home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 17

С Красным встретились только часа через два, в казино у Перикла Геркулеса. Едва Филат с Данилой подошли к входной двери, как она мгновенно распахнулась – наверняка охрана уже была предупреждена об их появлении. Казино в этот ранний час пустовало – лишь к вечеру его залы заполнятся игроками.

Теперь же в этих роскошных пустых помещениях витал запах денег – так аромат духов тянется шлейфом за красивой дамой.

Лицо старого грека источало благодушие, хотя нетрудно было догадаться, что он уже знал о происшедшем, ибо слишком уж пристальным был его взгляд.

– Красный здесь? – спросил Филат, пожав пухлую ладонь хозяина казино.

– Здесь. Уже минут двадцать тебя дожидается. На тебе лица нет – случилось что? – очень серьезно поинтересовался Геркулос.

– Понимаешь, Перикл, пробка на дороге, едва пробились, – в тон ему отвечал Филат.

Взгляды их столкнулись, подобно двум оголенным электрическим проводам.

Старик определенно знал больше, чем хотел это показать. У Филата даже мелькнула шальная мысль: уж не в курсе ли он того, какого цвета носки на тощих ногах убитого Кеши!

– Тебе понравился мой сюрприз? – любезно поинтересовался Перикл.

В глазах ни намека на иронию – вопрос опять прозвучал очень серьезно.

– Во всяком случае, Перикл Кириллыч, один из двух оказался полезным.

– Рад.

– Каким же образом удалось их вычислить?

Перикл продолжал обворожительно скалиться, как будто участвовал в конкурсе «Лучшая улыбка года».

– Помилуй бог, дорогой Филат! Разве возможно во время секи спрашивать у партнера, какие он держит на руках карты?

– Ладно, я понял тебя.

Геркулос вел гостя все дальше по коридору. Старик не обращал внимания ни на статуи, расположенные вдоль стен, ни на гобелены, развешанные точно боевые трофеи – немое свидетельство его финансового благополучия. Глядя на его размеренную, величавую походку, трудно было поверить, что большую часть своей жизни он провел не в обществе светских львов, а в компании обычных зеков.

Мраморные изваяния безмолвно посматривали на своего хозяина, но Перикл не удостоил их даже взглядом.

В комнате Красный был один. На столе стояла батарея пивных бутылок и большое блюдо, на котором были веером разложены ломтики жирного угря.

Чувствовалось, что вынужденным одиночеством питерский смотрящий не тяготился.

Он живописно расположился под изваянием какого-то античного героя с рельефной мускулатурой.

– Ну и наделал ты там шума, – громко произнес Леша вместо приветствия. – Ментов понаехало со всего района. Ты что молчишь? Перикла застеснялся? От него разве можно что-то скрыть? Он уже все знал, до моего приезда. Его телеграф работает бесперебойно. И потом, к твоему сведению, это казино едва ли не самое надежное место в Питере. Ни одно слово не выходит за пределы его стен. Так что говори смело!

Перикл с хитроватой улыбкой развел руками: дескать, если бы не воля смотрящего Питера, он занялся бы сейчас своим хлопотным бизнесом. Помедлив секунду-другую, Филат опустился на свободный стул.

– Свежак! – Красный отхлебнул из бокала пенящийся напиток. – За что я люблю твое заведение, Перикл Кириллыч, так это за пиво и жирного угря. Того и другого у тебя всегда в избытке. Так что там произошло, а, Филат? – Он взял лоснящийся кусок копченой рыбы и медленно поднес его ко рту.

Дверь неслышно распахнулась, и вошел официант с огромным подносом. Ни на кого не глядя, он поставил на стол шесть бутылок пива «Хайнекен», выложил закуску: бутерброды с черной икрой, тонко нарезанные ломтики салями и буженины.

В его движениях чувствовалась профессиональная выучка. Впрочем, в этом не было ничего удивительного: Геркулос дрессировал своих слуг со знанием дела. Несмотря на внушительные габариты, парень держался как вышколенный официант в дорогом ресторане. Забрав пустые бутылки, он незаметно растворился в проеме двери.

Филат налил полный бокал и сделал затяжной глоток. Отдышался. Второй и третий получились покороче. В голове весело загудело. Он с удовольствием проглотил кусок угря, по-свойски закинул ногу на ногу и неторопливо заговорил:

– Когда мы вошли в квартиру, этот Кеша уже несколько дней был мертв, и от него разило гнилью, как от мусорной кучи. Так что откровенного разговора у нас, к сожалению, не вышло.

– Убит? – спросил грек.

– Да. Кто-то впечатал ему в лоб свинцовый поцелуй. Причем, похоже, кто-то из своих.

– Понятно. Значит, потихонечку избавляются от лишних свидетелей? – задумчиво высказался Красный. – И Семена тоже пристрелили?

– Да. Получается, что они следили за домом Кеши и держали наготове тех двух хмырей с мотоциклом.

– Как, по-твоему, Красный, кто мог все это затеять? – спросил Филат, потянувшись к бутерброду с икрой.

– Да хрен его знает! – беспечно отозвался смотрящий. – Сейчас в городе столько всякой шпаны, что за всеми и не уследишь. Палят, как в тире. Едва ли не каждый день приходится разборки улаживать. Признаюсь тебе, Филат, если бы не я, так эти салажата давно бы перестреляли друг дружку. Они никому не подчиняются, и мы даже не догадываемся, где они собираются. Это группы-однодневки. Сегодня они в компании, дельце провернули – и делают ноги. Скорее всего, кто-то нанял этого чиграша для разовой работы.

– Но кто в Питере может подвязываться на такие заработки?

– Могут воркутинские. Очень старательные ребята – совмещают крутой рэкет с учебой в университетах. Казанские могли выделить для подобной операции своего парня.

– А может, местные? Из области?

– Не думаю. В последнее время они стали осторожничать. В прошлом году их крепко потрепала «контора», так что они затаились. – На секунду Красный задумался. – Впрочем, если предложить хорошие бабки, то на такой подвиг отважатся и они… В этой истории, Филат, мне не нравится то, что мотоциклист пристрелил раненого – такие вещи у братвы не в ходу. А ты что скажешь, Перикл?

– и, заметив несколько удивленный взгляд грека, живо отреагировал:

– Только не надо строить из себя пацифиста, Перикл, ты такой же агнец божий, как я монах!

Филат едва сдержал улыбку: внезапная вспышка беспричинного раздражения была в характере Красного. Лицо грека оставалось серьезным: он сумел сделать вид, что ничего не понял.

– Мы, конечно, попробуем поискать мотоциклиста, хотя это будет не так-то просто… если возможно вообще. Так же сложно найти человека, который отправил на тот свет Петра Васильевича. Сработано очень чисто.

– Но я еще не все сказал, – Филат сделал один большой глоток. – Я устроил небольшой шмон у Кеши и вот что нашел в одной из его книг. – Филат тщательно отер ладони о салфетку, запустил два пальца в нагрудный карман и выудил клочок сложенной вчетверо бумаги. – Мне кажется, что это номера телефонов. Судя по тому, где я их нашел, покойничек их явно скрывал их от чужих глаз.

– Ну-ка, дай взгляну, – потянулся Красный к листку. Он долго смотрел в цифры, морщил лоб, как будто хотел припомнить что-то важное, а потом протянул листок старику. – Может, это тебе что-нибудь скажет? Судя по первым трем цифрам, это где-то в центре.

Перикл нацепил на нос очки в золоченой оправе и поднес листок к глазам.

– Это определенно телефонные номера. Альфред! – громко крикнул он.

Дверь открылась почти мгновенно. И на пороге появился тот самый молодой человек, который полчаса назад принес пиво и закуски. Создавалось впечатление, что он ждал под дверью на тот случай, если хозяину что-то вдруг понадобится.

– Слушаю вас, Перикл Кириллович!

– Проверь по нашему справочнику, кому принадлежат номера этих телефонов.

– Хорошо, Перикл Кириллович. – И парень исчез С расторопностью привидения.

– У меня самый подробный телефонный справочник нашего города, – с загадочным видом пояснил грек. – Там все номера сгруппированы не только по названиям абонентов, но и по порядку следования цифр – чтобы легче было искать…

Филат и Красный переглянулись. Хитроумию плутоватого Перикла не было границ. Посыльный отсутствовал не более пяти минут. Вернувшись, он вопросительно посмотрел на Филата и Красного, тем самым давая понять, что для него не существует важнее персоны, чем его шеф, пусть даже один из гостей имеет мандат от самого держателя российского общака, а другой и вовсе считается хозяином города.

Возникшее напряжение Геркулес разрядил мгновенно:

– Говори смело, Альфред, в этой комнате мои друзья.

– Этих номеров нет даже в нашем справочнике…

– Это все, что ты хотел мне сказать?! – Старый грек не смог скрыть раздражения.

– Нет… Зато они есть в справочнике мэрии. Один из этих телефонов принадлежит пресс-секретарю вице-мэра, другой – заместителю генпрокурора города, третий – председателю горкомимущества. – Альфред бережно положил на стол лист бумаги, на которой ровным почерком старательного второклассника были написаны имена и фамилии абонентов.

– Хорошо, можешь идти, – кивком головы Геркулес отпустил верного слугу На некоторое время в комнате воцарилось молчание. Филат снял ногу с колена, слегка задев носком ножку стола, и бутылки, столкнувшись стеклянными боками, протестующе звякнули.

– Ну и что будешь делать. Рома? – сочувственно спросил старый грек.

Филат молчал, крепко задумавшись. Итак, невидимый противник пользуется покровительством высших городских властей. Выходит, борьба ожидается куда более крутой, чем предполагалось вначале.

– Пока не знаю, – честно признался Филат, – надо все тщательно продумать. Когда назначен тендер?

– Вроде как осталось дней десять, а то и неделя – Красный состроил кислую гримасу: мол, шансов на копейку.

– Маловато, – помотал головой Филат. – Боюсь можем не успеть. Мне надо посоветоваться… В Москву придется вернуться. Это займет два дня, не больше.

Красный, ты можешь пока приставить дозор к этим людям? Пускай твои пацаны снимают всех на видеокамеру. Потом пропустим пленки через сито, выявим того, кто нам нужен.

Красный кивнул:

– Сделаю. Тем более что зампрокурора живет в одном доме с председателем горкомимущества. В разных подъездах. Есть такой нехилый домишко на набережной Мойки, отреставрированный старый особняк.

– Я тебе оставлю Данилу – лишним он не будет… – Филат посмотрел на Красного, который допивал последнюю бутылку «Хайнекена». – Не возражаешь?

Отставив бутылку в сторонку, Красный невесело улыбнулся:

– Это просьба мне напоминает одну байку про палача. Прежде чем опустить топор на шею преступника, он интересуется у бедняги: «Не возражаешь ли, любезнейший, если я отрублю тебе голову?» Что я могу тебе ответить, Рома?

Оставляй! Ты ведь свой верный глаз здесь хочешь иметь, чтобы за нашими делишками присматривать. Ладно, не хмурься, делай что хочешь, – примирительно улыбнулся Красный.

– Ты, Леша, конечно, мужик проницательный, как Феликс Дзержинский, но только на сей раз тебя интуиция подвела. Даниле я дам задание, которое к тебе никакого отношения не имеет, – усмехнулся Филат.

Питерский смотрящий, злобно сощурившись, сверкнул глазами на Филата и выдавил натянутую улыбку.

Ему очень не понравился намек на «Феликса». Красный, при всей своей широте душевной, очень ревниво относился к тому, что о нем люди говорят за спиной. И свое прозвище «Железный Феликс» недолюбливал, полагая, что наградили им его в насмешку. Ведь всем в Питере было известно, что после трех палок подряд Красный надолго скисает…


* * * | Стенка на стенку | Глава 18