home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Чем закончилась погоня

Если бы у меня было еще секунд десять, возможно, я и успел бы перерезать швартовочный канат второй моторки. Но получилось так, что обрезал я только одну лодку.

Мой план, возникший, пока я бежал к бухте, состоял в том, чтобы обрезать обе, запрыгнуть в одну из них и отбуксировать другую от причала. Тельме пришлось бы тогда плыть за мной, оставив мачете на берегу.

Возможно, это был не такой уж роскошный план.

Но мне даже не представилась возможность проверить его, потому что Тельма с грохотом выскочила на причал еще до того, как я начал резать второй канат.

Отбросив в сторону веревку первой лодки, я вскочил на ноги и побежал как ошпаренный к концу причала.

Мои прорезинки шлепали по настилу. Босая Тельма тяжело топала за мной, громко и с присвистом сопя.

И снова ей не светило меня поймать.

На бегу я сложил бритву и бросил ее в карман.

Добежав до края, я прыгнул в воду.

Прыжок получился слишком горизонтальным, и я плюхнулся плашмя, что было довольно больно. Затем вода сомкнулась надо мной. Под водой я стал энергично работать ногами, стараясь набрать скорость.

Шумного всплеска позади все не слышалось. Но я не терял надежды услышать его, так как вперед вырвался совсем ненамного, а значит, Тельма уже должна была добежать до конца причала.

Очевидно, она решила не прыгать.

Как бы там ни было, но мне нужен был воздух, и я вынырнул, и, наполняя легкие, оглянулся.

К причалу я был ближе, чем ожидал или надеялся. Вероятно, придержали туфли, да и огромные мешковатые шорты тянули вниз. Но, так или иначе, надо было отрываться от Тельмы, и я начал яростно загребать.

Туфли превратили это в адский труд, но сбрасывать и терять их я не собирался. Работая ногами, как велогонщик, я едва умудрялся держать голову над водой.

Бледная от лунного света Тельма, широко расставив для равновесия руки, сходила с причала в первую моторку. Серебром отливали мачете, словно продолжение ее рук.

Сложив оружие на дно лодки, Тельма согнулась над подвесным мотором.

Несколько секунд было видно только ее зад и бедра. Затем лодку немного снесло течением, и мне открылся вид сбоку. Одна рука Тельмы лежала на капоте, другой она дергала шнур пускателя. Груди ее болтались с бешеной скоростью. Мотор пару раз чихнул, но не завелся. Тогда она дернула шнур еще раз. На этот раз мотор фыркнул и заработал.

Не успел я опомниться, как Тельма уже разворачивала лодку в моем направлении.

И я как ужаленный поплыл к яхте.

Но в этой гонке у Тельмы было преимущество. Хотя моторка и не была сверхскоростной, двигалась она все же быстрее, чем плыл я.

Фора у меня была довольно приличная.

Но не настолько. С такими темпами Тельма догонит меня задолго до того, как я доплыву до яхты.

Я поплыл еще быстрее и не оборачивался – растущий шум мотора делал это излишним.

Судя по звуку, Тельма была уже за спиной и не думала сворачивать, вероятно, намереваясь переехать меня и порубить винтами.

Глубоко вдохнув, я нырнул.

Лодка проплыла надо мной с ворчливым металлическим жужжанием. Затем тон звука резко понизился. Видно, Тельма сбавила газ.

Шум мотора стал убывать, затем вновь нарастать.

Это Тельма развернулась.

Я понял, что она никуда отсюда не уплывет. Будет кружить и дожидаться. Знает, что я не смогу находиться под водой вечно. Когда всплыву за воздухом, тут она меня и прикончит.

Перевернувшись на спину, я взглянул вверх на залитую лунным светом поверхность. Еще я там увидел тенью скользившее темное днище лодки.

Так увидела бы лодку акула.

В ушах зазвучала музыкальная тема из фильма “Челюсти”.

Будь я гигантской белой акулой из фильма, мне бы ничего не стоило совершить бросок вверх и так боднуть лодку, чтобы она перевернулась. А в воде Тельма была бы в моей власти.

Но я был щуплым парнем, да и отталкиваться было не от чего, так что вряд ли моя лобовая атака увенчалась бы успехом. Если, подражая акуле, я вздумал бы провернуть такой трюк, самое большее, что мне удалось бы, так это слегка качнуть лодку. Но, вероятнее всего, я бы просто отлетел вниз от ее корпуса.

Пока я размышлял об этом, моторка медленно кружилась надо мной. И от слишком продолжительной задержки дыхания в груди пылал адский огонь.

Набрать немного свежего воздуха дело пустячное. Можно было бы вынырнуть на поверхность на безопасном расстоянии от лодки, быстро глотнуть воздуха и успеть погрузиться, ускользнув от Тельмы. Надо было лишь выбрать подходящий момент и сделать все очень быстро.

Но глоток свежего воздуха давал мне лишь отсрочку, не решая основной проблемы.

Другое дело, если бы я смог все время всплывать за воздухом...

Возможно, таким образом мне удалось бы доплыть до яхты или назад, к причалу.

Но что это даст? Тельма будет уже там и ничто ей не помешает зарубить меня.

Рано или поздно у нее кончится бензин. Вначале мысль эта привела меня в восторг. Нет бензина – сдох мотор. А без него лодка станет неуправляемой и может лишь дрейфовать по течению. И Тельме придется либо ждать у моря погоды, либо прыгать в воду. Превосходно!

Но у меня не было ни малейшего представления о том, насколько полон бак. Возможно, бензина могло хватить еще на целый час.

И целый час через минуту или две выныривать на поверхность? Немыслимое дело. Раза три или четыре еще получилось бы, но потом она наверняка догадается, в чем дело. И через десять минут мне будет крышка.

Разве что мотор уже работает на последних каплях.

Но на это надежды мало.

Вот если бы придумать способ заглушить мотор. Сделать что-нибудь такое, что не предусматривало бы бесконечное ожидание.

Пока в голове роились все эти мысли, боль в легких настолько усилилась, что я не мог больше нормально соображать. И я начал судорожно искать глазами лодку.

Черт побери!

Моторка только что достигла дальнего конца своего круга – и вряд ли поплыла бы дальше. Теперь каждое мгновение приближало ее ко мне.

Энергично загребая над головой руками и изо всех сил отталкиваясь ногами, я ринулся к поверхности. Подъем был настолько стремительным, что я чуть не потерял шорты: чувствовал, как они сползают, но не рискнул подхватить их.

Когда они спустились на бедра, я вспомнил о бритве в кармане.

Потерять шорты означало распрощаться с бритвой.

Поэтому я опустил руку, поймал их за пояс и придержал. Через мгновение голова моя пробкой выскочила из воды. Ловя ртом воздух, я уже обеими руками подтянул шорты.

Тельма неожиданно повернула голову в мою сторону и, заметив меня, переложила руль. Нос лодки круто повернулся и нацелился прямо на меня. Взревел мотор.

Я нырнул.

Едва успел. По спине прокатилась закрученная винтом кильватерная струя.

Вот один из способов остановить мотор, подумал я. Подлезть под винт.

Это почти наверняка остановит его. Но цена показалась мне слишком высокой.

В детстве, отдыхая с родителями на водоемах, я достаточно часто плавал на моторных лодках с подвесным мотором. И мотор у меня несколько раз глох. И не всегда это было связано с топливными проблемами. Если под винт попадает большой камень... или он запутывается в водорослях.

Да!

Стараясь держаться на максимальной глубине, я запустил руку в карман, выудил оттуда бритву и всунул ее в правый носок. Затем спустил шорты и стянул их.

Упустив шанс изрубить меня винтом, Тельма сбавила скорость и возобновила круговое патрулирование.

Скомкав шорты, я поплыл к поверхности, держа их обеими руками.

Возможно, лишусь нескольких пальцев, подумал я.

Если сработает, тогда не напрасно.

Черное брюхо лодки скользило мне навстречу.

Я замедлил подъем. Посмотрел еще раз, подождал. Затем почувствовал легкий толчок воды от проплывшего над головой носа лодки.

И резко выбросил руки вверх, набрасывая шорты на винт. Мгновенный рывок – и я резко отдернул пустые руки.

Пальцы и кисти остались целыми и невредимыми.

Надо мной натужно взвыл, зачихал и заглох мотор.

Есть!

С неработающим мотором лодка поплыла дальше по инерции. Я поплыл за ней следом под водой.

Через несколько секунд мне вновь удалось заплыть под нее.

Еще через несколько секунд лодка качнулась. Затем подводная часть мотора поднялась вверх из воды – вместе с остатками моих шортов.

Эти подвесные моторы можно поднимать на шарнирах, когда возникает необходимость добраться к винтам. Я и сам так делал несколько раз. Так что знал, что Тельма обязательно будет находиться на корме. Она наклонится над мотором, и обе ее руки будут заняты.

Замечательно неустойчивая поза.

И я ринулся к поверхности, высоко подняв руки.

Как только лицо мое показалось над водой, я обеими руками схватился за борт лодки и дернул его вниз, словно отчаянно пытаясь влезть на борт.

Моя сторона резко накренилась.

Другая сторона подскочила вверх.

Возвышавшаяся надо мной Тельма склонилась над поднятым мотором, как я и надеялся. Обе ее руки были на нем. В тот момент, когда я ее увидел, она уже повернула голову, чтобы посмотреть, что случилось.

И потеряла последний шанс остаться на ногах.

В страхе вскрикнув, Тельма взмахнула руками и покачнулась, выставив вперед плечо. На какое-то мгновение она замерла на правой ноге, приподняв левую, словно кобель, собирающийся пометить дерево. Но левая нога продолжала подниматься. Затем Тельма полетела вниз через борт лодки. Лодка вырвалась у меня из рук и отплыла в сторону. Я начал усиленно работать ногами, чтобы удержать голову над водой.

Тельма вошла в воду правым плечом.

Затем последовало сотрясение, всколыхнувшее и откинувшее меня в сторону. В лицо плеснула волна.

Ослепнув от воды, я поплыл за лодкой.

Моей целью было догнать ее, влезть в нее и овладеть мачете. Как только они окажутся у меня в руках, Тельма ко мне больше не полезет.

Мне нечего будет больше бояться ни ее, ни Уэзли.

Плывя, я смахнул воду с глаз ресницами. До лодки было футов двадцать.

Сущая ерунда.

Я оглянулся. Тельмы нигде не было видно. Она еще не всплыла. Хотя меня радовало, что наконец удалось от нее оторваться, я был слегка обеспокоен.

А что, если она утонула?

Я даже подумал о том, чтобы вернуться и проверить, не нуждалась ли она в помощи. Ненормальный, да? Почему-то я решил, что она будет мне благодарна, возможно, даже присмиреет и перестанет быть по отношению ко мне такой агрессивной. А может, мы даже объединимся, станем одной командой...

Она схватила меня за левую лодыжку.

Резко остановила и дернула вниз.

Когда другая ее рука вцепилась мне в щиколотку, захват пришелся выше носка – и, слава Богу, выше бритвы.

Я почувствовал, что меня тянут на дно.

Одна рука на миг отпустила меня, но тут же перехватила повыше.

Зная Тельму, я понял, что она добирается до моих яиц. Судорожно сжал ноги, чтобы не дать ей забраться мне между ними. И вовремя.

Тельма начала протискивать руку между моими бедрами. Когда она с силой нажала, пытаясь раздвинуть мне ноги, я резко крутнулся. Одна ее рука осталась зажатой у меня между ног, другая отпустила мою лодыжку. Повернувшись, я кувыркнулся и лягнул Тельму двумя ногами. И через пару секунд был уже свободен.

Я выкарабкался на поверхность и, судорожно ловя ртом воздух, повернулся на месте. В этот момент из воды выскочила голова Тельмы. Когда она шумно потянула в себя воздух, я налег на ее плечи обеими руками и толкнул ее вниз.

Но она не погрузилась, а завалилась на спину, и я оказался поверх нее.

Тельма начала отчаянно отбиваться. Когда мои руки соскользнули с ее мокрых плеч, она обвила руками мое туловище и так стиснула в объятиях, словно намеревалась раздавить мне грудную клетку. Руки у меня были свободны, так что я схватил ее одной рукой за волосы, а другой за ухо, и стал сворачивать ей шею.

Мы брыкались и извивались.

Очень скоро я уже не знал, кто из нас был наверху, и даже где был этот верх. Но мы оба оставались под водой, и никто из нас не мог дышать.

Но никто и не отпускал.

Мы оставались в клинче, как будто каждый из нас считал, что имеет перевес над противником.

Мне показалось, что мы целую вечность боролись под водой, вцепившись друг в друга мертвой хваткой. Но скорее всего это длилось не более минуты.

Наконец Тельма, видимо, выдохлась. Колотить ногами, извиваться и лягаться она стала менее энергично, руки уже не так сильно сжимали мою грудную клетку. Вскоре она и вовсе прекратила борьбу. Ее объятия разжались, и руки соскользнули с моей спины.

Я отпустил ее ухо. Рукой, державшей за волосы, я отодвинул ее от себя.

Она вся словно обмякла.

Без сознания, а может, и мертвая.

Или прикидывалась.

Не выпуская из рук ее волосы, я поднялся на поверхность и вдохнул, но ее голову держал под водой – на расстоянии вытянутой руки на тот случай, если она притворялась.

Мне приходилось яростно работать ногами, чтобы удержать свою собственную голову над водой. Так интенсивно двигаясь, я мог и не заметить движений Тель-мы. Пока не стало бы слишком поздно.

Неприятное ощущение.

Я чувствовал себя одновременно и убийцей, и подсадной уткой.

Становилось все труднее удерживать ее под водой. Я подумал, а вдруг она уже мертва. И одновременно почти приготовился к тому, что вот-вот почувствую, как она внезапно выдергивает из моего носка бритву. Испугавшись вдвойне, я погрузил ее голову поглубже и отпустил.

Через несколько секунд ее голова вновь показалась над водой. В лунном свете я успел мельком разглядеть ее лицо – глаза навыкате, плотно сомкнутые губы. Во всяком случае жива, теперь я был в этом почти уверен. Но она не хватала ртом воздух и не захлебывалась. В полной тишине, если не считать тихих хлюпающих звуков воды, ее голова запрокинулась назад, и на поверхность выскользнуло остальное тело.

Не успел я опомниться, как она уже плыла на спине. Бесстыдно распластавшись, она лежала на воде, раскинув в стороны руки и широко раздвинув ноги. Такое впечатление, будто просто расслабилась и задремала, плавая на спине в бассейне.

Вид у нее определенно был не мертвый.

А жуткий.

У меня руки и ноги затряслись.

Меся ногами воду, я старался разглядеть в ней какие-нибудь признаки жизни.

Но она лениво дрейфовала: волнение воды время от времени немного приподымало ее и разворачивало.

Неотрывно наблюдая за ней какое-то время, я заметил, что расстояние между нами увеличилось.

Я не хотел, чтобы она уплывала.

По крайней мере, пока что.

Но и плыть за нею не собирался. Так что развернулся и поплыл к моторке.

Возле кормы я остановился и, подняв над водой руку, за пару минут смотал шорты с винта. Как же они изорвались. Все же я швырнул их в лодку. Затем мне удалось самому забраться в лодку, не перевернув ее.

Надевая превратившиеся в лохмотья шорты, я поглядывал на Тельму. Теперь она была уже довольно далеко, но все еще лежала на спине, точно в таком же положении, как прежде.

Что-то здесь было не то.

Если бы я ее утолил, она пошла бы ко дну. Если же не утопил, она должна была либо куда-нибудь плыть, либо барахтаться в воде, задыхаясь и откашливаясь.

Просто не укладывалось в голове, как могла она вот так лежать на спине, словно спящая.

Опустив подвесной мотор в воду, я запустил его, сбросил на малые обороты, повернул моторку в сторону Тельмы и медленно повел ее к ней.

Нос лодки был направлен между ее ногами.

Повернул лодку я чуть раньше, чем это было необходимо. Чтобы не поддаться соблазну.

И полностью избежать столкновения с ней.

Но правый борт моторки все же слега толкнул ее левую ногу. Тельма даже не вздрогнула. Оставшись лежать на спине, она просто начала поворачиваться против часовой стрелки.

Чем-то она напомнила мне ассистентку метателя ножей в цирковом номере. Смазливая бабенка в едва прикрывающем ее прелести костюме, которую привязывают к колесу и раскручивают, и которая балдеет от того, что ее выбрали мишенью.

Только красивой Тельму не назовешь, да и откровенного наряда на ней не было. Она была просто голой. Ее огромные груди, блестящие и молочно-белые в лунном свете, свисали с грудной клетки, словно пара страдающих морской болезнью путешественников, готовящихся блевануть за борт.

Толчок лодки заставил ее повернуться на пол-оборота.

Когда я начал кружить вокруг нее на лодке, она вроде как возобновила вращение.

От возникающих за кормой волн Тельма покачивалась и подергивалась.

Казалось, ничего этого она не замечала.

Опустив руку между коленями, я схватил одно мачете, поднял его и взмахнул им над головой.

– Эй! – крикнул я. – Тельма! Взгляни, что у меня!

Но она лежала себе в центре создаваемых моторкой концентрических волн.

И тогда я бросил в нее мачете.

Скорее, что-то вроде подачи. Легкий бросок снизу – как бросают мяч маленькому ребенку.

С намерением испугать ее, заставить вздрогнуть или попытаться увернуться.

В действительности я вовсе не хотел попасть в нее.

Но по каким-то причинам такая подача не получилась. Сам не знаю почему, я размахнулся сильнее, чем планировал. И вместо настильной траектории, пролетев которую, мачете довольно безвредно упало бы на Тельму или возле нее, оно взлетело высоко вверх.

Может быть, не все фрейдовские “ошибочные действия, оговорки” имеют словесную форму.

Может быть, это была “обмашка” руки.

Кто знает? Возможно, дело вовсе не в бессознательном намерении, а произошло это просто потому, что у меня нарушилась координация движений после этой беготни и нырянии.

Как бы там ни было, но я был удивлен и потрясен, когда увидел, что слабый бросок не получился.

Мачете летело почти вертикально вверх, вращаясь на лету.

– О блин! – ругнулся я.

Пока мачете летело вверх, я понятия не имел, куда оно могло упасть. Не исключено, что даже в меня самого.

Эта штуковина – огромный нож, предназначенный для рубки сахарного тростника или прокладывания дороги в джунглях. На конце лезвие не особенно острое, но оно фута два в длину, к тому же широкое и тяжелое.

Так вот, кувыркаясь, оно взлетало все выше и выше.

На высоту не менее тридцати футов.

А в верхней точке совершило крутой разворот и полетело вниз, все еще вращаясь.

Тут уж я понял, что мне больше не грозит возможность оказаться на линии огня.

Опасность грозила Тельме.

– Тельма! – крикнул я. – Берегись!

Но она не реагировала – просто лежала, как распятая, на спине, подобно голой и безобразной ассистентке метателя ножей.

Она мертва, успокаивал я себя. Не беспокойся.

Но я все равно еще раз крикнул:

– Тельма!

И смотрел, как кувыркалось в небе мачете, стремительно падая.

Может быть, все-таки не попадет в нее. Или попадет рукояткой, а не лезвием.

Но попало лезвием. Воткнулось чуть ниже пупка и вошло почти по рукоятку.

Тельма заверещала.

Но удар погрузил ее в воду, и ее крик захлебнулся и смолк.

Тельма исчезла. Ее поглотила черная пучина.

Мой собственный крик смолк, когда я выдохся. Судорожно всхлипывая, я дал полный газ и понесся прочь на максимальной скорости, которая показалась мне слишком медленной.

Когда я оглянулся назад, Тельмы нигде не было видно.

После этого я уже не оборачивался. Я боялся того, что мог увидеть.

Почему-то мне казалось, что она плывет за мной вдогонку.


Погоня | Остров | Следующий на очереди