home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 2

КОРОЛЕВСКИЕ ИНТРИГИ

Если дизайнером дворцовых интерьеров задумано было раздавить гостей роскошью, то у него не получилось: ослепленные сиянием гости первые минуты ничего не видели из-за плавающих перед глазами темных кругов, а потом пережитый дискомфорт притуплял восторги.

Не люблю помпезность.

Обилие золота, блеск драгоценностей, украшавших лепнину, сияние светильников, многократно отражавшихся в зеркалах и натертом паркете, — все раздражало. Сияние усиливалось и белым узорным атласом, покрывавшим стены там, где их не закрывали портреты, главным из которых был сам Артан Седьмой, изображенный во весь рост.

На портрете ему было лет восемнадцать. Бледное лицо с тонкими чертами еще не утратило юношескую чистоту, презрительной складки в уголке губ еще не было и в помине, а светлые волосы ярко сияли, словно посыпанные алмазной крошкой. Но после восхитительных живых картин Орияр-Дерта, в которых жили солнце, простор и ветер, никакие помпезные портреты в резных позолоченных рамах, инкрустированных драгоценностями, не могли удивить.

Впрочем, может быть, я иначе реагировала бы на королевское блистательное великолепие, если бы час назад не купалась в тридцати килограммах золотых монет. А так и бровью не повела.

— Такое впечатление, что вы не первый раз в моих покоях, леди Тиррина, — послышался из-за спины вкрадчивый голос Артана Седьмого.

Стремительно развернувшись, мы с дворецким поклонились развалившемуся в кресле королю.

— Простите, сир, но я тут первый раз.

И, надеюсь, последний.

— Либо вы равнодушны к сокровищам. — Король поднялся из кресла и подошел ближе. — Но здесь лишь ничтожная доля моей коллекции. Может быть, у меня еще есть шанс удивить вас красотой моего дворца?

Следующее предложение будет посетить его спальню, чтобы полюбоваться на какую-нибудь вазу. Нет уж.

— Мой король, истинное сокровище страны — это милосердное сердце ее государя, — отвесила я жирный комплимент и присела в поклоне еще ниже. Только бы не упасть с непривычки.

— Гхм, — подавился монарх. — Поднимитесь, леди, я хочу видеть ваши глаза.

Я выпрямилась, спокойно встретив взгляд хищных янтарных глаз. Мой сопровождающий остался стоять с согнутой спиной. Король опустил на него мгновенно потяжелевший взгляд.

— Мэйстр Чесс, вы можете идти. Вашему хозяину сообщат, когда леди Тиррина будет готова к церемонии.

Дворецкий выпрямился, плечи его расправились, а в густом голосе не было ни намека на старческое дребезжание:

— Да простит меня мой король, но вам, вероятно, не сообщили, что я являюсь старшим духовным родственником леди. По семейной иерархии я ее духовный дедушка.

— Хороший ход, — усмехнулся белобрысый венценосец. — Но если вы провернули это перед визитом сюда, его можно и оспорить…

— Нет, сир, мое покровительство было предложено и благосклонно принято в первый же день появления в Орияр-Дерт мэйс Тамары под именем Тайры Вирт. Две недели прошло, духовные связи окрепли и признаны силами мира Айэры.

Я прикусила язык, чтобы не испортить игру старикана. Никаких особых связей, тем более окрепших, я не ощущала. Но может быть, магам виднее, потому что король прищурился, отстраненно и в то же время пронзительно оглядел наши фигуры и поубавил пыл.

— То есть вы отказываетесь уйти миром, магистр Энхем? — спросил Артан Седьмой, и его ноздри затрепетали от сдержанного гнева.

— Осмелюсь напомнить, сир: незамужняя девушка не может остаться наедине с посторонним мужчиной без сопровождения ее родственника-мужчины.

— Но я уже не посторонний мужчина, даже если забыть, что я — король. Моим указом с сегодняшнего дня и до достижения леди Тирриной Барренс двадцати одного года или ее замужества я — ее опекун. — И венценосец жестом фокусника вынул из рукава свернутую в трубочку бумагу, перевязанную лентой с печатями.

Боже! Еще один опекун, еще хуже прежнего! За что это мне? Вот и думай, что страшнее — выйти замуж за некроманта, или не выйти и оказаться во власти царственного тирана.

— Духовное родство Небес выше любого земного, — парировал самый странный на свете дворецкий.

— Но не выше королевской власти! Вы в первую очередь мой подданный, а потом уже — вассал и слуга моего же подданного. Забыли присягу? Я напомню! — прорвался монарший гнев. — Я приказываю, мэйстр Чесс, покинуть мои покои и оставить нас с моей подопечной наедине!

Бледный как смерть дворецкий пробормотал:

— Можете казнить меня, сир, эта казнь будет милосерднее мук, накладываемых невыполненными духовными обязательствами. Я могу уйти, только если моя внучка пожелает.

— Идите, дедушка Энхем, не гневите короля! — спешно сказала я. Еще не хватало, чтобы из-за меня его и впрямь казнили. — Уверена, мне ничего не грозит.

— Кроме потери репутации, — горько прошептал старик.

— Никто не видел нашего прихода, дедушка. Надеюсь, его величество сохранит наш визит в тайне. Идите же!

Низко поклонившись, подавленный Энхем ступил в портал, обрамленный черной с жемчужно-серыми узорами магической рамой, и исчез в темном тумане. Через несколько мгновений и клочки тьмы развеялись без следа.

— До чего старик упрям! — усмехнулся король, разительно изменившийся за те секунды, пока таял туман. Никакие презрительные и гневные складки уже не искажали приятные черты его лица, а яркие глаза сияли, как золотистые бериллы на солнце.

— Вы вправду казнили бы его?

— Разумеется, — кивнул король и раздраженно дернул плечом. — С этим не шутят, мэйс Тамара. Либо я правитель, которого слушаются беспрекословно, либо балаболка, чье слово ничего не значит.

Либо не уверенный в себе мальчишка, доказывающий свое превосходство любой ценой, — подумалось мне. Представляю, в каком сейчас бешенстве мой жених.

— Предлагаю выпить по чашечке чинфы[1] с морожеными сливками, прежде чем перейти к делам, мэйс Тамара. — Артан Седьмой показал на кресла и накрытый на двоих столик, видневшийся в нише за прозрачными занавесями из органзы. На земле такие задрапированные эркеры назывались альковами.

Королевская галантность не распространилась на то, чтобы придвинуть кресло, слуг он не позвал, потому пришлось примоститься на самый краешек. Чашку брать не решилась — руки слегка подрагивали от волнения.

Зачем король так настаивал на уединении? Знал ведь, что возвращение Энхема без меня в Орияр-Дерт больно ударит по самолюбию Ворона. Плохо быть зернышком между двумя петухами.

Эльфообразный венценосный красавец пригубил чинфу, внимательно глядя на меня поверх края чашки.

— Вы так забавно дрожите, мэйс, словно попали в логово к людоеду, — улыбнулся Артан Седьмой. — Не бойтесь. Я не собираюсь делать вас моей любовницей против вашей воли. Кстати, вы хотите стать моей фавориткой?

— Нет.

— Неужели я вам так не нравлюсь? — сощурились янтарные глаза.

Риртонским королям не лгут в глаза. Вот и я не смогла.

— Вы красивый мужчина, сир, даже очень красивый. И ваша красота не слащавая, а вполне мужская. Да еще эта аура власти… — Я отхлебнула напиток, бросив оценивающий взгляд на довольного, как обласканный кот, короля. — Да, вы мне нравитесь. Но внешность — не главное в человеке. Вы не настолько мне нравитесь, чтобы я забыла о чести.

Обломись, чувак.

Артан растянул губы в предвкушающей улыбке охотника.

— Не торопитесь, мэйс. Может быть, вам понравится не только моя внешность, но и моя щедрость? Как вам титул герцогини, плодородные земли герцогства Альбара, лучшие в королевстве после моих, и состояние в десять миллионов золотых руний?

Как быстро растут мои первые пять золотых, полученные из рук некроманта!

— Зачем они мне, сир, если на них не купить возвращение в мой родной мир к моим любящим родителям? И зачем вам покупать невесту вашего подданного, если так много свободных девушек, мечтающих о вашей благосклонности?

Король, недовольно морщась, побарабанил длинными пальцами по столешнице.

— Не все так просто, мэйс. А почему вы решили, что замужество за некромантом приблизит вас к возвращению в ваш мир?

— Это прописано в нашем брачном договоре, ваше величество. — Пожав плечиком, я взяла чашку с напитком. Уф-ф… вроде пальцы уже не дрожат. У меня всегда так: стоит броситься в бой, как забываю, что надо бояться.

— Вы уверены, что граф Орияр вас отпустит?

— Конечно. Я уже убедилась, что он человек слова, а договор он подписал. Зачем я ему после его двадцатипятилетия? Если все пройдет как надо, то осенью, после своего дня рождения, он даст мне развод и поможет вернуться домой.

Король, откинувшись на спинку кресла, с минуту изумленно на меня взирал, от удивления он забыл о вежливости.

— Он обманул тебя, наивная дева. Разводы у нас невозможны.

— Это не будет иметь никакого значения для меня, когда я попаду домой. У нас они, слава Небесам, вполне возможны.

— Ты не понимаешь. Он маг.

— В нашем мире не существует магии, сир, — улыбнулась я и вонзила зубы в похожий на персик фрукт, взяв его с серебряного блюда.

Артан Седьмой рассмеялся. И выглядел он в этот момент потрясающе — светло и беззаботно. Словно выглянуло солнце, и яркие лучи разбежались по летнему лесу. Как и Ворону, ему очень шла улыбка, она делала его совсем юным. Не королем с деспотическими замашками, а сказочным принцем.

— Жаль, что ты отказываешься от титула герцогини. Мне удивительно легко с тобой, Тамара, — признался монарх, затаив искры смеха на дне янтарных глаз. — Наверное, потому, что ты чужда нашему миру и всем его интригам и даже не делаешь попытки солгать. Я ценю это качество, особенно в женщинах. Буду откровенен. Впрочем, ты уже знаешь об особенности моей магии: я всегда откровенен. Ты не нужна мне как любовница, хотя и не откажусь, если ты захочешь.

— Нет! Не захочу!

— Посмотрим, — улыбнулся король уголком рта. — Если тебе не удастся вернуться, а Дэйтар все же даст развод и храмы Небес его подтвердят, ты окажешься изгоем в свете. Парией, испачканной подозрением во всех грехах. Не знаю, что может случиться, чтобы наше магическое общество приняло такой разрыв. И тогда тебе придется вспомнить о том, что я твой опекун. Только я смогу спасти тебя. А пока… Пока ты права, мне действительно ни к чему ссориться из-за женщины, пусть даже столь необычной, как иномирянка, с моим названым братом и сильнейшим некромантом королевства. К тому же если бы я был заинтересован в том, чтобы именно ты грела мою постель, то не отдал бы тебя в жены моему верному Ворону, а приберег для себя.

— Тогда зачем вы дразните моего жениха этой встречей наедине?

— Ему полезно! — Улыбка короля опять превратилась в задорную, совсем мальчишескую, а глаза лукаво блеснули. — Он никогда никого не ценил настолько, чтобы ревновать.

— Или был просто слишком уверен в себе и своих женщинах, чтобы беспокоиться?

Королю не понравилась моя ремарка, и он, нахмурившись, отставил пустую чашку.

— У нас не слишком много времени, чтобы заниматься словесной эквилибристикой, мэйс Тамара. Перейдем к делу. Что ты знаешь о роли Орияр-Дерта в нашем мире?

Я пожала плечами:

— Почти ничего. Только то, что крепость Орияр-Дерт каким-то образом находится между Верхним и Нижним миром. И то, что Вороны, по сути, ваши пленники.

— Давно уже союзники, Тамара. Мы предпочитаем называть их так. Только Орияр и его крепость защищают нас от прорыва Нижнего мира. За тысячелетия, выполняя договор с королями Риртона, Орияры обуздали стихийные прорывы черной магии, создали на нашей земле орден Черного Ока, объединивший менталистов и некромантов. Именно они помогли прекратить религиозные войны и установили равновесие между Светлыми Небесами и Темными. И отошли в сторону, занявшись главной задачей — обороной нашего мира от демонов. Ворон и его люди из ордена Черного Ока возглавляют мою тайную инквизицию. Они проверяют на одержимость даже служителей Темных Небес. Даже королевский дом. Ворон — тень моего трона.

— Замечательно, — не выдержала я. — Потомок демонов проверяет других на одержимость!

Король усмехнулся:

— Именно так. Он знает, что искать. Никто лучше него не почует прорыв бывших сородичей.

— Но при чем тут я?

— Ты заинтересована как никто другой, чтобы Ворон не потерял стабильности. Ты нужна мне как союзница. Как мои глаза в Орияр-Дерте. Дружба дружбой, но ни наши отношения с Дэйтаром, ни его присяга не смогут удержать Ворона, когда начнут рваться его связи с моей землей. Это происходит со всеми Ориярами перед их двадцатипятилетием. А учитывая, что в нем течет кровь демонов, он — самый сильный, но и уязвимый из черных магов.

Теперь и я отставила чашку.

— Что значит — союзница?

— Мы будем встречаться каждый день, Тамара, пока не будет консумирован твой брак, и некоторое время после, пока мы не убедимся, что миновала угроза для твоего мужа. — Глаза короля утратили всякую солнечность и стали походить на два куска янтаря с застрявшими в них черными мушками зрачков. — На кону стоит благополучие моего королевства, и никакие случайности не должны нам помешать. Ты, как и некоторые другие мои осведомители в замке Ворона, будешь рассказывать мне обо всех изменениях во внешности и поведении графа Орияра.

Я похолодела, а руки опять дрогнули, и я спрятала их в складках платья.

— Вы желаете, чтобы я доносила на своего жениха?

Артан Седьмой брезгливо сморщил нос и кивнул:

— Именно так. Ты будешь правдиво отвечать на все мои вопросы. Кроме того, тебя будут проверять мои менталисты, чтобы исключить случаи одержимости демонами Нижнего мира. Мы не допустим, чтобы демоны выиграли эту схватку. Не забывай, Тамара, что сейчас идет негласная война, и ты вместе с Вороном на самом острие меча. Мне очень жаль.

— Но я не хочу становиться вашим соглядатаем! — вскричала я в бессильном гневе. — Это противно моему сердцу! Я дам клятву моему жениху и не смогу его предать.

— Речь не идет о предательстве, дорогая Тамара. Дэйтар в курсе и прекрасно все понимает. Он согласен на такой надзор.

Прекрасно! О каком доверии может идти речь, если жених будет знать, что невеста за ним шпионит?

— Разве больше некому? — взмолилась я. — Поручите эту роль Лин Игви!

— Он никогда не подпустит ее так близко, как вынужден будет подпустить тебя.

И белобрысая сволочь попыталась поцеловать мою руку. Ох и полыхнуло ему в королевскую эльфоморду некромантово колечко!

Я перепугалась так, как никогда в жизни. Даже три года назад так не пугалась, когда обнаружила себя в незнакомом месте, подвешенной на невидимых лентах в окружении светящихся шаров. Тогда все казалось качественным кошмаром. Да и до сих пор иногда кажется.

Но теперь в моем непрерывном кошмаре нарисовалась весьма реалистическая казнь за покушение на государя. Аристократам и магам тут варварски рубят головы — гарантия, что даже некромант не вернет душу в казненное тело.

— Ваше величество! — бросилась я на колени перед упавшим на ковер королем, судорожно пытаясь прощупать пульс на его шее. Кстати, сильная такая шея, как у борца. А кожа нежная, как у девушки.

За этим занятием меня и застукали ворвавшиеся на шум стражники.

Ситуация с их точки зрения однозначная: какая-то девка в дешевом платье служанки душит их повелителя. В таких случаях сначала убивают, потом поднимают и допрашивают труп. А если учесть, что кольцо мне дал некромант, то и заговор пришить могут.

Потому я мгновенно среагировала на первый же шум: обняла лежащего без сознания мужчину и прижалась губами к его губам, краем глаза поглядывая на незваных гостей.

Ворвавшийся вместе со стражниками молодой рыжеволосый маг обомлел. На его пальцах плясали молнии, но запустить ими в меня он побоялся — вдруг еще короля заденет.

— Сир, нужна помощь? Что тут происходит? — гаркнул рыжий.

Я попыталась приподнять голову и ответить, мол, не видишь, свидание у нас и первый поцелуй. Не тут-то было! Обморочный ожил: жесткая мужская рука прижала меня к груди еще плотнее, а наглые королевские губы попытались захватить мои. Я с визгом отпрянула.

Разумеется, снова полыхнуло, да посильнее, чем в первый раз. Так, что меня отбросило от короля и влепило спиной в беломраморную колонну. Тут же с пальцев рыжего мага сорвалась молния, и я попрощалась с жизнью.

Последняя мысль была вовсе несообразной: я озаботилась странной реакцией кольца. Получалось, по своей воле я могу даже поцеловать чужого мужчину, и ничего ему за это не будет. А если против моей воли — сработает защита. Эх, Ворон, Ворон… Нельзя так безоглядно доверять женщинам! Это нервирует.

С жизнью зря прощалась. Она решила, что я в этом мире еще мало помучилась.

Молния наткнулась на невидимое препятствие в метре от моей особы и разбежалась голубоватой потрескивающей сетью, заключив меня в сферу. По ошарашенным карим глазам мага я поняла: что-то пошло не так. А на его пальцах вилась уже вторая молния.

— Стой, Грентар! — хрипло скомандовал король. — Лучше помоги подняться.

Маг, с трудом погасив боевой заряд, бросился к государю, а стражники уже окружали мою электрическую мышеловку. И зачем? Куда я из нее денусь?

Между тем Артан Седьмой принял вертикальное положение. Легкая растрепанность ему весьма шла, превращая изящного эльфообразного манекена в человека, не чуждого страстям. Он провел пятерней по светлым блестящим волосам, приводя их в порядок, поправил кружева манжет. Рыжий маг суетился вокруг коронованного тела, отряхивая пылинки с его одежд и непрерывно ворча:

— Да чтоб я еще покинул свой пост, пусть даже по вашему приказу! Да хоть казните на месте, портальный зал не покину! Все равно казнят за то, что покушение проморгал! Толкнули меня на нарушение присяги, и вот результат!

Артан Седьмой мученически возводил глаза к расписному потолку (знакомый жест, я тоже так люблю), улыбался уголком губ, наслаждаясь моим беспомощным видом, и вяло отбрыкивался:

— Ну хватит, Грентар. Хватит. Ничего не случилось, никто на меня не покушался. Это случайный и совершенно безобидный для меня выброс энергии. На мне защита.

— Как это не покушался! А она? — Маг, не поворачиваясь, кивнул рыжей головой, указывая на меня.

— Всего лишь легкий поцелуй, — широко улыбнулось бесстыжее величество. — У тебя слишком чувствительное защитное заклинание. Нужно вплести в него ограничения, а то меня ни одна девушка поцеловать не сможет.

— Значит, это была несанкционированная советом девушка! — возмутился маг. — Конечно, не сможет, пока мы ее не проверим! А если у нее ядовитое дыхание?

Я фыркнула и отвернулась. У самих оно ядовитое! Да тут зубную пасту и щетку еще не изобрели, меловым порошком и палочками пользуются, да и то не все.

— Грентар, довольно! — В голосе короля на миг прорезалась сталь, и маг тут же повиновался и отошел на шаг. — И сними с мэйс свою сеть. Она не преступница и зла не замышляла. Не так ли, мэйс?

И ведь ни разу по имени не назвал. Значит, пытается сохранить мое инкогнито, ведь моего лица, точнее, лица Тайры Вирт тут никто не знает. И я осторожно повернула перстень Ворона камнем внутрь, чтобы никто не опознал.

— Это так, ваше величество. Я не преступница и зла не замышляю, — прикинулась я попугайчиком.

— Вот видишь, Грентар. Девушка не лжет. Сними с нее заклинание.

Рыжий вздохнул, щелкнул пальцами, и электрические змеи, опутавшие невидимую сферу, распались мельчайшими искрами и поземкой устремились в амулет мага, висевший на его груди. Запахло озоном.

— Хорошо, — одобрительно кивнул Артан Седьмой. — Теперь оставьте нас с мэйс, мне не нужна ваша помощь.

— Но сир! — уперся маг. — Мы даже не знаем, что это за девица. Она остановила даже мою сеть. Причем на значительном расстоянии. Вы сказали, что ожидаете леди Тиррину, и мы согласились оставить вас наедине, потому как всем известно, что Небеса ее наказали, и графиня Барренс сейчас совершенно безобидное и бесполезное существо. Но совет не давал согласия на…

— Ты мне надоел. Вон! — негромко, но грозно сказал монарх и сопроводил слова взмахом руки.

Маг даже сгруппироваться не успел, как налетевшим ураганом локального действия его вымело вместе со стражниками за двери. Силен мужик, восхитилась я непринужденностью, с которой Артан Седьмой справился с магом и десятком закованных в латы людей. У короля даже жилки на высоком лбу не напряглись. Зачем такому охрана?

За выметенными захлопнулась дверь, повинуясь злому королевскому прищуру, и Артан развернулся ко мне с очаровательной улыбочкой, словно ничего не случилось.

— Так на чем мы остановились, милая Тамара? Ах да, на поцелуе.

Он сделал шаг ко мне, но я ретировалась за колонну.

— Никакого поцелуя не было, сир! Вам показалось!

— Неужели? — Он попробовал обойти колонну с другой стороны. — А что это было, когда твои нежные губы так страстно прижались к моим?

— Всего лишь попытка сделать вам искусственное дыхание. Вы же были без сознания, и я испугалась за вашу жизнь.

— Ты лжешь, красавица.

Я отбежала от колонны за диванчик.

— Согласна, попытка неудачная. Это была маскировка. За свою жизнь я испугалась больше.

Артан остановился, больше не делая попыток меня поймать.

— А вот теперь ты не лжешь, — погрустнели янтарные глаза. — Всего лишь маскировка. Страх, что тебя обвинят в покушении на мою жизнь.

Он сел на диванчик, положил ногу на ногу и сцепил ладони на колене.

— Сядь, поговорим. Обещаю, что не прикоснусь к тебе без твоего разрешения.

Что ж, поверю. Династия риртонских королей обладала уникальной магией: не только им нельзя было солгать в глаза без риска быть немедленно разоблаченным, но и они не способны были лгать. С одной стороны, встроенный детектор лжи — благословение. С другой — проклятие. Я села, отодвинувшись как можно дальше.

— Я бы мог воспользоваться ситуацией и принудить тебя, Тамара, — вздохнул Артан. — Но не захотел. Основания заподозрить не тебя, но твоего жениха есть. Видишь ли, я знал, что представляет собой кольцо-амулет для невест графа Орияра. Думал, что знал. Немного предыстории… Ты — не первая девушка, которую я пытаюсь соблазнить до того, как отдать ее руку лорду Дэйтару. После того как первая невеста Дэйтара сбежала к демонам, мы и придумали это испытание. Мой названый брат был не против. Жена его интересовала, только как средство избавиться от родового проклятия Орияров.

— То есть граф знал, что меня здесь ждет? Все это было с ним согласовано?

— Безусловно.

— И он готов делиться с вами женой? — Я даже охрипла от душившей меня ярости.

— Все немного не так. Не факт, что согласившаяся девушка стала бы моей фавориткой на самом деле. Как тебе известно, не все невесты Дэйтара были аристократками, а статус моей любовницы изначально должен быть высок. Испытание, которому я подвергаю невест моего друга, необходимо, чтобы понять, способна ли будет девушка противостоять ментальной магии демонов.

— При чем тут демоны?

— Они мастера соблазна. Мы считали, что та, кто согласится променять после свадьбы корону графини на браслет королевской фаворитки, наверняка подпадет под ментальное влияние демонов. Таким образом было отсеяно семь претенденток на роль графини Орияр.

— А еще две…

— Две предыдущие его невесты? Они не согласились разделить со мной ложе, но им это не помогло. Демоны свели их с ума и устранили. Это о том, почему я позволил себе быть настойчивым с тобой. Вернемся к твоему кольцу. Оно не такое, как было. Твое кольцо переделано Вороном так, что, защищая тебя, оно с легкостью пробило мою защиту. Самую мощную, какую только могут поставить маги в нашем мире на одного человека, не заковывая его в неподъемные магические латы. И то, что Дэйтар не предупредил меня о такой защите, можно рассматривать как измену и покушение на мою жизнь через ничего не подозревающую посредницу.

Я на миг замерла от такого параноидального заявления, а потом… расхохоталась.

Король заледенел, переждал приступ моего смеха с невозмутимым лицом и, едва я успокоилась и вытерла проступившие слезы, процедил сквозь зубы:

— Вам весело, мэйс? Что же вас так рассмешило?

Так и слышалось в паузе: «Уж не ваша ли казнь за измену?» И я пошла ва-банк:

— Простите, ваше величество. Но вы сами говорили, что Дэйтар — один из сильнейших магов. И вы видели Орияр-Дерт. Даже я, не маг, понимаю, что вся крепость от первого камня в основании до последнего шпиля его башен — это неимоверно мощная магия. Вы знаете, какая сила нужна — удерживать эту магию и обновлять заклинания, чтобы сердце Лаори-Эрля не остановилось. Мне трудно представить, что маг, способный хранить врата между Нижним миром и Верхним закрытыми и невредимыми, отражать непрерывные атаки демонов всего Нижнего мира, не сможет при желании устроить настоящее покушение.

— Настоящее?

— То есть успешное. Я уверена, сир, если бы граф Орияр был способен нарушить присягу и изменить вашей дружбе, вы были бы давно мертвы. Я уже не говорю о том, что лорду некроманту ни к чему посредница в этом деле, и еще вчера вы спокойно расхаживали по его замку без всякого риска для жизни.

Я умолкла, и наступила зловещая тишина.

Спустя долгую минуту король, буравивший меня таким острым взглядом, словно пытался вскрыть мне череп, отмер, опустил глаза и свел кончики пальцев в жесте задумчивости. Мой папа тоже любил так делать, когда был чем-то сильно озадачен.

— В том-то и дело, мэйс Тамара, — сказал наконец монарх. — В том-то и дело. Еще вчера у Дэйтара не было от меня секретов. А сегодня они появились. Ментальное давление, которому он непрерывно подвергается — и внешнее, со стороны Нижнего мира, и внутреннее, со стороны его проклятой крови, — усиливается каждый день. Миг, когда оно даст трещину, станет последним мигом его свободной воли. Иначе не бывает. Именно поэтому так важно его не пропустить. Я не могу потерять Дэйтара. Он слишком ценен для моего государства и слишком дорог для меня лично.

Ага, и потому ты соблазнял всех его несчастных невест. Но я промолчала, конечно.

— На тебя тоже будут давить, Тамара. — В янтарных глазах даже мелькнуло что-то вроде сочувствия. — Соблазнять, искушать. Как и всех его невест. И мои искушения ничто по сравнению с демоническими. А силы человеческие не безграничны, хотя ты удивительно сильная личность, что странно для человека, не обладающего магией. Если тебе нужна будет помощь, ты всегда можешь попросить ее у меня, и тебе не будет отказано. Для экстренной связи я дам тебе амулет. После того как мы вернем тебе облик Тиррины Барренс. — Король поднялся, и я одновременно с ним.

К моему удивлению, его величество повел меня не к дверям, а к портальному кругу. Зря я боялась за свою репутацию. Точнее, за репутацию Тайры Вирт. Никто не отследит, откуда взялась неизвестная девица в королевских апартаментах и куда делась. А после возвращения облика никто не сможет связать высшую аристократку и девицу из далекого приграничья.


Глава 1 ВРЕМЕННОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ | Поцелуй на счастье, или Попаданка за! | Глава 3 ЛИЧИНА ДЛЯ ДИВЧИНЫ