правил, то в этом месте, – я останавливаюсь примерно в двадцати сантиметрах от Леи, – я наткнулся бы на её меч, но я знал, что этого не будет, и спокойно проскользнул за её спину. К этому времени ты уже начала действовать в соответствии с привитыми тебе навыками ведения боя и оценки ситуации. Ты профессионал. Поэтому у тебя есть два основных правила. Быстро убить меня, и не должно быть лишних жертв. Это не война, а лишь обычная стычка. – И я положил свои руки на плечи сейчас сидящей передо мной Леи. – Чтобы добраться до меня, ты должна пройти так. – Я рукой указываю ей наиболее короткий и быстрый путь, по которому она должна была пройти. – Именно так ты и продвигалась. Я смещаюсь еще чуть левее, чтобы между нами все так же оставалась Лея, и при этом становлюсь сюда. – Указываю на небольшой проход как раз за спинами наёмников. – Это путь моего дальнейшего отступления, он важен. – И вновь указываю на Нею. – Сейчас ты находишься примерно здесь, встань, – прошу я её и, когда она поднимается, ставлю её в ту точку, где она находилась во время боя. – Дальше я наклоняюсь и целую Лею. – Повторяю свои действия.

«Блин, а целовать-то её приятно, – думаю я, – хотя кто бы в этом сомневался».

Тея смотрит на меня расширенными глазами, Эрея тоже удивлена не меньше её.

Я же продолжаю.

– Поцелуй, и именно такой, выбран не просто так. – Я указываю на стоящую Нею. – С того места она может достать меня кончиком меча, если я буду стоять в полный рост, и я, наклонившись, укрываюсь за Леей, за спинкой кресла и за столом. Дополнительно, после поцелуя, так проще нырнуть между теми двумя креслами. – Я указываю путь своего дальнейшего перемещения. – Лее для того, чтобы отреагировать на моё поведение, в любом случае нужно встать и развернуться. С одной стороны она заблокирована массивным столом, который в случае, если она его отбросит, заблокирует проход своей сестре, – кивок в сторону стоящей Ней, – с другой стороны ей не дают развернуться сидящие наёмники, – указываю на соплеменника Грона, сидящего рядом с Леей. – Сделав шаг к стене, подныриваю под кресло и выпрямляюсь уже за спинами наёмников. – Так я оказываюсь здесь. На этот момент девушки уже обе вооружены и двигаются в мою сторону. Притом, в силу их совместной подготовки, они практически мгновенно координируют свои действия. Нея обходит меня по правому краю комнаты, Лея по левому, и всё потому, что прямо они пройти не могут. Тут сидите вы, – указываю я на Трона и его отряд. – Если бы это был кто-то другой, они не задумываясь бы прошли сквозь них, раскидывая встречных в разные стороны, но это были вы, и к вам они испытывали дружеские чувства. Вы для них не враги. Идите и вставайте сюда. – И я провёл девушек в следующую ключевую точку той ситуационной модели. – Отсюда вы прекрасно видите меня и видите, что я всё ещё не вооружён. Вот это и есть решающий момент боя. Расстановка такая. Со стороны – я тупой идиот и осознаю наконец, кого разозлил, и начинаю панически отступать сюда. – Показываю в направлении стены, а потом и двери из зала. – Вы обе выходите на оперативный простор и начинаете действовать в полную силу, переходя на максимум своих возможностей. Уничтожить меня – дело нескольких мгновений. – Я смотрю на каждую из сакралок. – Но это только со стороны. С этого момента я напрямую уже не контролирую ситуацию. Её контролируете вы. Но не осознаёте этого. Я лишь манипулирую вашим поведением. По сути, я даже вас не вижу. – И указываю себе за спину. – Я делаю спиной назад два якобы панических шага и неожиданно запинаюсь за это кресло, – шагнув назад, я упёрся ногами в стоящее позади меня кресло, – падаю и исчезаю из вашей зоны видимости. Вы обе не видите меня. – Я падаю на пол и подкатываюсь под большой стол. И уже из-под него комментирую свои действия. – Вы не видите меня, я же вообще ничего не вижу. Но мы прекрасно понимаем, где я могу из-под него выбраться. Вокруг всего два таких места, остальные перекрыты или сидящими нейтралами, или стоящей мебелью. Поэтому вы, не сговариваясь, направляетесь к тем двум точкам, с которых можете наверняка контролировать оба места. И занимаете их.

Девушки, уже сами поняв, что от них нужно, встают именно туда, где и находились в тот момент.

– Отсюда каждая из вас сможет убить меня одним ударом, – продолжаю говорить я, – и до сих пор я для вас был не вооружён. Но это и не важно. Вы намного быстрее меня и находитесь на расстоянии удара меча с каждой из точек. Я же вас не вижу из-за ограниченности своего обзора и меньшей скорости восприятия. Всё-таки я не вы. – Я перекатываюсь под столом к той точке, где и встал в прошлый раз. – Но вы начали играть в мою игру. И только вступив в бой и начав действовать по моим правилам, вы уже проиграли. Мне не нужно было видеть вас, чтобы предпринять хоть какие-то действия, я и так знал, где вы находитесь. Поднимаясь, первый выстрел я сделал, направив его тебе в ногу, – говорю я Нее, – ты ещё не заметила меня, но я сквозь узорчатые ручки кресла, стоящего здесь, выстрелил в тебя. – И показал, сквозь какую именно ручку в неё полетела первая стрела. – Лея не видела этого, так как с того места, где она находится, этот участок не просматривается, – и, приподнявшись, я помахал рукой, – поэтому для неё стало полной неожиданностью, как и для тебя, когда выстрелом тебя отбросило к стене. Второй выстрел я направил в странный медальон у вас на шее, надеясь, что он сдержит удар и вы получите лишь поверхностные повреждения. Это нужно было, чтобы вы потеряли сознание на некоторое время. Второй выстрел я сделал как раз из того слепого участка, который не просматривался Леей. – Выскользнув из-под стола с направленными на девушек арбалетами, я произнёс: – Ну а дальше уже дело техники. Со своего места ты не могла меня достать. Расстояние до меня не преодолеть одним прыжком из-за нагромождения мебели и их, – кивнул я на наёмников, – поэтому я также стреляю тебе в ноги, и тебя отбрасывает уже ко второй стене, ну и контрольный выстрел в такой же, как и у Ней, медальон. Всё, бой завершён, вы обе без сознания. Моя цель достигнута. Все живы, никто сильно не пострадал. – И, оглядев девушек, я пожимаю плечами. – Более подробно я объяснить вряд ли смогу.

Нея смотрит на меня удивлёнными глазами и отвечает:

– Не нужно. – И возвращается на своё место, за ней туда же приходит и Лея.

– И ты всё это придумал за несколько мгновений, в тот момент, когда увидел нас там, в зале?

– Ну, не всё, приходилось вносить кое-какие корректировки, но в общем-то да.

Слонг, молчавший, пока я рассказывал, кашлянул и сказал:

– Теперь я понимаю, почему у наших ничего не вышло. Да они даже сотой части того, о чём ты говоришь, не сделали. И поэтому мне стало ещё более интересно, кто же тебя обучал этому. Такие знания сами по себе не появляются, это очень долгий и кропотливый труд. И чтобы наработать подобную теорию, над ней нужно очень долго работать. Так где? И я не поверю, что ты получил домашнее образование.

– В университете, – ответил я, а про себя подумал:

«Я же закончил технический вуз, плюс техникум, плюс второе высшее, а вначале школа. Конечно, там обучали совершенно иному. Но другого образования у меня нет. Хотя…»

– Потом в ещё одном университете, – усмехнувшись, добавил я, – плюс академия (пусть это будет аналогом техникума), плюс школа, плюс индивидуальные наставники, плюс дополнительное образование, непрофильное.

– Он говорит правду, – ошарашенно произнёс Лениавес. – Сколько я его ни спрашивал, он не рассказывал. А тут так просто взял и ответил. Ты что, начал что-то вспоминать? – спросил он у меня.

– Ну, когда он задал вопрос, где меня обучили именно этому, начали мелькать какие-то картинки, ну я и перечислил то, что смог ухватить.

– Тогда это, может быть, ещё не всё? – несколько заторможенно спросил корнол.

– Не знаю, – честно солгал я, так как знал: больше точно нет.

– Понятно… – задумчиво протянул Лениавес и начал шевелить губами, что-то подсчитывая в уме. – Слишком много лет, – неожиданно произнёс он, – не может такого быть. – Но, оглянувшись, он поражённо перевёл взгляд на меня. – Если только… – Однако договаривать он не стал.

Но я и так понял, о чём он.

«Много лет можно сжать в одно мгновение, если прожить здесь, в нейтральных мирах».

Девушки всё это время молчали, и вдруг Нея произнесла:

– Ты не мог это придумать за такое короткое время. – И пояснила свои слова: – Анализ наших возможностей, анализ обстановки. Предварительная подготовка, планировка основной линии поведения. Подготовка места, где будут проходить основные события. Корректировка плана поведения, координация и точность всего действующего сценария. Плюс сам бой и точное соответствие разработанному тобой алгоритму. Это невозможно. – И девушка отрицательно покачала головой.

– Ну, я же всё-таки общаюсь с вами, – улыбнулся я.

– Да, и это странно. – Она подозрительно посмотрела на меня. – Нам преподавали и тактику, и стратегию боя. Но на подготовку подобного сценария проведения битвы, даже самой простой, и моделирования его последствий уходят дни, а иногда и недели, плюс все результаты даются с огромной погрешностью, и всегда учитываются различные случайности, которых предсказать никто не может. Ты же всё это выполнил в считаные секунды, умудрившись при этом обойти все подводные камни. – После этого прозвучал очень необычный вопрос: – Ты оракул?

Корнол, да и остальные с удивлением посмотрели сначала на Нею, а потом перевели и на меня такие же удивлённые глаза.

«Оракул», – так и читалось на их лицах.

– Не замечал за собой способности видеть будущее, – честно постарался ответить я, – привык больше доверять себе и своей голове, чем эфемерным видениям.

– Странно. – Кажется, девушка мне не поверила. И стала о чём-то переговариваться со своей сестрой.

Все остальные всё так же настороженно смотрели в мою сторону. Особенно это почему-то заинтересовало Тею. И мне кажется, я знаю почему. Есть в ней что-то такое необычное, что иногда проглядывает в её менто-информационном поле.

– Да не оракул я, – сказал я им.

– Ты можешь этого и не знать, – негромко произнёс оборотень, – это не магическая способность. И определить её наличие у кого-либо невозможно. Может, то, что ты называешь мыслить и просчитывать варианты, и есть твоя способность оракула. Просто ты никогда не задумывался об этом.

– Нет, это другое, – усмехнувшись, сказал я.

– И что это? – с интересом и хитрой улыбкой спросил он, явно будет теперь стараться выудить из меня больше информации в связи с моими откровениями по учёбе.

«Не объяснять же ему о кластере и ментоинтерфейсе, – чуть не выругался я. – Похоже, он загнал меня в ловушку. Хотя…»

– Потому что я знаю, как выглядят оракулы, – ответил я.

– Да? И откуда же? – съехидничал он (точно, теперь в каждом вопросе нужно искать второе дно и попытку выудить информацию о моём прошлом). – Наверное, представляешь себе хумана или демона в рясе, отрешённого от мира, заросшего и живущего в пещере. Так вот, поверь, они совершенно ничем не отличаются от нас с тобой. В них нет ничего выделяющего их из толпы.

Посмотрев ему прямо в глаза, я вздохнул:

– Я знаю. Но поверь, отличие всё-таки есть. И я его вижу.

За этим нашим разговором с напряжением следила Тея.

«Не бойся, я никому не раскрою твою тайну», – передал я ей.

«Спасибо», – раздался шёпот в моей голове.

– Ну-ну, – ухмыльнулся корнол, так же как и саркалки не особо поверив моим словам.

Но тут я ничего не мог поделать.

– Ладно, – помолчав несколько минут и собравшись с мыслями, махнул я рукой, – будем считать, что наш откровенно-сокровенный разговор состоялся. Все мы – члены нашей гильдии. Так что стоит теперь поговорить о делах, которыми нужно заняться. Я снова оглядел присутствующих. – И начнём мы, пожалуй, с вас, – обратился я к Тлогу и его нейтралам.

– Остались ещё какие-то дела? – удивился тот.

– Да, – кивнул я, – не так и мало, между прочим. А направлены они будут в основном на укрепление и развитие вашего подразделения нашей гильдии. Но чтобы завершить с ними, нам нужен Рехор. Так что давайте пригласим его для разговора. А то господин ректор уже, поди, заждался там, в зале. – И, поднявшись, я направился к двери, ведущей из помещения.

Сейчас пойдёт следующий этап разыгрываемой мной партии.

Глава 9

– Надеюсь, мы не заставили вас долго ждать, – обратился я к Рехору, подходя к их столу. – Были кое-какие дела, которые требовали срочного решения. Но теперь мы готовы продолжить наш с вами очень познавательный и продуктивный диалог.

Глава Тайной стражи гильдии «Ледяное пламя» усмехнулся.

– Нет, что ты. У нас тут тоже были кое-какие вопросы, которые требуют своего решения, – проговорил он, как-то странно при этом посматривая на свою внучку.

«Похоже, я прав, и Гленая задаст им ещё жару с их попытками запереть её в пределах дворца, – подумал я, глядя на эту парочку. – Помимо тех приключений, что с ней уже произошли, ещё и эти странные нападения на девушку».

Тут что-то щёлкнуло в моей голове. Гленая, нападения, убийство, гильдия убийц, прикрытие, цирк. Интуиция пискнула о том, что я иду по верному следу.

«Так, а не по её ли это душу тут появился этот цирк? – задумался я. – Уж очень удивлялись местные жители его тут появлению, я слышал, что сюда редко кто добирается, особенно какая-то знаменитая цирковая труппа из центральных миров. Здесь больше привыкли к каким-нибудь простецким балаганным представлениям, чем к таким полномасштабным постановкам. – И я замер на пару мгновений. – Интересная версия. Нужно будет её проверить и попросить это сделать Слонга, ведь если у меня всё выгорит, это будет одной из его основных обязанностей. Да даже если мы и не сможем договориться, нужно будет предупредить Рехора, пусть проверят этих гастролёров, во избежание, так сказать».

Рехор и его помощник начали подниматься из-за стола. Как я и предполагал, ректор ждал моего приглашения.

Видимо, пока у них была возможность пообщаться наедине, они что-то успели обсудить между собой и теперь готовы были к продолжению нашей беседы.

Только это были далеко не все, кого я хотел бы видеть на наших переговорах, а потому повернулся к Рехору:

– Вы будете не против, если мы пригласим ещё и вашу внучку с её напарникам? – мотнул я головой в сторону Гленаи, Троя и Дарина.

Ректор несколько удивлённо посмотрел на меня, но, пожав плечами и оглядев названных мной нейтралов, будто оценивая, достойны ли те такой чести, ответил:

– Хорошо, пусть они идут с нами, – и встал из-за стола, тем самым показывая, что готов к ведению дальнейших переговоров.

Я не стал задерживаться и направился в сторону малого зала.

Буквально через минуту мы были внутри его, и ректор со своими подчинёнными и внучкой опять занял тот же самый стол, за которым они сидели ранее.

– Так о чём ты хотел поговорить? – сразу взял быка за рога Рехор.

Примерно такого резкого и быстрого перехода к делу я и ожидал от него, а потому не растерялся и ответил:

– О вас и вашей гильдии, о Гленае и её дальнейшей судьбе в ней, о её нежелании быть запертой в четырёх стенах и о возможном выходе из этого положения. А также о том, как мы и вы сможем это провернуть, не выходя за рамки общепринятых здесь, в нейтральных мирах, понятий, условностей и законов.

Ректор оценивающе посмотрел на меня, а потом усмехнулся и произнёс:

– Сказал-то ты, конечно, много и красиво, но так и не ответил на вопрос. Что ты и ваша гильдия хотите от нас и можете предложить нам взамен?

«Хм, вот он – настоящий глава не только академии, но и внутренней службы безопасности целой гильдии», – подумал я, смотря на настроенного на серьёзный разговор Рехора.

Всяческие любезности отброшены в сторону, на меня смотрит собранный и оценивающий каждую мелочь в моём поведении и словах собеседник. Таким он и описывается во многих отчётах различных разведслужб нейтральных миров. Жёсткий, спокойный, рассудительный и очень, очень опасный противник.

Видимо, удар был направлен всё-таки не на его внучку, а на него самого. Я помнил, каким встретил его впервые. Стариком, в прямом смысле этого слова, расстроенным, дезориентированным, хотя всё ещё собранным и готовым сражаться. Гленая, похоже, была слабым местом не только для своего отца, но и для своего деда, так сказать, была ахиллесовой пятой местного Железного Феликса.

Но если он примет моё предложение, то мы сможем и это хотя бы частично исправить.

– Да, простите, – согласился я. – Тогда давайте перейдём к нашим делам.

– Нашим? – удивился глава Тайной стражи гильдии «Ледяное пламя».

Я усмехнулся:

– Нашим, ведь будущее вашей внучки, кем бы она ни была и как бы далеко от вас ни постаралась убежать, всё равно останется вашим делом.

Рехор нахмурился.

– Я понимаю, почему это дело можно назвать моим, но при чём тут вы и ваша гильдия? – жёстко спросил он.

«Да, пора заканчивать с этим представлением», – подумал я.

– Наверное, при том, что мы хотим Гленае предложить вступить в нашу гильдию, – пожав плечами, ответил я и посмотрел в глаза девушке, не обращая внимания на возмущённое лицо её деда и его помощника.

А вот Трой и Дарин как-то странно переглянулись между собой, и было прекрасно видно, что они в общем-то не испытывают никакого негатива к моему предложению.

– Я уже состою в гильдии «Ледяное пламя», – тихо ответила девушка, потупив глаза.

Но самое главное было в том, что она сама хотела бы вырваться из-под опеки своих отца и деда и была не против покинуть хоть и столь могущественную и уютную гильдию, перейдя в любую другую.

– Что? – раздался тихий голос её деда. – Ты хоть понимаешь, что говоришь?

Эта фраза была явно обращена ко мне, хотя Рехор пристально смотрел на вжавшуюся в спинку кресла Гленаю.

– Не давите на девушку, – раздался чей-то тихий и равнодушный голос.

«Вот ведь, – вдруг осознал я, – это же мой голос». И я с недоверием прислушался к произносимым мной же словам. Странно было наблюдать себя со стороны. Больше на какую-то шизофрению похоже.

Но и на остальных мой голос произвёл не меньшее впечатление. Все замерли и настороженно посмотрели на меня.

– И да, я понимаю, о чём говорю, и именно поэтому предлагаю ей вступить в нашу гильдию.

Щёлк. И я снова превратился сам в себя.

«Функции подавления сознания и ментальной модуляции голоса изучены, активированы и могут использоваться оператором», – увидел я в интерфейсном окне сообщение Искателя.

«Ничего себе, – отреагировал я, – такого я что-то не нахожу в перечне известных ментоинтерфейсу гипномодулей и ментопрограмм».

И, похоже приняв мой риторический вопрос за реальный, Искатель ответил:

«Данная программа – это наша с кластером совместная разработка, которая создана на основе переработанного и скомпилированного материала, найденного в различных источниках информации и нашей совместной базе знаний».

«И много у вас таких разработок?» – спросил я.

«Пока только четыре, – ответил мне уже Вирт, – слишком большой объём информации приходится обрабатывать, сопоставлять и находить в нём причинно-следственные связи, увязывающие в единую цепочку различные теоретические знания и возможность их практической реализации на основе доступной материально-информационной базы».

«Хм, интересно… – протянул я. – Напомните мне чуть позже ознакомиться с вашими новыми разработками и внесите их в общий список доступных к изучению и применению умений, чтобы и я мог в дальнейшем всегда знать, над чем же вы работаете и что у вас из этого получается».

«Принято», – отрапортовал кластер и опять исчез где-то на задворках моего сознания.

Проверив время, я увидел, что разговор с моими внутренними демонами занял всего пару мгновений и все всё так же настороженно поглядывают в мою сторону.

– И у меня есть ответ на вопрос, как это сделать, не нарушив никаких законов, – уже вполне обычным голосом говорю я, обращаясь к Рехору.

Тот молчит и смотрит на меня изучающим и слишком уж пристальным взглядом.

Остальные же лишь как-то неосознанно потряхивают головой, стараясь снять то наваждение, что было разлито по залу всего мгновение назад.

– Странно это прозвучит из моих уст, – наконец говорит ректор, – но я тебя слушаю.

Я оглядываюсь на девушку, которая с надеждой смотрит на меня, и уже собираюсь ответить, но тут неожиданно вмешивается помощник Рехора:

– Господин, её безопасность, – и кивает в сторону Гленаи.

Рехор невидящим взглядом смотрит себе на руки.

– Да, мы не можем так рисковать, – наконец, согласившись со словами своего эльфара, отвечает он, – мы не сможем принять твоё предложение.

Мне вполне понятны его сомнения, поэтому я, посмотрев сначала на него, а потом и на его помощника, спросил:

– А если мы сможем обеспечить Гленае уровень безопасности гораздо выше того, что могла бы предоставить ей ваша гильдия, тогда что?

Похоже, Слоит догадывается, кто будет играть главенствующую роль в дальнейшем, и с угрозой посмотрел на меня. Я лишь успокаивающе приподнимаю руку.

Помощник улыбается и с издёвкой говорит мне:

– Было бы интересно это услышать, а ещё лучше – увидеть, но не думаю, что вы готовы к демонстрации. Я сомневаюсь, что такое вообще возможно. На нас работают лучшие специалисты нейтральных миров, которых можно только найти.

Я с не менее красивой акульей улыбкой отвечаю ему:

– Да, лучшие, особенно это показали последние события и те, что предшествовали им.

Помощник покраснел, его ноздри раздулись, он с ненавистью посмотрел на меня.

Однако я не обратил на это внимания и продолжил:

– Но вы не поверите, нами был предусмотрен и такой вариант развития нашего разговора, поэтому мы оказались к нему, совершенно случайно, готовы. – И я слегка качнул головой.

Помощник оказывается на полу, к шее Рехора приставлен кинжал, а девушка отодвинута от них на несколько метров.

Все переводят взгляд на соткавшуюся, словно из воздуха, фигуру.

Лишь саркалки даже глазом не моргнули на эту демонстрацию силы и умений. Казалось, они были готовы к подобному исходу событий с самых первых мгновений нашего с Рехором разговора.

«И почему это у меня сложилось такое стойкое мнение? – задумался я. – Наверное, потому, что рыбак рыбака видит издалека и они уже смогли оценить боевые качества и потенциал каждого из присутствующих».

Остальные же наблюдали, как между ледяными эльфарами и Гленаей появилась фигура телохранителя Тлога, как раз и совершившего все эти действия.

– Это лишь малая часть того, что мы будем готовы сделать для обеспечения безопасности вашей внучки, – сказал я, обращаясь к Рехору. После чего, поднимаясь из кресла, протянул руку лежащему на полу эльфару, удивлённо смотрящему на Слонга. Посмотрев же на поражённое лицо Рехора, произнёс: – Позвольте представить вам того, кто будет отвечать за безопасность членов внутреннего круга в нашей гильдии, к которым я готов буду сразу отнести Гленаю, – и указал на Слонга.

Потирая шею, глава службы безопасности гильдии «Ледяное пламя» тихо проговорил:

– Один, даже такой умелый и подготовленный демон, – это не армия, и он не сможет остановить несколько отрядов, напавших одновременно.

– А кто вам сказал, что он будет один? – удивился я. – В подчинении этого многоуважаемого демона будет находиться его отряд. – Я посмотрел на Гленаю, впечатлённую этой простой демонстрацией. – Если вы не против ещё одного примера компетенции наших телохранителей, то прошу вас пройти сюда. – Я указал Рехору и его помощнику на дверь из зала, сам направляясь к ней.

Выглянув в большой зал, я удовлетворённо подумал:

«Всё так, как я и планировал».

– Интересно, – услышал я позади себя голос ректора академии.

Он через моё плечо также выглянул в зал, а потом прошёл немного вперёд, давая всем остальным возможность посмотреть на происходящее.

Оглянувшись, я увидел, что эльфары, как, впрочем, и все мои знакомые, кроме девушек-воительниц и Ралии, следуют за нами.

– Что там? – спросила невысокая Гленая, ей из-за плеч остальных не было видно того, что произошло в зале.

– Похоже, нам следует искать других специалистов и тренировать своих, – тихо ответил ей помощник Рехора.

– Полностью с тобой согласен, – сказал ему ректор академии, – нужно заняться этим вопросом. – И он вернулся в наш небольшой зал.

Трой, стоящий рядом с Гленаей и даже сейчас по привычке прикрывающий её, выглянул в общий зал, а потом, поражённо посмотрев на своего соратника, произнёс:

– Это же боевые пятёрки Тайной стражи.

– Да, – подтвердил его слова Дарин, – но, видимо, они не так хороши, как нам о них всегда говорили.

И это не вызывает сомнений. Лично мне было понятно их удивление, когда они выглянули в общий зал.

В зале оказалось ледяных эльфар гораздо больше того количества, что пришли вместе с Рехором. Но тут никаких загадок не было. Это были непосредственный отряд телохранителей, отряд прикрытия, отряд магического прикрытия и несколько разведчиков. И все они сейчас сидели связанные у дальней стены помещения.

– Кто это? – спросила Гленая, когда ей наконец удалось свободно выглянуть в общий зал.

– Как я понимаю, это тот отряд, что должен был участвовать в твоём освобождении, когда станет известно точное место твоего нахождения, ну а сейчас они просто охраняли тебя и твоего деда.

– И, как я вижу, они с этой задачей не справились, – прокомментировала увиденное девушка.

– Что и требовалось доказать, – произнёс я, обращаясь уже к Рехору и его помощнику, – они не справились. И это только часть тех сил, что будет брошена на защиту вашей внучки. – Я обернулся к Слонгу и отдал приказ: – Всё, проверку мы прошли, пусть твои люди освободят подчинённых Рехора. И закажите им выпивку в знак примирения здесь, в таверне на вечер за наш счёт, сейчас – то им пить нельзя, они всё-таки на службе. – И, будто вспомнив что-то, добавил: – Да, и извиниться бы перед ними следует за это небольшое, – я кивнул на дверь, – недоразумение.

– Хорошо, – усмехаясь одними глазами, кивнул Слонг и вышел из нашей небольшой переговорной.

Проводив его задумчивым взглядом, Рехор обернулся ко мне:

– Какие силы ты имел в виду, когда говорил о защите Гленаи? – Прямо и чётко. Как и ожидалось от него.

– Поверьте, – взглянул я на Рехора, – те, с кем ей работать, будут беречь вашу внучку пуще зеницы ока, больше своих жизней.

– И почему ты так в этом уверен? – усмехнулся он.

– Наверное, потому, что без неё они будут совершенно бесполезны.

– И?.. – Ректор академии всё ещё не понял, о чём я говорю.

– Поэтому на обеспечение её безопасности будут направлены силы целой гильдии. Гильдии, которая съела на этом не одну собаку.

– Кого съела? – удивилась сама девушка, о которой и шла речь.

– Ну, это образное выражение, – ответил я ей, – означает, что они очень компетентны в этом вопросе. – И уже адресовал свои слова Рехору и его помощнику: – Вы для неё, – мах головы в сторону Гленаи, – такое обеспечить точно не сможете.

Тот кивнул и спросил:

– Так кто они такие?

Я повернул голову в сторону Тлога и его нейтралов, остальные вслед за мной посмотрели в том же направлении.

– Они, – тихо произнёс я.

– Мы? – удивился Тлог и переглянулся с Руди и своим бухгалтером.

– Гильдия воров, – невольно шипит себе под нос Рехор.

– Вообще-то нет, – спокойным, даже холодным голосом ответил я. И, снова взглянув на Тлога и его нейтралов, сказал: – Они представляют одно из подразделений нашей гильдии, – и по слогам, выделяя каждую букву, выговорил: – А именно: по-ис-ко-ви-ков.

Рехор посмотрел на них удивлённо, примерно те же чувства явно испытывали и его помощники.

– Просим прощения, – медленно произнёс ректор, – у нас были несколько иные сведения о ваших партнёрах, видимо, они несколько устарели.

– Возможно, – подтвердил я его вывод.

Между тем, похоже осознав, что же означает всё это для неё, Гленая с надеждой посмотрела сначала на Горбуна, потом на задумчиво рассматривающего нас деда и только потом, боясь спугнуть свою удачу, с ожиданием на меня. Девушка, конечно, ещё не понимает, что я готов предложить и как всё вообще можно проделать, ведь она уже состоит в одной гильдии, но надежда в её глазах разгорается всё сильнее и сильнее. И мне прекрасно видно, как её глаза засветились каким-то внутренним огоньком, как разгладился её лоб и как впервые за всё время, что она присутствует на этой нашей встрече, с её лица ушло выражение отчаяния и загнанного в угол зверька. Она увидела, что у неё появился шанс. И я постараюсь не дать ей в этом разубедиться. А потому обратился к Рехору.

– И вы прекрасно понимаете и что это значит для неё, – я вновь кивнул на девушку, – и, самое главное, что она будет значить для них, – мотнул головой в сторону Тлога.

– Да, честно говоря, я не предполагал такого развития событий, – признался Рехор и с удивлением посмотрел на меня и на Тлога и его нейтралов.

– Поисковики, говоришь? – прищурился он.

– Совершенно верно, – подтвердил я.

– Интересно… – И он над чем-то задумался.

Пока он размышлял, в зале стояла абсолютная тишина, будто присутствующие боялись спугнуть какую-то неуловимую атмосферу, дающую возможность принять главе Тайной стражи гильдии «Ледяное пламя» правильное решение.

Наконец Рехор встрепенулся.

– Это тот выход, что нам нужен, – сказал он. – Расскажи, что надо сделать для её перехода в вашу гильдию. – И он вопросительно посмотрел на меня. – Ведь если бы у тебя не было какого-то плана, ты не затеял бы весь этот разговор.

– Верно, – согласился я.

– Отлично. – И ректор, как будто какой-то неимоверно тяжёлый груз свалился с его плеч, откинулся на спинку кресла.

«А он здорово переживал, – понял я, глядя на этого в общем-то сильного и очень любящего свою внучку эльфара, скрывающего свои истинные чувства под маской безразличия и отчуждения. – Этот старик очень долго живёт на этом свете и прекрасно понимает, к чему может привести его любовь и привязанность к кому-либо. И в этом случае он точно опасается не за себя. – Я посмотрел на замершую в своём кресле Гленаю. – Он не готов к смерти близких ему существ».

Наконец из некоторого ступора вышел Тлог и обратился ко мне и Рехору:

– Может, кто-то из вас расскажет, о чём тут сейчас речь. Я хоть и не очень понимаю смысла происходящего, но точно знаю, что мы как-то связаны со всем этим. И мне это уже сейчас не нравится. Ведь вы, молодой чел, обещали, что руководство нашим подразделением со стороны вашей гильдии будет чисто номинальным. А сейчас я чувствую, что это не так. И поэтому мне нужны хоть какие-то разъяснения. – И он твёрдо посмотрел мне в глаза.

– Думаю, вам стоит разъяснить своим компаньонам, почему вы приняли это решение единолично, – с упором сказал Рехор.

– Это справедливое требование, – ответил я и, повернувшись к Тлогу, указал на Рехора и Гленаю: – С господином ректором и его внучкой вы прекрасно знакомы. Но знания эти являются далеко не полными. И сейчас я приоткрою то, которое и подтолкнуло меня к подобному решению и действиям. – Я встал и подошёл к смотрящей на меня большими глазами девушке. – Как вам всем известно, Гленая – прекрасный маг, недавно закончивший Академию магии четырёх стихий. Она основала небольшое обособленное подразделение в своей гильдии и разместила её резиденцию в нашем мире. Но это не единственный её талант. – На мгновение я замолчал, а потом продолжил: – Она чувствует присутствие магии. Не знаю, как она это делает и в чём это проявляется, но это точно работает. Именно благодаря этой своей способности она нашла малую портальную арку, регистрация которой и позволила открыть ей своё собственное, обособленное подразделение в структуре гильдии «Ледяное пламя». – Я посмотрел на Тлога и его нейтралов. – Она ваш проводник, а вы её руки. Без её способностей вы лишь обычная, хоть и несколько более организованная и подготовленная гильдия поисковиков. С ней же вы превращаетесь в серьёзную, действительно что-то значащую организацию. – Я замолчал, давая возможность Тлогу, Руди и Рлогу обдумать услышанные сведения.

Не зря эта тройка уже несколько десятков лет руководила некогда воровской гильдией. Они сразу смогли оценить все преимущества и выгоды такого ценнейшего компаньона и сотрудничества с ним.

– Она нам нужна, – только и произнёс Тлог на их языке, обращаясь к своим подчинённым, а потом это же он сказал и мне.

– Теперь вы понимаете всю важность задачи по обеспечению её безопасности? – спросил я у поисковиков.

– Даже более того, – ответил Тлог, – мы не только понимаем это, но уже сейчас готовы взять на себя эти обязанности. Мы будем хранить её ценой нашей жизни. Это мы можем пообещать вам железно. – Его взгляд превратился в какой-то колючий прицел, способный просветить любого. Даже среди присутствующих будто старался рассмотреть потенциального противника, способного угрожать жизни девушки.

– Ну вот, вы видите серьёзность этих господ, – указал я на Тлога, обращаясь к Рехору, – так что, думаю, у вас это не вызывает никаких сомнений.

– Да, – согласился тот, – но всё так же остаётся открытым вопрос о её переходе в вашу гильдию. Мне кажется, с этим могут возникнуть серьёзные проблемы.

На этот вопрос у меня как раз уже был ответ.

– А вот как раз с этим, как это ни странно, в нашем случае больших проблем не будет, – улыбнулся я.

– Как так? – удивился Рехор.

Да и остальные, кто более-менее в теме данного вопроса, посмотрели на меня с недоумением. Ведь система гильдейства – это уже устоявшийся институт власти. И были лишь редчайшие исключения, когда его можно было обойти тем или иным способом. Но эти исключения всё-таки были. И в этом небольшом зале присутствовали два таких, так почему бы не появиться и третьему.

– А вот так, – ответил я, – ваша гильдия сама дала нам такой превосходный и неожиданный выход. – Я посмотрел в изумлённые глаза Гленаи и на недоуменного Рехора.

– Я не понимаю, – сказал тот.

И он действительно не понимал, как можно провернуть такое. Но мы с Виртом нашли один очень изящный выход из данной ситуации.

– Преемственность, – ответил я.

– Что? – переспросил он.

– Право преемственности, – уточнил я.

Он несколько мгновений смотрел в нашу сторону остекленевшими глазами, а потом тряхнул головой:

– И откуда же ты мог узнать об этом? Этим правом не пользуются уже несколько тысячелетий. Этот закон был принят очень давно, в период войн магических гильдий, когда смена главы гильдии была частым и вполне обыденным явлением. В те давние времена войн и магических поединков было большим расточительством изгнать из нейтральных миров столь ценных магов и специалистов. И хотя обычно маги, достигшие могущества в какой-то определённой гильдии, оставались в ней же и всё ещё занимали высокие посты и обладали большими связями – в этом-то их никто не ограничивал, – они могли уйти, куда им вздумается, даже в стан врагов. И никто их не осудил бы за это. Поэтому факт оставался фактом. При смещении главы гильдии его не изгоняли из центральных миров, а позволяли остаться. Этот закон и получил название «право преемственности». – И он снова удивлённо посмотрел на меня. – Странно, что молодой чел смог вспомнить о столь древнем праве главы гильдии на отставку. Однако есть один немаловажный факт. – Рехор, как бы споря с самим собой, произнёс: – Гленая не глава гильдии. – И он упёр свой взгляд в меня.

«И что на меня так смотреть, мы не местные, так, мимо проходили», – мысленно усмехнулся я.

Но потом сказал:

– Принцесса, дочь главы гильдии, плюс глава обособленного подразделения гильдии, которое фактически является самостоятельным юридическим лицом. Закон о создании гильдии. Пункт двенадцать, – проговорил я, смотря в лицо удивлённому Рехору.

В зале повисла тишина. Все посмотрели на меня и на главу Тайной стражи.

– Вы сами сделали её главой гильдии и не поняли этого? – поинтересовался я у поражённого моими словами ректора академии.

– Нет, – Рехор помотал головой, – мы как-то не рассматривали этот вопрос с такой точки зрения.

– Ну, то, что вы его не рассматривали, вовсе не означает, что это не так, – ответил я. И, немного помолчав, продолжил: – Таким образом, у нас получается, что она – физическое лицо, приравненное по своему социальному и юридическому статусу к полноправному главе любой гильдии. И единственное, что теперь нам нужно сделать, – это официально перевести статус её подразделения в полностью автономную, никак не связанную с вашей гильдией организацию. – Я взглянул на Рехора. Но потом вспомнил ещё кое-что. – Хотя, если мне не изменяет память, будет вполне достаточно просто сделать ее подразделение полноправным филиалом вашей гильдии в одном из нейтральных миров, например у нас, где она и регистрировалась. Это вызовет меньше вопросов. Не будет необходимости в оформлении официального переноса резиденции филиала в другой мир. Ну а дальше уже всё строго по протоколу. Она снимает с себя полномочия главы гильдии и передаёт их своему преемнику. Его, разумеется, вы можете сменить в любой момент, особенно если ему присвоить статус временного управленца. И с этого момента Гленая полностью свободна в своём дальнейшем выборе. И что самое важное, я не думаю, что всё это будет сложно оформить. Регистрацию всего процесса наша гильдия, для его ускорения, может взять на себя, от вас лишь требуется официальное согласие на инициацию этого. Дать его может ваш действующий глава. В том, что вы можете в любой момент связаться с ним, я не сомневаюсь. Так что теперь слово за вами. – И я посмотрел прямо в глаза Рехору.

– Уже, – коротко бросил тот мне в ответ, держа в руках неизвестно откуда взявшийся артефакт Древних, и погрузился в себя.

«Занятная вещица, – между тем подумал я, – по идее, здесь магия работать не должна, но вот эта штука работает. Хотя, впрочем, как и мой кластер. И, что любопытно, с ходу разобраться в ней у нас не получается».

Было понятно, что это некое передающее устройство, но на каких принципах оно работает, пока мы не смогли разобраться, слишком быстро закончил переговоры Рехор.

Отсутствовал он несколько минут, будто провалившись в медитативный транс.

«Анализ свойств задействованных конструктов закончен на семьдесят пять процентов», – доложил Вирт.

«Информацию нужно собирать из разных источников», – решил я.

И только собрался спросить у Гленаи, что это за артефакт и как давно их семья владеет им, возможно, она могла знать о нём ещё что-то, как ректор очнулся.

– Фух. Уговорил. Твой отец согласен, – сказал он девушке, – но только у него есть два условия. – Он перевёл свой взгляд на меня. – Он понимает, что никаких стопроцентных гарантий вы ему дать не можете, а потому согласен на ее вступление в вашу гильдию лишь при исполнении двух условий.

– И каких? – Что-то мне опять немного поплохело, и кошки заскреблись где-то в районе груди, постепенно поднимаясь вверх.

– Первое, – начал Рехор, – это закрепление и открытие постоянного филиала нашей гильдии в этом мире.

«Нормально, даже неплохо, – подумал я, – практически то, что я и сам хотел бы им предложить».

Потому сказал:

– Это вполне приемлемо, тем более я и сам хотел вам предложить этот вариант. Это нужно сделать для упрощения связи с вами, налаживания каналов поставок и сбыта товаров. И как следующий аргумент: это нужно для развития вашей собственной гильдии и выхода её на новые рынки и территории, пока ещё не освоенные никакими другими серьёзными магическими сообществами. В этом и соседних мирах нет ни одного постоянного представительства сколь-нибудь могущественной магической гильдии. А значит, тот, кто успеет закрепиться здесь первым, будет иметь и больший вес в этих мирах.

– Возможно, – согласился Рехор и снова задумался, видимо подсчитывая в уме те плюсы, что может дать открытие здесь своего филиала.

– Да, и ещё, – вклинился я в его размышления, – открыв здесь филиал, вам будет гораздо проще держать Гленаю в поле своего зрения. Я думаю, это вовсе немаловажный факт именно для вас. Хоть прямое влияние на её дальнейшие действия ваша гильдия потеряет, но зато вы хотя бы сможете быть в курсе её дел. Я думаю, это один из лучших вариантов для её будущей опеки с вашей стороны. – Я посмотрел на посмурневшую девушку. – Гленая, не хмурься. Родители и родственники переживают за тебя, и это та малость, которую мы сможем им обещать. Полагаю, ты же не хочешь разрывать с ними все связи.

Девушка несмело кивнула.

– Вот и я о том. Так что через местный филиал у тебя будет прямой выход на всех своих родственников. – Я задумался, а потом обратился к Рехору: – Особенно если здесь вы оставите только преданных именно вам нейтралов. Не думаю, что в самой гильдии стоит распространяться об истинной цели создания этого филиала. Как вы думаете?

– Согласен, – кивнул, подтвердив мои доводы, Рехор.

– Ну, вот и решили с этим вопросом, – закончил я.

– Да, решили, – откликнулся ректор академии.

– Дедушка, ты говорил, что условий два, – тихо напомнила Гленая.

Кошки у меня на душе начали скрестись с новой силой.

– Твой отец, – так же тихо, как и Гленая, начал говорить Рехор, потупив свой взор. Похоже, и самому старому эльфару его дальнейшие слова были не по душе, но он должен был их произнести, – назвал второе условие самым главным. – Помолчав, он продолжил: – Тренос, мой сын и твой отец, настаивает на личной заинтересованности главы гильдии «Мастера лута» в твоей безопасности.

Что-то мне это условие кажется какой-то очередной то ли ловушкой, то ли подставой.

– И как мы сможем это обеспечить? – спросил Лениавес со своего кресла.

– В клятву принятия Гленаи в вашу гильдию должен быть добавлен один пункт.

– Какой? – Девушка была напряжена до предела, и у меня сложилось такое впечатление, что она догадывается, о чём сейчас пойдёт речь.

– Узы крови, – ответил Рехор.

– Нет! – возмущённо воскликнула Гленая.

– Это, по сути, единственное условие твоего отца, при котором он согласен отпустить тебя, остальное лишь ширма для гильдии, – жёстко осадил внучку ректор.

Так, то единственное, что я нашёл в сети по этой клятве, не несло в себе каких-то особенных ограничений или последствий. Но вот что странно: нигде даже вскользь не упоминалось, что эту клятву дают ледяные эльфары. Даже наоборот, было сказано, что для них принесение подобной клятвы приравнивается к смертельному оскорблению и вечной вражде. Попутно рассказывалось о каком-то подобном инциденте, вызвавшем целую войну между несколькими гильдиями, длившуюся триста лет.

«Ничего себе, – обалдело подумал я. – Или я что-то не понимаю, или…»

Кстати, а об участниках того конфликта что-то известно? Ледяных эльфаров в нейтральных мирах ведь не так и много.

И я снова просмотрел найденные заметки.

«Вот оно. И кто у нас тут? – нашёл я нужную историческую выписку в одном из университетов. – Ну, эти мне неизвестны, да и неинтересны, какие-то гильдии уже давно распавшиеся или уничтоженные. Но со стороны эльфар-то кто был? – Я просмотрел статью до конца. – Что? Не понимаю». И я задумчиво посмотрел на деда с внучкой.

То, что я увидел, не могло не удивить. Единственным участником того конфликта, защищавшим интересы ледяных эльфар, была гильдия «Ледяное пламя», и она же была той единственной гильдией, что победила, вернее, не распалась в той войне. И руководил ею тогда очень сильный и могущественный маг, опытный стратег и военачальник, который сумел противостоять сразу трём гильдиям-противникам. А потом почти сразу ушёл на покой, передав бразды правления своему сыну. И звали его Рехор Ил Каам Сератос. Это был не кто иной, как наш многоуважаемый ректор.

– Мне нужны объяснения, – тихо и твёрдо произнёс я, глядя ему прямо в глаза, – и вы прекрасно понимаете почему.

– Да? – сделал попытку увильнуть от ответа Рехор.

– Да, – подтвердил я и серьёзно заговорил: – Последний раз, когда к вам обратились с просьбой принести подобную клятву, было уничтожено несколько магических гильдий. А после этого между ними длилось прямое противостояние без малого три сотни лет. И я не хочу подобной участи для нас. Тем более единственными, кто выжил в том конфликте, была одна небезызвестная нам гильдия. Поэтому мне нужны объяснения. И тем более их неплохо получить от того единственного, кто действительно в курсе всех тех событий. – Помолчав, я спросил: – Как вы думаете?

Рехор молча смотрел мне в лицо.

– Я даже не спрашиваю, откуда ты всё это смог узнать и как вообще к тебе попала эта информация. Но отвечу на твой вопрос.

– Угу, – тихо пробормотал я, – и уделите особое внимание в своём рассказе тому, почему сейчас вы сами предложили этот вариант?

– Не знал, что молодёжь интересуется сейчас историей становления гильдий, – задумчиво произнёс Рехор, глядя на меня, даже не отреагировав на мой вопрос, а как бы рассуждая с самим собой.

«А он вообще услышал мои последние слова?» – спросил я себя.

– Я вообще не уверен, что информация о том конфликте есть где-то в свободном доступе. Поэтому, молодой чел, ты заинтересовал меня ещё больше. Но сейчас не об этом. – Он помолчал. – Об этом мало кому известно, хотя большим секретом эта информация не является, но клятва «Узы крови» на светлых существ действует несколько по-иному, чем на всех остальных.

Как только он это сказал, я понял, в каком направлении мне следует копать.

Рехор ещё не успел произнести следующую фразу, а я уже знал, из-за чего мог разгореться тот самый конфликт.

– Для вас это клятва – как служения, так и принятия в род, – тихо произнёс я, – со всеми вытекающими из этого последствиями. И если её просят принести главу гильдии, то и вся гильдия, и весь его народ, если это правитель, должны будут склониться перед главой принимающего их рода. Не гильдии, а именно рода. И в данном случае это тот, кому приносится клятва.

Не сказать, что Рехор поражён, но он стал смотреть на меня уже совершенно иными глазами.

– Всё верно, – согласился он.

– Но почему эта клятва? – будто сам у себя спросил я и сам же ответил: – Она двунаправленная. Ответственность – на принёсшем её.

– Да, – кивнул Рехор.

Я посмотрел на Гленаю. Почему она возмутилась, мне стало понятно. Принимают в чужой род любую девушку только в одном качестве: если она выходит замуж за кого-то из этого рода. То есть если обобщить, то отец Гленаи хочет, чтобы глава нашей гильдии, читайте, это я, взял её в жёны. И это основное условие. И не откажешь, ведь это политический брак. Вроде как ради общего дела. Наверное. Вон даже Гленаю отдать готовы ради того, чтобы закрепить наши связи ещё более прочной нитью.

Однако зачем мне ещё одна? Я их что, коллекционирую или в гарем собираю? И главное, не сам же всего этого хочу. Тут, действительно, начинаешь верить, что кому-то там, на небесах или в аду, уж не знаю где, очень весело наблюдать за всем происходящим.

«А вот фиг вам», – решаю я.

И погружаюсь в тот странный медитативный транс, возможность вхождения в который появилась у меня благодаря оптимизации, проведенной Виртом, над моим менто-информационным полем и Искателем, в котором мои мысли, интуиция, возможности кластера и ментоинтерфейса начинают работать в своеобразном симбиозе, многократно усиливая и дополняя друг друга.

Что делать?

Почему не сестра, тётя или, в крайнем случае, дочка? В качестве любой из этих родственниц я был бы рад видеть Гленаю, но ведь не сработает.

Или?.. Не может же это быть единственным решением данной задачи. Даже в контексте простого обобщения принесение этой клятвы не может давать столь определённый и строго фиксированный результат. А значит, я что-то выпустил из поля зрения.

И я стал срочно просматривать те немногие статьи, найденные кластером, где описывался сам ритуал и его последствия.

Потом перешёл к процессу принесения клятвы.

Всё не то.

И наконец в одном из теоретических исследований я увидел то, за что мельком зацепился мой взгляд в тот первый раз, когда я просматривал найденную Виртом информацию, и что теперь мне могло помочь в разрешении этого вопроса и было необходимо для составления дальнейшего алгоритма действий. А обратил я внимание вот на что.

Некий, тогда ещё молодой магистр, кстати, сейчас это один из очень уважаемых магов, ректоров одного из магических университетов, использовал собственную разработку, некую новаторскую технику и попытался преобразовать эту клятву в магическое плетение на базе магии духа и света. И что необычно, у него всё прекрасно получилось. Правда, плетение, которое он создал, было невероятно сложным и многоуровневым, и, что вполне предсказуемо, осталось оно только на уровне теоретических разработок.

Но не в моём случае.

Первое. Технику преобразования вербально-ритуальных методик в магические плетения необходимо найти, воссоздать или разработать свою на основе найденных выкладок.

Второе. Нам нужно то самое плетение, что разработал этот магистр. С этим проще. Его мы нашли в изданном труде этого самого мага. А вот о самой методике преобразований в данном материале упоминалось лишь вскользь. Но если она есть, то восстановить её и воспроизвести повторно будет лишь делом времени. Так что это поручение Вирт поставил себе в целый список сформированных мной за всё время нашей совместной работы заданий.

К тому же за это время кластер уже построил менто-информационную модель созданного магистром и восстановленного нами магического плетения, аналога ритуала принесения клятвы «Узы крови».

Смотрим, что у нас тут есть. Множество разрозненных модулей кое-как соединены между собой связями, явно внесёнными специально для того, чтобы удержать всю эту конструкцию в стабильном состоянии.

«И как этот магистр ещё сумел во всём этом разобраться?» – поразился я.

Дальше. Система слишком сложная и не стабильная для внесения в неё каких-либо изменений или для манипуляций с уже существующими модулями.

«Кластер, мы можем провести оптимизацию структуры этого плетения без потери его функциональности?» – задал я вопрос Вирту.

Несколько мгновений кластер размышлял и просчитывал возможные различные варианты построения данного плетения.

«Получение идентичных оригинальному плетению результатов возможно при уменьшении уровня подаваемого в плетение объёма энергии на двенадцать процентов. Это потребует снижения общего количества связывающих каналов на двадцать восемь процентов и удаления дублирующих общую функциональность модулей на семь процентов. В итоге получено четыре различных плетения с одинаковым уровнем затрат на их построение и поддержание работоспособности».

Просмотрев все четыре представленных Виртом конструкта, я, полагаясь на свою интуицию, остановился на том, что вызвал во мне наименьшее отторжение.

«Берём в разработку этот конструкт», – выделил я понравившуюся мне модель.

«Принято», – доложил кластер.

Дальше у нас следовал этап изучения необходимых функциональных особенностей. Вернее, мне была нужна единственная из них.

Где у нас модуль, отвечающий за степень преемственности?

Вот он, родимый. И что мы с ним можем сделать? Немного. Либо ослабить его, либо усилить путём подачи в него большего или меньшего объёма ментальной (магической) энергии.

Так, если её ослабить? Хотя бы на минимальное значение. Вся структура плетения теряет свою устойчивость и вообще распадается, не давая никакого результата.

Если усилить? Тоже распадается. Непонятно. Почему она разрывает связи во втором случае?

Ага, в первом не хватает энергии на удержание связей. А во втором центр равновесия плетения смещается в другие узловые точки. Но тогда разрыв уже вызван тем, что увеличение немного большего потока протекающей по ним менто-энергии не выдерживают сами каналы её передачи. Это уже что-то.

Усиливаем каналы. Работает. Плетение осталось стабильным и, главное, рабочим. Однако что-то не так с его воздействием. Оно стало совершенно иным. Что изменилось?

Принятие в род. Работает. Родственные узы присутствуют. Обратная связь есть. Кстати, связь более прочная, чем связи мужа и жены, где-то на уровне близких кровных родственников. Сестра или дочь. Чего я, впрочем, и добивался. Главное, что теперь это не жена.

Но что же не так?

Хм, а это что? Не понял.

Появился ещё один канал, притянувший дополнительный уровень структур. Раньше в плетении его не было. Но в связи со смещением и дополнительным притоком энергии часть оригинальной структуры дублировалась и претерпела некоторые изменения.

И что это у нас?

Кластер предсказывает очень сильное усиление обратной связи.

Что это нам даёт? И я смотрю на странный обратный рисунок небольшого появившегося плетения.

Так оно же полностью зеркальное и дублирует то, что сейчас является основным! Получается что?

И тут до меня доходит. Вот это да! Так это не только Гленая войдёт в мой род, это и я вклинюсь в их родословную на уровне прямых кровных родственников! То есть буду для Гленаи реально тем, кем она станет для меня. Отец у неё есть. Значит, брат. Братьев может быть сколько угодно. Я старше её, значит, старший. Насколько я помню, у неё нет старших братьев. А это получается прямое наследование. Они хоть сами понимают, на что подписываются? Скорее всего, нет. Я же сам только что внёс изменения. И о них вряд ли кому известно. Но и жениться снова у меня желания нет.

Я, конечно, предупрежу их о том, что всё может пойти несколько иначе, чем они ожидают, но в подробности вдаваться не буду. Это уже их будущие проблемы. Хотя у меня есть такое подозрение, что они могут в конечном счёте стать и моими. Однако пока пусть решают сами.

И отдаю приказ кластеру:

«Вирт, вноси дополнительные изменения в моё ментальное поле для того, чтобы при наложении оригинального плетения оно преобразовалось в разработанное нами».

«Принято, – доложил Вирт. – Готовность десять секунд».

«Хорошо», – ответил я и переключился на наших собеседников.

Мои размышления в молчании длились всего несколько секунд, поэтому не вызвали ни у кого подозрений и желания как-то подтолкнуть меня к дальнейшему разговору.

– Значит, принятие в род и служение? – уточнил я, глядя на Гленаю.

Кстати, не знаю, как Эрея, а вот Тея, похоже, прекрасно понимает, что могут означать для девушки подобные изменения в её социальном статусе, и потому буравит меня глазами бешеной демоницы.

«Неужели так сильно ревнует? – удивляюсь я. – Но почему, ведь, по сути, мы и знакомы-то всего несколько дней, если быть точным, то три, откуда столько эмоций, или она переживает не только за себя, но и за девочек? – И я посмотрел на Эрею и Ралию. – Красавицы вы все. И все мои», – непроизвольно подумал я, глядя на них.

Экий я, оказывается, собственник и эгоист – уже не впервой определил я себя.

Кстати, мой взгляд не ускользнул от пристального внимания демоницы и, поймав его, она так сверкнула глазами, что я невольно поёжился.

«Прибьёт ведь, и даже своей теперь уже новой фамилии не спросит», – мысленно попытался пошутить я.

Но факт-то оставался фактом. Тея болезненно переживала все эти непонятные и для меня самого события, а обижать или как-то ранить её, да и других девочек мне совершенно не хотелось.

«Вообще-то их теперь у меня больше», – вспомнил я, когда мне в поле зрения попали Нея и Лея.

Хорошо хоть, тут этого не будет, конечно, они этого не знают, пусть доверятся мне. Больше никаких неожиданностей.

И я мысленно обратился к демонице:

«Тея, не переживай. Всё будет хорошо».

Не знаю, что она услышала в моих словах, но как-то удивлённо посмотрела на меня и неожиданно спокойно кивнула в ответ, а затем, прикрыв глаза, откинулась на спинку кресла.

Я же обратился к Рехору:

– Знаете, должен вас предупредить, что на главу нашей гильдии многие клятвы действуют несколько не тем образом, что на всех остальных, поэтому вы можете получить совершенно не тот результат, которого хотели бы добиться. Вы должны это знать.

– Неужели? – усмехнулся ректор. – И откуда же у тебя столь ценные сведения о вашем главе?

– Ну, я его достаточно долго знаю, – честно ответил я.

Я и правда знаю самого себя с рождения, тем более и сам постарался сделать всё для того, чтобы их клятва применительно ко мне сработала именно так, как нужно мне, а не им.

– Ну, тут мы постараемся всё-таки рискнуть, – ответил пожилой эльфар, – и, исходя из твоих слов, я так понимаю, что в принципе он, – Рехор кивнул на Лениавеса, – согласен на этот наш последний пункт. И ты даже не поинтересуешься его мнением?

– Почему же, – пожал я плечами, – мнение главы гильдии мне известно, – всё так же честно ответил я. Это же всё-таки моё мнение, как я могу его не знать?

– Неужели? – ехидно спросил Рехор. – Странно, я никаких переговоров не заметил, но ты говоришь правду. Хорошо. Тогда дело за формальностями.

Он достал из своей сумки всё тот же небольшой артефакт, которым уже пользовался ранее.

– А моим мнением вы не хотите поинтересоваться? – неожиданно раздался холодный и полный какой-то горечи и скрытой обиды голос Гленаи у меня из-за спины.

Рехор посмотрел на внучку:

– Прости, либо ты остаёшься с нами, либо уйдёшь к ним. Уйти к ним ты можешь, только выполнив волю отца. Ему нужны гарантии твоей безопасности, а получить мы их сможем лишь таким способом.

– Но это же… – И девушка зарыдала.

– Да, – жёстко сказал её дед, – за всё нужно платить. И за свободу тоже. – И уже гораздо мягче, подсев к ней на край стула, он произнёс: – Тем более это не так уж плохо. Твой отец давно хочет внуков, а я правнуков. А твоя младшая сестрица ещё та проказница, у неё всё ещё один ветер в голове.

– Что? – И девушка отскочила от своего деда на пару метров. – Не бывать этому!

– Ну вот и хорошо, – усмехнулся Рехор, – а то сидишь тут и нюни распускаешь. Это политический союз, но и он несёт определённые обязательства. Как перед тобой, так и перед ним, – Рехор кивнул в сторону безучастно сидящего корнола, – но, кроме того, эти же обязательства лежат как и перед его, так и перед твоей семьёй. И наследники нужны всем. Подумайте над этим. Вы можете не любить друг друга и не жить вместе, но законные наследники у вас должны быть. Тем более у тебя, – веско, как отрубил, закончил Рехор свою речь.

«М-да, не думал, что этот вопрос может всплыть так неожиданно и внезапно. Жаль, конечно, разочаровывать Рехора, но у нас с ней наследники вряд ли будут. Тея и так этот разговор слушает с потемневшим лицом. Её спокойствия как не бывало».

Нужно приступать, а то она тут прибьёт всех. И среди этих всех я, почему-то опять, судя по её взгляду, выбился на лидирующие позиции.

– Так, – обратился я к Рехору, – филиал вашей гильдии в этом мире официально зарегистрирован, Гленаю я с поста главы гильдии снял. Новым главой я временно вписал Троя. – И я кивнул на оторопевшего молодого мага. – Если он вас не устроит, то вы можете заменить его на кого угодно в любое время. Хотя я бы рекомендовал вам присмотреться к нему повнимательнее. Неглупый эльфар. И далеко пойдёт как маг.

Ректор удивлённо поднял брови, но ничего не сказал, лишь кивнул.

– Тогда дальше. Осталось подтвердить внесённые изменения в реестре вашей гильдии. – Я внимательно посмотрел на Рехора.

– Уже делаю, – ответил тот, производя какие-то манипуляции с артефактом, что достал из сумки.

Пара мгновений – и я именно сейчас понимаю, что это переговорное устройство, которым пользуется Рехор, чтобы общаться со своим сыном. Я чётко осознаю как принципы его работы, так и то, что передаётся через него.

Это же подтверждают и мои помощники.

«Обнаружено индивидуальное устройство подключения к сети нейтральных миров и передачи данных, – сообщает ментоинтерфейс, подсвечивая артефакт. – Идентификация полностью завершена.

Зарегистрирован зашифрованный канал передачи данных, – продолжил докладывать Искатель. – Произвожу подключение».

«Дешифрую поступившие данные, – сообщает уже кластер. – Получено подтверждение о правомерности внесённых изменений». Он параллельно вёл контроль изменений в реестре официальной регистрационной палаты нейтральных миров.

В этот момент между Рехором и его невидимым собеседником разговор прекратился.

– Всё сделано, – сказал он мне.

– Хорошо, – кивнул я и поглядел на Гленаю: – Осталась клятва и вступление в нашу гильдию. Ты готова? Всё ещё хочешь этого?

Девушка немного поколебалась, но потом твёрдым взглядом посмотрела на меня и ответила:

– Да я согласна.

– Помнишь о последствиях? – спросил я, давая последний шанс отступить.

– Я помню, – тихо произнесла она и сделала шаг к Лениавесу.

«Ну, к нему так к нему», – подумал я и остановил девушку посередине комнаты.

– Ну что ж, приступим. – И повернулся к Рехору и его подчинённым: – Господа, это внутреннее дело гильдии «Мастера лута», и ваше присутствие в данном случае будет неуместным.

– Да, мы понимаем, – согласился ректор, – но ситуация несколько нестандартная, и поэтому я прошу разрешения у главы вашей гильдии на своё присутствие во время принесения клятвы. – И посмотрел на Лениавеса.

«Кивни ему», – попросил я корнола.

– Хорошо, – согласился тот, – вы можете остаться, но только вы один, – добавил оборотень.

– Спасибо, – искренне поблагодарил его пожилой эльфар и, указав своим нейтралам на дверь, проследил, как они все вышли из зала.

Гленая боялась. Ведь сейчас решалась её судьба на всю оставшуюся жизнь. Присутствующие, кроме её соплеменников, не понимали или не знали этого, но для них замужество – это необратимый обряд. И, выйдя замуж единожды, остаёшься со своим избранником на всю жизнь.

Она боялась остаться сейчас одна и поэтому была очень благодарна этому молчаливому оборотню, который через несколько минут должен был стать её мужем, за то, что он позволил остаться на церемонии её деду.

Но странно, почему все смотрят на чела? Почему дед в удивлении смотрит на него же? Почему он так хмур? Что вообще происходит?

Паника и непонимание. Что вообще говорит этот чел?

И девушка наконец прислушалась к словам этого странного чела, который вытащил их из подземелий бандитов.

– Я, первый мастер гильдии «Мастера лута», правом, данным мне законом и силой, принимаю тебя в гильдию «Мастера лута». – Это всё, что сейчас услышала и поняла Гленая.

Это то единственное, что она запомнила. Это то единственное, что она смогла осознать.

«Он и есть глава гильдии?» Девушка удивлённо посмотрела на молодого чела, которого даже и магом-то сложно назвать.

Он даже нигде не обучался. Нет метки никакого учебного заведения. Она ощущает и видит в нём силу, но она так мала, что её хватит лишь для того, чтобы выделить в нём несколько более одарённого разумного в толпе простых нейтралов, чем обычный чел, но не более того. Практически все присутствующие в этом зале обладают магическим потенциалом большим, чем этот непонятный и болтливый Баг. И чел – глава магической гильдии? Почему? Что всё это может означать?

Гленая не может этого понять. И ещё её удивляет какое-то странное, отстранённое, бесчувственное и спокойное лицо её деда. Она видела такое однажды, когда отец упомянул свою погибшую старшую сестру. Она не знает, что тогда произошло, но с тех пор дед отошёл от управления гильдией. Вернее, он стал тенью гильдии, оберегая и защищая её. Она это знает наверняка. И сейчас тем же самым взглядом её дед смотрел на этого молодого чела. Взглядом, обещающим ему долгую и мучительную смерть. Судьба этого молодого парня предрешена.

Чел закончил говорить. Теперь все смотрят на неё. Теперь она должна принести свою часть клятвы. А потом выполнить свои обязательства.

«Так это он будет моим мужем?» Только сейчас до Гленаи дошёл весь смысл происходящего, и она поняла столь странный взгляд её деда.

Чел будет её мужем. Это позор не только ей, но и всему её роду. Ледяные в свои супруги могут выбрать любого, даже демона, но только не чела. И это никак не связано с их плохим или пренебрежительным отношением к этой расе, нет. К челам как таковым у них никаких претензий не было. За одним-единственным исключением: брак с челами неприемлем. И тому была одна веская, очень веская причина: их дети будут чистокровными челами. Так было всегда. И они не смогут претендовать на хоть какое-то значимое место как в гильдии, так и на их родине. Они будут изгоями. С незавидной судьбой и неопределённым будущим. Вернее, будущего у них нет. И связано это с тем, что на них прервётся наследственная линия. Род не примет чистокровку чела, в котором не будет ни капли крови ледяных эльфар.

И клятву нельзя прервать. Вернее, можно, но это грозит ей смертью. Разрыв столь плотного клубка магических энергий приведёт к мгновенной её смерти.

И теперь Гленая догадалась, как погибла её тетя. Именно её смерть и послужила причиной того конфликта.

Но она не так сильна. В ней нет её силы и духа.

Так думала Гленая. Но так не думал её дед. Он молился всем своим богам, чтобы она не пошла по тому же пути, что и его старшая дочь. Он не мог потерять ещё и её. Он готов был пожертвовать всем, лишь бы она осталась жива.

Гленая не знала всего этого. Она просто поддалась течению. И поэтому произносила слова этой злополучной клятвы, которая с каждым словом убивала её надежду на будущее, будущее её ещё не рождённых детей. Будущее их рода. Будущее её…

Так, что это?

Что-то шло не так. Гленая чувствовала, что действие уз усиливается, но что-то было не так. Несколько мгновений.

Всё. Ритуал завершён. Она старается понять, что же не так. Метка рода на месте. И она всё та же, её метка. Метка рода Ил Каам Сератос.

А это что?

Гленая всматривается в странное вкрапление, появившееся в её ауре. Ещё одна метка. Незнакомая. Какой-то маленький объёмный ледяной дракончик с небольшим медальоном на шее.

Не понимаю. Две метки. Как такое может быть? Метка рода должна смениться, их не должно быть две. Это неправильно, это противоречит всем законам рода.

И она взглянула на этого чела.

У того тоже есть метка. Но только одна. Простой тёмный дракончик. Хотя… Что это? Рядом с драконом появился пляшущий на костре ледяной демон! Это же метка их клана, их рода!

Она не слышала о подобном. И потому обратилась к тому единственному, кто сейчас смог бы ответить на этот вопрос.

– Дедушка, что происходит? – тихо, почти шёпотом, спросила она.

– Дедушка, что происходит? – произнесла Гленая, обращаясь к Рехору.

Но у пожилого эльфара тоже не было ответа на этот вопрос. То, что клятва сработала не так, как должна была, он уже понял.

– Не знаю, – честно ответил он, – но я, кажется, догадываюсь о том, кто нам сможет это объяснить. – И повернулся в мою сторону. – По крайней мере о том, что клятва на нём не сработает так, как нужно, – он не ошибся, – глядя мне прямо в глаза, произнёс Рехор.

«Ну а что я? Я ничего. Я тут так, в виде мебели стою. Можно сказать, спиной стенку подпираю».

Но отвечать что-то нужно. На меня вон с интересом и ожиданием смотрят не только ледяные эльфары, но и все остальные. Они поняли, что что-то пошло не так, но подробностей никто из них сказать не может. Ну и я особо рассказывать ничего не буду, лишь постараюсь натолкнуть их самих на нужные мысли.

– Не поверите… – начал я, обращаясь не только к Рехору и Гленае, но и ко всем остальным, преимущественно это касалось Теи и Эреи, уж больно в конце они обе болезненно отреагировали на принятие мной клятвы, данной эльфаркой.

– Во что? – не дав мне продолжить, перебил меня ехидный голос одной из девушек.

– В то, что я и сам мало что могу рассказать по этому поводу. Я не маг и не могу вам сказать, что должно было произойти и почему эти многоуважаемые маги, – кивок в направлении Рехора и его внучки, – решили, что что-то прошло не так, как запланировано. Я, так же как и все остальные тут присутствующие, не понимаю, о чём у них сейчас идёт речь и что они обсуждают между собой. – И повернулся к Рехору: – Но если многоуважаемый ректор всё-таки объяснит, что же здесь произошло такого необычного, то, возможно, я смогу что-то дополнить со своей стороны. Меня всегда хвалили за мой нестандартный подход к решению различных вопросов. – Я вопросительно посмотрел на главу Тайной стражи.

«Ну же, старик, давай, подкинь мне соломинку, за которую я смог бы ухватиться», – мысленно попросил я его.

И Рехор, будто получив мой посыл, начал говорить.

– Хм. Странно… – протянул он. – Я, конечно, ожидал несколько другого ответа, но давайте я объясню то, что мы ожидали здесь увидеть и что в итоге получили, чтобы вы все смогли понять наше недоумение и столь странную реакцию, – обратился он ко всем присутствующим. – Я, если честно, даже не знаю, как теперь быть и как отнестись к тому, что вижу. Клятва была произнесена точно, это я подтверждаю. Ритуал был исполнен строго в канонах классического проведения и точно соответствовал всем инструкциям. Но случилось то, что случилось. Чтобы оценить картину в целом именно с нашей точки зрения, стоит пройтись непосредственно по тем фактам, которые сейчас имеются. – Помолчав, он продолжил: – Гленая произнесла клятву «Узы крови» и связала себя ею с твоим родом, – кивнул он на меня. – При этом наша родовая метка в её ауре должна была претерпеть определённые изменения и преобразоваться в ваш клановый или родовой знак. – Он обвёл меня и всех остальных рукой.

– И?.. – вытягиваю я из него подробности.

– И ничего, – задумчиво выдохнул он. – Её родовая метка, не претерпев никаких изменений, всё так же присутствует в её ауре. Но, что странно, кроме неё там появился новый родовой знак. И он подозрительно похож на ваш.

Мои девочки переглянулись между собой. Всё ещё думают, что я не соображу, что могут означать одинаковые, или почти одинаковые, родовые знаки в их и моём менто-информационных полях. Хотя Рехор, явно говоря о нас, обобщает, объединяя нас в одну семью, или род.

Между тем ректор продолжал говорить:

– Однако такого не может быть. Родовая метка появляется в ауре после ритуала принятия любого разумного в клан и остаётся с ним на всю жизнь. Так происходит, если, конечно, не проводятся ритуалы, аналогичные той клятве, что дала Гленая, связывающая её с другим кланом на уровне кровного родства. Но и это ещё не всё. Взглянув на неё, – кивок на Гленаю, – и заметив столь непонятный результат, я проверил ауру необычного главы вашей гильдии. И, к своему глубокому удивлению, нашёл в его ауре кроме его собственного родового знака ещё и нашу клановую метку. – Он вновь замолчал, смотря на меня. – И вот теперь у меня возникает вопрос: что бы всё это могло значить?

Я сделал вид, что задумался, хотя ответ и так был мне примерно известен, оставалось облечь его в хоть сколь-нибудь понятные и удобоваримые выражения, которые устроили бы тех, кто их услышит. Тем более Рехор дал для этого в своём рассуждении столько зацепок, что не воспользоваться ими было бы большой глупостью.

– У меня есть одно предположение, – начал я, обращаясь в основном к Рехору, – правда, я не уверен, что оно устроит вашего сына, как правителя и главу гильдии. Но, я думаю, подтвердить или опровергнуть эту мою гипотезу сможет любой маг крови, специализирующийся на наследственном праве.

– Хм, – прищурился ректор, – любопытное начало. – Он помолчал, будто перебирая что-то в голове, и сказал: – Я думаю, с этим проблем не будет, у меня есть несколько надёжных специалистов, способных помочь с этим вопросом.

– Превосходно, – поддержал я его. – Тогда вот что мне пришло в голову. Как я понял, эта клятва двунаправленная. Двунаправленная, – выделяя, повторил я то слово, за которое зацепился, ещё когда переделывал структуру ментального конструкта, моделирующего действие этой клятвы. – Но почему вы подумали, что при принятии Гленаи в наш род она должна прекратить свою работу?

– Так происходило всегда, – просто ответил Рехор.

– Но ведь в этом случае никакого разговора о двунаправленности быть не может, – пожал я плечами. – Это же поток в одну сторону. Где обещанный обратный эффект? – Я посмотрел на ректора, ожидая ответа.

– Обратным эффектом всегда считался эффект усиления взаимосвязей между принимающим и дающим клятву.

– Нет, – покачал я головой, – это, по логике, лишь результат создания некой магической связи между этими двумя. В этом не может быть никакого обратного эффекта.

– Да, любопытно… – скептически протянул Рехор. – И что же, по-твоему, является естественным обратным эффектом в таком случае?

Было заметно, что Рехора заинтересовал наш спор и с теоретической, и с академической точки зрения, ведь он всё же являлся ректором Академии магии, эльфаром от науки, и эта тема, видимо, давно привлекала его внимание. И у меня есть подозрения, почему?

Ответ кроется в тех событиях, что происходили в момент его правления гильдией и после ухода с поста главы гильдии «Ледяное пламя».

– Это же очевидно, – ответил я. – Если предположить, что, кроме её принятия в мой род, должен существовать и обратный эффект, то в его результате я должен вступить на равных с ней правах в ваш род. А в этом случае и дублирование родовых меток, и их появление в наших аурах имеет вполне обоснованное объяснение. Получается, что Гленая официально принята в наш род (клан), а я в её. А это возможно только в единственном случае. – Об удочерении я говорить, естественно, не стал.

– И в каком? – спросил Рехор.

Похоже, все эти загадки сбили со старика пыл и боевой настрой. И сейчас он лишь плавал на волнах судьбы, доверившись ей. Он уже совершенно не мог управлять тем процессом, что происходил.

– Как я понимаю, она теперь моя родная, кровная младшая сестра. Ведь тебе меньше двадцати двух лет?

– Нет, – оторопело покачала головой девушка, – мне двадцать пять, – всё так же на автомате добавила она и только потом спохватилась, что назвала свой возраст.

«И чего они его так стесняются? Ей ещё как минимум несколько сотен, а то и тысяч лет жить и всё время быть вечно молодой и пленительной красавицей, а они волнуются о таких пустяках» – эти мысли как-то незаметно, сами собой проскользнули в моей голове.

– Хм. А выглядишь младше, – честно признался я и поправился: – Тогда – старшая сестра, а я её младший брат. – И, немного помолчав, добавил: – И что самое печальное для вас, – я, усмехнувшись, посмотрел на Рехора, – я наверняка пройду любые проверки на право наследования и преемственности в вашем клане, гильдии или государстве, если мне, конечно, когда-нибудь вздумается влезть в тот гадючник, что называется придворной жизнью.

– Точно подмечено, – тихо проговорил, будто про себя, Слонг.

И соглашался он сейчас не с моими проверками и их положительным результатом, а с моим отношением к тому сброду, что обычно отирается возле власть имущих.

Рехор же задумался над моими словами.

– Вполне логичное предположение, – наконец произнёс он, – но оно однозначно потребует своей проверки в будущем. И проверить твою теорию достаточно просто. Правда, вывод из этого напрашивается совершенно неверный. – Он посмотрел на меня.

– В смысле? – не понял я.

– Если твоё предположение верно, то получается, что ты единственный за всё время существования этого ритуала, на ком он отработал должным образом. И тогда это заставит пересмотреть многие ритуалы и отношения. – Он опять на некоторое время задумался. Потом встрепенулся, тряхнул головой и сказал: – Ну да ладно. Ты подкинул нам всем неплохую головную боль, которая тебя будет касаться лишь опосредованно. Правда, тебе и Гленае придётся всё-таки заглянуть к нам в гильдию, я представлю тебя её отцу. – Он усмехнулся: – Ты теперь вроде как его сын. – Он взглянул на Гленаю: – Надо будет посмотреть, как твой отец будет оправдываться и что придумает, когда станет рассказывать о нём твоей матери. – И Рехор широко улыбнулся. – Ситуация… – всё так же улыбаясь, ещё раз мотнул он головой, и у меня сложилось впечатление, что у старика внутри просто истерический смех.

Он ожидал чего-то одного и, судя по всему, не слишком приятного, а вышло что-то тоже не слишком приятное, но вот насколько, он сказать не мог, однако это второе из-за его неопределённости было гораздо лучше того, первого варианта, который так сильно заставлял Рехора нервничать. И сейчас старика стало понемногу отпускать. Вернее, он уже практически успокоился, только всё еще несколько неестественно улыбался.

Неожиданно он встрепенулся.

– Как я понял, тебе двадцать два? – спросил он меня.

– Похоже на то, – согласился я с ним.

– Как так, ты точно не знаешь своего возраста? – удивлённо переспросил он, даже позабыв о своих предыдущих проблемах и выйдя на свой обычный рабочий настрой.

– Это долгая история, возможно, когда-нибудь я расскажу вам её, – пожав плечами, честно ответил я.

– Братья, сёстры? – продолжил расспрашивать он.

– Та же история, – ответил я. – Говорят, они у меня есть.

– Чего? – оторопело посмотрели на меня уже не только Рехор, но и многие другие.

Вернее, практически все, кроме Лениавеса и Эреи.

– Как я уже говорил, это долгая история. Но вроде есть. – И я непроизвольно посмотрел в сторону тех двоих.

– Сколько? Хотя, как я понимаю, спрашивать не имеет смысла? – уточнил Рехор.

Я лишь в ответ опять пожал плечами.

– А я ещё думал, что все странности с тобой закончились, а они только разрастаются, как снежный ком, – пробормотал он и стал что-то обдумывать. – Ладно, – не стал дальше расспрашивать меня ректор, – вопросы были заданы тебе с целью определиться с твоим уровнем наследственного права. Если судить только по возрасту и по тому, что ты сообщил о себе, то ты третий после Гленаи и её младшей сестры. Получается, ты младший в роду прямых наследников на престол. Хотя, конечно, более точно сможет сказать только маг. – Немного помолчав, он высказался: – Но если исходить из того, что мы получили, то большой сумятицы ты в этот вопрос не внёс. Естественно, будут некие претензии со стороны различных старых трухлявых пней как в совете гильдии, так и в палате лордов, но особо положения они не изменят. Главное, что прямая наследственная линия сейчас всё ещё открыта. – И, уже вполне искренне улыбнувшись, он посмотрел на меня и Гленаю. – Ну а брат может позаботиться о безопасности своей сестры ничуть не хуже, чем её муж. Так что и для нас этот вариант клятвы, как ни странно, более предпочтителен. – И, всмотревшись в лицо внучки, снова улыбнулся: – Да и у Гленаи, как я погляжу, прямо камень с плеч свалился. – И он погладил сидящее рядом с ним своё сокровище по голове. – Нужно передать эти новости отцу, да и пригласить сюда кое-кого из нужных нейтралов, надо же нам до конца разобраться в этом вопросе. Но я как-то почти полностью уверен, что мой специалист подтвердит все, сделанные тобой, Баг, выводы. И почему это?

Я постарался сделать самое простодушное лицо и ответил:

– Не имею ни малейшего понятия. – А потом огляделся. – Ну что ж, господа, со всеми делами, связанными со вступлением в нашу гильдию её новых членов, мы разобрались, и теперь осталось несколько вопросов, касающихся вашей в ней деятельности. – Я повернулся к главе Тайной стражи гильдии «Ледяное пламя». – Не хотелось бы показаться невежливым, но сейчас будут обсуждаться вопросы, касающиеся непосредственной работы гильдии и её внутреннего распорядка, которые не хотелось бы выносить вовне, а потому для их обсуждения мы бы предпочли остаться без посторонних.

– Намёк понят, – кивнул Рехор и, повернувшись к Гленае, снова потрепал её по волосам, пожелав: – Удачи, девочка моя.

– Спасибо, – тихо поблагодарила та.

Поднявшись, Рехор направился к двери, ведущей в общий зал. Правда, на пороге остановился и, обернувшись, сказал:

– Гленая, когда вы закончите с делами, подойди к нам, мне есть что тебе сказать. Я тебя дождусь.

– Хорошо, – кивнула девушка.

Рехор посмотрел на меня:

– Спасибо тебе. Береги её.

И было непонятно, то ли он говорит это, обобщив всю ситуацию в целом, то ли он хоть и не понимает как, но догадывается, что я приложил свою непосредственную руку ко всему происходящему и тому результату, что мы сейчас получили.

– Буду стараться, – ответил я.

И ректор вышел в общий зал.

– Фух, – выдохнул я, – как же тяжело разговаривать с твоим дедом, – обратился я к Гленае.

– Есть такое, – согласилась она и сказала: – Прости, я ещё, если честно, не привыкла ни к своему новому статусу, ни к твоему, вернее, вашему… вернее… Простите… – И девушка смущённо потупила взгляд.

– Да ничего, ты быстро освоишься в нашей дружной и весёлой компании. А ко мне можешь обращаться на «ты», мы, как-никак, с тобой теперь родственники.

– Хорошо, – кивнула она и совсем тихо рассказала: – Когда я была маленькой, очень хотела, чтобы у меня появился брат. Но боги наградили нашу семью Сераной. Это моя младшая сестрёнка.

– Ну, судя по тому, что произошло, твой посыл наконец попал в те самые уши. – И я, улыбнувшись, посмотрел на девушку.

– Да, – согласилась она и улыбкой ответила на мою улыбку.

Я кивнул, надеясь, что мой этот жест выглядит подбадривающе, а сам снова осмотрел присутствующих.

По сути, все переговоры уже завершены. Осталось лишь несколько дел, под которыми стоило бы тоже подвести черту.

Первое – это внучка Тлога Горбуна.

– Дария, – обратился я к ней, – общее задание тебе дано. Для более точной оценки бери с собой этого мага, – кивнул я на Лираса, отрядного мага капитана Грона, – он поможет тебе в оценке общего потенциала магических предметов и артефактов, если его помощь, конечно, тебе понадобится. С вами пойдёт Длая для укомплектованности вашего отряда и представительских функций. Она и неплохой боец, так что будет исполнять роль вашего телохранителя. Оружие у тебя есть? – спросил я у дочери мастера Ломара.

– Конечно, комплект не полный, но кое-что есть, – ответила она.

– На первое время тебе его будет достаточно? – уточнил я.

– Если не придётся участвовать ни в каких серьёзных операциях, – пожала она плечами.

«Надо взять это на заметку», – сдвинул я брови.

Посмотрев на всех троих, спросил:

– Вопросы есть?

Те отрицательно покачали головой.

– Тогда можете идти. Да, – вспомнил я и обратился к Дарии: – Доступ к счёту гильдии тебе уже открыт. Если потребуются какие-то срочные платежи, то можете их провести.

Я смерил их взглядом ещё раз и оглядел зал.

«С ними отправить бы ещё кого-нибудь, кто позаботился бы о вооружении и воинском обмундировании для них», – нахмурился я, видя полное отсутствие доспехов на подчинённых Грона.

– Да, и вот ещё что, нужно заказать обмундирование для наших бойцов. Грон, кого можно отправить с этим поручением? – повернувшись к капитану, спросил я.

– Интендантские функции в нашем отряде выполнял мастер-сержант Прон, – сообщил мне наёмник, указав на своего соотечественника. – Он знает все наши размеры, предпочитаемые доспехи и оружие. Также он знаком с местными расценками, знает хороших мастеров и скупщиков, продающих неплохие доспехи и оружие.

– Хорошо, тогда пусть он приобретёт для каждого из вас временный комплект доспехов и оружия. Длая, передай свои пожелания мастер-сержанту, – обратился я к дочери кожевенника.

Девушка встала и, подойдя к названному демону, начала что-то перечислять ему на ухо. По мере её заказа у того глаза становились всё больше и больше. Через минуту она закончила говорить и вернулась на своё место.

Прикинув, что с экипировкой пока я больше ничего сделать не могу, я поинтересовался у Прона, сколько примерно ему потребуется наличности.

– Порядка тридцати тысяч, – ответил тот. – Качественное оружие дешевле закупить вряд ли получится, особенно если учесть последний комплект. – И он с неким даже уважением посмотрел на Длаю. – Покупка же дешёвого снаряжения – это выбросить деньги на ветер.

– Согласен, – поддержал я его аргументацию и быстренько проверил, сколько у меня с собой имеется наличности.

Благодаря всем моим приключениям у меня было чуть больше ста двадцати тысяч. Пятьдесят я должен минотавру. Значит, тридцать смогу спокойно выделить, а если прибавить небольшой запас, то и все пятьдесят. Нечего экономить на наших бойцах.

Засунув руку в сумку, я вынул пятьдесят тысяч кредитов. О чём и предупредил Прона:

– Тут несколько больше, чем ты запросил, но, думаю, если тебе встретится что-то по-настоящему стоящее, тебе хватит наличности приобрести это.

Тот повертел пачку кредитов в руках и сказал:

– Никогда не держал такую крупную сумму денег в руках, даже как-то непривычно. Жаль, что у меня нет с собой поясной сумки или кошелька, не был я готов к такому повороту событий, придётся нести их так. – И он стал подниматься из-за стола.

– Погоди, – остановил его голос бухгалтера Тлога. – Вот, возьми, он пустой, я его обычно как запасной ношу или на случай именно таких вот сделок. – И вытянул из своего кошелька ещё один такой же.

– Спасибо, – искренне поблагодарил его Прон и аккуратно сложил в полученный кошель деньги. – Тогда я пошёл, а то нужно посетить не одну лавку.

– Да, – отпустил я его. – Хотя… – И посмотрел на Дарию. – Насколько я знаю, склады находятся где-то недалеко от квартала мастеровых и рыночной площади, верно?

– Это так, – подтвердил наёмник.

Остальные тоже покивали на эти мои слова.

– Тогда сходи-ка ты с ними за компанию и быстренько пробегись по тому ассортименту товаров, что нам хочет предложить хозяин таверны. Глянь, нет ли там чего полезного для вас. Может, тогда на этом тебе удастся сэкономить. Ну а потом уже займёшься остальными закупками.

– Неплохая идея, – согласился гигант-наемник, – тогда я пойду. – Правда, даже не начав движения, он вновь повернулся ко мне: – Забыл. У меня же нет с собой моей сумки путешественника. Поэтому мне нужна пара помощников, чтобы дотащить до нашей резиденции всю необходимую экипировку. И кстати, куда всё следует доставить?

Я хлопнул себя по лбу и продиктовал ему адрес нашей резиденции.

– После переговоров мы собирались отправиться туда, так что ищите нас там.

– Понял, – коротко кивнул тот. – Так что насчёт помощников?

– Помощников… – протянул я, глядя на нейтралов Трона.

– Идите, – отдал приказ двум своим подчинённым капитан, поняв, к чему я клоню.

– Есть, – поднялись двое наёмников и подошли к мастер-сержанту.

«А насчёт сумки путешественника…» – задумался я.

Было у меня в инвентаре несколько котомок, снятых с бандитов. А в одном из инфокристаллов Вирт нашёл плетение, создающее хоть и не идеальную, но достаточно надёжную и вместительную сумку. И, что самое важное, это плетение было настолько простым по отношению ко всем остальным аналогичным ментомодулям, что мы практически за несколько секунд смогли внедрить его ментальную модель в менто-информационные структуры найденных и подобранных мной котомок, параллельно укрепив материал сумок соответствующим плетением.

– Да, и ещё, – обратился я к наёмникам, – вот, возьмите, – и вытащил из своей котомки три подготовленные магические сумки. – Не знаю, настолько ли они хороши, как те, что, возможно, были у вас, но мне они пока не нужны, а вам могут пригодиться.

Прон повертел одну из них в руках и удивлённо произнёс:

– По мне, так очень неплохое качество изготовления. Лично та, что была у меня, не дотягивает по своим возможностям до этой в несколько раз.

– Интересно. – К наёмникам потянулись маги и нейтралы Тлога, только мои друзья остались сидеть на месте.

– Не знаю, где ты их достал, парень, – обратился ко мне Руди, – но сумки эти очень ценные.

– Артефакты пятого уровня, – прокомментировал увиденное Лирас. – Сотрудничали два мастера или, вернее, мага-аспиранта, один пространственник, второй маг или земли, или огня, точнее определить не получается. Сумки явно экспериментальные. Готовились для чего-то вроде курсовой работы или экзамена. Если бы предназначались для продажи, материал изготовления был бы выбран гораздо тщательнее.

– Верно, – подтвердила его выводы Селая, дочь Грона.

– Стоимость от полутора до двух тысяч кредитов за каждую, – прокомментировала увиденное и услышанное Дария. – Я смогла бы продать и дороже, но только не в нашем мире.

– Неплохо, – отозвался я, – вижу, многих они заинтересовали. Особенно вон Тлога.

– Да, – не стал отпираться Горбун, – моим парням такие сумочки тоже очень пригодились бы.

– Не проблема, – отвечаю я, – есть у меня связи с определёнными лицами, которые смогут обеспечить нам поставку подобного товара. А вообще, каков спрос в этих мирах на данную продукцию?

– За полторы тысячи сумки раскупят мгновенно, – ответила Дария, – но не думаю, что найдётся кто-то, кто сможет нам организовать поставку подобной продукции дешевле.

– Посмотрим, – ответил я, – если на нашем материале, да ещё и достаточно качественном, то может и выгореть. Ну да ладно, это мы решим чуть позже.

– Ну, если у тебя получится, – отреагировала девушка, – то я смогу найти покупателя на любое количество таких сумок.

– И про нас не забывайте, – вклинился в наш разговор Тлог, – мы, как ваши партнёры, даже скидку не просим, но в начало очереди попасть хотели бы.

– Несомненно, – кивнул я, – вы будете первыми, о ком я позабочусь, если всё получится.

– Спасибо, – поблагодарил глава нашего подразделения поисковиков, – такие сумки стали бы большим подспорьем в нашем деле.

Я кивнул на его слова и вернулся к тому, с чего всё и началось, к Прону и тем наёмникам, что должны были отправиться с ним.

– Думаю, никаких вопросов у вас больше нет? – спросил я у них.

– Нет, – отрицательно покачал головой мастер-сержант.

– Тогда, думаю, вам нужно идти, а то и правда вам придётся побегать сегодня по городу.

– Да, – согласился Прон и по привычке повернулся к своему капитану.

– Иди, – дал своё согласие Грон.

Крупный демон поднялся из-за стола, осмотрел всех присутствующих и, быстро пройдя к двери, вышел в общий зал. За ним, поняв, что других распоряжений не будет, с моего позволения ушли другие два наемника, а потом потянулись и Дария, Лирас с Длаей уже для выполнения своей работы.

Присутствующих в маленьком зале значительно поубавилось.

Второе. Тлог, его нейтралы и Гленая.

– Господа, теперь очередь за вами, – обратился я к Тлогу.

– Как, это ещё не всё? – удивился тот.

Я так понимаю, он имел в виду те сумки, что я пообещал им достать, или присоединившуюся к их поисковой деятельности Гленаю.

– Нет, естественно, – пожал я плечами. – Гленая – наше стратегическое преимущество в функционировании вашего подразделения над остальными гильдиями поисковиков. Это наш задел на будущее. В других подобных гильдиях полно магов и прочих магически одарённых личностей, чего вы, в своём настоящем составе, практически лишены. А потому для нашего и вашего будущего процветания кроме стратегического мы должны получить сейчас ещё и тактическое преимущество. И теперь мы поговорим именно о нём, вашем тактическом преимуществе перед всеми остальными гильдиями поисковиков.

– Но ты же только что сказал, что его у нас нет, – удивился противоречию в моих словах Тлог.

– Всё верно, – согласился я, – его нет. А потому мы должны его создать. – Я пристально оглядел всех присутствующих и спросил: – Ну так как? Есть какие-нибудь предложения?

Тишина.

Потом покряхтывание со стороны Тлога и его немного грубоватый голос:

– Исходя из всего, что я мог видеть и слышать здесь сегодня, мне кажется, было бы логичным предположить, что ты, Баг, не стал бы поднимать эту тему, не будь у тебя уже какого-то готового ответа на твой вопрос. И опять же, судя по всему происходящему, можно догадаться, что этот твой гипотетический вариант или единственно верный, или единственно рабочий.

– Ну, так же не интересно… – протянул я, глядя на пожилого тролля. – А где же интрига, где азарт, желание узнать что-то новое? Где спор, диалог, обсуждение? Ведь как сказал кто-то из Древних, «в споре рождается истина».

– Эко ты загнул, – протрубил грубый голос тролля, – даже какого-то Древнего приплёл к этому делу.

Я лишь пожал плечами.

– Да в том-то и дело, что это не интересно, – поддержал своего босса Руди. – Трудно спорить с тем, кто в большинстве случаев оказывается прав. – И, усмехнувшись, он посмотрел на меня.

– Ладно, – махнул я рукой на Горбуна и его нейтралов, – понял я вашу позицию. – И пробормотал себе под нос: – Идей нет и быть не может, а если они и будут, то только у меня, что в общем-то правильно. – И сказал: – Значит, так. Конкурентоспособное подразделение поисковой службы в рамках нашей гильдии нам не создать даже с помощью Гленаи. Во-первых, хотя ваши нейтралы и работали в одной из очень смежных областей, но всё равно сказывается специфика работы. Нет нужных источников информации, которые поставляли бы нам более подробную информацию о перспективных местах для поисковых вылазок. Но… – я поднял указательный палец, – Гленая со своей командой двинулась в правильном направлении. Она, конечно, несколько поторопилась, но общий вектор развития ею был выбран верно. Вы не конкуренты исконно поисковым гильдиям во внешних мирах, это факт, однако, и это главное, у вас нет конкуренции, если вы работаете на относительно знакомой вам территории. А таковой для вас являются сами нейтральные миры. И перспектива работы на этой территории нисколько не меньше, чем во внешних мирах, если даже не больше. Никто не знает, что кроется на необитаемых или малоизученных уровнях нейтральных миров. И Гленая с её отрядом прекрасно это доказали первой же своей крупной находкой. – Я немного помолчал. – В общем, новый алгоритм вашей деятельности будет таков. Гленая, – я указал на девушку, – будет предоставлять примерные координаты места поиска. Как я понял, тебе не нужно находиться непосредственно там, где ты чувствуешь какие-то магические аномалии, верно?

– Так и есть, – согласилась она со мной, – я с точностью до уровня и сектора в нём могу назвать место, привлёкшее моё внимание. Но откуда ты это узнал?

– Из ваших рассказов, – ответил я, – вы выбрали наш мир, так как ты почувствовала его наибольшую перспективу для работы здесь на первое время. И сделала это, находясь у вас дома, даже ещё не видя места, где тебе придётся работать.

– Всё верно, – удивилась Гленая. – Не думала, что по ним можно было собрать что-то более-менее внятное, – пояснила она.

– Я просто умею слушать и делать выводы, – ответил я.

– Я это уже поняла, – как-то странно посмотрев на меня, сказала она.

Мне не оставалось ничего другого, как просто пожать плечами и немного погодя продолжить:

– Хорошо, тогда дальше. – Я посмотрел на Тлога: – Ваши нейтралы, стараясь не погибнуть по дороге, добираются до названного места и производят поиск припрятанных сокровищ и магических артефактов.

– Постой, – вдруг остановил меня Руди, – как они будут что-то искать, хоть им примерно и будет известно предполагаемое место захоронения магических предметов и артефактов? – И пояснил: – Ты, наверное, забыл, что магов у нас практически нет, да и одарённых не так и много. Мы не сможем так просто разыскивать магические тайники, обходить магические ловушки или определять, ценен тот или иной предмет или нет.

– Да? – удивился я. – А как вы раньше работали? Ведь вы должны были как-то определять ценность и потенциал тех или иных вещей.

– Ну… – протянул Руди и как-то осторожно посмотрел в сторону старого тролля.

– Да говори уж, – махнул ему рукой Тлог.

Тогда партнёр и напарник Горбуна сухощавый демон облегчённо вздохнул и, расправив плечи, начал рассказывать:

– У нас всё было организовано гораздо проще. Мы всегда работали по точной наводке. Через подкупленных лиц, своего нейтрала в прислуге или близком окружении нашей намеченной цели, мы всегда знали, что и откуда брать. Ну, или если не могли определиться верно, с чем нам придется иметь дело, предпочитали не рисковать и работали только с простыми предметами. Хотя, конечно, плетение для отличия простого предмета от магического у нас знают или могут воспроизвести через собственные амулеты все. Если же предмет светился магией, то тогда мы просто обходили его стороной. Мы не брали то, с чем раньше нам не приходилось сталкиваться.

– Понятно, – кивнул я.

– Ну вот, – проговорил Руди, – а тут, как я понимаю, ситуация несколько иная и точной информации не будет по умолчанию.

– Да, не будет, – согласился я.

– И что же делать? – спросила Гленая. – Пользы от меня в таком случае тоже будет немного. Это же нам придётся с каждым отрядом посылать своего мага, чтобы он исследовал местность, проводил первичную идентификацию, проверял уровень угрозы, исходящей от аномалии. А в такой работе всегда нужна осторожность и какая-то своя специфика, обязательно потребуются умения и знания по работе с большинством типов магических энергий или, в крайнем случае, необходимо умение опознания магических предметов.

– Нужно, – тихо протянул я, – ты права, всё это нужно…

Щелчок. Я опять впал в свой высокопроизводительный транс, заставляющий работать все мои способности и умения в едином сверхскоростном ритме.

Опознание. Идентификация. Поиск. Обнаружение. Фиксация.

Так. Что-то у меня было. Но вот что?

Какая-то мысль цепляется за край сознания, но так и не выходит наружу.

Опознание. Идентификация.

Стоп. Артефакт, найденный у братьев, похитивших Гленаю. Он ведь определяет наличие магической активности поблизости.

Быстро просматриваю инвентарь.

Действительно, вот он.

Свойства: поиск магических предметов, артефактов, аномалий и прочих объектов магического происхождения. Радиус действия: пятьдесят метров.

Хм. Проглядев структуру плетения, я понял, что это не всё.

И что у нас тут ещё?

Определение силы действия магического объекта в зависимости от яркости излучения артефакта. Понятно, градация привязана к световой шкале. Не очень удобно, нужно выделить три определённых минимальных уровня и то, что будет превышать этот самый последний третий уровень. Нам нужно, чтобы поисковики работали только через нас. О своей выгоде забывать также не следует.

Так, а это ещё что? Цветовая градация? При чём тут ещё и метрики, выведенные на цветовой диапазон?

А, понятно, это определение ментальной энергии, используемой обнаруженными артефактами. Здесь нужно их перенести на какой-то более понятный простым нейтралам уровень.

О, стандартные символы, обозначающие тот или иной тип магии.

В целом система и схема работы плетения будет более дискретной и менее точной, чем та, что выдаёт свой результат в процессе работы оригинального артефакта, но и более простой в обращении по определению и идентификации магических объектов. А главное, она станет и более понятной.

По сути, уже получается вполне неплохо. У нас есть практически всё, что нужно в этом одном-единственном плетении. Для простого преимущества перед другими гильдиями поисковиков подобного было бы достаточно, но для действительно мощного рывка вперёд этого нововведения мало.

Так, что ещё мы можем сделать, чтобы качественно улучшить работу артефакта?

Оптимизация плетения. Вирт уже приступил.

Дальше. Неплохо было бы ещё и частичное опознание магической активности добавить. Что у нас есть на эту тему?

Сложные плетения добавлять нельзя, они перегрузят структуру оригинального ментомодуля.

Что, ничего более простого нет?

Я мысленно хлопнул себя по лбу. И как я мог забыть?! Простейшее «Магическое око», которое я подглядел ещё у Лениавеса. Его можно легко, а главное, органично внести в оригинальное плетение. Что нам это даст?

Оцениваю полученную структуру будущего ментального конструкта. Свойства: поиск магических объектов и аномалий, определение их уровня, с первого по третий и выше третьего, классификация их по классическим типам магии, частичное опознание свойств для артефактов первого и второго уровней.

Чего-то не хватает. Самого главного. Забота о безопасности. Что у нас есть для этого?

Ого, стандартное и унифицированное плетение, созданное специально для подобных случаев. Уже оптимизировано многовековым опытом его использования различными магами. Берём его. Что получаем?

Встроенное обязательное срабатывание при обнаружении магических ловушек и артефактов, несущих опасность для жизни, как физическую, так и ментальную. Идеальное плетение для поисковиков. Вот тот пинок, что заставит наших гордых ёжиков взлететь вверх.

Так, это всё для Тлога и его нейтралов. Что из этого интересно нам?

Только точное знание того, что найденные артефакты выше третьего уровня и на каком типе магической энергии они работают.

Мало. Коль начал думать, нужно завершить работу и сделать всё до конца.

Какова наша цель?

Обнаружение артефактов и интересных мест. Это будут делать поисковики и Гленая. Однако информация доходить будет до нас слишком поздно. Потом её придётся ещё и аккумулировать где-то, фильтровать, выбирать наиболее интересное и нужное. Это всё долго, скучно и нудно. Нужно, чтобы всё это выполнялось автоматически.

Что можно для этого сделать?

Что-то такое было. Что-то я мельком видел в одном из магазинов, вернее, магических лавок. Но не в продаже, а у покупателя.

Точно. Магическая карта. У него был какой-то артефакт, он его активировал, и развернулась карта нашего уровня.

Но мне-то это не нужно. Виртуальная карта всегда при мне, или её может достать кластер из сети нейтральных миров.

Важно другое. Автоматическое обновление. Я видел, как перестраивалась его карта, когда вблизи его проходил кто-то из посетителей лавки. Я, по-моему, даже себя в ней увидел.

Вот что мне нужно. Плетение, создающее подобные артефакты.

Быстро просматриваю базу знаний. Подобные артефакты в продаже вижу. Но ментомодуля для их создания или внедрения нигде нет.

Так, а это что?

Или я ничего не понимаю, или это плетение валяется в сети в открытом доступе. Называется «Карта». Отображает динамически изменяемый объём пространства радиусом семьдесят метров, относительно геометрического центра плетения.

Нет, это немного не то. У того демона была реальная карта, а тут только её часть. Но мне большего и не нужно.

Хотя… И я посмотрел то, что скрывалось во второй части плетения.

Интересно. Похоже, я нашёл, в чём был весь прикол. Как оказалось, в ментомодуле была заблокирована, вернее, как я понял сейчас, сознательно отключена часть структур, в них специальными заглушками перерезалась подача менто-энергии. В результате плетение работало в том виде, что мы смогли смоделировать первоначально. Но если активировать отключённые части плетения, то получалось следующее.

Плетение подключалось к сети нейтральных миров и скачивало оттуда последнюю, обновлённую версию карты этого мира. Потом подключался ментомодуль динамического обновления, но он работал лишь с укрупнённой частью, а именно той, где сейчас находился геометрический и ментальный узловой центр плетения. Карта в заданном объёме обновлялась, и казалось, что она вся карта, но реально обновлялся лишь её укрупнённый участок радиусом семьдесят метров. Но и это ещё не всё. Все обнаруженные обновления скидывались на сервер в сеть нейтральных миров, тем самым обновляя общую карту.

Интересная находка. Но слишком общая.

Так, что я могу сделать?

Первое. Нужно ограничить доступ к обновлениям, или, ещё лучше, пусть все обновления скидываются к нам. Это может обеспечить кластер. Он уже определил общее место хранения подобных карт и скопировал их на один из резервных серверов в этом нейтральном мире. Вот и для него работа нашлась. Будет центром обработки и фильтрации данных.

Дальше. Кластер настраивает синхронизацию нашего места хранения обновлений с тем, где хранятся карты со всех нейтральных миров. Просмотрев не такое уж их большое количество, я понял, что далеко не со всех. Были представлены в основном центральные миры и порядка сорока окраинных. Это и понятно: как показали поиски, подобный артефакт, в его истинном исполнении, невероятно дорогое удовольствие.

«Интересно, что за демон разгуливал здесь с такой дорогой вещицей? Ну да ладно. Поинтересуюсь этим при случае, если его встречу», – мысленно улыбнулся я.

Варианты этого плетения, созданные на его основе, именовались сканерами пространства и стоили тоже прилично. Да и продавались они всего несколькими гильдиями в центральных мирах.

А слово-то вполне знакомое. Сканер пространства. Удивительно. Да и по смыслу вполне подходит.

Ладно, не суть, всё это лишь сторонние пока мысли. Займёмся делом.

Кластер настраивает одностороннюю синхронизацию. Мы забираем обновления, но свои не отдаём.

Дальше. Перенастраиваем плетение на новый источник получения карт и обновления, а также на новый получатель обновлений от самого плетения. Всё это должно пересылаться в наш центр обработки данных. Наши исследования и изыскания должны оставаться только внутри нашей гильдии.

Следующий шаг. Очень важный. Объединяем оба плетения. Карту и поисковик. Синхронизируем их в пространстве.

Модель, конечно, значительно усложнилась, но получился идеальный поисковый ментомодуль. Виртуальная трёхмерная карта с отмеченными на ней предполагаемыми местами расположения ближайших магических объектов и аномалий, с приводимым тут же кратким описанием свойств, уровня силы и типа магической энергии.

Кроме того, карта непроизвольно стала маяком. Через неё мы можем определить местоположение любого пользующегося подобным артефактом.

Дополнительно мы выделили координаты обнаруженных магических объектов в отдельную группу. После чего закрыли в неё доступ для всех, кроме нас. Теперь реально сможет увидеть всю картину в целом по работе поисковой части нашей гильдии только тот, кому я дам на это право. Пока это только я.

Невероятное плетение. Наши поисковики исследуют любой район. Мы практически мгновенно получаем по его исследованию оперативную информацию. Кроме того, почти сразу сумеем оценить перспективность работы в этом районе и его магический потенциал.

«Да за такое плетение наших нейтралов прибьют в первый же день», – с грустью констатировал я.

Нужна защита от кражи и подделки. Самое простое – это ограничить действие плетения во времени, сделав несколько закладок, разрушающих его. И активацию его работы привязать к менто-информационному полю того существа, кто с ним будет работать.

Первое нужно для того, чтобы наши нейтралы, хоть мы им и доверяем, не переметнулись к кому-то другому, а второе – для их же безопасности, без них это плетение не будет работать.

Оба ключа нашлись в нашей базе знаний, да и, судя по всему, созданы они были ещё разработчиками самого кластера, уж слишком ювелирно и незаметно вписывались в структуру будущего плетения.

Так. Привязка к ауре. Обновление требуется раз в год.

Таймер времени. Необходимо обновлять каждые пять-шесть месяцев, через полгода плетение перестаёт работать.

Ещё раз осмотрев плетение, я понял, что большего в него я впихнуть уже не смогу, а так оно будет работать не слишком долго, не больше четырёх часов. Придётся нейтралам Тлога обзавестись накопителями менто-энергии и научиться работать с ними. Но, я думаю, это того будет стоить.

Можно заканчивать.

Я хотел уже вывалиться в обычный реальный мир – решение для нашего вопроса было найдено, – как вспомнил ещё кое-что.

Стоп, а как это решение мы будем распространять в мир? Как передадим плетение подчинённым Тлога? Не мне же каждый раз накладывать это плетение на его людей.

Ответ напрашивался сам. Нужен артефакт, который и будет генерировать подобное плетение. Благо хоть с этим никаких проблем не возникло. Вирт совсем недавно в одном из инфокристаллов как раз раскопал некий компилятор, способный по уже готовому плетению создавать своеобразный ментальный конструкт, который мог генерировать искомое плетение. И в этом же компиляторе можно было задавать необходимые свойства для подготавливаемого конструкта. Что я и сделал.

По сути, его нужно было привязать лишь к одному человеку. Точнее, к эльфару, ещё точнее, к эльфарке. Ведь для активации полученного конструкта и поддержания его в рабочем состоянии нужен маг. Ну и, кроме того, это значительно поднимет ценность Гленаи для организации Тлога. Без неё они потеряют свою конкурентоспособность уже через полгода. Плюс я вставил ещё пару защелок, на случай если мне придётся его разрушить. Вдруг этот артефакт попадёт не в те руки. Ну а дальше дело техники.

«Хорошо хоть, у меня этих кристаллов сейчас вагон и маленькая тележка», – подумал я, внедряя полученный конструкт в один из пустых инфокристаллов, найденных в городе Древних магов.

Всё. Мы готовы к продолжению разговора.

И я вышел из транса.

Глава 10

– Я готов предложить вам кое-какое решение, – обратился я преимущественно к Тлогу, его команде и Гленае. – Заметив их заинтересованные взгляды, я продолжил: – Мне случайно в руки попался некий артефакт Древних.

– Интересно, и откуда у тебя столько раритетных вещичек? – раздался тихий голос Лениавеса у меня из-за спины. А у меня в голове зазвучало:

«У посла медальон, у Шпака магнитофон». Не знаю, к чему это было, но эта фраза настроила меня на весёлый лад.

– Я очень запасливый, – хмыкнул я. – Так вот, ко мне в руки попал один интересный артефакт. Я его хотел со временем продать или обменять на что-то более полезное, но так и не смог определиться с его фактической ценностью для покупателей и пока решил попридержать у себя. Однако коль такое дело, то для вас он будет просто незаменимым подспорьем. По сути, решит все ваши проблемы, которые озвучивались ранее.

– Один артефакт? – недоверчиво переспросила Гленая.

– Да, – пожал я плечами.

– Чем нам сможет помочь один артефакт? Пусть он будет самый невероятный, сильный, полезный и лучший. Он всё равно будет один. – И девушка с непониманием посмотрела на меня, будто стараясь убедиться: а я-то сам понимаю и слышу, что говорю?

– Да, – поддержал её Руди, – большого преимущества всего один артефакт нам дать не сможет.

В зале разлилась тишина. Ни у кого не было ответа на этот вопрос. Ну, или примерно ни у кого.

– Как вы думаете, – тихо спросил из-за спины присутствующих до сих пор не вмешивающийся в наш разговор Грон, – стал бы просто так поднимать эту тему чел, который в столь юном возрасте смог уже открыть свою собственную гильдию и собрать в ней всех нас?

– А ведь верно, – согласился Тлог, – наш молодой глава никогда не начинает играть, не имея козыря в рукаве. Так что давайте выслушаем его до конца. Я уверен, Багу ещё есть что нам сказать.

И все в ожидании посмотрели на меня.

– Спасибо вам за такую уверенность во мне, – ответил я.

– Да всегда пожалуйста, – отмахнулся Горбун. – Лучше расскажи, что ты ещё припас для нас? Я ведь прав: у тебя что-то есть?

– Да, – не стал я спорить, и так этот наш разговор уже слишком затянулся, – по сути, всё дело в том артефакте, что я хочу вам передать. – Осмотрев всех присутствующих, я спросил: – Кто-либо из вас слышал о гильдейских артефактах? Их ещё называют основополагающими артефактами гильдии?

– Естественно, – кивнули все маги, присутствующие в зале.

– Это преподают на лекциях по становлению и созданию гильдий во всех высших магических учебных заведениях, – пояснила дочка Грона.

– Да и не только, – добавил бухгалтер Тлога.

Капитан же просто кивнул, соглашаясь как с теми, так и с другими.

– И какие вы знаете? – заинтересованно спросил я.

– Ну, самые известные, – ответила за всех Селая, – это артефакты по созданию возвратных камней. Их получаешь при регистрации собственной магической гильдии, вернее, даже не самой магической гильдии, а портальных врат. Есть также и другие, менее известные артефакты. Все они нам или достались от Древних, или их создали, уже гораздо позже, маги, работающие на гильдию. Я знаю подробности ещё о нескольких. Но суть работы у них примерно одинакова. Они могут самостоятельно с какой-то периодичностью производить другие магические артефакты или амулеты с одинаковыми или примерно одинаковыми свойствами. Например, это те же самые возвратные камни. – На мгновение девушка замолчала и посмотрела на нас, будто спрашивая, всё ли она рассказала верно, а потом добавила: – Возможно, есть и ещё что-то, но нам об этом не рассказывали.

– Всё верно, – согласился я, – есть и другие артефакты, и вы, я думаю, догадываетесь, что работа этих других артефактов не ограничивается только вышеперечисленными действием и эффектом.

– И?.. – не вытерпела Гленая. – У тебя есть какой-то гильдейский артефакт? И что он делает?

«Да, зацепило мою новоприобретённую сестрёнку, – подумал я, – вон как у неё глаза сверкают, даже вперёд подалась».

Остальные, кстати, тоже заинтересованно смотрели на меня. Об артефактах, создающих возвратные камни, знали многие, и поэтому мои слова вызвали любопытство почти у всех. Только чего ожидать от этого странного чела, не знал никто. Поэтому они были готовы принять всё, что угодно, но, похоже, немного не то, что я им приготовил.

– Я бы так не сказал, – честно признался я, и это была правда, я же не знал, гильдейский это артефакт или нет, но, судя по тому описанию, что я нашёл в сети или дала Гленая, его спокойно можно было отнести к таковым.

– А… – разочарованно протянула девушка.

Не дав ей расстроиться ещё больше, я продолжил рассказывать:

– Я не уверен, что этот артефакт можно отнести к гильдейским. О них я упомянул лишь потому, что их общие принципы работы немного схожи. Мой артефакт не создаёт никаких магических амулетов или чего-то подобного, нет. Он делает кое-что другое. – И я посмотрел на Гленаю. – Нет, так не объяснить. Проще показать. – И, взяв её за руку, вывел в центр зала, поставив перед всеми. – Прежде чем артефакт начнёт работать, его следует к кому-либо привязать, – начал я демонстрацию, попутно комментируя, что происходит. – И этот кто-либо обязательно должен быть магом или магически одарённым разумным. Это необходимо как для привязки и активации артефакта, так и для последующей его работы. Поскольку среди наших поисковиков ты, Гленая, самый подготовленный маг, то нейтралом, управляющим этим артефактом, и будешь ты. – Я посмотрел на всех, ожидая их возражений или каких-то иных комментариев.

Но их не было. Всем было более интересно увидеть обещанный артефакт в действии, чем спорить и пререкаться со мной. Поэтому все просто сидели и ждали продолжения.

– Хорошо, – сказал я, – хозяина для артефакта мы выбрали. На, возьми его, – и я вытащил из своей сумки заранее подготовленный инфокристалл, – работать с ним необходимо, как с именным амулетом. То есть он будет привязан именно к тебе. Так что активируй его. Во время его первой активации произойдёт его подстройка под своего владельца и привязка к нему.

Девушка удивлённо посмотрела на лежащий на её ладони небольшой продолговатый четырёхсантиметровый кристалл.

– Это же явно работа Древних? – тихо поинтересовался Тлог, обращаясь к Руди.

– Точно, – подтвердил тот.

– Хм, интересно. – И старый тролль с ещё большим вниманием стал присматриваться к происходящему.

Гленая проверила артефакт простейшим плетением распознавания, убедилась, что, по крайней мере, он для неё безопасен, и, перенаправив в него небольшой объём магической энергии, активировала зажатый в руке кристалл.

– Ну что? Работает? – спросила у Гленаи заинтересовавшаяся её манипуляциями Селая. Ведь она тоже маг, хоть ещё и не окончивший академию. – Что ты чувствуешь? – завалила она девушку вопросами.

Моя сестрёнка, как-то слегка нахмурив брови, старалась разобраться в своих ощущениях.

Не знаю, что хотели увидеть остальные, но никаких фейерверков, внешних показушных эффектов и прочего не было. Однако то, что артефакт отработал по заложенному в него при создании алгоритму, можно было сказать определённо, ведь что должно было произойти, произошло. Я это прекрасно видел. Ментоинформационное поле девушки теперь связывал с размещённым в кристалле магическим конструктом постоянный канал управления и передачи в него менто-энергии.

– Нет, ничего не чувствую, – разочарованно произнесла девушка, раскрыв ладонь и стараясь всмотреться в кристалл.

«Может, он таит в себе какую-то тайну, которую ещё нужно раскрыть?» – так и читалось в её взгляде.

Разочарование чувствовалось и у остальных нейтралов, присутствующих в зале. Особенно расстроилась, как это ни странно, Селая, хотя я, честно говоря, больших проявлений эмоций ожидал от Тлога и его подчинённых. Но те, что удивительно, довольно равнодушно отнеслись к последним словам девушки. Похоже, они не особо надеялись на некое гипотетическое чудо, которое может произойти и спасти положение. Эти нейтралы больше привыкли опираться на себя и свой опыт.

«Но в этот раз всё будет по-другому», – мысленно усмехнулся я.

И спросил, обращаясь к Гленае:

– Прости, а ты, вообще, что хотела почувствовать-то?

– Ну… – Похоже, ответ на этот, казалось бы, простой вопрос и у самой девушки вызвал затруднения. А потому она произнесла: – Что-то такое… – Она неопределённо махнула рукой, но, заметив мой скептический взгляд, обращённый на неё, обиженно ответила: – Всё равно я бы почувствовала хоть что-то, любые изменения в себе. – И уже с некоторой гордостью добавила: – Я всё-таки маг, – и несколько свысока постаралась взглянуть на меня.

Что у неё не слишком хорошо получилось.

Во-первых, я был почти на голову выше её, во-вторых, видимо, моя довольная улыбающаяся физиономия не увязывалась в её голове с тем выводом, что она права. И она в общем-то не ошиблась.

– А кто сказал, что в тебе должны произойти хоть какие-то изменения? – пожал я плечами. – Как я понимаю, всё, что даёт эта активация, – так это возможность работать с этим артефактом лишь тебе. И больше ничего. Так какие изменения в себе ты хотела увидеть?

– Не знаю, – обескураженная этой простой мыслью, Гленая помотала головой, – я об этом как-то не подумала. – И снова удивлённо взглянула на зажатый в кулачке инфокристалл. – Так что, я теперь могу использовать этот артефакт? – нетерпеливо спросила она.

– Насколько я в курсе, то да, – просто ответил я.

– И что он делает? – не отставала от меня любопытная дочка Трона, глядя на вторую девушку-мага.

Я задумался, а потом, весело подмигнув ей, оглядел присутствующих и, махнув Селае рукой, ответил:

– А вот давай мы и посмотрим, что он делает.

И не успела девушка опомниться, как я сделал пару шагов к ней и, взяв её за руку, вытянул в центр зала, поближе к Гленае.

Трон дёрнулся было за нами, но я его остановил.

– Не переживай, это не опасно, – сказал я и посмотрел себе за спину: – Подожди, и до тебя очередь дойдёт.

Девушка несколько перепугалась, но не дёрнулась.

– А вот и наш первый доброволец, – указал я на Селаю. И обратился к обеим девушкам: – Гленая, в левой руке зажми кристалл, а правой возьми Селаю за руку.

Посмотрев, как та послушно взяла за руку несколько настороженно глядящую на происходящее дочку капитана наёмников, я продолжил отдавать распоряжения:

– Теперь активируй артефакт.

– И всё? – поразилась Гленая.

Я ещё раз прокрутил в уме алгоритм работы артефакта и ответил:

– Вроде да.

– Уверен? – уточнил у меня переживающий за свою дочку Трон.

Я уже более твёрдо сказал:

– Да.

Гленая кивнула на мои слова и передала в артефакт небольшой объём магической энергии.

«Вот ведь, мой косяк», – понял я, глядя, как неэффективно расходуется менто-энергия на активацию плетения в артефакте.

При его создании я как-то не учёл, что Гленая – маг льда и разума и что стихийные или чисто ментальный типы энергии не слишком подходят для него.

«Нужно будет незаметно внедрить в плетение преобразователь менто-энергии. Это значительно уменьшит потери магической энергии, и Гленая, работая с ним, не будет так сильно уставать, а то что-то больно мощное плетение у меня получилось», – подумал я, смотря на то, как девушка, стараясь не разорвать связь с артефактом, старается влить в него достаточный объём магической энергии для полноценного срабатывания внедрённого в него магического конструкта.

«Молодец, – мысленно похвалил я её, когда всё закончилось. – М-да, даже если сильно постараться, её будет хватать не больше чем на четыре или пять срабатываний в день, а потом ей нужно будет отдыхать».

Стало понятно, что генерация поискового плетения и внедрения его в ментоструктуру нового носителя требует очень больших затрат менто-энергии.

Сейчас Гленая была опустошена почти наполовину.

Подойдя к ней, я, придерживая её за плечи, отвёл её к ближайшему креслу и усадил в него. При этом Вирт незаметно добавил в плетение ментомодуль, преобразующий любой входящий тип менто-энергии в наиболее подходящий данному плетению.

– Отдохни немножко, – сказал я Гленае.

– Хорошо, – ответила она и, немного помолчав, сказала: – Очень мощный артефакт, но теперь я точно знаю, что он работает. Правда, я не уверена, что смогу им пользоваться больше чем пару раз в сутки. Я и сейчас выжата как лимон.

– Не переживай, – успокоил я её, – артефакт сейчас всё ещё настраивается под тебя. В следующий раз будет полегче.

Девушка как-то странно посмотрела на меня и вдруг достаточно твёрдо высказалась:

– Я почему-то тебе верю, – и откинулась на спинку кресла, расслабленно прикрыв свои два глубоких голубых океана, которые многие именуют глазами.

– Это правильно – верить своему брату, хоть и младшему в роду, – усмехнулся я. И, развернувшись, подошёл к Селае. – Ну а ты что можешь сказать? – спросил я у неё, имея в виду прошедший ритуал.

– Не знаю, – честно призналась она. – Я почувствовала, что что-то произошло. Но что это и как понять, что мне сейчас делать, я даже не представляю. У меня не хватает ни опыта, ни знаний. – И она вопросительно посмотрела на меня.

Я ответил:

– Тут я могу помочь тебе только тем, что расскажу то, что знаю сам. А знаю я не много. – Я вгляделся в её глаза. – Ты должна сосредоточиться, представить, будто у тебя на левой ладони лежит любой небольшой предмет. В будущем он станет твоим ключом для активации того плетения, что передал тебе в качестве одного из твоих собственных умений наш артефакт. Этот предмет должен быть чем-то уникальным в том, что ты сможешь представить в мельчайших деталях. Давай. – Я дал ей посыл к действию.

Девушка кивнула и прикрыла глаза.

Я увидел, что её менто-информационное поле стабилизировалось, перестало изменяться, приобрело некий спокойный постоянный ментальный фон, значительно снизивший её внешнее излучение и ментальный след.

«Так, она впала в некое подобие транса», – догадался я.

Но я видел, что она прекрасно чувствует окружающее. То есть, пребывая в трансе, она слышала меня. А потому я спросил:

– Получилось?

Селая медленно кивнула мне в ответ.

– Хорошо. Запомни этот предмет, он – ключ к активации этого умения. А теперь мысленно скомандуй показать тебе карту.

Несколько мгновений ничего не происходило, но постепенно над ладонью девушки стала разворачиваться миниатюрная модель города.

– Ничего себе, – раздался тихий голос Трона, – это же магическая карта.

– Верно, – согласился с ним подавшийся вперёд Тлог. Он посмотрел на меня и тихо спросил: – Можно подойти ближе?

– Конечно, – кивнул я, – это же демонстрация возможностей артефакта и того, что он умеет, в основном для вас. – И махнул ему рукой.

За Горбуном к нам с Селаей потянулись и остальные.

– Только не шумите и не отвлекайте её. А то собьёте настрой, – предостерёг я приблизившихся нейтралов от слишком уж явного любопытства.

– Хорошо, – кивнул Тлог и остановился примерно в двух шагах от нас.

Приблизительно на таком же расстоянии от нас остановились и все остальные, образовав небольшой круг. Оглядевшись, я понял, что девушке никто из наших знакомых мешать не будет, и, кивнув им, продолжил наставлять Селаю:

– Управляй картой, увеличивай и уменьшай масштаб. Старайся двигать и перемещать её. Или зафиксируй на каком-то определённом месте.

Сначала картинка стала отдаляться, в конце концов превратившись во что-то, напоминающее полусферу, потом резко приблизилась. Сместилась вправо и вернулась назад.

– А теперь представь себя центром карты.

Ещё одно небольшое смещение относительно горизонта. Можно было прекрасно различить небольшое здание, подписанное: «Таверна „Жирный боров”».

– Увеличь масштаб.

Здание стало приближаться.

– Ещё, – сказал я. – Ещё.

И так до тех пор, пока на карте не проявилась группа нейтралов, собравшаяся в центре небольшого зала вокруг ещё двоих.

– Это же мы, – пробормотал Руди, указывая на фигурку, которая в точности повторяет его действия.

– Невероятно, – пробормотал Трон и начал махать руками, наблюдая за повторением своих движений одной из миниатюрных фигурок, явно похожей на облачённого в некое подобие кожаных доспехов наёмника. – Какая точность прорисовки и деталей…

– Хватит, – остановил всех Тлог, – вы прямо как дети.

Хотя при этом сам взмахнул рукой пару раз, чтобы оценить качество и точность магической картинки.

– Да, мы видим, невероятное соответствие деталей и проработка окружающего пространства, – неожиданно раздался из-за спины поисковиков голос Лениавеса. Он, поднявшись со своего кресла, тоже рассматривал магически выстроенную виртуальную модель зала и находящихся в нём нейтралов. – Но это лишь обычная магическая карта, и она не сможет дать обещанного тобой, Баг, толчка к развитию нашего подразделения поисковиков, – сказал он.

«Вот же дотошный оборотень, – подумал я, – взял так и вылил ушат холодной воды на восторженно рассматривающих карту Тлога и его подчинённых».

Но в общем-то он прав, карта – это лишь часть функциональных возможностей созданного мной плетения, поэтому я пожал плечами и так небрежно ответил ему:

– Ну, уж кто-кто, а ты-то мог догадаться, что я не стал бы заморачиваться такой мелочью, как обычная магическая карта, хоть и столь качественно выполненная.

При словах «такой мелочью» Тлог нервно переглянулся со своими нейтралами, а вот Слонг, наоборот, с каким-то даже удовлетворением посмотрел на меня и чуть приблизился ко всем. Его явно заинтересовало то, что будет дальше.

«М-да, слова корнола вызвали новую волну интереса к тому, что я тут старался продемонстрировать, – понял я, – так что есть подозрение, что и вопрос этого хитреца оборотня мог быть такой искусно выстроенной ловушкой для простофиль. Чёрный пиар. И наши друзья, все до единого, в неё попались. Даже не ожидал от него так вовремя оказанной поддержки».

«Спасибо», – мысленно передал я ему и кивнул.

Тот лишь хитро подмигнул мне.

После этого я обратился уже ко всем остальным своим зрителям.

– И поэтому это ещё не всё. – Я повернулся к всё так же стоящей с закрытыми глазами Селае: – А теперь команда «Поиск».

Вижу, как плетению передаётся небольшой энергетический импульс. Проходит несколько секунд, и вдруг трёхмерное помещение, в котором мы находимся, раскрашивается разноцветными участками и точками.

– Что это? – не понимая, что произошло, спросил Тлог.

Слонг и Грон настороженно стали рассматривать что-то, находящееся на фигурках, обозначающих их самих.

Видимо проведя простое сопоставление, Слонг сказал:

– Это императорский подарок.

– Даже больше, – вслед за ним произнёс Грон, – это или уничтожит нашу гильдию, или вознесёт её.

Все посмотрели на этих двоих.

– Да о чём вы говорите? – обратился к ним помощник Горбуна.

– Вы не поняли? – спросил Грон. – Присмотритесь. Не замечаете на новой карте ничего необычного?

Все, включая и моих друзей, присмотрелись к трёхмерной магической модели зала, в котором мы все сейчас находились.

– Да это же… – начал говорить Руди.

– Всё верно, это различные магические предметы, расположенные в этом зале. – И капитан наёмников обвёл рукой вокруг нас.

– Это что, какой-то поисковый артефакт? – спросил бухгалтер Тлога, обращаясь к Грону.

– Вы так и не поняли, – ответил за него Слонг, – сейчас работает не артефакт, а то, чем он наградил Селаю. Он дал этой девочке умение находить близлежащие магические аномалии.

– И не только, – поправил его наёмник, – карту выстраивает, как я понимаю, эта же способность.

– Ничего себе, – присвистнул Тлог, – да это же настоящее поисковое плетение Древних, я слышал о таком, но не верил, что оно на самом деле существует.

– Как видишь, – махнул капитан в направлении своей дочери, – оно не только существует, но ещё и прекрасно работает.

– Да…

Все изумлённо посмотрели в направлении девушки.

Я с удовольствием наблюдал за этой картиной, а потом кашлянул в кулак и негромко спросил:

– Мы можем продолжать?

Старый тролль обернулся и с недоверием посмотрел на меня.

– Так и это ещё не всё? – удивился он.

– Ну, вообще-то у этого умения есть ещё пара полезных свойств, – пожав плечами, ответил я. И спросил: – Так как, идём дальше?

– Конечно, – не дав мне дальше вставить хоть слово, сразу же ответил тролль.

– Прекрасно, – отреагировал я, – тогда дальше. – И обратился к девушке, стоящей в центре зала: – Селая, а теперь выбери один из подсвеченных и обнаруженных предметов, сосредоточься на нём и пожелай идентифицировать его.

Девушка кивнула.

И мы увидели, как у неё на карте, на фигурке, явно обозначающей её саму, немного подсветился небольшой зелёный огонёк.

Несколько секунд – и над обозначенным пятнышком появилась надпись: «Лечебный артефакт. Второй уровень. Магия жизни».

– Попробуй ещё, – попросил я.

«Огненный болт. Первый уровень. Магия огня» – это засветилось пятнышко на Слоите.

– Ещё.

«Неизвестный артефакт. Третий уровень. Магия воздуха». Это что-то, находящееся у Тлога.

– Достаточно, – сказал я Селае, – прикажи своему ключу прекратить работу.

Мгновение – и девушка удивлёнными и полными восторга глазами посмотрела на меня.

– Я видела всё, – зачастила она, – и карту города, и карту всего мира, потом наш зал, потом нашла все излучающие магию предметы, находящиеся здесь, потом смогла опознать некоторые из них. И…

Девушка хотела сказать ещё что-то, но я аккуратно взял её под руку и отвёл к отцу.

– Селая, успокойся, мы тоже видели всё, что видела и ты. – И стал объяснять не только ей, но и всем остальным: – У карты есть два режима работы. Общий доступ и ограниченный. Если бы ты отдала приказ своему ключу работать в режиме ограниченного доступа, то карту видела бы только ты и она бы сформировалась в твоём сознании. Но ты с картой работала в режиме общего доступа, и поэтому мы видели её материальное воплощение, видели, как ты экспериментировала с ней, видели всё, что на ней происходило. Это видели все. – И я обвёл рукой присутствующих. – Так что, думаю, и они оценили её полезность и перспективу использования, – подвёл я итог.

– Это точно, – подтвердил мои слова Тлог, – я до сих пор под впечатлением. – Обернувшись ко мне, глава наших поисковиков спросил: – Это всё или есть ещё что-то, что мы должны знать?

Я подумал.

– Из основных возможностей, дающихся артефактом, это вроде всё, – ответил я.

– Удивил ты нас, – честно признался Тлог, – подобного не ожидал никто. Сначала это походило на розыгрыш, потом на слабую попытку расшевелить нас, когда появилась карта, во мне затеплилась надежда, а когда я узнал о поисковике, понял, что это то, что нам нужно. Но теперь я даже не знаю, как к этому относиться. Подобного нет и никогда не было ни у кого. Это даст возможность нашей гильдии конкурировать наравне с самыми древними и сильными магическими и поисковыми гильдиями, где в поисковые партии входит ходя бы один маг.

– Нет, – тихо произнёс Слон г, – если я понял правильно суть работы артефакта, то по своим поисковым возможностям наша гильдия не будет уступать никому. Ведь подобное умение от артефакта может получить любой. Верно? – обратился он ко мне. – Ведь в этом суть подарка? Поиском может пользоваться любой? Даже если он не маг?

– Естественно, – как само собой разумеющееся ответил я, – стал бы я иначе раскручивать эту тему.

– Постой, – вдруг поражённо замер Тлог, видимо, до него только сейчас дошёл смысл сказанного, – то есть ты хочешь сказать, что совершенно любой член нашей гильдии сможет получить эту способность?

– Ну да, – пожал я плечами, – поэтому я и приравнял свой артефакт к гильдейским, ему всё равно, с кем работать. Главное, чтобы активировала и привязала к кому-либо из нашей гильдии эту способность именно Гленая, ведь сам гильдейский артефакт привязан именно к ней.

– Понятно, – тихо произнёс Горбун. – Поначалу я подумал, что подобным умением могут обладать только маги, но если любой нейтрал… То тогда…

– Что? – удивлённо спросила Селая.

– Этот дар – огромная ответственность и опасность. Наша гильдия может перестать существовать, если кто-то узнает об этом артефакте и его свойствах.

– Ты прав, – поддержали его Слонг и Трон, – нас просто-напросто уничтожат и сотрут из памяти миров, лишь бы завладеть подобным артефактом и тем, что он может дать.

Все на несколько минут замерли, стараясь осознать всё только что сказанное.

– Нужно рискнуть, – неожиданно произнесла Гленая, до сих пор сидевшая в кресле, – такой шанс выпадает не просто раз в жизни, а раз на несколько миллионов жизней, и если мы испугаемся и отступим, то никогда не сможем добиться ничего стоящего. Все наши труды пойдут прахом. Подобной силы мы достичь не сможем ещё несколько сот лет.

Мужчины стояли и удивлённо смотрели на эту хрупкую девушку, сидевшую в кресле и говорившую им о том, что отступать и бросать начатое нельзя.

– Никто и не собирается отступать и отказываться от такого невероятного подарка судьбы, – возразил Тлог, – я лишь хочу сказать, что мы должны узнать об этом артефакте как можно больше, а также о тех возможностях, что он даёт.

– Ну… – протянула Гленая, – среди нас есть всего один необычный чел, кто больше всех остальных осведомлён на этот счёт. – И обратилась ко мне: – Братик, ты ничего не хочешь рассказать нам ещё об этом артефакте и той способности, что он даёт?

– Да, – поддержал её Слонг, – мы должны знать о нём как можно больше, чтобы могли адекватно оценивать свои возможности, а также разработать меры предосторожности и безопасности для членов нашей гильдии. – Немного помолчав, он сказал: – Этот артефакт необходимо перевести в статус гильдейского, и срочно. Его нужно официально зарегистрировать и присвоить права владения им именно нашей гильдии. Это наша монополия. Никто не должен владеть ничем подобным.

«Похоже, Слонг неплохо осведомлён в вопросе корпоративных, простите, гильдейских войн», – подумал я и ответил:

– Уже выполняю. Что ещё нужно сделать?

– Главное – это сохранить его секрет и монополию использования, иначе мы потеряем все свои преимущества.

Немного подумав, я сказал:

– С этим проблем быть не должно. Артефакт уже защищён.

– Как? И кем? – удивился Слонг.

– Тем, кто его создал, – пожал я плечами.

– Расскажи подробнее, – попросил Лениавес, – нечего приличных нейтралов дразнить. И не упускай детали. Что тебе известно об этом артефакте?

Скрывать я особо ничего не собирался и поэтому начал рассказывать:

– О его основных свойствах вы знаете. Этот артефакт при его активации дарует тому, на кого он воздействует, несколько умений. Первое – это магическая карта. Второе – поиск магических предметов, артефактов и аномалий. Третье – их идентификация и опознание. – Я посмотрел на Гленаю и продолжил: – Артефакт именной. После смерти своего носителя он разрушится. Управлять им может только носитель. Судя по тому, что я о нём знаю, Гленая сможет в день, после полной настройки артефакта, использовать его раза три-четыре, возможно, пять. Но если приобретёт достаточно мощный и объёмный накопитель магической энергии, то и больше. Да и вообще, вам нужно задуматься о необходимости приобретения хороших накопителей и обучения своих подчинённых пользоваться ими. Вы потом поймёте, почему я это сказал. – Переведя взгляд на Тлога, я перешёл к следующему пункту: – Теперь по тем способностям, что он дарует. Первое – магическая карта. Она достаточно стандартная, хоть и очень детализированная. К тому же будет со временем обновляться. Это зависит от изученности местности нашими нейтралами. Дальше – её детализация. Объёмный сканер рисует модель окружающего пространства радиусом семьдесят метров. То есть это тот максимально увеличенный масштаб карты. Вопросы есть? – спросил я.

– Пока нет, – за всех ответил Тлог, – пока всё понятно, да и наглядный пример, что ты нам продемонстрировал, показал основные возможности этих способностей.

– Хорошо, – кивнул я, – тогда второе. Это поиск магических аномалий. Он работает в радиусе пятидесяти метров. Регистрирует всё, что находит и отображает на объёмной карте. Дальше самое интересное и неожиданное – третье.

Опознание и идентификация. Это умение делится на три пункта. Определяется уровень артефакта. Первый, второй, третий и выше третьего. Определяется тип магической энергии, на которой функционирует артефакт. И, третье, работает частичное опознание артефактов первого и второго уровней. Всё это было продемонстрировано Селаей, когда она экспериментировала с картой. По основным особенностям всё. – Оглядев нейтралов, стоящих и сидящих вокруг меня, и поняв, что вопросов у них нет, я продолжил: – Теперь по его функционированию. – Я перевёл взгляд на Тлога: – Твоим нейтралам придётся изучить медитативные техники и научиться активировать свою способность. Основной механизм использования этих умений вы слышали. Создаётся ментальный ключ, к которому привязывается эта способность. Управляется мысленными командами. Работает в двух режимах. Обо всём этом я уже говорил, когда мы пытались инициировать эту способность у Селаи. Вопросы?

И опять никто ничего не спросил.

– Ну а теперь поговорим о безопасности. Использовать артефакт его сможет только Гленая. Без неё он разрушится. Дальше – по нашим нейтралам. Тут всё сделано очень хитро. Эта способность может использоваться только тем, в ком она инициирована артефактом. Выкрасть её или как-то передать другому разумному существу нельзя. Есть два условия, при котором эти способности активны. Повторную инициацию умений нужно проводить два раза в год. Первый раз она продлевается на полгода. Это можно использовать на тот случай, если кто-то из наших членов соберётся уйти или его похитят. Тогда умение перестанет работать уже через полгода. И второе: каждый год нужно повторно привязывать умение к тому или иному разумному. Это защита от того, что умение используется именно тем, для кого она и предназначалась, а не кем-то иным. Вот всё, что я об этом знаю. – И я вопросительно осмотрел всех.

Но вопросов пока не было. По крайней мере, все молчали. Только Тея всё порывалась что-то спросить, но её останавливала Эрея.

– Ах да, забыл, – вспомнил я о ещё одной особенности того плетения, которое внедрял артефакт в менто-информационное поле реципиента и которое я реализовал в нём в последний момент. – У этой способности, данной артефактом, есть ещё один режим. По всей видимости, этот артефакт создавался именно для какой-либо поисковой гильдии или кого-то, занимающегося подобной деятельностью.

– Почему ты так решил? – спросил Тлог. – Хотя, конечно, и того, что уже есть, вполне достаточно, чтобы сделать подобный вывод, но ты-то сказал о нём только сейчас.

– Да, – кивнул я, – и для этого есть одна особая причина. Это последний режим, в котором может работать данная артефактом особенность. Называется он режим «Исследования». – Повернувшись к Селае, я спросил: – Можешь ещё немного помочь нам?

– С удовольствием, – искренне ответила та.

– Тогда активируй способность.

Секунда – и я вижу, как в плетение, связанное с девушкой, ушёл небольшой объём энергии.

«Это ключ, к которому она привязала активацию», – понял я.

– Готово, – подтвердила мои наблюдения девушка.

– Хорошо, – кивнул я. – А теперь пожелай, даже скомандуй: «Перейти в режим исследования».

– Поняла, – ответила девушка.

И мгновенно перед нами развернулась уже виденная ранее картинка трёхмерного отображения.

– Вроде ничего не поменялось, – произнесла она, – только сейчас здесь отображается вся информация.

– Всё верно, – согласился я, – а не заметили вы никаких различий по той простой причине, что в режиме исследования способность как бы спит или находится в неактивном состоянии. Но как только в пределах её действия появляется какой-либо магический предмет, артефакт или аномалия, умение срабатывает, и вы видите перед собой трёхмерную карту окружающего пространства с обнаруженной находкой. А так как здесь полно артефактов и различных амулетов, то умение сразу и сработало. Но это не единственная особенность данного режима. Во-первых, он для своей работы требует намного меньше магической энергии, так как только магический предмет пропадёт из зоны видимости умения, то оно обратно перейдёт в спящий режим. Проверить мы это не сможем, но уверяю вас, это так и сработает. И во-вторых. В этом режиме умение сработает, как только заметите любые магические аномалии, представляющие для вас угрозу, и пометит моргающим ярко-красным светом с пиктограммой черепа над ним.

– Не понял, – помотал головой Руди.

– Он говорит о ловушках и прочих сюрпризах, – объяснил ему Слонг и уточнил у меня: – Я прав?

– Совершенно верно, это ловушки и другие опасные для жизни объекты, начинённые магией, включая найденные артефакты и аномалии. И к таким предметам лучше не приближаться, а передать информацию о них нам лично, чтобы мы в дальнейшем сами приступили к их исследованию.

– Это серьёзный плюс в работе артефакта, – прокомментировал моё дополнение Тлог. – Этот артефакт, судя по всему, действительно был создан для поисковиков или исследователей новых миров. Не думал, что у Древних была надобность в чём-то подобном. А вон глядишь ты.

Тут в наш разговор всё же вклинилась Тея, которая всё-таки не выдержала и спросила у меня, видимо, то, что её давно мучило. Но начала свой миниатюрный допрос она издалека:

– Ты хоть примерно представляешь себе ценность подобного артефакта и той способности, что он даёт?

– Только примерно, – честно ответил я. – Именно поэтому я и оставил этот артефакт себе, так как не смог сориентироваться и точно определиться с его ценой.

– Понятно, – кивнула она, а потом, глядя мне прямо в глаза (вот оно, то, ради чего она хотела со мной поговорить), спросила: – И откуда у тебя столь ценная вещь? Я никогда не видела настоящих, действительно подлинных артефактов Древних, но сдаётся мне, что это именно оригинал как раз из тех времён.

– Не знаю, – всё так же честно ответил я, – мне этот артефакт достался по случаю.

– Так, вместе с подробным описанием и инструкцией, как его использовать, и достался? – скептически переспросила Тея.

– Ну да, – пожал я плечами.

Девушка недоверчиво всмотрелась мне в лицо, но ни капли лжи там не увидела, да и по ауре определить, что я в чём-то солгал, ей не удалось.

Да я и не лгал, всё это чистая правда. Достался мне этот артефакт от изготовителя вместе с полной инструкцией к нему. Как я мог не понимать принципов работы того, что сам же и создал?

А потому Тея, сделав, видимо, какие-то свои выводы, тихо спросила:

– И кто же тебе его дал?

Я немного подумал и, мысленно усмехнувшись, так же тихо, практически шёпотом, ответил:

– Я думаю именно тот, кто его и сделал когда-то.

– Что? – неподдельно изумилась девушка.

Да и остальные не остались безучастными.

– Ну да, – подтвердил я свои слова.

В зале возникла гробовая тишина.

Ну а чего они хотели? Ведь я сам себе выдал этот артефакт и сам же его сделал. Ну, кроме инфокристалла. Поэтому и получается, что подарил его мне тот, кто его изготовил. Как я и говорил, всё чистая правда.

– Почему-то меня это совершенно не удивляет, – вдруг со своего кресла произнёс Слонг.

Все повернулись на его голос.

– Поясни, – попросил Тлог.

– Всё просто, – ответил телохранитель. – Если бы тут речь шла о каком-то простом челе, у меня, возможно, и возникли бы какие-то вопросы, но мы говорим о Баге.

Как-то мне не понравился тот оборот, который принял наш разговор, и я постарался вклиниться в него.

– Да бросьте вы, это лишь простое стечение обстоятельств и небольшое везение, ничего больше, – махнул я рукой и перевёл разговор на другую тему: – Вообще-то это всё, что я хотел вам сказать, и теперь жду от вас детального плана по развитию вашего подразделения. График принятия в гильдию, это право для вашего подразделения, я официально делегировал Гленае. Она во время обряда может как принять ваших нейтралов в гильдию, так сразу же провести ритуал инициации нашего, теперь уже гильдейского умения.

– Это понятно, – кивнул Тлог.

– Тогда, господа, я вас больше не задерживаю, – развёл я руками. – Забирайте Гленаю и организовывайте массовое вступление своих нейтралов в нашу гильдию. – Я повернулся к Слонгу: – Ты и твои люди головой отвечаете за её безопасность. Ты прекрасно понимаешь нынешнюю ценность Гленаи для нашей гильдии.

– Я всё понимаю, – подмигнув мне, ответил телохранитель, – я понимаю даже гораздо больше, чем мне хотелось бы.

Не знаю, честно говоря, что он имел в виду, однако, не подав виду, я сказал:

– Тогда ты лучше меня знаешь, что нужно делать.

– Да, – уже гораздо серьёзнее кивнул тот.

– Прекрасно, – ответил я и обратился к Тлогу, его подчинённым, Слонгу и Гленае: – Начинайте работу. Я так понимаю, найти вас можно будет в вашей резиденции, да?

– Да, – подтвердил Горбун.

– Хорошо, – кивнул я, – и, повторяю, позаботьтесь о Гленае. Она ваше главное сокровище.

– Мы это прекрасно понимаем, – сказал Тлог.

– Ну, это я так, напомнил на всякий случай, – отшутился я. – Постарайтесь не слишком напрягать её с принятием новых членов в гильдию, всё равно за один день она всё сделать не успеет. Да и за неделю не справится.

Горбун лишь склонил голову, соглашаясь со мной.

– Лучше первыми принять в гильдию тех, кто достаточно быстро сможет освоить и научиться использовать данную артефактом способность. Тогда эти нейтралы уже в ближайшее время будут готовы к первым пробным поисковым экспедициям. Рекомендую начать с нашего и соседних миров. Гленая найдёт вам несколько интересных мест, и наши поисковики исследуют их.

Тлог, Руди и их бухгалтер посмотрели на меня так, как смотрят на несмышлёныша, пытающегося разъяснять взрослым дядькам прописные истины.

– Всё понял, – посмотрев в их такие всё понимающие глаза, сказал я, – умолкаю. – И, ещё раз взглянув на них, пожелал: – Ну тогда удачи нам в этом начинании.

– Удачи и вам, – вторил мне Тлог, – у вас наверняка ещё не все.

– Есть пара дел, – кивнул я. – Потом пойдём проверим нашу резиденцию, да и ещё одно место хотелось бы посетить. Да, кстати… – Я взглянул на Гленаю: – Прости, вы ведь в этом мире оказались не просто так. Как я понимаю, ты почувствовала здесь что-то действительно мощное?

– Да, – согласилась девушка, – но то место, что мы хотели проверить, уже обыскали бандиты. – Гленая непроизвольно передёрнула плечами.

– Не переживай, – сказал я ей, – у меня есть точные сведения, что они там ничего не нашли.

– Значит, там ничего нет? – разочарованно спросила Гленая.

– Нет, просто они плохо искали, вернее, у них было не так много времени, – ответил я.

– Откуда тебе это известно? – удивилась она.

– Свои источники, – неопределённо ответил я.

– Тогда это место ещё раз нужно проверить, – задумчиво проговорила девушка.

– Верно, – согласился я, – и поэтому я хотел бы его посетить сегодня, когда закончу свои дела здесь.

И я попросил девушку дать описание того места, что она почувствовала.

Получив их, я поблагодарил Гленаю за помощь и отпустил всех заниматься своими делами. Наши новые партнёры покинули зал. В нём остались лишь мы с друзьями, саркалки, Грон с дочкой, невеста Лираса и Дэгая, приёмная дочь наёмника из отряда Грона.

– Так, теперь вы, – обратился я к Лее и Нее. – Я заметил, что у вас не очень качественные мечи. Можно на них взглянуть?

Девушки переглянулись, но, не став возражать, вытащили из ножен мечи и протянули их мне.

«Да, сталь так себе. Хлипковатые клинки. Оружие не для таких бойцов, как эти две девочки, – подумал я. – Нужно это исправить».

Заметив то, с каким выражением я посмотрел на их оружие, девушки немного смутились. Я никоим образом не хотел их обидеть, просто мне почему-то казалось, что вооружены они должны быть гораздо лучше. Всё-таки они дочери одного из правителей саркалов… Похоже, они и правда из дома уходили в большой тайне, взяв лишь то, что смогли достать, не вызывая подозрений.

«Это неправильно», – подумал я, глядя на столь великолепных воинов, и у меня было что им предложить.

– Нея, Лея, у меня есть два клинка. Сначала я думал, что они парные, но, увидев, как вы работаете вместе, понял, что какой-то неизвестный мастер их создавал для пары воинов с вашей техникой боя. А потому… – Я извлёк из инвентаря, а потом вытащил и из своей сумки пару трофейных мечей, которыми владел один из бандитов, с которыми мы сражались у дома мастера-кожевенника. – Вот, это вам. – Я передал клинки девушкам, посмотрел на них, вспомнил кое-что из нашего с ними скоротечного боя и, скрестив руки, поменял клинки местами: – Так будет правильнее.

Девушки осторожно приняли из моих рук протянутые им подарки.

– Они великолепны! – с восхищением рассматривая своё оружие, воскликнула Нея. – Такого нет даже у лучших из лучших! – И спросила, глядя на меня: – Они из адамантита?

– Насколько я разбираюсь в оружии, да. Только с какими-то небольшими примесями.

– Клинок из чистого адамантита бесценен, поэтому их практически не найти в открытой продаже, – прокомментировал Трон увиденное, – но и это оружие очень дорогое. Изделие кого-то из мастеров с нижних планов, не местное. Здесь не принято изготавливать клинки со столь высоким содержанием такого ценного металла. – И он кивнул на зажатые в руках у девушек мечи.

– Обычно, чтобы скрыть подделку или невысокое качество металла, его покрывают магической патиной, придавая клинку чёрный цвет. Но эти мечи сами по себе тёмные. Значит, содержание адамантита в них никак не меньше половины. Дорогое оружие.

– Да ещё и зачарованное, – добавил Лениавес. – На клинки наложено по несколько плетений. Что неудивительно: адамантит хорошо сочетается с любым типом магии. Здесь я могу чётко различить укрепляющее его прочность плетение, что-то из школы жизни и какие-то вкрапления магии смерти. Необычное сочетание. Что скажете? – спросил он у Эреи и Теи.

– Сюда бы Мука, – ответила Тея, – я незнакома с подобным плетением, но мне кажется, что оно как-то связано с невозможностью заживления нанесённых этим оружием ран. Вернее, с их большой болезненностью и медленным выздоровлением.

– Похоже на то, – согласилась Эрея. – Кроме того, на оружие наложено отравляющее плетение. Магический яд. Очень опасен. И странный обратный канал. Оружие во время боя, нанося противнику раны, вытягивает из него жизнь. Именно поэтому раны должны очень долго заживать. Магия смерти не даёт каналу разорваться, оставляя раны раскрытыми. Очень опасное оружие, – резюмировала девушка.

– Всё верно, – кивнул я, – это оружие войны, а не поединка или драки. Это оружие предназначено для уничтожения врагов, для убийства. Поэтому я могу доверить его только столь искусным и умелым бойцам, – кивнул я саркалкам.

Девушки растерянно посмотрели на меня.

– Мы не можем принять столь дорогие подарки, – наконец произнесла Лея, пытаясь вернуть мне клинок.

Нея тоже вложила меч в ножны и протянула его мне.

– Почему? – не понял я.

– Это личное, – тихо ответила Нея.

– Ну, вот пусть личным и останется, – сказал я. – Оставьте оружие себе или выбросьте его.

– Но как? – всё ещё колебались сёстры, переглядываясь между собой.

Я, конечно, понимал, что это как-то связано с их обычаями, но не собирался менять своего решения. Я даже нашёл в сети, что оружие для саркалов – это аналог колец, браслетов и прочего драгоценного барахла. Они не носят бесполезных украшений. Для них лучшим и единственным подарком является оружие или доспехи, или то, что повысит их эффективность и мастерство. И не удивлюсь, если аналогом супружеского подарка у них является оружие. Это же раса воинов.

Но эти мечи будто специально были созданы именно для них. А потому коль судьба свела меня с двумя этими девушками, то я просто не вправе оставить столь великолепные клинки без столь же восхитительных и прекрасных хозяек.

– Это ваше оружие, – завершил я разговор и отвернулся от девушек.

У меня за спиной раздался звук, характерный для вкладываемого в ножны оружия.

«Так-то лучше, красавицы мои», – мысленно улыбнулся я.

– Все дела здесь у нас уже практически завершены, – обратился я к оставшимся в зале моим друзьям и членам нашей гильдии. – Сейчас я поднимусь наверх, чтобы закрыть последнее наше дело, потом мы зайдём на задний двор, захватим кое-кого и двинемся в нашу резиденцию. Посмотрим, как там дела у Мука. Вопросы?

– А что за дело у тебя осталось? – спросила Тея.

– Нужно вернуть долг одному нейтралу, я с ним рассчитаюсь и спущусь. Вы же можете пока подождать меня здесь или в общем зале.

Лениавес ответил за всех:

– Думаю, разумнее будет подождать тебя здесь.

– Хорошо, я быстро.

И я не мешкая вышел. Нужно было рассчитаться с минотавром. Не люблю быть кому-то должен.

Регус пришёл в себя поздним утром. Он прекрасно помнил, что произошло вчера. Но сейчас он почему-то находился в своём номере и в своей кровати.

Где его стая, его последняя надежда спасти сына? Он возлагал на эту сделку такие надежды! Но из-за этой нелепой случайности он не смог выручить за неё даже одного ломаного кредита! Эта глупая девчонка всё испортила! И поэтому он взбесился. Он готов был разорвать её на клочки за это.

Наёмник никогда не был особо добрым или хорошим нейтралом. Но и никогда не бесчинствовал. Он всегда старался держать себя в руках. Он знал, кто он, и поэтому всегда контролировал свои действия и поведение. Но в этот раз сорвался. Потерял контроль. Красная пелена и ярость затмили ему глаза. Регус понимал, что девчонка, может, и правда ни при чём, что она не виновата в случившемся, но злость и бессилие породили в нём волну безудержной ярости. Не на неё, нет. На себя и тех, кто так подставил его.

А потом был провал. Он помнил, что за девчонку вступился какой-то чел. Он представился каким-то её родственником. Вроде хотел договориться о чём-то и что-то предлагал. Но в ушах Регуса барабаном билась бурлящая, клокочущая бешенством кровь, и он не слышал ничего, кроме её ударов.

А дальше лишь мгла.

Что произошло? Как он оказался здесь? Почему до сих пор жив? Ведь когда он становился берсеркером и пелена ярости застилала ему глаза, остановить его могла только смерть или травма, и то не сразу. Но сейчас он даже не ранен.

Непонимание. Страх. Страх не за себя, за сына. И главное – бессилие что-то изменить, как-то повлиять на события.

Он в ярости сжал кулаки, скомкав одеяло, попавшееся к нему в руки.

По комнате прокатился рык.

«Убью!» И непонятно было, против кого направлен этот возглас.

Он не сможет вовремя достать деньги. И эти гады убьют заложников. В том числе и его сына.

Регус резко сел. Сейчас он был готов на всё. И потому сам найдёт тех, кто похитил детей этих ублюдков из совета торговой палаты. А также его сына, учившегося с ними в одной школе. Он никак не был связан с делами совета, но их тёмные делишки ударили по нему и его семье. Вернее, тому единственному, что у него осталось от неё. Его сыну.

В этот момент его блуждающий взгляд наткнулся на воткнутый в стол кинжал. Его собственный кинжал.

«Что это? Как он здесь оказался?» – подумал Регус и, поднимаясь с кровати, подошёл к столу.

На столе, приколотая кинжалом, лежала записка. И она явно была от того самого чела. Он обещал зайти в полдень и заплатить даже немного больше, чем рассчитывал получить наёмник, если Регус не будет поднимать шумиху и ответит на пару его вопросов.

«Что у него могут быть за вопросы ко мне? – задумался миносец. – Разве что о стае. Точно, ведь она дикая, и ею не просто управлять. Если вообще возможно».

Регус и сам намучился с ними, пока доставил из мира, где они были пойманы, сюда. Благо, ему встретился этот маг, что продал ошейники подчинения, как он их называл.

«Видимо, об этом и хочет узнать чел», – решил Регус.

И скрывать он ничего не собирался, если чел и правда даст ему обещанную сумму, то он выполнит свои обязательства перед ним, а у самого наёмника будет шанс спасти сына.

Вариант, когда придётся мстить за него, он не хотел рассматривать, но весь опыт воина и наёмника заставил подумать его и об этом. Только эти гады и не догадываются, что вместо денег они получат нечто совершенно другое. И это другое вряд ли им понравится.

А потом он разберётся с советом. Теперь денег ему должно хватить. Его накопления за несколько лет службы наёмником, то, что он смог выручить, продав свой дом и прочее имущество, кроме оружия и доспехов, плюс деньги, что он должен получить от чела… Набиралась достаточно солидная сумма. Правда, даже её не хватало на то, что потребовали похитители, но больше денег ему взять было попросту неоткуда.

Но зато набранная сумма способна с лихвой окупить проведение одной операции. Её хватит и на то, чтобы собрать небольшой отряд, большой там и не нужен, слишком будет заметен, и на то, чтобы заплатить информатору. А информатор был необходим. Регус знал, что обычно заложников не возвращают. Или стараются выдоить куриц, несущих золотые яйца, в данном случае торговцев, до последнего кредита, или же, если бандиты несколько умнее и не так жадны, то после нескольких полученных выплат они обрубают все концы, чтобы на них никто не смог выйти.

Миносец был уверен, что ковену, с которым у совета было какое-то большое дело и которое сам совет из-за своей невероятной жадности в конце концов провалил, больше нужны жертвы для алтаря, чем деньги совета. Но тем, кто напрямую участвовал в похищении и выдвинул такие непомерные требования о выкупе, явно нужны именно деньги. И они решили получить их из двух источников. От заказчика и от жертв. И это дало шанс ему, Регусу.

В тот единственный раз похитители обещали показать, что заложники ещё живы, и это как раз и давало ему шанс на спасение детей. Но он должен был узнать, где состоится обмен, а совет, прекрасно зная его нрав, закрыл для него эту информацию. Его вообще исключили из гильдии, чтобы он не смог сорвать передачу денег. Эти слизняки из совета гильдии всё ещё надеялись, что с детьми всё будет в порядке.

«Что за нейтралы? Ведь многие из них бывалые наёмники, да и торговцы они неглупые, но, как только занимают места в совете, сразу превращаются в каких-то слюнявых идиотов, – думал Регус. – И это одна из самых сильных магий, о которых я слышал!»

Поэтому он и нашёл информатора в гильдии. Секретарь совета. На него практически никто не обращал внимания. Но именно этот мелкий демон всегда обо всём знал. Но и брал за информацию немало.

За размышлениями миносец не заметил, как прошло отведённое до встречи время. Раздался стук в дверь.

– Входи, – рыкнул Регус.

Дверь отворилась, и в комнату вошёл обычный, не слишком высокий чел. За плечами у него была пара мечей, возможно, ещё какое-то скрытое оружие, но с ходу видно его не было.

– День добрый, – спокойно произнёс он и, подойдя к столу, уселся напротив миносца.

«И это тот, кто, предположительно, одолел меня? – удивлённо разглядывая не слишком крупную фигуру чела, подумал Регус. – Видимо, ему помогли».

В голове миносца не укладывалось, что его, воина одной из самых физически сильных рас нижних миров, смог одолеть в бою чел.

«Может, он маг? – всё так же разглядывая его, продолжал оценивать своего бывшего противника Регус. – Но нет, не похож. От тех всегда несёт спесью, какой-то внутренней силой и энергией. А в нём этого нет».

Вернее, сила-то есть, но откуда она?

Молчание затягивалось.

– Я Баг, – наконец произнёс чел, – у меня к тебе есть пара вопросов, и я принёс деньги за стаю.

– Слушаю, – коротко бросил ему миносец.

Чел залез рукой в сумку и вытащил три пачки денег.

– Тут сорок пять тысяч, – сказал он, передвигая две большие и одну упаковку поменьше к Регусу. – Пересчитаешь?

– Нет, – мотнул головой мощный демон, – я тебе верю.

Он действительно был уверен, что этот чел, которому бы следовало его опасаться и который сейчас совершенно спокойно сидит напротив, его не обманывает.

– Хорошо, – кивнул чел. – Тогда ответь на несколько вопросов, и я пойду.

– Спрашивай, – откликнулся Регус.

– Как давно и где ты приобрёл эти ошейники?

Миносец ожидал именно этого вопроса и поэтому сразу ответил:

– Два перехода[12] отсюда. Мир называется Негос. Там недалеко от телепортационной площадки начинается торговый квартал. Где-то возле правой городской стены, практически сразу на рыночной площади есть небольшая лавка. Хозяин – маг Луроск. Именно он продал мне эти ошейники.

Пока Регус рассказывал, я быстро разыскал карту этого мира и соотнёс его рассказ с тем, что на ней было отображено.

И что меня удивило. Хоть эта карта и была достаточно старой и очень давно не обновлялась, больше шестисот лет, лавка этого мага на ней была отображена, и хозяин у неё был тот же, что назвал миносец.

«Это наш клиент», – понял я.

Больше вопросов на эту тему к Регусу у меня не было, всё, что нужно, я узнал.

Но что-то ещё не давало мне покоя. Что-то не позволяло просто так встать и уйти. Что-то в самом минотавре, в его поведении.

Моё появление явно вернуло ему надежду. Но на что? И, как подсказывала интуиция, дело, которое беспокоило Регуса, как-то связано с тем, что впоследствии будет нужно мне. А поэтому…

– Извини, – произнёс чел, – я понимаю, что наши дела уже закончены, но, как мне кажется, мне есть что тебе предложить.

– И что же это? – поинтересовался наёмник.

– Помощь неплохого разведчика.

Миносец с удивлением рассматривал сидящего напротив него чела. В том, что тот мог быть разведчиком или, что более вероятно, вором – те тоже предпочитали не светиться и называли себя так же, хотя работали зачастую даже намного лучше и эффективнее профессиональных разведчиков, особенно в городских условиях, – он не сомневался. Слишком уж свободно и комфортно этот чел чувствовал себя как здесь, разговаривая с ним, так и вчера в зверинце. И у таких нейтралов очень часто были свои связи в различных кругах.

«Вон, вчера он точно был в сопровождении мага, и, по-моему, не слабого», – вспомнил кое-какие детали вчерашнего дня Регус, хотя, конечно, в магах он разбирался не очень хорошо.

А значит, он и правда мог пригодиться, оценка и разведка местности подобными спецами зачастую решает исход предстоящего боя.

– И почему ты так решил? – спросил Регус, желая узнать причину предложения этого чела.

Ведь насколько он знал, никаких особых поводов к тому, что он может чем-то быть полезен, минотавр дать не мог. Они и виделись с этим челом всего второй раз в жизни.

– Ну… – протянул чел, назвавшийся Багом, – я тут навёл кое-какие справки о тебе, – сказал он, – и мне стало интересно вот что. – Этот странный чел немного помолчал. – Во-первых, я узнал, что ты наёмник, специализирующийся на организации и охране торговых караванов, курсирующих между внешними и нейтральными мирами. И зарекомендовал себя как высококвалифицированный профессионал, спокойный и расчётливый, никогда не делающий себе и своим подчинённым поблажек и выполняющий порученную работу на высшем уровне. За всё время твоей работы было всего несколько неудач, связанных с организацией охраны. Но, как я понял из отчётов, в тех случаях присутствовали или причины непреодолимой силы, вроде лавины, в которую вы попали из-за ошибки мага, или предательство и сговор, от которых никто не застрахован. Но и тогда ты смог вовремя отреагировать и устранить угрозу как внутреннюю, так и внешнюю.

Регус удивлённо смотрел на молодого чела, который сейчас подробно рассказывал ему о проводимых им операциях. И рассказывал то, чего не знал даже сам наёмник.

«У него точно есть свои источники информации, – понял он, – и сидят они где-то в совете гильдии торговцев».

Между тем чел продолжал рассказывать:

– Но тогда мне совершенно непонятно твоё вчерашнее поведение и твоя реакция. Это первая странность. Второе: я сказал о том, что ты работаешь на торговый совет одного из миров, но тут есть небольшая неточность. Ты работал на них ещё несколько дней назад. Но сейчас это не так. Контракт с тобой разорван по неизвестным причинам. Но мало того, что тебя отстранили от дел, так ещё и выгнали по их просьбе из гильдии наёмников. А это уже достаточно серьёзно. Мне знаком отряд наёмников, который попал в точно такую же ситуацию. Так там были затронуты интересы нескольких гильдий и решались вопросы по полной смене руководства в одной из них. Но гильдейцы решили всё гораздо проще: они убрали неугодных наёмников из гильдии, дав им при этом волчий билет и бесполезный месяц на то, чтобы они нашли для себя новую гильдию. И ты понимаешь, что с такими рекомендациями для них это практически нереально было сделать. – И чел посмотрел на наёмника, ожидая его реакции.

Регус кивнул, показывая, что понимает ситуацию, в которой оказались его собратья по несчастью.

– Хорошо, – сказал чел, – тут меня заинтересовало совершенно другое. Почему же этот наёмник даже не пытается найти себе другую гильдию, а спешно собирает деньги? Он распродаёт своё имущество, затевает авантюру по продаже бхутов. Можно было бы предположить, что кредиты нужны этому наёмнику или на взятку, или на переезд куда-то во внешние миры. Но нет, наёмник старается найти выход на автономно работающие отряды наёмников и на кого-то в торговой гильдии.

Глаза Регуса начали наливаться кровью, но он старался держать себя в руках.

«Откуда он всё это узнал? – вертелось у него в голове. – Его подослала гильдия? Непонятно и странно».

Но чел ещё не закончил говорить.

– И третье. Я проверил место проживания этого необычного наёмника и постарался выяснить, а не происходило или не происходит ли в том мире чего-то необычного, начиная за несколько дней до исключения этого наёмника из гильдии. И что любопытно, там и правда происходят странные вещи. Члены совета гильдии, где раньше работал наёмник, также срочно начинают собирать деньги, и нужны им достаточно крупные суммы, гораздо больше, чем есть, по моим прикидкам, у нашего гипотетического наёмника. Но и это ещё не всё. Также среди местных курсирует несколько слухов о том, что было совершено нападение то ли на самих членов совета, то ли на их семьи. Ну и последнее: в городе появилась какая-то новая банда, которая подмяла под себя несколько районов и терроризирует жителей города. Но совет гильдий совершенно не вмешивается в их дела, будто закрывая глаза на это.

Регус был поражён. Он даже не понимал, как можно всё это узнать чуть больше, чем за один день?

– И отсюда следует следующий вывод. Что-то у вас там произошло. Что-то, для чего понадобилась кругленькая сумма. И это наверняка должно быть связано как с гильдией, так и с этой странной бесчинствующей бандой. Казалось бы, и ты делаешь то же самое. Но нет, твоя деятельность направлена по несколько иному пути. Ты хочешь вмешаться в ход происходящих там событий, и поэтому ваши дальнейшие пути с гильдией торговцев разошлись. Ну и как последнее следствие – ты сидишь сейчас здесь, и мы беседуем с тобой.

Миносец не знал, что ответить этому странному челу. Тот, не зная совершенно никаких подробностей, смог примерно разобраться в том, что произошло за несколько миров отсюда, при этом он даже не был участником тех событий.

«Невероятно», – подумал Регус.

Теперь он понимал, как должен работать настоящий информатор и разведчик. Но почему этот чел предложил ему помощь, он всё ещё не уяснил.

– Зачем ты сейчас мне всё это рассказал? – напрямую спросил у Бага миносец.

Тот немного подумал и, посмотрев ему в глаза, ответил:

– Из-за тебя. – И, пожав плечами, пояснил: – Нашей гильдии нужен такой специалист, как ты. И поэтому я готов оказать тебе помощь в ответ на твоё согласие в дальнейшем вступить в нашу гильдию и сотрудничать с нами.

Миносец замер. Только вчера он хотел убить этого чела, а сегодня он недвусмысленно вербует его в свою гильдию.

– Что ты можешь предложить? – даже не раздумывая, спросил у чела Регус.

– Чтобы сказать, что я могу предложить, мне нужно знать детали, что же там у вас произошло на самом деле, а не руководствоваться одними моими догадками. Иначе никак, – развёл чел руками.

Наёмник колебался не долго, терять в общем-то ему было совершенно нечего, и потому он начал свой рассказ:

– Пять дней назад из одной частной школы мира Дионис были похищены все дети. Обучалось их там немного, всего двадцать нейтралов. – Он пристально посмотрел на Бага. – В этой частной школе учились дети членов совета Торговой гильдии, в которой на тот момент я и работал. И мой сын также учился в той школе, хотя я и не принадлежу к совету, но я сумел договориться об этом с ними, и мне не отказали. – Демон ненадолго замолчал. – Как я узнал уже после происшествия, некоторые члены совета гильдии заключили договор с одним запрещённым ковеном. Не все, конечно, только несколько подонков. Но из-за этого пострадали все. Не знаю, что там точно произошло, но, как я понял, гильдейцы пожадничали и не смогли обеспечить сохранность груза ковена. А с этими личностями шутки плохи. И ковен решил показательно наказать провинившихся. Они, не особо разбираясь, кто прав, кто виноват, ударили по всему совету гильдии. И ударить они решили по самому больному месту для многих – по их семьям. Они похитили всех детей совета, что были на тот момент в школе. С ними пропал и мой сын. – И миносец снова на несколько мгновений замолчал, а потом уже гораздо тише продолжил: – Я не понаслышке знаю, как работают ковены, приходилось несколько раз сталкиваться с последствиями их деятельности, и поэтому сразу предложил готовить спасательную операцию. Но слизняки из совета так боятся с ними связываться, что предложили им выкуп за детей. А я уверен, что эти деньги уйдут тем, кого ковен нанял их похитить, самим похитителям. Самим же этим фанатикам от магии плевать на деньги, им нужна месть, наказание и жертвы, которые они смогут принести, чтобы получить лишнюю капельку силы. То, что планирует совет, – это пустая трата времени. Но они не хотели меня слушать. Именно поэтому меня и вытурили из гильдии и с работы. Я стал им мешать. Они боялись, что я сорву сделку и передачу денег. Но я не могу этого так просто оставить. Я знаю, что они действуют неправильно. И поэтому сам хочу разыскать детей и постараться или освободить их, или, по крайней мере, обеспечить им прикрытие, чтобы они сумели выжить после получения денег.

Чел сидел и молча кивал.

– Такая вот история, – тихо закончил Регус.

– Понятно, – произнёс Баг и задумался над только что услышанным рассказом. Неожиданно он встрепенулся и спросил у миносца: – Сколько у нас времени, хотя бы примерно?

– Ещё четыре дня, это точно. Я это узнал случайно, когда искал выход на секретаря гильдии.

– Хорошо, – кивнул чел. – Этот секретарь точно в курсе того, где будет происходить обмен, и, может, он знает больше? Слишком уж он у вас проинформирован. Без чьей-либо помощи внутри гильдии всё равно провернуть такую операцию не получится. Так что он вполне может дать выход и на похитителей.

Регус удивлённо смотрел на размышлявшего вслух чела. Сам он никогда не смог бы связать эти факты, да и сейчас он не очень улавливал нить размышлений этого не слишком понятного разведчика, или всё-таки вора?

Закончив что-то обдумывать, Баг посмотрел на миносца:

– Я тебе помогу. Постараюсь выяснить всё о похитителях и их нанимателе. Также у меня есть выход на одну гильдию, которая очень интересуется деятельностью различных ковенов. Думаю, пары дней мне на это должно хватить. Теперь что потребуется от тебя. Первое – это имя того демона в гильдии.

Регус назвал имя секретаря гильдии, где тот живёт и как его найти.

– Хорошо. Второе. За эти два дня тебе нужно собрать отряд из трёх-четырёх нейтралов, это на твоё усмотрение, и вы должны быть готовы к проведению небольшого штурма или спасательной операции. Я постараюсь заручиться поддержкой магов на случай, если там будет кто-то из ковена.

Миносец лишь успевал кивать. Такой хватки от этого с виду обычного чела он не ожидал.

– Тогда последнее. Где и как мне тебя найти через это время и в случае, если появятся какие-то экстренные новости?

Только миносец открыл рот, как чел перебил его:

– Да, и ещё. Постарайся не светиться в том мире, где тебя многие знают.

– Понял, – ответил Регус и, немного подумав, назвал адрес в одном из соседних миров, где жил его старинный приятель и у которого он смог бы остановиться. – Связаться со мной можно будет через него же, он практически всегда или дома, или в своей оружейной мастерской.

– Так и сделаю, – ответил странный гость и, будто перебрав в уме, обо всем ли они поговорили, поднялся из-за стола. – Прости, у меня ещё есть дела. До связи. Я найду тебя через два дня. – И, не прощаясь, направился к двери.

Уже почти когда чел вышел, Регус опомнился и произнёс ему вслед:

– Спасибо.

Тот, не поворачиваясь, лишь кивнул и вышел из комнаты. А миносец ещё некоторое время смотрел на закрытые двери. И почему-то был полностью уверен, что только что кардинально изменилась судьба не только его одного и его сына, но и многих других нейтралов, даже косвенно связанных с этим странным и непонятным челом. И он точно знал, что, главное, именно сейчас решилась судьба как торговой гильдии мира Дионис, так и тех, кто похитил их детей. Но больше всего он почему-то был уверен, что ковену, засветившемуся в этом деле, осталось существовать не больше трёх-четырёх дней.

«Вы сами решили свою судьбу», – подумал он.

Теперь нужно было начать выполнять свою часть договора. Ему необходим небольшой отряд. И он знал, с кого начать в первую очередь.

«Так, с минотавром временно проблема решена, – подумал я, – вернее, не так: мы с ним завершили только одну сделку. Но тут у нас нарисовалось другое общее дело, благо оно не требует немедленного решения. Сегодня закончу с основными делами, а завтра постараюсь приступить к этому».

Так, размышляя о прошедшем с Регусом разговоре, я спускался на первый этаж в общий зал таверны. Но, уже почти сойдя с лестницы, почувствовал разлившееся по залу напряжение. Это было нечто новое. Какая-то смесь страха, желания убежать и убеждённости, что этого делать нельзя. И исходила она, как это ни странно, от обеих саркалок.

«Лучше бы не выходили они в общий зал», – посокрушался я, сделав последний шаг и сумев рассмотреть происходящее.

А поглядеть было на что. У выхода из таверны стояло пятеро воинов. Нет, не так – Воинов, с большой буквы «В». Правда, правильнее всё же будет сказать, что там стоял один какой-то очень важный нейтрал и четверо сопровождающих его лиц. Попросту говоря, и это я отчётливо видел, это был отец девушек, судя по очень большой схожести менто-информационных полей его и Ней с Леей. Остальные же воины – его телохранители.

«Хотя нет, – вгляделся я в бойца, стоящего рядом с крепким и поджарым саркалом, – этот, похоже, какой-то близкий родственник девушек, видимо брат».

И чего им тут только понадобилось?

Да что задавать глупые вопросы, и так всё предельно ясно. Отец явился за девушками, чтобы забрать их домой.

Правда… сначала они просто пришли за девушками, но теперь их интерес однозначно был обязан распространиться и на меня.

Почему я был так твёрдо уверен, что они пришли и по мою душу? Ну, видимо, потому, что, как только я появился в зале, все взгляды сошлись на моей скромной персоне.

Кивок главного в мою сторону – и ко мне заскользило две тени. Их даже заметно особо не было. Так, перетекает серый сгусток вдоль столов в моём направлении.

Не знаю, чего ожидали остальные, но явно не того, что произошло дальше.

А дальше я развернулся и быстро вбежал на наш этаж. Попросту говоря: смело сбежал. Благо до лестницы телохранителям отца девушек было достаточно далеко, и они не могли мгновенно преодолеть это расстояние. Сражаться с ними у меня никакого желания не было, поэтому я быстро зашёл в нашу комнату и забаррикадировал дверь. Потом запер ставни изнутри, чтобы не вызывать лишних подозрений.

«Прыжок» – и я нахожусь в подворотне на улице.

Ещё один «прыжок» – и я напротив двери, ведущей в таверну.

У крыльца расположилось ещё девять саркалов на каких-то неизвестных мне верховых животных, похожих на миниатюрных динозавров, перемещающихся на четырёх лапах. Остальные животные и небольшой экипаж на четыре персоны стояли в стороне.

Протиснувшись мимо них, я вежливо попросил разрешения пройти.

Один особо подозрительный телохранитель осмотрел меня со стороны. Но, не заметив ничего опасного как для них, так и для находящихся внутри помещения, разрешил войти в таверну.

– Спасибо, – улыбнулся я и зашёл внутрь.

Небольшой коридор, у входа ещё два телохранителя.

«Видимо, не слишком доверяет отец девочек жителям нейтральных миров», – подумал я, вежливо кивнув одному из них, пропустившему меня к двери, ведущей в общий зал.

Открываю двери, вхожу.

Картина. Недалеко от входа девушки и остальные мои друзья с напряжением смотрят в направлении лестницы, туда же устремлены взоры оставшегося телохранителя и брата девушек. Их отец, отрешённо прикрыв глаза и о чём-то задумавшись, стоит у ближайшего стола.

– Ну как, – тихо подойдя к Лениавесу со спины, спросил я, – поймали?

Тот сначала не отреагировал на моё появление, а потом, резко отшатнувшись и сделав шаг вперёд, повернулся в мою сторону.

Не удержавшись, делаю страшное лицо и говорю всем:

– Бу.

«Надо в следующий раз немного думать», – отшатнувшись от полетевшего в мою сторону кинжала, я спрятался за жилистой спиной отца девушек.

Тот, как ни странно, совершенно спокоен и невозмутим. Тяжёлым взглядом стал рассматривать меня, вглядываясь в лицо.

– Я тебя не почувствовал, – произнёс он и, махнув рукой, остановил своих телохранителя и сына, двинувшихся в мою сторону с намерением взять меня в клещи. – И страха в тебе нет, – всё тем же спокойным голосом сказал он. – Обернувшись к телохранителю, он указал на лестницу: – Позови их. – После чего посмотрел сначала на Лею, а потом и на Нею: – Приведёте его к празднику посвящения. Выживет, он в своём праве. Нет, я сделаю так, как хотел. – И, не прощаясь, развернулся и вышел из таверны.

За ним потянулся и брат девушек. У самого порога он остановился и, повернувшись к нам, неожиданно подмигнул мне, улыбнулся и хлопнул себя по груди.

– Надеюсь, ты выживешь, – сказал он, – с тобой весело.

Что его могло развеселить, я, честно говоря, не понял. Не моя же глупая выходка? Хотя именно его кинжал сейчас торчал в стене позади меня.

«Может, ему нравится метать кинжалы?» – подумал я.

Брат же моих воительниц, посмотрев на них с какой-то странной ухмылкой, хохотнул и вышел вслед за отцом.

– Курун, – буркнула Лея.

– Ещё хуже, – так же непонятно произнесла Нея.

Но по тону произносимых фраз, да и тому фону, что излучало их менто-информационное поле, мне показалось, что девушки больше обескуражены и удивлены, чем напуганы или расстроены. Они явно не понимали, что сейчас случилось. А вот их брат, похоже, был в курсе этого. И это очень сильно злило девушек.

Через несколько секунд мимо нас проскользнули три телохранителя отца девушек. Я думал, что они проявят хоть какие-то эмоции, но ничего подобного не произошло. Они просто обогнули нас, склонили голову перед Леей, Неей и, как ни странно, передо мной и вышли из таверны.

– Ну и кто мне расскажет, что же здесь произошло? – обратился я к столпившимся у входа своим друзьям.

Все, не сговариваясь, посмотрели на саркалок. Но обе девушки молчали. Правда, эта тишина длилась недолго.

– Как только ты ушёл, – вместо них начал говорить Лениавес, – я заметил, что наши обе знакомые как-то слишком занервничали. Сначала я это отнёс к твоему уходу, но потом понял, что к тебе это не имеет никакого отношения. Их внимание было направлено на что-то другое. И это другое зашло к нам в двери буквально через несколько секунд. Это был как раз тот смешливый паренёк, который сказал, что с тобой весело.

– Это Грон, наш старший брат, – сказала Лея.

– А, понятно, – кивнул оборотень. – Так вот, он что-то сказал им на незнакомом мне языке, и девушки послушно двинулись за ним.

– Он сказал, что в зале нас ждёт отец, – теперь уже Нея тихим голосом прокомментировала слова Лениавеса. – Мы не могли ослушаться прямого приказа отца.

– Угу, я примерно так и подумал, – ответил Лениавес. – Оставлять девушек в столь непонятной ситуации было неправильно, и мы двинулись вслед за ними. Я прикрыл их магически, а Трон контролировал ситуацию. – Ле-ниавес переглянулся с наёмником. – Правда, когда мы увидели тех, кто пришёл поговорить с девушками, то поняли, что нам с ними точно не справиться. Но делать было нечего, мы уже вмешались в их разговор, хотя бы своим присутствием. О чём шла речь, я не понял, но никакой явной угрозы для девушек не было. По крайней мере, так всё выглядело со стороны, – он посмотрел на меня, – до тех пор, пока на лестнице не появился ты. А дальше ты и сам всё видел. Нам, думаю, добавить нечего. Остальное могут сказать лишь Нея с сестрой. – И он взглянул на саркалок.

Обе девушки молчали.

– Ну, так что, вам есть что сказать? – для проформы поинтересовался я, хотя понимал, что эти две упёртые красавицы вряд ли что захотят рассказать, особенно сейчас.

– Сейчас нет, – вдруг твёрдо произнесла Лея, – потом. – Немного помолчав, добавила: – После церемонии посвящения.

«Ну что я говорил», – усмехнулся я.

И прокомментировал её слова:

– Ну да, после этого непонятного посвящения, есть у меня подозрение, я и так всё прекрасно пойму, и говорить мне ничего не придётся, а если я погибну, то тем более. Я всё верно понял?

– Да, – даже и не подумав что-то скрывать или как-то увиливать, согласилась Лея.

– Понятно, – кивнул я. – Когда хоть это ваше празднование должно произойти?

Девушки задумались, что-то подсчитывая в уме.

– Через два с половиной местных месяца, – ответила Нея, – но нам нужно туда прибыть через два месяца. Тебя должны будут проверить наши шаманы и допустить к посвящению. Но никаких проблем с этим не возникнет, – пожав плечами, продолжила она, – очень многие захотят увидеть твою гибель, поэтому тебя пропустят без особых придирок. Даже на то, что ты чел, они закроют глаза.

«М-да, весёлая перспектива, – подумал я, – многие захотят посмотреть, как я отброшу копыта. Что-то мне уже не нравится этот их праздник. А кстати, что это такое?»

В сети нет никакой подробной информации, только то, что все саркалы обязаны пройти посвящение и это самое посвящение определяет их дальнейший статус в клановой иерархии.

– Так вы мне расскажете, что это? – спросил я у девушек.

– Мы не можем, – ответила Нея.

– Почему? – удивился я.

– Мы не знаем, – произнесла Лея, и я чётко видел, что она не лжёт.

Опять возникло неловкое молчание.

Девушкам и правда нечего было рассказать мне, и они смущались своего незнания. Видимо, всё-таки в их мире было что-то укрыто покровом тайны даже от дочерей местного правителя.

– Отец приказал своим телохранителям убить тебя, но потом передумал. Почему? – всматриваясь мне в лицо, вдруг спросила Нея.

– Не знаю, – честно признался я. – Может, он видит несколько больше, чем вы или я?

– Всё может быть… – протянула Нея, всё так же сверля меня задумчивым взглядом.

– Да и брату ты понравился, – поддержала сестру Лея. – Странно, обычно ему никто не нравится.

– Да, странно, – согласилась с ней Нея, продолжая смотреть на меня. – И ещё… – И она чётко проговорила: – Теперь ты равен по статусу любому нашему воину, и любой из них может вызвать тебя на поединок. Будь осторожен. До посвящения тоже нужно дожить. – И посмотрела мне прямо в глаза: – Пожалуйста, не умри.

Эти простые слова заставили меня здорово задуматься.

«В какую же историю я опять вляпался? Непонятно. И разобраться с этим я смогу только через пару месяцев, не раньше. Ну что ж, время есть. Подождём. Да и посмотрим, может, смогу выяснить что-то ещё».

И я уже гораздо спокойнее и увереннее посмотрел на двух сестёр-саркалок. Таких необычных воительниц.

– Прорвёмся, – подмигнул я им.

«Прорвёмся», – подумал я про себя и посмотрел на дверь.

А теперь пора пойти посмотреть нашу резиденцию.

И, не оборачиваясь, я направился к двери, ведущей из таверны, по дороге подхватив под руку Ралию и помогая ей идти. За мной последовали мои друзья, те, кто доверил мне свою судьбу, те, кто в этом далёком и необычном мире стал моей новой семьёй. Семьёй, которая и стала моим новым домом. Домом, к которому мы и направлялись.

– Это недалеко, – сказал я, обращаясь непонятно к кому.

И что было недалеко, никто сказать не мог.

Эпилог

Нейтральный мир Гранкат Прошло пять минут

Тлог и его нейтралы возвращались в лавку, под крышей которой скрывалась небольшая резиденция их теперь уже бывшей гильдии.

Баг был прав, Горбун не хотел менять прежнего места своей дислокации. Ему нравились как само расположение их здания, так и те скрытые подходы, что вели к нему. А в новом качестве его гильдии они могут играть такую же немаловажную роль, как и раньше.

Но сейчас его больше занимало не это, а личность их нового главы. Он уже давно догадался, что этот чел не так прост, как кажется, но он всё равно никак не мог подобрать к нему нужный подход и стереотип поведения. Баг был не слишком похож на знакомых ему нейтралов.

– Так что вы скажете? – спросил он у своих старинных друзей и партнёров, идущих рядом с ним.

Это были те, кто помогал удержаться на плаву их гильдии, не залезть в ловушки, специально расставленные на них, и не свалиться в пучину кровавого хаоса воровских войн, в которые их постоянно пытались втянуть.

– Он из наших, – уверенно произнёс Руди, – слишком специфичны его знания и умения.

– Возможно, – согласился с ним бухгалтер, – только и в экономических вопросах уж больно хорошо он разбирается, и оценку товара произвести может вполне прилично. Если он и из воров, то был никак не меньше казначея гильдии.

– Нет, – помотал головой Тлог, – слишком молод. Да и не слышал я, чтобы кто-то позволил бы уйти кому-то с такими знаниями.

– А вы думаете, его смогли бы удержать? – Руди посмотрел на старого тролля. – Что-то я в этом сильно сомневаюсь. Помните случай с саркалками? И мне как-то не верится в чистое везение или случайность.

– Всё может быть, – согласился со своим старым другом Горбун. Вдруг он остановился и посмотрел на до сих пор молчащего телохранителя: – Слонг, а ты что думаешь? Кажется, твоё мнение несколько отличается от нашего?

Слонг ответил не сразу, будто собирая факты в единую картину.

– Судите сами. – И, загибая пальцы, он стал перечислять: – Простой чел, не маг, каким-то образом умудрился не просто организовать гильдию, но и стать её главой. И зарегистрировал он не простую гильдию, а магическую. При этом недостатка в магах он не испытывает. Как мы видим, у него есть не только связи среди магов, – все поняли намёк на девушек-магичек и молчаливого оборотня, которые присутствовали на переговорах, – но и выход на различные специфические гильдии. Или вы всё ещё думаете, что в нашей лавке он оказался просто так? – И он посмотрел на Горбуна и его подчинённых. – Вам разве не показалось, что этот молодой чел уж слишком хорошо ориентируется в наших реалиях? – И немного перефразировал свой вопрос: – В ваших реалиях?

– Всё верно, – подтвердил его слова Руди, переглянувшись со старым троллем, – мы ведь сразу подумали, что он кто-то из наших. Да и сейчас считаем так же. – Сухощавый демон пожал плечами. – Мнение-то не поменялось.

– Ну вот, – согласился с ними телохранитель, – и мы с моими парнями были примерно того же мнения, но только относительно его принадлежности уже не к вашей, а к нашей гильдии. Надеюсь, вы понимаете, о чём я?

Бывшие воры кивнули.

Слонг же продолжил:

– Мы вообще поначалу подумали: а не прошли ли мы с ним одну и ту же школу? Но слишком уж он молод. По крайней мере, внешне, да и способности к магии должны быть чуть больше. Поэтому, понаблюдав за ним, мы пришли к выводу, что нет, хоть его знания и схожи с нашими, но обучался он где-то в другом месте. В месте, где его недостатки смогли превратить в преимущества.

– И что вы решили? – спросил тролль.

– Думайте, – ответил Слоит. – Связи среди магов. Манеры профессионального убийцы и навыки вора. Умеет общаться и вести переговоры. Разбирается в торговле. Явно прослеживается аристократическое воспитание и несколько десятков поколений благородных предков за плечами, хотя он и старается тщательно скрыть всё это. Манеры, которые не привьёшь даже постоянным обучением и тренировками. Врождённая властность и управленческие навыки. Но главное – его умение слиться с толпой, пропасть за считаные секунды. Раствориться буквально на глазах. И ещё одно: исходящая от него непонятная угроза. Ещё не поняли? – И телохранитель вопросительно посмотрел на своих спутников. Увидев, что они действительно пока не понимают, о ком идёт речь, чётко произнёс: – Тайная стража. Только среди них можно встретить подобных уникальных специалистов, набранных не просто с улицы, а в среде преданных определённой гильдии аристократов, где с пелёнок прививают чувство ответственности. – Он немного помолчал. – Вы ведь сегодня уже общались с представителями подобных структур. А они, как я понимаю, почти сразу смогли рассмотреть в нём родственную душу.

– Ты говоришь о Тайной страже одной из гильдий? – тихо спросил тролль.

Слонг пожал плечами:

– Других вариантов у меня нет.

И он посмотрел в направлении, где располагалась таверна. Вслед за ним туда же посмотрели и все остальные. И в мыслях у них был всего один вопрос: «Во что же они ввязались?» Никогда Тайная стража не выпускает в свободный поиск своих агентов без веской на то причины, а в том, что она есть, никто не сомневался.

Неожиданно Тлог, молча смотревший куда-то им за спину, произнёс:

– А ты знаешь, кажется, мы выбрали правильную сторону.

В его словах было столько уверенности, что всем стало интересно, что же заставило столь подозрительного и осторожного тролля поверить в это. Поэтому они посмотрели в ту же сторону, куда смотрел тролль.

С портальной площадки сходил самый большой отряд саркалов, который они видели в этом мире, и насчитывал он восемнадцать нейтралов и одну запряжённую карету.

– Есть у меня подозрение, что прибыли они в этот мир не просто так, – в заключение сказал тролль и, развернувшись, спокойно пошёл в направлении своей лавки.

Нейтральный мир Гранкат Прошёл один час

Грон решил, что возможность осмотреть резиденцию своей новой гильдии у него ещё появится, а сейчас ему необходимо позаботиться о том, где им сегодня с дочерью ночевать. Один из его знакомых дал пару адресов в этом мире, и он хотел посетить их до вечера, чтобы успеть переговорить с владельцами о возможности аренды жилья на продолжительный срок.

Вот сейчас он и направлялся на окраину квартала наёмников, когда услышал со стороны соседней улицы знакомый голос:

– Грон, малыш, ты всё ещё здесь, какими судьбами?

Удивившись услышанному голосу и обращению, Грон повернулся в его направлении.

Так и есть. К нему, прихрамывая, спешил его старый знакомый, пожилой следователь из гильдии «Синие драконы» демон Тарак. А вслед за ним, стараясь выглядеть степенным и важным, шёл его внук. Правда, при этом так странно и немного смешно перебирая ногами в попытках не отстать от деда, что из-за этого все его старания шли прахом.

– Рад тебя снова видеть, – в ответ сказал наёмник, – в этот раз действительно рад. Обстоятельства встречи сейчас не такие трагичные, как в прошлый раз, – пояснил свои слова Грон.

– Это верно, – согласился с ним старый демон. – А мы всё из этого мира убраться не можем. Только закрыли следствие по вашему делу, как нам тут же подкинули еще одно, не менее занятное.

– Ну, – усмехнулся Грон, – жители наших миров всегда найдут чем вас, дознавателей, занять, найдут вам какую-либо работёнку.

– Так и есть, – согласился Тарак и, кое-что вспомнив, спросил: – Ну а вы как с Селаей, получилось устроиться? Я поговорил со своим другом, но он не сможет вас принять. Правда, у меня есть ещё пара вариантов.

– Да не стоит, – махнул рукой наёмник, – мы уже решили эту проблему.

– О как! – удивился следователь. – Молодцы. Честно говоря, не ожидал, что вы так быстро сможете выпутаться из этой передряги. Расскажешь? У меня есть тоже кое-что любопытное, – загадочно произнёс пожилой демон.

– Пойдём, – согласился Грон.

Его сразу заинтересовали слова Тарака, что их в этом мире задержало ещё одно дело. Каким бы ворчливым стариком ни был пожилой демон, но следователем он был отменным, и его просто так не оставили бы в этом мире расследовать какое-то второстепенное дело. Да и попросить он хотел своего старого друга кое о какой услуге. А тут он сам будто специально на него вышел.

«Судьба», – решил наёмник.

Недалеко от того места, где они встретились, находился небольшой кабак. Туда они и направились. Грон знал, что в таких заведениях всегда есть пара защищённых от прослушивания комнат. В одной из них они и разместились.

– Неплохо, – осмотревшись, оценил Тарак и, повернувшись к своему внуку, сказал: – Обеспечь прикрытие, а то не доверяю я им.

Молодой демон применил какие-то свои уловки и штучки и буквально через несколько минут отчитался:

– Всё чисто. Можно говорить.

Следователь кивнул своему молодому протеже и, повернувшись к Грону, сказал:

– Ну, теперь можно относительно свободно и поговорить.

– Можно, – согласился тот, но не успел и рта раскрыть, как Тарак остановил его.

– Погоди немного. Сейчас мальчонка принесёт нам вина, чтобы рассказ не пересушил нам горло, и начнём.

Молодой следователь намёк понял и исчез за дверью. И буквально через пару минут уже снова был в комнате. Сам он занёс несколько бутылок вина, а за ним скользнула молодая служанка и выставила на стол мясную нарезку.

Посчитав, что внук заказал недостаточно вина, Тарак что-то пробурчал в его адрес. Но тот почти никак не отреагировал на возмущённый взгляд деда, лишь отрезал:

– Нам ещё работать.

– Ну вот ты видишь, с кем мне приходится работать, – в шутку сказал Тарак и потянулся к столу.

Налив по кружке всем присутствующим, он поднял свой бокал:

– За встречу. – Сделал несколько глотков и практически сразу, без какого-либо перехода, заговорил с Троном совершенно серьёзным тоном: – Расскажи, как вы так быстро смогли найти себе новую гильдию?

Трон посмотрел в ставшие очень внимательными глаза своего старого друга и ответил, не став ничего скрывать, уж слишком резко поменялся тон разговора следователя гильдии. И сейчас он нисколько не отличался от того, что был тогда, в особняке ковена.

– Одной молодой гильдии нужны собственные наёмники. Так получилось, что мы оказались знакомы с её главой, хоть сами и не знали этого. Вернее, что именно он – глава гильдии. Вот он и предложил нам работу.

– Они сами вышли на вас? – уточнил Тарак.

– Не знаю, – пожал плечами Трон, – возможно, хотя познакомились мы через одного моего соотечественника. У него с ними были кое-какие дела.

– Ещё можешь что-то о них рассказать? – задал очередной вопрос следователь.

Наёмник не знал, говорить об этом или нет, но потом всё же ответил, так как знал: Тарак именно тот демон, кто сможет распорядиться полученными сведениями именно так, как нужно.

– Их глава читал твой прошлый отчёт и в курсе произошедшего в особняке.

– Вот даже как… – задумчиво протянул пожилой демон. – Это только подтверждает мои мысли.

– Ты о чём? – поинтересовался Трон.

Следователь посмотрел на него долгим изучающим взглядом, а потом, тряхнув головой, ответил:

– Кому же сейчас доверять, если не своим старым друзьям? – Он помолчал пару мгновений. – Я о новом нашем деле. Интересно послушать?

– Я не против, но как на это посмотрит твоё начальство? – спросил у своего друга Грон.

– А, – махнул тот рукой, – никак оно не посмотрит. Все стараются прикрыть свои задницы и усидеть на тёпленьком местечке. Сейчас ты всё поймёшь. – Тарак не очень выбирал выражения, говоря о своём руководстве. Сейчас же он стал рассказывать: – Сегодня тут вырезали практически полностью одну банду и руководивших ими магов одного из ковенов «Пожиратели магии».

У Грона засосало под ложечкой, он, кажется, понял, что за дело разбирает Тарак.

– Слишком много нестыковок и неувязок. В вашем деле хоть было всё относительно ясно. Пришла группа и вырезала всех подчистую. Здесь же было всё несколько иначе. Складывается такое впечатление, что там работали два совершенно разных отряда и задачи, им поставленные, отличались кардинально.

– Почему ты так решил? – спросил у друга Грон.

– Ну, смотри сам, – начал Тарак, правда, повернувшись в сторону внука, он предупредил: – Поправишь, если я где-то ошибусь. – Он немного помолчал. – Первые следы мы обнаружили на одном из нижних уровней. Там на отряд бандитов в пару десятков голов при поддержке нескольких магов была устроена засада. Количество нападавших точно рассчитать не получается. Но мои следопыты по восстановленной магической проекции говорят, что магов, сопровождавших банду, ликвидировали практически одновременно, тогда как плетения массового воздействия при этом не использовались. Что характерно, били наверняка, практически в упор. Получается, что нападавших было как минимум трое. Плюс поддержка. Банде перекрыли все возможные пути отхода, похоронив их под обломками камней. А это ещё несколько нейтралов. Получается, в ударной группе были маги или вооружённые артефактами бойцы. Всю банду уничтожили менее чем за десять секунд. – Тарак переглянулся с молодым следователем. – Хм, интересно. Я как-то на это не обратил внимания, пока сейчас не встретил тебя. Есть одна любопытная деталь. – Он задумался на пару минут. – Да, чувствуется тот же самый почерк. Просто, надёжно и эффективно.

– Ты о чём? – спросил Трон.

– Мы нашли следы одного из выживших, думали, это случайность и его просто не заметили. Но теперь я понимаю, что это далеко не случайность и того специально отпустили. Через него они хотели выйти на остальную банду и их логово. – Он снова помолчал. – И вышли. Я-то думал, что было два отряда, а, похоже, всё-таки один. Хотя нет, – остановил себя Тарак, – второй отряд всё же был. Но обо всём по порядку. Выйдя на базу, где засела основная часть банды, здание оцепили и провели зачистку. И вот тут мы нашли кое-что интересное, и это указывает на ещё одну связь с вашей историей.

– Что? – подался вперёд Грон.

– Маги были прислужниками ковена. Они переправляли рабов. Рабов-магов. А похищениями занималась сама банда. Понять это было несложно, тем более нам мягко, так сказать, намекнули на это.

Наёмник удивлённо посмотрел на старого следователя.

– Нам оставили недвусмысленный знак. Три отрубленных головы в сейфе у главного мага, лежащие на куче ошейников подавления.

– Видимо, и эти кому-то перешли дорогу, – пошутил Трон.

– Есть такое, – серьёзно кивнул следователь, – уже давно поступали сообщения, что в окраинных мирах пропадают небольшие группы молодых и не очень сильных магов, но этому никто не придавал особого значения, они и раньше пропадали. Однако в последнее время эта тенденция значительно возросла, и не обращать на это внимания уже не получалось. И тут – бац, мы находим явную ловчую сеть, раскинутую на магов, но вырезанную подчистую. Похоже, тут были и маги ковена, но думаю, сейчас они или мертвы, или уже скрылись. – И старый демон пожал плечами. – Однако это лишь часть истории. Дальше интереснее. В доме, где засели бандиты, была обнаружена темница. Но она была пуста. И, как утверждают мои специалисты, во-первых, в ней кто-то ранее сидел, а во-вторых, этих неизвестных из дома забрала вторая группа, прибывшая несколько позже первой. – Он посмотрел на внука, как бы говоря: «Продолжай», и тот подхватил речь своего деда:

– Мы постарались выйти на след второй группы, благо они или не скрывались, или, что более вероятно, из-за тех, кто шёл вместе с ними, просто не могли скрыться, но мы их нашли. И даже смогли отследить часть их пути. Но дальше след будто обрубается. Как это возможно, наши сказать не могут. Но по тому направлению, которое мы успели вычислить, у нас получалось, что направлялись они куда-то в сторону портальной площади. – И молодой следователь замолчал.

– Такие вот дела, – закончил за него Тарак.

Трон сидел и думал, рассказать ли старому другу о том, что он сам узнал об этом деле?

– Я тоже могу рассказать тебе кое-что интересное, – наконец решился наёмник, – только это не должно выйти за пределы этой комнаты. – И он пристально посмотрел в глаза своему старому другу.

– Обещаю, – серьёзно кивнул тот и, откинувшись на спинку кресла, приготовился внимательно слушать.

– У меня есть информация по второму отряду и, возможно, частично по первому, – задумчиво начал Грон.

– Откуда? – удивился Тарак.

– Это связано с моей новой работой, – ответил наёмник, не став больше ничего пояснять. Но следователю этого и не требовалось, он просто ждал продолжения. – Мне достоверно известно, что второй отряд вывел захваченных в плен магов. Троих. Девушку и двух парней.

– Точно? – спросил Тарак.

– Да, – кивнул Трон.

– И кто же в них так сильно был заинтересован, что сумел найти их на этом окраинном мире? – полюбопытствовал следователь.

– Дед девушки. Я знаю только его имя. Рехор. Он ледяной эльфар.

Молчание.

– Мне этого достаточно, – тихо произнёс пожилой демон, – теперь многое становится на свои места.

– Видимо, нет, – возразил ему Трон, – мне также точно известно, что бандой и магами занимались другие. Кто – я сказать не могу, так как и сам не знаю.

Тарак вопросительно посмотрел на капитана наёмников:

– О чём ты?

– Это те сведения, что сообщил мне тот, кто привёл девушку к нам.

– С каждым часом всё любопытнее и любопытнее, – проговорил следователь. И, будто размышляя, стал говорить:

– Странные дела последнее время творятся как здесь, так и в центральных мирах. Появление непонятных гильдий и личностей. Активизировались ковены и разные банды. Наши аналитики вообще предположили, что начался передел зон влияния между какими-то влиятельными теневыми гильдиями, которые контролируют всю жизнедеятельность нейтральных миров. И это уже почувствовали многие владетели и главы гильдий. Они не хотят влезать в крупномасштабные разборки, которые наверняка начнутся, и, возможно, в скором времени. Лично же у меня создаётся впечатление, что они уже начались, и первыми в этот конфликт оказались втянуты окраинные миры, так как сильной власти ни у одной из гильдий тут нет. Вот так-то. А для того, чтобы как-то влиять на эти миры, нужно, как минимум, закрепиться здесь. А закрепиться тут смогут только сильные магические гильдии. – Пожилой следователь замолчал, а потом неожиданно обратился к своему другу:

– Так ты говоришь, молодая магическая гильдия?

– Да, – задумчиво ответил ему Трон. Он встал и, подойдя к Тараку, попросил: – Окажи мне услугу. Пробей информацию по некоему челу. Имя Баг. Возраст – от двадцати до двадцати пяти. Воин, разведчик, возможно, вор или убийца. Не маг.

– И кто это? – спросил следователь.

Трон посмотрел ему в глаза и ответил:

– Глава той гильдии, что приняла меня к себе.

Нейтральный мир Гранкат Прошло два часа

«Баг, я проверил все помещения, кроме одного», – отрапортовал мне, как только я вошёл в нашу резиденцию, стоящий прямо у входа Мук.

– Хорошо, – ответил я, – а что за помещение тебе не удалось проверить?

«Зал источника», – ответил тот.

– Чего? – не понял я.

«В доме есть помещение, в центре которого находится слабый по силе, но зато постоянный источник магии, – разъяснил демонёнок, – но это помещение закрыто абсолютным куполом. Я не смог в него проникнуть. Правда, канал поступления магической энергии я создать смог».

– Молодец, – на автомате похвалил я его. У меня были подозрения, что это может быть за комната, но я решил на всякий случай уточнить: – Где это помещение?

«Прямо по коридору», – ответил Мук.

Ну что я говорил, как и предполагал, это комната, в которой обитала Древняя сущность и в которой мы сражались с ней.

– Что это? – удивлённо спросила у меня Тея. – Я чувствую оттуда сильное магическое излучение. Но ведь там ничего нет.

– Есть, – ответил я.

Все посмотрели на меня.

– Там источник магии, правда не очень сильный.

– И откуда он здесь взялся? – удивилась Эрея.

– Ну, я не маг, чтобы ответить на этот вопрос, – пожал я плечами.

Девушки повернули голову к Лениавесу.

Тот подумал и произнес:

– Трудно сразу сказать, но я постараюсь разобраться.

Тут в голове у всех присутствующих раздался мысленный голос Мука.

«Вероятно, это месть за гибель какого-то бога» – эти слова прозвучали равнодушно и безжизненно.

– Чего? – оторопело спросил я.

Да и остальные выглядели не менее поражёнными.

«Там убили бога», – уже более конкретно сказал Мук.

– Кто? – всё ещё с немалым изумлением обратилась к нему Тея.

«Ну, если предположить, что все, кто входил в этот дом до нас, не возвращались, то единственным, кто из него вышел, был Баг. Значит, он». И Мук, потеряв интерес к нашему разговору, стал рассматривать ближайшую витрину, на которой лежала пара заряженных амулетов. Хотя вчера они точно были пусты.

Удивлённые, изумлённые, поражённые взгляды сошлись на мне.

Посмотрев на друзей, я пожал плечами:

– То, что он бог, на лбу у него написано не было, – и, развернувшись, пошёл посмотреть, что же наделали симбиоты со вторым этажом.

– И почему я не удивлён? – услышал я за спиной слова Лениавеса, а потом раздались его тихие шаги, нагоняющие меня.

Нейтральный мир Ролан, Дворец гильдии «Тёмные маги». Кабинет главы гильдии лорда Нуракоса

Лорд сидел и читал предоставленный его секретарём отчёт.

Кто-то вмешался в его личные планы. Деятельность нескольких подконтрольных ему ковенов разрушена. Прервана поставка магического сырья для пополнения накопителей. Сорвалось покушение на дочь главы гильдии «Ледяное пламя». Складывалось такое впечатление, что кто-то целенаправленно начал играть именно против него, лорда Нуракоса. И главу гильдии «Тёмные маги», одного из старейших жителей нейтральных миров, это особенно раздражало.

Он впервые за долгое время не был в курсе того, что происходит. Но вместе с этим в нём проснулось какое-то странное чувство. Какой-то непонятный азарт и ожидание.

«Ну что ж, поиграем», – мысленно потёр он руки, достал пергамен и стал что-то писать.

Нейтральный мир Гранкат, Где-то на нижних уровнях

– Ты уверен, что это именно то место? – спросил у меня Лениавес.

– Да, – сказал я, ощущая сильнейший магический фон вокруг нас, – разве ты не чувствуешь?

– Ну… – протянул оборотень, – есть что-то странное, но это не тот тип магии, с которым мне обычно приходилось иметь дело.

И я полностью с ним согласен. Такой странный спектр лично мне встретился впервые. Да, похоже, и не только мне.

Мы с Лениавесом решили проверить найденное Гленаей место с сильнейшим магическим фоном. Его мы нашли по выданным ею координатам, фон тоже присутствует, но, как и говорили бандиты, это место какое-то странное. Взять хотя бы то, что Лениавес сильнейшее местное магическое излучение практически не замечает, так же как и Лирас, который напросился с нами. А вот сама Гленая, артефакт бандитов, моё поисковое плетение и я сам прекрасно видим и чувствуем это место. Это было необычно.

Но что ещё более необычно – излучение шло именно отсюда. Не с нижнего или верхнего уровня, нет, именно отсюда.

«Сканировать пространство», – отдаю я команду кластеру и ментоинтерфейсу.

Ничего.

«Симбиоты, вы что-то можете сказать?» – обратился я к тем, кто разместился в моём ментальном теле.

Сначала тишина. Потом неожиданно раздался тихий и какой-то непонятно шепчущий голос:

«Рядом пространственная плоскость».

Ясно, это мне ответили новые симбиоты, с которыми я ещё не общался.

«Сможете её открыть? Оттуда идёт сильнейший магический фон».

«Потребуется время», – ответили мне.

«Сколько?»

«На ваш пересчёт пятьдесят семь минут».

Ну, мы сюда добирались практически три часа, так что час уж сможем подождать.

– Нужно подождать, – сказал я, обращаясь к своим.

– Как долго? – уже знающий мою привычку мало что объяснять, спросил Лениавес.

– Где-то с час.

– Понял, – вздохнул тот и сел у стены на землю.

Лирас, удивлённо взиравший на эту картину, хотел было задать какой-то вопрос, но корнол мотнул головой, остановив его:

– Бесполезно, не ответит или будет нести какую-нибудь чушь. Лучше выполнить, что он просит. Как ни покажется странным, обычно он не подводит.

Молодой маг посмотрел на меня, потом на оборотня, кивнул ему и пристроился рядом.

Я решил пока отдохнуть и, казалось, только прикрыл глаза, как в моём сознании раздался голос симбиотов:

«Мы всё сделали».

Сев, я огляделся, но ничего необычного не заметил. И только потом до меня дошло, что смотреть нужно не по сторонам, а вниз.

– Это что? – проследив за моим взглядом, спросил Ле-ниавес.

– Не знаю, сейчас посмотрим. – И я направился к прямоугольной шахте.

«Не понятно», – подумал я, заглядывая внутрь.

Там ничего видно не было.

Я постарался приглядеться поглубже.

«Капсула стазис-поля активирована», – неожиданно раздалось в моей голове.

Я непроизвольно посмотрел в шахту ещё раз и заметил быстро приближающуюся к нам точку.

– В сторону! – резко выкрикнул я.

И вовремя, так как на том месте, где мы только что стояли, появилась какая-то странная серебристая капсула (предположительно, стазис-поля), которая, останься мы на месте, расплющила бы нас о стену.

Лирас с Лениавесом опять посмотрели на меня.

– Я всё еще не знаю, – пожав плечами, ответил я на их немой вопрос и подошёл к этой странной продолговатой пульке длиной примерно два с половиной метра.

На небольшом экране на её поверхности начали, моргая, высвечиваться какие-то надписи. Частично я понимал, что там написано, но общий смысл до меня доходил плохо, так как всё больше это были какие-то совершенно незнакомые мне термины и понятия. Через десять минут вышла единственная надпись, которую я понял:

«Процедура реанимации завершена».

Но при этом ничего не происходило.

Внезапно верхняя половина капсулы посветлела и стала прозрачной.

«М-да, вот она, четвёртая».

notes

1

Телепортоператор, телепортер – оператор телепортационных установок.

2

Крахт – аналог дьявола, архидемон одного из самых близких инфернальных планов.

3

Идёт мужик ночью по кладбищу. Встречает другого и говорит:

– Слушай, пойдём со мной, а то я боюсь!

– Пойдём!

Дошли до середины кладбища, второй и спрашивает:

– А чего ты боишься-то?

– Покойников.

– А чего нас бояться?

4

Нейтралы – сокр. от нейтральных миров.

5

Крост – аналог чёрта.

6

Гуорл – хищный единорог из нижних миров, верховое животное. Неприхотлив, всеяден, очень вынослив.

7

Крахт – аналог чёрта.

8

Поймали аборигены американца, француза и русского и решили над ними поиздеваться. Дали каждому по два бильярдных шара и посадили в отдельные, совершенно пустые камеры. Сказали, что того, кто лучше других научится владеть шарами за три дня, отпустят.

Проходит три дня. Входят к французу, он шарами жонглирует, глотает их, обратно испускает. Аборигены впечатляются, идут к америанцу. Тот шарами взглядом управляет. Заглянули к русскому. Видят, сидит он на полу, а шаров нет.

– Парень, ты куда шары-то дел?

– Да не знаю, ребята. Один сломал, другой потерял.

9

Трелак – раса демонов.

10

Лут (от англ, loot – добыча, награбленное) – жаргонный термин для трофеев, найденных на телах убитых монстров и в процессе обшаривания тайников или обнаруженных просто так. В широком смысле это вообще любой доход от мародёрства после победы или найденных ценностей.

11

Дагос – самый тупой демон в нижних мирах, известен повсюду своим строением, мозг практически отсутствует, за исключением той небольшой части, что отвечает за две функции организма – еда и размножение.

12

Переход – это использование внутренних телепортов при перемещении в пределах нейтральных миров.