home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Г л а в а XI

В километре от парохода, между ним и островом, поднимались огромные ледяные скалы. Запара сказал Степе, что это, очевидно, застрявшие на прибрежной мели айсберги. Эти скалы поднимались над поверхностью моря на семь-восемь метров. Когда на небе блестело северное сияние или светила луна, они казались развалинами средневекового замка. Вообще гигантские торосы очень украшали суровый ландшафт обледенелого моря.

Степа избрал эти льдины конечным пунктом своих экскурсий на лыжах. Отходить от парохода дальше Кар решительно запретил.

Однажды юнга обратил внимание на то, что на снегу возле ледяных скал есть много таких следов, которые они видели на берегу острова Лунной Ночи, — то есть следов полярной лисицы, или, как ее иначе называют, песца.

Степа видел следы, но этот пушистый длиннохвостый зверь еще ни разу не попадался ему на глаза.

Вершомет предложил поставить на песца капкан. Степа охотно принял это предложение. На следующий день после пожара они захватили два капкана и двинулись к ледяным скалам.

— Интересно, какие здесь песцы? — говорил Вершомет. — Есть ли здесь голубые?

— А вы думаете, что могут быть? — спросил Степа.

— А почему же нет! Мне дважды приходилось встречать их на Новой Земле. Говорят, что на малых островах, которые лежат далеко в море, они встречаются чаще, чем на суше или на больших островах.

— А скажите, — заинтересовался юнга, — их мех действительно голубой?

— Нет. Он скорее пепельный. Если бы они были в самом деле голубыми, им было бы очень трудно спрятаться в тундре или среди льдов. Даже с пепельным мехом они слишком заметны в условиях севера. Другое дело — белые. Те прекрасно маскируются в снегах и во льдах.

Обходя небольшие торосы, охотники быстро бежали на лыжах.

Погода стояла тихая, приятная. В небе светила луна. Она заливала светом запорошенную снегом ледяную пустыню.

— А как охотятся на песцов? — спросил Степа.

— Расскажу, когда будем ставить капкан, — ответил охотник, — а сейчас давай поспешим.

Наконец приблизились к ледяным скалам. Едва свернули в узкий проход между двумя огромными торосами, как «Лахтак» сразу пропал из виду. Вокруг царил хаос ледяных нагромождений. Кое-где они расступались, и между ними появлялись ровные ледяные площадки, на которых можно было кататься на коньках или играть в мяч.

— Меня интересует, — сказал охотник, останавливаясь и показывая след песца на снегу, — почему их здесь так много.

— А что, разве они не заходят на лед?

— Нет, напротив, они часто забегают в море, но здесь, среди этих торосов, их следов особенно много, словно около кормушки.

Но через пять минут охотник разгадал причину этого явления.


«Лахтак»

Когда они прошли за острый выступ одного из торосов, перед ними заблестело черное пятно большой полыньи. На снегу возле полыньи отпечатались следы лап большого зверя. Эти следы, похожие на следы огромной человеческой ноги, остановили товарищей.

— Ага, — сказал Вершомет, — понял! — И осторожно оглянулся.

— Что такое? — спросил Степа.

— В этой полынье водятся нерпы. На них ходит охотиться белый медведь, а следом за ним бегают песцы. Они кормятся объедками, которые оставляют медведи. Удивляюсь, как ты раньше не заметил этой полыньи и следов беляка.

— Во-первых, потому, что я не заглядывал в этот уголок, а во-вторых, не всегда луна светит так ярко и можно все заметить.

— Ну, теперь, — сказал Вершомет, — смотри внимательно, чтобы случайно не наскочить на этого ворюгу.

— А он на нас не может наскочить?

— Сейчас у него перед нами преимущество. В это время он видит лучше, чем мы. Кроме того, он, видимо, кое-что чувствует нюхом, а вот ты ничего не чуешь. И, наконец, он молчит, а мы разговариваем.

В этот момент поблизости что-то треснуло.

— Эге, заговорил, — тихо сказал охотник.

Над гигантским торосом поднялся большой зверь. Выставив морду, он, казалось, нюхал воздух. Но он ничего не мог почуять, потому что у белых медведей слабо развит нюх. Медведь медленно спустился с тороса, подошел к полынье и лег возле воды.

Охотники не двигались. Вершомет присел и не шевелясь следил за зверем.

Медведь не смотрел на них. Он медленно водил мордой, всматриваясь в полынью. Зверь выжидал, не появится ли нерпа.

— Мы охотимся, и он охотится, — прошептал Вершомет своему юному другу. — Ну-ка, подползем поближе.

Пригнувшись, охотники начали приближаться к медведю. Зверь, по-видимому, заметил их, но остался равнодушным.

Когда до него оставалось шагов тридцать, Вершомет стал на колено и начал целиться. Медведь поднял голову и снова опустил ее, всматриваясь в прорубь.

— Степа, это должен быть твой медведь, — сказал Вершомет.

Обрадованный Степа прыгнул на два шага вперед, поднял ружье и крикнул:

— Эй, беляк, берегись. Ге-ге-ге-е-е-е!

Этот крик испугал медведя, и он, сразу поднявшись на ноги, медленно двинулся на охотников. Степа выстрелил.

Медведь со стоном упал на передние лапы, и в то же мгновение охотники услышали отчаянный человеческий крик.


«Лахтак»


Г л а в а X | «Лахтак» | Г л а в а XII