home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ТАЙНА МЕДНОГО КУВШИНА

Путь был тяжел, томила жара. Однако ребята одолели крутые склоны Дали-дага и уже приближались к подножию Черных скал.

На берегу Севана

Угрюмые утесы терраса за террасой поднимались к небу, острыми вершинами упираясь в облака.

Орлы, встревоженные появлением человека, зорко следили со своих неприступных каменных насестов за незваными гостями. Здесь, в пустынях и жутких ущельях одного из отрогов Малого Кавказского хребта, люди появлялись редко.

– Вот они, двери ада, – показал дед Асатур на темневший на одной из скал узкий вход в пещеру.

Невдалеке от скалы стоял старый-престарый дуб. В борьбе с грозными, бушующими на Дали-даге бурями он широко раскинул свои крепкие, узловатые корни, охватив ими пространство величиной с целое гумно.

Подойдя к дереву, старик остановился и сказал торжественно:

– Вот мы и дошли до границы, за которую наши деды не переступали!

– Кроме охотника Каро? – улыбнулся Армен.

– Да, только Каро и решился, за что и был наказан.

– Бедный Каро! – огорченно прошептала Асмик.

– Да, с дэвами дело иметь – не шутки шутить!

– При чем тут дэвы? – рассердился Камо.

– Как «при чем»? – обиделся дед. – А кто сбросил Каро в пропасть?..

– А кто был с Каро? – спросил Армен.

– Кто?.. Никого не было.

– Кто же тогда может сказать, что Каро дэвы сбросили, а не сам он упал, по неосторожности?

Дед недовольно пожевал губами:

– Смеетесь?.. Ну, поглядите-ка сюда – а это чье дело?

Ребята подняли головы. На одной из верхних ветвей дуба висел большой медный кувшин. Его ручка глубоко врезалась в ветку дерева, как бы вросла в нее. Наружу выдавался только круглый бок сосуда.

– Что это, дедушка? – спросил Камо. – Как кувшин попал туда?

И не успел дед слова в ответ сказать, как Камо, поплевав на ладони, полез на дерево.

– Куда, внучек?.. Брось, не лезь. И дерево это и кувшин нельзя трогать – прокляты они! – взволновался дед.

Но Камо и слушать не стал. Он добрался до кувшина и начал внимательно его осматривать.

Кувшин был старый, позеленевший от дождей, от солнца, во многих местах побитый градом, помятый. Видно, много-много лет висел он на этой ветке.

– Сейчас сниму его и брошу вам! – крикнул с дерева Камо.

Но снять кувшин было невозможно. В течение долгих лет ветка росла, утолщалась, вбирала в себя ручку. По обеим сторонам ее в стволе дерева виднелся шрам от старой, давно зажившей раны.

Камо слез с дерева.

– Дедушка, откуда взялся кувшин на макушке дерева? – спросил он.

– Сказал же я – сатанинское дело. Вот что кум Мукел рассказывал… Мудрый человек был Мукел – пусть земля ему будет пухом! – все-то он знал. Давным-давно, говорил он, случилась здесь засуха. Все вокруг пересохло. Голод приступил к своей жатве. Из нашего севанского края многие бежали в Казах – на ту сторону Дали-дага. Там леса, реки, родники. Там не знают, что такое засуха. Истомленные голодом люди с трудом взбирались по каменным, обожженным солнцем склонам горы. Дети изнывали от жажды, умоляли дать им хоть капельку воды.

С женщинами шла юная девушка, красивая, добрая, смелая. Ее звали Каринэ. Взяла Каринэ большой медный кувшин – последнее, что осталось ей на память о покойной матери, – спустилась с ним к Гилли и принесла воды детям. Подбадривая их ласковыми словами, повела вперед.

Но это было тогда, когда они еще недалеко ушли от села. А здесь Каринэ увидела: сидят под деревом женщины и не знают, как помочь детям. А в кувшине Каринэ уже не было ни капли воды. Сердце у девушки разрывалось от жалости, но не могла же она вернуться к Гилли за водой: у нее уже мало было сил и она была голодна, а путь предстоял дальний… Вот и решила она пойти в пещеру на Черных скалах.

Наши деды говорили, что там ад, что там стоит на огне большой медный котел, в котором кипят души грешников. Он-то и шумит, бурлит, клокочет… А эта девушка, Каринэ, рукой махнула: «Мало ли что говорят! Какой там ад! В горе, наверно, журчит вода. Пойду погляжу. Найду воду и детей напою, спасу». И эта отважная девушка взяла кувшин и взобралась на Черные скалы.

«Не ходи, не ходи туда – там ад!» – кричали вслед ей женщины. А Каринэ не слушала: смелая была, да и не давали ей покоя дети – пить хотели, плакали.

А в пещере – дэв… Увидел дэв Каринэ, заскрежетал зубами:

«Сколько голов у тебя, отродье человеческое, что в мое жилье входишь?»

«Я пришла горсть воды зачерпнуть для наших умирающих детей… Позволь, что тебе стоит?» – сказала Каринэ.

Тут дэв защелкал зубами и захохотал. Ведь всегда, когда с человеком беда случается, дэву радостно.

«Вот я сейчас покажу тебе воду!.. Ты мои тайны узнать хочешь? Погоди-ка, я тебя на растерзание орлам отдам!» – заревел на нее дэв. И в самом деле, взял и повесил Каринэ вместе с кувшином на верхушку этого дуба… Трудно, что ли, дэву? Захочет – рукой до неба достанет.

Женщины, сидевшие под деревом, в ужасе схватили своих детей и, напрягая последние силы, бежали из этого проклятого места. На дерево налетели орлы, заклевали девушку. Кувшин же так и остался там, чтобы люди видели и знали, что в ад не так-то просто ходить – не на мельницу!..

Наивный рассказ старика вызвал у ребят улыбку, а Асмик шептала взволнованно:

– Какая смелая Каринэ, какая добрая!..

– Нет, дедушка, об аде и говорить нечего. Какой ад, что ты еще выдумал! – покачал головой Армен. – По-моему, вот как кувшин попал на дерево… Века назад по нашей стране прошли завоеватели-турки. Они жгли и разоряли села, и население бежало в горы. В те годы это дерево было в возрасте Грикора… нет, Асмик… Беглецы, уходившие в горы, утомлялись и понемногу бросали свои тяжелые ноши. Вот и кувшин этот оставила, наверно, какая-нибудь старушка. Повесила на молодое дерево, думая, что, может быть, еще вернется и возьмет его. Но долго-долго сюда не возвращались люди. Дерево росло и все выше поднимало кувшин. И, когда люди наконец увидели его, он стал уже старым-престарым и ни на что не годным, а дуб – высоким, как сейчас.

– Так оно и было! – весело захлопала в ладоши Асмик. – И дэв тут ни при чем.

– Как – ни при чем? А это что? Видишь, как он обозлился! – И Грикор, смеясь, показал на молнию, сверкнувшую над Черными скалами.

Небо, как это часто бывает в горах, вдруг потемнело, собрались мрачные тучи, загрохотал гром. Эхо ущелий удесятерило и гулко повторило его.

Асмик вздрогнула и прижалась к Камо.

– Ну чего ты испугалась? Простой молнии? И позабыла все, чему учили тебя в школе?


«КРОВЬ СЕМИ БРАТЬЕВ» | На берегу Севана | ПОД УТЕСАМИ ЧЕРНЫХ СКАЛ