home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА 5

ВНЕЗАПНЫЙ КНИКСЕН

Арапы Петра Великого играли в кости.

— Плохо трясёшь, — Ганнибал почесал грудь. — Тряси лучше. Чего-то не везёт мне…

— Зато тебе с бабами везёт.

— Это да, — Ганнибал улыбнулся. — Мадам Журмо при прощании зело убивалась. Сказывала — хучь ты, Ганнибал, и бабник, нешто гишпанский Жон Дуан, но дюже невозможно мне с тобою, с мавром, прощаться, потому как наипервейший ты во всём Париже мужчина и галантный кавалер и от тебя приятно пахнет.

— Вызывал меня, кстати, государь и, промежду прочим, ему про все наши парижские выкрутасы известно. И про то как ты по борделям шлялся… и про то как маркизу Анжуй на бале за занавеской прижал… — Занзибал зевнул, — … И про то, как от мужа мадам Журмо с балкона без порток сиганул, и как я торговый корабль в плавание отправил… и как я ихнему гвардейцу усы шпагой отсек… и всё такое прочее. Всё известно.

— Еттить твою! — Ганнибал присвистнул. — Это ж ктой-то набрехать успел?! Кому это язык подрезать?

— А ты не догадываешься? Чай не велика загадка.

— Ну?

— Что, не знаешь? Даю подсказку. Святлейший князь Ме—е—е—е!

— Ншиков!

— Угадал!

— Неужли?!

— А кто ишо? Кому ишо надо? Только гундосому…

— Вот, шкура! Давай его на дуэль вызовем!

— Тут не Париж, за дуэль государь башку оторвёт.

— Тогда давай ему физиогномию разобьём!

— А… — Занзибал махнул рукой. — Опять наябедничает…

— А может ему, ябеде, в сапог нассать?

— Это можно.

В дверь постучали.

— Стучится кто-то, — сказал Занзибал. — Поди открой.

— Чего я? Сам иди! Ты услышал, ты и иди!

— Я не могу, я в исподнем.

Ганнибал нехотя вылез из-за стола и поплёлся открывать.

Открыл дверь и остолбенел. В коридоре стояла ангельской красоты молодая девица. Она сделала книксен и поздоровалась:

— Бонжур, мусью! Я — княжна Белецкая. Государь прислали меня к вам заниматься аглицкой грамматикой. Это вы, Занзибал?

Ганнибал молчал.

— Это вы Занзибал?

— Я… — наконец выдавил он. — То есть нет… Не я… Это мой брат — Зназибал. А меня Ганнибал звать… Я его брат. А вас как зовут?

— Елизавета Федоровна.

— Очень приятно. А я Ганнибал Петрович…

— Могу я видеть вашего брата Занзибала Петровича?

— Нашего брата?.. Он сейчас выйти затрудняется… Он сейчас не в том виде…

— Он что, пьяный?

— Он-то?.. Трезвый.

— Гм…

— Он не в форме… Может, передать чего?..

— Передайте, что я жду его в библиотеке. Государь велели заниматься немедля, — княжна сделала книксен и удалилась.

Ганнибал вошёл в комнату, прикрыл дверь.

— Кто там? — спросил Занзибал.

— Слушай, черномазый, к тебе такая дама приходила! Кр—р—расота! Здесь у неё — во! Здесь — во! Представляешь?! А здесь — во!

— Да для тебя что ни баба, то — во!

— Говорю тебе — первый раз такую вижу!

— Чего она приходила-то? Чего ей от меня надо?

— Государь прислал, аглицкому тебя обучать. Везёт тебе! В библиотеке ждёт.

— А, знаю! Энто княжна, что ли, Белецкая? Мне Пётр Алексеевич сказывал.

— Точно! Она самая!

— Ну ладно. Пойду тогда. Подай штаны, ефиоп.


Царь Пётр Алексевич распорядился, чтобы княжна Белецкая поселилась во дворце, покудова не выучит Занзибала. Княжна Белецкая перевезла во дворец свои гардеробы, кремы, пудры, канарейку, и поселилась в одной из дворцовых комнат. Занзибалу язык давался легко. Царь Пётр Алексеевич раз в неделю вызывал девушку к себе для доклада.

— Здравствуй душенька. Как поживаешь? Не тесно ль тебе во дворце?

— Здравствуйте, государь. — Белецкая сделала книксен. — не тесно.

— Вот и ладно. Как успехи ефиоповы?

— Ефиоп весьма способный.

Царь просиял:

— Он у меня такой! До наук охочий! Токмо озорной. Не забижает тебя? А то ты эвона какая красавица! — Замуж тебе пора. Созрел мандаринчик… Так не забижает?

— Что вы, государь. — Белецкая сделала книксен. — Он смирный. Ничего такого. Токмо от него вином пахнет. — Девушка поморщилась.

— Злоупотребить любит! Да. — Царь погрозил пальцем. — Ну ступай, душенька, с Богом.

Белецкая сделала книксен и удалилась.


Арап Петра Великого-2



ГЛАВА 4 АМЕРИКА — РОДИНА МАХОРКИ | Арап Петра Великого-2 | ГЛАВА 6 ЖУРФИКСЫ