home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 21

– Ты будешь сидеть спокойно? – спросил Тоби.

– Как скажешь, – ответила Шерри. – Тебе не нужна моя помощь?

– Просто сиди на месте и не пытайся сбежать.

– Хорошо.

– Сиди и не рыпайся.

– Хорошо.

– Пристегни ремень.

Шерри послушно пристегнулась, перекинув ремень через грудь.

Тоби вытащил ключ зажигания и полез назад между сиденьями с ключом в одной руке и с ножом в другой. Остановившись за спиной у Шерри, он сказал:

– Я тебя привяжу.

Полоска какой-то ткани упала на плечи Шерри, а потом мягко обвила ей шею.

Наверное, это матерчатый пояс. От халата, который был на Тоби.

– Я тебя привяжу к подголовнику, – объяснил он. – Кстати, для твоего же блага. Потому что, если ты еще раз попытаешься сбежать, мне придется тебя убить.

– Я не буду пытаться сбежать. Но если тебе так спокойнее, то пожалуйста.

– Вот так. Не мешает?

– Да нет, все нормально.

– Не слишком туго?

– Нет.

Шерри слегка наклонилась вперед и почувствовала, как пояс надавил ей на горло. Она села прямо, и неприятное ощущение исчезло.

– Нормально, – повторила она.

– Хорошо. Я не хочу причинять тебе боль.

Ага, я это уже поняла.

Тоби протянул руку и похлопал ее по правому плечу. Потом он опустил руку чуть ниже и обхватил пальцами ее грудь. Через блузку.

Шерри с трудом поборола желание отшвырнуть его руку.

Если я попытаюсь ему помешать, он сделает что-то похуже.

Он запустил руку ей под блузку и сдавил ее обнаженную грудь.

У Шерри мурашки пошли по коже. По спине пробежал холодок, соски напряглись и затвердели. Правый сосок тыкнулся в ладонь Тоби. Он застонал и сжал его между большим и указательным пальцами.

Она схватила его запястье:

– Перестань.

– Отпусти.

– Ты отпусти.

Она попыталась убрать его руку.

Он с силой вывернул ей сосок. Она вскрикнула от боли. Потом он все-таки отпустил ее грудь. Она убрала руку с ее запястья, и он ударил ее по лицу.

И ушел, не сказав больше ни слова.

Боль быстро прошла, оставив лишь смутное ощущение саднящего жара. На глаза навернулись слезы. Шерри задышала глубоко и часто, но слезы все-таки потекли по щекам.

Идиотка! Зачем я пыталась его остановить? Это только дало ему повод еще раз ударить меня.

Вероятно, ему это нравится, решила она. Блин, он просто на этом повернут.

В следующий раз не перечь ему. Пусть он делает, что ему хочется.

Ух ты! – раздался восторженный вопль Тоби из задней части фургона. – Нашел!

– Иди к черту, – сказала Шерри.

Идиотка! Не выводи его из себя!

Что с тобой? – спросил он.

– Ничего, – пробормотала она.

– Сейчас я к тебе приду, хочешь?

Нет!

Ей было страшно отвечать на вопрос, и она постаралась сменить тему:

– Сколько там денег?

– Не знаю. Не вижу. Но сколько-то есть.

– А одежда?

– А что одежда?

– Ее еще можно носить?

– Кому? Зачем?

– Тебе.

– Ты что, смеешься? Она вообще уже никакая. Как будто он в ней взорвался.

Что ты с ним сделал? Шерри чуть не спросила об этом вслух, но вовремя прикусила язык. Ей не хотелось знать. Она и так уже знала слишком много.

– Я сейчас попытаюсь вытащить его отсюда, – сказал Тоби. – Сиди смирно.

Шерри услышала, как скрипнули задние двери. Фургон слегка покачнулся. Затем послышались тихие скользящие звуки, похожие на шум мокрой тряпки, которую волочат по полу. Только тяжелее.

Дуэйн.

Наверное, Тоби стоит позади фургона и тащит на себя тело Дуэйна, держа его за ноги.

Фургон накренился.

Потом она услышала тяжелый и влажный шмяк! Тело Дуэйна рухнуло на бетон? Она ждала, что за «шмяк!» тут же последует «тук!». Когда голова Дуэйна упадет на бетон.

Но никакого «тук!» не было.

Ах да, вспомнила Шерри.

Ей вдруг захотелось кричать.

Нет! Ради Бога, молчи!

Задние двери фургона захлопнулись.

В боковом зеркале Шерри увидела Тоби. Он стоял позади фургона. Без пояса его розовый банный халат болтался, как плащ. Он медленно пятился спиной вперед, согнувшись в три погибели и волоча тело Дуэйна за ноги. Дуэйн был босиком, его шорты задрались. Их передняя часть была черной от крови. Ремень и ширинка были расстегнуты.

Шерри отвернулась и закрыла глаза. Что он с ним сделал?

Внутренний голос вопил, как резаный: НУЖНО БЕЖАТЬ ОТСЮДА!

Она протянула руку и расстегнула ремень безопасности. Потом обеими руками вцепилась за пояс на шее. Дернула. Ткань натянулась, послышались тихие звуки, похожие на стоны, но пояс не разорвался.

ОСТАНОВИСЬ! НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО! Она отпустила пояс.

Надо действовать умно. Если я просто выпрыгну и побегу, он поймает меня.

Она убрала руки от шеи и положила их на колени.

Сейчас я буду соглашаться на все, сказала она себе. Перестану с ним спорить. Перестану пытаться сбежать.

Она застегнула ремень безопасности.

Главное – спокойствие. Не психуй и жди подходящего момента.

Она повернула голову и снова взглянула в боковое зеркало. Тоби и Дуэйна видно не было.

Сколько у меня есть времени? - задумалась Шерри. Никак невозможно узнать. Успею я позвонить?

Но Тоби выдернул телефонный провод из гнезда и швырнул телефон на пол. Он, наверное, валяется где-нибудь под сиденьем. В темноте будет сложно найти.

И потом она все равно не сумеет нагнуться с этим поясом на шее.

Но даже если ей и удастся найти телефон и подключить его к питанию, проклятая трубка все равно не будет работать, пока выключен двигатель, – а Тоби забрал с собой ключ зажигания.

Так что облом, подумала она.

А может быть, посигналить?

Она не знала, работает ли бибикалка при выключенном двигателе. Но даже если работает... даже если она сейчас выдаст пронзительный вопль, который и мертвого из могилы поднимет... поможет ей это или наоборот? Скорее всего не поможет.

В таких районах люди привыкли не обращать внимания на всякие полночные звуки типа автомобильных гудков, рева сигнализации, выстрелов, криков и воплей. Вероятность, что кто-нибудь поспешит на помощь, равна практически нулю.

И скорее всего первым откликнется Тоби.

Не пойдет, сказала она себе.

Какие еще предложения?

Она снова взглянула в боковое зеркальце, потом открыла бардачок справа от кресла. Там Дуэйн обычно хранил свой мобильный. А еще там лежали карты, бумажные салфетки и кошелек с мелочью.

И, может быть, кое-что еще.

Она достала несколько салфеток и бросила их себе на колени. Потом засунула руку в глубь бардачка и пошарила там.

После волнений девяносто второго года многие жители Лос-Анджелеса держали пистолеты у себя в машинах. У Шерри тоже был пистолет. Как и у большинства ее друзей. Это было противозаконно, но, как говорится, лучше ответить в суде, чем лежать на кладбище. Поэтому оружие было почти у всех. Его прятали в бардачках, под сиденьем или даже в специальной кобуре, закрепленной под приборной доской.

А у Дуэйна пистолета не было.

Если, конечно, он не самый бессовестный лицемер на свете.

Он говорил, что Шерри просто помешана на оружии. И еще он говорил: «Пистолет пока еще не решил ни одной проблемы».

Но это еще не значит, что у него самого пистолета не было размышляла Шерри, шаря рукой в бардачке. Ведь ни для кого не секрет, что самые ярые сторонники запрета на свободное ношение и хранение огнестрельного оружия сами обычно имеют по несколько пистолетов. Просто им хочется, чтобы оружия не было ни у кого. Только у них.

Если у Дуэйна и был пистолет, он хранил его не в бардачке. Там не было ничего: ни пистолета, ни какого-то другого оружия, вообще никаких инструментов. Даже консервного ножа.

Шерри опустила крышку.

Пояс вокруг шеи не давал ей возможности дотянуться до отделения для перчаток или нагнуться, чтобы пошарить под креслом.

Все равно искать нечего, подумала она.

Спасибо, Дуэйн. За то, что убил меня.

Она вдруг обрадовалась, что никогда не занималась с ним любовью.

Потом ей стало нехорошо из-за того, что ей в голову приходят такие мысли.

Он умер из-за меня, а я даже ни разу с ним не была. Все время откладывала, увиливала... как будто у нас впереди была вечность. А теперь его нет. И у нас уже ничего никогда не будет.

Это его способ мстить? – подумала она.

Но за что? За то, что с ним не трахнулась? Или за то, что она погнала его на ночь глядя на улицу покупать презервативы? Или за то, что из-за меня в его жизни появился маньяк-убийца, который его заржал?

У него есть немало причин ненавидеть меня, подумала Шерри. Но это еще не повод, чтобы лишать меня средств спасения собственной жизни.

Во всем виноват этот тупой извращенный идеализм. Ты не верил в оружие, Дуэйн, и теперь я за это расплачиваюсь. Вот если бы это был ее джип...

У нее в бардачке лежит револьвер 38-го калибра. Сейчас он был бы уже у нее в руках...

Но сейчас он не в джипе, вспомнила Шерри. Прежде чем отдать машину в ремонт, она вытащила пистолет и спрятала его дома.

А вдруг у меня получится уговорить Тоби отвезти меня туда?

Она уже пыталась уговорить его поехать к ней. (Когда она еще даже не думала о пистолете.) Она напирала на то, что они с Тоби могли бы заняться кое-чем интересным у нее в постели. Но он почему-то был против.

Ах да. Потому что у меня очень хорошие отношения с соседями.

Вот такая я добрая и хорошая, подумала Шерри. Просто душка.

Она приложила одну салфетку к порезу на левой груди. Кровотечение вроде бы прекратилось. Она вытерла кожу на животе. Потом осторожно потрогала рану кончиком пальца. Морщась от боли, провела пальцем вдоль пореза – изогнутой линии примерно в три дюйма длиной. Похоже, порез был нестрашным. Во всяком случае, неглубоким.

Куда бы мы ни поехали, мне надо будет найти антисептик, чтобы обработать рану. И бинты или пластырь тоже. У него должна быть аптечка...

Шерри вдруг вспомнила, что когда они обсуждали, куда им поехать, Тоби был против того, чтобы ехать к нему. А до этого он говорил, что ему очень хочется отвезти ее к себе домой.

Никак не может определиться.

Наверное, из-за Сида.

Но кто он такой, этот Сид?!

Сид – это какой-то мужик, который пришибет Тоби за то, что он потерял ключи от машины.

То есть он живет с мамой и этим Сидом?

Возможно, Сид – его отчим.

Не отрывая взгляда от бокового зеркала, Шерри вытерла лицо второй салфеткой. Было приятно стереть с лица пот, грязь и, возможно, кровь сухой мягкой бумагой.

Кем бы ни был этот загадочный Сид, он с Тоби явно не церемонится. И Тоби явно его боится. Может быть, он вступится за меня, подумала Шерри. Или, может быть, за меня вступится мама Тоби.

Но, с другой стороны, пистолет-то лежит у меня дома.

И то, что он вступится за меня, – это точно.

В зеркале мелькнуло отражение Тоби. Он бежал по переулку, почти голый. Размахивая ножом. Халат, не подвязанный поясом, развевался на ветру у него за спиной.


Глава 20 | Дорога в ночь | Глава 22