Book: Добрые сказки о елочных игрушках



Лада Лузина

Добрые сказки о елочных игрушках

Сказка про лампочку

Жила-была обычная электрическая лампочка. Но жила она очень недолго. Всего через два часа после того, как ее вкрутили в голубой абажур, лампочка испортилась перегорела. И так страшно расстроилась, что чуть не лопнула от обиды, едва не разрыдалась сотней мелких стеклянных осколков.

Лампочка знала она очень нужна людям. Особенно сейчас, когда в их жизни так мало света. Ведь за окнами дома шла Вторая мировая война: враги сбрасывали на город из самолетов страшные бомбы, люди прятались от бомбежки в бомбоубежищах, завешивали окна темными шторами. К тому же пришла зима, и в доме стало очень холодно, поскольку у хозяев лампочки мамы Тани и ее дочери Оли почти не было дров, да и еды им удавалось раздобыть совсем мало. В общем, в их жизни было очень немного радости. Можно сказать, вообще никакой.

Только вчера лампочка слышала, как мама Татьяна сказала своей пятилетней дочери Ольге, что в этом году они вряд ли смогут отметить ее любимый праздник Новый год. Ведь дом, где была их прежняя квартира, разбомбили еще полгода назад, и все елочные игрушки погибли. Чтобы как-то порадовать дочку, мама принесла с улицы еловую веточку и поставила ее в стеклянную банку. Но веточка и новогодняя елка с серебряными хлопушками и чудесными стеклянными шарами, на которых нарисованы веселые звери: обезьянка и заяц в теплом шарфике, слон и медведь на коньках это, конечно, не одно и то же. Особенно Оля любила один голубой шарик с чудесной разноцветной бабочкой. Вспомнив о нем, девочка аж заплакала. А может она разрыдалась и не из-за него, а оттого, что хотела есть, и от папы, который ушел сражаться на фронт, давно не было писем. А тут еще мама ушла, а за окном опять началась бомбежка

Бомба разорвалась совсем рядом, дом словно вздрогнул и лампочка вздрогнула вместе с ним, перегорела от толчка и погасла. От обиды лампочка едва не заплакала вместе с Олей. Остановило ее только то, что осколок ее слез мог поранить девочку, а значит, поддавшись эмоциям, она бы причинила лишь еще большее зло.

Но сердце бедной перегоревшей лампочки разрывалось от боли. Ведь она была создана, чтобы нести людям свет, пусть и электрический. Это лучше, чем совсем никакого. Но она не оправдала доверие оказалась никчемной, ненужной, и жизнь ее была до обидного короткой.

Через полчаса Оля перестала плакать, а еще через час пришла ее мама Таня. Она попыталась включить электрический свет, но не смогла, зажгла огарок свечи и подняла его к потолку.

Какая мудрая лампочка, с облегченьем сказала мама. Она перегорела. Ведь во время бомбежки нельзя включать электрический свет. Но ты все время забываешь об этом.

Услышав ее слова, лампочка слегка приободрилась. Пусть ее жизнь была недолгой, возможно, своей смертью она спасла девочке жизнь. Ведь бомбы нередко попадают в дома со светящимися окнами.

Мама встала на табуретку, чтобы выкрутить лампочку из абажура. Лампочка была так благодарна ей за похвалу, что потянулась навстречу. Но когда Танины пальцы коснулись стекла, лампа случайно выскользнула из рук и полетела вниз. Она совсем было уже приготовилась разбиться, но вдруг зацепилась за елочную ветку и повисла на ней.

Ой, сказала девочка Оля, шарик! Она похожа на шарик!

Скорее уж на грушу, резонно заметила мама.

Неважно, для Оли это и впрямь было неважно. Она похожа на настоящую елочную игрушку. Из стекла. У меня есть краски, я разрисую ее. И у нас будет настоящий Новый год. Можно?

Конечно, можно, с радостью ответила мама. Бери свои краски.

На следующий день Оля покрасила лампочку в розовый цвет и нарисовала на ней чудесную бабочку. Девочка осторожно повесила разрисованную лампочку на ветку елки и глаза ее засияли от счастья.

И лампочка больше не переживала: она точно знала, что стала одной из немногих электролампочек, которым удалось подарить людям не только электрический свет.

Во Вторую мировую войну, когда все заводы и фабрики выпускали лишь вещи, необходимые на фронте, люди в тылу часто делали елочные игрушки из обычных перегоревших электрических лампочек. Так же, как и Оля, они рисовали на них бабочек, яблоки, цветы.

Многие из таких украшений сохранились до сих пор как напоминание о том, что в самые тяжкие времена людям как никогда нужен праздник.

Одесская сказка

Сразу предупреждаю вас, дорогие дети и взрослые, это печальная сказка. И тем, кто не любит грустить, советую сразу перевернуть страницу и прочесть следующую историю со счастливым концом.

А знаешь, кто мой папа? спросила золотоволосая девочка.

Кто? угрюмо подал голос мальчик.

Мой папа ангел. И у него золотые волосы, с гордостью сказала она.

Тут мальчик хотел ответить: «Неправда. В прошлый раз ты говорила, что твой папа великий путешественник!..»

Но не сказал. Так как это была не совсем обычная девочка, а может, даже волшебная.

Еще до ее появления в Одессе началось что-то непонятное. Вначале мальчик Володя услышал, как родители обсуждают:

Все подтвердилось Софи едет к нам Ришелье собирается поселить ее во дворце Потоцких

Но там такие старые печи! обеспокоилась мать. Разумно ли это? Ей всего-то шесть лет. Малышка замерзнет

Поверь, Ришелье позаботится обо всем, уверил отец. Это в его интересах. Приезд Софьи важное событие. Это не три тысячи апельсинов!

Разговор был странный мальчик уловил это сразу. Где это видано, чтобы шестилетние девочки разъезжали по миру одни, а встречал их сам градоправитель Одессы герцог Ришелье?

А разве у Софи нет родителей? спросил Володя позже у мамы.

Конечно же есть, удивилась вопросу она. Софи приедет со своей матерью графиней Н.

И это было не менее странно. Володе исполнилось целых семь лет, и он понимал: здесь что-то не так. Раньше родители всегда говорили: к нам приедет граф Н. с двумя дочерьми, или советник Х. с детьми и супругой. Разве взрослые могут сказать, мол, в Одессу приедут дети с советником?

Софи несомненно была какой-то необычной девочкой. Володя окончательно уверился в этом месяц спустя, когда мама сказала:

Завтра мы поедем с визитом к графине. Там ты познакомишься с Софи. Она не совсем здорова и часто грустит. Ты должен развеселить ее.

Но я не хочу веселить ее, сразу нахохлился мальчик.

Помнишь, о чем ты просил меня? сказала мама елейным голосом.

Володя кивнул. Только недавно он умолял маму подарить ему игрушечную саблю с серебристыми ножнами и лаковую лошадку-качалку он желал их больше всего на свете.

Если ты рассмешишь ее, твоя мечта сбудется, пообещала мама.

Сбудется? удивленно повторил мальчик. Сразу же, как она засмеется?

И не только твоя. Но и моя, и папина

Тут-то Володя и понял, что Софи волшебная девочка Когда она смеется, у всех-всех-всех детей и взрослых сбываются желания! Понял, почему ее появление переполошило всех в городе, начиная от самого Ришелье, разместившего ее в одном из лучших дворцов, прямо над морем. У градоначальника-герцога, наверное, тоже была мечта, которой не помешало бы сбыться.

Вот только, как Володя выяснил вскоре, смеется Софи очень редко. Можно сказать, вообще никогда не смеется.

Золотоволосая, худенькая, с почти прозрачной белой кожей она была страшно серьезной. По приезде во дворец Потоцких взрослые оставили их вдвоем в детской, и Софи спросила, хочет ли он узнать ее огромный секрет. Тогда она и призналась, что ее папа великий путешественник. Он и сейчас путешествует где-то далеко-далеко. Она говорила так уверенно, что Володя сразу поверил. Это ей очень понравилось. Софи взяла его за руку и повела по длинным коридорам дворца в дальнюю комнату с высоким окном.

Похожий на подкову дворец Потоцких с шестью величественными белыми колоннами стоял на горе. Прилегавший к нему сад сбегал с кручи к берегу морского залива. В окне сияло море, испещренное белыми парусами маленькими парусниками и большими парусными торговыми кораблями, прибывшими в Одессу из дальних стран, шлюпками и лодками, фелюгами, баркасами.

Софи вскарабкалась на подоконник, Володя сел рядом с ней. И она стала рассказывать, что там, за морем, есть разные страны, в одних живут люди с темной кожей, в других с желтой, все они говорят на разных языках, а сладости в тех странах растут прямо на деревьях, и когда-нибудь она тоже попробует их, потому что станет как папа великой путешественницей.

Ты веришь мне? то и дело вопрошала она.

Он кивал. Он верил. Ведь он жил в Одессе. И море искрилось на солнце тысячью «морских звезд». И Володя вдруг заметил, что глаза волшебной девочки цвета моря. И их разговор про заморские страны был таким интересным, что он забыл про обязанность рассмешить несмеяну Софи. В общем, в тот раз ему не судилось получить лошадку и саблю.

Через несколько дней мама и графиня Н. отправились вместе на прогулку по городу Стоя у окна их кареты, Софи расспрашивала Володю, почему в их городе почти совсем нет деревьев, а те, что есть, такие маленькие, хилые.

О, как я мечтаю, чтобы они поскорей подросли! сказала Володина мама, когда они проезжали Городской сад. Когда-нибудь Одесса превратится в цветущий город

Она поведала графине о том, что родной брат завоевателя Одессы Феликс де Рибас подарил городу свою личную землю для создания Городского сада. Отцы-основатели, братья де Рибас и Ришелье, сами посадили там первые деревья. До того в городе не было ни единого деревца, и Ришелье специально выписал из Италии свои любимые белые акации. Но покуда это одно название: сад. И из-за отсутствия зелени в Одессе всегда пыльно.

Но волшебная девочка не замечала ни пыли, ни зноя. Она восторженно крутила головой, слушая, как на улицах дивного города-порта, родившегося всего 20 лет назад на берегу Черного моря, говорят одновременно на всех языках: итальянском, немецком, французском, греческом, турецком, татарском, армянском, албанском, болгарском, польском, русском и малороссийском. По улицам, мазанные одной одесской пылью, бредут темнолицые люди в экзотичных чалмах и фесках, чопорные немецкие колонисты, бледнолицые французские авантюристы с тонкими шпагами, похожие на пиратов «гишпанские выскочки», усатые молдаване, бритые евреи

Мама продолжала рассказывать гостьям, что на одесском базаре можно приобрести самые редкие товары, фрукты и сладости, прибывавшие в торговый город со всех краев света персидские ковры и турецкие шали, аравийские благовония и итальянские макароны, бразильский кофе и цейлонский чай, малакский имбирь и кайенский перец.

Они зашли в кондитерскую, и немедленно расплывшийся в угодливой улыбке хозяин предложил Софи попробовать заморские финики.

Эти чудесные сладости, которые растут прямо на дереве похвалил он свой товар.

На дереве? хлопнула синими глазами Софи.

Как и многие чудесные лакомства из дальних стран померанцы, ананасы, маслины, орехи

Доставьте нам всего понемногу, приказала графиня Н. Вот видишь, сказала она дочери, похоже, твоя мечта сбудется раньше, чем ты думаешь. Оказывается, для того, чтоб посмотреть целый мир, достаточно приехать в Одессу.

Очень рекомендую оранжи, со знанием дела сказала мама Володи, указывая на круглое рыжебокое лакомство в витрине кондитера. Или, как именуют их немцы, «апельсины», что означает «китайское яблоко».

Тут Володя вспомнил, что должен смешить волшебную девочку, а заодно и любимый отцовский анекдот. Когда император охладел к новорожденной Одессе, горожане решили подсластить впечатление о себе, они послали в дар царю три тысячи невиданных фруктов апельсинов, сопроводив свой дар наставлением: «ты один должен съесть, а более никому не давай», дабы он воспылал любовью к молодому вольному городу. Видимо, по мнению одесситов, любовь исчислялась в количестве съеденных апельсинов.

Но Софи даже не улыбнулась. Наоборот стала еще серьезней.

А можно купить у вас три тысячи апельсинов? быстро спросила она у кондитера.

Зачем тебе так много? поинтересовалась графиня Н.

Я пошлю их папе. И он снова полюбит меня, ответила девочка.

От ее слов Володина мама почему-то ужасно смутилась. Но графиня сохранила спокойствие.

Твой отец и так любит тебя, уверенно сказала мама Софи.

Тогда почему он всегда путешествует? Где он сейчас?

С тех самых пор Володю больше не звали в гости. Прошло много месяцев, и в Одессу пришла зима, прежде чем они встретились в третий раз, и Софи сказала:

Мой папа ангел

И вид у нее снова был такой серьезный, что Володя рассердился и едва не крикнул: «Ты лжешь!» Но сдержался, подумав о лошадке и сабле. А минуту спустя подумал: может, это и правда?

Он вспомнил, как мама говорила отцу, что все братья и сестры Софьи на небе. А кто живет на небе? Известно, Господь и его ангелы. Может, и отец ее там? И разве ангел не может быть путешественником? Он же летает повсюду

А откуда ты знаешь? спросил он осторожно.

Идем, я тебе покажу.

Как и в прошлый раз, Софи взяла его за руку и вновь повела по коридорам дворца только теперь они пошли не в дальние комнаты, а в парадный зал. Там, перед последней дверью, девочка приложила палец к губам, осторожно приоткрыла дверную створку, заглянула и прошептала:

Пойдем.

Мальчик зашел вслед за ней в обширную бальную залу и замер Посреди залы стояло высокое-превысокое дерево. Он еще никогда не видел, чтобы такое громадное древо росло прямо в доме. Да и подобных деревьев не видел еще никогда на нем не было листьев, только множество острых зеленых иголок.

Что это? Володя подошел к непонятному дереву и недоверчиво потрогал иглы они и впрямь были колкими.

Елка, сказала Софи. В Одессе они не растут. Ее привезли специально для меня, похвасталась девочка.

Зачем?

На Рождество

Но зачем? Володя не понял, зачем на рождество Иисуса Христа тащить в дом какое-то дерево, к тому же огромное и неприятно колючее.

Потому что мой папа ангел. Девочка подняла руку, показывая ему туда, где на макушке ели сидел большой ангел с серебристыми крыльями и золотыми волосами.

Это же кукла, сказал Володя.

Я знаю, кивнула Софи. Но мой папа такой же. Только очень большой, Софи стала на цыпочки и подняла руки вверх, показывая, как велик ее папа.

Выходит, твоя мама жена ангела? попытался понять ее мальчик.

Да, уверенно подтвердила Софи. И когда я вырасту, я тоже непременно выйду замуж за ангела. Ведь они самые красивые.

Софи опустила руки, подошла к елке поближе и запрокинула голову она смотрела на золотоволосую куклу так жадно и в то же время жалобно, что мальчик внезапно сказал:

Хочешь, я достану ее?

А ты сможешь? глаза Софи распахнулись от удивления.

Володя понятия не имел, сможет он или нет, но ему страшно захотелось как-то проявить себя перед непонятной, волшебной девочкой, удивить ее, постоянно удивлявшую его.

Поэтому он лишь храбро кивнул и направился к ели. Она была очень большой, и внутри, там, где ветви отходили от ствола, на них было не так много иголок. Мальчик начал карабкаться вверх по шершавым ветвям, они въедливо и недружелюбно царапали ему шею и спину, руки вмиг стали липкими от смолы. Он не знал, как долго пробирался вверх, как высоко успел забраться, но ель вдруг покачнулась и завалилась набок. Он даже по-настоящему не успел испугаться, просто все закружилось, поехало вправо и вниз, и он понял, что лежит на полу среди колючих, но все-таки мягких ветвей. Пошевелившись, мальчик неуверенно выполз из-под елки его волосы были взъерошены, к курточке прилепились иголки. Золотоволосый ангел с макушки лежал неподалеку на натертом до блеска палисандровом паркете. Девочка быстро подхватила игрушку, подбежала к Володе, подала ему руку и крикнула:

Бежим, скорее бежим

Со всех сторон слышался топот приближающихся слуг. Они вылетели из зала, пронеслись по коридору, вбежали в детскую. И тут случилось чудо Софи рассмеялась.

Ты был такой смешной из-под елки такой смешной как ежик в саду

Лошадку и саблю, быстро пробормотал он, напоминая небу про главное желание.

Софи нежно посмотрела на золотоволосого ангела и с любовью поцеловала игрушку.

Да, убежденно сказала она, он точно такой же, как мой папа.

Всю ночь Володя не спал, ворочался, то и дело просыпался, надеясь, что, открыв глаза, найдет свои сбывшиеся мечты рядом с кроваткой. Но их не было

Зато в тот вечер был праздничный бал по случаю первого дня Рождества. Во дворец Потоцких на десятках экипажах с лакеями съехались все именитые люди Одессы, с женами и детьми. Или все же дети с родителями поскольку праздник был детским, устроенным в честь малышки Софи

Одесса сияла праздничными огнями. По приказу герцога Ришелье центральные улицы города украсили двести фонарей на налитом в плошки сале. У подъезда дворца горели десятки сальных плошек и масляных ламп. С зимнего моря дул сильный ветер. Плясала метель, и за время пути от дома к дворцу пудру на париках лакеев сменил толстый слой мелкого белого снега.



В каминах дворца пылал огонь, гудели старые печи. Камер-лакей распахнул перед возбужденной детворой двери зала и так же, как Володя вчера, в первый миг все остолбенели. Никто из них тоже не видел елей. А тем паче таких. Рождественская елка сверкала! На широких пушистых ветвях светились огни разноцветных парафиновых свечей, мерцала серебряная мишура, позолоченные грецкие орехи, конфеты в блестящих бумажках, засахаренные фрукты и пряники, яблоки и апельсины.

А на макушке снова сидел золотоволосый ангел Изукрашенное волшебное дерево было столь прекрасным, что Володя снова застыл в дверях он стоял до тех пор, пока мама легонько не подтолкнула его вперед.

Что это? с любопытством спросил старший брат Володи.

Такие ели ставят для своих детей немцы, ответил отец. Вечер с елкой решили устроить в Одессе для Софьи. Граф Потоцкий специально прислал для нее ель из Умани.

Но ведь раньше у нас таких елок не делали?

Никогда. Ни у нас. Ни во Франции. Ни в Англии. Ни в Российской Империи.

Выходит, мы первые?

Да

Пусть же Одесса всегда будет первой! подхватил кто-то из взрослых, и Володя увидел, что к ним подошел изящный, как статуэтка, градоправитель Ришелье. Его характерный французский нос был горделиво приподнят, брови-дуги сурово сошлись к переносице. Красивое лицо потомка всевластного кардинала Ришелье, занесенного бурей революций и войн в Одесскую гавань, стало решительным.

Это моя мечта, сделать Одессу первой жемчужиной на берегу Черного моря.

и прославить свое имя, добавил смуглый мужчина, на его расшитом золотом мундире отплясывали огни от свечей. Не отрицайте. Вот я могу честно сказать. Я хотел бы, чтобы мое имя и имя моего брата Хосе де Рибаса, и дела наши не были забыты. И думаю, каждый истинный государственный муж мечтает о том. Феликс де Рибас посмотрел на графа Ланжерона.

Самовлюбленный Ланжерон лишь молча кивнул. Судя по лицу, он мечтал о том больше других.

Но Володя давно не слушал взрослый разговор все его внимание было сосредоточено на чудесных подарках, которыми одаривали маленькую виновницу парадного вечера с елкой. Настоящий клавесин, выписанный графиней Н. из Вены для маленькой дочери. Чудесная синяя птичка в золотой клетке дар от градоправителя дюка Ришелье. Бонбоньерки и сундучки со сластями, механический кролик, отбивающий лапками дробь на барабане, красноносые полишинели, румяные куклы. И огромная корзина с живыми цветами их привезла для своей маленькой гостьи хозяйка дворца, графиня Потоцкая. Проехав тысячи верст из Умани по зимним дорогам, цветы были так свежи, словно их сорвали мгновенье назад, и благоухали на всю огромную залу.

Другие дети тоже получили большие перевязанные лентами свертки с подарками, но развернуть их не успели начались танцы. Заиграл оркестр городского театра под управлением итальянца Замбони. И все, кто был в зале, и графиня Н., и красавица полька графиня Потоцкая, и французы герцог Ришелье и граф Ланжерон, и гордый испанец, генеральный консул де Рибас, и англичанин комендант Кобле, и другие сановники, и дамы, и господа, и дети, и их няни пошли вокруг елки в хороводе.

Все вдруг смешалось, запах живых цветов и плавящегося парафина, сластей и помаранчей, висевших на зеленых ветвях, огонь свечей и позументов, бриллиантов, эполетов и счастливых детей, впервые в жизни попавших к волшебной девочке на невиданную, небывалую елку.

Хоровод вокруг первой в Империи ели бежал все быстрей. И Володя услышал, как смеется София Он не перепутал бы ее смех ни с чьим. Она летела в кругу и хохотала от счастья.

И вдруг мальчику привиделось дивное: как от каждого в их хороводе взлетают снопы искр их мечты и надежды, они летят вверх, к небу, туда, где живут одни золотоволосые ангелы, способные осуществить любое желание И Володя словно полетел вслед за ними и увидел свой город с ангельской высоты.

Бескрайнее синее море и три желтых холма, старый порт и новый в Карантинной гавани, церкви и похожий на храм дворец Потоцких с шестиколонной галереей, несколько сотен одноэтажных домиков, театр, Городской сад.

Он увидел, как сходит снег, и, соглашаясь с мечтой его матери, маленькие хилые деревья превращаются в огромные акации, те расцветают белым цветом, и запах их цветения поднимается к небу, как облака. А когда белая ароматная белизна развеялась, он увидел с высоты братьев де Рибас, лежащих посреди Одессы валетом, там, где пролегала улица рядом с Городским садом. А может, братья и были улицей? Ибо оба они были огромны, как великаны, и справа, и слева от них стояли крохотные дома. Чуть левее вытянулся через улицу самовлюбленный граф Ланжерон, но этого ему показалось мало, и, привстав, он снял свою шляпу и, бросив в сторону моря, накрыл своим именем часть берега. А на самом почетном месте, на пьедестале стоял статуэткой изящный и гордый потомок кардинала дюк Ришелье, а его незримая мантия изгибом перетекала улицей сквозь город

А под конец Володя увидел последнюю улочку по ней в белом платье и атласных туфельках бежала волшебная девочка Софи. В ее синих глазах отражалось море, пушистые светлые волосы были похожи на пену цветущей акации. Она смеялась от счастья. Ее смех, золотистый и светлый, накрыл город, и все-все-все желания всех, кто жил здесь, должны были сбыться

Володя проснулся дома в своей кроватке и понял, что заснул на балу и даже не помнит, как его отнесли в карету, а оттуда в детскую. На миг ему стало стыдно, ведь он считал себя уже большим мальчиком

А в следующий миг он забыл обо всем. Возле его кровати стоял распакованный подарок с елки лаковая лошадка-качалка, рядом на ковре лежала чудесная сабля в серебряных ножнах.

Вскоре волшебная девочка покинула их город. Володя не слышал о ней много лет.

А годы спустя семнадцатилетний Владимир посетил уже другой бал у своей дальней родственницы в Санкт-Петербурге.

Видите эту красавицу? сказал ему друг их семьи, указывая на прелестную светловолосую девушку. Это та самая Софья

Та самая?.. повторил Владимир, чувствуя, как воспоминания нахлынули черноморской волной.

Единственная дочь царя Александра Первого и графини Нарышкиной. Все их прочие дети умерли. Все законные дети царя тоже на небе. Естественно, Александр души в ней не чает. Он дает ей приданое почти в полмиллиона и собирается отдать замуж за графа Шувалова Скоро свадьба.

Весь вечер Владимир наблюдал за светловолосой красавицей, оказавшейся самой завидной невестой Империи, и, улучив момент, подошел к ней:

Вы не помните меня? Я ваш старый друг из Одессы. Тот, кто уронил вашу первую елку

Владимир! она вспомнила его сразу. Ее лицо с синими морскими глазами было таким же серьезным, как тогда, а кожа такой же белой, почти прозрачной. Конечно же я помню вас. Вы достали для меня ангела с неба!

Всего лишь с макушки дерева

А вы знаете, что он до сих пор у меня? оживилась Софи. Долгие годы он был моей любимой игрушкой. Вы непременно должны проведать его. Приезжайте ко мне на дачу по Петергофской дороге

Две недели спустя в оговоренное время Владимир приехал с визитом к единственной дочери царя. Его попросили подождать.

Не меньше часа, предупредила строгая дама, у Софьи примерка.

Но девушка выбежала к нему всего минуту спустя. В руках у нее была старая потертая кукла золотоволосого ангела.

Вот он! Узнаете?..

Владимир остолбенел, как тогда, много лет назад на Софи было подвенечное платье и алмазный венец, в них она сама походила на ангела и выглядела совершенно волшебно.

Почему вы так смотрите на меня? спросила Софи.

Я вспомнил, что в детстве называл вас «волшебная девочка». А теперь вы стали волшебной девушкой волшебно прекрасной! сказал он.

А почему вы звали меня так тогда? сменила она тему беседы.

Я решил, что когда вы смеетесь, сбываются все желания. А может, так и было? Ведь на вашем вечере с елкой мне подарили лошадь и саблю, о которых я так мечтал.

Ничего удивительного. Вы же произнесли свое желание вслух. Вы не помните? она улыбалась ему. Хоть, возможно, вы правы. Возможно если бы я смеялась почаще, моя жизнь была бы счастливей и больше моих желаний сбылось бы

Разве вы несчастливы? Вы выходите замуж, смутился он.

Не по своей воле, по воле отца Софи с упреком посмотрела на золотоволосого ангела.

Владимир невольно перевел взор на украшавший стену портрет Александра Первого. И вдруг понял, что ангел с елки и правда поразительно похож на царя, у императора были редкие золотистые волосы, окутывавшие его голову, словно ангельский нимб, и развевающийся, как серебристые крылья, плащ победителя Наполеона.

В детстве я считала, что мой отец великий путешественник. Ведь он всегда был в отъезде, продолжала она.

А еще вы говорили, что тоже станете путешественницей. Вам довелось увидеть весь мир?

Всего один раз, она снова улыбнулась, но как-то грустно. Целый мир на одной улице. Там, в Одессе. Десятки людей, говорящих на разных языках. Сладости, которые растут на дереве К несчастью, здоровье не позволило мне отправится дальше. Но я благодарна вашему городу

И город наш благодарен вам. Думаю, благодаря вам царь полюбил Одессу и одарил ее многими милостями.

Выходит, я оказалась не хуже трех тысяч апельсинов? развеселилась Софи.

А еще в детстве вы говорили, что выйдете замуж только за ангела напомнил Владимир.

За ангела? Шестнадцатилетняя красавица покачала кудрявой головой. Я бы хотела, чтоб это было так, мой милый друг детства. Ведь я никого не люблю. Кукольный ангел единственный, кому я успела отдать свое сердце Вы говорите, если я засмеюсь, мое желание сбудется?

Она захохотала, но внезапно закашлялась. Кашель все не проходил. Встречу пришлось завершить.

Весь вечер он думал о волшебной девушке: не было прекрасней ее, не было чище, такой и впрямь подходит лишь ангел! В ту ночь она приснилась ему в белом подвенечном платье и алмазном венце, шествующая по ветвям огромной сверкающей ели, разноцветные витые парафиновые свечи освещали ее путь, как фонари, макушка рождественского дерева уходила прямо в небо. Она бежала вверх

«Останьтесь, я люблю вас! хотел крикнуть Владимир. Вы не должны вступать в этот брак ваш отец любит вас, он позволит нам обвенчаться »

Но она не слушала, смеясь, она уносилась туда, где ждал ее кто-то серебрянокрылый, золотоволосый самый прекрасный в мире небесный жених.

Утром следующего дня он узнал, что Софья умерла этой ночью во сне от легочного приступа ровно за неделю до своей свадьбы.

Через год скончался ее безутешный отец. Его трон занял брат царя, жена которого царица Александра устроила в 1818 году в Москве первую официальную елку.

Но самая первая ель зажглась у нас, в Одессе, еще в 1814 году. И у всех, кто был на том самом первом парадном вечере с елкой, сбылись все мечты и желания. Одесса стала первой жемчужиной Черного моря, «цветущим в акациях» городом-садом. И улицы Дерибасовская и Ришельевская существуют там до сих пор. Получил свою улицу и комендант Кобле, и граф Лонжерон, давший свое имя и целому приморскому мысу.

А там, где стоит похожий на храм дворец Потоцких, сбегает к морю улица Софиевская.

И если, проходя по ней, вы внезапно услышите детский смех знайте, ваше заветное желание тоже обязательно сбудется.

Сказка про санницу

Моей крестной дочери Маше посвящается.

Жила-была в одном дальнем селе девушка по имени Мария. Лет ей было немало целых семнадцать. В этом возрасте ее старшая сестра Наталья уже вышла замуж и родила свою первую дочь малышку Катерину.

Мария стала ее крестной матерью, хоть старые бабки и шептались, мол, не к добру это. Негоже девушке девочку первой крестить малютка всю судьбу ее, все счастье отнимет. Да и вообще, с тех пор Марии сулили плохое, говорили, что несчастливая ей, видимо, выпала доля вроде всем она хороша: и красивая, и работящая, и приданое есть, а женихов нет и нет.

Потому-то в том году больше всего Мария ждала не Рождества, не Пасхи, а иного праздника дня Святой Катерины Женодавицы, покровительницы девичьих судеб и счастливого брака. Ждала с надеждой и страхом, особенно после того, как подруга поведала ей страшное гадание: та девушка, которая хочет свое будущее точно узнать, должна ночью, в канун дня Катерины, пойти одна к дому колдуна и сказать: «Доля, доля моя, иди ко мне!», а потом постоять под окнами да послушать.

«Если ничего не услышишь, сказала подруга, значит, оглохла доля, не слышит твоего зова. Можешь хоть сейчас собираться и идти в монастырь, все равно женского счастья не будет. А вот если услышишь чего Врут все старухи, ждет тебя доля твоя!».

Дом, о котором шла речь, стоял на краю села уж давно заброшенный и нежилой. Самого колдуна Мария никогда не видала, лишь слыхала, что жил там когда-то старый ведьмак, творил страшные вещи и водил дружбу с самим Нечистым Сатаной Сатановичем.

Боязно Марии было ужасно. Но перед праздником святой Женодавицы, как стемнело, она накинула тулупчик, повязала платок и пошла за околицу. Пока шла по селу, было не очень страшно. Она видела, как парни шли в церковь помолиться, чтоб святая Катерина послала им завтра не сварливую и не злую жену. Во многих дворах готовили сани до дня Святой на санях никогда не катались, а в этот день завсегда начинался и санный извоз, и праздничные катания, недаром Женодавицу величали еще Катериной-санницей.

Мария знала, что все молодые девушки их села соберутся сегодня вместе гадать и зазывать к себе счастливую судьбину. Одной ей поздно звать пора самой идти на встречу с судьбой.

Едва она миновала село стало черным-черно и страшным-страшно, словно в пекле. Сердце застучало так сильно, что казалось, от одного неверного шага выпорхнет и улетит прочь из груди, как испуганная птица. Потому Мария положила руку на грудь придерживала, чтоб не упорхнуло. Старый дом колдуна окружал густой сад, обнесенный изломанным деревянным забором. Мария миновала его без труда и пошла по хрустящему снегу как вдруг бедное сердце заколотилось еще сильней, забилось в отчаянии, будто птица о клетку В окне старого дома горел свет.

«Разбойники! поняла Мария, Кто же еще там может быть? Хоронятся вдалеке от добрых людей и хоронят там свою добычу»

Она совсем уж собралась сбежать, да не смогла страх приковал к земле ее ноги. Так и стояла как вкопанная и смотрела в окно. Странное дело огонь там был не желтым, а синим. Как такое возможно? До дома оставалось всего пару шагов, и любопытство пересилило страх. Помедлив, Мария решилась стараясь ступать неслышно, подкралась поближе, произнесла приговор и прислушалась.

Тут-то бедняжку и накрыл самый страшный Страх Страхович.

Когда завтра все парни и девки на горку пойдут на санках кататься, а мужики и бабы, старики да старухи отправятся на них поглазеть тогда-то мы из люльки ее и украдем, сказал хриплый мужской голос.

Сердце-птица в груди Марии замерло, словно в мгновение лишилось сил и чувств, тело под тулупом окутал ледяной белый морок.

А зачем нам красть Катерину? спросил второй голос, визгливый, точно плохая пила.

А девушке показалось, что у нее нет больше сердца. Село их было совсем небольшим, все младенцы в люльках известны наперечет. И среди них была только одна Катерина дочь ее сестры Натальи и ее крестная дочь!

А затем, что больно счастливая девочке выпала доля, ответил первый со злобой. Вырастет красавицей станет. Да такой удачливой, что выйдет замуж за самого князя. Да такой доброй, что наполнит добром и мужнино сердце. И станет добрым и счастливым весь их край А мне это хуже адовой муки!

Не станет, мерзко прохихикал второй. Кто ж помешает вам? Разве что ее ангел-хранитель.

Если ангел помешает, так тому и быть, отрезал первый. Но если человек на моем пути станет погибнет он страшною смертью.

Тут Мария поняла, что, утратив сердце, она утратила страх пусто стало внутри. И, воспользовавшись мгновеньем бесстрашия, девушка встала на цыпочки и заглянула в окно. Черную, затянутую паутиной комнату в доме колдуна освещал синий свет только лился он не от свечи иль лампады, а из глаз высокого мужчины с темным лицом. Из головы его поднимались два острых рога, рожки поменьше были и у второго. И Мария поняла, что по воле своей несчастливой судьбы подслушала разговор черта и самого Сатаны Сатановича.

Тихо-тихо, будто не сердце, а ноги ее обратились в птиц и научились парить над землей, девушка отошла от окна, проскользнула сквозь сад и помчалась домой. Про свою злосчастную девичью долю-судьбу забыла напрочь, всю ночь Мария не могла сомкнуть глаз, думая, как уберечь крестницу, маленькую Катю. Отговорить сестру на горку идти, попросить ее дома остаться? Да кто ж согласится пропустить праздничные катания?



Такая уж была в их селе традиция. Катеринин день пришел катанье привел. В день Женодавицы, дававшей женщинам счастье, все незамужние девушки съезжали на санках с высокой горы. А внизу, у подножья, собирались все парни их селения. К кому твои санки съедут тот и твой суженый. Не зря накануне все девки гадали да выспрашивали у бабок старинные заговоры, чтоб заговорить свои саночки на определенное, заветное имя. Еще по следу полозьев старики предсказывали девкам судьбу. Одно дело, если след будет прямой, другое коли извилистый, петлями, а если не дай бог с санок упадешь совсем дело плохо.

Утром, чуть свет, Мария все же побежала к сестре, стала просить ее:

Давай никуда не пойдем, вместе дома останемся, все равно мне счастье уже не судилось.

Ты что?! замахала руками сестрица. Вот увидишь, твой саночный след будет ровней, чем стрела, а съедешь ты прямо в объятия лучшего парня Ивана, сына кузнеца. Или Павла, сына головы. Так и будет, поверь! Чушь наши бабки болтают, ты ж самая красивая девка во всем селе!

А кто ж с Катей останется, если вы с мужем на горку пойдете?

Да никто, отмахнулась сестра. Она крепко спит, и проснуться не успеет, как мы вернемся. Идем, слушать ничего не хочу.

Так всегда и было, старшая сестра ее никогда не слушала, считала маленькой и глупой. Хотела Мария ей про дом колдуна рассказать да про разговор Нечистого с чертом, да знала, Наталья все равно не поверит, только на смех подымет или решит, что она просто с ума сошла.

Пришлось на хитрость идти.

Ладно, уговорила, пойдем на горку, сказала Мария, только вначале домой загляну, принаряжусь как следует. Вдруг и правда в объятия Павла заеду. А ты иди, там, на горке и встретимся.

Выбежала Мария из дома, спряталась за сарай, подождала, пока Наталья уйдет, и вернулась к ней в дом.

В одном сестрица была права ее крестница, двухлетняя Катерина, всегда спала крепко. А если б и проснулась, то не заплакала бы. Свет не знал такого спокойного, тихого ребенка никто не видел ее слез, с первых своих дней она дарила миру одни улыбки. Видно, и правда добрая выпала девчушке судьба.

Схватила Мария спящую крестницу на руки, завернула в платки и тряпки, прижала к себе, заскочила за санками и помчалась на горку. За все время малышка не издала ни звука мирно посапывала у нее на груди.

А что это у тебя такое в руках? стали спрашивать другие девки у горки.

Куколка на счастье сделала, отвечала Мария.

Кукла тебе не поможет, засмеялась надменная красавица Татьяна, вот ей-то все бабки-ведухи сулили: она непременно выйдет замуж за Павла.

Забрались девушки на гору, выстроили санки в ряд. Стали ждать, пока солнце в зенит войдет, в этот миг, по традиции, и нужно съезжать. Парни внизу стояли, руками им махали, а все односельчане, молодые и старые, неподалеку от них собрались: ждали, притопывали, согреваясь, к приметам приглядывались:

Ясная погода на Катерину это к морозной зиме.

А снегу-то выпало Хорошо Катерина прикатала.

Посмотрела Мария на селян и впервые со вчерашнего дня вспомнила, что у нее есть сердце оно очнулось и задрожало от страха. Среди знакомых лиц девушка увидела двух незнакомцев, по виду заезжих господ один высокий, в цилиндре, скрывающем длинные острые рога, второй чуть поменьше в котелке.

Кто это? еле слышно спросила она подругу.

К трактирщику нашему гости приехали, по делам, вроде. А кто такие не знаю

Вдруг высокий в цилиндре поднял глаза, взглянул прямо на Марию взгляд обжег девичью кожу ледяным синим огнем. Она поняла: Сатана Сатанович уж знает, что за «куколка» у нее на груди Наверняка они с чертом успели побывать в доме сестры и найти там только опустевшую люльку.

Глаза Сатаны снова сверкнули огнем огни удлинились, превратились в лучи, лучи потянулись к Марии, коснулись ее санок.

«Все! поняла бедная девушка. Он погубит Катю, а заодно и меня. Он же пообещал сгубить всякого, кто встанет у него на дороге!».

Поехали! раздался возглас.

Чьи-то руки толкнули сзади санки Марии, и прежде чем девушка успела сделать хоть что-то, они покатились с горы.

Ой, саночки, бегите в поле вволю,

Покажите мне счастье, девичью долю!

Ну а если, не дай бог, случится беда

Катерина Святая поможет всегда,

вспомнила она в последний миг древний приговор: когда-то его произносили и ее бабка, и мать, и старшая сестра Наталья. Одной рукой Мария крепко схватилась за санки, другой покрепче обхватила свою крестницу. Девочка проснулась и засмеялась от счастья ей очень понравилось новое развлечение. А вот Марии стало совсем не до смеха. Другие девицы полетели вниз навстречу парням. А отмеченные взглядом Нечистого санки внезапно свернули с горы и помчались туда, где под слоем льда сверкало огромное озеро. Они неслись все быстрей и быстрей, точно их гнала неведомая сила. Односельчане в ужасе ахнули: все знали, что лед на озере еще слишком тонок. Мария попыталась спрыгнуть с санок, но не смогла словно чьи-то руки прижали ее к сиденью.

Малышка Катя все смеялась. Глаза ее крестной матери наполнились слезами озеро приближалось. Мария быстро поцеловала любимую крестницу в макушку и закрыла глаза, ожидая неминуемой гибели.

И впрямь несчастливая выпала девушке доля, горько сказал кто-то из односельчан.

Пропала девка ответил другой, да не договорил.

Все одновременно приоткрыли рты, увидав невиданное и невозможное: сани Марии взлетели над озером и сами собой перенеслись на иной, далекий берег.

Вот только Мария этого не знала. Она провалилась во тьму, тьму сменил яркий свет, и она узрела, что их сани стоят на левой ладони Святой Катерины.

Прекрасная, как заря, огромная, как Оранта в их церкви, женщина в сверкающей золотой короне смотрела на саночниц с доброй улыбкой. В ее правой руке был огромный сверкающий меч. А внизу у ее ног стояли черт и Сатана Сатанович.

Они мои! гневно сказал Нечистый.

Твои? спросила святая Катерина голосом гневным, как молния. Видел ли ты, чтоб путь санок, слетевших с горы, завершился счастливее? Отныне их обеих ждет наилучшая судьба. Их доля уже прописана мной на белом снегу. И не тебе, Нечистый, спорить со мной. Катерина не переписывает девичью долю!

Что же, на этот раз твоя взяла недовольно прорычал Сатана и исчез вместе со своим чертом.

А святая Катерина посмотрела на замершую от страха бедную девушку и вновь улыбнулась:

Повезло тебе, Мария, невеселой была доля твоя безмужняя, бездетная. Ждали тебя впереди только горести да печали. Но, пожелав спасти любимую крестницу, ты села в саночки вместе с ней и изменила свою судьбу. Девчушка была слишком удачлива, чтобы погибнуть. А ты была с ней и как я уже говорила, я не переписываю девичьих судеб на белом снегу.

Так закончилась эта история.

Мария очнулась на дальнем берегу, вскочила с саночек, побежала со всех ног в село и положила крестницу обратно в люльку. Так никто никогда и не узнал, что малышка была вместе с ней в страшный миг все решили, что удачу ей принесла тряпичная кукла. С тех пор так и повелось: садясь в санки на праздник Святой Катерины, девушки брали с собой самодельную ляльку на счастье. Или садили куколку в сани вместо себя и спускали с горы. Так и прозвали такую куколку санница.

В следующем году Мария вышла замуж за Павла. А когда ее маленькая крестница Катя подросла, она, как и предсказывали, стала женой самого князя, и на долгие годы их край сделался счастливым и богатым.

То было давно. Может, столетье назад, может, больше. Но и спустя много лет, с началом зимы, 7 декабря, в день Святой Катерины, многие, по-прежнему делали обрядовых куколок-санниц и гадали с их помощью, а крестные родители непременно дарили их на счастье своим крестникам вместе с нарядными санками.

И кто знает, быть может, именно поэтому елочная игрушка санница появилась одной из первых? И с тех пор всегда приносит счастье в ваш дом!


home | my bookshelf | | Добрые сказки о елочных игрушках |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 4
Средний рейтинг 4.3 из 5



Оцените эту книгу