home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 25


Неуловимый Боб снова бродит где-то рядом. — Бывает, что молоко и остывает, но сейчас оно становится горячее… — Так вот откуда клочок шерсти белого песца! — Люси, похоже, и сама не знает, от кого у нее будет ребенок. — Зачем Накамуро-сан красит ногти ноги ярко-красным лаком? — Даже сидя в тюрьме можно подписывать миллионные контракты. — Медленный вальс в пустой гостиной.


У двери одного из номеров отеля, в комнате, где находился торговец обувью Жерар, как и приказывал Дэйл Купер, на сей раз, стояло двое полицейских. Ставни окон были наглухо закрыты.

Дэйл Купер довольно улыбнулся. Он прошел в комнату и увидел склонившегося над кроватью мистера Жерара доктора Хайвера.

Лицо торговца обувью было осунувшимся и бледным, на голове лежал холодный компресс. Доктор Хайвер недовольно и сокрушенно кивал головой, глядя на подрагивающие ноздри мистера Жерара. Он то и дело клал свои пальцы на запястья торговца обувью и поглядывал на свои наручные часы. — Как он, доктор? — осведомился специальный агент ФБР. — Знаете, его организм ужасно обезвожен и он все время просит наркотик. А дыхание больного становится все более затрудненным, вы слышите? — Да, доктор, слышу. — Так, может, вы разрешите дать ему наркотик?

Вместо ответа Дэйл Купер сбросил свой светлый плащ, опустился на колени у изголовья кровати, положил свою холодную руку на руку Жерара и зашептал прямо в ухо: — Майкл, Майкл, ты меня слышишь?

Больной только нервно вздрагивал. Доктор Хайвер вновь наклонился к Дэйлу Куперу. — Ему немедленно нужно ввести наркотик, промедление убьет его.

Но Дэйл Купер не обратил на слова доктора никакого внимания. — Майкл, мне нужно с тобой поговорить.

Больной вздрогнул, до него явно дошли слова специального агента ФБР. Он повернул к Дэйлу свое небритое лицо и приоткрыл глаза. — Майкл, Боб снова здесь.

От этих слов больной сбросил со своей головы холодный компресс и уже ясным испуганным взглядом посмотрел на специального агента ФБР.

Мистер Жерар закивал головой: как бы приглашая Дэйла Купера к разговору. Специальный агент ФБР зашептал прямо в ухо торговцу обувью. — Я видел Боба во сне. Там же была Лора Палмер. Накануне своей смерти Лора видела тот же сон, что и я.

Мистер Жерар согласно кивал головой. — Майкл, нужно помочь мне разрешить эту загадку, Нужно помочь.

Мистер Жерар схватил своей единственной рукой ладонь специального агента и больно сжал ее. Его губы дрогнули, и он начал говорить: — Боб и я, когда мы вместе убивали… это было такое совершенство… — дрожащим голосом говорил мистер Жерар, глядя прямо в глаза специальному агенту ФБР. — Это была гармония и удовольствие.

Мистер Жерар вырвал свою руку и поднял вверх указательный палец. — Это был золотой круг… золотой круг…— Золотой круг? — переспросил специальный агент ФБР.

От этих слов у него по спине пробежали мурашки. — Золотой круг… золотой круг… — прошептал он. — Да, это была гармония. Золотой круг…

А мистер Жерар свел указательный и большой пальцы своей единственной руки и показал Дэйлу Куперу круг. — Кольцо, кольцо, — догадался Дэйл Купер, — мое кольцо! — он, не отрываясь, смотрел на пальцы мистера Жерара, изображавшие кольцо. — Но я отдал свое кольцо великану…— Он нам известен, — прохрипел мистер Жерар. — Он что, существует реально? — поинтересовался Дэйл Купер. — Так же реально как я, — улыбаясь, проговорил мистер Жерар. — Он, этот великан, поможет тебе найти Боба. — Как? — Сначала ты должен его попросить, — принялся объяснять мистер Жерар.

От напряжения его лицо обсыпали крупные капли холодного пота. — Но как? Как это сделать? — спрашивал специальный агент ФБР. — У тебя для этого есть все что нужно, — слабеющим голосом проговорил мистер Жерар. — Ответ не здесь, — мистер Жерар приподнялся с постели и прикоснулся ко лбу специального агента ФБР, — не здесь. — А где? Где? — Вот здесь, — мистер Жерар положил свою ладонь на грудь Дэйла Купера.

Специальный агент ФБР услышал, как под ладонью торговца обувью бьется его сердце. — Я не совсем понимаю…— Это большая ответственность… — последнее, что смог сказать мистер Жерар.

Он изогнулся, захрипел и откинулся на подушку. Силы оставили его. Доктор Хайвер поправил очки и бросился к торговцу обувью.

Дэйл Купер покинул номер отеля, в котором бредил мистер Жерар. Он вышел в коридор, достал из кармана чистый носовой платок и вытер вспотевшее лицо.

В глубине коридора послышались шаги: походка была неверной и шаркающей. Дэйл Купер настороженно поднял голову. И вдруг он увидел уже знакомого ему старого портье в неизменном красном фартуке, завязанном на большой красивый бант, и с коричневой бабочкой.

Старик держал в руках поднос, на котором одиноко стоял высокий стакан с молоком. Портье как бы почувствовал на себе взгляд Дэйла Купера. Он остановился, потом повернулся к специальному агенту ФБР. — Я знаю вас, — скрипучим голосом проговорил старый портье.

Дэйл вежливо кивнул в ответ, зная, чтобы он не сказал, тот все равно не услышит. Старик на его кивок улыбнулся еще шире. Потом он опустил взгляд на свой поднос, увидел одиноко стоящий стакан с молоком, поднял голову и веско произнес своим несколько скрипучим голосом многозначительную фразу: — Бывает, что молоко и остывает, но сейчас оно становится все теплее и теплее.

Старик заулыбался в свои седые усы, повернулся и шаркающей походкой удалился в глубину коридора. — Сейчас становится теплее… сейчас становится теплее… — шептал Дэйл Купер слова старого портье, пытаясь вникнуть в их тайный смысл, если он там, конечно, был.

Со второго этажа отеля специальный агент ФБР Дэйл Купер спустился в офис Бенжамина Хорна, где сейчас шел обыск. Сновали полицейские, вещи упаковали в ящики.

К специальному агенту ФБР, на ходу отдавая указания, подошел шериф Гарри Трумен. — Эй, сержант, вот эти вещи — в ящик, — приказал шериф, — и не забудьте поставить на ящике номер. — Слушаюсь, сэр, — ответил полицейский, опуская в большой ящик картину, снятую со стены офиса. — Смотри, Дэйл, — шериф показал большой лист бумаги, — вот здесь записаны все телефонные разговоры Бенжамина Хорна за ту ночь, когда умерла Лора Палмер. — Да? — спросил специальный агент ФБР. — Да-да. Помнишь, Лиланд нам говорил об этом. Ведь Бен звонил из этого кабинета, — шериф указал пальцем на строку в списке. — А вот, смотри сюда, — шериф указал на чучело белого песца, — помнишь, что говорил Альберт Розенфельд? — Помню. Из этого следует вывод…— Конечно, Дэйл, Мэдлин была в этом кабинете. Бенжамин убил ее здесь, потом оттащил к водопаду.

К специальному агенту ФБР подошел эксперт Альберт Розенфельд. — Мэдлин умерла прошлой ночью между десятью часами и полуночью, — голосом, не терпящим возражений, сказал Альберт Розенфельд. — А мы арестовали Бена уже за полночь, — вставил шериф. — К сожалению, точнее время смерти Мэдлин установить нельзя.

Альберт Розенфельд вытащил из нагрудного кармана своего пиджака несколько листков бумаги. — Вот это анализ крови Бенжамина Хорна, — Альберт развернул бумажку, прочел и передал шерифу.

Тот ознакомился с содержанием, и его брови удивленно приподнялись. — А на счет этого чучела я могу вам сказать абсолютно точно: шерсть, найденная в руке Мэдлин идентична с мехом этого песца. Здесь сомнений быть не может. — Спасибо тебе, Альберт. — Не за что, Дэйл, я всегда рад помочь и тебе и шерифу.

В полицейском участке хозяйничал немолодой рабочий. Он проверял противопожарные распрыскиватели, прикрепленные к потолку. За его работой следила Люси. Она придирчиво поглядывала на то, как немолодой мужчина управляется с противопожарными устройствами, как будто она в этом что-то понимала и могла помочь советом.

Рабочий почти не обращал внимания на девушку. Но Люси не могла допустить, чтобы хоть что-нибудь в полицейском участке происходило без ее участия. — Мистер, — обратилась она к рабочему, — вы уверены, что правильно отрегулировали распрыскиватель?

Рабочий свысока посмотрел на секретаршу шерифа. Ему, конечно, хотелось послать ее подальше, к черту, но из-за уважения к шерифу он принялся ей объяснять. — Распрыскиватель, или как его правильно называть — дринклер, не должен быть слишком чувствительным, иначе, из-за перегрева, может сработать не вовремя и тогда на вас всех польется вода. — Я это прекрасно понимаю, — сказала Люси, — но не будет ли он слишком чувствительным? — Я постараюсь, мэм, все отрегулировать, как следует, — рабочий принялся отверткой ковыряться в датчике.

Тут из-за угла вышел Энди Брендон. Он, увидев, что Люси разговаривает с рабочим, сперва в нерешительности остановился, но затем, набравшись мужества, приблизился к ней и скороговоркой выдохнул: — Люси, я хочу поговорить о нашем ребенке.

Люси подобрала губы. — Может быть. — Может быть, что? — не понял Брендон. — Может быть он наш ребенок, а может быть и нет.

Лицо Энди Брендона напряглось. Рабочий от удивления чуть не упал со стремянки. Он посмотрел сначала на Люси, потом на Брендона, но решил, что будет лучше принять вид страшно занятого человека. — Так значит Дик… — проговорил офицер Брендон, — неужели он отец нашего ребенка?

Люси решила утешить Энди. — Сначала я думала, что отец — ты. Я даже ни на минуту не сомневалась в этом. Но потом ты сам мне сказал, что у тебя нет сперматозоидов.

Стремянка пошатнулась и рабочий, чтобы не упасть, ухватился за трубу электроразводки. — Но теперь же все в порядке? — промямлил Энди Брендон. — Да, теперь ты сказал, что твои сперматозоиды вернулись и они в полном порядке. Поэтому у вас с Диком шансы одинаковые. — Конечно, — воодушевился офицер Брендон, — теперь мои сперматозоиды — как лососи в период нереста. — Ну вот, значит, и шансы у вас равны.

Потом Люси посмотрела на вконец расстроенного Энди Брендона. — Может, у тебя даже немного большие, чем у Дика. — Так у него есть шансы… — угрюмо проговорил Энди Брендон, развернулся и двинулся по коридору. — Энди, куда ты? — крикнула ему вдогонку Люси. — Я знаю, куда, — бросил офицер Брендон. — Энди, что ты делаешь?

Брендон подошел к телефонному аппарату и, прижимая плечом трубку к уху, объяснил: — Я знаю, что делаю. Это единственный выход, — он принялся набирать номер. — Кому ты звонишь? — Сейчас все узнаешь. Алло, это универмаг Хорна? — Да. — Мне, пожалуйста, Дика Тримейна из отдела готового платья.

Люси в ужасе прикрыла рот рукой. — Сейчас позовем, минуточку…— Но ты же, Энди, не будешь бить его слишком сильно? — Люси вцепилась в рукав кожаной куртки Энди.

Наконец, трубка отозвалась: — Алло. — Мистер Тримейн? — Да. — Это Энди Брендон, офицер Брендон. — В чем дело? — растерянно спросил Дик. — Нам нужно поговорить. — О чем? — Приходите и узнаете. — Я занят…

Испуганная Люси переминалась с ноги на ногу. Она с восхищением смотрела на то, как мужественно и решительно Энди разговаривает со своим соперником. — Что значит, ты слишком занят? — грозно крикнул в трубку офицер Брендон, — благодарная Люси положила ему руку на плечо. — Чтобы сейчас же был здесь! Иначе для тебя будет все кончено, — Энди Брендон, не дожидаясь ответа, повесил трубку.


Бенжамин Хорн сидел на жестком топчане в своей камере. Он уже дошел до того состояния, когда перестают обращать внимание на свой внешний вид. Его не беспокоило ни то, что его костюм измят, ни то, что манжеты его когда-то белоснежной рубашки сделались серыми. Он сидел и вытирал платком пыль с ладоней. Все ему вокруг казалось грязным, мерзким и липким. — Боже мой, когда же это кончится, — шептал сам себе Бенжамин Хорн.

Только теперь он заметил, что стекла его очков, запылились донельзя. Он снял их и принялся размазывать пыль грязным носовым платком. — Когда же этот придурок Джерри найдет мне приличного адвоката? Когда же, наконец, он появится?

Бенжамин Хорн стремительно надел очки и поднял голову. Неспешной походкой в камеру вошел мистер Накамуро. Он остановился перед толстыми прутьями решетки и с интересом посмотрел на сидящего на топчане, вконец измученного Бенжамина Хорна. — О, Накамуро-сан, — подхватился с топчана Бенжамин Хорн.

Японец в ответ сдержанно кивнул головой. — Как это мило, что вы пришли проведать меня! — Вас посадили в тюрьму… — то ли спросил, то ли просто констатировал факт японец. — Да, — развел руками Бенжамин Хорн, — но поверьте, это временное. — Мы должны подписать документ, — японец достал контракт.

Бенжамин Хорн недовольно скривился. — Как я понимаю, это по предыдущей договоренности? — Разумеется. — Накамуро-сан, я боюсь, что возникли некоторые проблемы… — развел руками Бенжамин Хорн.

Японец застыл с контрактом в руках. — Возникли непредвиденные трудности, отчасти юридического характера…— Но все же, — японец вплотную подошел к решетке. — Нет, я не могу сейчас подписать этот контракт, — наконец-то признался Бенжамин Хорн. — В таком случае, мистер Хорн, вы должны вернуть мои пять миллионов долларов, — скрипучим голосом проговорил японец. — Я бы хотел вернуть вам деньги, если бы мог… и я, в то же время, хочу подписать контракт, но вы должны понять меня… — настаивал на своем Бенжамин Хорн как можно более ласково и приветливо улыбаясь своему гостю.

Мистер Накамуро смотрел на Бенжамина холодно и равнодушно. — Как вы видите, — заходил вдоль решетки Бенжамин Хорн, — меня заключили в тюрьму. Меня ложно обвинили. — Конечно, вижу, — сказал японец, — но это ничего не меняет. Или вы подписываете контракт или возвращаете пять миллионов долларов. — Но как, как я могу сейчас это сделать? Я в таком состоянии… — принялся объяснять Бенжамин Хорн, — вы должны понять меня, мистер Накамуро. Я же не могу действовать отсюда?

Бенжамин схватил руками толстую решетку и попытался потрясти ее, но та была плотно зацементирована и даже не вздрогнула. — Так что же вы можете предложить мне? — холодно спросил мистер Накамуро. — Я пытаюсь вам объяснить… Мой младший брат Джерри уехал искать хорошего адвоката. И вот, Накамуро-сан, пока не свершится правосудие… — а тогда я обязательно выйду на свободу — до того времени, пока я не буду дышать чистым воздухом, как это делают все свободные люди… — голос Бенжамина Хорна стал патетическим и возвышенным, он снова чувствовал себя главой общины Твин Пикса, — до тех пор я не смогу ничего сделать. И я, Накамуро-сан, умоляю вас проявить внимание к моему теперешнему положению.

Бенжамин Хорн разостлал на полу свой большой носовой платок и уселся на него. Японец безразлично смотрел на Бенжамина. Тогда, чтобы больше не встречаться взглядом со своим гостем, мистер Хорн обхватил голову руками и принялся смотреть в пол. — Непроглядная ночь, — как будто обращаясь к самому себе говорил Бенжамин Хорн, — страшная непроглядная ночь. Это как раз — самое подходящее время для того, чтобы искать маленький мерцающий огонек в собственной душе.

Гость внимательно посмотрел на Бенжамина. Легкая улыбка скользнула по его лицу, чуть заметно шевельнулись наклеенные усы. Японец легко высвободил ногу из ботинка, причем, на ней не оказалось носка, и просунул ее сквозь прутья решетки. Ярко поблескивали густо накрашенные красным лаком ногти. — В последнее время я стал таким эмоциональным… — продолжал говорить Бенжамин Хорн, — и тут его взгляд остановился на сверкающих ярким лаком ногтях японца.

Не поверив своим глазам, Бенжамин Хорн лихорадочно принялся искать очки, а когда нашел, стремительно надел их. Он прямо-таки онемел от изумления. Из широкой штанины черных мужских брюк выглядывала миниатюрная белоснежная женская ножка, очень уж знакомая Бенжамину.

Он медленно перевел взгляд на лицо своего гостя. — Кэтрин? — еще не веря самому себе, прошептал Бенжамин.

А потом он воскликнул уже более уверенно: — Кэтрин, ты? — Конечно, а ты, Бенжамин Хорн — мерзкое гнусное существо, мерзкая крыса, — уже своим голосом, ехидно издеваясь над беспомощным мужчиной, проговорила женщина. — Кэтрин? — Да, и я намерена превратить остаток твоего жалкого существования в сущий кромешный ад, — Кэтрин улыбалась, глядя на Бенжамина.

А тот все никак не мог взять в толк, как же ловко смогла провести его Кэтрин, как же он с самого начала не догадался, что перед ним не японец, а его же любовница? Неужели он мог эти черты принимать за мужские? Неужели он не заметил накладных усов? Неужели он настолько потерял бдительность, ослепленный удачной сделкой? — О, Кэтрин, — вновь воскликнул Бенжамин Хорн, молитвенно сложил перед собой ладони, рухнул на колени и пополз по грязному бетонному полу к белой миниатюрной ножке, просунутой сквозь прутья решетки.

Он склонился как в молитве перед этой ножкой и принялся лобызать пальцы, изредка подымая взгляд на улыбающуюся Кэтрин. — Кэтрин, Кэтрин, это ты… — шептал Бенжамин Хорн, а женщина задорно хохотала, шевеля пальцами ноги. — Кэтрин, как я рад! Как я счастлив! — Бен, ты гад, ты мерзавец, — говорила женщина, продолжая смеяться.

Бенжамин Хорн смотрел на ее белые ровные зубы, на зубы, которые он мечтал найти в куче пепла. — Да, Бен, да, это я. А ты, небось, хотел видеть меня обгорелой головешкой? А я, как видишь, жива и здорова. — Кэтрин, Кэтрин, ты должна рассказать шерифу Трумену о той ночи, которую мы провели с тобой вместе… — ползая на коленях у решетки, шептал, заглядывая в глаза женщине, Бенжамин Хорн.

Он был полностью растоптан и убит появлением Кэтрин. Но в то же время в его душе загорелась надежда, что с помощью Кэтрин можно будет снять ужасное обвинение в убийстве Лоры Палмер. И тогда он будет свободен, и тогда у него будут развязаны руки, он сможет все исправить. В этом Бенжамин Хорн был уверен. — Кэтрин, я прошу тебя, смилуйся, поговори с шерифом! — Ах, Бен, ах, мерзавец, — отвечала Кэтрин. — Ты хочешь, чтобы я тебя умолял? Ты хочешь, чтобы я ползал перед тобой на коленях? Так вот смотри, я ползаю. — Я вижу, Бен, вижу. Я могу заставить тебя ползать всю жизнь. Ты будешь целовать мне ноги. — Да, Кэтрин, я буду целовать тебе ноги, только поговори с шерифом. Скорее поговори с ним! — А почему бы и нет? — сказала Кэтрин.

От этих слов Бенжамин Хорн ужасно обрадовался. — Но, есть маленькое «но», — произнесла Кэтрин. — Какое? Говори, я на все согласен. — Ты перепишешь на меня лесопилку и все документы по этому контракту.

Бенжамин Хорн весь напрягся и похолодел. Но все-таки, мгновенно прикинув, что ему более выгодно, произнес: — Без промедления, Кэтрин, без промедления.

Женщина сунула руку в карман пиджака и вытащила бумаги. Она протянула их сквозь прутья решетки, затем подала ручку. Прямо на колене, Бенжамин Хорн, не глядя, принялся подписывать листы. Он подписывал и шептал: — Как ты ловко замаскировалась, Кэтрин! Просто блестяще! Просто великолепно! Ты гениальная актриса, Кэтрин, я никак не ожидал. Вот моя подпись, вот печать.

Все подписано, скреплено печатью и вручено, — Бенжамин Хорн улыбался, заискивающе глядя на Кэтрин. Та сложила бумаги и спрятала в карман. — Ну, теперь, теперь-то, Кэтрин, ты скажешь шерифу? Скажешь где мы провели с тобой ту ночь? — Знаешь, Бен, а я еще подумаю, — Кэтрин отошла от решетки, сделавшись недосягаемой для рук Бенжамина Хорна, и так же улыбаясь, направилась к двери. — Кэтрин! Кэтрин!! — просил Бенжамин, — подожди, но ведь это же правда… ведь в ту ночь, в ночь смерти Лоры Палмер мы были вместе. Это же правда… — он протягивал руки к Кэтрин.

Та, стоя у стены, снисходительно поглядывала на своего бывшего любовника. — Послушай, Бен, всю свою жизнь мы обманывали друг друга, так зачем же теперь все портить и говорить правду? — Кэтрин! Кэтрин! — все громче и громче начинал кричать Бенжамин Хорн, но тяжелая дверь с маленьким окошком громко захлопнулась, и тогда мужчина дал нолю своим расшатавшимся нервам.

Он орал, глядя в потолок, бросаясь от стены к стене. Он стучал по толстым стальным прутьям кулаком, дергал их, пытаясь вырвать. Но прутья были надежно вцементированы в пол и в железобетонные перекрытия потолка. Усилия узника оставались тщетными.


Мистер Палмер, довольно потирая руки и насвистывая под нос веселую песенку, ходил по гостиной своего дома. Он только было собрался подойти к зеркалу и глянуть на свое отражение, как в дверь постучали. Лицо мистера Палмера сразу же нахмурилось. Он недовольно проворчал и направился к двери. Но когда он распахнул ее, то на его лице уже была дежурная приветливая улыбка. — О, Донна, как хорошо, что ты зашла. Я очень рад. Проходи.

Донна кивнула головой и зашла в гостиную. На ее лице были большие солнцезащитные очки, которые когда-то принадлежали Лоре. Ее волосы туго стягивала широкая черная повязка. — Как-то все не было времени, чтобы зайти к вам, мистер Палмер, — сказала Донна. — Да, я понимаю тебя, времени сейчас ни у кого из нас не хватает. Все спешим, некогда поговорить. Подожди, Донна, я сейчас принесу тебе стакан лимонада, — предложил мистер Палмер. — Не стоит беспокоиться, мистер Палмер, я забежала всего лишь на минуту. — На минуту? — удивился мистер Палмер.

Он никак не мог взять в толк, зачем же, собственно, пришла к нему Донна. И та, чтобы развеять его сомнения, достала из сумочки небольшую компакт-кассету. — Что это? — спросил Лиланд. — Это песни, которые мы поем вместе с Джозефом. Мистер Палмер с недоумением глянул на магнитофонную кассету. — Да, мы с Джозефом спели несколько песен, специально для Мэдлин,-Донна протянула кассету мистеру Палмеру. — А-а,-тот улыбнулся, — теперь понял. Я думаю, Мэдлин будет приятно услышать ваши голоса. — Вы сможете передать эту кассету ей? — Конечно. Это очень мило с твоей стороны, Донна. Мэдлин рассказывала мне о том, как вы поете. Ей, конечно же, будет приятно получить кассету. Я с удовольствием передам. — Я буду очень благодарна вам, — сказала Донна. — Не беспокойся, это не составит для меня труда, — мистер Палмер опустил кассету в карман пиджака.

Донна принялась застегивать сумочку. Застежка под непослушными пальцами никак не хотела защелкиваться. Когда Донна вновь взглянула на мистера Палмера, то уловила напряженность в его взгляде. — Что-то не так? — спросила девушка. — Да нет, — мистер Палмер положил руку на плечо Донны, — все в порядке, но только очки…

Донна вздрогнула от этих слов. — Это очки Лоры. Их мне передала Мэдлин, — сказала девушка. — Припоминаю, я их где-то уже видел, — зло сказал мистер Палмер.

Он протянул руку, как будто бы хотел снять очки с глаз девушки, но в последний момент остановил себя. — Ничего, ничего, Донна, не обращай на меня внимания, я сейчас.

Мистер Палмер, нервно похрустывая пальцами, прошелся по гостиной и остановился у окна. Донна тоже разволновалась, не зная, чем себя занять, она достала сигарету и закурила. Так они и стояли: мистер Палмер, повернувшись к Донне спиной смотрел в окно, а девушка, часто затягиваясь, поглядывала то на входную дверь, то на сигарету, не зная, куда стряхнуть пепел. — Мистер Палмер, — наконец позвала она. Лиланд вздрогнул и обернулся: — Что, Донна? — Вы знаете, полиция нашла тайный дневник Лоры. — А, конечно, конечно, — рассеянно пробормотал Лиланд, — они забрали его еще тогда, в комнате Лоры. — Да нет, мистер Палмер, я говорю про другой дневник. У Лоры был еще один дневник, совсем тайный. Ни полиция, ни я не знали о его существовании. А вы знали, мистер Палмер?

Лиланд обернулся. Его лицо было угрюмым и настороженным. — Нет. — Она отдала его на хранение человеку по имени Гарольд Смит. Вы слышали о таком? — Нет, — вновь рассеянно произнес Лиланд,-впервые слышу. — Несколько дней тому этот Гарольд Смит покончил жизнь самоубийством. — Сожалею, — пробормотал Лиланд. — И вот дневник Лоры нашли у него в доме. — О боже, — пробормотал мистер Палмер и сделал несколько шагов навстречу Донне.

Ту почему-то испугало это движение, и она отпрянула к стене. Но Лиланд Палмер взял себя в руки, постарался как можно более приветливо посмотреть на Донну. — Но я не имел об этом ни малейшего представления. — Я тоже не знала ничего. Но я постоянно думаю о Лоре, вспоминаю ее. — Донна, — проговорил мистер Палмер, вплотную подходя к девушке.

Та с испугом смотрела на него. Он хотел, было, положить руки ей на плечи, как вдруг зазвонил телефон. — Извини, — бросил Лиланд и отошел к аппарату. — Да, это я — Лиланд. — Что? Как поживаешь? — Не может быть! Да ты что? Я сам завез ее на автобусную станцию. — Нет, конечно, жди. Мэдлин должна приехать. Ну, ладно, извини, я не могу долго говорить. У них, у молодых бывает, мало ли к кому она могла заскочить по дороге. — Что, это у нее в первый раз? Да не волнуйся ты, все уладится. Она же была в отличном настроении, я сам завез ее на автобусную станцию. Думаю, все образуется. — Спасибо, что позвонила, — мистер Палмер положил трубку на рычаги.

Донна настороженно и испуганно посмотрела на только что окончившего разговор мистера Палмера. — Мэди? Мэдлин? — растерянно произнесла Донна и посмотрела на Лиланда, как бы ища у него поддержки.

Лиланд стоял в дверях, упершись руками в дверные косяки. — Все это очень странно, — проговорил мистер Палмер, — но Мэдлин еще не приехала домой. — С ней что-нибудь случилось? — спросила Донна. — Не знаю, — пожал плечами Лиланд, — не думаю. Вряд ли.

Он достал из кармана упаковку жевательной резинки, нервно развернул одну пластинку и отправил ее в рот. Мистер Палмер, громко чавкая, принялся жевать. Что-то сумасшедшее почудилось Донне в его облике, в его поведении. Мистер Палмер перехватил ее взгляд. — Не нужно волноваться, Донна. — Что вы, я не волнуюсь. — Я же вижу, ты очень напряжена. — Нет, мистер Палмер, вам кажется. — Подожди здесь. Никуда не уходи, я сейчас принесу тебе стакан лимонада, — и мистер Палмер быстро направился в столовую, но по дороге он остановился у большого настенного зеркала. — Сейчас, Донна, мы с тобой сядем, все обсудим, поговорим и решим этот вопрос, — мистер Палмер старательно поправлял узел галстука.

Донна следила за спокойными движениями мистера Палмера. Все было как обычно, вроде бы нормально, лишь только это странное чавканье. Раньше мистер Палмер никогда себе такого не позволял.

Лиланд немного скосил взгляд на Донну и, убедившись, что ей из гостиной не видно зеркала, окончательно успокоился. Он подмигнул своему отражению — из зеркала на него смотрел длинноволосый блондин с крепкими белыми зубами. Так же как и Лиланд, он, хищно чавкая, жевал резинку.

Окончательно успокоившись, Донна повернулась к каминной полке и принялась рассматривать фотографии, расставленные на ней. На всех фотографиях была изображена ее подруга Лора в разные годы. Здесь были две детские фотографии, с которых смотрела веселая полная блондинка, которая широко улыбалась. Стояла и одна из последних фотографий — большой цветной портрет со школьного бала, где Лора Палмер была в диадеме королевы красоты.

Донна с таким вниманием рассматривала фотографии, что даже не услышала, как сзади подошел мистер Палмер и остановился у нее за спиной. Она вздрогнула, когда рука Лиланда легла на ее плечо. — Вот твой лимонад, Лора, — ласково сказал мистер Палмер, протягивая высокий стакан.

Донна сорвала с лица темные очки, сунула их в карман. — Спасибо, мистер Палмер, — совсем не удивившись тому, что он назвал ее Лорой, сказала девушка, — знаете, я была уверена, что в любой момент смогу увидеться с Мэдлин. Ведь она живет совсем недалеко, не правда ли? — Донна, мне кажется, ты принимаешь все это слишком близко к сердцу. А с Мэдлин все в полном порядке, — Лиланд Палмер обнял Донну за плечи и, ласково улыбаясь, смотрел ей в глаза. — А вообще, я знаю одно лекарство, которое помогает в такие моменты, как сейчас у тебя. Сейчас, минутку, — Лиланд Палмер резко повернулся и заспешил к проигрывателю.

Он нажал клавишу, адаптер опустился на пластинку. Донна поставила высокий стакан с лимонадом на каминную полку, так и не сделав ни одного глотка. Зазвучала медленная музыка — вальс. Лиланд Палмер обернулся к девушке, сделал несколько плавных движений, приподнял руки, а потом, как заведенная кукла, принялся пританцовывать в такт музыке и напевать себе под нос. Он кружил посреди гостиной, бросая на Донну призывные взгляды, как бы приглашая ее принять участие в танце. Наконец, Лиланд подошел к девушке, галантно склонился перед ней и, протянув руку, произнес: — Можно пригласить тебя на танец?

Донна положила свою руку в ладонь Палмера, и они начали медленно покачиваться в танце. Донна немного скованно и натянуто улыбалась, она чувствовала себя неловко, танцуя с Лиландом в это неподходящее время, в этой комнате и с неотвязной мыслью в голове о пропавшей Мэдлин. — Донна, я вижу, волнение не проходит? — Да что вы, мистер Палмер, теперь я уже почти успокоилась. — Вот и прекрасно. Не волнуйся, ни о чем не думай, слушай музыку. — Я стараюсь, но как-то…— Я тебя очень прошу, слушай музыку. Повторяй движения за мной, у нас с тобой все прекрасно будет получаться. — Да-да, мистер Палмер. — Мы с тобой очень красивая пара. Если бы кто-нибудь увидел нас со стороны, Он бы явно позавидовал мне. — Почему вам? — Как это, Донна? Я такой старый человек, а ты такая молодая привлекательная партнерша. Это всегда выглядит романтично и очень красиво. Ты согласна? — Я не знаю… — прошептала Донна.

В этот момент руки Лиланда Палмера притянули Донну, и мужчина крепко прижал ее к своему телу. Донна пронзительно вскрикнула, уперлась кулаками в грудь мистера Палмера, резко дернулась…

Но Лиланд Палмер уже сам разжал объятия. Донна, тяжело дыша, испуганно уставилась на него. Мужчина засмеялся, глядя прямо в глаза девушки. Донна вся дрожа, стояла в полушаге от мистера Палмера, все еще ощущая на своих запястьях его руки.

Вдруг в дверь позвонили. Мистер Палмер вздрогнул, отстранился от девушки. — Извини, Донна, извини. Никуда, пожалуйста, не уходи, я сейчас, — холодным голосом произнес мужчина и направился к входной двери.

В гостиную мистер Палмер вернулся вместе с шерифом. Трумен тут же, едва переступив порог, принялся объяснять: — Лиланд, нам очень нужна твоя помощь…— Что, прямо сейчас, Гарри? — Да. Прямо сейчас. — А что случилось? — По дороге я тебе объясню. — Так что, прямо сейчас? — переспросил Лиланд. — Конечно. Собирайся, машина ждет. — Хорошо, я только захвачу пальто. А что все-таки случилось, Гарри? — Совершено еще одно убийство и поэтому твоя помощь нужна мне немедленно. — Да что ты, Гарри? — изумленно воскликнул мистер Палмер. — Да-да, Лиланд, пожалуйста, быстрее собирайся. Только тут шериф увидел, что в глубине гостиной у окна стоит Донна Хайвер. Он едва заметно кивнул ей головой. Девушка ответила таким же движением. На ее глазах были слезы.

Донна еще несколько секунд стояла в раздумье у окна, потом резко сорвалась с места, побежала к входной двери, чтобы сесть в машину шерифа. Но не успела.

Донна поняла, что произошло, она уже знала — с Мэдлин случилось несчастье.



Глава 24 | Твин Пикс: Кто убил Лору Палмер | Глава 26