home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава одиннадцатая

Огромная рука в перчатке схватила уздечку лошади Рены. Голова бедной лошадки дернулась, ноги заскользили по камням, и Рена кубарем вылетела из седла.

Плюхнувшись лицом в землю, она услышала над собой вскрики, шум отчаянной потасовки и звон металла. Меч Коннора! Но тут же послышалось дробное звяканье прыгающего по камням клинка.

— Хватай девчонку! — прокричал грубый голос. Стальные пальцы обхватили ее руку и рывком поставили на ноги.

«Значит, Коннор был прав. Они увидели наши следы и вернулись, — вертелось у нее в голове. Рена зажмурилась, пытаясь остановить головокружение от удара об землю. — Держись! Думай, думай, что стала бы делать Звездная Ирен?»

Ее дернули и заставили повернуться. Теперь Рена увидела все. Один злодей держал за повода их лошадок. Другой опрокинул Коннора на спину, прижал к земле коленом и обматывал ему обрывком веревки запястья. Третий пытался свалить Тайрона, а тот отбивался, брыкался, пытаясь выскользнуть из цепких рук громко ругавшегося разбойника. Отчаявшись утихомирить брыкающегося мальчишку, громила поднял кулак и грохнул его по голове. Тайрон обмяк и, тяжело дыша, опустился на землю.

Тот, что стоял около лошадей, положил ладонь на рукоять меча. На его бородатом лице играла злорадная, уродливая ухмылка.

— Не будем терять времени, — прохрипел он на сирадайельском языке, но так коверкая слова, что Рена с трудом поняла. — Девчонка сейчас же расскажет все, что нам нужно.

Коннор внезапно напрягся и дернулся, попытавшись сбросить сидящего на нем злодея. Тот навалился всем телом и отвесил мальчику звонкую затрещину.

— Лежи смирно! — прорычал он.

Ткнув в сторону Рены черной перчаткой, предводитель прохрипел:

— Теперь поговори-ка с нами, милое создание, румяное ты яблочко. Ответь на несколько вопросов и отправляйся по своим делам. Ты нам не нужна. Но если не заговоришь, заставим говорить их. — Он грубо рассмеялся. Остальные негодяи загоготали вслед за своим предводителем.

— Я умею разговорить всякого, — злорадно прогудел кто-то за спиной Рены. — Хоть не всякому это нравится. — И снова вся шайка, посчитав эту шутку забавной, весело захохотала.

Рена похолодела. «Играй. Представляй. Притворяйся!» — приказала она себе. И тут же залепетала слабеньким, тоненьким голоском:

— Дяденьки, пожалуйста, отпустите! Я упала с лошади, и у меня очень болит голова.

Предводитель, сощурившись, презрительно поглядел на нее и спросил издевательским голосом:

— О юная красавица, надеюсь, падая с лошади, имя свое ты не позабыла?

— Нет. Я Ирен с фермы «Три Рощи»… — бойко начала она, но под злобными взглядами разбойников осеклась и умолкла. Она старалась дрожать так, чтобы они поверили в то, что бедная маленькая девочка объята сковывающим ужасом.

Предводитель подал знак, и один из громил вышел из-за ее спины и встал в ряд с другими. Оба мальчика, связанные, лежали смирно. А разбойники смотрели на Рену, наслаждаясь ее страхом.

От напряжения Рена уже дрожала по-настоящему. Во рту пересохло, и язык превратился в острую терку, раздирающую нёбо. «Ага! Язык уже отказывается болтать и рассказывать всякие истории! Что ж, посмотрим, что могут мои руки». Она безвольно опустила голову и, шатаясь будто от слабости, сделала шаг, другой, третий… Теперь Рена стояла почти вплотную к трем смеющимся разбойникам. Четвертый все еще не отходил от Коннора, прижав его коленом.

Рена, продолжая делать вид, что ее качает и она вот-вот свалится с ног, незаметно сунула руку в карман. Меч Коннора лежал у ноги одного из злодеев. Ничего не стоило метнуться и схватить острое оружие. Но ведь и у разбойников за поясами были длинные ножи, а на боку висели тяжелые мечи.

Но у нее в голове уже созрел отличный план. Теперь следовало как бы обрести голос. И Рена дрожащим голоском пропищала:

— У нас совсем нет денег, кроме тех, что дала мне бабушка для уплаты за ночлег в гостинице. Зачем же нас грабить? — Она уже стояла вплотную к громилам. Сердце бешено колотилось. Дыхание перехватило. «Готовься. Сейчас. Сейчас…»

Предводитель засмеялся:

— Бедняжка! Значит, у тебя, Ирен из «Трех Рощ», ни гроша? А в какую же гостиницу вы направлялись, герои? И что делаете так далеко от города?

— Но город здесь где-то недалеко! Или мы заблудились? — притворно испугалась Рена и тут же разразилась совсем настоящими слезами. Этому она давно научилась.

— Заткнись! — грубо гаркнул предводитель, занеся над головой девочки кулак.

Она резко отпрыгнула назад, выбросив вперед руку. Желтое облако жгучего перца возникло в воздухе и окутало лица стоявших рядом разбойников.

Вой ярости и боли вырвался у них из глоток. Все трое судорожно терли ослепленные глаза. Четвертый злодей, прижимавший коленом Коннора, вскочил. Рена и в него швырнула горсть перцу, но тот успел прикрыть глаза ладонью и другой рукой выхватил из-за пояса нож. Рена отпрыгнула в сторону, и неуклюжий громила, не удержавшись на ногах, потерял равновесие и грохнулся на землю.

— Меч! — крикнул Коннор, перекатываясь на бок и пытаясь встать. Руки у него были по-прежнему связаны, а Тайрон ничего еще не успел сообразить. Поэтому Рена быстро наклонилась и схватила меч Коннора.

Тайрон с трудом приподнялся, встал на колени и дрожащей рукой ухватил нож, оброненный одним из разбойников. Он занес его над головой… Рена краем глаза видела, как бедняга бессильно обмяк и медленно опустился на землю. Нож выпал у него из руки. Не медля ни секунды, Рена рванулась вперед и оказалась между Тайроном и четвертым разбойником. Коннор навалился на него сзади. Рена подсекла плоской стороной клинка ноги здоровяка. Коннор, у которого руки были связаны впереди, поднял поневоле сдвоенный кулак и изо всех сил стукнул разбойника по голове. Тот, всхлипнув, повалился на землю.

Трое других, все еще ослепленных жгучим перцем, с громкими ругательствами крутились на месте, уже и не помышляя о нападении. Предводитель оступился и грохнулся в канаву.

— Лошади! — хрипло крикнул Коннор Тайрону.

От его резкого голоса Тайрон наконец пришел в себя. Он бросился к лошадям, хватая их за висящие поводья. Коннор, у которого руки все еще были связаны, поставил одну ногу на плоский камень и легко взлетел в седло.

— Ух ты! — восхищенно воскликнула Рена. — Меня научишь так?..

— Скорей, поехали! — поторапливал Коннор.

Рена, сунув под мышку меч, подхватила с земли дорожную сумку и остановилась перед высокой лошадью, беспомощно глядя на Тайрона.

— Я придержу коня за повод, а ты взбирайся на этот валун, — проговорил он, тяжело дыша.

Тайрон подвел лошадь к большому камню. Рена, некрасиво дрыгая ногами и цепляясь за луку седла, вскарабкалась наконец на крутую лошадиную спину. Вслед за нею и Тайрон вскочил на свою лошадь.

Коннор неловко зацепил повод связанными вместе кистями рук, ударил коленями по крутым лошадиным бокам и направил своего коня на сбившихся в кучу лошадей разбойников.

— У-у-у! Гей-гей! — завопил он.

Четыре лошади без седоков испуганно шарахнулись в сторону, помчались вниз по склону и вскоре исчезли среди деревьев.

Коннор направил коня прямо через каменистую пустыню. Они ехали молча, все еще не оправившись от ужасной стычки. Рена с изумлением смотрела на Коннора, который как-то ухитрялся ровно держаться в седле со связанными руками. Ни о чем другом она думать сейчас не могла, мысли разбредались в голове как непослушные цыплята.

Они мчались не разбирая дороги и не понимая уже, куда несут их лошади. Только тучи брызг, поднявшихся из-под копыт, заставили Рену оглядеться.

А истомленные бегом лошади остановились, опустили головы и, стоя по колено в воде, принялись жадно пить.

Коннор со своей прежней мягкой улыбкой обернулся к спутникам:

— Отлично сработано, Рена.

— Да, — звонко добавил Тайрон, который, кажется, уже пришел в себя. — Ты была права, когда говорила, что перец — отличное оружие. Это было грандиозно!

Девочка, довольная:, рассмеялась и с удивлением, как бы со стороны, услышала свой беззаботный смех.

— Перец оказался не по вкусу разбойникам! Только вот не смогла я со страху придумать истории получше, чем о какой-то бабушке. Зато Коннор, вот молодец! Как он ахнул по голове того урода! И, — она кивнула на его связанные запястья, — как здорово ездит верхом без рук!

— Этому нас учили, — небрежно бросил Коннор. — Вся штука в том, чтобы управлять коленями и нагибаться вперед, двигаясь как бы чуть быстрее лошади. Правда, все это было на тренировочном дворе, и никогда еще мне не приходилось мчаться по-настоящему галопом, рискуя налететь на дерево. Что же касается драки… — Коннор смущенно улыбнулся. — Дрался я плохо. Зря отлынивал от занятий, не любил танец с тенью, когда изображаешь бой без противника… Спасибо, Рена, что уберегла мой меч.

— Ой!.. — Рена и забыла про меч, который сунула за луку седла, чтобы держаться за повод обеими руками. — Вот, держи…

— Дай мне!.. — Тайрон взял меч, подъехал к Коннору и разрезал путы. Коннор стряхнул обрывки веревки и, поморщившись, потер освободившимися руками шишку на затылке. После этого он взял свой меч и плавным движением вложил его в ножны.

— Здорово ударили? — сочувственно спросил Тайрон.

— По голове не очень, а по моей чести и гордости удар сильный, — Коннор нахмурился. — В другой раз постараюсь не поддаться.

— Ты отлично сражался, — сказал Тайрон. — Вы оба. Это я оплошал и ничем вам не помог… — Он горестно вздохнул и понурился.

Рена и Коннор быстро переглянулись, одновременно вспомнив о своем тайном договоре. Тайрон заметил скользнувшую по губам Рены усмешку и с беспокойством переводил взгляд с нее на Коннора, стараясь понять, что происходит.

Коннор положил ему руку на плечо.

— Извини меня за то, что говорю прямо, лучший из моих друзей, — чуть высокопарно начал он. — Но если ты, — тут он лукаво улыбнулся, — если посмеешь еще раз брать всю вину на себя, я лично свяжу тебя и брошу в реку.

— А я напичкаю твой нос перцем, — подхватила Рена и добавила уже серьезно: — Мы все виноваты в том, что нас захватили врасплох. И все же нам удалось выбраться из этой переделки живыми. Это главное. Но все же кто они? И чего хотели от нас?

Тайрон пожал плечами:

— Не знаю. Они могли быть кем угодно. Ворами…

— Или еще кем-то, — задумчиво проговорил Коннор. — Ведь мы совсем близко от границы Сенна Лирван…

— Квакваки, — пробормотала Рена. — Чего-то допытывались, выспрашивали. Нет, они очень похожи на квакваков.

— Квакваками Рена называет шпионов, — пояснил Тайрон.

— Да, неприятные ребята. — Коннор непроизвольно огляделся вокруг. — Теперь нам лучше избегать проложенных дорог. Думаю, что и деревни стоит объезжать стороной. Что скажешь? — Он обернулся к Тайрону.

— Ты прав, — коротко кивнул Тайрон. — Ни одна живая душа не должна нас больше видеть. Рена умеет находить еду в лесу и в горах, так что с голоду не умрем. И все же придется оставить лошадей и двигаться дальше пешком. Но не по дороге, а окольными путями.

— В горах всегда есть звериные тропы, — уверенно сказала Рена. — Мы… — Она вдруг осеклась, почувствовав дрожь во всем теле. В то же время ее почему-то разобрал смех.

— Верно, будем пробираться звериными… Что с тобой?! — с беспокойством воскликнул Тайрон, глядя на Рену, которая уже просто сгибалась то ли от смеха, то ли от бившей ее дрожи.

— Я в-вспомнила, к-как они в-вертелись, б-будто к-клоуны!.. — Рена просто зашлась от истерического смеха, чувствуя, как перехватывает у нее дыхание, как слезы подступают к глазам. — О-ох!..

Мальчики неожиданно тоже рассмеялись. Все трое несколько минут безумно хохотали, испытывая облегчение и поняв по-настоящему, чего избежали. Наконец смех иссяк, перешел в легкое хихиканье. Но еще долго они не могли успокоиться. Рена утирала слезы.

Успокоившись и переведя дух, Коннор спросил:

— Ну, не будем терять времени?

И они двинулись в путь.

Лейла сидела в музыкальной гостиной своей сестры, разглядывая похожую на сказочного лебедя золотую арфу, скользя взглядом по висящим на стене дудочкам и свирелям. Слуга внес блюдо с пирожными и чай. Но Лейла лишь рассеянно посмотрела на сладости, отхлебнула глоток остывшего чая.

«Ненавижу ожидание, — думала она. — Так и кажется, что прошла вечность и ты превратилась в древнюю старуху. Впрочем, сейчас я чувствую себя десятилетней».

Дверь тихо растворилась, и вошла сестра, шурша шелковыми юбками. Астрен была одета в парадное королевское платье, потому что явилась сюда прямо с военного совета, где заседали все герцоги из соседних государств и военачальники.

— Не тяни. Рассказывай, что он решил? — быстро спросила Лейла.

Астрен устало улыбнулась:

— Он дал Галфриду неделю, чтобы все обдумать. Эта неделя как раз потребуется принцессе из Эт-Ламрека на то, чтобы добраться сюда со своей армией. А потом они двинутся на восток, в Сенна Лирван.

Лейла вздохнула:

— Неделя. И потом — война. Выходит, ни на что больше нет у них надежды?

Королева покачала головой:

— Ты не представляешь, как неудержимо кое-кто рвется воевать. Нет, нет, не Роллан и не король. Но одни жаждут ввязаться в бой и поскорее покончить с Андреусом, другие просто из желания пограбить, третьи надеются отхватить в свое владение побольше земель. Есть еще и посланцы из последнего оставшегося свободным прибрежного города. Остальные пять уже пали. Оставшись без защиты, они хотят обрести союзников против страшного своего врага Андреуса. Обещают, если мы начнем войну, спустить на воду все боевые суда и привести их в бухту Грот, которую Андреус превратил в пристанище для пиратов.

— Ну, хорошо, если мы выиграем…

— Если…

— В том-то и дело. Все если, если, если… И никто не думает, каких страшных жертв потребует это сомнительное «если».

Королева переплела тонкие пальцы:

— Лейла, король верит Галфриду и всем твоим чародеям, не сомневайся. И хочу предупредить, никто не знает, что Верн послал весточку принцессе из Эт-Ламрека. Держи это в тайне.

— Итак, у нас есть неделя, — тихо проговорила Лейла.

— Я знаю, что ты должна вернуться обратно в приют, — спокойно проговорила королева. — Но как только выкроишь время, не возьмешь ли меня с собой в Свободную Долину? Хочу поговорить с близнецами Сендимерис.

Лейла удивленно уставилась на королеву.

Коннор ехал впереди. Зорко оглядывая окрестности, он быстро увлекал своих спутников в самую чащу леса. Кусты раздирали бока лошадей, низкие ветки заставляли всадников пригибаться к седлу. Дважды Коннор останавливался, спешивался и велел Рене и Тайрону прислушиваться и быть настороже, пока он сам что-то высматривал, разведывал впереди. Рене не хватало терпения, ей самой хотелось узнать, что там такое. Но воспоминание о неожиданном нападении и недавней стычке заставляло девочку помалкивать и не дергать Коннора вопросами.

В последний раз за этот день Коннор остановил их для того, чтобы устроить привал. Он быстро и бесшумно с помощью Тайрона расседлал и привязал лошадей. Репа тем временем стояла на страже, вглядываясь в полумрак затаившейся чащи. Коннор отошел чуть в сторону, на открытую полянку, взобрался на плоский камень и принялся сыпать хлебные крошки какой-то большой коричневой птице. На концах крыльев и под клювом птицы ясно видны были белые полоски.

Рена внимательно наблюдала за ним. Потом перевела взгляд на Тайрона.

— В школе волшебства держат домашних животных?

Тайрон, чистивший бок своей лошади, отряхнул влажную тряпку и поднял голову.

— Что? А, домашние животные. — Он нетерпеливо отмахнулся от вьющихся у самого лица мух. — Нет. А почему ты спрашиваешь?

— Посмотри на Коннора. Ты знаешь, я, кажется, видела эту коричневую птицу раньше.

Тайрон мельком взглянул на Коннора и спокойно вернулся к своему занятию.

— Все птицы похожи одна на другую, — равнодушно сказал он. — А Коннор постоянно носит в кармане корку хлеба для птиц. Он дружит и с бродячими собаками, и с бездомными кошками. Дворцовые лошади тоже его обожают… Просто он любит животных.

— О чем это вы болтаете? — послышался у них за спиной мелодичный голос Коннора.

Рена смутилась, как будто ее застали за подсматриванием чужой жизни. Она пожала плечами и, покраснев, отвернулась.

«И все же я слышала крик этой птицы раньше… как раз перед нападением разбойников… или квакваков. Странно».

— Так, ни о чем. — Тайрон последний раз провел по блестящему боку лошади влажной тряпкой и бросил ее Рене. — Фью! — присвистнул он. — Лови! Твоя очередь.

Рена занялась своей лошадью, а Тайрон с удовольствием руководил ею, важно показывая, как нужно круговыми движениями водить мягкой тряпкой по бокам лошади.

— Я, пожалуй, еще раз осмотрю все вокруг, — сказал Коннор. — Чтобы не было больше сюрпризов и неожиданных встреч.

Тайрон вгляделся в сгущающиеся сумерки:

— Ты не потеряешься? Костер ведь мы разжигать не осмелимся.

— Не пропаду.

— А вдруг пропадешь? — вмешалась Рена. — Научил бы меня сначала ездить верхом без рук.

— Потом, когда не будем так спешить, — неуклюже ответил на ее шутку Коннор.

Тайрон хихикнул.

— Ладно, — засмеялась Рена, — подожду.

Вскоре Коннор растворился среди теней. Тайрон снова принялся командовать, изображая из себя великого знатока лошадей. Когда они наконец закончили и оставили лошадь в покое, она с облегчением двинулась к полянке и принялась щипать сочную траву. Рена в изнеможении рухнула на расстеленный плащ. Руки и ноги ныли. В ушах гудело. И было непонятно, то ли это ветер, то ли шум листвы, то ли пульсирующая в висках кровь. Тайрона уже едва было видно во тьме. Он вяло копался в дорожной сумке, доставая помятые, побитые и расплющенные яблочки-дички, найденные накануне утром неутомимой Реной.

— Я себя чувствую как побитая собака, — устало проговорила Рена, откусывая зеленый бочок кислого дичка. — Расскажи-ка что-нибудь о вашей школе, об уроках волшебства.

— Что бы тебе хотелось узнать?

— Ну, помнишь хрустальный кристалл? Могу ли я еще что-нибудь сделать?

— Всего-то? Ты неугомонная, — усмехнулся Тайрон.

— Вот, например, заклинание перемещения, — не обращая внимания на ухмылку Тайрона, продолжала Рена. — Я могла бы его сделать?

— Да. Если бы сумела по-настоящему собраться.

— Собраться? А что это такое? Научи! — Рена затаила дыхание.

— Ну как бы тебе объяснить, — заколебался Тайрон. — Надо собрать всю волю, все внимание, всю память и представить себе то место, куда хочешь переместиться. Но надо быть очень осторожным. Можно застрять на полпути. И тогда… тогда я даже не представляю, что будет.

— Учительница Лейла говорила, что это опасно, — вспомнила Рена. — А Тесс рассказывала, что каждый раз ей делается плохо.

— Такое бывает у многих. К тому же не во всякое место можно переместиться.

— Значит, можно передвигаться только в особые, специально обозначенные места?

— Конечно. Не везде волшебство действует, — кивнул Тайрон. — Но если твердо знаешь, куда желаешь попасть… нет, пожалуй, надо точно знать, что делаешь.

— И ты можешь перенести вместе с собой и кого-нибудь другого? — быстро спросила Рена. — Как учительница Лейла брала Тесс и меня? Но тогда мы могли бы попасть в замок Андреуса и унести Тесс волшебным заклинанием!

— Только в том случае, если дотронемся до нее, — медленно произнес Тайрон. Неожиданно он рассмеялся. — Это то же самое, если ты положила платье на стул, скинула башмаки и вдруг решила переместиться из спальни в другое место. Там ты окажешься голенькой, потому что твоя одежка лежала отдельно от тебя. — В его голосе вдруг появились важные учительские нотки. — Видишь ли, при волшебном перемещении требуется прямой контакт с сопутствующими вещами и людьми. Но конечно же одновременно нужно мысленно ограничить перечень перемещаемых предметов соответственно необходимости. Ф-фу! — Он лукаво вздохнул. — Понятно?

— Понятно! — задорно ответила Рена. — Это значит, что необязательно тащить с собой пол комнаты, если ты даже стоишь на нем обеими ногами. Верно?

Тайрон облегченно рассмеялся:

— Ты сообразительная. Хотя пол или, скажем, стена дома, к которой ты прислонилась, все равно не переместится вместе с тобой. Просто заклинание разрушится. Чтобы двигать такие громадины, как дом, дворец или замок, нужно заклинание огромной мощности. Нам это не под силу.

— Так. Теперь объясни еще одну штуку. — Любопытство Рены росло с каждым ответом Тайрона. — Как украли Тесс? Во дворце поговаривали о каком-то хитром обмане, что-то вроде призрачной формы, облика или обличья… Не помню уж.

— Спроси чего-нибудь попроще, — простонал Тайрон. — На это мы потратили годы учения. Есть два вида волшебства. Простой — это иллюзия. Например, в театре зрители видят небо, слышат гром или шум дождя. А на самом деле ничего этого нет. А существует настоящее изменение, когда предмет меняет свою форму или появляется как бы новая вещь или существо. Там, в саду, вы с Тесс видели то, чего на самом деле не существует. Видение. Призрак. Нас учили распознавать видимость. Это не трудно, если умеешь проникнуть взглядом сквозь явившийся тебе призрак, как сквозь пелену тумана.

— А ты можешь показать иллюзию? — спросила Рена.

— Могу. Небольшую. — И вдруг Тайрон забормотал. — Без огня и без воды я рисую тут следы… — Рена во все глаза смотрела, как вдруг осветились его пальцы и между ними заиграл маленький сияющий шарик. Тайрон развел руки, и шарик вытянулся в мерцающую колбаску, потом превратился в огненную темно-красную розу, а затем медленно стал таять.

— Я хочу попробовать, — загорелась Рена.

— Ну, у тебя не получится… — начал было Тайрон и застыл с открытым ртом. Он увидел вдруг, как Рена, в точности повторяя его движения, растопырила пальцы, и в руке у нее появилась светящаяся роза. Всего лишь мгновение мерцали меж пальцев девочки огненные лепестки, и видение исчезло. Рена огорченно вздохнула, а Тайрон вдруг насупился. — Конечно, ты устроила это лишь для того, чтобы выставить меня дураком.

Рена засмеялась.

— Но почему моя роза так быстро истаяла? — спросила она, пытливо глядя в глаза Тайрону.

— Потому что ты не вообразила ее, а лишь подражала мне, запомнив и слова, и движения. И вообще, слишком много я тебе тут наболтал. Больше ни о чем не спрашивай. Вот попадешь в школу, тогда…

— Значит, весь фокус в том, чтобы вообразить вещь? — догадалась Рена.

— Не воображение, а видение вещи, ее образа… — Он снова оборвал себя и добавил: — Этому в школе учат весь первый год. С наскоку не получится.

— Ну, я не один год имела возможность поучиться воображению. Бывало, моешь пол или смешиваешь глину в мастерской гончара… — Ее ухо вдруг уловило слабый треск сломанной ветки.

— Это я, — послышался тихий голос Коннора. — Кажется, недалеко отсюда есть отличная козлиная тропа. Могу провести прямо сейчас.

— А дальше? — спросила Рена.

— Что дальше? — не понял Тайрон, думая, что она все еще продолжает разговор о волшебстве.

— Перед нами очень высокие горы, — сказала Рена. — Мы не осилим такой крутой и долгий подъем. Я долго жила в горах и знаю, что даже слабый ветерок там опасен. Он может вызвать горный обвал. А сколько недель займет переход? И откуда нам взять теплую одежду, когда доберемся до снежных вершин? Кроме того, как защититься от горных хищников? Этот твой меч, — она повернулась к Коннору, — этот меч немного стоит против стаи голодных волков или, если все же нам удастся забраться очень высоко, против больших ночных грифов. А что будет, если мы столкнемся еще с какой-нибудь неизвестной нам опасностью?

— Ну, есть способ… — начал Тайрон и вдруг заколебался.

— Люди, которые считают, что их секреты важнее жизни друзей, — сердито проговорила Рена, — так же приятны, как острый камешек в башмаке.

Коннор усмехнулся:

— Ты права. Ладно, один секрет я тебе открою. Если мы сумеем все же добраться до границы, там есть тоннель, по которому можно пройти под горой.

— А грифы днем не страшны, — добавил Тайрон. — Да и волков, думаю, в горах не так уж и много. Там почти нет леса. Голые камни.

— Но кроканы! — напомнила Рена. — Они-то как раз летают днем и ненавидят людей. И потом, что мы станем есть? Камни?

— Ошибаешься, — возразил Коннор, — кроканы не нападают на людей. К тому же я слышал, даже дикие звери и птицы помогают тем, кто идет против Андреуса и его охотников. Эти кровожадные воины безжалостны ко всему живому.

— Что же касается еды… ну, у нас есть запас печенья. Неспроста мы его берегли, — промолвил Тайрон. — Конечно, будет нелегко. Впереди самая трудная часть пути. Поэтому давайте поспим немного, чтобы завтра с новыми силами отправиться в дорогу.

Он хмуро отвернулся и снова взялся за свои узлы, что-то перекладывая, перевязывая, утрясая. Рене показалось, что она слишком уж напала на Тайрона. Ей стало немного не по себе. Но, поймав заговорщицкий взгляд Коннора, который поднял кулак, словно напоминая об их тайном договоре, Рена успокоилась и даже улыбнулась ему в ответ. Вздохнув, она решила меньше расспрашивать и выяснять, а больше наблюдать за всем, что происходит вокруг.

Примерно в то же время, когда они готовились ко сну, по другую сторону гор, там, где простираются голые равнины Сенна Лирван, в замке короля Андреуса принцесса Тересса услышала звон ключей за дверями своей темницы.

— Король ждет тебя, — донеслось до нее из темноты дверного проема. — Поторапливайся.

Тересса была слишком горда, чтобы показать свой страх и забиться в угол, чего ей так хотелось на самом деле. Да и все равно, откажись она идти, эти ненавистные стражники поволокут ее силой. Поэтому она встала, высоко подняла голову и ровным, спокойным шагом вышла наружу.

«Что теперь? — думала она, следуя за молчаливым стражем, тяжело топающим по крутой лестнице башни замка Андреуса. — От этой бесконечно кружащейся лестницы в каменной трубе у меня голова кругом идет. Но, может, это оттого, что я не ела с утра?»

Теперь ее вели через просторную, круглую, во всю ширину башни, комнату с резной мебелью и темно-синими коврами прямиком к балкону. Там на самом ветру стоял Андреус, казалось совсем не чувствующий холода, который в любое время года словно пронизывал всю его страну. Стражник грубо толкнул Терессу в спину, и она, зябко обняв себя руками, оказалась на балконе.

Пламя вделанных в наружную стену башни факелов струилось и рвалось на ветру, отбрасывая кровавый отсвет на лицо Андреуса. Он, вероятно, был ровесник ее отцу, но выглядел намного моложе. Круглое лицо его с круглыми карими глазами, обрамленное светлыми кудряшками, напоминало морду спаниеля. Ростом Андреус был примерно с тетю Лейлу и такой же узкоплечий и хрупкий, как она. «Зачем он позвал меня? — размышляла Тересса. — И почему в прошлый раз заставил видеть ту жестокую и бессмысленную расправу?»

Она вспомнила… Нет, и не забывала, не могла забыть, как неделю тому назад ее впервые привели в кабинет Андреуса. Перед ним молча, навытяжку стояли трое соглядатаев. Четвертый говорил. Тересса сразу поняла, что это отчет мерзкого шпиона, который пробрался в самое сердце владений ее отца и все вынюхал. Андреус сидел и слушал, улыбаясь и поигрывая острым кинжалом. Соглядатай говорил о дяде Терессы, принце Роллане, о том, что его армия движется к Мелдриту. Он зло описал, как тетя Лейла мечется между дворцом, приютом и школой. Подробно перечислил все действия других родичей Терессы, закончив рассказом о самом юном дяде — Конноре, с которым Тересса никогда до сих пор не встречалась.

Доносчик завершил свой доклад, сказав, что след того младшего принца, Коннора, они потеряли по дороге к югу. Андреус продолжал улыбаться, как вдруг неуловимым движением метнул кинжал прямо в сердце шпиону. Когда тот замертво рухнул на пол, Андреус обратился к остальным, застывшим на месте.

— Я приказал следить за каждым членом семейства Верна и желаю получать отчеты обо всех их передвижениях. Вы умеете исполнять приказы?

«Они были напуганы не меньше меня. А он продолжал улыбаться. Ненавижу!.. Ненавижу!..»

— Подойди сюда, — сказал Андреус, разгоняя ее страшные воспоминания. — Ну что? По-прежнему куксишься? — Взгляни-ка вон туда. — Он поднял руку и указал на слабое желто-зеленое сияние, очерчивающее силуэт далеких гор. Словно послушное мановению его руки, сияние это усилилось. Казалось, что оно совсем рядом. Огненные лучи ударили в глаза. — Нравится?

Тересса провела языком по сухим губам, судорожно вздохнула. Почему-то рядом с Андреусом у нее всегда пересыхало в горле и не хватало воздуху.

— Похоже на волшебство, — прошептала она.

— Хотела бы научиться этому? Возможно, когда-нибудь я и обучу тебя. Очень полезное умение.

Его странный, неприятный голос каждый раз напоминал Терессе скрежет ножа по стеклу. Она отбросила с лица разметавшиеся на ветру волосы и молча смотрела на холодное сияние. Это был таинственный, мерцающий свет, из-за которого горы казались нарисованной прямо в небе декорацией.

— Разве тебе не любопытно, зачем все это? — снова заговорил Андреус. — Как же мне растормошить тебя, девочка? — Он издал короткий хриплый смешок. — То, что мы видим, волшебная ловушка. Прекрасный капкан. Эта полоса охраняет всю мою горную границу.

— Свет может охранять? — непроизвольно вырвалось у Терессы.

— Свет виден только отсюда, из Эдранна. Если чье-то заклинание по ту сторону гор соединится с моим, цвет полосы изменится… или она вовсе исчезнет. Немало сил потратил я на это, но оно того стоит. Как раз сегодня я впервые убедился в надежности моей световой ловушки. Какой-то глупый пастух споткнулся о нее. Да, да, споткнулся или, вернее, наткнулся. Овца, правда, прошла сквозь волшебный свет свободно, лишь жалобно заблеяла. Наверное, это причинило ей боль. Но человек отлетел, будто его ударила молния. Его спалило заживо. Жаль, что я не был рядом и не мог наблюдать сам действия светового барьера. Ну, это не так важно…

— Твое заклинание убивает людей? — Она похолодела от ужаса, задрожала, словно от порыва пронизывающего ветра.

Андреус удовлетворенно захохотал:

— Убивает людей? Конечно же, моя нелюбезная ученица! А там, в твоем солнечном Кантирмуре, твой наивный папаша все еще суетится, созывает военный совет. Они наверняка решат напасть, считая, что я слаб, потому что и с востока, и с запада мне грозят войной. Это правда. Но я был бы такой же глупец, как они все, если бы сидел и ждал да любовался прекрасным видом на неприступные горы, окружающие мою страну. Нет, высокие хребты сами по себе слабая защита.

— Дикие варри, эти злобные твари, — прошептала Тересса, не в силах сдержать дрожь. — Ты говорил, что освободил их и отпустил в горы.

— Разве я упоминал об этом? Ах да, припоминаю. Видишь ли, варри — отличные охотники и питаются в основном забредающими в горы героями. Ха-ха-ха! — Смех его полоснул Терессу по лицу как острие кинжала. — Но мое защитное заклинание похлеще всяких там диких варри. Только представь себе, три больших военных отряда… столько их, кажется, у твоего отца? Так вот, они намерены пересечь горы с трех сторон по самым низким перевалам и соединиться здесь, в Эдранне… Превосходный план, не правда ли, моя крошка? Но они добираются до вершины и… — Он резко хлопнул в ладоши. Тересса вздрогнула от неожиданности. — И кончено! — Андреус разразился торжествующим смехом. — Лошади же свободно проходят сквозь световую ловушку, их тут же забирают мои люди. У нас, скажу тебе по секрету, большая нехватка лошадей. Климат не очень подходящий. Быстро мрут. Ну? Что скажешь, малютка? — Он взял Терессу за подбородок и грубо поднял ее голову.

«Не думай о границе. Не думай о папе. Думай только о том, как вырваться отсюда. Тогда ты всех сможешь спасти. Надо что-то делать. Надо…»

Ей удалось придать лицу холодное, спокойное выражение, пока его глаза впивались в нее, ожидая поймать тень смятения и страха. Так продолжалось долгие минуты. Потом Андреус разочарованно отвернулся и отпустил ее. Злобная улыбка скользила по его губам.

— Что? Ты, кажется, не оценила моей прекрасной выдумки? Жаль… Придется втолковывать снова.

Зубы Терессы стучали. Она уже ничего не могла с собой поделать и вся сжалась от ужаса. Андреус, разозленный ее неподатливостью, обычно свирепел и бил наотмашь прямо по лицу, сбивая девочку с ног. Такое повторялось уже дважды.

Но сейчас он только пожат плечами и с притворным сожалением промолвил:

— У тебя совсем нет чувства юмора, моя бестолковая ученица. Придется поработать. И попытаться научить тебя выносливости. Слишком уж ты избалованна.

Тесс закашлялась. Ветер пронизывал уже, казалось, до самых костей. Но где-то глубоко внутри у нее потеплело… Появилась идея. Слабая, неясная, но появилась! Можно попробовать. Тересса опять закашлялась, и стражник отвел ее обратно в камеру. Громыхнул железный запор.


Глава десятая | Рена и потерянная принцесса | Глава двенадцатая