home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Лирическое отступление второе. Ностальгическое

Ей показалось, что она раньше встречала этого человека. Высокий, коротко стриженный, седоватый мужик не торопясь шел к рингу по проходу между рядами кресел. А в самом ринге в это время надсадно орал ведущий:

– В красном! Углу! Ринга! Сегодня! Боец! По прозвищу! Седо-о-ой!

Ошиблась! Конечно же ошиблась. Кто она и кто этот, нанятый на потеху почтенной публики, и что вообще у них может быть общего? Виктория зябко повела плечами и, закурив тонкую дамскую сигарету, повернулась спиной к залу.

– Тема, что мы здесь делаем? Поехали в клуб, скоро все наши соберутся.

– Дорогая, только один бой, сейчас Барс выйдет, уделает этого лоха, и поедем, – любую другую женщину Артем мигом бы поставил на место, но эту... Во-первых, папа у нее, папа самый настоящий олигарх, депутат и очень авторитетный человек. Во-вторых, сама она... Нет, все-таки во-первых, сама она... Сама она редкая красавица, умница, и вообще Артем влюблен и счастлив.

Она опять повернулась лицом к залу. Седой мужик как раз проходил совсем рядом с ложей, откуда сын не последнего чиновника страны собирался смотреть бои. Вместе с будущей женой.

Он прошел мимо, опустив голову, мягкой кошачьей походкой. Так ходят, вернее пытаются ходить, актеры из набивших оскомину сериалов об отечественных спецслужбах. Получается не очень похоже из-за слабых нетренированных ножек и лишних, набранных на бесчисленных пьянках и презентациях килограммов веса.

Седой вошел в ринг и остановился в своем углу в ожидании противника. И тут зашелся в радостных рыданиях ведущий:

– В синем! Углу! Ринга! Бронзовый призер олимпийских игр по дзюдо! Дважды! Чемпион мира! По боевому джиу-джитсу! Непобедимый! Снежный! Ба-а-а-арс!

В проходе в окружении многочисленной свиты появился громадный, звероподобный персонаж в белой дзюдоге, повязанной черным поясом с иероглифами, и под аплодисменты собравшихся вальяжным шагом направился к рингу.

– Барс! – заорал из ложи Артем. – Убей его!

Звероподобный поднял голову, посмотрел на бьющегося в радостной истерике Артема и важно кивнул.

– Бойцы на середину! – скомандовал распорядитель.

Седой стащил через голову футболку, и она увидела длинный поперечный шрам на его правом плече.

– Ой, – тихо сказала Виктория. Она вдруг все вспомнила.

– Что ты сказала, дорогая?

– Ничего. Здесь принимают ставки?

– О, да ты у меня азартная, – Артем нажал на кнопку на перилах, и буквально сразу же в ложу вошел, вежливенько постучав предварительно, лощеный юноша.

– Я хочу сделать ставку, – Виктория открыла сумочку и заглянула внутрь. – Восемь, нет, десять тысяч долларов на Седого, – и передала пачку лощеному.

– Ставка принята.

– Вика, постой. Он же против Барса и минуты не простоит! Поверь мне. – При случае ее жених любил вспоминать, что когда-то и сам пропадал в спортивном зале и даже был перворазрядником по дзюдо.

– Это мои деньги, Тема, – она приняла с поклоном врученную ей квитанцию, – и не последние.

– Как знаешь. Кстати, примите и у меня ставку. Двадцать тысяч на Барса.

– Ставка принята.

В ринге меж тем заканчивали представлять противников по боям без правил.

– Боец Седой, рост сто восемьдесят шесть сантиметров, вес восемьдесят три килограмма. Боец Снежный Барс, рост сто девяносто восемь сантиметров, вес сто тридцать пять килограммов.

Нависая над соперником, Барс сжал правую ручищу в громадный кулак и, жутко оскалившись, провел по горлу отставленным большим пальцем. Потом протянул правую вперед и указал большим пальцем в сторону пола.

– Убей его! – опять заорал Артем.

Противник Барса выглядел спокойным, даже немного сонным. Казалось, до него до сих пор не дошло, в какую передрягу он влип. Раздался крик судьи в ринге:

– Бойцы, по углам! В синем углу готов? В красном углу готов? Начали!

С командой «начали!» Снежный Барс бросился вперед и нанес свой излюбленный фронтальный удар ногой, после которого его намного более легкий противник должен был оказаться на галерке театра, превращенного по случаю в арену для боев. Хорошо бы, если живым.

Но не в этом случае. Нога пробила в пустоту. Сонный с виду Седой как будто обтек ее телом и в свою очередь нанес резкий удар локтем правой руки в спину противника. Попал. Барс проскочил вперед и врезался в канаты ринга. Повернулся к Седому, поднял вверх согнутые в локтях руки, продемонстрировав публике бицепсы размером с голову гориллы. Зарычал и двинулся вперед. От такого страшно стало всем, даже самым нетрезвым зрителям. Не испугался, похоже, только его противник. Он поднырнул под бьющую руку и, развернувшись, подсек ноги проскочившего вперед Барса. От падения такой туши пол ринга затрещал, но уцелел, на радость публике. В зале раздались первые робкие смешки. Знатоки переглядывались в недоумении – какой-то никому не известный лох делает клоуна из дважды чемпиона мира и призера олимпиады.

Бой продолжился. Теперь Барс не бросался сломя голову, а, подняв руки на уровень подбородка, методично наступал, прижимая противника к канатам.

Прижал. Схватил левой рукой за плечо и нанес правой удар в челюсть, после которого бой для того обязательно должен был закончиться. В лицевой хирургии или в реанимации, в лучшем случае.

На деле получилось несколько иначе. Седой с непостижимой быстротой пробил «правой на правую», прямо в подбородок противника. Как говорят в боксе, борода есть борода, что в переводе на общечеловеческий означает, что, если уж словил акцентированный удар в подбородок – кирдык, каким бы мощным и тяжелым ты, дружище, ни был.

Так и случилось. Барса болтануло, он замер, как будто с размаху налетел на стену, колени подогнулись. Его противник сделал шаг вперед-влево-вправо и на развороте нанес ему резкий рубящий удар ребром ладони по основанию черепа, после чего пошел в нейтральный угол. В общей сложности, бой продлился чуть более минуты.

Боец из синего угла медленно и печально сполз по канатам на пол и там затих. Судья в ринге зачем-то открыл счет, хотя даже продающим спиртное в зале девицам было ясно, что этим вечером непобедимого Снежного Барса лучше всего было по пустякам не беспокоить.

Сначала захлопали не такие и многочисленные знатоки, потом к ним присоединилась остальная публика.

Судья поднял руку победителя, распорядитель что-то проорал. Седой перелез через канаты и пошел в раздевалку, сопровождаемый восторженным гулом. На ринге в это время пытались поднять поверженного бойца, что, учитывая его вес и общее состояние здоровья, было делом крайне неблагодарным.

– Вот это да! Вот это я попал! А ты, ты откуда знала?

– Просто знала.

– Извини, дорогая, я отойду ненадолго, мне срочно надо выпить.

– Разве что ненадолго, – она села в кресло и с трудом достала сигарету из пачки – так дрожали руки. Давно забытое и, казалось, навсегда стертое из памяти прошлое через шесть лет опять вернулось и встало перед глазами.

В ноябре девяносто первого Виктория уговорила-таки отца взять ее с собой на переговоры в одну из областей Юга России. Он даже назначил ее вторым референтом и поручил отвечать на телефонные звонки. Более счастливого человека на свете, чем она, тогда четырнадцатилетняя школьница, просто не существовало.

Счастье было недолгим. Какие-то отморозки напали на уединенный особняк, перебили охрану и захватили ведущих переговоры и персонал. Хорошо еще, что одному из охранников отцовского делового партнера удалось сбежать. С пулей в плече этот паренек прошел около пятнадцати километров и добрался до райотдела милиции.

Она сидела возле избитого отца, гладила его по голове и все ждала, когда же их спасут, красиво и стильно, как в модных штатовских боевиках. Ворвутся через двери, окна и стены, перебьют всех подонков, а самый главный подойдет к ней, снимет маску и, оказавшись Ван Даммом, спросит: «Ты в порядке?» Потом она поняла, что никто их не спасет, и в оцепенении слушала, как захватившие их ублюдки спорят, сколько денег содрать с захваченных богатеньких буратин, миллион долларов или целых два (на большее просто не хватало фантазии), и куда с такими деньжищами потом податься, в Штаты или в Турцию.

Потом они позвонили в местную администрацию, потребовали деньги, машину к подъезду и самолет, почему-то в Испанию. И еще сказали, что они очень серьезные люди. И, наверное, в доказательство этого застрелили отцовского юриста Михаила Степановича, пожилого, безобидного человека.

Накурившись какой-то гадости, эти подонки решили развлечься и развернули дискуссию, кого же первую из трех женщин (в том числе и ее) «пустить на хор», и она поняла, что не хочет жить.

В этот момент и появились, как будто из воздуха, бойцы в камуфляже. Дальше все произошло нереально быстро. Ублюдков просто перестреляли, они даже не поняли, что же случилось. Один только главарь успел выхватить гранату, вырвать чеку, но оказавшийся возле Виктории высокий человек всадил тому две пули в грудь и ударом ноги выбил его в окно вместе с самим окном, а сам сбил ее с ног и упал сверху, заслоняя от осколков. Он, кстати, и оказался командиром группы, только был совсем не похож на того актера из Голливуда.

Потом она увидела его, сидящего у стены, голого по пояс и зашивающего рану на плече, как простую дырку на рукаве. Любопытная, как все дети, она подошла ближе и опустилась на корточки.

– Обезболивающее ввели? – строго, голосом настоящего референта спросила она.

– Лекарств мало, все отдали раненым, – ответил он, не поворачиваясь.

– Круто, совсем как Джон Рембо. Вам совсем не больно?

– Больно, – он повернул голову, и девочка увидела его потемневшие глаза и мокрое от пота лицо. – Конечно, больно.

– Вам надо в больницу.

– Мне завтра с утра надо быть за тысячу километров отсюда, сейчас такое творится.

– Что творится?

– Была страна, и нет страны, вот что творится.

– А папа говорит, что теперь будет лучше.

– Очевидно, папе виднее.

– Вам надо лететь на другой вызов?

– Типа того, мы сейчас как «скорая помощь».

– А как же рана, вам же больно?

– Рана пустяковая, а боль... Боль не должна управлять человеком. Она должна знать свое место.

И тут она поняла, что он круче всех ван даммов в мире.

Где-то через час прилетел вертолет. Полгода она не могла спать из-за кошмаров, но потом и это прошло.

А еще через два года ее отец прорвался к «трубе» и стал одним из королей нефтянки, а она стала принцессой. Мерзкое пережитое забылось и стерлось.

Виктория решительно нажала кнопку.

– Ваш выигрыш принесут через десять минут, – сообщил явившийся на вызов.

– Вы не могли бы пригласить сюда этого бойца, Седого?

– Постараюсь.

– Будьте так добры.

Он принял душ, оделся и направился в кабинет к организатору боев, где был принят восторженно.

– Седой, нет слов! Здорово! Давно я таких классных бойцов не видел!

– Их не так уж и мало. Как там насчет призовых?

– Держи, это твоя пятнаха за победу и еще треха от меня лично, я на тебя ставил, как мне знающие люди посоветовали. Кстати, переходи ко мне на постоянку, мне такие бойцы во как нужны. Как ты этого Барса, а!

– Таких барсов с любого дуба дюжину натрясти можно.

– Тебе видней. Ну как, пойдешь ко мне?

– Телефон оставьте, позвоню, когда время будет.

– Уж позвони. Да, зайди в третью ложу, там дамочка одна на тебя ставила, небось хочет наваром поделиться.

– Это обязательно?

– Зайди, дамочка не из простых, с такими не ссорятся.

– Ладно.

В дверь постучали.

– Войдите.

– Здравствуйте, Виктория.

– Вы узнали меня? Когда?

– Сразу же, когда шел на ринг. Вы повзрослели и стали настоящей красавицей.

– А у вас новые шрамы появились, на груди и на спине.

– Дело житейское, как говорил Карлсон.

– Вот, тут деньги, я на вас поставила, знала, что вы победите.

– Спасибо, мне уже заплатили.

– Вы теперь этим зарабатываете на жизнь?

– Нет, это приработок.

– На основной работе платят мало?

– Не очень много.

– Хотите, я скажу папе, и он вас возьмет к себе?

– Спасибо, у меня есть работа.

– И на кого вы работаете?

– На Россию.

– То есть все еще служите?

– Да.

– Тяжело?

– По-всякому бывает.

– Спасибо, что тогда нас спасли, и извините, что сразу не поблагодарила, я тогда очень испугалась.

– Пустяки. И потом, вы держались лучше всех остальных.

– Последний вопрос. Как же таких, как вы, в Чечне победили?

– Нас не победили, нас предали.

Да, не получился разговор. Сколько раз она представляла, что скажет ему и что услышит в ответ, а встретились, и говорить оказалось не о чем.

– Еще раз спасибо. Удачи вам.

– До свидания. И вам удачи.

А спросить, как его зовут, забыла. Поговорили, называется.

Вернувшись из клуба, она заглянула в кабинет к отцу.

– Все работаешь, папка?

– Как в клубе?

– В клубе хорошо. Меня Тема на бои без правил затащил. Знаешь, кого я там встретила? Командира той группы, которая нас освобождала в девяносто первом.

– Да? И что он там делал?

– Дрался.

– Обидно, не сложилась жизнь у человека. Надо было ему хоть денег дать.

– Предлагала, отказался.

– Гордый, значит – глупый. Послушай, может, его к нам на работу взять в охрану? У нас вчера начальника смены за пьянку уволили.

– Он все еще служит.

– Значит, дважды дурак. Нет, такие нам не нужны.

– Пап, а помнишь, у него кличка была какая-то странная, не то Носорог, не то Гиппопотам?

– Бегемот. И у них это называется позывной.


Глава 5. Нас выбирают, мы выбираем... | Переводчик | Глава 6. Введение в акуловедение