home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 9

Дейв Муди стоял на грязной платформе метро, прислонившись к стене. Время от времени он запрокидывал голову и отхлебывал молоко из бумажного пакета.

“Эта птичка мне надоела, – подумал он, глядя на унылую бесцветную станцию. – Встречаться с одной девчонкой по три раза в неделю целых два месяца подряд – это уж чересчур! Кино по средам, клуб по субботам, телик по воскресеньям, а сейчас она хочет к тому же, чтобы я перестал ходить по пятницам на футбол. Как же – разбежался!”

Они не были даже помолвлены, но Джерри с каждым днем все более и более заявляла на него права, придумывая новые правила, решая, с кем ему встречаться, с кем не встречаться, выискивая огрехи в его одежде, придираясь к словам. Ко всему этому добавились еще гонки за последним поездом метро. Каждый раз он, спотыкаясь, мчался по крутым ступенькам станции “Шадвелл”, а однажды чуть не сломал ногу. Дейв не возражал бы, если бы хоть что-то имел за это. Вот и сегодня он целый вечер ласкал ее, пытаясь завести, но все напрасно. А когда настало время уходить, Джерри внезапно возбудилась. Приятели намекали ему, что она любит развлекать парней самыми смелыми способами, но Дейв не верил. Он даже хорошенько вздул одного из друзей.

– Может, на следующей неделе что-нибудь получится, – высказал вслух свои мысли Дейв, словно убеждая себя.

Он стал насвистывать. Как это ни смешно, но он с нетерпением будет ждать встречи с Джерри в среду. Джерри всегда потрясающе выглядела и классно одевалась. Вот только мать девушки действовала ему на нервы, но, к счастью, они редко пересекались. Отец Джерри был старым лентяем. Родители Дейва были совсем другими, и он отлично с ними ладил. В субботу вечером его всегда ждала свежевыглаженная рубашка, после работы – вкусный разогретый ужин, а старика в конце недели легко можно было раскрутить на один-два фунта. “Наверное, – подумал Дейв, – это все потому, что я остался единственным сыном”. После того как семь лет назад старшего брата сбила машина, родители обратили всю любовь на него. Дейв не возражал. Он любил их.

Он всегда мог привести домой вечером друзей. Отец не отказывался выпить с ними пива, а мать любила потанцевать с приятелями сына. Нет, они совсем не были похожи на родителей Джерри. Бедные старики!

Размышления юноши прервали шаги на длинной лестнице. Негр в форме служащего метро направился к дальнему концу платформы и скрылся за дверью с табличкой “Посторонним вход воспрещен”.

Мысли Дейва Муди вернулись к реальности. Где же этот чертов поезд? Стоило уходить так рано, чтобы торчать здесь в полумраке! Джерри всегда провожала его до двери и желала доброй ночи. Ее страсть росла в той же пропорции, в какой росла его тревога по поводу последнего поезда. В конце концов, она отпустила его и стояла у двери до тех пор, пока он не скрывался за углом.

Дейв оборачивался и несколько раз беззаботно махал Джерри рукой на прощанье, а она посылала ему воздушные поцелуи. Но, едва свернув за угол, он мчался как пуля. Вскоре он начинал задыхаться, появлялась боль в боку. Он всегда прибегал на станцию с болью в боку, перескакивал через барьер, не платя, спускался, перескакивая через две-три ступеньки, и обычно едва успевал вскочить в уже закрывающиеся двери вагона.

Хорошо, что Джерри не слышала его проклятий, когда он не успевал. Опоздание означаю длинную прогулку домой по полной неприятностей Коммершиэл-роуд. На каком-нибудь углу всегда поджидала шайка парней, а в дверях часто прятались извращенцы. Дейв не был трусом, но все равно такая прогулка сулила неприятности.

Его глаза уловили внизу какое-то движение. Между рельсами мелькнула черная тень. Парень подошел к краю платформы и посмотрел вниз, но в темноте ничего не было видно. Наверное, крыса, подумал Дейв и швырнул пакет из-под молока. Из черной пещеры тоннеля послышался странный шум, будто дул ветер. Дейв резко поднял голову. Этот звук не был похож на шум приближающегося поезда. Юноша нервно посмотрел на черную тень, замеревшую среди рельсов, и вновь поднял голову. Шум приближался. Вдруг из тоннеля высыпала стая крыс. Сотни маленьких черных тел помчались по рельсам. Некоторые крысы выскочили на платформу и теперь бежали по ней.

Дейв Муди обратился в бегство до того, как его мозг отметил, что эти крысы значительно крупнее обычных и бегают гораздо быстрее. У лестницы черная волна грызунов почти настигла юношу. Дейв помчался наверх, перепрыгивая через три ступеньки.

Он поскользнулся, но тут же восстановил равновесие, схватившись за поручень. Одна крыса обогнала его, и парень споткнулся снова. Когда он оперся рукой о поручень, острые зубы вцепились в его пальцы. Юноша завопил от боли и страха и стал пинками отбиваться от наседающих крыс. Два черных тела перелетели через спины товарищей. Дейв опять бросился наверх, но теперь ему мешали тяжелые вцепившиеся в одежду крысы. Он упал, ударился переносицей об острый край ступеньки. На лицо и белую рубашку хлынула кровь.

Он лягался изо всех сил, кричал, но крысы стащили его вниз, тряся, как куклу. Крики эхом разносились по старой станции. Один раз ему удалось привстать... Прежде чем свет окончательно померк перед его глазами, юноша крикнул: “Мама!”

Эррол Джонсон распахнул дверь с табличкой “Посторонним вход воспрещен” и выскочил на платформу. Он услышал крики и подумал, что кто-то упал на лестнице и скатился на платформу. Эррол знал, что рано или поздно это должно произойти. Лестница была плохо освещена. Если бы он когда-нибудь стал начальником станции, если бы цветным разрешалось быть начальниками станций, он бы почистил “Шадвелл” и сделал бы из нее приличную станцию. Конечно, эта не самая оживленная станция, но это еще не значило, что за ней не надо следить.

Увидев перед собой жуткое зрелище, Эррол замер, широко раскрыв рот.

По станции шныряли крысы. Миллионы крыс! Среди них попадались и большие – такие водились на его родине, и даже еще крупнее. Эррол побежал, не оглядываясь. Лестница была запружена что-то облепившими крысами. Оставался только один путь к бегству. Эррол Джонсон, не колеблясь, спрыгнул на рельсы и побежал в черное чрево тоннеля. Страх погнал его прямо на мчавшийся поезд. Головной вагон смял Джонсона до того, как он понял, что это смерть.

Машинист резко затормозил, несколько пассажиров упали. Скрежеща колесами, поезд по инерции выскочил из тоннеля. Зрелище, открывшееся машинисту, заставило его действовать инстинктивно. Это спасло жизнь и ему и пассажирам – машинист отпустил тормоз, и поезд поехал мимо платформы.

Крысы злобно уставились на огромное чудовище. Те, что находились между рельсами, низко пригнулись, и поезд пронесся над ними. Черные твари оцепенели от визга колес.

Пассажиры с ужасом смотрели в окна. Им показалось, что поезд попал в ад. Один из пассажиров в страхе отшатнулся от окна, когда с платформы взвилось в воздух черное тело. Крыса ударилась о стекло и упала обратно на платформу. Поезд начал набирать скорость. Остальные крысы тоже стали прыгать на окна. Ударяясь о стекла, они падали на рельсы под колеса. Но одна разбила стекло и набросилась на пассажира. Мужчина оказался сильным, и ему удалось оторвать взбешенную тварь от своего горла. Тогда она принялась зубами и когтями рвать его руки. Человек закричал от боли, но продолжал крепко держать мускулистую тварь. Ужас придал ему силы. Он швырнул крысу на пол и быстро наступил ей на голову тяжелым ботинком. Хрустнул череп. Мужчина поднял обмякшее тело, изумился его размерам и выбросил через разбитое окно в черный тоннель. После этого силы оставили его. Он рухнул на сиденье, его забила крупная дрожь. Бедняга еще не знал, что ему осталось жить двадцать четыре часа.

Услышав крики с лестницы, начальник станции поперхнулся чаем и закашлялся. Только бы не очередная драка. Почему именно его станция манила к себе во время уик-эндов хулиганов? Особенно в субботние вечера. По субботам в метро вообще происходили неприятности – здесь собиралась пьяницы и бандиты. Воскресенья бывали спокойнее. Начальник надеялся, что эта глупая обезьяна, этот Эррол не ввяжется в потасовку. Он постоянно вмешивался в драки. Постоянно лез с советами, как руководить станцией. Помогал пьяницам, вместо того чтобы гнать их пинками. Он что, думает, будто находится в... Чаринг-Кросс?

“Шадвелл” нравилась Грину. Станция была спокойнее многих других, и это его устраивало. Конечно, она была грязновата, запущена, но что можно поделать с такой старой дырой? Зато на ней всегда было мало пассажиров.

Начальник надел пиджак, вышел из кассы и неторопливо направился к лестнице, ведущей на первую платформу.

– Что здесь происходит? – заревел он, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть в тусклом свете.

Он услышал крик, что-то вроде “мама!”, и увидел какую-то странную черную колышущуюся фигуру. Начальник станции осторожно спустился на несколько ступенек и вновь остановился.

– Ну-ка прекратите! Эй, кто это там?

Черная фигура вдруг рассыпалась на сотни маленьких тел, и они помчались наверх. Снизу донесся скрежет останавливающегося поезда, но поезд почему-то не остановился, а стал вновь набирать скорость. Не останавливаясь, он промчался мимо платформы. В наступившей тишине Грин услышал вдруг писк. Казалось, пищали сотни мышей. И тогда он понял, что это пищат существа, бегущие наверх, к нему. Только это были не мыши, а крысы. Ужасные огромные крысы. Черные и отвратительные.

Грин, на удивление быстро для человека его комплекции, преодолел несколько ступенек, на которые он успел спуститься, добежал до кассы и захлопнул за собой дверь. Пару секунд он стоял, прислонившись к двери и пытаясь отдышаться. Потом подошел к телефону и набрал номер полиции.

– Полиция? Быстрее! Полиция? Это станция метро “Шадвелл”. Говорит начальник станции Грин... – Он услышал шорох и поднял голову. Через окошечко на него злобно смотрела огромная черная крыса.

Грин бросил трубку и выбежал во вторую комнату. Решетки на окнах отрезали путь к отступлению. Дрожа от страха, он в отчаянии огляделся по сторонам. Перед ним был стенной шкаф, в котором уборщицы хранили метлы и ведра. Грин залез в него и закрыл за собой дверь. Потом согнулся и захныкал. По его брюкам расползлось мокрое пятно. Он сидел в темноте, затаив дыхание. Кто же это кричал? Наверное, Эррол или какой-нибудь пассажир, ожидавший поезда. Крысы сожрали его. А сейчас они хотят добраться и до него, Грина! Машинист, увидав крыс, не остановился, проехал мимо. На станции сейчас никого нет. Он один. Матерь Божья, а это что такое? Скрежет зубов? Царапанье? Они уже в конторе! Они пытаются прогрызть дверь в шкаф!


Глава 8 | Крысы | Глава 10